Участники турнира в растерянности переглядывались, будто не до конца осознавая произошедшее. Меня колотила нервная дрожь, желудок крутило, а перед глазами стоял образ умирающего от удушья лысого толстяка. Как же так? Это не кулинарный турнир, это настоящая бойня.Морис оказался рядом, заключил меня в объятия и прижал к груди.– Тише Олия, тише. Все хорошо. Не стоит сожалеть о тех, кого забрали в свои чертоги духи предков. Они лучше знают, когда и чей час пробил.– Это неправильно, – бормотала я, краем сознания улавливая, как кричит и плачет Эва. – Так быть не должно. Человеческая жизнь бесценна.– Так и есть. – Морис поглаживал меня по спине и шептал на ухо: – Но если кто-то утратил последние проблески человечности, то духи находят способ прервать его никчемное существование. Таковы законы магического мира.Я не могла принять его объяснения. Внутри все восставало против подобных рассуждений, жар струился по телу, требуя изменить ситуацию, вмешаться, исправить существующий порядок.– Заткнись уже! – рявкнул Натан, сжимая тонкими пальцами виски и с раздражением глядя на Эву. Его алая рубашка повисла на тощих плечах мятым тряпьем, больше не придавая ему шарма. – Сколько можно вопить? Голова от тебя трещит.Эва вырвалась из рук успокаивающего ее Рафаэля и кинулась на нашего гения, стискивая кулачки.– Ты! – заголосила она, замерев в шаге от потомка эльфов. – Ты! Сам заткнись, белобрысый кривляка. Строишь из себя самого умного, а на деле подлее остальных.– Кто бы говорил, – хмыкнул Натан и принялся рассматривать аккуратно подпиленные ногти правой руки. – Это не я отравил гостей своим блюдом.Эва мгновенно поникла, и слезы вновь полились по ее щекам. Пряди сиреневых волос лезли в глаза, но она ничего не замечала, стоя с опущенной головой. Рафаэль попытался обнять сестру, но та отскочила в сторону и закричала, срывая голос:– Это ошибка, мы все сделали верно! В пудинге не было никакого яда!Натан расхохотался с видом победителя.– Чушь! Расскажи об этом тому толстяку, который околел от одной ложки. Он будет счастлив услышать твои оправдания.Эва завыла в голос и рухнула на колени, закрыв пылающее от стыда лицо ладонями. Я бросилась к ней, загородила собой от Натана и процедила:– Немедленно прекрати! Ей и так плохо, а ты еще лезешь со своими замечаниями.Натан прошелся по мне презрительным взглядом и с кривой ухмылкой протянул:– О, наша замарашка заговорила. Не суйся не в свое дело. Проваливай в ту дыру, из которой вылезла. Тебе здесь не место.Внутри заклокотал жар, и я приготовилась выплеснуть его на зарвавшегося гения. Но только я хотела дать волю магии, как передо мной возник Жозеф. Взгляд его светло-голубых льдистых глаз пронзил насквозь, он вспыхнул ослепительным сиянием, и жар мгновенно испарился.– Кто ты такая? – холодящим душу шепотом спросил он.У меня сердце в пятки ушло от ужаса. Неужели Жозеф догадался, что я из другого мира?– Ты использовала пыльцу, – продолжал он, придвигаясь еще ближе. – Как ты это сделала?– Какую еще пыльцу? – пролепетала я и попятилась. Страх настолько завладел мной, что я позабыла об Эве, рыдающей на полу позади меня. Я наткнулась на нее и потеряла равновесие. Морис мгновенно очутился рядом, поддержал меня за локоть и помог устоять на ногах.– Оставь мою кузину в покое, – прошипел он, пряча удлинившиеся когти. Жозеф посмотрел на него, как на назойливого комара, которого ничего не стоило прихлопнуть, и с непоколебимой уверенностью заявил:– Вы не кровные родственники. Я не чувствую в тебе пыльцу. Где ты взял фею, бездарный?Морис закаменел, его мышцы начали трансформацию. У меня перехватило дыхание. Нельзя допустить, чтобы нас раскрыли!Посреди зала возник вихрь голубой дымки, и мы увидели его светлость Итьена Стаблиса собственной невозмутимой персоной. Он как ни в чем не бывало нам улыбнулся и сказал:– Первое испытание завершено. В следующий тур переходят все, кроме мадара Рафаэля и мадины Эвы. Завтра день отдыха, а дальше…Эва оттолкнула державшего ее Рафаэля и подлетела к герцогу.– Ваша светлость, здесь какая-то ошибка! Наш пудинг не мог быть отравленным. Мы все сделали строго по рецепту. Все, как нас учили. Мы сами его пробовали, и, как видите, мы в полном порядке. Пожалуйста, сжальтесь! Мы не можем уйти. Наш брат умирает, мы здесь ради него. Заклинаю вас, позвольте…– Я понимаю вашу скорбь, мадина Эва, – перебил ее герцог. – Но вы не учли одну тонкость. Пучеглазая химера из моего зверинца относилась к особому редкому подвиду карликовых. У этих животных кровь становится ядовитой после часового контакта с воздухом. Именно поэтому когда вы пробовали блюдо, никакого яда в нем не было. Но чем дольше пудинг стоял на столе, тем явственнее проявлялись скрытые свойства крови.Эва смертельно побледнела и пошатнулась. Рафаэль положил ладонь на ее плечо и ободряюще сжал, стараясь поддержать.– Этого не может быть, – в исступлении бормотала она. – Мы все сделали по рецепту, как учили.Я поймала полный сожаления взгляд Стаблиса. Но мне все еще мерещился умирающий толстяк, и я отвернулась.«Олия», – позвал он.Я не желала откликаться и упорно смотрела в другую сторону. Морис положил теплую ладонь на мою талию, и я с удивлением на него покосилась. Он таращился на герцога с самодовольным выражением лица, словно показывая, что последнее слово осталось за ним.– Прекрати! – возмутилась я и сбросила его руку.Морис нахмурился и в недоумении спросил:– В чем дело?Я хотела объяснить, что не стоит за мой счет самоутверждаться перед герцогом, но Стаблис взмахнул тростью и распорядился:– Расходитесь по своим комнатам. Мадар Рафаэль и мадина Эва, задержитесь.Мы направились в сторону выхода из зала с кафедрой и лавками, у порога я остановилась и обернулась. Близнецы-даймоны растворялись в клубах голубоватой дымки. От тоски и сожаления на глаза навернулись слезы.Герцог перехватил мой взгляд, и хотя он молчал, я как наяву услышала его бархатистый голос: «Олия, прошу, выслушай меня».«Нет!», – мысленно выпалила я и помчалась в свою комнату.– Олия! – донеслось из зала, но я не остановилась.Влетев в спальню, я столкнулась с Клэр. Она копошилась в шкафу, перебирая одежду на полках.– Наконец-то нас отпустили! – воскликнула она, отбрасывая толстые рыжие косы за спину. – Я вся взмокла. Хочу принять ванну.– Давай, – отозвалась я.В душе царила пустота. Казалось, меня выпотрошили, но я по привычке продолжила совершать обыденные действия.– Первое испытание прошло лучше, чем я думала, – поделилась Клэр, подхватив полотенце и чистые вещи.– В смысле?– Вылетели только даймоны, а они изначально были слабее остальных. На одних сладостях далеко не продвинуться.Меня захлестнуло негодование, и я замерла посреди комнаты.– Как ты можешь так говорить? Эва и Рафаэль старались ради брата! А теперь мальчику грозит верная смерть.Клэр пожала плечами так, словно речь шла о пустяках.– У всех свои проблемы. Если о каждом переживать, сердце разболится. В любом случае даймоны показали себя безграмотными неумехами, тут ничего не поделаешь. А тебе стоит о себе позаботиться, иначе в следующий раз твое блюдо окажется на полу.Я похолодела и выдавила помертвевшими губами:– Ты видела, кто меня толкнул?Клэр покачала головой и фыркнула:– Считаешь, тут идиоты собрались? Никто не станет явно вредить соперникам. А вот исподтишка – запросто. Я почуяла запах магического следа рядом с тобой. Но чей он, я не знаю.– Ясно. Пойду прогуляюсь, – сказала я и выбежала из комнаты.Мне хотелось побыть одной и хоть ненадолго избавиться от мыслей о случившемся. Я спустилась на первый этаж башни, вышла на крыльцо и направилась вдоль боковой дорожки вглубь парка. По-хорошему стоило предупредить мадину Боулет и попросить выделить провожатого, но я решила нарушить установленные герцогом правила. После катастрофы на первом испытании я уже не знала, чего хочу больше, выиграть турнир или покинуть это жуткое место.В памяти всплыли воспоминания о безмятежной жизни в моей квартирке и о выпечке сладостей на лучшей в мире кухне. Я подумала о доме и остро ощутила тоску по привычному укладу, по утренним пробежкам, по кофе из ларька, даже по заказам Валеры. Все это было дорого моему сердцу, и я не собиралась отказываться от своих предпочтений просто потому, что Морису взбрело в голову меня похитить. Значит, я должна сделать все возможное, чтобы пройти испытания и получить награду от герцога.Но как быть с заданиями? Видимо, у Стаблиса заготовлено немало таких же сюрпризов, как сегодня. А вдруг в следующий раз именно я не учту нюансы приготовления и отравлю гостей? Я не хочу никого убивать! Нужно срочно изучить местную флору и фауну, а также заняться наконец магией. Жозеф упоминал какую-то пыльцу. Что это такое? Морис ничего не говорил про особенности фей.Пока я размышляла о подготовке к будущим испытаниям, на дорожке появились Эва и Рафаэль в сопровождении слуги. Они направлялись к барьерной стене, неся котомки с вещами.– Эва, погоди! – закричала я и помчалась вдогонку.Даймона обернулась и посмотрела на меня с недоумением.– Мы знакомы? – спросила она, словно силилась понять, ее ли я звала.Слуга и Рафаэль продолжили путь, а Эва дождалась, пока я к ней приближусь. Я замерла возле нее и всмотрелась в безмятежное выражение лица. Сквозь густую листву высоких деревьев проникали солнечные лучи и играли на ее нежной коже. В темно-фиолетовых миндалевидных глазах искрилась радость. На губах цвела переполненная счастье широкая улыбка. Сиреневые волосы, собранные в аккуратный высокий хвост, отливали здоровым блеском.Как же так? Что произошло? Неужели Эва легко отбросила бурные переживания после провала?– Эва, что случилось? – спросила я. – Ты меня не узнаешь?Она нахмурилась и принялась изучать мою фигуру, но я так и не заметила узнавания в ее взгляде. Эва словно впервые меня видела и не скрывала удивления.– Нет, простите. Я вас раньше не встречала.– А как же турнир? Мы же вместе участвовали, и вы… – Я не смогла договорить. Слишком болезненными были воспоминания о том, как гости отравились.Эва просияла и воскликнула:– Я так рада, что попала в замок его светлости! Милорд Стаблис потрясающий человек. Мне казалось, к нему не подступиться, а он совсем другой! Стоило нам с Рафой приготовить для него наше лучшее блюдо, как он тут же согласился исполнить одно желание. Представляете?!– С трудом, – выдавила я, силясь понять происходящее.– Вот и я не думала, что получится! Но его светлость сам поинтересовался, чего бы нам больше всего хотелось. Понимаете, у нас заболел братишка. Мы попросили помощи, и милорд пообещал прислать лекарей. Это поразительно! Я до сих пор не могу поверить.Рафаэль и слуга остановились в конце дорожки, заметив, что Эва все еще со мной болтает.– Сестра, нам пора! Поторопись, – крикнул даймон.– Извините меня, – улыбнулась на прощание Эва. – Я должна идти.– Всего доброго. Здоровья вашему брату.– Спасибо!Эва побежала по дорожке и вскоре нагнала Рафаэля и провожатого. Я смотрела им вслед, стоя в тени деревьев, и строила догадки о том, что же случилось. Если Эва и Рафаэль ничего не помнят, получается, Стаблис примерил магию и промыл даймонам мозги. При этом он все же пообещал помочь им с лечением братишки. Что же за человек таинственный герцог? И человек ли он вообще?