Почти у всех нас, принимаемых сегодня в комсомол, биография одинакова. Мы волнуемся, сидя в торжественной комнате райкома. Рассказывает о себе мой друг. За ним должен идти я.

— Ну, значит, отец мои был депутатом солдатских Советов. В революцию он был в Ленинграде…

— В Петрограде! — поправляют его. И он соглашается.

— Правильно, в Петрограде. В старинное время он так назывался. Я забыл. Потом отец воевал с Юденичем. После был послан в Донбасс, шахты строил. И он сам рассказывал…

— Ладно, это потом. Вы биографию дальше, — говорят из-за красного стола.

— Хорошо, — кивает принимаемый. — Мать у меня жила в Краснодарском крае. Была активистка на селе, организовала избу-читальню, но в коллективизацию ее пытались застрелить кулаки, и она лежала в Луганской больнице. Там, конечно, встретилась с отцом. Мать рассказывала, как ночью она возвращалась домой, и…

— Вы биографию дальше, — говорит кто-то нетерпеливо из-за красного стола.

— Ладно. Брат мои старший был связистом, партизанил в тылу фашистов. Потом в действующей армии дошел до Чехословакии. Он много рассказывал…

— Ну, а дальше? — спрашивают из президиума.

— Дальше? Другой мой брат недавно на целину уехал. Вот когда призыв партии был. Он, знаете, в письмах писал…

Но люди останавливают:

— Это ясно. Вы о себе говорите.

— Чего? Так я все время о себе. — Парень передыхает и заканчивает: — Ну вот, потом я учился в школе и ее окончил. И все.