* * *

  За столом в кабинете друг напротив друга сидели Мышь и государь Аджаннар. Они создавали для Мыши новую грамматику - с прописями, рисунками, примерами для повторения и задачами на расстановку огласовок и знаков препинания. Мышь зачарованно следила за тем, как стило легко летает по бумаге, оставляя на ней бабочек, смешных котят, запутавшихся в мотке шерсти, бегущих по веревочке мышей и райских птичек с хохолками. Мышь подсказывала, что еще нарисовать, и рисунок почти мгновенно появлялся на бумаге. Илан сам смотрел несколько мгновений приоткрыв рот - вот это талант, так красиво, легко и быстро получаются узоры, картинки, каллиграфические надписи... Волшебство. Листов таких рядом лежало уже с десяток.

  - Смотри, Мышь, как нужно уметь, - покачал головой Илан.

  Государь улыбнулся, обмакнул в чернильницу стило и продолжил рисовать.

  Неподарок, заснувший на смотровой кушетке, встрепенулся при голосе хозяина, и поспешно сел, нашаривая сброшенные куда попало больничные подкрадухи - растоптанную войлочную обувь, в которой можно ходить неслышно, не беспокоя больных, - свои-то башмаки неизвестно, когда просохнут.

  - Мышь и Неподарок, - сказал Илан. - Я вам на завтра должен сделать список заданий, напомните мне попозже. Если без меня обойдутся в отделении, то у меня завтра прием. Если не обойдутся, а они не обойдутся, - готовьтесь, будет сложный день.

  - У вас простые дни бывают? - спросила Мышь.

  - Не знаю, - ответил Илан. - Не помню.

  - Извините, что задерживаем, - проговорил государь, дорисовывая глазастой сахарной обезьянке закрученный хвост. - У кира Хагиннора есть вопросы про хофрских посланников.

  Отлично, подумал Илан. Вопросы есть, зато нет самого кира Хагиннора. Лаборатория открыта, там ни его, ни секретарей, ни следователей, ни советников. Ждать или всех послать в песок и смыться по своим делам? Или послать в песок дела хотя бы на время, сесть и дать отдохнуть ногам?

  Государь протянул Мыши последний лист со словами:

  - Чаю сделаешь? Я чайник вымыл.

  Мышь подскочила и помчалась исполнять. В автоклаве воды не было, в запасном кувшине тоже, пришлось ей бежать в дезинфекцию. Илан отослал вслед и Неподарка за дровами на кухню, сел на место Мыши напротив Аджаннара, дождался, пока закроется дверь, неаристократично и не очень вежливо поставил локти на стол, подпер щеку, сказал:

  - Ну, ладно, я здесь посуду мою. Это моя нора. Но ты-то как - из государей и в посудомойки?

  Аджаннар аккуратно пристроил стило на подставке чернильницы, заложил руки за спину и потянулся, расправляя плечи.

  - Долго месть готовил, злопамятный? Просто устал я... с бантом на шее, - ответил он. - И без банта устал. Хочу поделать что-нибудь руками, не думать, помолчать. Или говорить с теми, с кем хочу поговорить. Надоели все.

  Да уж, Мышь, конечно, самый подходящий собеседник, за ее внимание стоит побороться... Хотя, тут Илан понимал. Есть опасность, что сегодня Мышь словоблудит о своем трущобном с двумя государями, а завтра совсем стыд потеряет. Но, если не надувать из себя неотразимую ни в одной кастрюле высокорожденную знать и не считать, что таким разговором себя роняешь, поговорить с ней куда приятнее, чем обсуждать с доктором Рауром отсутствие схем на плановых операциях или с доктором Наджедом непорядок с бельем в детском отделении. Мышь ни к чему не обязывает, за слова не ловит и искренне рада любому общению.

  - Можно я сам тебя спрошу кое о чем? - сказал государь и продолжил, не дожидаясь разрешения: - Ты вернулся в Арденну потому, что здесь твоя родина? Или потому, что ты ее хозяин? На Ходжере задержаться не думал?

  Илан пожал плечами и стал складывать в стопку разрисованные листы, рассматривая их.

  - Я вернулся по другим причинам. Просто... получилось так.

  - В науке не хотел остаться? Там сейчас очень много нового делают. Совсем нового, не как везде. Континентальная медицина отстает от острова Джел уже лет на шестьдесят-восемьдесят, не меньше.

  - Я догадываюсь. Когда я приехал сюда, я не думал, что буду настолько... отличаться. В науке - нет, не хотел.

  - Почему?

  - Людей жалко. Люди без правильного лечения умирают.

  - О, какой ты, - покачал головой государь. - А почему выбрал абдоминальную хирургию?

  - Абдоминальная здесь больше всего востребована. У меня вторая специальность нефрология и урология. Но в ней практического опыта меньше.

  - То есть, всё ради людей. Хорошо. А сердечно-сосудистая хирургия? Не выбрал для себя?

  - У вас же не берут туда чужих. Хотел бы, меня не одобрили. Сказали: все равно уедешь, толку тебя учить. Эта кафедра и направление только для самого Ходжера.

  - Да? - удивился государь. - Я не знал. Но хофрскому посланнику сердце зашил именно ты?

  - Это травма, это просто. Не то, что делают на Ходжере. Когда я уезжал на Гекарич, был разговор: еще лет пять-шесть, и на острове Джел начнут останавливать сердце для операций, а потом снова его запускать. Машина для искусственного кровообращения будет готова. Я сам не видел, знаю только по рассказам, что в этом направлении работают. Даже на Хофре такого нет.

  - Работают, - кивнул государь. - Денег много им на это даем, и не только им. На энтузиастов и одиночек, как столетиями было на материке, не надеемся. Под новые задачи нужен новый уровень инженерной культуры, одно дело понимать, что такое аппарат искусственного кровообращения, и совсем другое - сделать его... Инженерные службы, фармацевтика и химия, горное дело и металлургия, специальное строительство, асептика и антисептика, контроль эпидемиологической обстановки, санитарная обработка зданий и территорий, специализированное обучение во всех этих областях, - государь усмехнулся не без гордости, - расходы очень большие. Соответственно, где поливают, там и растёт. На Хофре много чего нет, что уже есть на Ходжере.

  - Сегодня мне как раз приносили материал для сравнения, - кивнул Илан. - Еле исправил, и то не знаю, будет ли жить. Я немного разговаривал с хофрским хирургом, не спросил, правда, что за корабль у нас в порту. Тот самый, который ждал кир Хагиннор, с выплатами по кредиту?

  Государь покачал головой.

  - Обычный торговый. Просто купцы. Шел с Мемнора в Бархадар, получил повреждения при шторме, добрался сначала до какого-то дикого острова недалеко от Тобо, потом в Арденну, будет здесь проситься на ремонт.

  - Для купцов они устроились очень уж кудряво. У них на борту военный врач и морские офицеры в званиях. Это нормально для торгового судна?

  - Вот тут я тебе ничего дельного открыть не могу. Сам не знаю. На Хофре была заварушка, которая еще не успокоилась и вряд ли успокоится в ближайшее время. Хочется уже, чтобы этот нарыв у них, наконец, дозрел и лопнул, но... никак. Может, военных берут на борт для контроля, может, для защиты от своих же. Пиратов они не опасаются, им бы друг с другом разобраться.

  Хлопнув дверью, вбежала Мышь с чайником, почти сразу за ней принес дрова Неподарок. Мышь по-деловому плюнула на свободную от автоклава печь, печь зашипела. Можно было ставить чайник, не подкладывая дров. Государь примолк, Илан тоже.

  - Где кир Хагиннор с его вопросами? - вполголоса поинтересовался Илан. - А то уйду, и опять не поговорим.

  Государь развел руками:

  - Я бы спросил за него, но не знаю точно, чего он от этих посланников хочет.

  - От них ничего сейчас нельзя хотеть, - сказал Илан. - Они в плачевном положении. Одного кир Хагиннор назвал щенком, и щенок этот, хоть много говорит, но полностью зависит от старшего, вплоть до самой своей жизни, а старший ранен в сердце, слеп и нем.

   - Что?! - раздалось от двери, а государь даже привстал.

  Илан убрал локти со стола. Похоже, отдых окончен.

  Кир Хагиннор набалдашником трости указал на высунувшихся из лаборатории на шум Неподарка и Мышь:

  - Охвостье! Дверь закрыть с той стороны!

  Створки послушно сомкнулись.

  - Повторите еще раз, что вы сейчас сказали, доктор, - предложил Илану генерал-губернатор, подходя ближе. - Слеп и нем? Я правильно услышал?

  - Младший...

  - Старший!

  - Старший ранен в сердце, слеп, и у него отрезан язык.

  - Этого просто не может быть, - сказал государь слегка растерянным голосом.

  - Еще как может! - уверенно проговорил кир Хагиннор. - То-то я гляжу: я им про деньги, а они меня не понимают. Я думал - что такое? Почему неинтересно? Решили прервать торговлю? Смотрю на старшего пристально - он, вроде, меня видит, кивает в ответ и усмехается нахально... Как я не догадался проверить свои подозрения? Видел же, что дело нечисто! Когда в Арденне было обычное торговое представительство, там на любое упоминание о деньгах советники бросались, как блохи на собаку, и начинали торговаться. А новым посланникам деньги... как бы это помягче сказать... по уху. Не знают, где их купить и сколько стоят!

  Илан оглянулся - не висит ли Мышь, любительница подслушать и подсмотреть чужие тайны, на замочной скважине, не наблюдает ли, с кого не надо брать пример. Предложил киру Хагиннору свой стул, но тот отмахнулся, сел на край стола спиной ко всем, скрестил на груди руки и задумался.

  - Зачем он здесь? - поинтересовался государь.

  - Затем, - поднял голову кир Хагиннор. - Затем же, зачем у нас украли людей. Я вам больше скажу, он здесь уже порядочно. Не меньше полугода. То есть... все это достаточно давно планировалось. За вами следят. За нами следят. Как бы ни дрались между собой, а нас из поля зрения выпускать, видишь ли, опасно. Мы стали много уметь и многого хотеть. - Кир Хагиннор повернулся к Илану: - Кто его ранил, они знают?

  - Не знают, - покачал головой Илан. - В старшем я не уверен, а младший не знает точно. Во время операции стащил у меня за спиной метательный нож, который был воткнут в старшего. Хотел найти на нем какие-то следы, но оказалось, мы их смыли при обработке.

  - Еще и подозревает кого-то из своих, - кивнул государь. - Докатились, бублики.

  - Почему своих? - спросил Илан.

  - Залетного разбойника из города по отпечаткам не определишь, след не с чем сравнивать.

  Илан не вполне понял объяснение, но уточнять не стал. Своих, так своих. Спросил:

  - Кто такой посланник Мараар?

  - Посланник, кто же еще, - ответил кир Хагиннор. - Шутка такая, наверное - направить его в Арденну в должности посланника. Он - Небесный Посланник хофрского развеса. Высший ранг посвящения, знать из знати, избранный из избранных и тому подобная дребедень. По отсутствию зрения и речи можно оценить степень угрозы для общества, если заговорит. Матерый, настоящий, знает всё, умеет всё. Вы, доктор, носите ритуальную косу единобожца просто так или слыхали-читали что-нибудь про братство Хранителей? Только учтите, наши береговые Хранители - площадный балаганчик с детскими куклами по сравнению с Хофрскими. Наши и языкастые, сволочи, и деньги любят больше, чем я. Ряженые, что с них взять. Даже не подозревают, в чьи игры играют и что с ними за их маленькие тайны сделали бы на Хофре.

  - Косу ношу по семейной традиции, - пожал плечами Илан. - Про Хранителей слышал краем уха. У меня другие интересы.

  - Вот и правильно. Незачем во все это лезть. Меньше знаешь - крепче спишь.

  - Как же мне не лезть, если я его лечу?

  Кир Хагиннор вздохнул.

  - Одно радует, - сказал он. - Второй из них желторотик. Только начал учиться и совсем еще сопля зеленая. Не было времени подготовиться по-настоящему, даже рот закрытым держать не научился. Ну, ничего, пусть поговорит, пока и ему язык не вырезали.

  Илан встал, вдоль стены подошел к двери в лабораторию и распахнул ее. Мышь отскочила.

  - Чай готов? - спросил ее Илан. - Ставь на стол, чего глазеешь? Вот подарю тебя тете Мире в префектуру, она давно себе оторву просит. И заставят тебя там протоколы допросов по двадцать раз за день переписывать. Довисишься на хвосте.

  - Я же не умею, - спрятала ладошки под фартук уличенная Мышь.

  - Там и научат, раз здесь не получается.

  Мышь решила, что над ней смеются, разговор несерьезен, хихикнула, отбежала в сторону и зазвенела лабораторными чашками под чай.

  - Вы не обрадовали нас, доктор, - мрачно сказал Илану кир Хагиннор.

  - Может быть, мне к нему подойти? - предложил государь отцу.

  - Какой в том смысл? - кир Хагиннор взял в руки отставленную трость. - Они же в Арденну его хрен пойми зачем прислали, а не в Столицу с императором разговаривать. Мы пойдем, пожалуй. Пейте чай без нас, доктор. Поздно уже.

  Илан с вежливым поклоном шагнул к ночным гостям, но кир Хагиннор остановил его ладонью:

  - Не надо провожать. Я два раза заблудился и теперь знаю, где у вас выход, и как его найти. Мы тут без церемоний. - Он кивнул государю: - Пошли.

  Илан постоял немного в кабинете, пока Мышь протирала лабораторный стол, выставляла сахарницу и наполняла чашки. Когда все звуки в коридоре затихли, прошел в лабораторию, сел спиной к теплой печке. Поманил к столу забившегося в угол Неподарка.

  - А он кто? - спросила Мышь.

  - Про кого сейчас спрашиваешь? - уточнил Илан.

  - Господин, который рисует.

  Илан подумал, как объяснить.

  - Ты знаешь, где находится имперская столица, Мышонок?

  Мышь отрицательно мотнула головой.

  - А архипелаг Ходжер?

  Тот же ответ.

  - А... Ну, ладно. Просто считай, что он волшебник. Обыкновенный волшебник.

  - Волшебников не бывает, - возразил тихо проскользнувший за стол Неподарок, потянулся к сахарнице и тут же получил по пальцам от Мыши.

  - Эй! Липка спопнется! - строго объявила она. - Ты уже три раза прикладывался, совесть имей!

  - Не жадничай, Мышь, - остановил ее Илан. - Почему не бывает? Бывает. Если бороться до конца, и волшебство работает, и чудеса случаются. Я, например, тоже волшебник. Но он сильнее, чем я.

  - Ну... если только так, - согласился Неподарок, взглянул на Мышь и быстро взял сахар.