Следующая декада прошла в безуспешных поисках похищенных детей. Я втерлась в доверие к одной из поварих, которая, по словам гвардейцев, была главной сплетницей дворца среди прислуги, и подбила королеву приблизить к себе сплетницу благородных кровей, каждый день подробно расспрашивая ее о новостях, что Доремар с Тэлем всецело одобрили. В результате мы получили немало полезной информации о жизни отдельных заговорщиков и ближайших планах защитников, благо вычленением полезных крох из этого сумбура теперь занимались специалисты, а от меня требовалось только пересказывать услышанное. Вот только выяснить хоть что-то о детях это не помогло, а неумеренность в еде дежурящих во дворце защитников, которым таскают столько же, сколько гвардейцем, хотя тех раз в пять больше, меня не заботила.

Короля в Мириндиэль я забирала теперь каждую третью ночь. Там он участвовал в работе кризисного штаба, а маги в это время подправляли закрепленную на его артефакте личину, становившуюся с каждым разом все более болезненной. Если бы не видела перед собой вполне здорового, хоть и заметно осунувшегося под грузом происходившего в стране короля, ужаснулась бы. Потому и возвращала его в покои еще без личины, чтобы королева тоже была уверена, что с ее любимым супругом все в порядке, а истощенная мумия с полубезумным взглядом — всего лишь прикрытие, позволяющее нам выиграть время.

Еще раз встретившись с Рейсом и пришедшим на этот раз вместе с ним Яном, порадовалась, что с друзьями все в порядке, обменялась уже отработанной информацией, заодно расспросив, не слышали ли они чего о Майлсе, который после нападения на поместье будто сквозь землю провалился. По просьбе короля Юные маги еще раз провели ритуал кровных уз по одному из заложников и тот был жив, а значит все еще оставалась надежда на благополучный исход.

Того аналитика, который предложил спровоцировать защитников так, чтобы они избавились от детей, но это никак нельзя было бы связать с действиями короля, и это развязало бы всем руки, я на эмоциях чуть ударила. Понимаю, что они на то и аналитики, чтобы рассматривать все версии, но все равно едва сдержалась. Больше я его на заседаниях кризисного штаба не видела.

Орки обжились в замке и вовсю помогали Мире с Дартом, которые в первые дни с ног сбивались, пытаясь обустроить быт на порядок увеличившегося количества его обитателей. А еще зеленокожие переселенцы выбрали место для постоянного стойбища и уже начали делать разметку, копать траншеи под заглубленную часть стен, а также таскать от реки песок и глину. Жилища решено было делать глинобитными, но вот переходить от привычно-круглых шатров к угловатым местным домам орки категорически не желали, да Райн особо и не настаивал, как только плотники подтвердили, что могут подготовить опалубку нужной формы.

К обустройству поселения шаман и вождь подошли крайне серьезно, для начала долго вычерчивая и исправляя план на разровненной площадке позади замка, а когда обо всем договорились, перенеся его на бумагу. Теперь этот план таскал в специальном тубусе назначенный главным по строительству старый орк и очень этим гордился.

Когда я впервые оказалась на выбранном месте, то увидела, как по относительно ровному лугу, расположенному в полукилометре от высокого берега реки, ходят трое орков с веревками, к которым привязаны несколько деревянных кольев, и деревянными же молотками. Один из них что-то тщательно вымерял, старательно натягивая веревку и сверяясь с планом будущего селения, остальные двое согнувшись ходили кругами. Я заинтересовалась и подошла ближе, увидев, что один из кольев при этом вбит в землю, а вторым орк чертит довольно глубокую борозду, формируя идеальный круг заданного радиуса. И таких радиусов план подразумевал три. Самые большие ротонды предназначались под общественное жилье для молодежи, достигшей совершеннолетия, но не обзаведшейся пока семьей. Те, что поменьше, — вождю, шаману и гостям племени. Остальные несколько десятков небольших домов должны были занять обычные семьи, вот только, по моим прикидкам, их было нарисовано значительно больше, чем требуется. Оказалось, что план составлялся на перспективу, и сейчас строить собирались только то, что обведено на нем жирным контуром, а возводимое в первую очередь было еще и заштриховано. Имелись в плане и тренировочная площадка, и различные мастерские, и даже некий загадочный разговорный дом, а не только жилые строения, так что к обустройству поселения орки подошли очень серьезно.

Когда спустя еще два дня я улучила момент и привела в замок Алекса с Маугли, тот оказался практически пуст, поскольку все свободные от несения караула орки, включая детей старше пяти лет, были заняты на строительстве. Поначалу я опешила от подобного заявления, не представляя, что там могут делать дети, но вскоре убедилась, что главное в подобном деле — правильно организовать процесс. Поскольку Райн как раз недавно отбыл на производимую ударными темпами стройку, мы тоже отправились вслед за ним.

Работа в будущем поселении кипела по полной, больше всего напоминая разворошенный муравейник, поскольку сразу к нескольким находящимся в разной стадии возведения круглым домам тянулись цепочки из орков и орчанок с ведрами, корзинами и жердями. Кое-где среди них виднелись и помогающие человеческие подростки.

Алекс с Маугли, радостно бросившиеся обнимать Райна, как только увидели вампира, быстро поняли, что нормально пообщаться тут не получится, поскольку граф постоянно отвлекается на происходящее. Стребовав с него обещание на час запереться с ними в кабинете, как только вернется в замок, оба выразили желание тоже принять участие в строительстве. Райнкард перехватил первого попавшегося мальчишку, возвращавшегося с пустым ведром, и велел прислать к нему Торна, которому и поручил на время приставить к делу еще двоих добровольцев.

— Они так рьяно взялись за дело, что я начал беспокоиться, успеют ли плотники опалубку нужной формы подготовить. — произнес вампир таким странным тоном, что я не сумела понять жалуется он или все же гордится своими новыми поддаными. — Дерево гнуть — дело не быстрое, сколько бы добровольных помощников ни было. Хорошо все-таки, когда в замке артефактор есть. Лист нам буквально за один вечер три комплекта амулетов сделал с опалубкой из твердой иллюзии, а заряжать их и Дайма может. А то уж больно она переживала, что ничем не помогает, хотя я постоянно видел, что на кухне с Мирой вместе возилась.

— Может, ей просто хотелось быть кем-то более важным и полезным, чем кухонный разнорабочий, — предположила. — Это, конечно, дело нужное и полезное, но не для того ведь она восемь лет магии обучалась.

— Ну, теперь ей точно работы хватит. Лист придумал в стены специальные амулетики закладывать, чтобы состав равномернее высыхал и монолитнее был, так что теперь вдвоем их делают. А как только орки стену дома на нужную высоту возведут, все их разом и активируют.

Я подняла Райнкарда на летунце над будущим поселением и вместе с ним наблюдала, как взрослые орки копают траншеи по сделанной при помощи кольев разметке, замешивают раствор из глины, песка, сена и воды, накидывают его в уже отсыпанные песком траншеи и старательно уминают чем-то вроде весла с большой скалкой на конце. Глубина траншей изначально была не особо большой — примерно по колено взрослому мужчине — и первую из них орки заполнили утрамбованной смесью почти до краев, время от времени сменяя друг друга и садясь отдыхать прямо рядом со своим рабочим местом.

Женщины и старшие подростки таскали песок с глиной в ведрах и жерди, которые крест-накрест втыкались в основание стен, формируя что-то вроде обрешетки в ее глубине. У тех детей, что помладше, на спинах были короба с сеном, за которым они организованно ходили в сторону деревни в сопровождении двух воинов. Еще дети помогали насыпать песок в ведра, набирали воду, передавая ее по цепочке от реки наверх. Может это и не сильно ускоряло процесс, зато давало им почувствовать причастность к общему делу и гордиться, живя потом в поселении, построенном в том числе и их руками. А еще часть детей, расположившись хоть и на отдалении, но все же в пределах видимости, рыбачили под присмотром человеческого дедка, время от времени что-то активно втолковывавшего им путем активной жестикуляции.

Сдержать свое обещание и на час отдать себя детворе вампиру не удалось, потому что в замке его уже ждал староста с недавно вернувшимся из поездки к родственникам мужичком и слухами о зверствующем в тех краях вампире. Пришлось отослать детей во дворец, а самим отправиться проверять, кто там свирепствует и с чего местные на вампиров грешат.

Весь остаток дня ушел на расследование. Оказалось, что на телах двух мужчин и одной женщины, убитых в разные дни в собственных домах, имелось по несколько небольших дырок, в том числе в области шеи. Зацепившись за это самое «в том числе», укрытый моим артефактом личины вампир быстро выяснил, что дырки имелись не только на шее, но и на животе, груди, руках. Причем некоторые из них были одиночными. После этого он предложил самым ретивым сторонникам версии про вампира попробовать куснуть яблоко так, чтобы на нем остался след только одного зуба. Селяне растерялись и заметно занервничали, поскольку успели отправить просьбу о помощи защитникам. Я же, как только зашла в дом погибшей, сразу зацепилась взглядом за разложенные на одной из полок инструменты кожевенника, бывшего ее мужем. А точнее за лежащее среди них длинное узкое шило.

Использовать заклинание правды не понадобилось. Стоило мне только предложить это безутешному вдовцу, как тот бросился бежать, но был схвачен односельчанами и вскоре во всем сознался. О том, что не любит его жена, мужчина догадывался давно, хоть та и согласилась замуж за него идти добровольно, никто не неволил. Но вот того, что шашни на стороне крутит, да еще и с двоими сразу, не ожидал. А как узнал об этом, словно пелена на глаза упала. Во всяком случае так выходило по его словам, однако старосту семейная драма не разжалобила.

— Трижды пелена упала? — недобро глядя на душегуба буркнул он. — Ты ж Беньку и Кудыма в другие дни порешил. А у Беньки старая мать да малая дочь остались. Кто их теперь кормить будет?

Дальше мы разбираться не стали. Пускай граф местный судьбу убийцы решает, раз вампирами тут и не пахнет.

— Райн, а ты про кого-то конкретного думал, когда мы сюда отправлялись? — спросила я, как только мы вернулись в замок. — Кроме Майлса же вроде бы никто в бега податься не успел, а он слишком умен, чтобы так подставляться.

— Мало ли, — дернул плечом вампир. — Мы ж не знали, кого и как там убили. Вдруг раненый вампир в перелеске у деревни кого-то выпил. То, что Майлса не нашли защитники, еще не значит, что и хищники обойдут стороной. Хотя, есть тут у меня одна мысль. Вот скажи, где бы ты точно его искать не стала?

— Ну ты спросил! Не знаю даже…

— Хорошо, поставим вопрос иначе. Ты бы полезла туда, где медленно умирала в одиночестве не одно столетие?

— Пещера? Думаешь он как раз туда и полез, рассчитывая, что в ней его искать не будут?

— Не уверен, но последние дни эта мысль не дает мне покоя.

— Ладно, завтра постараюсь проверить, — пообещала я и сменила тему. — Вам амулетов, которые Лист с Даймой делать успевают, на стройке хватает?

— Куда там, — поморщился вампир. — Сама же видела, что там творится. А привести адептов, как в старые времена, сейчас не получится. Или ты как раз и хочешь сюда кого-нибудь на практику перекинуть?

— Насчет практики ничего обещать не буду, — замешкалась я, — а вот прихватить с собой образец и попросить Кайдена изготовление организовать — могу. Устраивает?

— Еще бы! Но насчет практикантов тоже с ним поговори. Вы же знаете, я ни характеристикой, ни материалами, ни оплатой не обижу.

— Знаю. Но обещать ничего не стану: я же рассказывала, какая там у них сейчас обстановка.

— Вот заодно и сменят, — воодушевился вампир.

— Райн! Это зависит не от меня. Я поговорю с Кайденом, а там уж как получится.

— И пещеру все-таки проверь. Пожалуйста.

— Обязательно, — еще раз пообещала я и, коротко обняв друга, телепортировалась в академию.