К книге
Боги и архетипы древних славян. Колесо Сварога в современной трактовкеЧасть III Бытовые правила Кола
69%
Часть III Бытовые правила Кола
47

Как видите, Коло Сварога — тема обширная, как сама жизнь. И все аспекты в одну книжку не уместятся. Поэтому давайте для начала разберемся с тем, что ближе к телу.

Наши тела в течение многих поколений настраивались на определенные ритмы жизни — и с наступлением того или иного сезона (срока) «включаются» то на любовь, то на борьбу и/или тяжелую физическую работу, а то впадают в спячку — и не надо себя за это ругать, надо, наоборот, к себе прислушиваться.

Крестьянская философия не предполагает ни специальных духовных практик, кроме, собственно, веры и молитвы, ни практик телесных, кроме ритуальных праздничных обрядов и ежедневных молитв с земными поклонами. Не будем забывать, что крестьянский труд — по преимуществу труд физический, поэтому дополнительной нагрузки людям не требовалось. В книге «ЗОЖ: оно вам надо? Как меняются правила здоровой жизни» (АСТ, 2020) я уже писала об этом.

84 000 поколений Homo Sapiens были охотниками и собирателями. Они почти постоянно куда-то шли пешком, иногда небыстро бежали и не каждый день от кого-то изо всех сил удирали или догоняли. Вот приблизительно такой формат нагрузок и зашифрован в нашем генетическом коде: много ходить, иногда бегать, время от времени бегать быстро на короткие дистанции. Не напрасно, значит, ВОЗ называет именно ходьбу и бег самыми желательными для всех видами физической нагрузки.

В эпоху земледелия и оседлости стало чуть меньше аэробных нагрузок (особенно спринтерских рывков) и чуть больше силовых (особенно на руки и спину): надо же было пахать. В ту же эпоху, помимо класса крестьян, сформировался класс воинов. Если вы не пропустили вторую главу, то можем по-прежнему придерживаться версии, что архетипически крестьяне — это бывшие собиратели, воины — бывшие охотники.

Вот воины и начали впервые практиковать упражнения. Упражнения — это выдуманные телодвижения, которые не используются в русле обычной жизни и не имеют конкретной бытовой цели. При этом они не имеют и сакрально-религиозного смысла, в отличие от молитв. Тут важно отметить, что язычники (кажется, всех времен и народов) своим богам именно поклонялись — кланялись и вытягивались, стремясь прикоснуться к божеству.

Воины же изобрели эстетику тела, игры с ним без практического смысла. В чисто этимологическом плане само слово «упражнение» восходит отнюдь не к «напряжению», как может показаться на первый взгляд, а к общеславянскому корню «porz−» — тому же, что в словах «порожний» (пустой) или «праздный» (бездельный). Воины выполняли упражнения, чтобы продемонстрировать (врагам или девушкам) свои необычные умения, или для того, чтобы рельеф тела сделать более красивым (и, соответственно, более устрашающим для врага или более привлекательным для женщины). Мышцы, которые нужны были для дела, у человека в эпоху раннего Средневековья и так почти постоянно были в работе. Пахари имели роскошный мышечный каркас без всяких упражнений. Но воинам (лучшие из которых со временем переквалифицировались в князей) хотелось чего-то дополнительного, что бы могло отличать их от остальных — и вот они в порядке «упражнений» то быков на плечах носили, то отнимали у пахарей плуги и метали их на дальность, то просто отжимались от земли по двести раз… И как тут не вспомнить в очередной раз о встрече богатырей-воинов с богатырем-пахарем Микулой Селяниновичем. Ни сошку его, ни даже сумочку переметную они поднять не могут. Ибо что для воина крутизна и показуха, то для пахаря — ежедневная рутина. Тут важно помнить главное: ни один воин никогда не собирался жить долго: им полагалось жить ярко и красиво погибнуть в бою до того, как разовьется диабет или ишемическая болезнь сердца. То есть упражнения изобретались для красоты, а не для здоровья и долголетия. Собственно, и диетика воинов, скорее всего, была в русле такой же философии.

Крестьянская концепция бытия была гораздо проще и скромнее: не делай вреда своему телу, тогда не надо ничего специального предпринимать и для его пользы. Что есть вред? Особенно в языческом понимании, где, как мы говорили, не существует четких границ между добром и злом (ну не наши предки ели яблоки в Эдеме на востоке). Вред — это физическое и душевное бездействие (то есть неучастие в движении колеса собственной жизни), употребление ядов, получение травм и прочие сознательные или несознательные страдания.

Пожалуй, в этом и заключается основная идея календарных установлений для современной жизни: если ты не поранился, то не надо и лечиться. И, прежде чем по срокам года разложить требования языческих богов, давайте разберемся в общих правилах.

Предыдущая главаГлава 47 из 68Следующая глава