Наконец силы закончились окончательно. Так больше не могло продолжаться.

Я огляделась. Кажется, занимался рассвет — и это было очень хорошо. Но я валюсь с ног.

Пригляделась к тени деревьев — и заметила чуть поодаль раскидистую крону. Кажется, на неё можно забраться. Нижняя ветка — довольно-таки невысоко. Попробовать там подремать? Не то, чтобы я была экстремалкой, но это лучше, чем лежать на земле.

В детстве по деревьям я лазила часто и охотно — в принципе, ничего сложного в этом для меня не было. Пока продиралась к дереву, оцарапала себе все руки и ноги, но дерево оказалось замечательным. Я легко забралась на нижнюю ветвь и оказалась в некоем подобии древесной ложбины, как будто специально сделанной для того, чтобы путники могли передохнуть.

Устроившись, как мне показалось, довольно-таки надёжно, я тут же провалилась в сон.

Не знаю, сколько проспала, но проснулась от щекотки. Что-то щекотало мне нос, и я громко чихнула.

Послышался писк. Я приоткрыла глаза, удивляясь: откуда у меня в квартире котёнок?..

Но, увидев листву и ствол деревьев, резко встрепенулась. Сердце бешено заколотилось, я начала оглядываться — и тут всё вспомнила.

Боже мой. Я не дома. Я в этом ужасном мире! Я убежала и теперь прячусь в лесу...

Что-то тёплое и пушистое прыгнуло мне на живот.

Шокировано обнаружила — действительно котёнок! Рыжый, пятнистый, смотрящий на меня своими жалобными жёлтыми глазами.

— Боже… Ты откуда? — прошептала я, аккуратно прикасаясь к голове этого микроскопического существа.

Ему от силы месяц, не больше.

Мелкое создание мяукнуло и начало мурлыкать, а я обречённо выдохнула. Всё тело болело, ломило, голова тоже отваливалась.

Мне нужно идти дальше. А тут… это малышня. Он наверняка дикий? Откуда же он взялся на дереве?..

Но по повадкам котенок никак не походил на выросшего в лесу. Возможно, кто-то вынес его из деревни и оставил здесь умирать с голоду. Мне стало его жаль. До слёз. Я ощутила себя… существом похожей судьбы.

А ещё я продрогла. Едва сдерживая дрожь, усадила котёнка к себе на плечо и начала спускаться. Он испуганно мяукал, а потом крепко вцепился когтями в мою одежду и в кожу.

Я зашипела от боли, и, когда спрыгнула на землю, с трудом оторвала его от себя.

— Эх ты... — прошептала с лёгкой досадой. — Я тут о себе позаботиться не могу, а ты хочешь, чтобы я позаботилась о тебе?

Ну конечно же, я не смогла его бросить. Он был, как мне кажется, ещё более обречён, чем я.

Подхватив его на руки, я выбралась на дорогу и оглядела её. Она оказалась пустынной.

Пошла вперёд, стараясь не думать о том, какой у меня сейчас дикий вид: порванное местами платье, всклокоченные волосы, исцарапанная кожа.

Котёнок устроился на сгибе локтя и уснул. Он хотя бы меня согрел, а в груди перестало безумно колотиться сердце. Я почувствовала, как умиротворение от него расходится по телу и проникает в душу.

Я всё-таки теперь не одна. У меня есть хоть кто-то в этом мире… Даже если это просто кот.

Через несколько часов было уже совершенно светло, и я отчаянно захотела пить. Устали ноги.

И вдруг я услышала звук — серебристое звучание ручья. Прислушалась — и нырнула в заросли.

Ручей представлялся мне источником жизни. Я действительно его нашла — у небольшой скалы, затерявшейся посреди лесного массива.

Набрав в ладошку кристально чистой воды, напилась и умылась.

Я жива.

— Живая вода... — усмехнулась я, вспомнив сказочные истории планеты Земля. — Только жаль, что нынешняя моя жизнь на сказку не похожа ни капли…

Котёнок проснулся. Тоже попил.

Я с удивлением почувствовала, что он стал как будто тяжелее. Хотя нет — это невозможно. Скорее всего, я просто устала, и теперь мне чудится всё подряд.

У скалы я просто расслабилась, присела и закрыла глаза. Котёнок потоптался по моим ногам и свернулся клубочком.

— Всё будет хорошо, — шептала я самой себе и ему. — У меня получится. Я всё смогу. Люди, которые не впадают в панику, многое могут…

Я говорила, говорила, говорила — и чувствовала, как меня отпускает. Сейчас приду в какое-нибудь поселение и сразу же буду искать работу. Ну кем угодно — хоть поломойкой какой, посудомойкой, не знаю. Я работы не боюсь. И в кафе работала, и уборщицей пришлось полгода как-то. Ничего. Я разберусь. Я смогу.

Вдруг рядом раздался звериный рык.

Я вздрогнула, широко распахнула глаза — и перестала дышать.

Передо мной стояли волки . Двое. Огромные. Холкой доставали мне, наверное, до груди. Злобные жёлтые глаза смотрели на меня алчно и с ненавистью. Один волк порыкивал.

Кажется, они нашли, кем можно поживиться. Это конец , — подумала я. Навалился панический ужас. Руки задрожали.

Котёнок, проснувшийся от моей дрожи, сладко зевнул.

И он тоже сейчас погибнет. Это факт.

Но я не хочу умирать!!! У меня были такие серьёзные планы. Нет, только не это!

Наконец котёнок тоже заметил опасность. Шерсть его встала дыбом, он выгнулся дугой, зашипел на волков , после чего на его рыжей шерстке заплясали яркие искры…