Грэйсон взглянул на смарт-часы на своем запястье. Учитывая, что такие же были выданы каждому из оставшихся игроков «Грандиозной игры», не стоило и сомневаться, что они не просто показывали время. Однако вскоре выяснилось, что пока Грэйсон мог только переключиться с циферблата на символ на экране.

Пики.

На первом этапе игроков разделили на команды: Черви, Бубны и Трефы. Грэйсон быстро понял, что означал этот символ. Пики – те, кто находится за кулисами. В каждой детали «Грандиозной игры» чувствовалась рука его братьев и Эйвери, включая тот факт, что они сделали его одним из игроков. Грэйсон твердо намеревался поговорить об этом со всеми четырьмя, но сейчас предстоял разговор поважнее.

Грэйсон коснулся символа на экране. Тут же появилось текстовое поле и клавиатура, чтобы отправить сообщение создателям игры. Грэйсон выбрал слова, самые простые, но такие, чтобы Эйвери и его братья смогли бы узнать вежливую просьбу Хоторна, которая на самом деле была совсем даже не просьбой.

«МЕСТО ВСТРЕЧИ».

Через некоторое время Грэйсон получил ответ:

«СЕВЕРНОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ».

* * *

Грэйсон по опыту знал, что, когда дело касалось его братьев, «встреча» могла обернуться чем угодно. Иногда не обходилось без взрывов. Иногда – без вертолетов. Имели место поединки на мечах, и борьба в грязи, и караоке, и кулачные бои. Но брат, который присоединился к Грэйсону на северном берегу острова Хоторнов, был не склонен к большинству подобных развлечений.

– Нэш. – Грэйсон, не отрывая взгляда от океана, поприветствовал своего старшего брата за мгновение до того, как тот оказался в поле его зрения.

– Думаешь поплавать? – Старший из четырех братьев Хоторнов кивнул головой на волны.

– Холодновато для этого, – ответил Грэйсон.

– Раньше тебя это не останавливало.

– Предписание моего терапевта, – ровным голосом отозвался Грэйсон. – Похоже, плавание для меня – это такой драконовский метод измотать себя до такой степени, чтобы перестать чувствовать. Считается, что полезнее не избегать своих мыслей и чувств.

Мыслей типа: «Некоторые ошибки стоят того, чтобы их совершать».

Мыслей типа: «Почему не я? С ней, сейчас – почему не я?»

Но Грэйсон попросил о встрече не для того, чтобы обсуждать свои чувства.

– Что-то не так, – сказал он Нэшу. – Возможно, есть угроза. Лира Кейн получила свой билет на «Грандиозную игру» от неизвестной третьей стороны. Кто-то отправил ее сюда.

Нэш обдумал его слова:

– Но зачем какой-то третьей стороне это делать?

Именно.

– Так получилось, что наша семья так или иначе причастна к смерти отца Лиры. – Голос Грэйсона даже по его собственным меркам звучал намного спокойнее, чем он себя чувствовал. – Самоубийство. Ей было четыре. Она была там.

Одна только мысль о том, что воспоминания о той ночи сделали с Лирой, наполняла Грэйсона бессильной яростью и желанием отомстить за ребенка, которым она была, – и это ни в коей мере не касалось его чувств к взрослой девушке, которой она стала.

За всю свою жизнь Грэйсон целовался четыре раза, включая Лиру. И целуя ее, он впервые не пытался подавить свои эмоции.

Лира Кейн целовалась с той же грацией, что и двигалась, с таким же контролем над собственным телом, словно это требовало от нее полной координации.

– Насколько большую угрозу она представляет? – спросил Нэш, но его будничный тон не одурачил Грэйсона. То, что угрожало хотя бы одному из них, автоматически угрожало им всем, а Нэш всегда защищал тех, кого любил.

– Лира не представляет никакой угрозы. – Грэйсон не собирался говорить эти слова как предостережение, но так уж вышло.

Нэш склонил голову набок:

– И как все серьезно, младший братец?

– Прошел всего день, – на автомате ответил Грэйсон.

Нэш качнулся на пятках:

– С Либ я все понял почти сразу.

Либби Грэмбс – теперь уже Либби Хоторн – была женой Нэша. Уголки губ Грэйсона дернулись вверх, когда он подумал о своей невестке и детях, которых она вынашивала.

– Как там Либби?

– Постоянно чего-то хочет. Почти всем недовольна. – Нэш ухмыльнулся. – Бесится по любому поводу.

Он повернулся и многозначительно посмотрел на Грэйсона.

– Я спрошу еще раз, Грэй. Насколько все серьезно у тебя с этой девушкой, которая не представляет угрозу?

Грэйсон снова устремил взгляд к линии горизонта. Не нужно скрывать свои чувства.

– Довольно серьезно.

Нэш тихо присвистнул:

– Джейми был прав. Это будет весело.

– Всегда рад развлечь вас, – сухо ответил Грэйсон. – Но я позвал тебя сюда не веселиться. Что мы знаем о вчерашнем отключении электроэнергии?

Во время первого этапа игры отключились оба генератора – основной и резервный.

– Ксандр говорит, что, похоже, в этом виноваты белки, – ответил Нэш. – Если точно – полчища белок.

– Полчища белок? – Грэйсона такой ответ явно не устроил.

– Остров надежно защищен, – сказал Нэш.

– Либо не так уж и надежно, либо у спонсора Лиры есть еще один игрок.

С непроницаемым видом Грэйсон рассказал Нэшу о записках, которые кто-то оставил для Лиры в сгоревшем лесу и на которых было написано имя его отца и его вариации.

– И будет неплохо, если кто-нибудь последит за Одеттой Моралес, хотя она и вышла из игры. Ей что-то известно.

– Что именно?

Грэйсон не видел причин скрывать правду:

– Похоже, наша бабушка не мертва, как утверждалось.

Нэш отреагировал на эту новость с присущим ему спокойствием. Он снял свою поношенную ковбойскую шляпу и медленно провел большим пальцем по ее краю. Это же движение он проделал лишь однажды – в тот единственный раз, когда Грэйсон занес руку, чтобы ударить его.

– Будет неплохо, братишка, если ты расскажешь мне все, что знаешь, и побыстрее.

Грэйсон прищурился, но все-таки спустил Нэшу его командный тон.

– Пятнадцть лет назад – через несколько лет после того, как нашу бабушку объявили умершей, – Элис Хоторн была жива и здорова. Она явилась к старику и попросила его об одолжении. – Грэйсон умолк, подумав о своем дедушке, о Тобиасе Хоторне, который выходил победителем из любого испытания, из любого конфликта. И который научил их быть такими же. – А еще пятнадцать лет назад, – продолжил Грэйсон, – отец Лиры пустил себе пулю в голову, а его последними словами были: «А Хоторн – вот кто всему виной».

– А Хоторн. Алиса. Элис.

– Расскажешь остальным. Возможно, на этом острове ведется еще одна игра, и не одна.

– Мы все отменяем? – ровным голосом уточнил Нэш. – «Грандиозную игру»?

– Нет! – тут же ответил Грэйсон. – Если никакой угрозы нет, то отменять игру будет опрометчивым решением. Но если все-таки угроза существует, то лучше будет воспользоваться возможностью и выявить ее.

Чтобы устранить врага, нужно первым делом заставить его раскрыть карты.

– Значит, ты участвуешь? – сказал Нэш. – Во втором этапе?

– Участвую, – подтвердил Грэйсон. Но не ради победы – ради нее.

Нэш провел рукой по легкой щетине на своем лице и едва заметно улыбнулся.

– Зачем ей нужны призовые деньги?

Братья Грэйсона были чересчур проницательными, иногда себе на беду.

– Она хочет спасти семейный дом. – Грэйсон подумал о том, как Лира отказалась взять его пиджак и пригрозила отдать ему свою куртку взамен. – И сразу добавлю: эта леди не возьмет у меня ни цента.

Лире нужно было выиграть эти деньги. Грэйсону нужно было сделать все, что в его силах, чтобы помочь ей.

– Она уже придумала тебе прозвище? – Нэш выгнул бровь.

Губы Грэйсона дернулись в улыбке.

– Ага, «недоумок».

– Она мне уже нравится. – Нэш ухмыльнулся и снова надел свою шляпу. – И раз уж речь зашла о семье. Я должен сказать тебе кое-что, и вряд ли тебе это понравится. Мы проводили выбывших игроков с острова, но Джиджи среди них не было. Младшая сестричка пропала и лодка Ксандра тоже. Джиджи взяла ее и оставила записку. И «Твинки» в качестве извинения.

Грэйсон нахмурился:

– Мы на острове. Где Джиджи раздобыла кексы «Твинки»?

– Как я понял из слов Ксандра, это что-то типа долговой расписки.

Грэйсон потер лоб. Это было очень в духе его сестры, и он без Нэша знал, что Джиджи тяжело перенесла свое исключение из «Грандиозной игры».

– Мне надо было присмотреть за ней.

– Алиса уже занимается поисками лодки. Мы найдем младшую сестренку. А тебе стоит уделить внимание предстоящей игре и второй сестренке.

Саванна. Слова Нэша напомнили ему о неаккуратно обрезанных волосах его сестры. Похоже, их обрезали ножом. А потом Грэйсон подумал об игроке, с которым Саванна, похоже, объединилась для игры.

Который, похоже, и держал в руке тот самый нож.

– Саванна не хочет, чтобы я заботился о ней, – ответил Грэйсон со всем спокойствием, на которое был способен.

– Как и все, кто нуждается в заботе больше всего. – Нэш хлопнул Грэйсона по спине. – Кстати, о заботе. Мы приготовили для тебя комнату в доме. – Он протянул большой бронзовый ключ. – Найди ее, братишка, и хотя бы немного поспи. Второй этап обещает быть непростым.