– Я бы сказал, очень серьёзная помощь.

– Да, согласен. Ладно, займёмся делом. Я пока буду прорабатывать путь прорыва с планеты. Это трудно, с одной стороны орбитальный терминал, что сбивает всё, что пытается подняться, с другой крейсер арахнидов. И с той и с другой стороны пушки, которые по нам будут палить. А ещё корабль нужно найти, хороший, крепкий, вооружённый и с большой дальностью. То есть желательно военный.

Гнат оставил меня одного, вернее с одним телохранителем, ему предстоит серьёзно поговорить с местными, вот он себя и настраивал. Ещё и двух нордцев нужно подготовить. Ну, а я очень серьёзно работал, даже не сразу заметил, что мне обед принесли, по внутреннему времени у меня был полдень, а скоро вечер. Поел и продолжил работу. Прервался лишь перед ужином, снова была встреча с полицейскими, правда в этот раз их группа была разбавлена тремя военными и двенадцатью гражданскими. Видимо, те начали выполнять мои советы. В общем, я и рассказал им о крейсере пауков, и как с его малыми кораблями удалось справиться в другой линии жизни, какие потери деконцы от этого понесли. Так что поисковики должны быть постоянно прикрыты, чтобы не пойти на корм, желательно тяжеловооруженными атмосферными аппаратами, благо вооружения на складе хватало. Также сообщил, что передам одну спаренную пусковую установку с противокорабельными ракетами. Это в случае, если наш флаер уцелел. Если нет, то воспользуются тем вооружением, что на складах. Предупреждён значит вооружён. Можно избежать потерь, если знать, что арахниды на них охотятся. Главное – уничтожить эти шесть малых кораблей арахнидов, и больше можно о них в эти века не вспоминать.

Потом я отвечал на вопросы, надо сказать, толковые и к месту. Были и по будущему. Сомнений, что мы оттуда, у них уже не было. Выяснилось, что наши скинули им записи «под протокол» со своих нейросетей. Деконцы успели их просмотреть, были впечатлены и снова подавлены. Слишком серьёзные дела творились и еще предстоят. Правда, то, что Декон всё же возродится, хоть и через такое время, их изрядно порадовало и даже несколько воодушевило. Это хорошо знать, что будущее у потомков всё же есть, а не пугающая неизвестность.

После того как деконцы ушли, я поужинал и, сославшись на усталость, отправился в выделенную мне спальню. Душ действовал, я принял его и пошёл спать. Завтра доделаю работу, план уже практически сформирован, так что остались лишь последние штрихи.

Разбудили меня ближе к завтраку, хорошо поспал, на час позже подняли. Сам бы не проснулся, да и так, когда меня пытались поднять, дёргал ногой и матерился, настолько вставать не хотелось. Ничего, подняли и недовольного повели в ванную комнату. Тут Керри привлекли, мы с ней давно на «ты» были. После водных процедур почистил полость рта и отправился завтракать. Дел много, нужно их решать. Кстати, по поводу чистки полости рта. В Содружестве есть разные средства и способы чистки, вплоть до банальных зубных щёток и паст. Я привык пользоваться именно зубной пастой, но специальной. Щётка не требовалось. Немного пасты, примерно столько, сколько на щётку выдавливают, бросают в стакан с водой и перемешивают, пока не образуется голубоватая и взбитая на вид консистенция. Поласкаешь ею рот, как раз хватает три раза подряд прополоскать, и всё. Свежесть на весь день, никакого налёта и грязи, даже вычищается все, что между зубов. Про кариес и другие болезни можно забыть. Действие нужно проводить дважды: утром, после того как проснулся, я обычно после завтрака, и вечером перед сном. Кто как привык. Тем более эта зубная паста – самая распространённая, и найти её легче, чем другие средства.

До самого обеда я помогал местным решать множество вопросов, причём с таким качеством и изрядным умением, что вызывал огромное уважение своими способностями у деконцев. Ещё бы, столько десятков лет чиновником проработал, тут опыт наработаешь. В общем, я помог им составить первоочерёдные задачи на ближайшие пять лет. Это, конечно же, сбор ресурсов с последующим его сохранением и консервацией, сохранение целостности структуры управления всеми людскими анклавами на Деконе, уничтожение угрозы со стороны пауков. Все же шесть кораблей – это сила. Законсервировать фермерские хозяйства, часть запустить, обучив специалистов, если такие не найдутся, всё же питаться чем-то нужно. Дел было много, это я и объяснял. Особенно говорил о том, что нейросетей мало, будут находить, всем подряд пусть не ставят, только ценным специалистам. Пусть смотрят по интеллекту, иначе быстро истратят этот ресурс, и потомкам его не хватит. Ещё говорил, что нужно создать в будущем бригады строителей. Те селения, по которым не были нанесены орбитальные удары, уцелели, их следует законсервировать или приспособить для проживания. Когда исчезнет угроза со стороны пауков, их можно будет заселить. Вот большие города, особенно те, что были разрушены ударами сверху, нужно ликвидировать. Строители знают, как это сделать с помощью оборудования переработки. В общем, об экосистеме планеты следует заботиться. Более того, в будущем с орбиты будут падать корабли и суда. Необходимо утилизировать обломки.

Местные записывали каждое моё слово. Мы настолько увлеклись, что не сразу заметили, что наступило время, когда можно было покинуть бункер, арахниды ушли. Правда, мы так и остались в кабинете для совещаний, лишь покинули его ненадолго пообедать, и чуть позже вернулись продолжить. А вот Гнат на ухо сообщил, что два телохранителя с прикрытием из пяти бойцов полиции вскрыли запасной выход и осматривают то, что уцелело около бункера из летающей техники. Пока информация не обнадёживающая, мало что уцелело, если честно, пока, кроме обломков, ничего не встречалось. Чуть позже Гнат дополнил доклад. Наверху развернули мобильное оборудование дальней связи – это наша аппаратура, прихваченная с флаера. Так вот Ворху, тот также был наверху, удалось связаться с искином нашего флаера. Повезло, флаер был цел и, поднявшись на стометровую высоту, полетел к нам. Минут через пять будет на месте. По остальному всё так же. Точность пауков была отличная, вся техника, что находилась у лифта, была разнесена или раскидана взрывной волной. В общем, восстановить что-то можно, если будут ремонтные мощности, но когда они ещё будут!

Запасной выход находился километрах в шестнадцати от выхода на поверхность разрушенной шахты лифта, но даже оттуда были видны не стихающие пожары – техника горела, пачкая небо дымом, ну и воронки от ударов с орбиты. Когда подлетел флаер, наш пилот и полицейские загрузились в него и полетели разыскивать полицейские флаеры и глайдеры, что на дистанционном ходу, их компы были запрограммированы, отлетели подальше. За час собрали все аппараты и вернулись уже колонной, так что техника у местных уже появилась. Дальше пошла передача вооружения, включая противокорабельные ракеты с флаера и одну пусковую, а также самого бункера и всего его имущества. Тоже небыстрое дело, но все коды и списки мы майору и его заму из гражданских скинули, сами разберутся. На этом распрощались, времени задерживаться у нас просто не было, чем могли, помогли, нам нужно было действовать как можно быстрее.

Всего из бункера было шесть выходов, правда, один из них пока блокирован. Это тот, что в карьер вёл, видимо, тот находился на стадии строительства, и пока карьер не закрыли, он не будет доведён до конца. Информации об этом у искина бункера не было, так что с уверенностью я сказать об этом не мог, скорее предположил. Шахта лифта повреждена обстрелом, её тоже можно исключить, остаётся четыре выхода. Кстати, один из них – основной с тремя лифтами. А вообще лифты работают на удивление практично и прямо. Взять для примера тот, на котором мы в бункер спустились, и шахту которого чуть позже раздолбали пауки. Наверняка на большую массу техники и людей навелись, ну или просканировали поверхность и обнаружили, что вниз уходит кабина. Так вот, лифтового холла у неё не было как такового, стоишь ты, степь вокруг, а тут вдруг квадрат земли с травой понимается, и появляется кабина, створки открываются, и можно заходить. Вот так всё и работало. Так же должны работать и остальные три лифта, однако есть небольшая проблема. Тот лифт на то и резервный, что его можно использовать сразу, а эти основные нужно ещё подготовить к работе, причём частично снаружи, на что у нас, понятное дело, не было времени. Да и мы их решили не демаскировать и воспользовались другим резервным выходом. Вроде было всё хорошо, но, как мне кажется, на лифте подниматься практичнее, легче и, что уж говорить, тупо быстрее, что нам как раз нужно. Если вы не поняли, то резервный выход, по которому парни поднялись на поверхность, чтобы подогнать флаер и полицейские глайдеры, был в виде лестницы. Никакого лифта тут не было. А, извините, подниматься с километровой высоты – это совсем не то, что мне было надо. Время и так уходило стремительными темпами. В общем, уже после первых двух пролётов я сказал Гнату, что нам нужно подняться на максимальной скорости. Приказ был понят правильно, меня подхватили на руки, и дальше я проделал путь, можно сказать, верхом. Не лифт, но тоже пойдёт. Бойцы за время подъёма ни разу не остановились, так и бежали, боевые дроны едва за нами поспевали, хотя использовали для передвижения не манипуляторы, а гравитаторы – летающими они были.

Когда мы оказались на поверхности, то сразу направились к нашему флаеру. Наверху было трое полицейских, одного мы встретили спускающимся, он к стене прижался, чтобы не затоптали, скорее всего, на доклад шёл, и вдали летал ещё один глайдер, видимо пилот осматривал обломки и воронки на месте лифтовой шахты. Как я понял, её планировали восстановить. Это вполне реально, главное, чтобы строители обнаружились среди спасённых. Ещё не все списки были составлены. Если их там нет, что ж, придётся готовить самим. Тут тоже проблема, в хранилище бункера имелся запас баз знаний, устаревших на двадцать лет, их пока не обновляли, а теперь уже и не обновят, но в столице Декона находилась башня корпорации «Нейросеть». Причём при обстреле та пострадала незначительно, и есть шанс вскрыть её хранилище. Это наиважнейший ресурс, и майор, его Лансом звали, Ган Ланс это тоже понимал, так что шло формирование группы для взлома этого хранилища. Готовились штурмовые дроиды и резаки. Охрана у высотки должна действовать, это ведь люди и биоискины погибли, всё остальное действует. В нашей реальности за высотку шли настоящие бои, столько ресурсов было потрачено, людей погибло, как вспомнишь, так вздрогнешь, в музее целая стена была посвящена этому.

Как только мы оказались на поверхности, я тут же отдал приказ грузиться и взлетать, причём курс у нас был проложен к орбитальному терминалу. Флаер взлетел, как только мы оказались на борту, и, на максимальной скорости прижимаясь к поверхности, рванул к другому континенту. Там, где мы находились, подниматься было нельзя, это зона действия крейсера пауков. Так совпало, а орбитальный терминал, включая орбитальные лифты, находились у другого континента. Кстати, ранее я говорил, что планета закрыта со всех сторон, однако я несколько слукавил. Ведь орбитальный терминал вертится вместе с планетой, его ещё и тросы орбитальных лифтов удерживают, это уже после их отстрела тот, со временем замедлившись, так и зависнет, ну а планета под ним продолжит крутиться. А крейсер пауков висит на месте, и время от времени в его прицелах мелькает туша терминала. Так что с одной стороны в такой промежуток планету можно будет без проблем покинуть. Правда, как раз с той стороны парковка, будущее корабельное кладбище, и живых кораблей там хватало, тем более искины успели перегрузиться и встали на боевой взвод, сейчас уже не сунешься. А в данный момент мы летели навстречу орбитальному терминалу, что пока не отстрелил якоря и продолжал вертеться вместе с планетой.

Когда мы забежали на борт флаера, я сразу же устроился на диванчике в кают-компании, мне каюта без надобности, там девчата осваивались, и только тут перевёл дух, заодно работая с планшетом. Недолго, моё уединение нарушил Гнат.

– Разрешите?

– Садись, – кивнул я, с интересом его рассматривая. Похоже, у того появились какие-то вопросы.

Первую часть полёта Гнат был занят тем, что с соплеменниками общался. Те два нордца, что являлись телохранителями важного лица, летели с нами. То лицо официально закрыло контракты, не знаю уж, как Гнат его уговорил. В общем, готовились отправить к Норду. Парни будут вестниками от телохранителей, они всю историю должны передать современникам, особенно о том периоде, когда были под пиратами. Причём это была не первая весть, ещё когда мы летели к бункеру и Тенор искал Лидию, то по приказу Гната одним пакетом по линии связи СБ отправил на Норд немало информации касаемо скорого появления пауков у планеты, которое состоится через сутки, ну и о том, что последует. Родственная связь у нордцев достаточно крепка, как и межплеменная, то есть помочь своим у моих телохранителей в крови, и пройти мимо, даже не предупредив, они просто не могли. Раз сами не могут направиться, то можно направить других вестников, и по моему совету стали готовить этих двух телохранителей. Это молодые парни едва за двадцать, они проходили двухгодичную практику в качестве телохранителей. Можно сказать, выпускной экзамен. Срок этого временного контракта заканчивался через полгода, но удалось уговорить клиента отпустить их чуть раньше. Так что в парней вливали всю возможную информацию, беседы записывали «под протокол», файлы с информацией хранили в картах памяти и инфокристаллах. Времени у нас не так много, скоро расстанемся, поэтому всё делалось второпях, а теперь Гнат подошёл ко мне, видимо решил прояснить некоторые моменты.

– Есть вопрос по конечному пути полёта. Орбитальный терминал?

– Я долго думал со вчерашнего дня. Есть шанс, что мы успеем проскочить.

– Вот как? Насколько я помню, терминал сбивал всё, что взлетало в зоне его ответственности. Где-то не прав?

– Не совсем так. Видишь ли, при систематизации сведений по той же Зории мне удалось выяснить, что излучение Н-пушек воздействует не только на биоискины, но и на обычные. Результат – долгая перезагрузка, фактически сброс всех последних директив и переход на полную изоляцию в зоне своей ответственности. Это у всех искинов, не только у терминала. Если проще, то небольшие искины, те же корабельные, перезагружаются быстрее, и на данный момент они, скорее всего, уже действуют, и к их судам или кораблям приближать не стоит, это очень опасно, а вот мощные искины орбитального терминала или тех же тяжей, по всем моим прикидкам, ещё должны вести перезагрузку. В общем, у нас около трёх часов, и не стоит тратить ни секунды. Честно говоря, если бы я раньше расчёты закончил, то не гонял бы флаер за полицейскими глайдерами, сразу бы взлетели, но что поделаешь. К тому же парни своими полётами проверили безопасность. Улетели пауки, и это радует.