Слегка толкнув Лору, Ханна вытянула шею так, чтобы видеть хоть какую-то часть сцены. И, как и Лора, она не ожидала, что мистер Дрю и красотка Хлоя будут совсем не такими, какими нарисовало их ее воображение.

Трудно было представить человека серее, чем мистер Дрю: серовато-бумажный цвет лица всего на тон отличался от цвета пиджака в узкую полоску, а зауженные джинсы словно ждали своего часа со времен первых концертов группы Led Zeppelin. Ботинки медного оттенка гармонировали с коричневой бабочкой, оправа прямоугольных очков была позолочена.

Ростом он не отличался, зато красотка Хлоя, похожая на Зену, королеву воинов, была не менее пяти футов одиннадцати дюймов ростом и носила ботильоны на небольшом каблуке. Кудрявая шевелюра была забрана в пышный хвост, а обтягивающее трикотажное платье винного цвета подчеркивало подтянутое тело. Хлоя не отличалась внешностью красотки из таблоидов, но действительно приковывала взгляд.

– Так вас две? – прыснул ядом мистер Дрю. – Детективщицы, верно? Мне нечего вам сказать. Хотя постойте. Есть что. Проваливайте!

– Мистер Дрю! – назидательным тоном одернула его Хлоя. – Не слушайте его, проходите.

В кабинете, по убранству похожем на среднестатистический кабинет клерка, стояло два стола с ноутбуками далеко не последних моделей, пара металлических стеллажей для документов и крошечная тумбочка с чайником и прозрачным контейнером, внутри которого можно было различить пакетики самого отвратительного кофейного напитка на основе сахара и сухих сливок.

– Что вы хотели узнать? Мы уже беседовали с полицией, мы оба были в момент кражи вместе с Энн. Сами себе места не находим.

– Вы кого-нибудь подозреваете? – поинтересовалась Лора у более контактной Хлои.

– Разве это не вы должны нам сказать? Для чего Энн платит вам деньги?! Нанимает дилетантов, а потом плачется, – будто бы в ярости произнес мистер Дрю, хотя лицо его не меняло газетного оттенка.

– Скажем. Обязательно скажем, как только все проверим. Пока ничего не известно наверняка, а мы не любим выдавать предположения за действительность. Так ведь можно обвинить и совершенно непричастного человека. Может быть, миссис Колт с кем-то спорила в последнее время?

Мистер Дрю прыснул и оперся плечом о стеллаж.

– Да Энн постоянно с кем-то спорит! С нами вечно спорит. И она, и Хлоя думают, что я закоренелый старовер. Но я практичный! Что будет с вашими виртуальными файлами, если случится какая-то поломка? Всё хотели автоматизировать, приложения навыдумывали, но ничего не работает! Нет ничего надежнее бумаги, такое еще просто не изобрели.

Лора с этим охотно бы согласилась. Несмотря на то что она «старовером» не была, ей больше нравилась библиотечная деятельность прошлого: с каталогами, карточками и анкетами. Теперь, когда большая часть данных находится в компьютерах, пропала та романтика, за сохранность которой Лора готова была бороться. Ханна, напротив, с модернизацией воевать не собиралась. Она считала, что современный мир преподносит много даров, освобождающих самый ценный ресурс и помогающих облегчить энергетические затраты на труд.

Мистер Дрю продолжал:

– Со всеми спорит. Со всеми. Даже со своим водителем, как его там… мистером Сандерсом.

– Сондерсом, – недовольно поправила его Хлоя.

– Да хоть Сонтаранцем[18]! Мне плевать. Главное, что спорит. То ей пахнет не так, то пол грязный, то тихо, то громко. Меня бы на месте Лахлана тоже хватил удар, с такой-то женушкой.

– Мистер Дрю, она все-таки наша начальница, – вновь осадила его Хлоя.

Лора решила, что такие отношения у них в порядке вещей.

– Мой начальник – мистер Колт. А Энн – пигалица, возомнившая себя хозяйкой большого дела, которая и знать не знает, как заполнять накладные, общаться с партнерами и рекламщиками. Задумала поиграть в куклы, но не учла, что вместо кукол у нее тысячное поголовье скота! Немыслимо! И партнеры от нее, кстати, не в восторге. И этот, как его там… – Мистер Дрю снял очки и потер раскрасневшуюся переносицу. – Не помню, чиновник из муниципалитета. Тщедушный такой, с тремя волосинами и пузом. Ножки тоненькие, а пиджак из-за барабана почти не застегивается. И голосок у него такой мерзкий, писклявый…

– А из-за чего они спорили? – рискнула перебить мистера Дрю Лора, которой хватило описания карикатурного человечка.

– Да кто ж их знает! Из-за погоды? Дурного настроения? Прилипшей к подошве жвачки? Одному богу известно! Я только одно припоминаю: с этим толстопузом Энн решала вопросы о строительстве сего уродства. – Мистер Дрю обвел головой комнатушку, конечно намекая на фабрику в целом. – Что-то мне подсказывает, что он может быть виноват в дрянном ремонте и идиотской планировке.

– Вот тут я с вами соглашусь. Планировка действительно крайне нелогичная. Как будто кто-то поиздевался над миссис Колт, – впервые поддакнула мистеру Дрю Хлоя.

– Хлоя, а вы что скажете про конфликты миссис Колт? Знаете ли вы этого чиновника?

– Я понимаю, о ком говорит мистер Дрю, но никогда не слышала их споров с миссис Колт. С остальными она спорила – да. Но это едва ли тянет на местную сплетню, не то что на причину кражи. Тем более из хранилища, которое не так уж просто найти. Я сама не раз плутала.

Уходили Ханна и Лора изрядно вымотанными, но все же не без ощущения, что они на крошечный шаг приблизились к разгадке.

Уже на улице, в ожидании мистера Сондерса, выдыхая клубы пара, Лора прокомментировала:

– Ну и денечек.

А после Ханне перезвонил помощник Синклеров, и теперь понедельник в их с Лорой календаре был занят как минимум одной встречей. До Рождества оставалось всего ничего.

Когда они вернулись, Энн уже отужинала, а вот миссис Браун была готова накормить девушек с порога. Кажется, она вошла в раж и приготовила чуть ли не все блюда, рецепты которых давно записывала в кулинарную книгу в надежде, что однажды к Колтам приедут гостить те, кто сможет по достоинству оценить ее стряпню. Миссис Браун влетала в столовую ланью, несмотря на свою комплекцию, и примерно каждые полминуты приносила тарелки: еды на них было не так много, а выбору блюд мог позавидовать любой ресторан. Вчерашняя отстраненность не оставила после себя и следа.

– Ого. Так ты точно не соскучишься по «Мармайту»[19], – произнесла не скрывающая восторга Ханна.

– Надеюсь, вам понравится. Налила вам пунш – с виски и без. А если что-то придется не по вкусу, буду рада любой критике. Объективной, – с легкой улыбкой сказала миссис Браун. Лора подумала, что ей давно пора было вернуться домой, но она выглядела радостной, как ребенок, который наконец дорвался до желанной игрушки. – Мне редко доводится готовить, я ведь не работаю здесь кухаркой. Да и для кого? Иногда приезжает сиделка, она не особо идет на контакт. А Лахлана я видеть не видела бог весть сколько! Но на выходных у нас почти все закрыто, и миссис Колт не успела заказать еды. Так что я осталась за главную на этой чудесной кухне! Если что – зовите, – закончила она и выпорхнула из столовой.

Ханна думала, что после таких насыщенных событий она готова будет проглотить ужин вместе с тарелкой, но поначалу только разрезала картофельные оладьи и двигала ножом кусочки из стороны в сторону, разглядывая стол. Здесь были и традиционные несладкие кексы, и мясная похлебка с овощами, картофельное пюре, тушеное мясо в горшочках и даже селкеркский баннок[20].

Но аппетит, как известно, приходит во время еды. И несколько оладий, половину плошки похлебки и кусочек баннока спустя Ханна спросила:

– Как думаешь, нас не отравят?

Лора подавилась пуншем, и он едва не пошел у нее носом.

– Ханна!

Подруга виновато посмотрела на Лору и обвела обеденный стол взглядом.

– Ну, знаешь ли, в страшных сказках гостей раскармливают, а потом съедают. Хотя, учитывая, как далеко мы продвинулись в расследовании, это можно считать нашей единственной платой…

Ханна вздохнула и без каких-либо опасений подцепила вилкой еще одну оладью. Лора же отодвинула тарелку и прополоскала рот водой из графина.

Лучшей похвалой для миссис Браун стали почти пустые тарелки, но девушки все же осыпали ее комплиментами за старание. Тем более что еда и правда была по-домашнему вкусной, словно ее готовили мама или бабушка. Мастерица кулинарного искусства расцвела на глазах и всучила Ханне выпечку, чтобы та могла подкрепиться, когда пожелает. Ханна сразу взялась за телефон и написала маме, как сильно по ней скучает, и передала бабушке с дедом, адептам кнопочных телефонов, теплые приветы.