Сам Воронов в это время вел нарочито роскошный образ жизни. Для своего офиса он целиком снял первый этаж одного из самых роскошных отелей Парижа — «Крийон» на площади Согласия. Там он работал, окруженный свитой шоферов, секретарей, камердинеров и любовниц. С 1921 года после смерти своей второй жены Эвелин Боствик до 1936 года, когда он в третий раз вступил в брак, Воронов был свободен, его сердце никому не принадлежало, и он мог «пуститься во все тяжкие», не скрывая своего влечения к молодым красавицам.
Сержу также принадлежал роскошный особняк на улице Буасьер в XVI округе Парижа. Уникальный мраморный пол в особняке был украшен золотом и представлял собой подобие персидского ковра. Здесь Серж устраивал «вечера общения», на которых собирался цвет художественной парижской публики. На них часто выступали с лекциями мировые знаменитости. Так, например, в декабре 1933 года американская писательница Гертруда Стайн, с 1902 года постоянно проживавшая во французской столице, неожиданно выразила желание выступить перед членами Американского женского клуба в Париже. Упускать такую возможность руководители Клуба не хотели, но помещения для такой лекции у клуба не было, поэтому они обратились к великому хирургу с просьбой предоставить им его особняк. Серж охотно согласился.
Из воспоминаний Гертруды Стайн видно, что сначала она была уязвлена сомнительной, как ей казалось, репутацией владельца дома, проповедующего омоложение через использование обезьяньих желез, но, разузнав подробнее о хирурге, преодолела свое сомнение и впоследствии даже подружилась с Сержем[15].
Куда бы Серж ни приходил и где бы ни бывал, его персона сразу оказывалась в центре внимания. Его расположения искали все, ажиотаж вокруг его личности был абсолютно вызывающий. По радио часто звучала песня Ирвинга Берлина Monkey-Doodle-Doo из кинофильма братьев Маркс «Кокосовые орехи», в ней персоны Воронова косвенно касались такие строчки: «Если ты стар для танцев — поставь себе железу обезьяны».
У курильщиков считалось особым шиком иметь пепельницу в виде обезьяны, прикрывающей половые органы, с гравированной надписью на французском языке «Нет, Воронов, ты меня не возьмешь» (Non, Voronov, tu ne m’emmeneras pas).
В ресторанах и барах особую популярность приобрел коктейль Monkey Gland («Обезьянья железа»). Для приготовления Monkey Gland нужно смешать джин и апельсиновый сок в равном количестве, добавить немного абсента и гренадина. Традиционно коктейль подается в элегантной рюмке на высокой ножке или в бокале-блюдце. На авторство рецепта коктейля претендовали два человека — владелец бара Harry’s New York Bar Гарри МакЭлхон и бартендер парижского отеля «Риц» Фрэнк Майер. Первый в 1927 году опубликовал состав коктейля на основе джина и апельсинового сока с абсентом в своей книге «Завсегдатаи баров и коктейли» (Barflies and Cocktails), а спустя шесть лет, в 1933 году, о Monkey Gland рассказал Майер в книге «Искусство смешивания напитков» (The Artistry of Mixing Drinks).
Harry’s New York Bar расположен в Париже рядом с площадью Согласия, между авеню Оперы и улицей Рю-де-ла-Пэ. Он до сих пор пользуется огромной популярностью. Многие известные люди посещали бар и за бокалами с разными напитками вели оживленные дискуссии: Скотт Фицджеральд и Эрнест Хемингуэй писали здесь наброски своих рассказов, Джордж Гершвин в этом баре расколотил фортепиано, когда сочинял своего «Американца в Париже» (An American in Paris), сюда захаживали для дружеских бесед модельерша Коко Шанель, танцовщица Рита Хейворт и киноактер Хамфри Богарт, а Ян Флеминг описал этот бар в романах о Джеймсе Бонде.
Воронов часто посещал этот бар, встречаясь со своими друзьями и пациентами, тем более что его квартира находилась неподалеку — на той самой улице Рю-де-ла-Пэ, о которой упоминает Михаил Булгаков в романе «Собачье сердце». Косвенным признаком того, что именно Воронов послужил прообразом профессора Филиппа Филипповича Преображенского, служит реплика, которую произносит в романе (а потом и в фильме) один из пациентов, пришедших к профессору на прием: «25 лет, клянусь богом, профессор, ничего подобного. Последний раз в 1899-м году в Париже на Рю де ла Пэ».
Именно на этой улице, самой фешенебельной и дорогой улице Парижа со своими знаменитыми ювелирными и модными бутиками, которая тянется от Вандомской площади до Оперы Гарнье, в те годы и проживал Серж Воронов.
О Воронове писали газеты и глянцевые журналы, сплетничали в клубах и на светских раутах, сочиняли стихи. Воронов стал прообразом героев различных книг. Так, американский поэт Эдвард Каммингс написал поэму о «знаменитом докторе, вставляющем обезьяньи железы в миллионеров».
В 1922 году бестселлером стал роман фантаста Бертрама Гейтона «Похитители желез» (The Gland Stealeres), аннотация которого содержала такие строки: «Дедушке девяносто пять, у него 100 000 фунтов, богатое воображение и хорошее телосложение. Он видит в газетах отчеты о теории омоложения с помощью пересадки желез. Его устроит только то, что эксперимент должен быть проведен на нем самом. Он приобретает гориллу, здоровенную кровожадную тварь, и операция проходит успешно. Это только начало…»
А на улицах Парижа и других европейских столиц висела реклама «Снова стать молодым — это просто. Обратись к доктору Воронову!»
Даже такой прославленный писатель, как Артур Конан Дойл, не смог устоять перед обаянием отважного экспериментатора. В 1923 году он написал рассказ «Приключение ползущего человека» (The Adventure of the Crawling Man), в котором рассказал о странном поведении профессора Пресбери. По ночам он выходил из дома, чтобы лазить по деревьям и дразнить собаку. Шерлок Холмс и доктор Ватсон узнали, что профессор, желая вернуть себе молодость, согласился на инъекцию сыворотки из желез обезьяны. Эта история о лающем безумном профессоре — одна из немногих, в которых Шерлок Холмс не расследует убийства и другие преступления.
В Советском Союзе к Воронову относились с большим вниманием и уважением. Даже такой «официальный» поэт, как Илья Сельвинский, под влиянием идей Воронова написал драматическую поэму «Пао-Пао» о пересадке обезьяне мозга человека…
Эксперименты доктора Воронова вдохновили и кинематограф. В 1926 году ирландский режиссер Рекс Ингрэм снял фильм «Волшебник» (The Magician) в жанре ужасов. В фильме рассказывается о попытках мага получить кровь девушки для экспериментов по созданию новой жизни. Основу сценария фильма составил роман Сомерсета Моэма «Маг», написанный в 1908 году. История о докторе, который якобы побеждает смерть, вдохновила режиссера на создание фильма именно в те годы, когда слава Сержа была поистине мировой. В романе Моэма выведен персонаж — доктор Порхое, который в свое время работал в Египте, такое упоминание наводит на мысль, что прообразом для него послужил именно Серж Воронов. Некоторые сцены фильма происходят в казино Монте-Карло, где Воронов часто бывал в то время. Сначала критики посчитали фильм посредственным, но его прокат принес неплохие сборы, и он вошел в список классических фильмов немого американского кино.
Имя Воронова действительно в ряде случаев приобретало нарицательный оттенок. Ходили слухи, что Серж разработал блюдо, помогающее отсрочить старость и возродить юношескую энергию — филе говядины, смешанное с коньяком и подаваемое с соусами, позже известное как «филе по-вороновски».
Популярность операций Воронова в 1920–1930-е годы сравнима с массовым распространением среди светской публики азартных игр в казино, только в клиниках Воронова на кон ставились не баснословные деньги, а нечто еще более ценное — человеческая жизнь, ее качество и продление.
Горячее желание сохранить молодость и сексуальную функцию приводило к Воронову множество состоятельных людей, политиков, деятелей искусства, наследников баснословных состояний и других знаменитостей. Многие садились за «рулетку молодости» и становились пациентами, более нерешительные или здравомыслящие стояли вокруг, созерцали эффекты медицинской игры и становились или просто наблюдателями, или даже друзьями великого мага хирургии.
Приведем только часть длинного списка тех и других — наиболее известные читателю имена и только те, для которых точно установлено их пребывание в клиниках в качестве пациентов (игроков) или друзей дома Воронова (наблюдателей).
Игроки/пациенты: президент Турции Мустафа Ататюрк, премьер-министр Франции Жорж Клемансо, премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж, румынский король Кароль II, знаменитая революционерка Клара Цеткин, американский миллионер Гарольд Маккормик, автор «Синей птицы» Морис Метерлинк и многие другие…
Наблюдатели/друзья: звезда кино Сара Бернар, композитор и пианист Камиль Сен-Санс, писатель-фантаст Рони-старший (Жозеф Анри Бекс), «отец нейрохирургии» Харви Кушинг, основательница теософского общества, философ и литератор Елена Блаватская, ее учитель оккультный лидер Алжира и Парижа Макс Теон, поэт и драматург (идеолог фашизма) Габриэле д’Аннунцио, писатель Томас Манн, мегазвезда 1920-х — оперная дива Лили Понс, поэт и критик Франческо Пастончи, создатель «Русских сезонов» Сергей Дягилев, премьер балета Вацлав Нижинский, танцовщица и киноактриса Жозефина Бейкер, художница Тамара Лемпицка и многие другие знаменитости того времени.
Образ человека формируется в процессе общения его с другими людьми, встреч, которые приносят новые знания, суждения, взгляды на окружающую действительность, зачастую меняя его мировоззрение. Вспомним В. И. Ленина, который писал «жить в обществе и быть свободным от общества нельзя»[16].
Тот круг общения, в котором жил Воронов, особенно в 20–40-е годы ХХ века, как мы видим, был чрезвычайно широк, разнообразен, вобрав в себя людей разных профессий, с разными родословными (от простолюдинов до знаменитостей, оккультных фигур, икон ар-деко).
Знаменитый философ и богослов Павел Флоренский в своих проповедях замечал, что «…образ индивидуума прекрасно предстает перед нами через фигуры, которые с ним рядом, ежедневно, ежечасно, ежеминутно пополняют его сущность вкраплениями своих мыслей и знаний…».
Давайте познакомимся с самыми яркими игроками и наблюдателями «казино бессмертия» Сержа Воронова, и через их отношения с хозяином этого знаменитого заведения его образ предстанет перед читателем более полным и живым.