Жила-была Девочка…

И однажды, давным-давно, она совершила очень, нет, очень-очень-очень плохой поступок. Это ей так казалось, конечно. Кто-то, скорее всего, даже и не подумал бы записать этот поступок в категорию «Страх, ужас и пожизненный позор». Кто-то вообще совершает такое каждый день в перерыве между завтраком и обедом и не видит ничего предосудительного. Но Девочка видела. И жутко себя корила.

Она, конечно, прямо там сразу и повинилась, покаялась и попросила тысячу раз прощения. И ее даже простили, извинили: «Идите уже, гражданочка, занимайтесь своими делами» — и все такое.

Но Девочке этого было мало. Она же жуть что такое совершила. Позор, стыд и срам. И тогда эта Девочка совершила суд над собой любимой. Самосуд, получается. И приговорила себя к пожизненному заключению. Сиди, говорит, ты, милая, в клетке. Не знаю сколько, но долго. Может быть, даже всю свою, твою, ой, мою жизнь. И думай над своим поведением. И делай что-нибудь всю жизнь хорошее, чтобы вину свою, дорогуша, искупить. Полы мой с особенной тщательностью. Пироги пеки трехэтажные. Хорошей будь, в общем. И не жалуйся.

Отправилась Девочка в магазин и выбрала себе клетку самую крепкую и надежную. С замком амбарным в человеческий рост, и даже, может быть, больше. Рост-то у всех разный. Заказала эвакуатор (клетка тяжелая, будь здоров) и отвезла свое приобретение на гору. Чтобы наверняка. Вокруг горы — ров. На горе — темница. Вот туда она со своим скарбом и забралась. Разместилась и начала в клетке жить-поживать. Хорошая стала, жуть просто. Полы моет в темнице своей, пироги печет, на улицу нос не кажет. Нечего, мол, приличным арестантам по улицам шастать.

Однажды заплутал в ее краях дальних принц — статный, красивый, умный и порядочный. Я, говорит, Девочка, жениться на тебе хочу.

— Женись, — говорит Девочка, — только клетка — в приданое. Это ничего, что я в ней посижу?

— Да на здоровье, дело твое. Сиди сколько хочешь. Мне даже удобно. Не придется тебя по балам в двенадцать ночи разыскивать. И пироги я очень люблю.

Сыграли принц с Девочкой свадебку. Гости поначалу удивлялись, что у принцессы новоявленной платье уж больно экстравагантное. А потом привыкли: мода, видать, такая! Кто их разберет, принцесс этих. А со временем Девочка и сама забыла, что в клетке сидит. Да и ключ куда-то задевала да запамятовала. За что сидит, так и вовсе из головы вылетело.

Сидела та Девочка в клетке на горе, в темнице своей тридцать лет и три года. И однажды зашла к ней в гости то ли цыганка, то ли психолог — не разберешь.

— Ты чего сидишь, милая? Пойди погуляй, погодка-то какая хорошая. Или бал благотворительный устрой. Школы нам в деревне не хватает. Поработала б пошла. Чего ты все в клетке своей да в клетке. Она уж, поди, и проржавела вся вконец.

— А правда, чего это я? — подумала Девочка. И так ей захотелось на свободу, жуть просто! И школу захотелось, и балы, и дышать полной грудью горным воздухом, коего у них там в избытке было. В клетке-то особо по траве росистой не побегаешь. Да и на директора школы она в таком виде мало похожа.

— Да я и ключ потеряла! — пригорюнилась Девочка. — И за дело сижу, не просто так.

— А кто посадил? — спросила Старуха, пожевывая пирог. — Сколько дали?

— Да кто-кто? Сама себя и посадила! — с гордостью отвечала Девочка.

— Так, может, сама и выпустить себя сможешь?

— Ой, точно, как же я сразу-то не подумала… А ведь виноватая я. Вдруг еще не отмотала свое?

— А долго сидишь? Апелляцию подавала?

— Долго, бабушка. Полжизни, наверное, может, даже больше.

— О-о-о, так ты свое уже отсидела, милая. Выходи давай.

Стала Девочка ключ искать. Куда подевала? Всю темницу перерыла — нет нигде.

— А это у тебя что на шее болтается? Не тяжело?

— Да я уже и привыкла. Ой, да это ж ключ мой! Нашелся. Ну все, я пошла?

Отворила со скрипом Девочка дверцу своей клетки, подошла к краю темницы, смотрит наружу: а там ров широченный. Через ров — мост подвесной, старый, шаткий-валкий, на ниточках держится.

— Боюсь, — говорит, — бабушка. А если оборвется, рухнет? И что меня там ждет на другой стороне?

— Так ты если еще тридцать лет будешь тут сидеть, никогда и не узнаешь, что там. Иди, кому говорю. А лучше беги: так надежнее.

Взяла Девочка из клетки свечу, чтобы путь осветить, и ступила на мост. Он, конечно, безбожно скрипел и шатался, мотался из стороны в сторону и норовил Девочку сбросить. Но она не отступалась. В последний раз посмотрела на свою темницу и пошла вперед мелкими шагами. Сначала медленно, медленно, а потом как побежит!

Перебежала на другую сторону, взглянула на свое прежнее место жительства и с радостью поняла: «Я это сделала! Свобода! Не вернусь ни за что и никогда». Поднесла свечу к ветхим канатам и подпалила мост, а с ним и темницу заодно. Сидит на краю рва, заревом любуется. Хорошо, принц в командировке был, а то пришлось бы объясняться, зачем ипотечную темницу огню предала. «Ничего, скажу потом, что утюг не выключила».

«Раз обратной дороги нет, пошла я», — подумала Девочка, обернулась и чуть в пропасть от удивления не свалилась. Перед ней был большой, нет, огромный прекрасный мир. И она побежала ему навстречу.

«И что я все эти годы в духоте сидела?» — подумала Девочка, чувствуя, как мокрая от росы трава щекочет ей пятки.

1. Может быть, так случилось, что вы тоже когда-то давным-давно посадили свою Девочку в темницу? За что вы так с ней?

2. Как выглядит ее темница? Из чего она сделана? Что она туда взяла с собой?

3. Сколько лет она уже провела в заточении?

4. Может быть, ее ключ тоже висит где-то на расстоянии вытянутой руки?

5. Если бы вы сейчас подожгли мост и не оглядывались — куда бы вы побежали?