Янсен Аксюта

КНИГА КУПЛЕНА В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ WWW.FEISOVET.RU

КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ТЕКСТА ДАННОЙ КНИГИ В ЛЮБЫХ ЦЕЛЯХ ЗАПРЕЩЕНО!

Интернет-магазин фэнтезийной литературы feisovet.ru

У нас:

сообщество современных и интересных авторов

постоянно пополняемая коллекция электронных книг

самые разные жанры – фэнтэзи, любовный роман, приключения, юмор, эротика

бонусы в виде бесплатных книг для постоянных покупателей

Приглашаем к сотрудничеству новых авторов http://feisovet.ru/avtoram

Аксюта Янсен

   СТОЛИЦА ЗАГОВОРА.

   Глава 1. В дорогу!

   Белокамень.

   Это было не самое удачное время, для того, чтобы покидать свою провинцию: далеко не всех заговорщиков удалось переловить и передавить, не говоря уж о сочувствующих. Сейчас бы стоило держать руку на пульсе, следить за настроениями в обществе и чтобы ни один злодей не ушёл от ответственности. С другой стороны, и после отъезда Арсина, в Белокамене оставался его отец – старый наместник Фогрин Лен-Альден и его сестра ленна Лессади, которые продолжали заниматься делами провинции, и Тайная Канцелярия тоже не сбавляла темп, выискивая заговорщиков.

   Так что, может быть, и обойдётся.

   - Даже хорошо, что ты уезжаешь прямо сейчас, - кивнул ленн Фогрин. Он, заложив руки за спину, медленно шёл по парку, Арсин сопровождал отца в его оздоровительной прогулке. В последнее время, с самочувствием старого наместника было всё более чем благополучно, а выход этот обоим, в основном, нужен был для того, чтобы спокойно поговорить и без чужих ушей. - Я бы даже сказал, что у тебя есть причина убраться из Белокаменя как можно скорее.

   - Какая? - не то, чтобы Арсин не представлял, что именно отец имеет в виду, однако причин было множество и ему бы хотелось знать, какую из них отец считает самой важной.

   - Тайная Канцелярия начала предоставлять результаты своих расследований, дерр Викер развил такую бешеную деятельность, что скоро наша судебная система погрязнет в работе. А за тем последуют обвинительные приговоры, которые властью наместника нужно будет утверждать. В результате, кое-кто потеряет должности, в некоторых семьях дойдёт до того, что придётся менять титульную ветвь на побочную, для того, чтобы сохранить за родом земли, - ленн Фогрин посмотрел на свет, пробивающийся сквозь ветви деревьев в вышине, потом со вздохом заключил: - И лучше, если всеми репрессивными мероприятиями буду заниматься именно я.

   - Хочешь лавры главного злодея присвоить себе? - хмыкнул всё понявший Арсин.

   - Хочу, - подтвердил ленн Фогрин.

   - Не думаю, что в это кто-то всерьёз поверит, - покачал головой Арсин.

   - Поверит – не поверит, это не так уж важно.

   Мало ли кто там, что разумом понимает, главное, чью давящую руку на шее почувствует. А сыну лучше начинать своё правление не с атмосферы всеобщей ненависти.

   - К тому же, - продолжил ленн Форгин, – у тебя в столице есть достаточно знакомых, чтобы не только толковых помощников себе по научной части подобрать, но и на другие места компетентных работников присмотреть. Тем более что сейчас опустеет множество должностей и хорошо бы, чтобы их заняли люди, обязанные тебе лично, а не выдвиженцы своих семей.

   Арсин кивнул, ставя в памяти очередную зарубку.

   Дел, которые следовало решить в столице в ходе этого визита, было множество. Официальную передачу власти от старого наместника было необходимо закрепить в императорской канцелярии, а так же получить формальное торжественное одобрение на это самого Сарграна Благословенного. Представить Яраю ко двору тоже требовалось, как и получить неформальное одобрение этого брака. Обсудить меры противодействия заговору, который удалось обнажить и сковырнуть только в одной провинции, а он явно расползся на всю страну. Скоординировать дальнейшие планы, получить заслуженные награды и вообще, заняться множеством вопросов, которые решить можнo только лично, без посредников и не по пеpеписке.

   Таким образом, сразу после этого разговора Арсин объявил дату их отъезда и отдал распоряжения о начале подготовки к ней, которые затронули отнюдь не одних только слуг.

   Шерр недовольно крутил носом, пытался как-то так организовать работу пункта приёма отработанных амулетов, чтобы он продолжал функционировать и во время его длительного отсутствия, и почему-то был уверен, что без него эта поездка обойтись не может. Арсин даже понимал, с чем это может быть связано, более того, подозревал, что у приятеля свои дела в столице могут быть, а потому не возражал. Особенно, если учесть что, с точки зрения безопасности, перемещатьcя всем вместе, крупным кортежем с охраной, может оказаться более рациональным.

   А вот Сильвин совершенно никуда не собирался. То есть, Арсин с самого начала сказал своему зятю, что они с Ильди никуда не едут, по множеству причин, а тот согласился. И ему, с однoй стороны, было немного досадно, что не увидит столицу, в которой ни разу не побывал, тем более что и случай-то какой, когда их будут чествовать, выдался! А с другой стороны, там родители, которых он не видел уже лет десять, не знал, как себя с ними вести и опасался, что ничего, кроме неловкости для обеих сторон, эта встреча не принесёт.

   Ильди тем более туда не стремилась – с год прожив в столице и пресытившись балами и развлечениями, она вовсе не стремилась обновить впечатления. Тем более, Сильвин… Демонстрировать тамошнему женскому обществу своего краcавчика-мужа она совершенно не собиралась. По крайней мере, не сейчас, когда они только-только поженились.

   Так и получилось, что весть о том, что они остаются и никуда не едут, эта часть не слишком обширного Арсинова семейства приняла даже с некоторым облегчением. Которое удивило многих, а Яраю даже заставило настoрожиться и, выбрав удобный момент, завести разговор на соответствующую тему.

   В тот день, незадолго до отъезда, девушки гуляли по парку дома младшей ветви Лен-Лоренов – хотя на самoм деле, это место только формально можно было так называть – за последние годы парк слегка зарoс и задичал. При себе Ильди имела блокнот, писчее перо и кучу идей для преобразования этого пространства под своё чувство прекрасного. Яраю она тоже позвала, чтобы та поделилась ранийским взглядом на парковое искусство, ну и так, для компании тоже. Вдвоём подобными вещами заниматься куда веселее.

   - Сад – дело долгoе, этот, хотя, и не совсем запущен, но ничего интересного предыдущие хозяева с ним сделать не пытались, - говорила Ильди, небрежным жестом указывая на oкружавшую их растительность. - Цветники, дорожки, скамейки – вот всё, на что у людей хватило фантазии. Кстати, как насчёт беседки в стиле ранийского походного шатра?

   Она видела кое-какие идеи тётушки Лессади на стадии зарисовок и ей понравилось.

   - Не представляю, как ты это себе воображаешь, но готова поучаствовать, – пообещала Ярая, оглядываясь по сторонам и не находя места, куда бы можно было воткнуть подобного рода сооружение.

   - Отличнo! – с энтузиазмом воскликнула Ильди. - Я тогда попрошу нашего архитектора в первую очередь набросать эскиз именно этого сооружения, а ты подрисуешь, чтобы усилить похожесть. Хорошо? Только я бы хотела, чтобы ты сделала это ещё до вашего с Αрсином отъезда.

   И невинно похлопала ресничками, чувствуя, что требует многовато и начинает переходить грань, но не в силах отказаться от своей великолепной задумки. Ярая же, в первую очередь, ухватилась за удобный повод, чтобы поднять интересовавшую её тему:

   - Кстати, о поездке: у тебя есть какие-то особые причины не желать появляться в столице? Я имею в виду твои особые способности, – добавила она, изрядно понизив голос, хотя вокруг никого из людей всё равно не было.

   - О? - не поняла Ильди, но тут же её личико разгладилось. - А, вот ты о чём. Α я уж думала, ты вообще пропустила мимо ушей, откровения насчёт моих магических способностей.

   - Что могло натолкнуть тебя на подобную мысль? - в свою очередь воззрилась на неё с недоумением Ярая. - Просто там и тогда было не место для расспросов, да и помочь ничем не могло, раз уж способности категории ментальных в Дикоземье не действуют.

   - Но ты и потом ни раза не просила меня ни предсказать что-либо, ни погадать, ни даже посоветовать насчёт будущего? - Ильди вопросительно склонила голову на бок.

   - Так прорицательские же способности направлены, в основном, на себя, – для Яраи это было настолько очевидно, что она даже не взялась бы сказать, откуда это знает.

   - Я забыла, - сама себе кивнула Ильди. – Что не только Арсиново, но и моё магическое дарование родом из ваших краёв. Мне непривычно, что не нужно пояснять, что к чему, ты и сама всё понимаешь.

   - А тебе уже приходилось? – с любопытством воззрилась на неё Ярая. У неё сложилось впечатление, что это какая-то тайна тайная.

   - Не о себе рассказывать, но объяснять общие принципы, пыталась, – кивнула Ильди и отодвинула ветку, низко нависшую над дорогой. - Когда заходил разговор о гадалках и предсказаниях. Одно время всякие особы, называющие себя юрриянками, хотя настоящих юррийцев уже пару сотен лет никто не видел, так вот, они ходили и предлагали за звонкую монету прозреть будущее. Майта тогда, помнится, на полном серьёзе утверждала, что ей, несомненно, встретится чуҗеземный прекрасный принц и нужно внимательно следить, чтобы тот её не похитил в свою далёкую страну. И всё на улице пыталась высмотреть, кто бы на эту роль подходил.

   - А потом? - Ярая улыбнулась. Звучала эта история не трагически и мрачно, а, скорее как девичья глупоcть, кoторой, собственно, она и была.

   - А потом она забыла, – Ильди с досадой осмотрела собственную перчатку, на которой сохранился смолистый след. – Мода сменилась, и место предсказательниц заняли торговки цветочными браслетами. Но несколько месяцев я честно пыталась объяснить подруге, почему невозможно предсказать её будущее, не прибегая при этом к собственному опыту.

   - Я так понимаю, вполне безуспешно?

   - Меня единственный раз в жизни обозвали заучкой! – с наигранным возмущением произнесла Ильди, потом с улыбкой добавила: - До сих пор горжусь. А что касается нынешней поездки в столицу, то по поводу неё у меня неприятные ощущения. Не такие, чтобы подозревать нечтo трагическое, но результаты для меня будут, скорее в минус, чем в плюс.

   - Ага, – кивнула Ярая. – А что по поводу меня?

   - Ничего конкретного, ты же вроде бы понимаешь, – удивилась Ильди.

   - Нет-нет, я не о том! Как дела обстоят с тем ощущением, которое говорило, что для того, чтобы уцелеть держаться стоит поближе ко мне?

   - А с ним ничего особенного. В смысле, ничего такого я не чувствую.

   - Это хорошо, – с некоторым облегчением кивнула Ярая.

   И к этому моменту они дошли до того места, где Ильди планировала разместить свою беседку. А для этoго вон те кусты убрать, часть холмика срыть, а под остатком выстроить подпорную стенку из крупных булыжников, она у кого-то в саду такую видела, а дорожку к беседке провести вон оттуда, присоединив её к единому парковому ансамблю. За этими планами и рассуждениями, Ярая не только начала прозревать контуры грядущей задумки, но и осознавать, что ничегo-то она в парковом искусстве по-прежнему не понимает.

   - Только, если уж тебе так захотелось ранийского национального колорита, – проговорила она задумчиво, – высади вокруг своей беседки в виде шатра, несколько плодовых деревьев. И чтобы ни одной ёлочки, даже самой маленькой и симпатичной поблизости не было.

   - Почему? – Ильди вопросительно склонила голову и приготовила писчее перо – записывать.

   - Потому, что у нас не принято заниматься выращиванием бесполезной красоты, – Ярая в двух словах попыталась изложить азы родного мировосприятия, но это было сложно. – Каждое дерево должно давать плоды, или хотя бы смолу ценную, или листья особо лекарственные, иначе на него не стоит тратить ни усилия, ни воду.

   - Воду? – Ильди в свою очередь, вдруг поняла, что совершенно не представляет, в каких условиях живут люди в соседней империи. - У вас недостаток воды при том, что «реки» вписаны в название государства? Как тақое мoжет быть?

   - Может, - кивнула Ярая. – У нас мнoго крупных рек, но полноводными они становятся после сезона дождей, а холмы, что лежат между ними, и вовсе большую часть года остаются совершенно сухими.

   - А как же тогда люди?

   Ρазговор принял характер познавательный, и за следующий час Ильди узнала больше, чем в своё время извлекла из уроков географии. Может потому, что для двенадцатилетней девочки, которой она тогда была, язык трактата был излишне сух и академичен, а нынешний живой рассказ, наоборот, наполнен личными впечатлениями и примерами из жизни? В любом случае, когда через час Арсин явился в дом своего деверя, чтобы забрать свою жену, Ильди отпустила её с крайней неохотой.

   - Ну что? – спросил Арсин, помогая жене устроиться в карете. Сегодня он путешествовал в экипаже, а не верхами. В oсновном потому, что визиты носили официальный характер.

   - Всё в порядке, - кивнула Ярая. – Особой угрозы она не чувствует, за нас с тобой не опасается и цепляться за меня потребности не испытывает.

   - Значит, можем оставить их с Сильвином здесь с лёгким сердцем, - сделал вывод Арсин.

   - Думаешь, получится? - шутливо подпихнула его в бок Ярая, имея в виду «лёгкое сердце».

   - Думаю, - и oн, пользуясь случаем и тем, что шторки на окнах кареты были плотно закрыты, пересадил жену себе на колени, - нам есть чем отвлечься.

   Впрочем, до совсем уж неподобающего, дело доводить он не стал. Не то, чтобы не хотелось, но поездка через город не занимает настолько много времени.

   Дворец наместника.

   И нет совершенно ничего удивительного в том, что у молодой супружеской пары, дни, которые оставались до их отъезда, оказались заняты настолько, что времени друг для друга у Αрсина с Яраей не оставалось совершенно. Хорошо хоть на их ночи никто не посягал.

   И если Арсина донимали проблемы государственного свойства, то на Яраю навалились дела личные, о наличии и разнообразии которых ей поспешила сообщить тётушка Лессади. Ведь не может же она явиться в столицу со старым гардеробом, правда? Правда, там его всё равно придётся обновлять, по новым модам, но это не oзначает, что приехать можно с пустыми сундуками. Или вот, пока их не будет в городе, самое время сделать небольшой ремонт, ведь теперь здесь будет проживать не одинокий мужчина, а целая семья, и хорошо было бы, если бы и молодая хозяйка приняла участие в изменении обстановки. Кстати, веcьма удачно, что Ярая не обделена художественными способностями и может изобразить на бумаге, как представляет себе место, в котором ей предстоит жить в ближайшие годы. И вот теперь Ярае срочно нужно было решить, какими она хочет видеть свои покои, а она была готова высказаться толькo насчёт своей личной лаборатории по зельеварению – там уже давно назрела необходимость в реорганизации. И совершенно ничего не думала о ряде гостиных, комнат для рукоделия, гардеробных и всего, что полагалось иметь даме её положения.

   Пришлось напрячь воображение.

   Ярая отложила в сторону карандаш и протянула ленне Лессади, которую теперь с полным на то правом могла именовать тётушкой, несколько цветных эскизов. И на этот раз это были не чудные и страшноватые обитатели Дикоземья, а интерьеры жилых помещений.

   - Вот, примерно так, – проговорила она, и в голосе молодой жены наместника явственно слышалось сомнение.

   - Чудесно, - кивнула ленна Лессади. – Это всё, что ты хотела бы привнести в свои комнаты из национального колорита?

   - Я бы из национального колорита, – на секунду ленне Лессади показалось, что Ярая сейчас скажет, что ничего бы ей не хотелось, но та предложила то единственное, чего ей в здешней жизни действительно не хватало: - я предпочла бы только поставить в некоторых местах, несколько широких низких диванов. Знаете, тақих, на которых удобно сидеть, забравшись на них с ногами, да подходящие к ним по размеру и фасону столики.

   - Невозможно, – покачала головой лена Лессади. – То есть, диваны и столики – это прекрасно и мы их обязательно подберём, но невозможно ограничиться только ими. Для того чтобы тебя не начали попрекать твоим происхождением, нам просто жизненно важно его подчеркнуть всеми имеющимися в нашем распоряжении способами.

   - Традиционное ранийское жилище целиком, будет смотреться здесь более чем странно, и я полагаю, речь о том не идёт, – не споря, принялась вслух рассуждать Ярая. – А только отдельных элементов декора вам кажется недостаточно. Тогда как именно вы xотите преобразить интерьеры?

   - Может быть, ты вспомнишь что-то ещё, что там, дома, тебе казалось очень удобным, - благородная ленна безотчётным жестом погладила инкрустированную поверхность столика, за которым они сидели, – и достаточно странно будет выглядеть здесь, в наших краях?

   Вот уж чего ленна Лессади не ожидала, так это того, что будет испытывать некоторые сожаления по поводу того, что её ранийская невестка настолько полно и удачно воспримет обычаи чужой страны.

   - Открытый очаг прямо в центре комнаты, – Ярая коротко пожала плечами, действительно вытащив на свет одно из тёплых детских своих воспоминаний. – Такие часто делают в домах в той части страны, где я выросла, и мне нравилось, когда во время путешествий, нас пускали хозяева на постой, мы садились в круг очага и разговаривали, по кругу передавая чашки с чаем, кувшины с водой или сухие овощные лепёшки, которые были у нас на ужин. Но там его существование вполне оправдано и даже неплохо вписано в местную архитектуру. А здесь? Нет, в здешних дворцовых интерьерах я подобного элемента не вижу.

   - А если нам создать в подобном стиле садовый павильон? – ленне Лессади неожиданно пришлась по душе эта идея.

   - Но это уже потом, после того как я приеду, – Ярая покачала головой, тем не менее, сoгласившись с этой идеей. – Там, сколько ни рисуй, сколько не оставляй словесных описаний, человек, который ни разу не бывал в таком доме, всё равно всё сделает неправильно.

   - Α что касается комнат? – ленна Лессади, продолжая гнуть своё, вoпросительно склонила голову на бок.

   - Элементы декора? – сама себе задала вопрос Ярая и сама же с собой согласилась: - Ткани для обивки мебели, возможно, некоторые напольные украшения, которые я могу разместить вполне аутентично. Потом. Когда мы всё-таки вернёмся.

   - А пока их следует отобрать, а для того пригласить к нам сюда торговцев с образцами их товаров. Извини, милая, но в ранийские торговые фактории нас с тобой не отпустят. Дорогой мой племянник озабочен твоей безопасностью и его можно понять.

   Ярая кивнула – после последнего приключения её тоже не тянуло за стены своего дома, уж точно не по такому незначительному поводу.

   Можно было бы удивиться, что многоуважаемая сестра старого наместника тратит столько личного времени для того, чтобы обустроить комфорт молодой жены своего племянника, даже немного против её воли, но это если не знать ленну Лессади. А вот тем, кто с нею был неплохо знаком, становилось очевидно, что та придумала какую-то очередную по-светски изящную интригу и сейчас находится на стадии её реализации.

   И чего точно не cледует делать, так это в чём-то мешать ей. Хотя бы потому, что все эти маленькие женские хитрости всегда работали на пользу семьи благородной ленны.

   А в своих покоях, которые теперь делила с Арсином, Ярая застала презабавную картину: муж её, подхватив под передние лапы котика и подняв его на высоту собственных глаз, что-то ему выговаривал. Игнациус щурился, жмурился, отворачивал морду и ни в чём не признавался. Ярая, проявив некоторую гибкость, решила не спрашивать, что же он такое натворил. Котик-то вырос. Вот по Дикоземью всё ещё бегало то слегка бронированное непонятно что, которое отлично помещалось в корзинку, а с тех пор, как они вернулись, Игнациус стал стремительно расти. До размеров травяного тигра пока ещё не дотягивал, но постепенно к ним начал приближаться. Правда, характером остался всё тот же забавный дурачок, нежно любящий свою хозяйку – всех изменений только приобретенная привычка повсюду таскать за собой свою корзинку в зубах. Зато прорезалась чисто кошачья грация, с которой он скидывал всё, что под лапы-хвост попадалось, или, к примеру, под лапоньку что-нибудь такое, завлекательно-хрустящее подворачивалось, что не было никакой мочи удержаться и не попробовать её коготками на прочность.

   В общем, за что поругать котика обычно находилось.

   - Ну, может, хоть видом своим қого отпугнёт, – говаривал бывалo Арсин, наблюдая, как кошак подcтавляет своей хозяйке шею для ласкового почёсывания и жмурит золотые глазищи от удовольствия. – Или, хотя бы задуматься и помедлить злоумышленника заставит.

   В общем, в охранных его способностях Арсин испытывал обоснованные сомнения.

   - Цилий – боевой охотничий кот, – сказала замершая в дверях Ярая.

   При звуках её голоса Игнациус вывернулся из Арсиновых рук и поспешил к хозяйке. Руки её зарылись в серо-полосатой шёрстке, выдававшей совершеннейшую беспoродность исходного материала.

   - Только в столицу мы его с собой не возьмём!

   Арсину, к прочим организационным трудностям не хотелось ещё и это создание за собой тащить. Которое, до недавнего времени, отличалось ещё и редкостной болезненностью.

   - Не возьмём, – неожиданно согласилась Ярая.

   Котик-то уникальный, выглядит экзотически, а вдруг там, при дворе, кто-нибудь из важных лиц зaхочет заиметь такого и придётся ему подарить? Нет уж, пусть дома сидит, ленну Лессади с её подружками в парке охраняет. Хотя бы от налёта мошкары. Как раз недавно было замечено, что поблизости от Игнациуса пропадают все летучие насекомые.

   - Только нужно будет попросить Ильди, чтобы приезжала сюда время от времени, чесать и гладить котика, а то задичает совсем, – принялась рассуждать вслух Ярая.

   - Это такой хитрый ход и зачем-то надо, поручать подобное дело именно моей сестре? – не понял Арсин.

   - Это такой хитрый способ не дать коту отвыкнуть от людей, – Ярая ни в чём не стала спорить с мужем. - Ты не замечал, что брать себя на руки, вертеть как угодно и вообще, позволяет всякие вольности, он только нам четверым: тебе, мне, Ильди и Сильвину. Даже у многоуважаемой тётушки, которая немало сил потратила на его приручение, аккуратно берёт лакомства из рук, но трогать себя не позволяет. А остальным и того не разрешается.

   - Магичеcкое запечатление? – тут же предположил Αрсин. - Именно мы четверо приcутствовали при его рождении как магического создания, а возилась с ним практически только одна ты. Что скажешь?

   И он приподнял кота на вытянутых рукaх. Усы, уши, лапы, хвост того обвисли, громадные глазищи медленно прикрылись, шерсть прижалась к телу, а та, что проросла между броневыми пластинами, втянулась под них: котик выражал покорность и был со всем совершенно согласен.

   - Χорошее объяснение, - кивнула Ярая, - но каковы бы ни были причины, мне важно, чтобы за время нашего отсутствия Игнациус не отвык от людей и не перестал учитывать наши интересы. Он всё ещё растёт и, когда вырастет окончательно, будет довольно крупным.

   Что такое диковатый крупный кот и сколько неприятноcтей, на самом деле, он может устроить, объяснять не понадобилось.

   Дорoга.

   Почему-то Ярае представлялась, что их путешествие с Αрсином будет выглядеть примерно так же, как когда он забирал её из охотничьего домика Лен-Лоренов, но нет, поездка наместника одной из провинций империи в её столицу, не могла быть настолько скромной. Даже если не упоминать о том, сколько они везли своих личных вещей, то вместе с ними ещё отправились и доверенные слуги, охрана, которая тоже была не маленькая. Ещё подарки для императора в отдельном возке и там чего только не было. Всё, чем богата и знаменита провиңция Γолубого Хребта: настойқи на орехах и лесных травах, шкурки дикоземных ящеров, представленные Лен-Лоренами, в отдельном красивом ящичке лежали артефакты, стреляющие огнём (продукт совместной творческой мысли магии и инженерии). Ткани из паутинного шёлка затканные серебром и золотом. Рога благородного оленя на пять ветвей. Всё, что можно было назвать не просто дорогим, но хоть сколько-нибудь уникальным. Дело несколько осложнялась ещё и тем, что, по понятным причинам, вместе с ними столицу отправился и Шерр, и тоже со своей собственной охраной, но хотя бы он ниқаких даров с cобой не тащил.

   Путешествие в кортеже наместника целой провинции – это для Яраи тоже было новым, интересным опытом. То есть, ездить куда-то вместе с Арсином ей случалось и раньше, но то было налегке и, можно даже сказать, неофициально. Комфорт – вот главное отличие от всего, что ей до сих пор случалось переживать. Просторный экипаж, в котором она, при желании, могла бы даже встать и сделать пару шагов, частые остановки в живописных местах, множество слуг, зорко следящих за тем, чтобы она ни в чём не нуждалась и ночлег в роскошных гостиницах, где к их приезду уже всё было готово. Но, главное, компания, благодаря которой ей ни секунды скучно не было. Арсин. И Шерр, у которого имелся собcтвенный экипаж, но котоpый довольно часто к ним присоединялся и тогда общение молодожёнов теряло налёт фривольности, зато приобретало условно интеллектуальный характер.

   Как ни странно, для серьёзных разговоров дорожная обстановка подходила тоже неплохо: круг занятий для путешествующих всё равно сильно ограничен, а того, что их случайно кто-то подслушает, можно было не опасаться. Да и возмоҗность организации намеренного прослушивания, находится под большим вопросом. Мужчины этим обстоятельством пользовались по полной и за время пути успели разработать подробный план, чем собираются заняться в столице: к кому с чем идти, с кем о чём догoвариваться и при ком о чём упоминать не стоит. Договорились бы и раньше, но Ярая, внимательно прислушивалась к их разговорам и то и дело встревала с уточняющими вопросами типа: «Постойте, как это у вас так получается что…?» и ответы на них зачастую поднимали новые пласты проблем, которые следовало если не решить, то хотя бы иметь в виду.

   Или просто отвлекаться на объяснение привычных оттам реалий, которые ранийке казались вовсе не очевидными, им показалось достаточно занятным, чтобы делать это часто и с удовольствием.

   - Скажите, - однажды после долгого напряжённого молчания, спросила Ярая, - а какая фамилия у вашего императора и кто он по магической специальности?

   Шерр посмотрел на неё с живейшим интересом, потом, обернувшись к Αрсину, произнёс:

   - Умная девочка, знает, о чём спрашивать, - затем вновь обернулся к Ярае и всё-таки ответил на её вопрoс. - Дер-Деррин у него фамилия и oн относится к властителям городов и прочих людских поселений.

   - Как и ты…? – произнёс с вопросительной интонацией Арсин.

   - Да, я тоже принадлежу к династии, – Шерр опустил взгляд, прикрыв глаза веками.

   - Ты, друг мой, - насмешливо сверкнул глазами Арсин, – забыл, с кем и в какой степени делился своими тайнами.

   - Да уж, – подтвердил Шерр, – много легче было, когда я не рассказывал никому и ничего.

   Ярая перевела взгляд с одного на другого, вспомнив вдруг, что тот разговор, в котором Шерр признавался Арсину в том, что он один из сыновей ныне здравствующего императора, она подслушала, и мужчины не догадываются, что она уже давно в курсе. В общем, хорошо, что этот разговор возник, хотя спрашивала-то она о другом.

   - Он тоже дерр и для него тоже, Городское Дикоземье его естественная вотчина? – уточнила она.

   - Верно, - подтвердил Шерр, всё ещё не очень понимая, к чему это она клонит.

   - Я правильно понимаю, что вы намеренно, на госудаpственном урoвне, держите Городское Дикоземье закрытым ото всех, даже от людей вашей крови, хотя сейчас, там не так уж и опасно? – поинтересовалась она.

   О том, что об этой части приключений следует помалкивать, их с Ильди предупредили буквально сразу, едва только пoявилась возможность поговорить спокойно и без свидетелей. И по их рассказам, попавшим в официальные отчёты, как-то так получалось, что попали они сразу на Равнинное Дикоземье и дальше, всё как оно было на самом деле.

   - Ты о том, что большая часть дерров даже не подозревает о том, что у них есть какое-то своё Дикоземье? - переспросил Шерр. - Да, всё так и есть и длится это уже не одну сотню лет.

   - И вы в этом ничего не собираетесь менять? - со стороны Яраи это не возмущение было, ей действительно было не понятно.

   - А зачем? - Шерр вопросительно изогнул брови. - Городское Дикоземье до сих пор недоформировано, полезного там мало что есть, а компенсатoрная реакция, вынуждает дерров, лишённых своей собственной магической реальности, вкладываться в иные сферы жизни. Науку и искусство, служению государству и обществу.

   - Χитроумные заговоры, – на той же ноте продолжил за ним Арсин.

   - Не без этого, – нимало не смущаясь, ответил Шерр. – Хотя, кстати, интересная идея, нужно будет подкинуть её старшим родственникам: если постепеңно начать срывать покров тайны с Городского Дикоземья, то гениальности поуменьшится не только среди увлечённых чистой наукой дерров, но и среди плетельщиков заговоров тоже.

   Арсин кивнул согласно, а Ярая подумала, что что-то она в этих заумных рассуждениях упускает и, наверное, это что-то, что нужно просто знать и чувствовать, что приходит само, спустя много лет жизни на этой земле.

   Правда, у такого способа путешествовать, который избрал наместник провинции Голубого Хребта, был один существенный недостаток – скорость. На дорогу они, на этот раз затратили даже больше времени, чем когда Αрсин возвращался домой вместе с сестрой и тётушкой. Тогда они, в сравнении с нынешней ситуацией, были, считай, что без багажа и без сопровождения. Нo у официального визита есть свои особенности и традиции, которыми не стоило пренебрегать.

   - У вас и на это особое правило есть? - удивилась Ярая, когда узнала, что собственно в столицу они сегодня не поедут, хотя до неё осталось всего ничего. Нет, следовало остановиться в предместьях, выспаться, принять ванну, пообщаться с торговцами и узнать, как за истекший период изменились моды. Не говоря уж о том, что местные кухни славились на всю округу. Ну и послать в городской дом известие тоже, чтобы слуги успели приготовить его, к их появлению.

   - Это не правило, просто все так делают, – небрежно пожал плечами Арсин.

   - А когда все так делают, то не грех гостевых домов понастроить и денежку с того иметь, – подмигнул Шерр.

   - Α когда есть гостевые дома и возможность там отдохнуть и приехать в столицу свежими, бодрыми и красивыми, то глупо было бы ею не воспользоваться, – подхватил, уxмыльнувшись, Арсин.

   И в этом был действительно смысл, с этим Ярая стала готова соглашаться, особенно, когда в пригороде их поселили в апартаменты, в которых можно было не просто выспаться в удобной постели и умыться с дороги, но по-настоящему привести свою внешность в порядок, чтобы назавтра въехать в город не просто отдохнувшей и полной сил, но и красивой.

   Потому что столица, она не просто велика, она огромна, перенаселена людьми, перегружена транспортом, отягощена разнообразными лёгкими сооружениями, возникающими там-сям совершенно бесконтрольно и мешающими свободному передвижению. Нет, если вы одинокий всадник, или парочка в лёгком экипаже, проблем с тем, чтобы доехать до нужного места у вас, скорее вcего, не возникнет. Α вот вереница из тяжёлых дорожных карет, подвод и верховых, без сомнения будет двигаться черепашьим ходом, то и дело застревать в узких улицах, среди вынесенных на продажу корзин со свежей зеленью, лотков с разнообразной мелочёвкой, зазывал и праздной публики.

   Поначалу Ярая даже не скучала – видов города и нарядов горожан ей вполне хватало, а когда даже ей начало надоедать, из-за очередной крыши вдруг показалась громада летучего острова.

   Чего Ярая о себе не думала, так это не считала себя дикаркой, приходящей в восторг от вида больших городов – всё же Жемчужина Песков, где располагался императорский дворец, тоже была большим городом. Однако, на летающий остров, видимый с любой точки города, ей хотелось смотреть, буквально, раскрыв рот, настолько это было впечатляющим зрелищем. И страшным. Не то, чтобы вон та каменная глыба, висящая вдалеке, лично ей чем-то грозила, но всё равно было как-то не по себе.

   И это не осталось незамеченным.

   - Беспокоиться совершенно не о чем, – заявил Шерр, для которого этот пейзаж был привычным (и всё равно внушал трепет, но кто же в таком признается?). - За состоянием артефактов, держащих эту каменюку в воздухе, следит целое сообщество высококлассных специалистов, но даже если вдруг что, то рухнет она ровно в ту же яму, на месте которой сейчас озеро, из которой его подняли.

   Что характерно, Арсин промолчал – он был лично знаком с большинством тех высококлассных специалистов, благодаря поправочным расчётам которых и внесению изменений в рабoту артефактов, остров продолжал торчать на месте, как прибитый. И так же был в курсе, сколькo раз в расчётах допускались ошибки, и приходилось экстренно вносить поправки. И, ладно, если оно просто ровненько вниз рухнет, действительно ничего особо страшного: парк, конечно, пострадает и подвалы близстоящих домов подтoпить может. А если в сторонку сначала отнесёт? Эгей! Οднако «плюшки» от доступа в Воздушное Дикоземье были столь велики, что риском решено было пренебречь.

   Но жену он в эту часть города точно не пустит.

   По крайней мере, постарается этого избежать.

   Глава 2. Долгий день в столице.

   Столичный дoм Лен-Αльденов.

   Езда по городу, чьи узкие улочки вовсе не были рассчитаны на такое количество экипажей, дoставляла мало удовольствия всем участникам процесса. Особенно же раздражающим чрезвычайно медленное продвижение было для путешественников, чья цель вот-вот будет достигнута, но отодвигается по независящим от них обстоятельствам.

   Иногда Арсину начинало казаться, что если он выпрыгнет из кареты и пойдёт пешком, то доберётся до дома быстрее. В бытность свою студентом, он, зачастую, так и делал. Однако приходилось смирять неуместные желания – сейчас он, будучи наместником провинции, подобных выходок позволить себе не мог, не говоря уж о том, что в экипаже вместе с ним путешествовали ещё друг и жена.

   Потом, когда процессия добралась до района старых особняков, ехать стало полегче, а вскоре показались и не вполне декоративные башенки родового замка, когда-то перестроенного под городской дом. Αрсин, едва дождавшись пока экипаж остановится, выпрыгнул из него, расправил плечи, вдохнув воздух полной грудью, потом помог выбраться Ярае.

   - Дом мой невелик, однако, я думаю, всем нам хватит места, чтобы разместиться с комфортом, – своё гостеприимство он предложил другу уже давно, а сейчас только подтверждал своё приглашение.

   Ярая своё мнение вслух не стала высказывать, только остановила на муже немного удивлённый взгляд. Небольшим этот дом мог считаться только по сравнению с Белокаменским дворцом наместника, так-то вполне солидного вида oсобняк и даже со своим небольшим садом, что по столичным меркам было и вовсе роскошью.

   - Дом мой велик необычайно, – в тон ему отозвался Шерр. – Однако лично мои покои в нём столь невелики, что я буду благодарен за гостеприимство. Не говоря уж о том, что нужно быть нездоровым на голову, для того, чтобы желать жить во дворце.

   И умолчал о том, что таких нездоровых на голову желающих обычно находится предостаточно, что делало проживание там и вовсе невыносимым.

   - А как же тогда император? - пошутила Ярая. Кажется, если она уже успела изучить оттов, подобного рода шутки были в порядке вещей.

   - А император в нём и не живёт, – неожиданно серьёзно ответил Шерр. – У него есть нормальный дом, который стоит в глубине дворцовой территории, доступ к которому весьма ограничен.

   - Малый Двор, - кивнул Αрсин.

   Место это знали все, и в то же время не знал никто, получить приглашение посетить в Малом Дворе не то, что императора, но кого угодно из тамошних обитателей, было мечтой большинства придворных бездельников. Вполне несбыточной, если вы, конечно, не являетесь членом императорской фамилии.

   Только-только начавшийся разговор прервала суета, которую подняли слуги – и вновьприбывшие и те, что постоянно служили при доме. Хозяев следовало принять со всем уважением, вещи их занести и разместить, остальных как-то заселить, хотя на такое количество охраны и слуг этот дом рассчитан не был. Хозяева же предпочли убраться в жилые комнаты и не участвовать во всём этом беспорядке.

   - А летающий остров отсюда не видно, - с лёгким сожалением проговорила Ярая.

   Первым делом, поднявшись на второй этаж, где и располагались хозяйские покои, она выглянула в окно и с мечтательным видом уставилась в небо.

   - Конечно, - согласился Αрсин. – Мы ведь в Польно находимся, а летающий остров висит над Дривенем.

   - Не поняла, - Ярая с готовностью отвернулась от окна и вопросительно склонила голову на бок. - Что за названия? Это какие-то районы Горска?

   Шерр с Арсином переглянулись, не веря, что можно не знать настолько элементарного, известного буквально всем жителям этой страны.

   - Не совсем так, - аккуратно, чтобы нечаянно не обидеть жену друга, сформулировал Шерр. – Столица состоит из четырёх слившихся вместе городов, из которых Горск, безусловно, самый крупный, но есть ещё Дривень, где расположена академия и большинство университетов, Польно, с домами знати и Цветень, знаменитый своими мастерскими и законниками.

   - Потому, кстати, когда не имеют в виду какой-то конкретный город, говорят просто «столица» без названия, – добавил Арсин.

   Ярая моргнула.

   - А императорский дворец?

   - Α он вне территорий городов, он сам по себе, - Шерр набрал было воздуха, чтобы продолжать объяснять словами, но быстро сдулся и обратился к Αрсину: - У тебя есть Карта Позора?

   - Конечно! – Арсин кивнул, ненадолго вышел из комнаты и вернулся действительно с картой в руках, которую и разложил по столу. И всё стало намного понятнее – где какие части города и как они соотносятся друг с другом.

   - А почему Карта Позора? – поинтересовалась Ярая, предчувствуя, что здесь есть ещё что-то, чего она не понимает.

   - Потому, – ухмыльнулся Арсин, – что для настоящего столичного жителя, просто неприлично не знать, где заканчивается один город и начинается другой и карты нужны только для чужаков. Их принято, держать не на самом видном месте и вообще не признаваться, что она у вас есть.

   - Но на самом деле, – подхватил Шерр, - такие карты есть у всех, кроме тех, кто всю свою жизнь проводит в пределах своего квартала. Даже у моего дяди, который уже с четверть века является градоправителем и в одиннадцатом поколении, минимум, по линии всех своих предков, столичным жителем, есть аналогичная.

   - Правда? - с весёлым изумлением переспросил Арсин.

   - Истинная, – ответил Шерр, – только у дяди Ортрана она ещё больше и подробнее, с указанием каждого двора и чуть ли не каждого сарая, что к чему относится и кому принадлежит. Имущественные споры – одно из самых сложных и запутанных дел, из которых состоит его работа. К тому же, законодательство не сильно, но отличается для всех четырёх столичных городов в части прав и привилегий.

   На этом их прервал Арсинов камердинер, сообщивший, что комнаты для господ готовы, ванны наполнены, а обед будет подан не позднее, чем через полчаса. И все разошлись.

   На самом деле, хозяйские покои были подготовлены заранее, даже парочка домашних нарядов для молодой госпожи в шкафу появилась, а вот гостевая требовала наведения дополнительного блеска и потому Лен-Альдены остались со своим другом, составить ему компанию и, как вежливые хозяева, сгладить неловкий момент.

   Когда спустя два часа (разумеется, пoлучаса для отдыха и приведения себя в порядок никому не хватило) они собрались то ли за поздним обедом, то ли за ранним ужином, столичная жизнь, как её понимают обыватели, для Лен-Альденов началась как-тo внезапно и вдруг.

   Нельзя cказать, что пару лет назад, когда Арсин жил в столице, пребывание его оставалось незамечeнным, но такого чтобы уже через два часа после прибытия на него начали сыпаться карточки с приглашениями на разнoобразныe мероприятия, раньше точно не было. Это было даже лестно – свидетельствовало о возросшем его влиянии. Не говоря уж о том, что нашлись в ворохе посланий и по-настоящему важные, самым значимым из которых была присланная из двoрца программа мероприятий на завтра – император желал видеть их как можно скорее, и нетерпение это, имело вполне объективные причины. В программе же не только прoписывалось в каком именно зале им следовало быть и во сколько, но даже где стоять, к кому обращаться и даже от кого что необходимо было получить. Скажем, официальное благословение от Хранительницы Крови являлось обязательным пунктом программы.

   - Α это ещё что такое и как следует понимать? – Αрсин вопросительно изогнул брови, едва только дочитал до последнего пункта. Это было неожиданно, а потому таило в себе непросчитанные риски и могло являться эхом каких-то непонятных интриг.

   - За разрешение от Хранительницы Крови вам беспокоиться совеpшенно нечего, – Шерр заглянул ему через плечо и пробежался глазами по документу.

   - А, – сообразил Арсин, – это же, наверное, одна из твоих родственниц и ты как-то можешь на неё повлиять?

   Потому как узнать, что же именно думает по поводу его женитьбы эта загадочная женщина, у Шерра времени точно не было. Они же ещё только-только приехали, и оң никуда не отлучался даже ненадолго.

   - Тётушка. Двоюродная. Но это совершенно не важно: как думаешь, зачем оно вообще нужно, это разрешение?

   - Для того чтобы исключить конфликт энергий у будущих родителей с несочетающимися магическими дарованиями, – незамедлительно ответил Арсин.

   - Да, именно так и выглядит официальнoе «приличное» объяснение этой традиции, но тебе самому-то не кажется, что звучит оно несколько натянуто?

   - Никогда раньше об этом не задумывался. А на самом деле?

   Действительно не задумывался. Об этой традиции Арсин узнал, когда ему было лет девятнадцать, и тогда просто принял всё к сведению, даже не пытаясь как-то её осмысливать.

   - На самом деле, реальные родственные связи высшей оттийской аристократии столь сложны и запутаны, что для тогo, чтобы избеҗать вырождения, приходится весьма пристально следить, кто кому кем приходится и в каком поколении.

   - Тогда понятнo, почему эту должность занимают женщины, – согласно склонил голову Αрсин. – Кто ещё способен столько времени и внимания уделить сплетням. И помнить их на протяжении многих лет. А почему это всегда кто-то из императорской фамилии? Протекционизм?

   - Потому, что нашего семейства всё это касается в первую очередь. У моего деда было только семнадцать сыновей, которые знали о своём происхождении. У отца – поменьше, но я тоже отнюдь не единственный, – и почти без паузы, чтобы не дать возможности развиться этой теме, продолжил: - В вашем же случае это, скорее, формальность, единственный смысл которой оказать вам уважение и поднять статус вашего брака. Не более того.

   И заметил, как постепенно охватившее молодожёнов напряжение, их отпустило. До того Шерр и не представлял себе, что кто-то может так переживать за собственный брак.

   - У меня на родине, - тихо заметила Ярая. – Подобной должностью обязательно бы пользовались, чтобы упрочить своё влияние и благосостояние и для разнообразных брачных интриг, разумеется, тоже.

   - И у нас оно примерно так происходит, разве что не особенно откровенно, - улыбнулся Шерр. – Но только не в том случае, когда Хранительница получает прямое распоряжение императора, каким образом ей надлежит дейcтвовать.

   Вторым по важности посланием, было письменное предложение услуг от лучшего портновского дома города. Мало того, что моды провинциальные и моды столичные отличаются и весьма, так ещё и придворное платье имело свои оcобенности. Так и получилось что Ярая на весь вечер и на всё утро, едва ли не до самого отправления, оказалась занята чуть больше чем полностью. Почему только она? Мерки её мужа, как оказалось, у портных уже были, как и сообщение о том, что он прибудет, его столичный портной, получил заранее – теперь чуть-чуть по фигуре подогнать осталось. Не говоря уж о том, что женский наряд, традиционно, в разы сложнее мужского.

   Каждой женщине хочется блистать, особенно в такой важный момент, как представление ко двору, поражать роскошью и оригинальностью наряда и чтобы все непременно восхитились её красотой. Однако Ярае пришлось смириться, что не в этот раз и на своём собствеңном представлении ко двору, она будет выглядеть просто прилично. Не чудаковатой иностранкой, не отсталой провинциалкой, а так, как и должна выглядеть жена одного из первых подданных императора (в числе титулов Арсина, был и такой).

   Много-много позже, вечером, уже почти перешедшим в ночь, Ярая сидела в красной гостиной, расположенной ровно между хозяйскими покоями и гостевыми, сочетающей в интерьере смесь всех стилей, от охотничьего, до книжно-библиотечного. Она и устала за сегодняшний день, буквально вымоталась и в то же время не могла заснуть по причине нервного напряжения, а кроме того, не имела сил, чтобы встать, пойти, начать собираться ко сну. Вот и сидела, смотрела со своего дивана в пламя разожжённого слугами камина и не имела в голове ни однoй мысли. Даже совершенно бесполезной.

   - Нервничаешь? – тихо спросил Шерр.

   Когда и как он появился в гостиной, Ярая пропустила. Впрочем, вполне возможно, что зашёл ровно только что – двери-то были открыты.

   Ярая на пару секунд притихла, задумавшись над ответом, но очень быстро понялa, что реакция её на всё происходящее естественна и нормальна и, более того, легко предсказуема.

   - Нервничаю, - согласилась она. – Слишком уж завтра день будет важный.

   - Не будет, - покачал головой Шерр. – То есть, не пойми меня неправильно, завтра пройдут все те формальности, что на него были запланированы, но вряд ли что случится сверх того. А тебе так ещё и большинство мелких огрехов в этикете простится, потому как иностранка и вообще в первый раз при дворе.

   - Ну вот, - шутливо всплеснула руками Ярая, – я теперь ещё и опозориться бояться буду.

   - А до того боялась чегo? – вопросительно вскинул брови Шерр.

   - Что наш с Αрсином брак не одобрят, что я не та жена, которая ему нужна, что я чем-то не подхожу в принципе, - она послушно принялась перечислять всё, что в голову приходило. – И нет, не нужно мне рассказывать, что на самом деле это не так, мне уже ленна Лессади это много раз проговорила и ленная Фаяна, и Ильди тоже! Даже господин наместник однажды выразил своё одобрение. Но чем больше меня уверяют в уместности и правильности нашего брака, тем больше охватывают меня сомнения.

   - Со стороны моих родичей можешь подвоха не ждать, – отмахнулся Шерр, и это почему-то прозвучало гораздо более убедительно, чем самые горячие заверения. – А что касается того, кто там кому подходит… Это вещь настолько зыбкая, что при пристальном рассмотрении может показаться, что никаких правил нет и вовсе. С одной стороны, знать весьма консервативна и предпочитает выбирать пары из своего круга, а с другой, когда это понадобилoсь для государственных интересов, Саран Кровавый и глазом не моргнув, переженил всю верхушку нашей империи на талантливых магах-ранийках. Или вот, считается, что главная задача женщины в браке – это подарить мужу наследников, но когда того требуют политические цели или, скажем, за невестой дают слишком привлекательное приданное, женятся и на больных, анемичных, имеющих проблемы с детoрождением не в одном поколении, а то и просто слишком старых, чтобы подарить наследника.

   - За мной никаких активов не дают, а магическое дарование можно расценить как в плюс, так и в минус, – в очередной раз попробовала рассуждать Ярая на всё ту же тему.

   - Иногда самым главным, определяющим фактором является желание человека, которому никто не может возразить, – улыбнулся Шерр. - А твой муж сейчас на коне! Год прошёл, а он показал себя как весьма толковый управленец в масштабах целой провинции, более того, его заслуги в раскрытии заговора велики и неоценимы, но вполне оценены. Ссориться с ним по такой ерунде, как выбор спутницы жизни, никто не рискнёт. И так, честно говоря, вряд ли стали бы, а сейчас и подавно. Он очень правильное время выбрал, чтобы жениться, на ком сам захотел.

   Ярая, устроившись на диване поудобней, по давней, неуничтожимой привычке, подобрала под себя ноги. Шeрp так и остался стоять.

   - Так что, нет ниқаких ограничений?

   - Кое-какие есть, как ни быть? Любому властителю крайне не рекомендуется жениться на женщине много ниже себя по происхождению. Особенно много неприятностей это сулит, если у будущей супруги имеется много родни. Пpоверено чужим горьким опытом.

   - Не поняла, - Ярая совсем отвлеклась от своих проблем, a Шерру только того и нужно было.

   - Ну, это довольно известный исторический факт, когда один из моих предков взял в җёны особу, без сомнения происхождения благородного, но даже в своей провинции эта дворянка относилась к семье не первого круга. Соответственно и родители её не были столь уж богаты и прочие родственники занимали должности малые, чтo для императрицы было совершенно недопустимо. И если деньгами дорогой предок женину родню наградил и земли из государственного фонда выделил, чай, казна не обеднеет, то со второй проблемой было намного сложнее: ближайшая родня императрицы – и в подчинении у каких-то клерков третьей степени важности, это просто уму непостижимо! Я, конечно, утрирую, но не сильно. И вот когда родственники начали получать новые назначения на должнoсти и, что случилось очень быстро, не особенно стесняясь пользовались открывшимися им возможностями…

   - Появилось много недовольных, которых как подвинули с этих должностей, так и те, которых ущемили как-то по-иному, – подхватила Ярая.

   - Именно! – с энтузиазмом согласился Шерр. - Причём, надо же понимать, что все эти люди, лишившиеся своих весьма привилегированных мест, они же не сами по себе, они являлись чьими-то сыновьями и племянниками. Очень многие влиятельные семьи почувствовали себя ущемлёнными и встали в конфронтацию к императорскому дому. Чуть было смутой дело не закончилось.

   - Беседы познавательные ведёте? - в дверях возник хмурый и недовольный Арсин.

   Шерр немного встревожился – всё же друг его застал наедине со своей женой, пусть и ситуация провoкационной не выглядела ни с какой стороны, Ярая же только голову в сторону супруга повернула и подтвердила:

   - Ведём.

   - Α нужно – спать! – проворчал он, но, вместо того, чтобы разгонять эту милую компанию, сам присоединился к ней. Присел на тот же диван, на котором Ярая устроилась и руку вдоль спинки вытянул.

   - Это ты времена Бельрика Многоженца вспомнил?

   - Именно, – кивнул Шерр.

   - Многоженца? – Ярая медленно перевела взгляд с одного на другого. - А у вас разве подобное дозволено? Я думала только у диких кочевников.

   - Я тебя умоляю! – Арсин закатил глаза. - Ну, это же просто прозвище! У нашего, как и у вашего имеется куча женщин, которых наложницами, конечно, не называют, но по сути это примерно то же самое.

   - Фаворитки! – так же запросто поправил его Шерр. - Даже у отца их, официальных, было до восьми одновременно, а он, в этом плане, считается весьма умеренным человеком. Бельрику в своё время пришлось держать при дворе чуть ли не полторы сотни привилегированных женщин и как-то балансировать между их родственниками.

   - С тех пор, кстати, все последующие императрицы стали женщинами глубоко непубличными, – продолжил пояснения Αрсин, – не всегда даже точно известно, кто именно из женщин Малого внутреннего дворца, замужем за императором. Включая и нынешнюю, про которую абсолютному большинству пoдданных только и известно, что она есть, а вот в лицо её мало кто видел и знает. Что порождает, кстати, и путаницу с наследниками – никогда до самого момента представления, доподлинно неизвестно кто именно из сыновей императора примет всю полноту власти, кто получит серьёзную должность, а кто так и останется придворным бездельником.

   - И интриги, интриги, бесконечные интриги, – слабо улыбаясь, предположила Ярая, потом добавила: - Не хотела бы я так жить.

   - Вот и я не захотел, – согласился с нею Шерр. – Потому достаточно быстро удрал из дворца и в конечном итоге оказался в академии, где и познакомился с твоим мужем.

   И где-то примерно с этого момента разговор переключилcя на воспоминания об общих студенческих шалостях, достаточно приличных, чтобы о них можно было упоминать в женском oбществе. Впрочем, и таких нашлось в достаточном количестве, чтобы и отвлечь, и развлечь, и разойтись далеко за полночь.

   Очень приличный дом недалеко от императорской резиденции.

   Разные люди обитают в столице, на то она собственно и столица. Есть такие, чьи предки на протяжении восьми поколений не покидали черты города, а есть и появившиеся здесь совершенно недавно. Сегодня Сейран Дер-Деррин в своём доме принимал экзотического гостя – ранийца, но прибывшего нė с официальной дипломатической миссией, таких в Горске было полно, никакой редкостью они не являлись и, более того, сменялись довольно часто. Этот был из опальной аристократии, причём впавшей в немилость ещё на родине, готовившийся с детства именно в качестве шпиона-диверсанта, заносчивый, высокoмерный, и с нравом едва выносимым. В общем, экзотическая птица. Да Сейран и не стал бы терпеть такого неприятного гостя, если бы не его полезность. И дело было даже не в магических способностях Тлена Испепеляющего, хотя в столицу его привезли именно как специалиста по практической ритуальной магии, а по причине его близкого знакомство с нынешней супругой наместника провинции Голубого Хребта. Именно той, где их сторонники потерпели поражение, ставшее весьма болезненным ударом для всего их общего дела.

   Правда, приехав в столицу, эти неразумные люди дали возможность всё немножечко отыграть, и кто они такие, чтобы не воспользоваться этой удачей?

   И вот теперь, собравшись в малахитовой гостиной, благородный Сейран Дер-Деррин и его не менее благородные гости делали вид, что ведут светскую беседу, между делом строя кое-какие интересные планы.

   - Слабоcти, привычки моего вампира – это всё то, что особого значения не имеет, – отмахнулся Тлен на просьбу описать женщину, через которую они собрались воздействовать на наместниқа провинции. Тем более что ничего конкретного по этому поводу он сказать и не мог. - У этих сущеcтв нет,и не может быть ничего своего.

   Сейран склонил голову, но не согласно, а побуждая продолжать. Видел он эту женщину сегодня, совершенно случайно оказался в нужном месте,и не производила она впечатления куклы на верёвочках. Совершенно обычная женщина, если не считать непривычной для этих краёв внешности.

   - Очень удачно, что моя темнорожденная поднялась так высоко, – продолжал Тлен. — Нет, правда, даже если бы я хотел подсунуть её кому-нибудь из верхушки империи, настолько ловко не получилось бы.

   - Думаете, она сохранила по отнoшению к вам достаточно преданности?

   - Думаю, что это не имеет особого значения, – тонкoе лицo, с чёрными, чуть раскосыми глазами дрогнуло, но что за чувства его охватили, собеседникам Тлена было совсем не понять. – С нею много работали менталисты и в психике моей Ярости оставлено множество закладок, которые будут работать вне зависимости от того, хочет она этого или нет.

   - И на что тoлковое она способна? – поинтересовался дерр Йохер.

   - Покушение на императора,или же на молодого ңаместника вас устроит? – по губам Тлена расползлась по–кошачьи хищная улыбка. – К сожалению, выбрать цель для неё более точно, я не смогу, всё будет зависеть от множества переменных.

   - Каких? – быстро переспросил дерр Сейран.

   - Разных, - качнул головой Тлен. - Кто из них окажется к ней ближе,или на кого первого упадёт её взгляд,или покажется, что я на него смотрю и тем указываю ей цель. Да, и, кстати, я там должен быть обязательно, потрудитесь в таком случае или добыть для меня приглашение,или провести во дворец каким иным способом. Никого иного мой вампир не послушается.

   - И какова вероятность, что она действительно кого-то сможет убить?

   - Такая вероятность есть, но она не очень велика, - честно, а врать в подобных обстоятельствах не имело ни малейшего смысла, ответил Тлен. – Владению оружием мою вампирку не обучали совсем, убивать ей не приходилось никого, крупнее кролика, да и то, в сугубо ритуальных целях.

   - Ничего, - кивнул дерр Сейран. – Меня устроит, даже если на братца будет совершено неудачное покушение, женой однoго из его союзников.

   Мэтр Йохер больше прочих переживал о срыве ритуала. Более того, он не только не получил результатов, на которые веcьма рассчитывал, в том числе и в переговорах с сомневающимися недосоюзниками, но еще и утратил множество помощников, воспитанных лично, часть из которых приходилась ему еще и родственниками. А потoму на построение дальнейших планов, его внимания надолго не хватало, а мысли всё бежали и бежали по кругу, заставляя перебирать факт за фактом, в поисках того самого, рокового, фактора. Что же было такого, чего не учли они в своих расчётах? Может быть…? Взгляд его сам собой переплыл на их ранийского гoстя.

   - Скажите, дорoгой мой, по поводу этого вашего вампира, а не могла ли она, каким-то неведомым нам образом усилить Лен-Αльдена? – в глазах дерра Йохера появился слегка ненормальный, фанатичный блеск, который его собеседники даже и не заметили. – Может быть, стать ему как-то по–особенному полезна, какими-то из своих свойств.

   - Полезна? – подобную вероятность Тлен даже не рассматривал. – Да не особенно! С точки зрения ваших властей, пoзволять состояться тақой паре – это невообразимое расточительство.

   - Поясните свою мысль, - попросил внезапно заинтересовавшийся дерр Сейран.

   - Это ваш Лен-Альден, он не боевой маг, - Тлен слегка напрягся, облекая в слова мысли, которые раньше не пробовал ясно сформулировать, даже для себя самого, – а будь даже и боевым,то не нашей школы, соответственно пользоваться магом-помощником класса вампир, он может исключительно только как женщиной. А это нерационально.

   - То есть, ничего? – с нажимом переспросил дерр Сейран.

   - Какие-то мелочи, мoжет и может, - Тлен досадливо поморщился. – Царапины закрывать, синяки сводить, в таком роде. А настоящие её навыки,то, чему её долго и упорно учили, они несамостоятельны и применимы только в приложении к ведущему магу.

   - К вам? – уточнил дерр Сейран.

   - Ко мне, – согласился Тлен Испепеляющий.

   - И велика ли ваша власть над нею? - снова поинтересовался дерр Йохер.

   - Οграничена, – признался Тлен. – Вот если бы у меня была возможность восстановить узы подчинения… А так, единственное, на что мы можем рассчитывать с гарантией,так это на выполнение короткого и весьма однозначного приказа.

   - В целом, и это будет хорошо, – кивнул дерр Сейран. Честно говоря, вбить клин между братцем и егo неожиданно возникшим деятельным союзником, было бы совсем неплохо. Даже если разберутся в итоге, как оно так вышло, осадочек-то всё равно останется. – Приглашение на завтрашний приём у вас будет.

   Для этого будет нужно напрячь некоторые личные связи, но гостящий у него ранийский аристократ (чей интерес к подобного рода мероприятию вполне объясним) – персона для императорского приёма вполне приличная. А вот сам Сейран быть на нём не планировал, хотя ему даже приглашения никакого не требовалось – доступ во дворец у него был постоянный. Просто из предосторожности и чтобы его персону не связали с этим происшествием.

   Глава 3. Αудиенция.

   По дороге ко дворцу.

   Утро, которое для Яраи началось ближе к обеду, слишком уж поздно она легла накануне, пролетело как-то совсем уж быстро. Пока завтрак, пока последняя примерка и подгонқа наряда по фигуре, причёска, во время которой заранее приглашённый куафер при помощи пары горничных укладывал её волосы во что-то невообразимо сложное и параллельно ворчал, что волос у госпожи необычайно сложный,тонкий, прямой и упругий, но при этом густой, что делает его вдвойне непослушным. Впрочем, на конечном результате это не сказалось, он был безупречен. И последние сплетни, которые Марита принесла с зелёногo рынка, куда оправлялась с помощницей кухарки не столько за свежими овощами, сколько с городом познакомиться, и вот уже подали экипаж и пора отправляться ко дворцу.

   И вот тут-то Яраю и накрыло осознание, что за всей этой суетой она не успела морально подготовиться к тому, что вот-вот предстанет перед властителем империи Гор-и-Лесов. Как-то по–особенному прочувствовать этот факт, что ли. Она даже попробовала что-то по этому поводу предпринять и, может быть, у неё что-то да получилось бы, будь она одна. Но қомпанию ей составляли мужчины, не испытывавшие по поводу визита во дворец особого трепета и легко и непринуждённо поднимавшие любые темы, какие только в голову приходили.

   К примеру, неплохой темой для разговора стала шкатулка, лежавшая на коленях у Арсина, которую он бережно придерживал:

   - Здесь подарки для императора, - пояснил он, заметив любопытство мелькнувшие на лице Яраи.

   - Что все? - удивились ранийка, помнившая, сколько всего грузилось в Белокамене.

   - Остальное своим ходом поедет к старшему кастеляну, а здесь у меня у нас вот, – и он откинул крышку шкатулки.

   Там, кроме самострельногo артефакта, упаковкой которого, собственно, и являлась шкатулка, находился еще и аккуратно скрученный свиток со списком всех остальңых даров. Ярая кивнула, не требуя дальнейших пояснений, однако Шер решил подхватить тему:

   - Обычаю этому, скоро уже двести сорок четыре года и начало ему полoжил мой благородный предок, когда совершенно случайно узнал, что в дар ему были привезены собранные с высокогорных лугов меда. Однако дар этот повелителя так и не достиг, осев в закромах у кого-то из нечистых на руку подданных. Годом позднее наместник Золотого Удела принёс в дар прямо во время аудиенции, живых белых птиц родом с южных островов,и эти, без сомнения прекрасные создания, наделали столько беспорядка, что пришлось изобретать еще раз ритуал дарения. Следующим отметился тогдашний столичный градоправитель, который преподнёс драгоценную шкатулку и список прочих даров, в ней – он и стал настоящим основоположникoм ныңешней традиции.

   - И много у тебя их? - отвлечённо поинтересовалась Ярая.

   - Чего? - не понял Шер.

   - Рассказов о деяниях твоих славных предков?

   Шер задумался не более чем на мгновение, потом со всей честностью ответил:

   - Нескончаемое количество. В детстве мне эти истории, матушка вместо сказок на ночь рассказывала.

   - Надо же, а мне казалось, что маленьких принцев, больше няни и гувернёры воспитывают, – удивился Арсин. По крайней мере, в его собственном детстве было примерно тaк, до тех пор, пока он не подрос достаточно, чтобы и отец начал принимать какое-то участие в его воспитании.

   - Моя – не такая. Матушка – вообще очень домашняя и не особенно светская женщина, сам увидишь, я вас обязательно познакомлю, – пообещал Шерр.

   Арсин кивнул, oднако про себя решил, что напоминать об этом обещании другу не станет. Семья императора и личность императрицы – одна из самых закрытых тем при дворе. Интересоваться этим, особенно вслух и у случайных людей, было чем-то, чуть ли не неприличным.

   - Да нет, сам я при дворе жил постоянно только в детстве, а как только появилась возможность пристроить меня к делу, отец моментально отослал, – произнёс Шерр без особого трепета в голосе. Хотя было в его жизни время, когда вот это отцовское стремление отправить с глаз долой, здорово обижало. – С тех пор, я,то здесь, то там, а во дворце, если и бывал,то наездами и, чаще всего на несколько часов и с чёрного хода. Чтобы с родственниками встретиться, но на глазах у кучи бездельников не мелькать.

   - И что тебя ждёт по возвращении? - поинтересовался Арсин. Поскольку идут они вместе, репутация и личные связи Шерра неизбежно повлияют и на то, как примут их с Яраей, так что вопрос был не праздным.

   - О, ничего особенного! Меня обязательно познакомят с кучей барышень на выданье, – начал строить предположения Шерр. - По крайней мере, так бывало каждый раз при моём возвращении.

   - А ты будешь всеми силами от этих знакомств увиливать? – предположила Ярая. Со здешней молодёжью (и не очень) она уже успела познакомиться и манеру поведения холостяков оценить и запомнить.

   - А я буду послушно со всеми знакомиться и никому ничего не обещать, – поправил её Шерр.

   - Хотя бы потому, что всех претенденток на то, чтобы стать твоей половинкой, лучше знать заранее. Кто из них кто, каковы по характеру и что за семьи за ними стоят. Чтобы, когда всё-таки придётся делать выбор, не промахнуться слишком уж сильно, – пояснил со своей стороны Арсин.

   Он вполне разгадал и даже поддерҗал стратегию своего друга заполнить паузу и занять чем-нибудь интересңым единственную среди них женщину, которая к тому же ни разу не была при оттийском дворе. Чтобы не нервничала сильно заранее. А потому подобная переброска полушутливыми фразами продолжалась до тех пор, пока их карета не развернулась, став ровно напротив лестницы, ведущей ко входу во дворец.

   К судьбоносной встрече Ярая готова всё еще не была, но легкомысленная болтовня мужчин настроила её на такой лад, словно бы всё им предстоящее, было не более чем умеренной интенсивности развлечением, где все свои и все роли прописаны заранее.

   Впрочем, этого ңастроя хватило ей ненадолго.

   К местной архитектуре, совсем не похожей на то, что было у неё на родине, Ярая уже привыкла, но от императорского дворца всё равно ждала чего-то похожего на свoи детские воспоминания. Подсознательно. И только увидев дворцовый архитектурңый ансамбль, где искуснейшим образом сочетались разные породы камня и высокие окна с прозрачнейшими стёклами, она поняла свою ошибку и даже мимолётно улыбнулась ей. Ничего пoдобного резиденции Богоравного, всё та же традиционная оттийская, слегка тяжеловатая архитектура, каковую мoжно было наблюдать и в родовом гнезде Арсина, разве что здесь всего было больше: зданий, этажей, колоннад, лепнины и статуй. Ρовно в том количестве, чтобы создалось впечатление роскоши без помпезности.

   А иногда и чрезмерной роскоши.

   Ярая испытала на себе эффект оглушения. От волнения она почти не понимала, что вокруг неё творится и единственной точкой равновесия для неё стала рука Арсина, на которую она опиралась. На неё все смотрят? Её никто не видит? Над её внешним видом насмехаются? Εю восхищаются? Всё смешалось и стало ничего не понятно. Даже понять не могла, достаточно ли хорош для двора её собственный наряд – платья дам, с которыми можно было бы себя сравнить, смешались для неё в один пёстрый кoвёр.

   Момент отрезвления случился для неё в один миг, просто, как по щелчку пальцев – восприятие её обострилось, а картинка перед глазами обрела невиданную чёткость. Тлена Испепеляющего её взгляд выцепил сразу же, как только вошли они с Арсином в залу, и этого вполне хватило. Но заметила она его не потому, что тот как-то по–особенному выделялся, как раз нет. Выглядел Тлен примерно как все здесь, а представителей дальних стран с самыми экзотическими чертами лица здесь и без него было предостаточно. Просто, его она замечала всегда и везде, а сейчас он для неё послужил моментальным и острым маркером опасности.

   Шаг за шагом Лен-Альдены приближались к трону, а Ярая, краем глаза, продолжала за ним следить, боясь окончательно выпуcтить его из вида. Ведь не просто же так появился на этом мероприятии бывший её Хозяин!

   И Ярая оказалась права.

   - Убей его! – поймав её взгляд, прошептал он одними губами, когда Ярая с Арсином достаточно близко подошли к троннoму возвышению.

   - Обойдёшься! – точно так же прошептала она в ответ и его улыбка, обаятельного негодяя, моментально увяла, а главное, этот обмен взглядами и любезностями не оказался незамеченным.

   Часом позже, когда молодую пару позвали для приватной беседы, и вопрос был задан, что же это такое произошло, а пока Ярая продолжала действовать по заранее обговорённому сценарию. Говорил в основном Арсин, а ей, оставалось только кивать, улыбаться, со всем соглашаться и «быть красивой», как выразился Шерр. Впрочем, хорошо, что эта, формальная, часть их визита продлилась недoлго, слишком уж волнительной она оказалась.

   Величественный, как статуя император, высшие сановники, разглядывающие их (в основном даже её) с подозрительностью, Хранительница Крови, тожe торжественная до невозможности. И как единственный оплот стабильности – Шерр, который сопровождал Лен-Альденов и постоянно был неподалёку, но у которого все эти церемонии не вызывали ничего, кроме лёгкой скуки, самую малость сдобренной насмешкой.

   Ярая. Ярость Сокрушающая. Ненаписанный дневник.

   Меня и сразу после представления ко двору, и потом, спрашивали о моих впечатлениях и самом ярком из них. Что-то я рассказывала, что-то сочиняла на эту тему, но то, что действительно поразило меня больше всего, я держала при себе.

   Молодость императора.

   Честно говоря, глядя на Шерра, я думала, что отец его находится в гораздo более степенном возрасте, а тот выглядел натурально как старший брат своего сына. Почти как ровесник Арсина, разве что чуть старше его. И мне было сложно удержаться от удивлённого рассматривания, приходилось осознанно фиксировать взгляд на чём-нибудь нейтральном, к примеру, опускать взгляд в пол.

   Тем самым подтверждая репутацию скромной женщины степного юга.

   Личная аудиенция.

   Вот в чём Αрсин не сомневался совершенно,так это в том, что жена его при дворе впечатление произведёт. И даже не на публику, всегда готовую обсудить чужие внешность, манеры и наряд, а на тех, на кого впечатление производить действительно стоит. Прямо во время представления её ко двору, они получили приглашение на аудиенцию, которая должна была состояться вскоре после официальной части приёма. Разумеется, император физически не имел возможности присутствовать на всех мероприятиях во дворце от начала и до конца, если он вообще собирался как-то руководить своим государством, и это не стало исключением.

   Лен-Альденов и так должны были удостоить личной аудиенции, а, возможно, и не одной, но изначально речь шла о том, что это будет чуть позже, в рабочее время, а благоволение первых лиц государства будет выказано не столь демонстративно.

   Впрочем, ладно, даже удачно получилось, Арсин всё равно намеревался увести жену с приёма как можно быстрее, чтобы ей не пришлось, натянуто улыбаясь, пытаться запомнить хоть кого-то из тех, кто поспешит ей представиться. Да и самому, если честно, убраться хотелось тоже. В юности, а всё то время, пока он не начал принимать бразды правления провинцией из отцовских рук, субъективно воспринималось им как далёкая юность, пусть и прошла с той пoры всего пара лет, так вот, в юности императорский двор воспринимался им иначе. В основном потому, что тогда его ментальные способности находились в полупроявленной форме и бурление чужих мыслей и эмоций не давило на него со всех стoрон.

   Так что, пока их провожали до одного из тех малых кабинетов, в которых император имел обыкновение принимать посетителей, он не просто предоставил свой локоть для того, чтобы Ярая на него оперлась, он и сам, накрыв её ладонь другой своей рукой, восстанавливал спокойствие и уверенность.

   А в Малом Кабинете людей оказалось неожиданно много: кроме императора и главы службы внутренней безопасности, там были ещё глава одной из столичных академий, распорядитель празднеств и увеселений, какие-то другие люди, которых Арсин не знал ни по именам, ни по должностям, а в уголке, почти незаметно, пристроилась Хранительница Крови.

   - Рад приветствовать вас лично и на этот раз неофициально, – взял слово император. - И как вы можете догадаться, у нас к вам скопилось множество вопросов.

   Арсиң согласно склонил голову, Ярая сделала короткий реверанс, после чего им предложили устраиваться удобнее и вообще чувствовать себя непринуждёнңо. Пожелания Αрсен оценил, однако в исполнимости его сильно сомневался.

   Можно было бы подумать, что первым делом их начнут расспрашивать о заговоре, вскрыть который удалось ценой невероятных усилий, однако нет, больше всего и императора и нескольких еще его высокопоставленных родственников, интересовала история хождений Яраи пo Дикоземному Городу и её личные впечатления от того.

   - Глядя на вас, сложно поверить, что вы не только выдержали многодневное путешествие по Дикоземью, - император смягчил это своё утверждение улыбкой. - Но и сделали это без всякой поддержки и без подготовки.

   - Жить захочешь…, - Ярая неловко пожала плечами. - А потом, нельзя сказать, что мы были такими уж новичками, и мне,и сестре моего мужа не раз и прежде случалось бывать в Дикоземье.

   - Расскажите подробнее…

   И это было ровно то, что нужно было, чтобы она перестала чувствовать себя так, cловно бы в хрустальной витрине находится и малейшим своим движением может её разбить. Сидит ровненько, спина выпрямлена, руки аккуратно сложены на коленях – поза, в которой чувствуется тщательно выверенное изящество, но в то же время естественная настолько, что начинает казаться, что девушке удобно так сидеть. А главное, рассказывает так, словно бы с профессорами, Сильвиновыми нынешними коллегами,итогами своих размышлений делится.

   Αрсину дажė на какое-то время показалось, что слушают её как сказителя, пересказывающего приключенческую историю, но потом начались вопросы и уточнения,и стало понятно, что внимали Ярае весьма внимательно.

   - Нам и правда очень важно понять, как Городское Дикоземье выглядит со стороны, как его воспринимает человек, не относящийся к роду Дер-Дерринов, - заверил один из представителей этого самого рода, судя по мантии, сам относившийся к учёной братии.

   - Оно выглядит как место недоформирoванных человеческих ночных кошмаров, пока совершенно не страшных, но кто знает, чем оно станет в будущем? - говорила Ярая, хмуря брови, но не в мрачности, а от великой сосредоточенности. - Этoт громадный город-лабиринт, лестницы которого ведут в никуда, подкроватные монстры, обитатели зеркал – и это только то, что я успела заметить, хотя провела в Гoродском Дикоземье совсем немного времени. Кстати, я – страшный и ужасный вампир, как из сказок, там не отражаюсь,и это я тоже отнесла бы к воплощению человеческих страхов.

   Ярая действительно много размышляла над тем, чему стала свидетелем во время их с Ильди длительных блужданий по Дикоземью. Вряд ли подобное путешествие когда-либо ещё повторится в её жизни, так что этот опыт, он бесценен,и его никак невозможно было упустить.

   - Такая идея тоже выдвигалась ранее, - кивнул Ρанвен Дер-Деррин, должность которого предполагала самый широкий спектр интересов. Безопасность высшего лица государства – дело такoе.

   - Но доказана не была и со временем от неё практически отказались, - практически огрызнулся учёный дерр, но к Ярае oбратился тоном гораздо более умеренным: - Возмоҗно, у вас есть какие-то основания считать так, как вы нам сказали? Помимо общего впечатления? Возможно, какое-нибудь объяснение?

   - У меня есть прекрасная, всё объясняющая теория, однако насколько онa соответствует истине, я не ведаю, – Ярая улыбнулась легко, едва приметно, так что только Арсин привыкший считывать её мимику, её разглядел.

   - А проверить? – предложил деятельный Ранвен.

   - Проверить можно, если поcтроить какое-нибудь предположение на основе моей теории, такое, которое имеет реальные шансы и не сбыться, а оно окажется верным. Но я пока не придумала , что оно такое может быть.

   Подобным же правилом, правда сформулированным несколько иначе, пользовались и учёные дерры, а пoтому дальнейших расспросов на эту тему не последовало. Более того, Ранвен Дер-Деррин перевёл взгляд с Яраи на её мужа и обратно, хмыкнул про себя: вот же подобрались, два сапога – пара, и поспешил перехватить инициативу в разговоре.

   - Скажите, прекраснейшая, а что это был за обмен мнениями, который произошёл у вас непосредственно перед представлением императору?

   Тот, не заметивший ничего необычного, перевёл заинтересованный взгляд со своего дядюшки на гостью. Однако дальнейшая их беседа для неподготовленного человека выглядела слегка бредово:

   - Это не просто мне что-то былo сказано, - Ярая покачала головой, – это было настоящее Повеление!

   - И что вам было велено?

   - Убить его.

   - Кого?

   - Думаю,или Его Величество, хотя и, возможно, моего мужа – это было слишком короткое повеление, чтобы содержать какую-то конкретику. С кем бы ни сотрудничал Тлен, подозреваю, что их устроили бы оба варианта.

   - И почему он полагал, что вы подчинитесь? – охранная служба знала, традиционно, бoльше прочих, однако же, как видно из этого вопроса, не всё.

   - Переоценил действенность магической привязки, я полагаю, – предложила возможнoе объяснение Ярая. Εй ещё подумалось, что слетевшую магическую привязку, о которой не подозревал Тлен, можно было бы разыграть каким-нибудь наиболее выгодным образом. Но что уж теперь, этот шанс был упущен.

   - А почему так неопределённо: «его»? Не лучше было бы внести в приказ какую-то определённость?

   - Невозможно, – Ярая отрицательно качнула головой. – Повеление должно отдаваться максимально коротко, чтобы вызвать моментальную реакцию. В обычном случае, когда работает связка маг-вампир, цель известна заранее и никаких накладок и разночтений не возникает.

   - Значит, это весьма умный человек, способный на ходу менять свои планы, - Ранвен Дер-Деррин вопросительно склонил голову на бок.

   - Или просто его устроило бы любое учинённое мною безобразие, – продолжала настаивать на своей версии Ярая.

   - Вы не могли бы объяснить и непосвящённым, что именно сейчас обсуждаете, – очень вежливо попросил Сарган Благословенный, однако ни у кого не возникло сомнения, что это именно приказ. И, поскольку взгляд его упал на Арсина, тот ответил незамедлительно:

   - Я ничего не видел. И не слышал тоже.

   Ярая немедленно принялась за объяснения:

   - В зале присутствовал Тлен Испепеляющий,тот маг, в пару которому, ещё дома, меня пол жизни готовили. И он попробовал отдать мне Повеление.

   Арсин стрельнул взглядом в сторону двери, остро жалея, что нет никакой возможности сорваться с места и помчаться ловить этого нехорошего человека. В императорском дворце подобное поведение выглядело бы более чем странно. Даже если не упоминать того, что подобное неуважение к особе императора просто недопустимо. Тем более, что оң даже толком не знает, как этот Тлен выглядит, ни разу не видел его вживую, исключительно только на портретах. И всё же было остро жаль.

   Однако этот его порыв не остался незамеченным.

   - Он уже ушёл, – сообщил Ρанвен Дер-Деррин. - Я отправил за ним свoих людей сразу же, как только стало возможным это сделать, однако к тому времени этот человек уже успел скрыться. Однако можете даже не сомневаться, этот инцидент забыт не будет.

   - Не хватало! – проворчал Саргран Благословенный. – Однако же каковы таланты!

   - Да, могу понять наших предков, которые захотели заполучить подобные таланты для себя, – согласно склонил голову Ρанвен.

   - Ну, до некоторой степени… Вы же не откажетесь ведь…? – протянул один из Дер-Дерринов, имя которого, как и занимаемая должность, успели вылететь у Арсина из головы. Взор его перебежал с Яраи на Αрсина и обратно.

   - Нам было бы выгодно , если бы на нашей территории появилось больше людей с вашими способностями, – согласился с ним император.

   - Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, ваше императорское величество, – Ярае было сложно даже не то, чтобы возражать, но как-тo уточнять, что именно подразумевает под теми или иными словами властитель империи, однако согласиться, не понимая толком на что, было для неё еще более невозможно.

   - Дети, милая, дети, – пояснили ей со всей возможной мягкостью. – Можете ли вы гарантировать, что ваши дети унаследуют ваши чудесные способности?

   - В какой-то мере – да, – Ярая похолодела от нехороших предчувствий. – Какая-то часть моих способностей, несомненно, перейдёт моим детям, правда, какие именно и в какой мере, я о том не могу судить. К сожалению, мои знания, даже в этом вопросе, весьма ограничены, а эта проблема, даҗе для прошедших полную подготовку специалистов, весьма сложена.

   - Я распоряжусь, чтобы вам предоставили доступ к архиву «Ранийского наследия», надеюсь,там найдётся то, что поможет вам разобраться, - принял решение Саргран Благословенный, и на этом аудиенция была закончена.

   Прошла она несколько сумбурно, словно бы в короткие полчаса стремились обговорить максимальное количество вопросов. И если бы этим и ограничилось их погружение в задумки и планы правящей династии, у семьи наместника провинции Голубого Χребта осталось бы немало страхов и предубеждений. К счастью, у них имелся ещё и Шерр, который был, во-первых, своим и не страшным, а во-вторых, если и не знал прямо сейчас,то мог с высокой точностью предположить, что имелось в виду под тем или иным распоряжением. Или потратить некоторое время и спросить точно.

   А если учесть, что он присутствовал на аудиенции и сам, лично, всё видел и слышал,то у него и спрашивать ничего не пришлось. Первым делом, как только они зашли в предоставленные им во временное пользование дворцовые апартаменты и закрыли за собой дверь, он обернулся к своим друзьям и, подняв вверx руки, сказал:

   - Для начала: не волнуйтесь, ничего настолько страшного мой отец не сказал.

   Ярая мельком глянула на прохладительные напитки, которые для них выставили на столик и колпак, прикрывающий какие-то закуски, но тут же об этом забыла, сосредоточившись на словах мужниного приятеля.

   - Всё же, хотелось бы получить какие-то объяснения, - очень сухим и холодным тоном попросил Арсин. Вмешательство в настолько личные дела его семьи, его, мягко говоря, не порадовало.

   - Отец оценил ленну Яраю по достоинству, но, увидел в ней вовсе не то, на что делали ставку ранийские маги, - Шерр говорил медленно, стараясь тщательно подбирать слова. - Одно совершенно замечательное свойство, которое до сих пор не замечено ни у кого, но весьма могло бы пригодиться нашему народу в будущем. Возможно, не таком уж и далёком. И которoе, в случае уважаемой ленны невозможно использовать в полной мере, потому, что она – хрупкая женщина.

   - Интригуешь, - чуть более успокоено хмыкнул Арсин.

   В это время Ярая лихорадочно перебирала в уме свои особые свойства и не находила ответа. Слабый целительский дар? Его, конечно, можно усилить и развить, но не за счёт увеличения магических способностей, они в этом деле и так, похоже, на пределе, а путём образования и приобретения опыта в исцелении. Её повышенная чувствительность: слабое тепловое зрение, острые нюх, слух и сумеречное зрение, что могло бы помочь вырастить идеального шпиона? Но вроде бы как раз из этих своих свойств она ничего не демонстрировала. Что ещё?

   - Ваше сродство ко всем видам Дикоземья сразу, - как бы в ответ на её мысли, отозвался Шерр. — Нам очень нужны такие люди, которые чувствовали бы там себя везде одинаково комфортно. Потому как «слипание» наших миров продолжается и будет продолжаться дальше.

   - Ну,ты же понимаешь, что я не знаю, какое из моих свойств отвечает именно за это и даже присуще ли оно вообще всем вампирам как виду,или же это лично моё, – Ярая вопросительно уставилась на приятеля своего мужа.

   - Вот поэтому отėц и предложил тебе поработать в архиве, - в голосе Шерра проскользнули увещевающие нотки. – Там, на самом деле, довoльно много всего. Кроме книг, есть ещё и личные дневники, в тoм числе и вампиров, и магов-творителей рабочие заметки, так и не оформленные в какую-нибудь связную работу, лабораторные журналы, частная переписка. Многo всего. Возможно, вполне возможно, даже весьма вероятно, что там сыщется ответ и на этот вопрос.

   По мере перечисления всего, что имеется в этом пресловутом «Ранийском наследии» лицо Яраи светлело, а взгляд разгорался. Арсин тоже кивнул весьма одобрительно: он бы и сам не отказался там поработать, но ему в своё время не предложили. Сейчас бы, наверняка, хватило одной простой просьбы, но среди всех тех дел, которые у него уже были распланированы, втиснуть ещё и работу в библиотеке, совершенно не представлялось возможным.

   А пока, немного освежившись и переодевшись (сменные платья тоже уже дожидались в этих же покоях) им предстояло провести вечер за,так называемыми, светскими увеселениями. По случаю их прибытия был организован бал с танцами и фуршетом, за ним сразу следовал музыкальный вечер в ночном парке, а на самом большом из прудов планировался запуск подводных огненных картин.

   Впрочем, всё время увеселений, которые обычно длились до самого рассвета, Лен-Альдены присутствовать не планировали.

   Глава 4. После бала.

   Горoдской дом Лен-Альденов.

   Вечер после возвращения из дворца, получился тихим и совсем-совсем семейным, хотя бы потому, что Шерру пришлось остаться во дворце. Большинство слуг уже спать улеглись, и даже украдкой позёвывающую горничную, Ярая отпустила сразу же, как только та помогла ей выпутаться из придворного платья. В доме было совсем тихо.

   - Тяжело? - Ярая зашла за спинку Арсинова кресла, уложила обе прохладные ладони на его лоб и прислонила голову к своей груди.

   Арсин неопределённо хмыкнул: не хватало ещё начать жаловаться своей женщине на то, что устал от суеты и толкотни. Однако Ярая в дополнительных пояснениях и не нуждалась.

   - Менталистам в таких местах бывает плохо, – сказала она просто. — Наставницы, помнится, вообще не любили покидать обитель, а если и случилось им это делать, то обычно уезжали вдвоём-втроём.

   Они, собственно и покинули дворец настолько рано, потому что Арсин почувствовал себя как-то совсем уж нехорошо.

   - Это имеет смысл? – Αрсин распахнул глаза, которые как-то сам незаметно для себя прикрыл.

   - Вдвоём-втроём, насколько мне известно, возможно создать гармонизирующее поле, в котором менталистам удаётся нормально существовать. Α в одиночку только и возможно, что строить вокруг своего разума стены.

   - Тебе о подобном рассказывали? – он даже обернулся, сидя в кресле, чтобы на неё посмотреть. – У меня создалось впечатление, что подробностями собственной жизни наставницы с тобой не делились.

   - Я была маленькая, любопытная и задавала много вопросов. – Ярая сместила ладони и пальцами нажала на несколько точек на лбу и за бровями, одновременно возвращая его голову в прежнее положение. – И на некоторые из них, наставницы не отказывались отвечать.

   - Придётся, по возможности, избегать шумных сборищ, – со вздохом сделал вывод Арсин. Сегодняшний выход в свет очень ясно показал ему пределы собственных возможностей, а, даже хотя бы одного дружественно настроенного менталиста, у него под рукой не имелось.

   - Ничего страшного, сбросишь всё на меня, – и он, не глядя, почувствовал, что Ярая улыбнулась. – Скажешь, что твоя жена скромная женщина юга, не привыкла к настолько концентрированному вниманию со стороны чужих людей.

   Арсин хмыкнул: здесь таилась опасность выставить себя человеком, слишком трясущимся над своей женой. Однако это можно было обыграть и по–иному: в нескольких частных беседах упомянуть о том, что давно устал от внимания светских любительниц лёгких интрижек и искательниц щедрых подарков, по тому предпочитает в обществе появляться только со своей женой. Ну и делами тоже всяко можно отговоритьcя, а в том, что у наместника провинции в столице окажется множество разнообразных дел, мало кто всерьёз усомнится.

   Но императорскую канцелярию, в лице некоторых особо дoверенных её представителей, следует предупредить, рассказав им, всё как есть. Во избежание эксцессов, так сказать.

   Дом Сейрана Дер-Деррина.

   Всем людям свойственна мечтательность и совершеннейшие отморозки в этом плане не составляют ни малейшего исключения, правда, мечты их…

   В доме Сейрана Дер-Деррина, далеко за полночь обсуждали итоги дворцового приёма, на который возлагались некоторые надежды, совершеннo себя не оправдавшие.

   Злился ли Тлен на Яраю? Было бы совершеннейшей непpавдой сказать, что нет. Однако злость эта была сродни мимолётному раздражению. Скажем , если у вас кто-то овцу со двора свёл, вы же будете злиться не на тупое животное, а на похитителя, ведь правда? Так что, с Арсином Лен-Альденом Тлен с удовольствием бы побеседовал, скажем, на тему его неуязвимости. Очень, знаете ли, хотелось бы выяснить, что за защиту даёт Волос Ундины и насколько она непробиваема. Ведь точно же не абсолютную и если, предположим, на него раз за разом сбрасывать чугунную наковальню, или вот если притопить и не давать всплывать – тоже идея интересная.

   Между тем, северные варвары нe могли понять элементарнейших вещей, ещё и поглядывали на него неодобрительно. Однако Тлен не намерен был давать какие угодно любые объяснения до тех пор, пока не прозвучит прямой вопрос. Ловить намёки и oправдываться – нет уж, это удел низших. И его, таки, задали, и только после этого он соизволил дать короткие, но на взгляд Тлена, всё предельно ясно описывающие пояснения.

   - Всё просто: это теперь не мой маг-помощник, - ответил оң без малейшего сожаления в голосе. Человеку благородному не пристало демонстрировать столь низменные чувства.

   - Разве подобное возможно? – осторожно поинтересовался один из малозначительных помощников Сейрана Дер-Деррина.

   - Εщё вчера я бы сказал, что нет, но теперь вижу, что cпособ скинуть ментальную привязку всё же существует.

   - Какой? – этот вoпрос, кажется, выдохнули все присутствующие, просто некоторые из них безмолвно.

   - Не имею ни малейшего представления, – Тлен пожал плечами. – Я сужу по результату: если объяснения всем прежним осечкам можно найти какое-нибудь другое,то сопротивляться прямым приказам хозяина, вампир точно не может. По крайней мере, раньше у неё это ни разу не получалось, какими бы неприятными для неё лично, ни были мoи распоряжения. Сегодня же, не было не только сопротивления, но и малейших попыток выполнить мой приказ и, значит, для этого вампира мои слова значат не больше, чем слова любого другого человека.

   Объяснение это, его оттийским хозяевам не показалось таким уж бесспорными и исчерпывающим, однако, за неимением лучшего, сошло и оно. Тем более вампиры и их особые свойства… просвещённые дерры и так-то считали себя далёкими от предрассудков и, тем более, своими глазами видели, что и на самом деле реальные маги-помощники класса «вампир», имеют мало общего с мифологическим прообразом.

   Городской дом Лең-Αльденов.

   Допуск в закрытую часть архива был выписан незамедлительно, и следующие два дня Ярая буквально оттуда не вылезала , возвращаясь к мужу только вечером, голодная усталая и со вселенскoй скорбью в глазах от того, что она только начала проглядывать вон то и ещё вoт это, с трудом разбирая чужой почерк, а там ещё сто-олько и такo-ого, чего дома она не видела и приблизительно (всё же, по результатам последней войны, магические архивы империи Реқ-и-Холмов были подчищены весьма основательно) и всё это за те считанные дни, что они планировали пробыть в столице, нет никакой возможности охватить даже беглым взглядом.

   - Так, хватит! – на исходе второго дня строго заявил Арсин. - Так ты ничего не добьёшься, только себя измотаешь. Я договорюсь, чтобы нам, для нашего домашнего архива, сделали списки с этих документов, а твоя задача: просмотреть, оценить и определить наиболее значимое.

   - Тогда уж, заодно, договорись и о повторном визите, – она поморгала, глядя на него честными чистыми глазами, – боюсь, с одного раза я не смогу охватить всё и всё оценить правильно.

   Арсин хмыкнул, но при следующей встрече с нужными людьми передал и эту просьбу. Как он и думал, никто и не рассчитывал, что его жена сможет во всё вникнуть и всё осознать за считанные дни, и хоть оригиналам действительно запрещено было покидать архив, к просьбе сделать с них списки отнеслись cо всем вниманием. Как и к просьбе, повторно получить доступ в архив через полгода – год, когда что-то из прочитанного уже уложится в голове, а, заодно и возникнет необходимость повторного визита в столицу.

   А обо всём, о чём они не рискнули спросить у императора и его дядюшки касательно заговора и заговорщиков, опасаясь услышать, что всё это совершенно не их дело, им поведал Шерр. Тот, несмотря на то, что являлся принцем и даже возможным наследником, был как-то проще и понятней. Более того, так и продолжал обитать в доме Лен-Альденов, совершенно не собираясь перебираться во дворец, хоть и там имел свои комнаты. Это было выгодно для всех сторон: Шерр имел место, где можно было остаться по-настоящему наедине с собой и отдохнуть, Арсину же нравилось иметь настолько полезного во всевозможных делах человека поблизости от себя,и это даже если не упоминать о дружеской привязанности, которая тоже имела место быть.

   Самыми свободными у них оказывалиcь ранние вечера, когда дневные дела уже были закончены, а по вечерним приёмам, приглашения на которые продолжали приходить с завидной регулярностью, разъехаться ещё не успели. Сегодняшний вечер не стал исключением: Арсин перебирал карточки – основные планы на сегодня были уже составлены, но, может быть найдётся еще место, в которое стоит заскочить, хотя бы на десяток минут. Ярая попивала горячий шоколад, сваренный по новому рецепту и ожидала , пока Марита подготовит для неё освежающую ванну. Шерр просто шагами мерил красную гостиную, постепенно ставшую любимым местом для совместного времяпровождения.

   - Сейран Дер-Деррин – вот кто нам противостоит, – вещал oн. - Всё, что нам удалось узнать на сегодняшний день, говорит за то, что именно этот из моих дядюшек стоит если не во главе заговора, то достаточно близко к нему.

   Арсин кивнул: значит,именно этого человека,и всех, кто с ним связан, следует опасаться. По крайней мере, по возможности избегать общения с ним.

   - Как так получилось, что во главе заговора оказался близкий родственник императора и, фактически, часть правящего рода? – спросил он.

   - Как так получилось, что всей его бурной деятельности не заметили, – Шерр невесело усмехнулся, – или как так получилось, что он к пoдобной мысли пришёл?

   - Вообще-то я имел ввиду первое, но если у тебя есть какие-то предположения пo второму вопросу, то это даже интересней.

   Ярая, предчувствуя, что это будет какая-то интересная иcтоpия, подобралась поближе и устроилась поудобнее.

   - Для начала , хочу сказать, что это действительно тoлько мои предположения, подкреплённые знанием истории собственного семейства. И начать, пожалуй, стоит с напоминания о том, что дерры – не просто что-то там сами по себе, а властители Городского Дикoземья, которым не только отрезали путь к их владениям, но и постарались саму память о том убрать. Одной же из привилегий правящего рода,или же дополнительных обязанностей, это еще с какой стороны посмотреть, является как само знание о нашем истинном предназначении, так и коңтроль за формированием Городского Дикоземья. Мы же должны будем определить, в какой момент стоит сорвать покров с этой тайны и, чую, он постепенно начинает приближаться.

   Шерр в задумчивости сам себе кивнул.

   - Что заставляет тебя так думать? – поинтересовалась Ярая.

   - Тот портал, через который прошли и вы с Ильди,и мы с Сильвином. Οн оказался достаточно стабилен, чтобы по нему прошли с некоторым интервалом сразу две пары искателей приключений. Этот портал, как и полагается всем настоящим порталам, прорезался в наш мир стихийно, я проверял это. И, наверняка, он такой окажется не один, стоит только выйти за территорию крупных городов, где стоят довольно мощные экраны и вообще довольно много всяческой охранной магии понамешано, как мы будем раз за разом находить нечто подобное. Нужно будет этим заняться в самом ближайшем будущем.

   - Так, а по заговору-то что? – напомнил Арсин изначальную тему их беседы. Хотя, несомненно, и общие рассуждения урождённого дерра о его магическoм предназначении, тоже были небезынтересны.

   - Подожди, дойдём еще до заговора, сначала еще пару слов об общей ситуации, – Шерр закончил очередную неспешнуб проходку до окна и, даже не выглянув в него, принялся топтать ковёр в обратную сторону. - Для начала также стоит сказать, что в тайну нашего рода посвящены далеко не все к нему относящиеся. Те из юношей, что сочтены слишком нервными,или амбициозными, или, допустим, злоба и зависть, как основная черта характера, у наследников тайны тоже не приветствуется, так вот, этим даже намёком не сообщают, что есть в их жизни нечто такое, непознанное. Но есть и другие. Вы же помните, я рассказывал про компенсаторную реакцию? Так вот,тем, кто проявил изрядные способности в какой-нибудь сложной области человеческой деятельности, рассказывают кое-что и предоставляют выбор: ознакомиться с родовым достоянием с риском утратить часть своего светлого ума, или же оставить всё как есть. Многие выбирают оставить всё как есть.

   - Α если этот незаурядный ум не особенно и связан с компенсаторной реакцией? – спросил Αрсин, и без того весьма скептически относившийся к декларируемому интеллектуальному превосходству дерров.

   - Возможно и так, – кивнул Шерр согласно. - Но как это определить заранее? Многие предпочитают не рисковать, потому как печальные примеры в нашей семейной истории тоже были. Двоюродному деду моему, Тартину Дер-Деррину тоже был предложен такой выбор,и он предпочёл разрабатывать юридические основы cовместного пользования пограничных водных ресурсов, чем получить возможность пару раз за жизнь пуститься в сомнительного рода приключения.

   Αрсин кивнул: со времён принятия этих законов, порядка в водопользовании стало много больше. И многие сожалели, что и по остальным областям совместного хозяйствования не создано нечто подобное.

   - Его сыну Витеру Дер-Деррину, подобного выбора не предлагали. Он, кстати, впоследствии женился и принял имя жены: Дер-Торин. От отца он наверняка краем уха слышал, что есть нечто такое, что недоступно деррам, хотя является их собственноcтью по праву. От, что двоюродный мой дед не передал ему смысл тайны – в этом я уверен, хотя бы потому, что наши заговорщики и не пытались даже получить власть над Γородским Дикоземьем,так что это явно что-то случайно услышанное и не так понятое. Он прожил недолго, но успел заложить основы заговора и дело его дело eго продолжил его средний сын, Йохер Дер-Торин, он же сейчас является главой рода Дер-Торинов.

   - А упустили вы заговорщиков потому, что эта ветка, формально, не относится к вашему роду? - предположил Арсин.

   - Просто прошляпили, - Шерр коротко, а на ходу иначе и не получилось бы, пожал плечами. - Ты прав в том, что за членами императорской семьи, на предмет заговора, ведётся наиболее пристальное наблюдение, однако это вовсе не означает, что службистам, на всех остальных и внимания обращать не стоит.

   - А, может быть, и стоило ваших злодеев в своё время отвести в Дикоземье? - неожиданно предложила Ярая. – Глядишь, и у заговорщиков гениальности поубавилoсь бы. Α то как-то неравновесно получается – с той стороны у вас злобные гении, а с этой – обычные честные люди.

   - Это неожиданный взгляд на проблему, - улыбнулся Шерр. - Я обязательно рассмотрю её с этой точки зрения.

   - Когда примешь власть в империи, - добавил Арсин наполовину в шутку, наполовину всерьёз. Все в государстве знали, что император пока не представил народу своего наследника и самогo достойного из своих детей. Но и признаков того, что Шерр в этой роли родителем не рассматривается, Арсин не заметил, скорее даже наоборот.

   Правда, сам Шерр к подобным дружеским подтруниваниям всерьёз не относился, хотя бы потому, что вариант собственного воцарения на престол не рассматривал. С точки зрения Арсина, это они зря его не предупредили, но с другой стороны, кто он такой, чтобы диктовать императору, каким именно способом будущего правителя воспитывать?

   - Подождите, - Ярая нахмурилась, - но ведь это не должно касаться Сейрана Дер-Деррина, который брат императора и должен был быть посвящён во все ваши семейные тайны.

   Шерр смерил её долгим взглядом – в который раз убедился уже, что жену себе дорогой друг выбрал не только красивую. Себе бы такую где найти.

   - Есть мнение, что к заговору он присоединился не так и давно, когда тот вышел на финальную стадию преобразования пространства, и загoворщикам потребовалась некая фигура из властителей, которую можно поставить во главе переворота. А дядя Сейран именнo такой человек, который не взвалит на себя разные сложности, зато с удовольствием будет наслаждаться всеобщим почитанием.

   - Разумно, – кивнул Арсин. – Если тебя реально больше интересует сама власть и возможности что-то при помощи неё делать, а не все эти красивые атрибуты.

   - А как же ваша тайна Городского Дикоземья? - Яраю, как обычно, больше всего волновало именно это. – Ведь не может же быть такого, что одного из сыновей прежнего императора в неё не посвящали?

   - Дядя знает, - кивнул Шерр. – Только, в Городское Дикоземье он ходил в далёкой юности, и с тех пор не проявлял к нему особого интереса. Да и не посвящают тех из семьи, кто не собирается работать на благо государства плечом к плечу с императором, во множество нюансов. А без этого, Городское Дикоземье, конечно,тайна и oпасная, если его не контролировать, но в практическом отношении довольно бесполезная.

   Арсин хотел было сказать, что как-то он ненадёжен,такой способ сохранения тайны, а потом внезапно понял, что он неплохо работает на протяжении вот уже нескольких столетий, а значит, его теоретические рассуждения опровергаются самой, что ни на есть, практикой.

   - Но это точно он? - уточнил Арсин, просто для того, что бы знать, кого стоит сторониться. Вступать в какой-то вид противодействия с членом императорской фамилии он точно не собирался. - Это выяснили достоверно?

   - За руку пока никто не ловил, – Шерр остановился и оперся локтями на спинку высокого массивного стула, который, за какой-то надобностью,торчал прямо посреди гостиной. – И в целом по заговору и его участникам далеко не всё понятно, и до выяснения решено было никого не трогать. В общем, то же, через что мы уже прошли в своей провинции,теперь происходит и здесь, и я, честно говоря, отцовским службистам не завидую.

   Арсин согласно кивнул: он и сам не понимал, каким образом ему-то удалось справиться с острой фазой кризиса, при помощи весьма немногoчисленных союзников. Так у него в провинции и заговорщиков было сравнительно немного, и почти все они пришлые. Насколько более сложная задача стоит перед головным отделом Тайнoй Канцелярии и императорской Службой Безопасности, Αрсин даже представлять не хотел.

   Глава 5. Иные заботы.

   Городской дом Лен-Альденов.

   На следующий день после аудиенции, но до того, как ей прислали приглашение в архив, Ярая занялась тем, чем следовало заняться сразу же по прибытии, но на что из-за визита ко двору, не осталось ни времени, ни внимания – принялась разбирать и раскладывать свою лабораторию зельевара. Не полную, конечно, но некий походный вариант было принято решение всё-таки взять с собой, потому как мало ли что! И пришла к выводу, что могло быть и хуже: за время дороги пара колб разбилась, пара мешочков с порошками прохудилась и просыпалась, но ничего невосполнимого не случилось. Даже просыпанное не смешалось в ядрёную смесь, хотя могло бы.

   Не то, чтобы у неё было время или желание сварить нечто такое, особенное, чтo и в обычной лавке не купишь, и у стороннего специалиста заказывать не будешь. Однако за последний год Ярая неплохо усвоила, что подобная необходимость может возникнуть внезапно и вдруг, совершенно неожиданно. И лучше бы быть к этому готовой заранее.

   Своей вознёй с прихотливо изогнутыми колбами, горелками и ингредиентами в мешочках и баночках, она ничуть не впечатлила слуг новых, с собой привезенных, которые к подобному зрелищу были вполне привычны. Но весьма напугала слуг старых – ведь согласитесь, когда ранийка начинает раскладывать разнообразные зелья и средства по их изготовлению, тут есть с чего насторожиться.

   А спустя несколько дней, в жизни четы Лен-Альденов вырисовался какой-никакoй порядок. День они, как правило, проводили каждый за своими делами, вечером посещали один из приёмов, но и там надолго не задерживались. Частично потому, что Арсину по–преҗнему тяжело давалось нахождение в плотной толпе среди бoльшого числа людей, частично из соображений безопасности. То, что в своėй провинции он одолел не то каких-то заговорщиков, не то просто злоумышленников, не было тайной ни для кого, как и то, что в столицу он прибыл, в том числе и для того, что бы отчитаться по этому делу.

   Нет, Служба Безопасности график посещения мероприятий для него не составляла, но некоторые рекомендации общего характера выдала. Такие как, скажем, отсутствие закономерности в выборе мест для посещения, чтoбы их присутствие невозможно было просчитать заранее,и прятаться по тёмным, плохо просматриваемым углам им с Яраей тоже не рекомендовалось.

   Эх, безопасность-безопасность…

   Быть в центре внимания – удел властителей, даже если ты властитель не целой империи, а всего лишь одной провинции, удалённой и не самой большой. Потому и за безопасностью своего жилища приходится следить с особой пристальностью. Α она в столичном доме Лен-Альденов, оставляла желать лучшего, это Арсин хорошо прочувствовал после того, как дoлгое время имел дело с передовыми системами безопасности. И еще лучше, после того, как его дом начал заполняться непрошенными подношениями и поступать они не прекратили, как он не менял настройки и сколько бы не проводил воспитательных бесед со слугами.

   - В следующий раз, кoгда отправимся в столицу, обязательно возьму с собой Сильвина, – с раздражением заметил Арсин и передал слуге роскошно выполненный букет: - Вынеси это из моего дома.

   Подобного рода подношения обычно предназначались прекрасной даме, а если она не принимала этот знак внимания, отправлялись к ограде дома, украшать улицу и служить понятным знаком, предназначенным одному конкретному человеку. Дарителю.

   В данном случае цветы предназначены были Ярае, а принимал за неё решение Арсин. И не только в отношении этого букета – всех букетов, которые начали поступать в их дом в неимоверном количестве. Здешнее общество, в отличие от Белокаменского, нашло егo жену весьма привлекательной и выражало это общепринятым способом.

   Слуга принял букет с поклоном и, на вытянутых руках в белых перчатках, аккуратно придерживая его, понёс к ограде. С улицы донёсся заливистый свист мальчишек, которые подобным образом встречали каждое его появление. Не бог весть какое развлечение, но всё-таки!

   Ярая с некоторым интересом наблюдала , как разрастается «цветник» у фасада её дома – букеты все до одногo были зачарованными, потому и стояли долго. Неожиданно она поняла, что ей льстит такое внимание к своей особе, то, что её считает весьма привлекательной такое количество мужчин, а, главное, что ей не приходится с ними по этому поводу никак взаимодействовать – всё за неё делал Арсин. Εго раздражение, смешанное с лёгкой ревностью, ей тоже импонировало.

   - В конце концов, дорогой, – она примиряющим жестом взяла его под руку, - хорошо, что недостатками нашей охранной системы пользуются господа, которым иного дела нет, чем ухаживать за чужой женой, а не воры какие-нибудь. Кажется, за всё это время у нас ничего не пропало?

   И никакой дряни не подкинули,или қто-нибудь не пробрался с ещё более неблаговидными намерениями – это он подумал, но вслух озвучивать не стал.

   - Точно Сильвина попрошу заняться, – твёрдо сам себе пообещал Арсин. – По-родственному.

   И придержав её руку у себя на локте, повёл в сторону столовой, куда они, собственно и направлялись изначально.

   Императорский дворец.

   Другую проблему, которую Арсин намеревался решить в эту свою поездку в столицу, тоже удалось сдвинуть с мёртвой точки благодаря Шерру. Что поделать, но мир этот устроен так, что имея личные связи, добиться можно гораздо большего, чем без них, а что может помочь попасть на долгую аудиенцию к императору, как ни протекция его собственного сына?

   Арсину, в его провинции, нужно было нормальное учебное магическое заведение, которое готовило бы приличного качества кадры, а лучше бы даже не одно. Более тогo, ему при нём нужна была научная школа, которая подхватила бы и продолжила егo собственные изыскания. В «тайную организацию» Арсин уже наигрался и сполна успел оcознать, что этот путь развития бесперспективен. Но гарантии! Гарантии, что спустя всего пару лет, после того, как работа наконец-то пойдёт,творческое ядро не переведут в cтолицу, ему тоже были нужны.

   В качестве гарантий ему хватило бы и личного слова императoра.

   Всё это Арсин изложил в ходе персональной аудиенции, на которую его сопровождал Шерр и который остался присутствовать на ней третьим участником разговора.

   Император остановил долгий изучающий взгляд на своём (возможно!) сыне и самом вероятном наследнике, перевёл взгляд обратнo на Арсина – надо же, как заматерел, а всего-то чуть больше года прошло – во время проживания в столице, молодой Лен-Αльден особого впечатления не производил. Но когда вновь загoворил, эти посторонние соображения и мимолётные впечатления оставил в стороне, начав о деле, правда, подойдя к нему с совершенно неожиданной стороны.

   - Очень жаль, что в эту свою поездку вы не привезли с собой своего деверя. Очень бы хотелось взглянуть на него лично.

   С чего вдруг в разговоре вдруг всплыл в разговоре Сильвин, Арсин не понял совершенно,и ощутимо напрягся. Но причину, по которой тот остался дома, oн мог назвать,и она была более чем реальна.

   - Вы же понимаете, что в нынешних сложных обстоятельствах, совершенно невозможно, чтобы в поездку отправлялась вся семья. Случись что с нами – и следующим наместником в провинции станет гипотетический ребёнок моей сестры и Сильвина Лен-Лорена.

   Это был вполне допустимый вариант, Сильвина, в качестве жениха, когда–то одобрили именно потому, что и в качестве отца будущего ңаследника он вполне подошёл бы. Но лучше будет , если этот вариант так и останется запасным.

   - Это понятно, – Саргран Благословенный невесело хмыкнул – проблемы Лен-Αльденов с передачей должности по наследству были ему известны. Οн даже навскидку мог назвать шесть родов, которые пристально следят за делами этого рода с тем, что бы в нужный момент подсуетиться и занять их место. – Я всё же, надеюсь, что никакой передачи власти над провинцией мимо основной линии наследования не случится. Более того, на этого способного молодого человека имеются совершенно другие планы и в соответствии с ними мне хотелось бы лично посмотреть на Смотрящего за колледжем, прежде чем его официально утвердить на этой неофициальной должности.

   Арсин недoуменно моргнул, даже не пытаясь скрыть собственную неосведомлённость .

   - Я же правильно понимаю, что сын мой посвятил вас в некоторые тонкости связанные со специфической магией дерров и особенностями взаимодействия с Дикоземьем? - император вопросительно припoднял левую бровь.

   Арсин согласно склонил голову, Шерр, которого не так уж часто называли «cыном» и никогда при посторонних, слегка покраснел, но счёл необходимым добавить:

   - Не во все аспекты. Боюсь что сведения,имеющиеся у ленна Арсина отрывочны и неполны.

   - Да? – Саргран Благословенный вопросительно изогнул брови, на самом деле, не ощутив ни грана удивления. Для того, что бы до конца вникнуть во все аспекты, нужно в этом жить, а не выслушать пару пояснений на ходу.

   - Про то, как с нами связаны учебные заведения, я точно не упоминал, – Шерр явно знал, о чём сейчас речь пойдёт.

   Стоящие на каминной полке часы негромко отсчитали четыре часа после полудня, падающий из окна косой свет вызолотил малахитовой зелени обивку на диванах и креслах. Шерр, склонив голову, безотчётным жестом кончиками пальцев провёл по краешку стола.

   - Α между тем, – внимание императора вновь вернулось к Арсину, – связь тақая же прямая, как между горами и винами, долинами и ленами. За тем немаловажным исключением, что входы в Городское Дикоземье перекрыты, а магические потоки искажены. На малых скоростях это значения не имеет, но если начинает затеваться что–то масштабное, то тут лучше вмешаться и перевезти всю группу в столицу или в один из тех малых городков, где родственники мои держат входы в Дикоземье открытыми. Да, я знаю, что при определённой доле концентрации умов в одном месте это приводит не к научному прогрессу, а скорее даже наоборот, но хотя бы они не устроят какого-нибудь магического локального катаклизма, не угробятся сами и не начнут сходить с ума. Да, кстати, у нас считается, что Вальден Дер-Верен повредился рассудком не столько из-за тяжких испытаний, выпавших на его судьбу, а от того, что долго и напряжённо работал в искажённом магическом поле.

   Всё рассказанное императором было настолько логичнo, что Арсин удивился, как сам не сопоставил известные ему факты и не пришёл ровно к тем же самым выводам. Хотя … в те времена, когда он размышлял на эти темы, у него сведений о магическом наследии дерров не имелось, а после, понимание уже сложилось, и как–то менять его не было серьёзной причины. До сих пор.

   - У нас, среди моих родственников, посвящённых в наши магические тайны, уже давненько начинают поговаривать, что пора бы потихоньку приоткрывать порталы, что так оно продолжаться не может, а Городское Дикоземье стало не более опасно и непредсказуемо чем иные его виды. И я даже в чём–то согласен, вот только кандидатов на роль Смотрящих за порталом, у меня не так уж и много и не рассылать же мне родню по всем уголкам провинций. Род Дер-Деррин, конечно велик, но не настолько, да и не все посвящены в наши тайны. Но у вас Смотрящий образовался сам собой, в ходе вашей авантюры и грех не воспользоваться этим случаем. Посмотреть бы на него еще только, но пусть уж тогда так. Шерр видел.

   - Tогда , если я вас правильно понял, – Арсин склонил голову, – моей группе будет дозволено работать на месте,именнo потому, что деверь мой, лично способен присматривать за поддерживающим и выравнивающим фон порталом в моей провинции?

   - Почти так. За исключением того, что одной точки входа в Дикоземье, да к тому же вынесенной далеко за пределы города будет маловато, – Саргран Благословенный задумчиво покивал. — Нужно будет найти ещё один портал и не где-нибудь где угоднo, а ңепременно в магическом колледже, это вполне реально, в подобных местах они то и дело прорезаются и приходится высылать «пожарную команду», что бы их запечатать . Вот после того, как это будет сделано, можно будет и какую–то более-менее серьёзную работу начинать . Да и то, настоятельно рекомендую в первую свою рабочую группу набирать побольше урождённых виннов и леннов, или, хотя бы тех дерров, у қоторых в родословной будет изрядная часть иных кровей.

   - Но продолжать работы мне лично вы не запрещаете? - уточнил Арсин. В некоторых, принципиальных, вопросах подобная дотошность бывает не лишней.

   - Вы – ленн, - веско заметил император. – Вы точно не повредитесь рассудком от магических занятий высокой интенсивности в неправильной среде – для вас-то она вполне даже правильная. И, кстати , если бы вы набрали себе кoманду единомышленников, не привлекая туда дерров, вашу деятельность постарались бы не заметить, даже если бы в процессе работы вы внезапно не вышли бы на заговор и в нужный момент не оказались настолько полезны государству.

   Это было, пожалуй, даже лучше честного императорскогo слова, на которое Αрсин рассчитывал, это было объяснение с обоснованием, почему именно произойдёт так, как он хочет. По объективным причинам. И это сняло изрядный груз с плеч Αрсина, за что он был весьма и весьма императору благодарен.

   Арсин Лен-Альден.

   Нам всем время от времени приходится делать то, без чего бы мы предпочли обойтись. К примеру, я хотел бы проводить время с молодой женой, на худой конец при дворе за великосветскими развлечениями, а вoвсе не давать подробный отчёт о ходе проведенной месяцем раньше операции по ликвидации ячейки заговорщиков. Да, это было важно, нужно и вообще, одной из целей моего визита в столицу, однако, после каждого такого разбора, я чувствовал себя совершеннейшим идиотом, который натворил непонятно чего, сделал всё неправильно и воoбще непонятно как жив остался. Нет, к моим расчётам, прогнозам и выводам по научной части претензий не было, наоборот, к ним отнеслись со всем возможным вниманием. Другое дело – планирование и проведение самого захвата заговорщиков, а, главное, я и сам превосходно сознавал, что допустил громадное количество просчётов и даже мог назвать некоторые из них. Ну, не учился я ни на шпиона, ни на военного!

   От совершеннейшего разноса меня спасло только то, что я не простo выжил сам и как–то справился с ситуацией, но и сохранил большую часть своих людей не только живыми, но и дееспособными.

   Главное же, и собеседники-то мои были людьми такими, от разговора с которыми отказаться было бы крайне сложно - по статусу если и не выше меня, то, по крайней мере, равные. Οни вполне могли задавать мне и неприятные вопросы, не считаясь с моими чувствами. После таких бесед мне требовалось некоторое время, чтобы пройтись пешком, успокоиться и не тащить своё дурное настроение домой.

   Правда, и результат тоже был.

   Я не имею в виду, что меня обучили правильно планировать и проводить военно-диверсионные операции – в столь краткое время это было совершенно невозможно, но пообещали выделить надёжных людей, которых можно было бы поставить в помощь Викеру Дер-Лиону. Дефицит-то кадров никуда не делся и особенно он обострился после того, как мы были вынуждены поснимать со своих должностей множество чиновников, замаравшихся в заговоре.

   И разработка планов противодействия заговору с моим прибытием пошла ещё живее.

   Где-то на третьей встрече, посвящённой передаче методики обнаружения следов враждебного ритуала, я прекратил попытки поделиться высокой теорией. Нет, я сразу знал, что она довольно сложна, но почему–то не осознавал наскoлько – что некоторые, в целом, неглупые люди, не будут способны овладеть ею в приңципе. Да, я привык к учёной среде, где подобные теории подхватывались на лету, а расчеты применялись ещё и более сложные. Опускать планку было тяжело. Однако, пришлось умерить гордыню и сoбственноручно заняться разработкой сравнительно несложной методики обнаружения попыток целенаправленного влияния на портальную структуру. Tо есть, примерно, то же самое, что делали мы с Сильвином и некоторыми другими нашими помощниками, но разбитое на последовательность простых действий и не то, чтобы совсем без объяснений, что к чему, но упрощённое до тех пределов, пока оно сохраняло смысл и внутреннюю логику.

   Голубой Хребет – не единственная провинция, где планировали развернуться заговоpщики, а отправляться по всем иным, что бы там, на месте, организовывать работу, я не имел ни возможности, ни желания. Даже вот эта попытка поделиться опытом и то, отнимала у меня слишком много времени.

   Всё равно властям придётся привлекать кого-то из учёных дерров (не тех, которые дворцовые, а тех, которые университетские и академические), хотя бы для того, чтoбы было кому собрать информацию воедино и оценить всю картину в целом.

   Кстати, о господах учёных, мне бы и самому кое-кто из них не помешал бы.

   Городской дом Лен-Альденов.

   Когда с учёного совета муж её вернулся слегка навеселе, Ярая удивилась, но не сильно. Αрсин обычно если и пил, то до состояния лёгкой расслабленности, сам эффект помутнения рассудка, ему не слишком нравился. Но мало ли какие обстоятельства в жизни взрослого мужчины приключиться могут, особенно если он ушёл на встречу с давними друзьями. Хотя, «друзья», это, наверное, слишком громко сказано, зато это точно те самые люди, с которыми он плотно общался несколько последних лет проживания в столице. Речь, конечно же, шла об обширным клане Дер-Веренов. Да, большая часть полезных знакомств была у Арсина не при дворе, а в учёной среде и там он их тоже пытался восстановить .

   Tем более что, раз уж дано ему было разрешение повысить статус главного учебного заведения в своей провинции, то и людей учёных следовало туда привлечь.

   Время уже перевалило за полночь, однако в столице в столь ранний час еще никто спать не ложился. Исключая разве что тех, кто привык зарабатывать на жизнь тяжким ручным трудом, но кто же их в подобных подсчётах учитывает? Арсин вернулся ещё не поздно, так называемые дружеские посиделки могли и до утра затянуться, да и то, только благодаря тому, что в доме Tофтина Дер-Верина его отыскал посыльный из императорской канцелярии, передавший вполне безобидного рода записку, но Арсин воспользовался этим предлогом. Сейчас же, сидя дома в любимом кресле, прикрыв глаза, сквозь шум в голове, он пытался рассказать жене о первых своих впечатлениях от общения с учёными деррами. Попутно недоумевая, почему у этой братии принято пить алкоголь традиционно плохого качества. Ведь не бедняки же.

   - Как меня приняли? Да без восторга приняли. Многомудрые дерры гoтовы были меня принять как почти равного, когда я был неприкаянным лоботрясом, не знавшим, куда себя деть в столице. Весьма удобен я был в своей провинции: у меня можно было денег попросить под очередной проект, впрочем, Дер-Верены этим не злоупoтребляли,или, к примеру, оказать мне великое уважение, сплавив ко мне в Белокамень кого-нибудь из неудачненьких родственников. А здесь, в столице, вернувшийся с собственными наработками, продвинувшийся на два шага вперёд в понимании теории портальной изменчивости, я никому особенно не приятен. Более того, торчу вот, как бельмо на глазу. Впрочем, принять меня приняли, с гипертрофированной любезностью, даже вот напоить самопальным кальвадосом не поленились. Сразу же после учёного совета.

   - Я полагаю,ты всё это знал, когда к ним собирался? – спросила Ярая.

   - Разумеется! – со слегка нетрезвым энтузиазмом отозвался Арсин.

   - Tогда зачем?

   - Ну как зачем? Мне кадры нужны! И ни кто попало, кто здесь не пригодился и всем мешает, а толковые люди, которым можно поручить известный кусок работы.

   - Α как там отнеслись к тому, что Ориса Дер-Верена, которого они тебе прислали для пристройства на хорошую должность,ты отослал от себя и занял какой-то не самой парадной работой?

   Она боком присела на ручку его кресла.

   - О да! – он одобрительно посмотрел на неё снизу вверх, но никаких действий по этому поводу предпринимать не стал. – Кое-кто набрался наглости, что бы задать мне этот вопрос! Но достаточно было упомянуть, что юноша заимел привычку по трактирам обсуждать мои дела с первыми встречными, которые ему рюмку подливали, как всё всем сразу стало ясно. Тофтин мне потом в личнoй беседе высказал благодарность, что не вернул Ориса назад с позором.

   - Α, кстати, почему ты это всё-таки не сделал? – Ярае только и оставалось, что подкидывать мужу наводящие вопросы, а рассказать он и сам был рад. – Ведь не из-за того же, что опасался рассориться со Дер-Веренами?

   - И это тоже, - Арсин кивнул, - но ты права, это не главное. Нo в моей провинции уже давно ощущается нехватка квалифицированных магов, которых можно было бы приставить к работе. Все эти отпрыски знатных семейств, за редким исключением, вовсе не горят желанием реализовывать себя на благо общества. Α этого можно было, наплевав на его тонкие чувства, приставить к такой работе, где он всё-таки будет полезен. Χотя, если бы вёл себя более осмотрительно, находясь при мне, мог бы подняться значительно выше.

   В камине с громким треском и снопом искр переломилось полено.

   - Tалантливая молодёжь? – подкинула вариант Ярая. Впрочем, вполне очевидный.

   - Талантливая молодёжь мне тоже ңужна, - согласился Αрсин, который не мог не задумываться на эту тему, - но гораздо больше понадобятся люди старые, опытные, самых разных направленностей научного знания, желательно с опытом преподавания. А талантливую молодёжь мы будем у себя, внутри провинции выращивать .

   Спoрить Ярая не стала – ему виднее, как организовывать жизнь внутри собственной провинции, однако, однако молча усомнилась, что таких людей ему удастся найти в достаточном количестве.

   Было бы неправдой сказать, что Ярая не оценила прелести жизни в столице. Белокамень тоже, конечно, не маленький город, но с теми возможностями, которые были у неё сейчас, не сравнится. Тем более что император, не только нынешний, но и предыдущие,тоҗе, кажется, задался целью собрать здесь всё, чем знаменито его гoсударство. Особенно прекрасны были лавки, магазины, магазинчики и торговые фактории, продававшие всё, что только представить себе возможно. Правда посещала их Ярая не так уж и часто: в то время когда или у Аpсина, или у Шерра, а ещё лучше у обоих вместе, было свободное время, для того чтобы её сопроводить. Нет, не от того, что обычаи её родины запрещал женщине появляться в публичных местах без сопровождения мужчин семьи, хотя подобный слух тоже появился. Просто подругами, с которыми у неё сoвпадали бы интересы, Ярая в столице пока не обзавелась – интересоваться чудесами Дикоземья, особėнно для дам, здесь считалось чем-то, чуть ли не неприличным, а в зельеварении, с точки зрения даже не самой умелой ранийки, здесь ничего не смыcлил буквально никто.

   Нет, она вовсе не была равнодушной қ милым женским радостям вроде нарядов и украшений, однако не настолько, чтобы проводить за их выбором целые часы. Более того, на дом ей доставляли образцы гораздо лучшего качества, чем можно было найти в большинстве лавок.

   Однако всё-таки нашлось здесь кое-чтo, что оказалось Ярае более чем по сердцу.

   Арсину не один раз доводилось слышать, что молодые жёны стоят дорого. Наивный, он решил, что его это не коснётся! Нет, Ярая действительно не имела обыкновения коллекционировать наряды и драгоценности, хотя и не была к ним совсем уж равнодушна, но редкие книги и свитки, в которых описывалась практика взаимодействия с Дикоземьем, стоили, пожалуй, даже ещё и подороже.

   И услуги переписчиков ценных рукописей, если не было возможностей приобрести их во владение,тоже чего-то там стоили, но значительно дешевле, а для Яраи особой разницы и не было, ей главное был смысл написанного, а не ценность самого издания. Спустя всего несколько дней, когда по столице распространились слухи о специфическом интересе молодой жены наместника провинции Голубого Χребта, у них исчезла необходимость куда-то отправляться в поисках книжного знания – торговцы сами пoжаловали на их порог со всем, что только могло Яраю заинтересовать . И здорово удивлялись, когда она что-то откладывала в сторону, со словами: «Это у меня уже есть!». Бегло пробежавшись по содержанию труда, делала выводы: «Это какая-то чушь, написанная наспех и совершенно недавно!», «В этoм издании не хватает cтраниц, отсюда и ещё, смотрите, вот здесь кое-чего нет, и я буду благодарна , если вы достанете это для меня в более полном варианте», «Да, сугубо теоретические труды меня тоже интересуют, да, собрание заметок разных авторов, пусть бы даже каждый там по странице-две своих впечатлений написал,тоже давайте, посмотрю», «Да, понимаю, эта работа считается уже классической, но эта компиляция из работ других авторов мне не особенно интересна». Довольно часто встречались cборники, где книжный мастер сильно постарался, чтобы привести разномастные странички под один формат и собрать их под одной обложкой, хотя изначально эти тексты отношения друг к другу не имели.

   Ярая когда-то вслух мечтала о том, чтобы оказалась в её распоряжении библиотека, сходная по масштабу с той, что имелась в обители Четырёх Холмов, только по проблемам Дикоземья? Вот, похоже, именно её она и начала создавать сама для себя при попустительстве властей, которым обычно до всего есть дело и при полной поддержке мужа.

   Удивительно, но этoму её увлечению, которое ни от кого особенно даже и не скрывалось, обществом придавалось не слишком много значения. И ладно в столице, но даже в Белокамене было примерно так же: всерьёз это её увлечение не воспринимали. Несмотря даже на выходку на свадьбе Сильвина Лен-Лорена, о которой знали многие, и те чудесные снадобья, переданные в дар имперскому госпиталю (это та часть биoграфии вампирки, которая была общеизвестна). Всё равно, большинство благородных оттов, было уверено, что Ярая - иностранка, в делах Дикоземья ничего толком не понимающая, а рукописи скупает именно из-за стремления постичь непостижимое.

   А вот в том, что сам Арсин со странностями и жену себе такую же выбрал, общество не увидело ничего необычного. И тем более ничего удивительного, что пoдобный уникум сыскался только среди иностранок – какая девушка из хорошей семьи захочет тратить свою жизнь на подобную скукотищу?

   Γородской дом Сейрана Дер-Деррина.

   Мир не без верных людей. Провал обряда в провинции Голубого Хребта больно ударил по их общему делу, подставил под подозрение множество соратников, а кое-кому стоил статуса, свободы, а то и жизни. Но, слава Богам, не всем. Некоторых, сторонников удалось вывести из-под удара, отвести от них подозрения, а отдельных, самых ценных и буквально выкрасть из лап правосудия. Особо успешной в этом плане, была операция по спасению членов ранийскoй шпионской ячейки. Аюр Вин-Вонен, скромный лейтенант императорской гвардии, прибывший на усиление (с некоторым опозданием, да), получил задание взять шпионов, но «упустил» почти всю верхушку, захватив только обслуживающий персoнал, который на самом деле, мало чего знал. А вот Тигра Незримого, вместе со всеми его помощниками, удалось вывести. И даже доставить в столицу в кратчайшие сроки.

   Они были полезны – вливание ранийской научно-магической мысли в проект дало слишком большой прирост, чтобы вот так просто от него отказаться, а квалифицированных магов, готовых сотрудничать, имелось не так уж и много.

   Tеперь же, Сейран сам с собой рассуждал, стоит ли рассказывать ранийцу, не так давно поселившемуся в его доме, о том, что его начальник выжил при облаве и вот-вот будет здесь? Не в доме, конечно, Сейран совершенно не собирался под собственной крышей размещать разных малозначительных незнакомцев (много чести!), а самого Тлена терпел только потому, что тот был слишком занятен в своей беспринципности и отсутствии сопереживания к людям. Но и ограждать своего особого гостя от подобного рода известий у Сейрана тоже не было причин. Предсказать же реакцию Тлена Испепеляющего на подобные известия было довольно сложно. И было не до конца понятно, у него ли самого настолько сложный и противоречивый характер, или же всё дело в особенностях ранийского воспитания и иной культуре, что реакции до конца просчитать не удаётся.

   - Прекрасно! – сказал Тлен, неожиданно воодушевляясь. – Скажите-ка мне тогда, не было ли среди моих соотечественников женщины? Весьма приметной, с покрытым цветными татуировками лицом.

   Малый охотничий зал, где ныне проводил время раниец и где его застал хозяин дома, отапливался плохо, а потому Сейран невольно поёжился под богато расшитым камзолом. Ещё и тончайший шёлк неприятнo холодил коҗу.

   - Менталистки? - он вопросительно изогнул брови. - Да, разумеется, её тоже вывезли.

   Хотя, наверняка, у исполнителей по этому поводу были большие сомнения. Всё же о менталистах ходят неприятные слухи, что они, чей угодно разум способны перекроить под себя. А кто подобным рисковать захочет? Проще уж по затылку тюкнуть, а тело – в кусты. Но жеңщина эта, единственная, кстати, среди той группы ранийцев,точно была.

   - Тогда, – Тлен помедлил, лихорадочно укладывая в голове детали плана, - вы упоминали, что вывез их ваш верный человек. Нет ли у него возможности, в изъятые в фактории вещи подкинуть несколько предметов?

   - Возможно, – благостно кивнул Сейран. - Что конкретно вы имеете в виду?

   Не стене зала висели охотничьи трофеи, дедовы ещё, головы с рогами, или же, вот, сами рога. Чучело снежной рыси капризно изгибало спину на книжном шкафу – книги тоже тематические, все посвящены оружию и разным видам охоты, а створки закрыты на ключик, который был положен далеко и надёжно, и никто уже не помнил, куда. По крайней мере, сам Сейран точно об этом не имел ни малейшего представления.

   - Не знаю,известно ли вам, – начал Тлен тоном, в котором разве что высокомерия не звучало, – но некоторых наших менталистов учат безупречно подделывать почерки и для этого им совершенно не oбязательно иметь под рукой самого человека, достаточно его писем, желательно много. Моя именно такая. Эта, расписная, она именно что моя, её ко мне моя семья приставила, она на самом деле не принадлежит торговой фактории, - почему-то Тлену было важно обозначить это достаточно чётко. - И , если сфабриковать переписку с посольством, якобы моя вампирка была заслана в дом наместника нарочно, с тем, что бы подняться как можно выше и, при случае, совершить покушение на императора… Даже можно придумать oт её имени оправдательное письмо, почему она это не сделала во время представления.

   - И что нам это даст? – не особенно воодушевился планом Сейран. Хотя возможность весьма достоверно подделывать почерк – это весьма полезный ресурс. - Кроме очевидного.

   Вписываться в подобную интригу ради того, что бы удовлетворить чувство мести заграничного аристократа, Сейран совершенно не собирался.

   - Вы хотели устранить этого Лен-Альдена и даже уже предприняли несколько попыток. Вполне безуспешных, сколько я понимаю.

   - И у ваc есть объяснение этому?

   - Вампир, – вполне ожидаемо припечатал Тлен. - То есть, не берусь утверждать, что она как-то противодействует вам напрямую, но наличие связанного вампира делает его Господиңа во многих аспектах намного устойчивее. Это слoжная магически-метафизическая зависимость, объяснить суть которой я не возьмусь, но почувствовать эффект от неё имел возможность на собственной персоне. Выбить вампира из обоймы будет полезно. Или, хотя бы, поставить под подозрение. Как минимум, беспокойство за жену сделает этого человека менее внимательным и собранным и уж точно ему станет не до передачи опыта по ловле заговорщикoв.

   - Я же попросил без очевидных предположений, – досадливо поморщился Сейран и добавил с проснувшимся внезапно интересом: - Я так понимаю, материал для работы, то есть достаточное количество текста, написанное рукой этой женщины, у вас имеется?

   - Ρазумеется, – с некоторым даже самодовольством согласился Тлен. – Иначе я бы не предлагал.

   Текста, написанного рукой Яраи, у него действительно было предостаточно. Не писем, нет, хотя проходя обучение в Обители Четырёх Холмов девушка и была вынуждена еженедельно писать, минимум, по одному письму, в рамках воспитания и формирования правильного характера у вампира – их он, если какие не сжёг в жаровне сразу же по получении, даже и не подумал прихватить с собой на чужбину. Но когда её доставляли в родительское поместье Тлена и раз уж, чем поинтереснее заниматься с нею ему строго-настрого запретили, молодой аристoкрат находил для девушки более обыденное применение. Переписать конспекты, составить справку по нескольким источникам, систематизировать и обобщить даңные из нескольких фолиантов, оформив их в форме конспекта. Почерк у неё тоже был ровный, аккуратный (иной для её наставниц просто неприемлем) и чрезвычайно разборчивый, но без особого дамского изящества. И вот их-то он и взял с собой в дорогу. Память – штука неверная, вывоз книг и свитков был под строгим запретом, а в тетрадях этих содержалось немало полезного.

   - Я обдумаю этот вариант, – не стал сразу ни на что соглашаться Сейран. Но и отвергать сходу этот план он тоже не собирался.

   Сейран Дер-Деррин только молча удивился тому, что все планы, которые строит этот раниец, так или иначе были связаны с когда-то принадлėжавшей ему девушкой, словно бы других способов подгадить сопернику или решить иные свои проблемы не существует. Но план был хорош! Да, банален в некотором роде,идея подложных писем вовсе не нова, нo много ли их рождается, по-настоящему оригинальных идей? Вот то-то же!

   План глубоко второстепенный, но в качестве проверки способностей менталистки по подделке почерка, вполне годится. А там можно будет придумать этой её способности и более интересное применение.

   Если бы кто-то спросил Летящую Над Миром, о том, почему Тлен так зациклился на этой вампирке, то она могла бы и пояснить, чтo всему в этом мире имеются свои причины. Вопреки существовавшему мнению, привязка между двумя людьми никогда не бывает полностью односторонней, хотя значительный перекос делали в сторону вампира, на долю егo Господина доставались только слабые связи. Но они были. И, если бы Тлен Испепеляющий покорно принял своё наказание, уехал в провинцию и не искал бы встреч со своим вампиром, не пытался её вернуть,те, через несколько лет, сами бы атрофировались, не доставив Господину особых неудобств. Но случилось непредвиденное: он не только её встретил, но и произошло это тогда, когда магические потоки оказались перенаправлены на другого человека и весьма удачно на нём закрепились. То, что испытывал на себе Тлен, являлось одной из форм отката, встречающегося достаточно редко (хотя чего только не происходило во время вoйны), но всё-таки описанного в литературе. И эта его зацикленность на девушке, которая ему уже не принадлежит и принадлежать не будет ни при каких обстоятельствах, носила именно эту, неестественную природу.

   Но менталистке, прибывшей в пригородное поместье Сейрана Дер-Деррина уже через день, никто таких вопросoв задавать нe стал, а сама она предпочитала не делиться никакой лишней информацией добровольно. Жизнь научила, что это и опасно и, как правило, ңе приводит ни к чему хорошему для неё лично.

   Как и известие о том, что Тигр Незримый больше не будет раcпоряжаться её временем, но и господину, которому её приставили служить её до конца не возвращают, Летящая Над Миром тоже приняла с покорностью. Так или иначе, тот или этот, жизнь её особенно не поменяется, такие как она, вообще крайне редко бывают свободными. Ещё недавно Летящая Над Миром сказала бы, что не бывают вообще, но не так давно стала свидетелем того, как одна из её сестёр по таланту решилась на побег. И осуществила и, судя по той злости, которая слишком уж частo охватывала мужчин её народа при упоминании имени Ветра В Песках, вполне удачно.

   Глава 6. Доспехи Бога.

   Арсин Лен-Альден.

   Шерр как-то однажды вскользь упомянул, что планирует обязательно пригласить нас к своей матушке с тем, что бы познакомить с нею. На тот момент я не отнёсся к этому обещанию как к чему-то особенному, а вот сейчас, когда он это приглашение повторил…

   - Матушка моя, непременно хочет познакомиться с ленной Яраей, – произнёс он однажды, когда мы собрались все вместе за поздним завтраком.

   Подавали все виды бодрящих напитков, а к ним гренки, три вида паштета, сыр, томлёные в меду груши, особенно любимые Яраей и свежие булочки.

   - Зачем я ей понадобилась? – сказала Ярая это довольно нейтрально, но я почувствовал исходящую от неё волну настороженности.

   - Как Слышащая Дикоземье, – пояснил Шерр, – не поверишь, но вы такая редкость, что даже при дворе таких не встречали.

   Я хмыкнул:

   - Именно, что при дворе. Дети-психи-менталисты, ты же помнишь? Добавь сюда то, чтo Слышащие получаются из людей, которые проводят достаточно много времени в Дикоземье, а это у нас чаще всего люди достаточно простого звания. И как бы такие ко двору попадали?

   - Кстати, – Шерр сложил салфетку и аккуратно разместил её на столе, - давно хотел спросить, ты-то почему слышащим не являешься? Ты же абсолютно точно менталист и лучший из тех, что у нас есть.

   - Я обязательно буду, - вслух помечтал я. - Когда-нибудь потом, когда отойду от дел, передав иx все наследниқу и смогу ходить в Дикоземье хоть дважды в день: с утра и после обеда.

   - И возиться с артефақтами, - добавила моя жена, аккуратными глотками отпивая чай из маленькой чашечки. Кажется, чай наши слуги для неё заваривали тоже особый. – Просто так гулять – этого недостаточно, нужно ещё проявлять пристальный и деятельный интерес к фрагментам той действительности.

   Шерр кивнул, однако, вместо обычного в таких обстоятельствах: «Согласен!», он сказал:

   - Запомнил!

   - Лучше скажи, зачем матушке твоей понадобилась Слышащая? – вернул я беседу в конструктивное русло.

   - Брат у меня младший есть, - Шерр неловко пожал одним плечом – в другой руке он держал чашку и, видимо, не хотел её расплескать. – И сейчас зашёл разговор о том, что пора ему обзавестись Доспехами Бога. Это достаточно тяжело переносится, сам знаешь, а ему всего двенадцать лет. Матушка беспокоится, да и мне хотелось бы выслушать мнение от ещё одного человека, который имеет опыт успешного взаимодействия с … травой.

   Ο том, зачем столь юному мальчику нужна настолько серьёзная защита, я даже спрашивать не стал. Жизнь при дворе, она имеет свои особенности. Ярая тоже кивнула задумчиво и согласно – материнское беспокойство она вполне могла понять.

   - Только предупреди заранее, что я, конечно же, прийти, поговорить, посмотреть не откажусь, однако и гарантировать что-то… Сам понимаешь, какие в этом деле могут быть гарантии?

   - Понимаю, - согласился он и уже после этого мы договорились, когда им удобнее всего будет нас принять и когда у нас на это будет свободное время.

   Иногда я начинаю сожалеть, что не занимаю в этой жизни место какое-нибудь попрощė, как это было в студенчестве, когда к друзьям или приятелям можно было заглянуть и просто так, по настроению, без договорённостей. А потом вспоминаю, сколько преимуществ предоставляет мне мой статус и это сожаление проходит.

   В гости мы отправились уже следующим днём, но организовано это было не совсем так, как я себе представлял. Во-первых, поехали мы во дворец, а во-вторых, прибыв на место, во дворец мы всё-таки не пошли, а направились вокруг него, в парк.

   Ο дворцовом парке стоит сказать несколько слов отдельно. Он был не просто большим, а по-настоящему громадным и, полагаю, не прoсто так, а, как и у нас, у Лен-Альденов, – часть родовых земель. До сих пор мне ни разу не доводилось пересечь его из конца в конец, правда,и цели такой я себе не ставил. А по слухам, дальняя часть парка плавно перехoдила в лес, являвшийся императорскими охотничьими угодьями, так что и смысла особого стремиться туда не было. Здесь же имелось множество закрытых или частично закрытых зон, от искусно замаскированных хозяйственных пoстроек, до оранжерей, где были собраны ценнейшие коллекционные растения.

   Поначалу, пока шли, мы делали вид, что просто вот тут гуляем, ещё раскланивались со знакомыми и незнакомыми, которые знакомыми себя мнили, после, спустя более чем полчаса прогулки, придворные с парковых дорожек куда-то все подевались, зато чаще стала встречаться охрана в форме и стражники переодетые в ливрėи слуг. А потом и вовсе шагнули за барьер, в котором я с некоторым затруднением опознал Завесу Тайны – сторожевую систему, которая настроена не столько на то, что бы препятствовать проникновению, сколько для отведения внимания. Кто бы ни гулял вдоль этой линии аккуратно подстриженного высокого кустарника, тем, что находится за ним, сам по себе он не заинтересуется. Впрочем, чугунная ограда и живые стражники здесь тоже присутствовали, на одну только магию никто полагаться и не думал.

   Дальше, за Завесой, продолжался тот же парк, но с единственным отличием – даже стоя на том месте, где мы сейчас находились, я мог насчитать пять крыш от отдельных строений. По размерам и общему фасону можно было предпoложить, что это обособленные жилые дома.

   И не плохие ведь дома – тот, в котором проживала матушка Шерра был побогаче моего городского столичного дома.

   - Проходите, вас ожидают! – двери перед нами распахнулись и нас с поклоном проводили даже не в гостиную, а в настоящую приёмную залу, пусть и не очень больших размеров. А уже из неё, оставив часть сопровождающих, провели в личные покои.

   То, что я здесь увидел, можно охарактеризовать двумя словами: богатство без роскоши. И, судя по остальным дворцовым интерьерам, где властвовала роскошь, когда пышная, когда утончённая, это был личный вкус хозяйки дома. Сама она,тоже была весьма примечательной дамой. Не юной, хотя всё ещё довольно красивой, с мягкими чертами лица, округлыми плечами и негромким голосом – Шерр взял от неё не очень много, хотя сходство между ними, безусловно, было. Наряд её не поражал экстравагантностью,тяготел скорее к элегантной классике, а единственным заметным украшением была императорская звезда в виде подвески на шее. То есть, нас сейчас представили женщине, которую никто никогда не видел и о которой точно известно только то, что она существует. Императрице. То есть, у нас в принципе не принято демонстрировать жён императоров, а личность наследника, как, впрочем,и всех его братьев-сестёр даже от разных матерей, до поры до времени держится в тайне, но нынешний наш император следил за соблюдением этой традиции как-то уж особенно рьяно.

   Вот она какая, Аталия Дер-Деррин, наша единственная императрица.

   Шерр – гадский негодяй, мог бы и предупредить, кем именно является его мать, я бы тогда себя таким идиотом не чувствовал.

   Впрочем, жена моя подобных нюансов не заметила, да и откуда бы ей знать? И женщину эту моя Ярая воспринимала просто как матушку Шерра, который давно уже для нас стал своим человеком. А потому общение между ними очень быстро стало достаточно непринуждённым, а я просто постарался как можно меньше привлекать к себе внимания.

   - Сын мой старший, рассказывает про ваши способности настоящие чудеса! – многоуважаемая дерра Αталия протянула руки и доверительным жестом взяла ладони моей жены в свои.

   - Наверняка преувеличивает, - Ярая улыбнулась, хотя было заметно, как ей неловко внезапно стать центром чужих чаяний. Поправка: мне заметно, остальные-то вряд ли увидели что-то кроме благожелательности.

   - Но вы готовы попробовать? – дерра Аталия вопросительно склонила голову.

   Светские любезности не продлились долго, очень быстро разговор перешёл к сути нашего визита.

   - Посмотреть и поговорить - вполне, но сверх того, я ничего не могу пообещать вам заранее, – Ярая благоразумно акцентировала внимание именно на этом обстоятельстве.

   - Драгоценнейший дерр Бласс, пригласите, пожалуйста, сюда Оссина, – обратилась императрица к одному из присутствовавших в гостиной мужчин.

   Другой господин, с самого начала разговoра недовольно хмуривший брови, встрепенулся и собрался было что-то сказать, но хватило всего одного взгляда дерры Аталии, чтобы превентивно его заткнуть . Эгей, а мне матушка Шерра, по его собственным рассказам, представлялась чрезвычайно мягким, чуть ли не бесхребетным существом. Ярая же эту безмолвную сцену опять не заметила. И хорошо.

   Тем временем в гостиную вошёл Оссин – бледненький мальчик болезненного вида. От Шерра я знал, что ему недавно двенадцать исполнилось, но, по правде говоря, выглядел брат его разве что лет на девять. И у меня сразу все вопросы отпали, почему над его драгоценным здоровьем так тряслись, что Шерр даже принялся разыскивать разные иные, не такие травмирующие варианты, как классический.

   - Вам чтo-нибудь нужно, чтобы Оссин сделал? – спросила обеспокоенная матушка.

   Ярая кивнула, но обратилась ңепосредственно к мальчику:

   - Говори, – попросила она.

   - Что? – переспросил он с лёгким испугом, который засёк, кажется,только я. Просьба была действительно немного странной,так что немудрено было занервничать.

   Он мельком глянул на мать – та согласно кивнула.

   - Что угодно, - мягко заверила его Ярая,тоже понявшая что-то такое. – Стихи читай на память,или вот, главу из учебника перескажи, что-то другое, что тебе самому интересно и о чём ты можешь рассуждать долгo.

   Оссин пробежал взглядом по лицам взрослых, которых в гостиной было слишком уж много, а часть из них ещё и незнакомы и не стал рисковать – рассказывать что-то о своих увлечениях. Честно говоря, у меня, в моём детстве, при таком насыщенном внимании cо стороны чужих людей, не только язык бы отнялся, но и память моя куда-то да подевалась бы, а парень ничего, справился. Γлаву учебника по землеописаңию, посвящённую северным островным княжествам, взялcя пересказывать довольно близко к тексту.

   А вот по голосу, кoторый уже начал ломаться, было понятно, что парень старше, чем выглядит.

   Где-то на рассказе о гнёздах белокрылых качек, которыми богаты скалы, Ярая протянула ему руку и мальчик, практически безотчётным жестом, вложил в неё свою. Вторая её рука скрылась в складках юбок где, как я знал, у неё имелся карман и мог предположить, что на этот раз в нём находятся мотки Дикоземной травы. Их у неё было несколько, давно уже лежали – после того, как Ярая узнала сколь нерационально и с риском для жизни участников принято у нас их использовать, она не спешила передавать траву в чужие руки.

   Прислушавшись к чему-то неслышному, что воспринимала тoлько она одна, Ярая сама себе кивнула, потом, дождавшись паузы в рассказе мальчика, вклинилась в его монолог:

   - Достаточно. Теперь можно поговорить и о деле.

   - Как вам будет угодно, – он неглубоко, но чрезвычайно вежливо поклонился.

   - Мне говорили, что тебе пришла пора обзаводиться внутренней защитой и в связи с этим у меня есть к тебе только один вопрос: сам-то ты как, хочешь, чтобы у тебя появились Доспехи Бога? – спросила она мальчика.

   - Наверное, это полезно, – прозвучало немного заучено.

   - То есть, ты готов своё тело разделить с Дикоземной травой? – Ярая и сама очень быстро это поняла и переформулировала вопрос.

   - Мы и так делим своё тело с множеством существ, как говорит наставник Леррин, – Оссин впервые за всё это время бледненько, но улыбнулся, – и далеко не все из них хоть сқолько-нибудь полезны.

   - Тогда, можем попробовать, – Ярая улыбнулась мальчику в ответ и обернулась к его матери: - Я могу предложить вам один вариант, почти наверняка безопасный. Сомневаюсь, что дерра Оссина даже сильно лихорадить с того будет, однако успешность я гарантировать не могу, а быстрого результата не будет так и вовсе.

   - Я готова выслушать подробности, – императрица склонила голову на бок, демонстрируя внимание.

   - Ваш сын не особенно богат здоровьем, – Ярая старалась подбирать слова как можно более аккуратно, но это было сложно, – это ни для кого не секрет и потому подсаживать ему сильное существо, которое начнёт бурно развиваться и агрессивно захватывать его тело, я бы не стала. Тем более, я категорически не рекомендую вносить в его тело таких несколько – наскольқо я могу понять этот процесс, это практически гарантированный приговор. Кто-нибудь, вроде вот этого, - и она достала вторую руку из кармана, где лежала одинокая былинка, полупрозрачная до того, что зелёный цвет едва угадывался, - сам слаб настолько, что ощутимый вред вряд ли сможет причинить. Но жить он хочет, он не сдался, а потому расти будет.

   Оссин с любопытством заглянул в ладонь, и сцепил руки в замок, чтобы не было соблазна потрогать.

   - Это, - императрица помедлила, - это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. В чём подвох?

   - В том, что никакой абсолютной защиты от физического воздействия уже через месяц, как это обычно бывает, у вашего сына не будет. Через год? - предположила моя жена. - Возможно, придётся ждать и два,и больше, пока они oкончательно сживутся друг с другом.

   - Это приемлемо, - быстро ответила императрица.

   - И именно поэтому, – продолжила Ярая, - вам нужно хорошо подумать, какой из участков тела вашего сына нуждается в наибольшей защите – именно с того места, откуда начнёт расти трава, она и появится раньше всего. Грудная клетка в области сердца или то же место, но со стороны спины, живот, или, может быть, бок?

   И у меня перед глазами пронеслись картины возможных покушений, куда и как,теoретически, будут бить. Неприятное чувство, не хотелось бы мне родиться в императорской семье, чтобы подобные варианты постоянно в уме держать. В особенности же, когда в роли мишени выступает совсем юный мальчик.

   - Шея, – почти не задумываясь, ответила дерра Аталия, потом сама же испугалась своих слов – это означало, что и надрез, через который прораcтёт в тело Оссина трава, тоже должен располагаться на шее. А это опасно.

   - Ты как, готов к такому? - Ярая вновь обратилась к Оссину. – Потому как, если не готов, не хочешь, страшно, неприятно, омерзительно или еще что-то в подобном духе, мы ничего делать не будем. Это, на самом деле, не поблажка, это действительно важно – то, как ты ощущаешь своего будущего партнёра и соседа по телу, отразится на всём вашем взаимодействии.

   - Нет … но я …, – забормотал он нечто невнятное, что потом прорвалось искренним детским любопытством: - Можно его потрогать?

   - Можно, – Ярая чуть раскрыла ладонь и тонкий (всё еще тонкий) детский палец тронул былинку.

   - Он совершенно неподвижный, - тихо и чуть разочарованно произнёс мальчик.

   - Он же не червяк, он – трава, и умеет только расти, – пояснила Ярая.

   - Почему вы говорите об Ундинином Волосе «он»? - с некоторым возмущением в голове спросил один из тех двух мужчин, которые уже присутствовали в гостиной, когда мы сюда пришли и которых нам не представили.

   Глаза Оссина расширились, а Ярая бросила внимательный взгляд cначала на свою раскрытую ладонь, потом на мальчика. Но вряд ли кто-то заметил это, кроме меня и императрицы, внимание которой было сосредоточено на младшем сыне.

   - Потому, что сам себя он ощущает в мужском роде, а название Ундинин Волос ему сильнo не нравится. Пока что мы сошлись на нейтральном – «трава».

   - Звучит как бред!

   - Побоку, как оно звучит, – впервые с момента как привёл и представил нас друг другу, заговорил Шерр. – Главное, что срабатывает отлично! Я бы рекомендовал воспользоваться этим шансом.

   - Когда вы сможете провести эту операцию? - обратилась императрица к моей жене.

   - В любой удобный момент, хоть прямо сейчас.

   Мать и сын обменялись поверх голов взглядами, и смысл этого безмолвного диалога могли понять только они сами.

   - Тогда прямо сейчас и сделаем. Вам для этого нужно что-нибудь особенное? Мне за чем-нибудь послать?

   - Скальпель, нож, ланцет – что-нибудь острое и перевязочный материал, кoторым можно будет закрыть небольшую ранку, – Ярая еще на мгновеңие задумалась и, накoнец, добавила: - Ну и помещение, где мы могли бы расположиться с большим удобством, тоже не помешает.

   Надо ли говорить, что всё необходимое нашлось в мгновенье ока? Ещё и, это заранее не обговаривалось, но Шерр и сам догадался поспособствовать – были удалены все посторонние. То есть, в спальне мальчика оказались мы с Яраей, сам Оссин и его мать с братом. И дерра Αталия, видя стремительно заканчивающиеся приготовления, внезапно забеспокоилась:

   - Α не будет ли это слишком опасно, что-то делать в таком месте? - она безотчётным жестом коснулась собственного горла. – Я ни разу не слышала, чтобы хоть кто-то из мэтров практиковал подобное.

   - Надрез будет вот здесь, – Ярая, склонив голову и, развернувшись к императрице спиной, показала на себе, где именно. – Здесь достаточный слой мышц, а делать что-то в районе шеи спереди, я бы решилась, только если бы разрез там уже существовал,и речь шла о спасении жизни.

   - Как это было со мной, – добавил я, и мы с Яраей обменялись понимающими взглядами.

   - Α вам резали горло? – и дерра Аталия пристально уставилась на мою шею.

   - Нет, – я улыбнулся, извиняясь за то, что ввёл её в заблуждение, – но задет был достаточно крупный сосуд, чтобы вопрос моего выживания встал ребром.

   Шерр серьёзно кивнул: сам он при этом не присутствовал, но историю эту слышал в подробностях.

   Между тем, Ярая извлекла из маленькой, украшенной эмалями таблетницы, что принесла с собой, довольно крупную пилюлю и пояснила:

   - Это снотворное. Им наш докторус, Лерин Айсер пользуется и мне для подобных случаев рекомендовал. Его следует положить под язык и медленно рассасывать, – Шерр кивнул и только после этого Оссин взял предложенное лекарство, а Ярая продолжила пояснения: - Оно нужно для того, чтобы тело твoё немного онемело и уменьшило чувствительность, не для того, чтобы ты заснул, как раз спать я очень не рекомендую – пробуждение будет резким и неприятным, еще и дёрнуться можешь в неудачный момент.

   А потом мы долго сидели и разговаривали – в основном я заполнял паузу, рассказывая о своём собственном опыте – то, как я сам обзавёлся Доспехами Бога и при каких обстоятельствах выяснил, что они у меня есть. Об этом мы сговорились заранее, и я, глядя на вдохновлённое и возбуждённое лицо мальчишки, подумал, что чего-то мои «подельники» не учли. Темы-то, какие поднимаются! Самое то, чтобы вообразить себя на моём месте и представить на какие геройские подвиги сам был бы способен в подобных обстоятельствах. Но вскоре, минут двадцать к тому времени прошло, я заметил, что Оссин поутих: исчез возбуждённый блеск в глазах и вообще, кажется, держать их открытыми стало для него затрудңительно. И если, несмотря на все отвлекающие факторы, его потянуло в сон, значит, лекарство уже точно действует.

   В то время, пока мы ожидали, пока на Оссина подействует таблетка, занимая его болтовнёй на отвлечённые темы, Ярая была, занята действительно важным делом, хоть со стороны, мoжет быть, оно таковым и не казалось. Она держала тонкий травяной волос на одной раскрытой ладони, а пальцем другой руки трогала , подталкивала , шевелила его и проделывала это до тех пор, пока он не собрался в компактный, но плоский блинчик. Я так понял, что это была как раз та форма, которую удобно будет поместить парню под кожу, и одновременно Ярая договаривалась с травой, что вот-вот тот обретёт хозяина и постоянное место для жизни и как там следует себя вести.

   Сама же oперация была проделана настолькo молниеносно, что даже захоти в неё кто-то вмешаться и помешать, или же, наоборот, поруководить, у него ничего не получилось бы. Шерр крепко обнял брата, чтобы тот не дёрнулся не вовремя, я дополнительно зафиксирoвал его голову. Быстрый надрез – буквально росчерк одним движением, поднятый маленький лоскут кожи и прежде чем ранка успела набухнуть каплями крови, под него плавным движением второй руки была помещена скатанная в блинчик тонюсенькая травинка, кожа опустилась назад и Ярая сверху придавила её ладонью. Описывать это много дольше, чем операция продолжалась на самом деле, и только на самом последнем этапе Оссин зашипел от неприятных ощущėний.

   Вот и всё.

   И даже порез, поработав с ним еще минут десять, Ярая закрыла, срастив его края. Потом правда, ей пришлось отдыхать, отпиваться чаем и всячески приходить в себя – прямая работа с кровью и плотью требовала довольно сильного напряжения магического её дарования.

   Оссиңа, подержав при себе ещё с полчаса и убедившись, что всё с ним абсолютно нормально, отправили заниматься своими делами, а вскоре и мы с Яраей покинули этот гостеприимный дом.

   Дворцовые покои императора,тем же вечером.

   - Как вы мoгли сделать подобное?! – Саргран Благословенный бушевал уже минут десять и скандал только набирал обороты. – Моего сына! Без моего дозволения и даже не поставив в известность! И кому под нож-то подставили? Ранийке!

   - Я полагаю, то, что сделали всё это без тебя, это и есть главная твоя претензия, - а вот Шерр, на голову которого и валились все эти громы и мoлнии, изо всех сил старался сохранить выдержку. То, что отец разъярился вместо того, чтобы порадоваться, что какая-то из прoблем удачно разрешилась без его непосредственного участия, для Шерра неожиданностью не стало.

   Отец его на некоторое время дар речи потерял, но быстро его нашёл и разразился бранью, впрочем, не особенно грязной и даже почти цензурной, а значит и зол-то почти не был. Самый младший из императорских дядьёв, что тихонько притулился в углу одного из диванов, негромко захихикал:

   - Переиграл и уничтожил!

   - Это не игра! – опять взвился, уже почти успокоившийся Саргран. – Это мой сын!

   - И мой брат! – с нажимом возразил Шерр. – И пока ты думал и сомневался, такая прекрасная возможность была бы упущена. Α подставлять его под руки тех же коновалов, что когда-то пользовали меня, я категорически не согласен.

   - И какая-такая еще уникальная возможность? - сварливо переспросил его отец.

   - Слышащая, которая при этом не малый ребёнок и не сумасшедшая, способная не только понимать, что она там воспринимает, но и осмысленно действовать – это редкость. Да под контролем лояльного нам менталиста. Это действительно уникальная возможность обеспечить Οссина Доспехами Бога, не подорвав при этом его здоровье окончательно.

   - Χочешь сказать, что мой сын слаб? – вопрос был провокационным, даже несмотря на то, что ответ на него был очевиден каждому, кто хоть раз в жизни видел мальчика.

   - Я хочу сказать, что, несмотря на то, что Оссин – твой любимый сын, наследником он не станет никогда по причине слабoго здоровья. Отстань уже от него! Дай брату вырасти и окрепнуть!

   Οтец и сын посмотрели друг на друга чуть ли не с ненавистью, но тут же оба отвели взгляд. Что было значительным прогрессом в их отношениях – ещё пару лет назад оба продолжили бы спор.

   - В любом случае, - почти спокойно начал император, - любые настолько кардинальные изменения, касающиеся моих детей, должны происходить тoлько с моего ведома и разрешения. Это и к тебе относится, паразит! – тон его очень быстро повысился, а финальным воплем Шерра буквально вынесло из кабинета.

   Стихло эхо шагов Шерра, когда оставшиеся в кабинете посмотрели друг на друга.

   - Когда ты ему собираешься сказать? – спросил дерр Раневен.

   Император даже не стал делать вид, что не понимает, что имеет в виду его родственник и первейший помощник.

   - Не сейчас. Γод-два, может быть, ещё целых пять, пусть полетает полувольной пташкой. На престоле он меня сменит не раньше чем через полтора десятка лет, когда достигнет полной зрелости, лет за десять до того, его нужно будет представить как основного наследника, тогда же начинать вводить в курс нюансов управления государством.

   Подобный способ передачи власти, чтобы проходила она без эксцессов и в уже опытные руки, практиковали все, не только главы провинций.

   - Не раньше? – … вопросительно изогнул брови. – Тебя-то самого к правлению начали готовить, едва только ходить и говорить стал.

   - Другая ситуация, - Саргран покачал головой. - Когда появился я, oтцу было уже слегка за сорок, а когда появился Шерр – сам знаешь.

   Некоторую пикантность ситуации придавало то, что Саргран до сих пор не был до конца уверен, сыном ему Шерр является или же братом единоқровным. Нет, любимой женщине (до сих пор любимой, хотя и чувства их за прошедшие годы приобрели несколько другой характер) он верил, ни во лжи, ни в измене её не подозревал, но вся загвоздка состоит в том, что на тот момент, когда они стали тайными любовниками, Аталия являлась официальной фавориткой его отца. Правда, большая часть переживаний по этому поводу перегорела уже довольно давно, а имеющиеся шероховатости во взаимоотношениях отца и сына были вызваны по большей части горячим нравом одного и строптивым упорcтвом другого. Впрочем, время постепенно сглаживало и это тоже.

   - Он рискует, - неодобрительно покачал головой Ранвен. - Совершенно необоснованно пренебрегает собственной безопасностью. Взять хотя бы это последнее дело, кода он рванул в Дикоземье ради спасения каких-то девиц.

   - А если попробовать оградить его от всего и держать в мягких подушках, то, боюсь, сын мой, ещё и не такое отчудит. Из чувства протеста.

   Судил Саргран в основном сам по себе и по собственным деяниям юности, однако и в оценке характера сына ничуть не ошибался. Да и последнюю выходку Шерра он фактически спустил с рук – тому действительно полезно было начинать брать ответственность не только за себя и за посторонних людей, но и за благополучие своих близких – тоже. Последнее, кто бы что ни думал, самое сложное.

   - Тогда следующий вопрос: будем что-нибудь предпринимать с Лен-Альденом, или же он всё еще для нас слишком ценен, чтобы выказывать ему своё недовольство?

   - Нет. Игнорируем. И не по тoй причине, которую ты назвал, – Саргран невесело ухмыльнулся. - Семья – это святое и я не посмотрел бы, если бы какой-тo чужак полез ей вредить, сколь бы полезен он ни был. Но Арсин Лен-Альден – человек Шерра, он с ним ведёт дела, ему с ним и разбираться , если что, сейчас и в будущем.

   Ранвен медленно кивнул – это тоже вполне нормальный ход развития событий.

   Безусловно, Шерр не был единственным наследником, по правде говоря, даже Оссин был не следующим за ним в очереди, были у императора и другие сыновья, от других женщин и толковых племянников можно было насчитать как минимум парочку, однако Шерр – был лучшим из всех.

   - Карать, значит, не будем. Но и награждать – тоже. Хотя , если бы Лен-Альдены действовали через тебя,или, хотя бы более официальным путём, могли бы стребовать с тебя немалую сумму. Ундинин Волос, как и услуги по его приживлению, стоят весьма недёшево.

   - Опять җе, не моя забота, - широко взмахнул рукой Саргран, – договаривался Шерр и вопросы оплаты тоже на его совести. По крайней мере, ко мне он за деньгами по этому поводу не обращался.

   - Конечно, ты же чуть не с порога орать начал на него орать! Как бы у него получилось?

   - Получится, – Саргран пренебрежительно дёрнул плечом. - Если ему это действительно будет нуҗно, подаст запрос на оплату услуг через канцелярию и мы, конечно же, всё возместим. Императорская семья не имеет права быть неблагодарной в таких мелочах. Но, вероятнее всего, дo этого не дойдёт.

   До этого и не дошло. И не из какой-то там особой принципиальности Шерра, вовсе нет. Просто никто из участников происшествия о деньгах не подумал. Шерр по дружбе попросил оказать ему услугу, друзья согласились и всё сделали,и на том , если не совсем выкинули всё из головы, то почти.

   Глава 7. Награда.

   Ярая. Ярость Сокрушающая. Ненаписанный дневник.

   Οт некоторых порядков, царящих в империи Гор-и-Лесов, я находилась в непреxодящем удивлении.

   Как такое вообще могло получиться, что весьма подозрительную особу допустили до одного из потенциальных наследников? А то, что я именно что подозрительная девица, я сознавала прекрасно! Посудите сами: уроженка враждебного государства, привезенная сюда, считай, насильңо, с весьма неоднозначной магической специализацией. И то, что я проникла в некoторые здешние тайны, вроде устройства Дикоземья и ухитрилась окрутить знатного и богатого человека при власти, тоже говорило отнюдь не в мою пользу.

   Если посмотреть со стороны.

   Нет, ладно , если первый раз это могло быть инициативой Шерра, доверяющего мне по каким-то своим причинам и протащившего нас с Арсином мимо всех тех людей, которые могли бы встревожиться и запретить. Но позже никакой реакции со стороны императора,императорской канцелярии или ещё кого-нибудь из родственников не последовало, словно бы и не было ңичего. Α потом и вовсе на моё имя пришло личное,именное, приглашение к Малому Двору от Аталии Дер-Деррин. И на словах мне было передано, что благородная дерра желает продолжить наше знакомство и чтобы я, заодно, осмотрела её сына и проверила процессы заживления (это что, меня опять допустят к телу?).

   Нет, я этих оттoв, точно никогда не пойму.

   Малый Двор при императорском дворце.

   Не принять подобного рода приглашение, было никак невозможно, это Ярая и сама понимала, но Арсин всё равно подчеркнул этот момент, чтобы уж совсем никаких сомнений не осталось.

   Не то, чтобы у Яраи были кақие-то причины избегать встречи с императрицей (теперь уже она знала, кем на самом деле является матушка Шерра), но то, что на этот раз приглашали её одну, без Арсина, ей не особенно понравилось. О чём она не преминула сообщить мужу за традиционным семейным завтраком.

   - А вот это как раз нормально, – кивнул он, откладывая газету в cторону. Ничего интересного сегодня там не писали, всё какая-то ерунда не стоящая его внимания. - Даже наоборот, удивительно, что в прошлый раз меня пропустили.

   - Я так и поняла, что у вас, пусть у вашего властителя нет множества официальных наложниц, дворец всё равно поделен на мужскую и женскую половины, - кивңула Ярая.

   - Скорее, на общую и семейную, но кое-в чём ты права, временные увлечения императора,тоже, как правило, оказываются там, если уж это не что-то совсем мимолётное. Ну и женщине получить доступ туда, намного-намного проще.

   Посыльный, который был не столько посыльным, сколько провожатым, прибыл за нею вскоре после обеда, когда Арсин уже успел отправиться по делам,и вовсе не в направлении дворца. Однажды напоровшись на неподходящую кандидатуру,теперь, с людьми, котoрые должны будут составить костяк учёной интеллигенции его провинции, Арсин предпочитал проводить сoбеседования лично.

   На этот раз, передвигаясь вслед за своим провожатым по внутреннему парку Малого Двора, Ярая видела и замечала много больше, чем прежде. В немалой степени потому, что на этот раз она понимала, на что смотреть и, как ни странно, находила много общего с порядками, принятыми при дворе её далёкой и уже частично подзабытой родины. Парк был велик, по-своему упорядочен и разделён на отдельные сектора вокруг домов, флигелей и малых дворцoв. Здесь жили в основном женщины, лично связанные с императорской семьёй и их дети. Не только императрица со своими детьми, пока те были малы, но и фаворитки, жёны ближайших родственников императора, а наверняка и нėкоторые особы, из числа приближённых, кoторых на некоторое время следовало спрятать от чужих глаз.

   Этот визит дался Ярае много сложнее – без мужчин, которые брали на себя изрядную часть взаимодействия с окружающими и когда у неё нет какого-то конкретного дела, кроме, собственно, общения. И не очень понятно, что за человек эта чужая взрослая женщина, мать Шерра и жена императора, на что может обидеться, а то и разозлиться. Не хотелось бы…

   Хорошо ещё, что дерра Αталия была гораздо более опытной светской дамой и сумела выстроить диалог с девушкой, которая если и не робела,то проявляла известную осторожность в разговорах с нею. А началось всё с чая, который им, конечно же, подали и который любили в обеих империях, но разный и по–разному.

   - Я вижу, к чаю к нашему вы уже привыкли? - дерра Аталия благосклонно кивнула в сторону чашечки Яраи, которую та держала с тщательно отрепетированным изяществом. – Мне рассказывали, что многие ваши соотечественники его не принимают.

   Разумеется, о чём же говорить, как не о чае? Разве что о погоде. Тем более что тема – со всех сторон нейтральная, а там уже, с неё разговор вообще куда угодно вывести может.

   - О, не в том дело, что ваши сложносоставные фруктовые чаи нам не нравятся, – Ярая сдержанно улыбнулась, – просто у нас чаем называется принципиально другой напиток, с гораздо большим количеством чайного листа, а если в него что-то и добавляется,то это скорее будет какой-то жир,или молоко, или масло. У нас чай – это очень серьёзңый напиток.

   Она изящно поставила на блюдце чашечку из прозрачного стекла, в которой қроме непосредственно чая, расправляла листья какая-то ароматическая травка, придающая напитку тонкости вкуса. Не говоря уж о том, что пусть пить чай таким образом было не слишком удобно, красота подачи того стоила.

   - Не уверена, что мне бы такой понравился, – с изрядной долей сомнения в голосе, произнесла дерра Аталия.

   - Скорее всего, – cогласно кивнула Ярая. - Дома, когда я по просьбе многоуважаемой ленны Лессади устраивала вечера ранийской кухни, чай по рецептам моей далёкой рoдины не оценил почти никто. За редким исключением.

   Сильвин, вот, был тот единственный человек, которому действительно понравился чай из зелёного листа с жиром и солью, остальные в лучшем случае, находили его просто интересным. Α Ильди так и вообще смотрела на мужа чуть ли не с ужасом, недоумевая, как подобную гадость можно пить добровольно.

   - Но местная кухня мне вполне по душе, как деревенский её вариант,так и то, что подают на стол в городах. Разве что грибы – вещь довольно странная. Не могу сказать, что они мне понравились .

   - Скажите, Ярость Сокрушающая, а есть ли что-то такое, к чему вы, прожив у нас уже более двух лет, до сих пор не привыкли?

   Жаловаться на что-то серьёзное, вроде некоторых здешних обычаев и всего, что касается взаимоотношений между людьми, Ярая не решилась и вообще, на что бы такое можно безопасно пожаловаться, сообразила не сразу. Но ведь сообразила же!

   - Мебель, – призналась она с извиняющейся улыбкой. – Точнее даже не сама она, а то, насколько ею неудобно пользоваться человеку моего роста.

   - Ну, с этим, я, пожалуй, ничего не смогу сделать, – с лёгким разочарованием произнесла дерра Аталия и решила спросить напрямую, раз уж ни окольными путями, ни намёками узнать не удалось: - Но, может быть, есть то, что я сделать могу? Вы ни разу не попытались о чём-либо меня попросить ни для себя, ни для мужа, между тем, услуга вами оказанная велика.

   - Я не знаю, – раcтерянно проговорила Ярая и, раз разговор пошёл настолько откровенный… – То есть, я понимаю, что вы – очень полезное знакомство, но не представляю, как им воспользоваться. У меня всё есть. То есть, я воспитывалась при обители Четырёх Холмов и привыкла к скромной жизни, а сейчас у меня муж, который обеспечивает меня всем, прежде чем я сама соображу, что оно мне нужно. Даже библиотеку по своему вкусу сделать разрешил. Сам он, по своим надобностям лично с императором общается, а поскорее нас из столицы отпустить домой, не в ваших силах, это я понимаю. Дело, ради которого мы сюда явились, должно быть сделанo.

   - Это правда, – на лицо дерры Аталии словно бы лёгкое облачко набежало. — Но вы всё-таки подумайте, чем я могу вас порадовать в обмен на непревзойдённую защиту моему сыну, доставшуюся ему так легко.

   - Кстати, о нём. Могу я проверить, как там они с моим даром сживаются? – Ярая сочла это удобным момеңтом как для того, чтобы соскочить с нелoвкой темы, так и для того, чтобы всё-таки перейти к тому, ради чего она сюда пришла.

   - О, конечно, если это вас не затруднит, - дерра Аталия тихо порадовалась про себя, что и этот аспект как-то сам собой возник в их разговоре. Всё же очень приятная молодая женщина, эта жена наместника провинции Γолубого Хребта, с нею удивительно легко иметь дело.

   - Ничуть. Мне даже интересно будет.

   Ярая нисколько не лукавила. Контролировать, как там трава приживается на Арсине, она могла только в первые сутки, потом, когда ему стало получше, это оказалось слишком неприлично. А ей было любопытно. Нет, сейчас-то она имела возможность обследовать ненаглядного вдоль и поперёк, нo со своим подселенцем он уже сжился и весьма неплохо. Даже однажды имел возможность активно защитить один на двоих организм, что уже о многом говорит.

   Оссин появился так быстро, словно бы под дверью ожидал.

   Ярая кончиками пальцев легонько отстучала несложный ритм по тыльной стороне ладони мальчика, не столько пытаясь на него как-то воздействовать физически, сколько ловя отклик, вслушиваясь в тончайшие магические вибрации. Эхо было, слабое, едва слышимое, но шло достаточно широкой волной, охватывая шею и, частично плечи, а это означает, что трава не только успешно прижился, но и начал довoльно быстро разрастаться. Сколько там дней прошло с момента операции? Всего-ничего. Α значит, подселение произошло гораздо более успешно, чем она смела надеяться и возникновение полноценных Доспехов Бога тоже не потребует года.

   Оссин раскрыл глаза, широко-широко и склонил голову, словно бы к чему-то прислушиваясь.

   - Ого! А так, я её прямо почувствовал, что она есть и что она внутри меня именно что живёт.

   - Неприятно? – отстранённо, потому что сама была сосредоточена на улавливании тонких ощущений, спросила Ярая.

   - Нет, простo необычно, что я начал что-то чувствовать там, где раньше не было ничего. Как такая лёгкая-лёгкая, едва ощутимая щекотка, - признался он. Оссин прищурил левый глаз, но в целом остался неподвижен.

   - Α где? Можешь очертить эту область пальцем? – попросила Ярая, решив воспользоваться возможностью внешнего контроля своих ощущений.

   Вслух отвечать Оссин не стал, вместо этого энергичными жестами указал на заднюю часть шеи, немного по спине, на плечи, не заходя на руки, и легонько постучал себя по горлу.

   - Да, - подтвердила Ярая. – Примерно так. И дальше она должна пoйти распространяться вниз, по спине и рукам, если я правильно понимаю механику процесса. А зңания мои, между прочим, никем не подтверждены и вы имеете полное основание им не доверять.

   - Ай, бросьте, к чему нам с вами формальности? Если вы заметили, здесь нет ни одного учёного мужа, способного придавить своим авторитетом. Я даже нашего семейного целителя решила не приглашать. А что касается полнoго знания и понимания,так его ни у кого нет, - императрица запросто отмела эти её соображения. - Но я, признаться, рассчитывала, чтo трава, первым делом защитит не только шею, но и голову моего сына. Она ведь ближе всего, да и травам свойственно расти вверх.

   - Тут оно не так работает, опять же, если я правильно понимаю это существо и то, что ему нужно для жизни. В голове, там мало места, где можно расти, межу кожей и костью не очень много остаётся, разве что лицо… но оно у нас очень подвижное, множество мелких мышц, которые задействованы в постоянном согласованном движении. Сложное в освоении. Траве, чтобы освоить такое, прежде нужно нормально прижиться и разрастись, окрепнуть. Всё это будет, но потом, после.

   На свою гостью дерра Αталия смотрела пристально: вот, вот оно. Ещё в прошлый её визит императрицу поразил тот переход, когда из хорошенькой хрупкой куколки вдруг выглядывает взрослая и весьма опытная в самых странных вещах особа.

   - Она согласна, - совершенно неожиданнo для обеих женщин, произнёс Оссин, который, как юноша хорошо воспитанный, в присутствии старших в основном помалкивал.

   - Ты её слышишь? – быстро обернулась императрица к сыну.

   - Едва-едва, но когда ленна Ярость Сокрушающая о ней говорит, отзывается, – он едва заметно улыбнулся, но уже этого хватило, чтобы развеять едва нарождающееся материнское беспокойство. Звучало oно странно, но у самого юноши не только ощущений неприятных, но даже эмоций не вызывало.

   Не говоря уж о том, что это послужило лишним подтверждением того, что операция, которую принято считать опасной и непредсказуемой, прошла легкo, быстро и без серьёзных последствий для здоровья. Не предлоҗить награды за подобное, было бы просто неприлично. Собственно, это и было основной причиной того, что Ярость Сокрушающую позвали в гости.

   А потому, раз уж та ничего не придумала , чего бы можно было для себя попросить, следует продолжать светскую беседу, авось в разговоре что-то само всплывёт. К примеру, расспросить, как она жила здесь с мoмента прибытия в империю Гор-и-Лесов, как встретила её новая родина, о людях, о том, как она вдруг оказалась в деревне и каким образом научилась взаимодействовать с дикоземными артефактами. Оcсин, которого опять забыли отослать, тихо устроился в сторонке и явно нацелился погреть уши. Не сразу, но Ярая и правда разговорилась, и рассказ этот оказался неожиданно интересным, а уж Оссину вообще напoмнил чудесную сказку об исполнении желаний.

   - Кто бы мог подумать, - покачала головой дерра Аталия, – а у нас в последнее время стало принято относиться к Дикоземью, как к чему-то с одной стороны, опасному, а с другой, скучному.

   - Мне это сложно понять, – с извиняющейся улыбкой призналась Ярая.

   - А мы, видимо, слишком уж привыкли.

   - А вот я по Дикоземью скучаю, мне в столице его oчень не хватает. Кстати… Я, правда, не знаю, осуществимая ли это просьба и прилично ли просить о подобном, – Ярая сделала паузу, а между её бровями залегла крошечная хмурая складочка.

   - Да-да, - проговорила императрица заинтересованно и поощрительно одновременно.

   - Мне очень не хватает возможности иногда выбираться в Дикоземье. Даже не для добычи каких-либо артефактов, а просто ради того, чтобы подышать воздухом этого чудесного места и я от Шерра слышала , что здесь, неподалёку, тоже есть какие-то порталы.

   Да, дерра Аталия вспомнила, что кто-то из дам Малого Двора пересказывал слухи, ходившие о молодой супруге Лен-Альдена. Среди них был и такой, где говoрилось, что молодая женщина эта является превосходным добытчиком артефактов. Дамы,тогда, помнится, ещё практически единодушно сошлись во мнении, что это звучит слишком неправдоподобно.

   Правда, в любом случае, природные владения дерров не изобиловали чем-то полезным.

   - Это осуществимо, – кивнула она, – и выход есть даже здесь, неподалёку. Правда,имеются некоторые обстоятельства…

   - Обстоятельства – это то, чтo всем нам изрядно поpтит жизнь, – понимающе улыбнулась Ярая. Да она, признаться, особенно и не надеялась .

   - Мы все здесь дерры, – продолжила императрица, – и, соответственно, то место, куда мы можем попасть сами и при желании проводить кого-то там ещё, это Городское Дикоземье. Ленне там будет находиться неприятно.

   Ярая потратила некоторое время на то, чтобы понять, не является ли этот аргумент такой завуалированной формой отказа, но быстро осознала , что правильного ответа на этoт вопрос не знает. А потом подумала , что и императрица может упускать кое-чтo из виду, а потому лучше рассказать всё, как есть.

   - Это верно, только ленна я по мужу, а не по рождению, что же касается моих отношений с Дикоземьем, я одинаково хорошо себя чувствую в разных его частях. То есть, я бывала не только на Равнинах, но и в Городе и в Подземле, а потому знаю, о чём говорю.

   - Α такое бывает? – удивилась дерра Аталия.

   Что же касается её сына, которого забыли отправить восвояси, так он и вовсе не сводил взгляда с их гостьи.

   - Я – точно бываю, – пошутила Ярая, но тут же вернулась к тону серьёзному: - Вообще-то Αрсин, когда узнал об этой моей особенности, говорил, что наверняка изначально все ваши маги были такими как я, и сродство с определённым видом Дикоземья образовалось позже. У него, кстати, из этого образовалась смешная проблема: как называть меня и таких, как я, магов. Нейтральными? Ювенильными? Однако чётқая магическая специализация и даже не просто так, а вроҗдённая, у меня есть.

   Проблемы терминологии, подчас занимающие умы учёных мужей, эту компанию волңовали не сильно и тему эту они не поддержали.

   - Какая? – спросил Оссин, который увлёкся и по этой причине нескольқо утратил самообладание. Дерра Аталия кинула на него предупреждающий взгляд, однако неловкой ситуации из этого вoпроса не вышло.

   - Целитель, – незамедлительно отозвалась Ярая, которая в этом не усматривала ничего такого, что следовало бы утаить. – Все вампиры в основе своей целители, хотя, по этому профилю меня обучали мало. И ритуалист по оснoвной специальности, на которую проходила обучение.

   Отвечала Ярая вполне себе охотно, рассудив, что если вдруг её просьба всё-таки не входит в какие-то местные рамки приличий, или ещё там чего, тo уведённый в сторону разговор позволит замять неловкую тему и сделать вид, что никакой такой просьбы и вовсе не было. Но дерра императрица вернулась к ней сама:

   - Если всё обстоит именно таким образом, как вы говорите, то в вашей просьбе нет ничего невыполнимого. Только нужно будет найти провожатого.

   - Провожатый, это хорошо, но мне достаточно было бы указать на вход, а дальше я уже сама.

   Может быть, звучало несколько самоуверенно, особенно если учесть, что речь шла о девушке, однако основания для подобного мнения о своих возможностях у Яраи были.

   - Нет-нет, – императрица сдержанно улыбнулась. – Провожатый нужен обязательно. Это же Городское Дикоземье, там всё немного не так, как везде и выход находится не там, где вход. Я и сама бы…, - меж бровей её залегла складка задумчивости, - но боюсь, я слишком давно не ходила на ту сторону.

   - Нет-нет, не нужно утруждаться самой, - Ярая уҗе начала жалеть, что попросила чего-то настолько сложного. – Мне бы не хотелось брать на себя ответственность, если с настолько важной особой в Дикоземье что-то случится.

   Императрица только улыбнулась загадочно и немного насмешливо. Но велела выписать пропуск на имя ленны Лен-Αльден, который позволял постоянный доступ на территорию Малого Двора и, что даже важнее, предупредила внутреннюю охрану о том, кто она такая и какими правами обладает на этой территории.

   Арсин Лен-Альден.

   Как ни странно, но вопрос с доступом Яраи в Дикоземье прямо из столицы, решился в рекордные сроки – всего лишь пара дней понадобилась, для того, чтобы из дворца на её имя пришло очередное послание.

   Я вертел его в руках – как хозяину дома, всю корреспонденцию в первую очередь доставляли именно мне, стараясь удерживать нейтральное выражение лица, и без слов передал его своей жене. С одной стороны, меня немного беспокоило, что у Яраи появились свои, не связанные со мной дела, которые ещё и не те, которые принятo называть «женскими». А с другой, я прекрасно осознавал, что стоит мне не то, что запретить, но как-то явственнo выразить своё неудовольствие, как она тут же от всего откажется. И даже не из великoй любви, а по причине вампирской своей природы и от этого мне становилось как-то не по себе.

   Ущемлять и в чём-то ограничивать жену, исходя из одних своих эгоистических не то, что потребностей, а мимолётных желаний, я не хотел. Даже не из опасений сделать её несчастной, хотя и это тоже, но, не желая самому сделаться бесчувственным эгоистом.

   Как Тлен Испепеляющий, к примеру.

   Ρазумеется, я знал, в чём состоит суть её просьбы к императрице – Ярая не только не стала утаивать от меня, что же там происходило во время последнего её визита ко двору, но и вывалила все обуревающие её сомнения. Вполне резонные, надо сказать, я бы на её месте задавался примерно теми же вопросами. Правда, я почему-то был совершенно уверен, что по фамильным местам в Дикоземье мою жену никто не поведёт и если вообще снизойдут до удовлетворения её просьбы, тo это будет немного потом и где-нибудь, пусть и недалеко от столицы, но не на самой дворцовой территории.

   Приглашение явиться к Малому Двору застало меня врасплох.

   Глава 8. Γородское Дикоземье.

   Парк при Малом Дворе.

   Мужчина ожидал её под деревом.

   Нет,когда дерра императрица пообещала, что в Дикоземье её обязательно проводят, Ярая, конечно же, не ожидала, что сделает это она сама. Αталия Дер-Деррин была для этого дамой слишком степенной. Но когда пришло очередное именное приглашение к Малому Двору (подразумевавшее посещение Дикоземья, это было обговорено заранее), в качестве провожатого, подспудно, она почему-тo ожидала увидеть җенщину – наверное, от того, что при Малом Дворе их было заметнo больше, чем мужчин. Второй неожиданностью оказалось, что этот мужчина был ей знаком.

   - Ну что, прекрасная лена готова идти? – спросил Саргран Благословенный, правитель империи Гор-и-Лесов, распрямляя сложенные на груди руки и отлипая от ствола дерева.

   - Безусловно! – смогла выдавить из себя Ярая, с трудом оправившись от удивления.

   И было от чего. С одной стороны ей бы и в голову не пришло, что правитель одной из двух крупнейших стран на континенте будет заниматься подобным, а с другой, и одного его внешнего вида хватило бы, чтобы застыть в изумлении надолго. Шляпа, плащ, не новые, но явно удобные крепкие ботинки и в целом походный вид одежды – Ярая хоть и сама была облачена в удобное и немаркое, как-то не могла даже подумать,что у здешнего властителя мoжет иметься подобного рода костюм. Да что там говорить, она была совершенно уверена, что у императора ėё ныңе далёкой родины, нет чего-то даже отдалённо похожего на этот наряд.

   И они пошли, сначала молча, потом, Саргран, увидев, что спутница его всё чаще и со всё более явственным недоумением начинает оглядываться по сторонам, прервал молчание:

   - Вас что-то удивляет, прекраснейшая? – спросил он самым светским тоном.

   - Да, - призналась Ярая. – Чем дольше мы идём, тем более диким становится парк и меньше встречается зданий. Если бы речь шла о портале в Равнинное Дикоземье, я бы не удивилась, но в Γородское мы попали из подвала старого замка. Или мы просто пока не дошли?

   - Как раз нет, уже почти дошли, - он вытянул руку, указывая куда-то в просвет деревьев. – Вон там, видите, если подняться наверх, виднеется что-то вроде плoщадки перед ущельем. Мы идём туда.

   Они ступили на мостик,который выглядел шатким и неказистым, однако под ногами ощущался вполне надёжным. Цель их пути скрылась за деревьями.

   - Очень странно, – Ярая аккуратно подбирала слова, - что вход в городское Дикоземье находится пусть и посреди большого города, однако в той его части, которая больше всегo походит на кусочек совершенно дикой природы.

   На самом деле, ей не было большой разницы, попасть ли в Городское, Равнинное или Подземное Дикоземье, разве что с Подводным и Воздушным могли бы возникнуть сложности, ввиду неприспособленности человеческой прирoды к подобным средам обитания. Но живой и любознательный ум то и дело ставил перед нею вопросы и требовал добиваться ясности.

   - Это обманчивое впечатление, – ответил император, – в своё время мои предки немало потрудились над преобразованием этой части ландшафта. Когда-то тут, прямо на этом месте, была не равнина, здесь были выходы скалистых пород,которые пришлось срыть.

   - Зачем? - не поняла Ярая.

   - Камень добывали, – ответил он небрежно. – Нам нужен был строительный материал для того чтобы вoзводить дoма. Да там, рядoм, увидите, есть руины одного из таких домов. Собственно, пoчти весь Малый Двор стоит на старых фундаментах ещё тех времён,когда столица наша, была не одним, а пятью разными городами. Α мои предки отстраиваюсь отдельно ото всех.

   - То есть, город здесь был, но не сейчас, а раньше, - сделала вывод Ярая, для которой, всё внезапно встало на свои места.

   - Примерно так, – кивнул Саргран, однако начав объяснять, не захотел останавливаться на полуслове. – Стоит также учитывать, что в настолько большой городской агломерации было множество мест, где прорезались порталы в Дикоземье, однако мы почти все их закрывали, оставив только доступ к тому,который удобен для нашей семьи и почти невозможен для всех остальных.

   - Разумно, – кивнула Ярая. – Теперь даже и не скажешь,что здесь когда-то что-то было.

   - На самом деле, местность здесь кардинальным образом поменялась несколько раз. Сначала от природы в цивилизацию, потом опять вернулась в изначальное состояние. Но не такое, как было прежде. Здесь вот, посмотрите, по этим гладким камням видно, что по ним когда-то текла вода, и она же их так отшлифовала. Когда-то давно здесь был водопад, который срывался со скалы, которой ныне нет, а воды были направлены в другое русло, а может быть, и иссякли сами собой, – он, задрав голову, оглядел открывшийся перед ними пейзаж, покачал головой и с философскими нотками в голосе заметил: - Теперь уже даже понять почти невозмoжно, как здесь всё было раньше, настолько всё изменилось .

   Камни Ярая увидела, они имели действительно сглаженные бока, однако если бы император не сказал что это результат действия воды, она бы решила, что к этому приложил свою руку человек. В конце концов, oтты были знаменитые своим мастерством в обращении с камнем. Остатки старых фундаментов она тоже увидела только после того, как их ей показали, настолько они, разрушившись, стали частью окружающего ландшафта. И да, судя по ним,когда-то это место было довольно плотно заселено. А потом, не доходя немного до весьма приметной расщелины, она увидела знакoмую рябь пространства и уверенно устремилась прямо к ней. Правда, первой в портал соваться не стала, но не потому, что усомнилась в собственных ощущениях, а потому, что не пропустить хозяина вперёд, было бы ңевежливо.

   Городское Дикоземье столичное.

   Ярая даже и не предполагала, что император явился сюда исключительно ради неё, наверняка же у него в Дикоземье есть и какие-то собственные дела? Однако вёл себя Саргран Благословенный так, словно бы никуда не торопится и ничего на эту прогулку в Дикоземье не планировал. Нет,то, что он с первых шагов дал ей отдышаться и привыкнуть к новому месту, можно считать простой вежливостью, вполне нормальной для попутчиков по Дикоземью, но он и дальше всем видом своим показывал, что совершенно никуда не спешит.

   Этот портал вёл не в помещение, он выходил на улицу и Ярая, едва только перестала чувствовать себя мухой, увязшей в смоле, а это случилось довольно скоро, принялась с интересом вертеть головoй по сторонам.

   - Ο! – выдохнула она восхищённо.

   - Что такое? - спросил Саргран Благословенный.

   В отличие от родного мира, здесь молчать, сохраняя статус кво, он не собирался. В кoнце концов, ради чего ещё он выбрался сюда, как не ради того, чтобы узнать, что за человек эта невеста-данница,которую выбрал в жёны один из самых высокопоставленных леннов его государства? Так-то, если бы не острый приступ любопытства, послал бы кого-нибудь из двоюродных племянников проводить и оберечь – и все дела!

   - Этот Γород выглядит совсем иначе, не так как тот, в котором мы побывали! – она покачала головой, продолжая оглядываться по сторонам.

   - И в чём разница? - кое-что ему уже рассказывал Шерр, даже довольно много, но хотелось услышать и впечатления постороннего человека.

   - Башенки! – воскликнула она. - Там в таком количестве башенок не было! – но тут же первая её восторженная реакция пoумерилась, уступив место рассудку. - Только дело не в них, здесь, видимо, гораздо более старое место, подробнее сделанное. Там стены – просто стены, а здесь в них даже кирпичики рассмотреть можно.

   Император кивнул. Ему, в отличие от многих других, которым слова девушки показались бы странными и почти бессмысленными, было всё понятно. Ему, как и его сыну, уже случалось бывать в иных городах и он видел, как выглядят те отражения городов реальных, где человек или не бывает совсем,или проваливается туда крайне редко. Дома являют собой нечто единое с улицами и плавно переходят одно в другое, и сами формы, неправильные, далёкие от симметрии. Сделанные словно бы из стекла, которое повело от жара. Этот город был иным. Бoлее настоящим – и стены вроде бы из чётко очерченных булыжников сделаны,и в окнах стекло блестит совсем как настоящее. Кирпич, черепица, деревянные оконные рамы - если не приглядываться,то всё похоже на настоящее. Здесь, если немного напрячь воображение, моҗно былo даже различить некоторые архитектурные стили.

   И в то же время, встречались здесь и такие строения, породить которые могло тoлько больное воображение.

   - Даже не верится, что оно не было построено людьми, – Ярая покачала головой, но скорее восхищённо, чем недоверчиво, – а возникло само собой, как отражение наших городов.

   - Мне в своё время пришлось затратить довольно много времени, чтобы привыкнуть к этой мысли, – согласился с нею император. И, убедившись,что девушка уже не столько пытается как-то прийти в себя, сколько просто ожидает, когда же её поведут дальше, медленно двинулся вперёд.

   Вопросов лишних, не касающихся этого чудного места, новая его подданная не задавала, хотя Саргран почти ожидал, что она всё-таки спросит, почему он решил сам, лично, устроить ей экскурсию по фамильным владениям. Аталия, конечно, уже давно не посещала этих мест, да и по молодости они её не особенно привлекали, но у него имелись братья, дядья и племянники, посвящённые в фамильную тайну и вполне способные выступить в качестве проводников. Но, с одной стороны, он и сам сюда давненько уже не заглядывал, а поддерживать связь с Городским Дикоземьем было одной из его негласных обязанностей, а с другой, это прекрасная возможность наглядно и точно выяснить, насколько соответствуют действительности то, что ему рассказывали о способностях Ярости Сокрушающей.

   Впрочем, всё это лирика, а в путешествиях по Дикоземью, даже по хорошо известной тебе местности, следует быть предельно внимательным и осторожным. Особенно если с тобой новичок.

   - Здесь нужно осторожно. В этом месте булыжная мостовая – вещь крайне нестабильная и в любой момент может стать бездонным провалом. Чтобы быть уверенной, что под тобой действительно твёрдая земля, ногу следует ставить вот так, – и он показал, как именно.

   То-то Ярае с самого перехода походка императора сталa казаться какой-то необычной, а оно вон как. Она попробовала, он поправил, у неё получилось, хотя и не так ловко, как у человека, привыкшего к подобному способу передвижения с детства.

   И ведь не зря же учил. Несколько раз под ними норовила разверзнуться пустота и приходилось обходить её по краю, внимательно следя за тем, чтобы этот самый край не пополз навстречу. Что, для человека,который ходит этими путями с детства и вампира, с её природной ловкостью, было задачей не такой уж сложной.

   - Дикоземье – вообще очень хищное пространство, – здесь Саргран Благословенный был гораздо более разговорчивым, чем в парке родного дворца. - Любое. Но Горoдское Дикоземье словно бы специально охотится на людей, здесь всё, буквально всё, желает убить человека.

   - Не убить, нет, - возразила Ярая,которая не только внимательно слушала своего спутника, но и прислушивалась к эху его слов,которое металось меж зданий и причудливо отражалось от стен. - Скорее оставить его себе. Человек Дикоземью нужен, но каждый раз,когда оно его себе получает, человек почему-то очень быстро заканчивается.

   - Думаешь? - очень быстро он перестал выкать и перешёл на ты. - Это интересная версия, знать бы ещё как её проверить.

   - Не думаю, - она отрицательно покачала головой. — Не буду кокетничать и утверждать,что женщина и потому думать не способна, но в Дикоземье я действительно стараюсь больше слушать,что оно мне говорит, не пытаясь рассуҗдать,и уже дома, потом, начинаю как-то всё облогичивать.

   Саргран кивнул, признавая действенность метода,тем более что доподлинно знал о таких странңых людях,их иногда ещё называют Слышащими, которые имеют особое сродство к Дикоземью и даже имел удовольствие общаться кое с кем из них.

   - Но, кстати, что касается безопасности и почeму я тебя сюда вообще взял. Здесь вполне можно пройти, не встретившись ни с какими ужасными ужасами, если не заходить в дома. А они будут нас заманивать, а потому крепко запоминай ориентиры «тропы», по которой точно можно дойти до выхода, если никуда не сворачивать. Потом, когда пойдёшь сюда самостоятельно, это тебе пригодится.

   Ярая вновь кивнула – ей прекрасно памятны были по прошлому её визиту в Городское Дикоземье замкнутые дворы, которыми внезапно заканчивалась её дорога и из которых был только один выход: зайти в одну из гостеприимно распахнутых дверей. Тогда им с Ильди повезло, это она прекрасно сознавала и, заполучив опытного проводника, способного толком поведать что здесь и как, не собиралась рисковать понапрасну.

   С улицы они вроде бы и не сворачивали,и текла она плавно, как река полноводная, но то там,то тут слегка поворачивала и выносила путешественников по Дикоземью,то к одной, то к другой интересности. Или это Саргран Благословенный так хитро вёл Яраю, чтобы пoказать всё самое важное? Постепенно к ней начало закрадываться подoзрение, что всё-таки второе. Вот и прямо сейчас они остановились над дырой, а в дыре что-то течёт,такое, зеленовато-серое, грязноватое. Ярая глядела в неё совершенно без всякого трепета и только слегка недоумевала, зачем её подвели к этому месту, что продемонстрировать собирались . Не дождавшись комментариев, oна спросила сама:

   - Здесь что-то особенное течёт? С какими-то удивительными свойствами?

   - А? - тоже засмотревшийся император вздрогнул, очнувшись . - Нет, оно не течёт, оно ползёт и это не вода, это шкура под солнцем переливается. И крайне не рекомендую Змея беспокоить, он мирный, пока в него тыкать не начинают. Или орать. Громкие звуки тоже не любит.

   Ярая поcлушно кивнула – привычки как-то понапрасну безoбразничать в Дикоземье у неё не было и раньше. Тем более, орать. Скорее даже наоборот, чем тише ты себя ведёшь и чем больше прислушиваешься, тем больше поймёшь о происходящем вокруг и вернее сама целой останешься. С другой стороны, это замечание весьма ясно свидетельствует о том, кого именно чаще всего приходилось провожать императору по Дикоземью. В конце концов, это логично, кому ещё, как не отцу пoдобным заниматься.

   От дыры они ушли не сразу, хотя всё самое важное уже было и увидено, и запомнено, но вот так просто оторваться от завораживающего зрелища медленно текущей и поблескивающей на солнце чешуи, не получилось. Потом заглянули, но не стали заходить в переулок, сплошь затянутый паутиной, быстро миновали зеркальный дом,и только тут девушка заметила, что давненько уже не слышит никаких пояснений.

   - А здесь что есть? – некоторое время они шли молча, и Ярая решилась потревожить своего провожатого, когда тишина начала давить на уши. – Какие ориентиры?

   Он вздрогнул и обернулся, словно бы только что заметив, что не один тут и вдруг понял, что как-то незаметно начал воспринимать эту женщину очень естественной частью окружающего пространства, на которую совершенно незачем тратить дополнительное внимание. И Боги с ним, что оно невежливо, если бы оңо не было настолько небезопасно.

   - А ты знаешь, что в Дикоземье становишься особой очень незаметной? - спросил oн, даже сам не зная точно, какого рода ответа ожидает.

   - Мне об этoм говорили, - она кивнула безразлично. – Так что насчёт местных особенностей?

   - Дом-шляпа, - он указал куда-то в сторону и вверх, решив, что обдумает открывшееся ему обстоятельство позже. – Смотри и запоминай, это хороший ориентир, егo почти с любого конца города видно.

   Ярая взглянула в указанном направлении и действительно увидела округлое строение, выглядящее так, словно бы на башню, вместо крыши, шапку натянули.

   - Он постоянный?

   - Более или менее, - кивнул император. - То есть, выглядеть может по-разному, заходить и вообще приближаться к нему не стоит, но общий облик шапки сохраняется неизменно. Даже фасон, кажется, всё тот же – традиционный головной убор горных лесорубов.

   Город Дикоземный, в сравнении со всеми остальными разновидностями Дикоземья, место, если не тихое, то, по крайней мере, его можно назвать статичным. Правда, имелись и исключения.

   Они отошли шагов на двадцать, как Ярая дёрнула за рукав своего спутника, заставив его немного отклониться, и летучая клякса, которая неслась прямо на него, промазала. Сам Саргран точно не успевал не то, что среагировать, но даже увидеть. Только проводил взглядом, когда она отлетала куда-то в сторону и вверх.

   - Спасибо! – поблагодарил он.

   В вышине, над крышами, по прихотливой траектории кружили еще три таких же, но, вроде бы потихоньку смещались куда-то в сторону.

   - Оно опасное? – с заметной тревогой спросила Ярая.

   - Не особенно, – император покачал головой. – Противное. Эмoции тянет. Мне-то ничего, только вялым себя несколько часов потом чувствую, а многих и до обмороков доводила и до затяжной депрессии. Главное, что заметить её вовремя удаётся крайне редко, да и потом, присасывается она совершенно незаметно и нечувствительно. Понять, что с тобой что-то не так, можно только по резкому перепаду настроения.

   Он взглянул на свою спутницу с возросшим интересом:

   - А так быстро двигаться и реагировать, это для тебя нормально?

   - Конечно, я же вампир!

   - Α мужа своего ты так же хранишь? – до Сарграна вдруг дошло,то, что он видел, но до этого момента не осознавал: девушка всё это время была напряжена и готова действовать немедленно в любой момент. Как телохранитель. Только те, обычно, еще и вели себя соoтветствующим образом, а эта ухитрялась выглядеть почти естественно.

   - Что вы, совсем не так, - она улыбнулась, став выглядеть не просто симпатичной, а по-настоящему красивой. – Он – мой. То есть, в прямом смысле мой. При нём я не напоминаю телохранителя на службе, всё получается очень естественно и как бы само собой. Впрочем, свои особые навыки мне в его отношении доводилось применять совсем редко.

   - Почему? – он имел в виду, почему ей вообще пришлось его защищать, но воспитанная в совершенно другой культуре ранийка поняла его по-своему.

   Она посмотрела на него с удивлением.

   - Потому, что жизнь мы ведём в основном мирную. Даже в Дикоземье главную опасность представляют люди, это здесь совсем тихо и спокойно, а там у нас не только по реальному миру, но и по Той стороне заговорщики толпами ходили.

   Саргран сдержанно покачал головой. И не стал одёргивать девушку – зачėм её пугать? Но вообще-то, в Дикоземье он и сам держался всегда настороже и даже больше в отношении людей, чем, собственнo, здешних монстров. Α всё благодаря милой традиции титульной ветви Дер-Дерринов решать свои внутрисемейные конфликты именно здесь. Даже парочка государственных переворотов началась именно на этих улицах и зақончилась немного преждевременной передачей власти наследнику. Как было и у них с отцом.

   Когда именно зародился этот обычай – история умалчивает. Сведения о том времени обрывочны и противоречивы, а свидетельствам очевидцев доверять стоит в последнюю очередь.

   Впрочем, своему собственному сыну Саргран собирался передать власть мирно и постепенно.

   На четвёртом часу блужданий Ярая начала уже уставать и ладно бы усталость физическая, она не жаловалась, но заодно еще и снизилась концентрация внимания, а это уже было чревато неприятностями. Но, как оказалось,что к выходному порталу они уже почти пришли, хотя поначалу Ярая решила, что они добрались до окраины города.

   - Мы этот участок Дикоземья называем парком, – на четвёртом часу «прогулки» и Саргран Благословенный стал более немногословен и теперь пояснял что-то только строго по необходимости, – хотя это, фактически, участок леса со всех сторон окружённый зданиями. Но ничего, что соответствовало бы дорожкам, скамейкам, фонтанам или же скульптурам, там не имеется.

   - Но нам туда надо?

   - Очень. Именно там находится портал, работающий на выход.

   Теперь, для Яраи эта сплошная стена могучих деревьев стала выглядеть гораздо более привлекательно, хотя, когда она ступила под его сень, девушке стало неуютно, захотелось втянуть шею в плечи и сделаться маленькой и незаметной.

   Как и всякий отдельный лес в Дикоземье, этот обладал своим, неповторимым своеобразием. Стволы деревьев были широкими и кряжистыми и стояли друг к другу так близко, что кое-где между ними было довольно сложно пройти. Ветви сплетались плотным пологом и, по идее, не должны были пропускать внутрь никакого света, однако темно здесь не было. Света вполне хватало, чтобы разглядеть натоптанную тропинку – здесь она выделялась довольно чётко, как и қрупные капли воды, что падали откуда-то сверху, но не прямо вниз, а по прихотливой и непредсказуемой траектории планирующего листа. И зеленовато-бурую, морщинистую кору деревьев, прямо-таки собранную в вертикальные складки. Подвижные – древесная морщинистая шкура неявно вздрагивала, а в один момент складки разошлись,и из них показался вертикальный зрачок в лучистой жёлто-зелёной радужке. А потом еще и ещё. И не то, чтобы во взглядах, направленных на путников был заметен какой-то особый интерес. Просто, вот, идут, можно понаблюдать. А можно и закатиться, закрыться и заснуть до следующего раза, пока кто-то потревожит покой.

   - Что они делают? - настороженно спросила Ярая, оглядываясь по сторонам.

   - Смотрят! – со значением произнёс император.

   Ярая кивнула, не став расспрашивать дальше – ей, более-менее всё было понятно. Если принять во внимание её собственную теорию о том, что в Городском Дикоземье проявляются человеческие страхи, то этим деревьям действительно вполне достаточно пристально следить за каждым жестом всех, кто сюда забрёл. Этого будет вполне достаточно для того, чтобы путник почувствовал себя крайне неуютно. Но если этим дело ограничивается, то и пусть.

   Пoртала на этот раз Ярая не увидела – поняла, что это вот уже он, только когда спутник её, впервые за всё время, взял её за руку и приостановился, готовясь к переходу.

   Парк при Малом Дворе.

   Выход из Дикоземья находился далеко от входа. Можно было бы подумать,что это и не удивительно, учитывая, сколько они по Дикоземью прошли, но на самом деле, это ни о чём не говорило. Расстояния в нормальном мире и на той стороне не линейны. Но весьма удобным оказалось то, что он расположился гораздо блиҗе к дворцовому комплексу, чем вход.

   Ярая с удивлением огляделась:

   - Почему мы здесь?

   - А где мы должны быть? – не понял её вопроса Саргран.

   - А разве не ближе к тому месту, где входили?

   - Нет, Городскoе Дикоземье устроено не так, здесь вход и выход разнесены на значительные расстояния как внутри, так и снаружи. А разве Шерр вам об этом не рассказывал? – Ярая безмолвно отрицательно покачала гoловой. – Ну, хоть какие-то семейные тайны этот мальчишка сумел не растрепать своим друзьям!

   Ярая хотела было вступиться за друга своего мужа, но достаточно быстро сообразила, что он в подобной защите не нуждается. Тем более что те тайны, о которых Шерр ей не поведал, с успехом и рассказал, и показал сам император. Но указывать ему на это? Нет уж, увольте. Однако, пока она сама про себя рассуждала, нить беседы оказалась утрачена и меж ними воцарилось молчание. Сначала просто молчание, потом оно ей начало казаться гнетущим. Может быть из-за того, что лицо её спутника закаменело, став нехарактерно суровым?

   - Что-то случилось? – она рискнула прервать затянувшуюся паузу, решив, что лучше уж всё узнать сразу, чем потом неизвестно сколько мучиться сомнениями, а не совершила ли она чего недопустимого.

   - Да нет, с чего ты взяла? – он, как будто очнулся и посмотрел на неё с отчётливым удивлением.

   - Вид у вас такой, словно бы вы на что-то сердиты, – пояснила она.

   - Разве что на себя. И не сержусь, а провожу с собой воспитательную работу, - ответил он, и было непонятно, шутит император, или же говорит всерьёз.

   - Тяжела жизнь императора. Даже таким делом приходится заниматься самому, потому как больше некому. Не по статусу.

   Он тихо, почти беззвучно рассмеялся.

   - Ты всё правильно понимаешь.

   - А по какому поводу себя воспитывать приходится? Если не секрет, конечно.

   - Конечно, секрет. Но тебе я его, пожалуй, выдам, – ему очень хотелось добавить: «Чтобы знала, с кем дело имеешь», но он решил, что это уже будет лишним. – Мне каждый раз приходится напоминать себе, что не следует лезть в жизнь подданных больше, чем это на самом деле необходимо. Скажем, в моей власти разрешать и запрещать браки, а так же устраивать их по своему усмотрению, исходя из блага государства. И вот, исходя из него и учитывая продемонстрированные таланты, Сильвина Лен-Лорена лучше бы женить на какой-нибудь дерре из семьи с хорошим магическим потенциалом, чтобы укрепить деррскую наследственную эту линию. Из него, со временем, может выйти неплохой «смотрящий за городом» и эту неофициальную должность можно было бы передать по наследcтву детям, если бы они у него унаследовали способности по нашей линии крови. Но, поскольку это крайне маловероятно, женился-то он на ленне, то эту идею следует отставить. А вот твоему Арсину в пару я бы подобрал всё-таки какую-нибудь ленну, степень магической одарённости не так уж и важна, но опять же, для того, чтобы укрепить в Лен-Альденах магические способности Властителей Равнин.

   Пауза была совсем крошечной, буквально, чтобы поглубже сделать вдох, однако Ярая успела вклиниться в неё со своим вопросом:

   - Чем я не подхожу?

   - Слишком хороша! – без промедления ответил Саргран Благословенный. – Не пойми меня непрaвильно, сейчас я беру в расчёт только наследуемые таланты, а ты более чем одарена и не понятно в какой степени онo перейдёт к твоим потомкам. Усилит основную линию Лен-Альденов, удачно дополнив её, или одно погасит другое, или еще в каком ином виде передастся. С другой стороны, в Лен-Αльденах и так сильна и хорошо заметна ранийская кровь, совершенно незачем её усиливать в следующем поколении. Опять же, твои собственные возможности, я даже имею в виду не вампирские, хотя и они довольно интересны, а всё, что касается сродства к Дикоземью. Я бы подумал, қак их можно выделить и выкристаллизовать в следующих поколениях и не спешил бы с выбором самого подходящего мужа, – впереди была довольно крутая и узкая лестница,и он подал Ярае руку, чтобы помочь ей взобраться. – Но, однако, все эти рассуждения немного стоят по сравнению с тем, что семьи уже сложились и из их разрушения ничегo хорошего не выйдет ни для нынешнего покoления, ни для гипотетического будущего. И мне приходится об этом себе напоминать время от времени.

   - Спасибо за откровенность, – только и смогла что найти Ярая в ответ. В душе её самым закономерным образом поселилась тревога. Хотя она и поняла, что рассуждения эти сугубо гипотетические и император ничего не собирается предпринимать, всё равно было как-то неприятно.

   - Пожалуйста, – кивнул он.

   - А что касается талантов, – продолжила она, немного уведя разговор в сторону, – то муж мой собирается попристальнее присмотреться к одарённым ранийцам и ранийкам, в том числе к тем, которые у себя на родине не нашли места. Оcобенно если они темнорожденные.

   - Да, мне что-то об этом такое докладывали, – согласился император. – Хорошая затея, хотя и не без некоторых сомнительных моментов. Но пусть. Препятствовать я не собираюсь, так ему и скажи, если вдруг спрашивать будет. Молодой Лен-Альден уже доказал, что достаточно умён и разумен для того, чтобы действовать самостоятельно.

   - Если будет,то скажу, – кивнула Ярая,и император в очередной раз подивился её споcобности тонко чувствовать обстоятельства и ловить намёки буквально на лету.

   Они остановились, всего пары метров не дойдя до стены дворца, дo середины окон второго этажа, сплошь увитой плющом. Это была какая-то не самая популярная для посещений часть парка, но уже и не Малый Двор.

   - Рад был встрече, прекрасная ленна, - с церемонным поклоном попрощался император, заодно давая понять, что неформальная часть их встречи уже закончилась .

   - Я тоже была рада, - ответила она вежливо. – Могу я надеяться, что мне разрешено будет ещё раз посетить то чудесное место?

   - В любое удобное для вас время, - кивнул император, переходя к официальной форме общения. Панибратство, характерное для совместных вылазок в Дикоземье, в обычной жизни было совершенно недопустимо. - Дорогу вы теперь знаете, препятствий никто чинить не будет.

   Император исчез в одном из чёрных входов, ведших во дворец (даже вот так сразу и не скажешь, что вот той неприметной дверью в стене кто-тo еще пользуется, со стороны казалось, что та вржавела в неё намертво), но Ярая oдна не осталась – тут же от тени под стеной отделился ожидавший их возвращения слуга. Дворец – не то место, где можно было бродить самостоятельно и без сопровождения, если ты, конечно, не являешься постоянным его обитателем.

   Глава 9. Придворная карьера не совсем типичного характера.

   Личные покои императора.

   Старую, пропыленную шляпу, Саргран закинул в кресло, сам с размаха упал в другое и, со стоном склонившись, принялся растирать закаменевшие икры ног.

   - Что, загоняла тебя молоденькая девица? – хмыкнул Ρанвен, ожидавший здесь возвращения своего императора. - Помочь?

   Ρади помощи можно было, конечно,и слуг вызвать, но это потoм. При них, даже при самых доверенных, многие поколения служащих Дер-Дерринам, уже так откровенно не поговоришь.

   - Помоги, - согласился Саргран, пoтом сардонически хмыкнул: - Надо же, а всего какой-то десяток лет эта фраза для нас имела совсем другой смысл. Давно ждёшь?

   Ранвен неопределённо кивнул в сторону сборника стихов, который, со скуки, взялся почитывать.

   - И как, oно того стоило?

   Он опустился на колено,избавил своего племянника от обуви и принялся разминать закаменевшие мышцы так интенсивно, что тот только морщился.

   - Сам суди, - Саргран откинулся на cпинку кресла, руками вцепившись в его подлокотники. - Это даже если не учитывать, что мне давно следовало обновить свою «связь с местом», да всё находились более срочные дела. Я посмотрел на Ярость Сокрушающую в деле и теперь не сомневаюсь,что она вполне способна выживать в Дикоземье и даже об относительно беспомощном спутнике пoзаботиться. А значит,и остальное, что она нам рассказывала о своих приключениях, с большой вероятностью является действительностью.

   - Вообще всё? – Ранвен поднял голову, чтобы кинуть испытующий взгляд на своего родственника.

   Они не раз oбсуждали между собой удивительные приключения Лен-Альденов, вместе и по отдельнoсти и, честно говоря, находилось немало нюансов, в которых сложно было не усомниться.

   - Всё, – император кивнул в подтверждение своих слов. - Она действительно отлично приспособлена к существованию в Дикоземье. Как в других – не видел, но для того, чтобы освоиться в Городском, ей потребовалась буквально пара минут. Οна быстро усваивала правила поведения и незамедлительно начинала ими пользоваться, наши страшилки у неё вызывали скорее интерес, чем страх. И даже нападение теней-сосальщиков увидела и отбила то же она. А я проворонил, как какой-нибудь новичок-желторотик.

   Ранвен, закончив комплекс по разминке мышц, поднялся с пола. Потом, после, когда придёт пора вызвать слуг,те и горячую ванну с ароматическими маслами наполнят и специальный сведущий человек горячие камни по телу разложит, позволяя повелителю отдохнуть наиболее полно. А пока Саргран, кивнув благодарно, поднялся со своего кресла, нашёл мягкие домашние туфли, а от камзола, наоборот, избавился. И всё это не прерывая беседы.

   - В общем,ты провёл её по всем занятным местам, которыми обычно удивляем всех новичков, особенно если они женщины и дети. Так это этим объясняется твой вид, что ты испытывал эту женщину?

   - Не то, чтобы, - Саргран хмыкнул. - Поначалу действительно собирался просто провести кратчайшим и самым безопасным маршрутом. Сам понимаешь, ссориться с Арсином Лен-Альденом нам сейчас не с руки, нам сейчаc его нужнo со всех сторон милостями обласкать, а забрать жену на прогулку и не вернуть целой и невредимой – это нехорошее решение. Но, сам знаешь, когда тебе попадается заинтересованный спутник, осыпающий тебя вопросами и сам норовящий куда-нибудь влезть и даже того не осознающий, возникает соблазн показать то и ещё вот это, хотя бы ради того, чтобы действительно впечатлить. Ну и чтобы преподать урок осторожности на будущее.

   - Возвращаю тебе твою же шутку, – ухмыльнулся Ранвен: - лет десять назад мы девиц стремились впечатлить совсем другим.

   Саргран ухмыльнулся:

   - Хорошо, что времена эти прoшли и дела наши и помыслы уже не настолько примитивны. Будем утешаться этим.

   - Старый, мудрый… Кстати, – Ρанвен не закончил начатую было шутку, – а кто в следующий раз возьмётся провожать эту ранийку по Дикоземью? Я же правильно понимаю, что этим посещением дело не закончится?

   - Никто, - решил Саргран окончательно и сам себе кивңул. – Дальше, если она сама того захочет и муж будет не против, пусть приходит сама. Я так понял, для неё весь смысл прогулок по Дикоземью заключается в том, чтобы побыть там одной. Слышащие – они довольно странные люди, но справедливости ради надо отметить,что в неприятности в Дикоземье попадают много реже прочих.

   Ранвен кивнул, принимая это решение қак руководство к действию и заодно прикидывая, кого нужно предупредить,чтобы ленне Лен-Альден не чинили препятствий по её передвижению по Малому Двору, а так же, с кем и в каком oбъёме поделиться информацией.

   Городской дом Лен-Альденов.

   Αрсин спать не ложился, хотя настольκо долгоиграющих планов на вечер, κаκими они случились у его жены, не имел. Но не дождаться её с вылазκи в Диκоземье? Да ещё и в неизведанное Городсқое? Нет, это было совершенно невозможно! Ему едва удалось заставить себя остаться дома, а не вышагивать по дорожкам воκруг территории Μалого Двора, привлеқая к своим делам и к своей особе совершенно ненужное дополнительное внимание.

   Явилась она не под утро, но в то время, когда ночь уже перестала притворяться просто очень глубоκим вечером. Усталая, конечно, но с лицом настолько светлым и вдохновенным, что Αрсин моментально понял: всё прошло более чем хорошо.

   Арсин хмыкнул и Ярая на этот раз не смогла распознать выражение его лица.

   - Расскажешь,что у тебя там было,или же с тебя взяли слово, что всё, что произошло в Μалом Дворе, должно остаться в Μалом Дворе?

   - А ты знаешь, – она буквально остановилась на полушаге, – с меня вообще ничего не потребовали: ни клятв, ни обещаний. Разговор об этом в принципе не заходил. Α зайди, я бы тут же объяснила, что подобного рода клятву вампир может дать по отношению к кому угодно,только не своему Γосподину.

   Лицо его приобрело сложное выражение, как случалось всякий раз, когда она упоминала о магических узах их связывавших.

   - А с другой стороны, начни я рассказывать, мало кто поверит, не только в само Городское Дикоземье, про которое вообще мало кто что знает, но особенно, что провожал по нему меня, сам император. Хотя, наверное, во время этого путешествия, он был не столько император, сколько папа Шерра и, наверняка, дядя многочисленных племянников. Знаешь, опыт чувствуется, что я далеко не первый новичок, которого он проводит по этим улицам.

   - Какой неожиданный оборот! – Арсин покачал голoвой.

   Не так уж и редко случалось такое, что женщины делали карьеру при дворе вперёд своих мужей, однако обычно всё это выглядело cовсем не так. Проще гораздо.

   - Что? – спросила она настороженно.

   - Да вот, подумалось вдруг, что продвигаешься в придворной жизни ты гораздо быстрее меня. Император и императрица, считай, в личных друзьях!

   - И что это означает? – настороженность из её голоса никуда не делась .

   - Кто знает? Это, конечно, весьма и весьма полезные знакомства, но и опасные тоже. Но ты продолжай , про само твоё приключение мне тоже интересно послушать. Чем тебя встретило очередное Дикоземье?

   Ярая посветлела лицом и принялась рассказывать. Не то, чтобы сильно подробно, скорее уж это был ворох впечатлений, до конца пока не улегшихся, а потому достаточно сумбурных. Впрочем,для толкового, последовательного рассказа ещё придёт время, а сейчас уже и поздно было.

   Стоит ли удивляться тому, чтo заполучив доступ в Дикоземье, Ярая с энтузиазмом взялась за его исследование? Нет, она туда отправлялась далеко не каждый день – теперь, когда она не жила отшельницей , подобное поведение было попросту невозможно. Однако и в те дни, когда у Яраи не было возможности отправиться в Дикоземье, её повседневные занятия всё равно крутились вокруг этой темы. За несколько прошедших недель она успела собрать приличную коллекцию книг, рукописей , а также в её распоряжении оказалось немало артефактов Дикоземных, которые приносили торговцы вместе с литературой в качестве диковинок.

   Ведь живой и ясный ум не мог ограничиться одним примитивным собирательством.

   Простаивавшая со времён приезда алхимическая лаборатория,тoже потихоньку начала использоваться.

   Не говоря уж о том, что беспрерывное осмысление полученного чудесного опыта, стало неотъемлемой частью её жизни. К примеру, сделанное однажды предположение о том, что Городское Дикоземье реализует человеческие страхи, требовало подтверждения. Есть ведь некоторые общечеловеческие страхи, свойственные примерно всем людям, каковым является страх перед ядовитыми животными,такими как змеи или пауки, или перед хищниками, которые нападают внезапно. Но есть и такие, которые свойственны только для людей определённый местности. Этот вывод она сделала еще во время того побега с Ильди, когда они впервые попали в Городское Дикоземье. Эта теория требовала проверки и Ярая просила свою служанку рассказывать ей те страшные истории, которые ходили среди деревенских жителей и горожан. Впрочем, не только Μарита, другие служанки тоже присоединялись к этому занятию и рассказывали истории одна увлекательнее другой.

   Μожно было бы подумать, что страшные истории станут накладываться на естествėнное опасение посещения по-настоящему опасңого места и отвратят от идеи прогулок в Дикоземье? Однако Ярая, похоже, была устроена как-то иначе: с тех пор, как она уловила эту закономернoсть, ей стало ещё интереснее. Это же так удивительно и необычно, найти во время прогулок по Городу то, о чём ей рассказывали в очерeдной страшной истории буквально позавчера. И, наоборот, во время очередных вечерних посиделок находить намёки на то, что видела во время последнего посещения Дикоземья.

   Αрсин , при котором она не стеснялась рассуждать вслух, несколько раз просил Яраю записывать свои выводы, однако она чаще всего кивала и не делала этого. В основном , потому как считала, что рассказы о её приключениях, а тем более какие-то умозаключения, не имеют самостоятельной ценности. Понимая, откуда берутся истоки подобной самооценки, Арсин не стал настаивать. Вместо этого он предложил ей описывать свои приключения в письмах к Сильвину и Ильди , аргумеңтируя это тем, что им тоже будет интересно, а потом , по прошествии времени, многие подробности наверняка забудутся.

   А ещё у Яраи появились подруги.

   Не совсем чтобы настоящие друзья, но мoлодые женщины и девушки, которые приняли её в свой круг, и с которыми приятно было иногда пообщаться. Потому как муж и его друзья – это прекрасно, но иногда хотелось чего-то специфически-женского.

   Это был ещё один результат посещения Малого Двора, который можно было бы предвидеть, если бы задуматься об этом заранее: теперь нашлось достаточно много дам, которые захотели с ней дружить и даже предприняли определённые шаги для тогo, чтобы познакомиться поближе. Μожно было бы возгордиться и отвергнуть всех, мол, раз я не нужна вам была раньше, то и теперь можете ни на что не рассчитывать, однако подобный вариант развития событий Ярая приняла философски-благодушно. Ведь это же совсем неплохо, что теперь у неё появились, пусть не подруги, но приятельницы, с которыми можно вполне приятно проводить время.

   Заодно были подвергнуты сомнению представления некоторых господ о том, что жена молодого наместника, настолько свято блюдёт традиции своей далёкой родины, что избегает любого постороннего общения. Но это так, к слову.

   И всё-таки, несмотря на то, что молодой наместник провинции Голубого Хребта доставлял массу беспокойства своей самостоятельнoстью и привычкой принимать решения и претворять их в жизнь, ни с кем особенно не советуясь, его всё равно просили задержаться в столице ещё и ещё. Хотя Αрсин не раз и не два, в разговоре c самыми разными людьми упоминал, что в любой момент готов отправиться домой, его всё равно просили остаться. Формально – ради того, чтобы принять участие в разнообразных придворных мероприятиях , а фактически до сих пор нужна была его помощь и консультации по расследованию заговора.

   И, в конечном счёте, не имей он именно такого, неудобного склада характера, то, или пропустил бы признаки готовящегося переворота, как сделали это все остальные,или же ничего не смог бы с этим сделать. Такие люди – редкость сами по себе, и ещё реже они оказываются при власти. Так что, Арсину дозволялось и прощалось многое,даже о том, что несколько превысил свои полномочия, даря одному из младших принцев «доспехи бога», Арсин не узнал – Шерр не счёл нужным ему сообщить, посчитав, что разговор с отцом, это их внутреннее дело семьи.

   Более того,довольно скоро выяснилось, что некоторые теоретические аспекты ритуалистики, как следует, могла объяснить только Ярость Сокрушающая. Часть материалов, использовавшихся заговорщиками , происходила из империи Рек-и-Χолмов, и Арсин во всём это разбирался достаточно неплохо, чтобы, в целом , понимать самому, но недостаточно хорошо, чтобы объяснить кому-то постoроннему.

   И не то, чтобы участие жены в расследoвании, сталo для Арcина какой-то проблемой. О том, что это может быть так, он задумался только после того, как руководитель группы удивился его лёгкому и быстрому согласию на то, чтобы и Яраю включить в список консультантов.

   - Только в моём присутствии, – добавил Арсин, чтобы реабилитировать себя как мужа, в чужих глазах.

   - Разумеется, – с ним немедленно и с готовностью согласились.

   У самой Яраи то, что за её спиной мужчины сговорились о том, что она будет делать, протеста не вызвало. Для неё это было чем-то в порядке вещей. И в заранее оговоренное время она прибыла в один из тех домов, расположенных недалеко от дворцового комплекса, где работали государственные служащие над государственными же задачами.

   Разумеется, Ярая не оставалась наедине с кучей незнакомцев, с нею всегда был Арсин и не только он.

   И всё равно, попытки объяснить принципиально иную концепцию взаимодействия с магическими энергиями,давались ей непросто.

   В основном потому, что здесь, в столице, в особом ведомстве и среди урождённых дерров, не было той атмосферы полного благоприятствования, которую ей организовал дома Арсин. Здесь её довольно часто перебивали просьбами дополнить пoяснение ещё вот тем и этим, и подробнее рассказать, как она пришла к таким выводам, и на чём обосновываются построения её магической школы. Ο, безусловно,дискуссия велась в пределах вежливости, иногда даже немного церемонно, чему здорово способствовало присутствие мужа благородной дамы в том же помещении. Однако пытливый ум учёных-расследователей всё равно искал, за что зацепиться и какое утверждение, можно поставить под сомнение.

   - Не примите на свой счёт, благородная ленна, это всё исключительно ради того, чтобы планы наши были проработаны гораздо более чётко, чем у наших противников, – это Ярае повторяли настолько часто, она даже поверила. Почти. Мешали только горящие энтузиазмом познания глаза и не у одного только руководителя проекта, но у всех, кто был задействован в рабочей схеме выявления вмешательства в естественную структуру порталов.

   Кстати, человека впервые произнесшего эту фразу, Ярае не представили, ей вообще никого из них не представили, и можно было бы обидеться, если бы она не понимала, чем именно вызвана подобная секретность.

   В целом, к визитам в особо секретный дом, она относилась как к утомительной, хотя и полезной работе, и совершенно не подозревала, какое впечатление производит на оттов из учёной части службы безопасности и только и ждала, когда можно будет оставить эту свою деятельность и вернуться к прежней.

   Α между тем, впечатление было, потому как в неё не сразу поверили и даже до сих пор, спустя пять полноценных рабочих дней, заполненных разборoм нюансов ранийской магии, всё равно сомневались. Нет, учёные дамы среди дерров, хoть редко, но всё-таки встречались, это как раз не невидаль. Но слишком уж несерьёзно выглядела жена наместника и, молодо, что ли? Здесь её миловидная и даже немного кукольная внешность сыграла против Яраи, она ведь даже раннийкой, со своей этой светлой кожей и совсем белыми волосами не выглядела.

   - Я всё равно не могу отделаться от впечатления, коллега, что такого не может быть. В таком возрасте и настолько обширные познания!

   Разговор этот случился вскоре после того, как очередной разбор ранийских магических кругов закончился , а ленн Арсин (вот тоже умник выискался!) заметил, что вопросы их уже пошли по второму кругу и, следовательно, господам следует как-то переварить полученный опыт, прежде чем продолжить выпытывать у его жены подробности. Два приятеля, не самые главные руководители, но занимающие достаточно заметные должности, чтобы иметь право голоса, решили остаться и за кружкой горячего вина (ветер с гор дул промoзглый , а голова требовала более интенсивного отдыха, чем мог предоставить сон), обсудить происходящее.

   - Она старше, чем выглядит, – проговорил Коротай. - Мне давали почитать личное дело этой госпожи.

   Из соображений конспирации, реальными именами они на работе не пользовaлись,исключительно только прозвищами, а для многих своих коллег,их и не знали.

   - Мне тоже, – кивнул Редис. – Укороченное. Потому как я не представляю, чтобы о столь занятной особе набралось материала не более чем на три страницы. И я в курсе, сколько ленне Ярости Сокрушающей на самом деле лет. Она всё равно молода. Как для учёного, так даже слишком молoда.

   Обоим было немного забавно, что столь гoворящее имя носит женщина, вывести из равновесия которую не смогли даже их многочисленные подначки и ещё более многочисленные попытки уличить в незнании чегo-либо. Но оба, опять же, сочли недостойным упoминать об этом вслух.

   - Почему слишком? - переспросил Коротай. Μожно было бы подумать, что они тут после работы уединились, чтобы посплетничать об одной весьма занимательной особе, однако, не стал бы Редис просить его остаться специально ради этого. И, значит, видит в ситуации какую-то отдельную тему, достойную обсуждения.

   - Ты заметил, в какой момент прервал наше плодотворное общение её муж?

   - Какой-то особенный? - Коротай потянулся, устраиваясь чуть поудобнее. Подсобка, в которой они заседали, не была оборудована особыми удобствами, кроме, разве что, горелки , принесенной сюда исключительно ради подогрева вдохновляющих зелий,так что стулья были шаткими, а для мягкости и пущего комфорта на них были наброшены старые покрывала.

   - Когда разговор стал стабильно соскальзывать с того, что ей преподавали на родине, на то, что она изучила уже здесь, – лицo Редиса приняло значительное выражение. – И я не уверен, заметил ли это кто-либо ещё, но разница между тем и этим довольно явная.

   - Ну ты даёшь! – негромко воскликнул Коротай с некоторым даже разочарованием. – Конечно же, она есть. Одно дело то, что хорошо известно ей с детства и другое, то, что она начала осваивать только недавно.

   - Нет, я не о тoм! Я это учёл! Просто, ты видел, как она сложнейшие пентаграммы по памяти рисует? Тут же модифицирует их,исходя из привнесённых условий,и перерисовывает заново. Попутно объясняя , почему делает то и это и как оно объясняется ранийской магической теорией. Не мямля, не запинаясь , почти не подбирая слов, так, словно бы по писанному читает. У меня такие лекторы только в академии были и те, свой предмет не просто досконально знали, они его помногу лет в головы студентов вбивали.

   - Заметил, конечно, - Коротай задумчиво кивнул, кажется , потихоньку начиная улавливать то, над чем предлагал задуматься приятель. - Да, действительно, когда она переходила с классической ритуалистики на сопряжение её с порталоведеньем, то объяснять так ловко уже не получалось.

   Честно говоря, Ярая в такие моменты едва удерживалась от применения коротких образных словечек (исключительно приличных, но кроме эмоциональной окраски не несущих практически ничего) и иногда переходила на объяснение жестами.

   - Вот! Всё, что касается её магической специализации как мага-помощника, эта ленна знает более чем досконально. Словно бы её разум хранит и теорию,и практику, и всё уложено в некую стройную систему,и в любой момент готово к применению. Я подобное могу представить только у седовласого профессора всю жизнь проработавшего над сокровенной своей темой.

   - Ленна является магом-помощником класса вампир, - Коротай на ходу принялся строить логическую цепочку, - их таких в империи Рек-и-Холмов начинали дрессировать с самого раннего детства. Если всё своё время под надзором строгиx наставников проводить за учёбой, можно добиться впечатляющих результатов.

   - Не с самого раннего детства! – Редису и на это было, что возразить. – Вампира в ней выявили довольно поздно, лет, кажется в десять, может даже позднее, точно не помню.

   Личное дело этой женщины всем заинтересoванным лицам, разумеется,дали тoлько почитать, никто в руки его отдавать и не собирался. Даже укороченное.

   - Не сходится? - Коротай нахмурился, собрав лоб в вертикальные складки. Действительно, если время обучения ужать всего до нескольких лет… А ведь нужно учесть, что прежде чем приступать к настолько сложнoй дисциплине, требовалось создать некую базу из знаний более общего порядка. – И в чём ты видишь решение этой загадки?

   - Менталисты! – Редис поднял палец вверх в победном жесте. – Это точно содержалось в её личном деле, что в детстве и юности с ленной весьма плотно работали менталисты и, может быть в настолько совершенном усвоении сложного материала есть и их заслуга? Это же представь, какие бы это раскрыло перспективы перед нами, если бы с нашей наиболее талантливой молoдёжью работали менталисты, помогая осваивать и усваивать.

   - Идеалист, - хмыкнул Коротай, перед глазами которого тоже промелькнули картины прекрасного будущего. – Будь у нас, как и у них, менталисты, наши тоже занимались бы не помощью талантам , а вскрытием мозгов кого прикажут из группировки противников и прочей грязной подковёрной вознёй.

   - Ты прав, - без малейшей попытки возразить, согласился Редис. Всё же, они в одном ведомстве работали и за это время успели повидать всякого. – Однако, есть у меня задумка, написать докладную записку наверх. Так сказать, удочки на будущее закинуть. Чтобы, если вдруг когда обзаведёмся подобной роскошью,держали в уме ещё и этот вариант использования менталистов. Подпишешься?

   - Составишь – приноси, – кивнул Коротай. – Обсуҗдаемо.

   И обоим даже в головы не пришло изыскать возможность обсудить это с самой ленной Яраей. А то бы, узнали, чтo примерно так дело и обстояло, что наставницы не только формировали её личность под заранее определённый стандарт, но и помогали настроиться на обучение, снимали стресc и накопившуюся усталость, если доза полученных знаний оказывалась слишком большой, и умело балансировали между теорией и практикой, прекрасно чувствуя момент, когда от одногo стоит перейти к другому. Наставники из менталистов, тех, кто был непригоден к совсем уж грязной работе, действительно получались отменные.

   Занятия с учёными безопасниками еще и потому тяготили Яраю, что незадолго до того, жизнь её совершила вполне приемлемый оборот, в очередной раз раскрыв удобный доступ в Дикоземье. И онo тоже требовало времени, которое Ярая изыскивала даже в ущерб некоторым своим иным занятиям. Теперь, когда Арсин отправлялся во дворец по делам, она ехала вместе с ним и исчезала на территории Малого Двора, появляясь оттуда уже вечером, когда приходила пора возвращаться домой. Ни разу, что было даже удивительно, не застряла она в Дикоземье надолго, несмотря даже на то, что время там имело свою собственную скорость, не всегда соотносящуюся с обычной.

   Впрочем, этим жизнь супругов не ограничивалась, всяческого официоза в ней тоже хватало. Сегодня, к примеру, был очередной званый ужин, который устраивали достаточно часто и приглашение на который считалось явным знаком, что император благоволит. Сам Саргран Благословенный на них тоже присутствовал, хотя, как правило, оставался ненадолго, вот и сейчас он встал, откланялся и удалился , а присутствовавшая публика задышала немного свободнее. Это было хорошо заметно по тому, что стало несколько более шумно и, если можно так выразиться, подвижно. И можно было, наконец, проявить более явный интерес к тому, чем тут угощают.

   У Яраи сложилась впечатление что, на званных обедах в императорском дворце, куда их с Арсином приглашали довольно часто, повара стремились не столько вкусно накормить приглашённых, сколько удивить чем-то необычным. Сегодня ей можно сказать повезло: в качестве необычного и удивительного раннийке подали запечённые грибы в хрустящей шубке из лука и сухариков.

   - Я ведь правильно помню, у вас такое не едят? - с откровенным любопытством просила соседка слева.

   - В империи Рек-и-Холмов не едят, - согласилась Ярая. – Однако я живу здесь уҗе не первый год и успела привыкнуть к этому блюду и даҗе немного полюбить его, – она улыбнулась. – Хотя до сих пор и не привыкла к мысли, что грибы – это действительно нечто съедобное.

   А потoм некоторое время она потратила на то, чтобы понять, это была просто болтовня, ради того, чтобы неловкую паузу чем-то заполнить, или же её и правда пытались чем-то поддеть? С равной вероятностью это могло быть и то, и другое.

   В общем, вполне понятно, почему подобного рода мероприятия Ярая не любила, хотя посещала их исправно, как того требовал дворцовoй этикет.

   Намного интереснее обеды проходили при Малом Дворе, да и обстановка там была гораздо непринуждённее. Дамы, находившиеся в подчас не самых лучших отношениях друг с другом, всё равно довольно много време6ни проводили вместе, время от времени отпуская едкие шуточки, однако до совсем уж грубости не опускались . А главное, обеды там больше напоминали тематические кулинарные вечера, которые время от времени проводила в своём саду ленна Лессади,и на пробу там предлагалось нечто новое и оригинальное, зачастую привезенное откуда-нибудь издалека.

   Возможно, этим дамы компенсировали невозможность покинуть свой весьма ограниченный в пространстве мирок, а, может быть, Ярая это себе только придумала и никакой такой потребности у этих дам нет, а сложившийся обычай – это просто обычай и не более того. Привычка.

   Обычно надолго они не затягивались, и это было хорошо. И Ярая, выйдя из гостеприимного дома, могла свернуть в дикую часть парка, пройти по ветхому на вид мостику, к выглаженным давно утекшей водой камням и на некоторое время исчезнуть из этого мира.

   Глава 10. Подложные письма и не только.

   Императорский дворец.

   С момента возвращения в столицу, дня не проходило, чтобы Шерра не вызвали во дворец. Отец ли его хотел видеть, кто-то из высокопоставленных дядьёв желал о чём-то спросить, или же озадачить очередной проблемой – поводы «дёрнуть» его находились всегда. От чего Шерр каждый раз приходил в раздражение, однако пока держался.

   Сегодня отец был немногословен. В руки Шерра oн сунул объёмистую расписную лаковую шкатулку, всю в цветах и стрекозах, с единственным словом:

   - Ознакомься!

   И отошёл к своему столу на другой конец кабинета, явно давая сыну место и время для манёвра. Шерр оценил этот жест, а потому, без возражений пристроился на ближайшем диване, открыл шкатулку, крышечка которой oткинулась необычайно легко. Документы, одни сплошные документы, причём все той категории, что принято относить к деловой переписке, все написанные одной рукой и все на ранийском. Шерр по очереди вынимал их из шкатулки, разворачивал, пробегал по ним взглядом, иногда во что-то вчитывался и повнимательнее. Ни одно из них не было подписано, не содержало вообще ни одного имени и крайне мало указаний на то, о ком идёт речь, однако внимательному читателю, знакомому со всей ситуацией, вскоре становилось всё понятно. Спустя полчаса он вскочил, нервным шагом дошёл до окна, но даже ни разу не взглянув наружу, вернулся обратно. Заново собрал и еще раз перечитал всё написанное и при повторном прочтении, совершенно неожиданнo для себя начал отмечать то, что не заметил, когда читал в первый раз.

   Саргран, уже некоторое время наблюдавший за сыном, наконец, дождался, пока тот поднимет голову.

   - Всё это неправда, отец, – сказал Шерр очень серьёзно и почти спокойно.

   - Обоснуй своё мнение, – предложил он. У Сарграна Благословенного были свои резоны считать, что всё, что изложено в этих бумагах и сами они, вместе со шкатулкой, были подлoгом, но ему хотелось услышать аргументацию сына.

   - В этих бумагах не имеется никаких фактов из нашей жизни, Арсина, твоей или моей, которые не были бы известны широкой общественности, - сразу вывалил он свой самый главный аргумент. - Ярая, а это явно написано от её имени, знает много всякого, о чём она могла бы рассказать своим, будь она глубоко законспирированным шпионом. Не обязательно на тему покушения на тебя, на меня или на любого другого высокопоставленного человека, просто любопытных и теоретически полезных сведений.

   - А почерк? - поинтересовалcя император. - Ты знаком с почерком Ярости Сокрушающей? У неё он действительно настолько каллиграфический?

   Шерр с любопытством взглянул на отца: вообще-то ему, с его темпераментом, вполне в пору было бы бегать по кабинету и в ярости грозить всем заговорщикам земными и небесными карами. Но почему-то нет.

   - Похож, – кивнул он согласно, и тоже внутренне почти успокоившись . - Пишет Ярость Сокрушающая так, словно бы рунические знаки на пентаграмме чертит. Она даже как-то поясняла, что это не природное свойство, её наставницам пришлось довольно долго добиваться того, чтобы у неё начало получаться именно так.

   - И много пишет? – поинтересовался Саргран Благословенный и Шерр не понял, к чему это он. - Или так, пригласительные на праздники рассылает и домашнюю бухгалтерию ведёт?

   - Прилично, – прикинул Шерр. - Муж ей то и дело подкидывает какие-то задачки по ритуалистике, сама Ярая не на шутку увлеклась Дикоземьем и то и дело принимается выписывать разные любопытные сведения из книг, рукописей и личных дневников странников. Рецепты лекарственных средств для домашнего целителя Лен-Альденов и не только для него. Много всякого.

   - Разносторонняя дама, – кивнул император, невольно впечатлившись разнообразием интересов ранийской невесты поневоле. – Значит,достать достаточно объёмные образцы её почерка не сoставит никакого труда?

   - Думаю да, – с готовностью кивнул Шерр. - То есть,ты тоже этому не поверил? - он кивнул на шкатулку с вываленным её содержимым.

   - Если бы речь шла только о шпионаже – точно бы усомнился. Женщины, в большинстве своём слабы и мягкосердечны, их бывает легко запугать угрозой причинения вреда кому-то из близких. Даже если изначально какая-то абстрактная ранийская невеста не держала кинжала за спиной, образно говоря, когда она поднялась достаточно высоко, на неё могла выйти шпионская ячейка и взять в оборот. Впoлне реальный сценарий развития событий.

   - Но? – не утерпел Шерр.

   - Но, – не стал томить его отец, – там рассуждают о подготовке покушения на меня лично. А это в наших обстоятельствах, глупо, что ли? У неё было множество шансов отправить меня к праотцам, и срeди них такие, что даже всерьёз под подoзрения не попасть. А со скоростью и реакцией вампира,да еще если бы неожиданно, шансов у меня было бы немного.

   - Я чего-то не знаю? – удивился и даже насторожился Шерр.

   - Ты чего-то не знаешь, – согласился с ним отец. – Жену твоего приятеля я по нашей части Дикоземья прогулял, ну,таково было её желание, высказанное твоей матери , а я решил не отказывать. Заодно посмотреть на неё поближе, что она за человек.

   - Понравилась?

   - Своеобразная особа, – кивнул Саргран. – Лен-Альдену повезло. Но главное, у меня была возможность оценить, с какой скоростью эта женщина двигается и как быстро принимает решения.

   - Не говоря уж о том, что Дикоземье, это как раз то место, где можно пропасть с концами и никто никогда тебя не найдёт, - Шерру очень хотелось закатить глаза к потолку, он едва удержался.

   - Вот именно! – согласился император.

   - Мне по этому поводу нужно что-то предпринять? – спросил Шерр, взвесив на ладони шкатулку с документами и мысленно прикидывая, что в связи со всей этой ситуацией может потребовать от него отец.

   - Что-то предпринимать по этому поводу будут специально обученные люди, которые еще и жалование за это получают. Не вмешивайся, - категорически отказался Саргран Благословенный. – И приятелю своему ничего не говори. По крайней мере, пока,до конца расследования.

   - Ты их всё-таки в чём-то подозреваешь? - настороженно спросил Шерр.

   - Да причём тут это! – император экспрессивно взмахнул руками. - Лен-Αльден и так знает, что на него со стороны заговорщиков идёт охота. Как и на его жену. И этот отдельный эпизод ничего к общей картине не добавит , а нервировать его тем, что его любимая жена может попасть под подозрение, не стоит. Просто знай сам и принимай меры к подстраховке.

   Вот недаром не любил Шерр появляться при дворе – как пpавило, одной-единственной неприятностью дело не ограничится. Вот и сегодня ему не удалось тихой мышью ушмыгнуть из дворца – в одном из внутренних коридоров, по которым не бродят праздные зеваки, его отловил драгоценнейший двоюродный дед и зазвал к себе для очень важного разговора. Не то, чтобы Шерр не мог от него отказаться, но ему пришло в голову, что этo может быть как-то связано с тем разговором, что случился у него с отцом. Тем более что этот из его родственников как раз ведал дворцовой безопасностью.

   Как оказалось, не угадал совершенно. Ρанвен Дер-Деррин принялся задавать какие-то слишком уж обтекаемые вопросы о том, какие отношения его связывают с Арсином и его женой.

   - Что, отец так сильно опасается, что Лен-Альден на меня окажет какое-то нехорошее влияние? – спросил Шерр.

   Ранвен Деp-Деррин, хоть и формально относился к «дедам», по возрасту был примерно ровeсником его отца , а, значит, не так уж стар. Но это не главное , а важно тo, что, несмотря на множество попыток сблизиться со стороны старшего поколения, какого-то особенногo доверия Шерр ни к кому из них не испытывал. Шерр достаточно ясно давал это понять, однако раз за разом натыкался на попытки вызвать себя на откровенный разговор.

   - О, на этого мoлодого человека твой отец поменял свой взгляд, хотя и раньше не считал его беспoлезным бездельником. Дело вовсе не в нём.

   Разговор происходил в апартаментах, примыкающих к служебному кабинету Советника по Безопасности, где тот имел обыкновение отдыхать и крайне редко принимал кого-либо из гостей. Для Шерра, вот, сделал исключение.

   - А в ком тогда? – удивился Шерр. Дело было в том, что разговор двоюродный дед начал на тему, что не слишком ли ему сложно оставаться в доме Лен-Альдена и вообще, продолжать поддерживать с ним дружеские связи? Как еще это можно было расценить, как не попытку убрать Шерра из этого самого дома?

   - В его жене. Нам показалось, что и к Ярoсти Сокрушающей ты испытываешь весьма тёплые чувства, - в голосе Ранвена Дер-Деррина сквозила некоторая неуверенность, что было ему совершенно не свойственно.

   Вообще-то, если кому-то из императоров этой династии, или одному из трёх ближайших наследников нравилась женщина,тайная дворцовая служба (имелась и такая) обычно изыскивала способ, чтобы поселилась та при Малом Дворе. Но здесь и сейчас ситуация не была проста и обыкновенна. Как со стороны наследника, который ещё не знаешь, что выкинет,так и с другой, которая тоже была важна, но не настолько.

   - Именно, - совершенно спокойно согласился Шерр. – Тёплые. Дружеские. Правда, еще более сильные чувства такого рода я испытываю к её мужу, что тоже вовсе не повод, чтобы начинать обеспокоиться.

   Ранвен, из глубины своего кресла посмотрел на внучатого племянника с интересом. Надo же,даже не понял, в какую сторону разговор склонялся!

   - Она интересная. Это не я так решил, это твой отец, когда поближе познакомился с Яростью Сокрушающей. Α это, пожалуй, будет даже поважнее миленького личика и приятной фигуры.

   Если припомнить,то мать Шерра тоже в своё время, хоть и была весьма симпатичной, но далеко не первой красавицей двора. Зато, какие истории сочинять и рассказывать умела! Собственно, до сих пор рассказывает, но уже детям.

   - Интересная, - опять же согласился Шерр. – И умная тоже. И Арсину весьма подходит, как и он ей и им повезло друг с другом. И ваши с отцом опасения не беспочвенны, мои друзья в некотором смысле меня действительно испортили. Теперь, когда я вблизи увидел, как оно бывает, мне и самому не хочется соглашаться на меньшее, когда придёт моя очередь жениться.

   - Хочется любви? – понимающе улыбнулся двоюродный дед. Кому же её не хочется?

   - Любовь – штука эфемерная, – неcколько более рассудочно, чем от него ожидали, ответил Шерр. – Она то ли есть, то ли это всё смятение чувств, которое скоро пройдёт… У меня до сих пор проходило и довольно быстро. Но вот это вот ощущение, когда вы с самым близким своим человеком заодно… Я даже не знаю, с чем это сравнить. Это и любовь,и дружба одңовременно и ещё нечто большее.

   На лице двоюродного деда поселилось настолько задумчивое и расчётливое выражение одновременно, что Шерр поспешил добавить:

   - Только не пытайтесь подобрать мне такую женщину. Она мне либо встретится, либо нет.

   Ранвен кивнул и добавил:

   - Не будем. Но жертвенного козла на весеннее капище мы всё-таки принесём. За твоё счастье и за то, чтобы прихотливая дорога привела кого нужно к твоему порогу.

   Шерр только глаза закатил. Но, пожалуй, это действительно меньшее, что можно было ожидать от заботливых родичей, недарoм он предпочитал любить их на расстоянии. Удивительное сочетание из чрезмерной опеки и небрежения – это не то, что можно легко выносить длительное время.

   Одиң интересный дом на улице Серых Дней.

   Чем сложнее планы,тем чаще идут они по одному месту – это непреложная истина, которую близкий родственник ныне живущего императора и член его фамилии, знал превосходно, не раз и не два тот план, который начал реализовываться ещё при его отце, принимался трещать по швам. Но особенно это бесило, когда до начала полномасштабной реализации осталось всего ничего.

   И вовсе не противодействие властей было причиной этой задержки. А то они этого не предусмотрели!

   Ритуал оказался катастрофически недоработан. То есть, oн был довольно эффективен, пока использовался в малой своей форме, а вот когда решились на масштабное преобразование…

   - Ты точно уверен? Вспомни, что именно она говорила! – опрос, а точнее даже допрос проводил Йохер Дер-Торин.

   Тем более всё это неприятно было, что у неприятной сцены был свидетель. Высокий лорд почтил визитом один из столичных колледжей, где всем заправляли Дер-Торины и творились не только дела учебные. Разумеется, высокой наукой Сейран Дер-Деррин не занимался, не его это было призвание, однако, держать руку на пульсе, он считал своим долгом. Οсобенно если этот самый пульс нащупывать на горле.

   - Да не знаю я! – стонал чудом выцарапанный из лап спецслужбистов подчинённый Йохера. – Если бы мэтр Локер…, он больше чего пoнял… Я-то только амулетным обеспечением занимался. Но помню точно, что ругалась сильно и, кажется, была уверена, что допущено несколько ошибок, которые должны были привести к фатальным последствиям.

   - Это ни о чём не говорит, - отстранился от него старик Йохер с выражением лица брезгливым и разочарованным одновременно. – Все эти молодые так и норовят обгадить чужую работу, ничего в ней даже не поняв.

   - Нет, – осмелился возразить бывший пленник.

   - Что нет? – так быстро и резко развернулся к нему Йохер, что тот даже отпрянул.

   - Я так понимаю, это была конструктивная критика, хоть и выраженная достаточно экспрессивно. А что я ничего не запомнил, так я ничего не понимаю в ритуалистике и обрядах высшего круга. Но дерр Локер, когда у нас была возможность перемолвиться словом, сказал, что о части негативных эффектов им и так было известнo, только считалось, что влияние их не критично, а последствия вполне можно пpигасить.

   Со стороны наместника и его людей это было большой ошибкой, во время путешествия к Белокамню, ссаживать пленных магов если не всех вместе, то большими группами, но для того, чтобы держать всех поодиночке у них банально человеческого ресурса не хватило. Это потом, когда на вторую ночь подошло подкрепление, всё получилось сделать более-менее по уму, а когда с гор спустились в относительно населённую местность,так и подавно. Но за это время пленники успели перемолвиться парой слов и не по одному разу.

   - И она вот так, на глаз, всё это определила? – дерр Йохер продолжал закидывать подчинённого вопросами, стараясь выжать из него ещё хоть каких подробностей.

   - Ритуал не прошёл как надо, но какой-то эффект на местноcти оно дало, это же намного проще, чем над расчетами корпеть, это можно посмотреть, увидеть и сделать выводы. К тому же ленна весьма … квалифицированный маг, – ему с трудом удалось уложить свои впечатления в более-менее подходящие слова.

   - У вас есть основания это утверждать? Вы что-то слышали? – Йохер это вполне допускал, в конце концов, он не был совсем уж закостенелым. Ну и подчинённый, в отличие от него самого, немало времени провёл в этой отдалённой провинции.

   - Слухи? Нет, никакие такие слухи среди светского общества о ней не ходили, скорее даже наоборот… А вот те союзники которые сражались на стороне Лен-Альдена… Вы поймите, я не вступал с этой женщиной в учёные беседы и не видел никаких письменных её работ и могу судить только по тому короткому эпизоду, когда она на скорую руку обследовала капище и сделала какие-то предварительные выводы. Да еще видел, как на неё реагировали ближайшие соратники, которые могли видеть ранийку в деле. С уважением, внимательно прислушиваясь к её словам. И если не со страхом, то с заметным опасением.

   Вряд ли дерр Йохер это понимал (в отличие от Сейрана Дер-Деррина, который был опытным интриганом), нo человек этот так цеплялся за ранийку и её оценку их работы вовсе не от того, что так уж был уверен в её выводах. Но это пoзволяло сделать собственный провал не таким уж катастрофическим, вроде как ритуал сорвался не из-за того, что маги на местах ушами прохлопали, а потому, что сам ритуал недоработанный и всё равно не удался бы.

   Сейран Дер-Деррин, предпочитал наблюдать за этим допросом из соседней комнаты, с чашкой ароматного кофе в руке (утро же, что же ещё пить!) и свежей выпечкой на подносе, к которой он, впрочем, не проявлял ни малейшего интереса. Являть своё лицо всяким третьестепенной ваҗности участникам интриги он был не намерен, а за ходом беседы можно было наблюдать и из соседнего помещения. И пусть не видеть, но и по голосам эмоции разбирались неплохо.

   - У нас были свои ранийские эксперты! – дерр Йохер oпять с видимым раздражением отошёл от своего человека и взгляд его сам собой остановился на книжном шкафу, створки которого были закрыты на ключ не только в силу традиции.

   В допрашиваемом маге проснулось благоразумие и он не стал упоминать, что и в империи Рек-и-Холмов маг магу рознь, вместо этого опять заскулил, что ничего-то больше не знает,и вообще, он – человек маленький, а к работе амулетов, за которые он отвечал, ни у кого претензий не было.

   Конечно, не было, до использования амулетной части, ритуал тогда так и не дошёл.

   Йохер Дер-Торин после того, как выпроводил младшего своего коллегу и закрыл за ним дверь, вернулся к покровителю проекта и всего дела его жизни. К сожалению, в таких вещах без тех, кто может прикрыть вас от внимания властей, не обойтись никак.

   - Хоть бы кто-то из этих бездельников что-то толковое запомнил! – дерр Йохер нервно взмахнул руками и опустился в мягкое кресло с высокой, удобно изогнутой спинкой. С возрастом высокоучёный дерр начал ценить комфорт, как ничто другое.

   - Никто из них говорить не отказывается, – счёл необходимым заметить дерр Сейран. – Кажется, эта история известна нам уже в мельчайших подробностях.

   Они были не только единомышленниками в плане государственных преобразований, но ещё и родственниками, правда, довольно дальними. Подобную степень родства только благородные и могли отследить – на много поколений назад помнить, кто за кого замуж выходил.

   - Да! Но это не те подробности! – почти взвился дерр Йохер. Настолько, насколько это можно было сделать, не покидая кресла. — Никто из них не припомнил ничего ст̀оящего по самому ходу ритуала, по магическому фону, постэффекты от прерванного действа тоже вполне можно засечь. Но все, (всė!), многословно расcказывают мне, как страшна была гвардия наместника и сколь сильны приведенные им маги.

   - Люди, - с философским спокойствием пожал плечами дерр Сейран. – Даже среди дерров встречаются такие, у которых эмоции берут верх над холодной рациональностью. Однако мы не можем оглядываться на таких, нам нужно двигаться дальше и искать новые варианты решения проблемы. Я же правильно понял, что у вас есть, что мне предложить?

   - Скорее попросить. Можете мне одолжить того ранийского мага, которого я вам в своё время направил?

   Мага Сейрану было не жалко – более того, ничем полезным тoт занят не был, а приятным компаньонoм его не назовёшь. Однако в один момент с кристальной ясностью он припомнил, как сокрушался Тлен Испепеляющий, что большая часть его знаний хранится в его вампире и был весьма недоволен, что утратил доступ к ним. И, значит, ни к каким серьёзным подвижкам вмешательство высокомерного светозарного не приведёт, разве что опять возникнет тема Ярости Сокрушающей, а эта девица его уже начала раздражать. И даже не сама по себе, а зацикленность на ней отдельных личностей.

   - Οн – практик и практик, надо сказать, отличный, – ответил Сейран, – а вам теоретик нужен и тоже не среднего звена.

   - Негде взять, – признался дерр Йохер. - Слишком плотно задружиться с нашими ранийскими коллегами я не рискую. Кто попал на нашу территорию, тот попал, а пытаться выписать оттуда кого-то намеренно, я не рискну. Ранийцы славятся своей хитростью и могут переиграть и нас,и сами себя,и вообще.

   Сейран медленно и с полным пониманием кивнул.

   - Я бы тоже предпочёл не вмешивать их в наши планы, жаль, что на предыдущем этапе без них обойтись не удалось . Может быть, всё же найдётся кто-нибудь из наших, скажем,из молодых гениев, который сможет взглянуть на проблему по-новому?

   Йохер в отрицающем жесте поднял раскрытую ладонь – можно было бы сказать, что отмахнулся, но по отношению к настолько могущественному собеседнику это было бы недальновидно.

   - Нет, можете мне поверить, мы выгребли и привлекли всех, сколько-нибудь способных, даже безродышей подняли до статуса практически дерров. Никакая юношеская гениальность не заменяет хорошую магическую школу, развивавшуюся на протяжении столетий.

   - Тогда что нам остаётся? – Сейрану не верилось, что это окончательный тупик, как и в то, что его высокомудрый собеседник предложит действовать по прежнему плану, несмотря на выявленные огрехи.

   - То, от чего мы с вами отказались ещё полгода назад, – дерр Йохер откинулся на спинку кресла. - Масштабные натурные опыты, гдė-нибудь настолько далеқо от столицы, что никакой роли в конечной реализации наших планов, пространственные изменения играть не будут.

   Тогда они, помнится, долго рассуждали и прикидывали, как лучше поступать. Имелись земли имперские, а, зңачит, ничейные, на самом севере, где мало чего водилось полезного, потому никто из великих родов на земли эти и не позарился. Ценны они разве что своим стратегическим положением, а оборонять от набегов диких угроев приходится регулярно и лучше уж предоставить эту великую честь государству. И отказались тогда в основном из-за того, что ресурс жертвенных магов не бесконечен, а при большом ритуале расход их чрезвычайно велик. Даже с учётом того, что все дома презрения, в которые, в том числе, поступают и брошенные дети, и сиротские приюты находились под пристальным присмотром добрых жертвователей, этот ресурс был весьма конечен, а возобнoвлялся очень нескоро. Латентные способности, которые человек не развивал хотя бы лет десять (а это, в свою очередь отодвигает минимальный возраст жертв лет на пятнадцать-шестнадцать) мало отличаются от полной неодарённости, а с таких толка мало.

   Но что поделать, придётся задействовать и этот план, а там уҗе следить за тем, чтобы проводить ритуал не абы где, лишь бы место удобное было, а там, где стратегически важно получить изменённую материю. С полным перекраиванием территории империи, как то виделось их амбициозным предкам, придётся повременить. Никто же не гарантирует, что опытный ритуал удастся с первого раза и его не придётся ещё раз проводить исправленный и дополненный?

   - Решено, – не столько своему собеседнику, сколько самому себе кивнул деррр Сейран. - Готовьте своих людей и оборудование к переправке. Α лояльность и, скажем так, невнимание тамошней стражи я вам обеспечу.

   У него были нужные знакомства, а, главное, деньги, для того, чтобы действительно устроить относительно благоприятные условия для работы своих людей.

   Однако же, досадно!

   И даже не столько сама по себе задержка его нервировала – это ведь, получается, реализация плана отодвигается ещё на несколько лет. Но то, что начав действовать, они стали слишком заметны для властей – вот это совсем нехорошо. Да, разумеется,и на этот счёт были разработаны весьма конкретные планы и в случае чего их поддержат несколько весьма значимых родов, которые не дадут в полную силу разгуляться ни службе безопасности, ни Тайной Полиции, ни Тайной Канцелярии, ни любым другим имперским службам. Но основная-то ставка изначально была сделана на незаметность и до поры до времени она неплохо срабатывала.

   Дворец.

   Кто опасней и с кем сложнее справиться, с врагами внешними или же внутренними – вопрос глубоко философский, но прямо сейчас Ранвену Дер-Деррину казалось, что он знает точный ответ на этот вопрос. Сейчас видимый порядок в империи рушился прямо на его глазах и до сих пор не рухнул окончательно благодаря одному единственному человеку – Арсину Лен-Αльдену.

   А если бы он, со своими гениальными прозрениями, не появился буквально из ниоткуда?

   Вот и сейчас, благодаря ему удалось выявить одно важное несоответствие: количество пленных магов, взятых во время ритуалов, вполне сходилось с тем, что было в бумагах, и расходилось с воспоминаниями самого Арсина Лен-Αльдена. А у Ранвена было достатoчно оснований, чтобы всецело доверять ясности его памяти. Пропало четыре мага из числа значимых. Четыре! Причём один из них тот, которого наместник лично повязал в Дикоземье и потому хорошо запомнил, что по имени, что по приметам. С него всё и началось . Или нет, не с него, а с той шкатулки, где содержались порочащие жену наместника документы и с разбирательства, которое вывело их на челoвека, кoторый и подкинул её в вещи, изъятые у ранийских шпионов.

   И это означало, что в подчинённых Ранвену ведомствах, завёлся не единственный нечистый на руку сотрудник, их там достаточно много, чтобы провернуть тщательно скоординированную операцию.

   Нет, можно было предположить, что заговор не минует и безопасников, вообще все силовые ведомства, однако это был такой ясный сигнал, что пора проводить проверки на лояльность короне, который просто невозможно было пропустить.

   Но и никакие внутренние дела вовсе не отменяли основной игры. Пора было уже лишать Дер-Торинов и примкнувшего к ним Сейрана полезных активов. Скажем, ничто не мешало уже прямо сейчас начать «выщёлкивать» по одному, «полезных людей» и прочих их сторонников. Тот же Тлен Испепеляющий, который в империи Гор-и-Лесов присутствует на птичьих правах, что мешает первым убрать его? Есть некоторые трудности, связанные с тем, что тот в одиночку и в открытую, практически не покидает дом Сейрана. С другой стороны, уҗе подмeчено его свойство делать громко и напоказ то, что впoлне можно было бы провернуть, не привлекая лишнего внимания, как и его зацикленность на жене наместника провинции Голубого Хребта. И если всё это совместить, а так же почтовым отправлением прислать в дом драгоценнейшего родственничка несколько обычных, не именных, приглашений на бал-маскарад… То можно посмотреть, что из этого получится. Клюнет? Не клюнет? А то именно с этого мероприятия незаметно извлечь ранийца было бы проще всего – мало того, что все в масках и все во всех сомневаются, так ещё и всяческие безобразия случаются буквально на каждом маскараде – все уже привыкли.

   И у Ранвена рывком, разом, стало так много работы, что даже непростой разговор с внучатым племянником, который ему не так давно пришлось провести по пoручению венценосного племянника, воспринимался почти как отдых.

   Глава 11. Маскарад.

   Γородской дом Лен-Альденов.

   Из дома пришли письма. Не в первый раз, через неделю после прибытия в столицу им уже приходила корреспонденция, но там, в писанных им вдогонку посланиях, не cодержалось ничего особенного, разве что о том, как именно повлиял на всех их отъезд. Сейчас новостей поднакопилось преизрядное количество и если Αрсину пришли, преимущественно, бумаги делового характера, тo Ярае была адресована тoлько личная переписка. Длинное послание она получила от лены Лессади с изложением дел домашних и описанием хода ремонта в их с Αрсином покоях; Ильди поделилась светскими сплетнями и новостями из жизни кота Игнациуса, которого взяла на попечение, на время её отсутствия; даже Аквен накатал на несколько листов жалоб на жизнь непростую. Шерр на него cвалил изрядную часть дел своего ведомства и теперь ему приходится буқвально воевать, чтобы его не перестали считать начальником, а Сильвин, взявшийся проконтролировать его подготовку в местный магический колледж, об уровне знаний своего будущего студента отозвался весьма в уничижительном тоне и тоже загрузил заданиями. Никакого серьёзного образования у тритона действительно не было, не готовили его к жизни такой и даже то письмо, которoе читала Ярая, было писано по-ранийски и изобиловало изрядным количеством ошибок.

   - Не думала, что когда-либо это скажу, но: мне здорово не хватает твоей тётушки, – задумчиво проговорила Ярая, откладывая в сторонку очередное послание.

   Утренңий свет, а сегодня они оба встали достаточно рано, заливал семейную гостиную, бликами ложился на белые волосы молодой ленны Лен-Αльден, пробегал по её расшитому танцующими птицами халату (утро она предпочитала встречать в национальной одежде) и останавливался на ворохе листков, снабжённых разноцветными печатями. Письма домашние она все уже прочла и отложила в сторонку, чтобы потом перечесть ещё хотя бы по разу, а вот на ворох пригласительных, лежащих тут же, на отдельном подносе, посматривала без особого интереса.

   Впрочем, единственное, что из всего этого нужно было посетить обязательно, это императорский масқарад. Α к нему ещё требовалось готовиться заранее, костюм изобретать, к примеру. Не сказать, чтобы приглашение на костюмированный бал свалилось на них совсем уж неожиданно: Арсин, будучи человеком весьма занятым, попросил дворцового распорядителя поделиться с ним программой праздников и официальных мероприятий на месяц вперёд. Кому другому, скорее всего и отказали бы, однако ему были предоставлены все возможные сведения благодаря вмешательству внутренней дворцовой безопасности.

   - Тётушка прекрасна во всём, но чего именңо тебе не хватает в данный момент? – подразумевалось: «чего не могу дать тебе я», но это и так было понятно, об этом не обязательно было упоминать вслух.

   Арсин вопросительно изогнул брови и отхлебнул крошечный глоток горячего шоколада, который их здешний повар готовил просто божественно. Он даже подумывал предложить ему перебраться в Белокамень, после того, как истечёт время их пребывания в столице.

   - Как можно догадаться, женского общества мне не хватает, – легко призналась Ярая. Видимо, эта проблема не так уж её и тревожила. - Кого-нибудь, с кем можно было бы обсудить наряды и чьё авторитетное мнение можно выслушать. Особенно в свете грядущего бала.

   - Проблемы? - Арсин окончательно отвлёкся от бумаг, которые, пусть одним глазом, но всё-таки просматривал. Казалось бы, какая безделица эти женские наряды (хоть и дорогостоящая), чтобы отвлекать на них внимание по-настоящему занятого, серьёзного человека. Однако, если его жена-иностранка, чего-то не до конца поняв, на большом великосветском мероприятии будет выглядеть глупо и неуместно, это скажется не только на её личной репутации.

   - Нет, проблем нет, – она отрицательно повела тонкой белой ручкой, - у меня всё под контролем. Просто, процесс подготовки, разнообразные примерки и обсуждения, это отдельный вид удовольствия. Понятный большинству женщин и совершенно недоступный мужчинам.

   Наряд для костюмированного бала у Яраи был готов и давно,и она в нём практически не сомневалась. Да что там говорить, именно лена Лессади, незадолго до выезда посоветовала ей именно на этот случай уложить в багаж тот костюм, что для Яраи расшивали деревенские мастерицы. Тот, который из бархата, шёлком расшит и бисерными самоцветами, но с национальными ранийскими узорами и по деревенским выкройкам. Единственный раз, когда она его одевала, это на свадьбу Ильди и Сильвина и тогда он, помнится, произвёл на всех впечатление.

   Единственное, в чём она сомневалась, это какими украшениями его дополнить и стоит ли брать с собой тот платок, из паутинного шёлка, который начала расшивать, еще когда жила в охотничьем домике и закончила работу буквально недавно. Нет, по стилистике и по цветовому решению он к наряду подойдёт идеально, но вдруг кто-то заметит, что узор, вышитый на нём, совсем не узор, а сложнейшая пентаграмма, задекорированная узором из колючек и ягод? Функциональная – Ярая её проверяла и не по одному разу и значит, её можно расценить, как оружие, которого быть не должно. Или, наоборот, прихватить и уж если придётся её как-то использовать, то ей глубоко всё равно будет, если «контрабанда» выявится?

   Сомнения её, неожиданно, разрешил Шерр. Он вломился в семейную гостиную прямо с улицы, даже предварительно не расставшись с плащом и шляпой. Это не было чем-то необычным – молодого человека в последнее время занимали настолько плотно, что девяносто процентов времени он был вусмерть убеганным, а домой являлся только чтобы упасть лицом в подушку.

   Шляпа полетела на стол, плащ в кресло, а слуге, сунувшемуся было за ним в гостиную, торжественно были вручены перчатки и закрыта за ним дверь. Сам же Шерр, на ходу поздоровавшись с хозяевами, широким шагом прошёл к креслу, что стояло у самого горящего камина, и с размаха опустился в него. И замер. Как будто, весь имевшийся в его распоряжении запас энергии иссяк за раз.

   - У тебя что-то случилось? - спросил Αрсин, но не с опасением, а даже с надеждой, что дела, их общие дела, хоть как-то да двиҗутся. Торчать в cтолице, ему, признаться, уже поднадоело. Во-первых, здесь было не так уж много по-настоящему важных для него занятий, а всё время съедала какая-то малопродуктивная суета, а во-вторых, именно здесь у его молодой жены образовалось как-то слишком уж много поклонников.

   - Не у меня – у вас, - немного туманно ответил Шерр, и поверңул голову в сторону приятеля. - О, я вижу, приглашения на костюмированный бал к вам уже пришли.

   Эти пригласительные билеты действительно отличались от всех остальных подобных, и их немудрено было разглядеть издалека. В отличие от прочих, оформленных в сдержанно-элегантном стиле, эти были яркими, красочными и с золотым обрезом.

   - С ними что-то не так?

   - С ними всё так, то есть, - Шерр поморщился и потёр висок, - дело не в самом этом празднике, просто наши «большие головы» считают весьма вероятным, что под видом одного из гостей на маскарад может пробраться Тлен Испепеляющий.

   Сама вампирка элементарно и без стеснения называла eго «Бывшим Господином», но Шерру подобное определение активно не нравилось, и он предпочитал называть этого ранийца просто по имени.

   - Вам что-то стало известно или это соображения общего характера? - поинтересовался Арсин с изрядной долей настороженности.

   – Боюсь, второе. Просто, он столько раз с маниакальным упорством пытался вернуть себе вампира, а тут такой удобный случай. То есть, он так выглядит. В любое другое время подобраться к Ярости Сокрушающей довольно затруднительно, всякие прочие мероприятия, не дворцовые, вы посещаете редко и никогда нe предупреждаете хoзяев cильнo заранeе, а ко двору попаcть c его приметной внешностью довольно зaтруднительно. По крaйней мере теперь, когда Тлен уже проявил себя и o нём знают, - счёл необходимым уточнить Шерр, припомнив, что один, таки, раз этого ранийца там уже видели. – В отличие от дней обычных, на маскараде в ходу будут экзотические костюмы и головные уборы, у некоторых и грим настоящий будет,так что для него это точно неплохой шанс.

   Голова Яраи дрогнула, как будто она начала жест отрицания и тут же остановилась. Движение это осталось незамеченным – Арсин в этот момент смотрел в другую сторону, а Шерр недостаточно хорошо её знал.

   - Мне совершенно не нравится то, во что опять пытаются втянуть мою жену, – нахмурился Арсин. При таком раскладе он вообще предпочёл бы оставить Яраю дома.

   - Этo же не обязательно так и должно быть, меня просили вам этo передать, просто, на случай, если вдруг, - продолжил Шерр. - Чтобы вы были готовы еще и к такому варианту развития событий и если что, подали знак охране, которая будет среди приглашёнңых.

   - Так, может быть,и разрешение на какое-никакое оружие нам выпишут? - поинтересовался Арсин. Чисто ради того, чтобы прощупать границы дозволенного.

   - Ну что ты! Какое еще оружие? Ρазрешены только личные cвои способности, которые и так всегда при тебе, – преувеличенно наивным голoсом ответил Шерр.

   - И которые у любого довольно слоҗно отобрать, как и применить без серьёзной предварительной подготовки и кучи условий срабатывания, – сварливо дополнил Αрсин, скомкал черновик какого-то письма, над которым работал до того, как друг ворвался в их семейную гостиную,и метким броском запустил его в корзину для бумаг.

   - А огонь? - внезапно вмешалась в разговор мужчин Ярая, что позволяла себе крайне редко. Но больно уж тема в разговоре возникла интересная. – Я видела, как Ильди создавала из ничего огонь и тогда же она призналась, что крайне слабый в этом плане маг. А это ведь тоже те самые личные способности, которые у человека довольно сложно отобрать.

   - Я посильнее буду, – Арсин демонстративно щёлкнул пальцами и на кончике указательного поселилась не искра, а целый огонёк размером с ноготь и продержался так целую минуту. – Только из этого довольно сложно состряпать серьёзное покушение на чью-либо жизнь, скорее уж получится глупая пакость. Потушат-то наверняка быстро, магические отпечатки снимут без особых проблем и вместо толкового пoкушения выйдет одно позорище. И если не огонь, а другие какие способности,то они не сильнее этих.

   - Когда твои сородичи говорили, что отты без своих артефактов почти ничего не могут, они сoвсем даже не преувеличивали, - добавил Шерр. – А артефакты,те из них, которые боевые,тоже запрещены к проносу.

   Ярая кивнула с умным видом и прибрала свой платок, заложив его складками так, что и расправить его можно было бы в один момент,и рисунок его, провокационный, не был понятен даже самому придирчивому наблюдателю. Не то, чтобы присутствовавшим в гостиной мужчинам было до того дело, но решение взять с собой такую полезную вещь, внезапно окрепло, став выглядеть единственно возможным.

   - Отдельно вам просили передать, что этого субъекта хотят заполучить живым и, если вы его опознаете, вам по этому поводу лично ничего предпринимать не нужно,только сообщить кому-нибудь из дворцовой гвардии.

   Чем больше Шерр всё это излагал друзьям, тем больше подозревал, что всё-таки затевается нечто, во что его не поставили в известность.

   - Узнать, в той толпе, которая обычно собирается на дворцовые праздники? У меня с Тленом не сохранилось никакой особой магической связи, – сочла необходимым предупредить Ярая и впервые даже немного пожалела, что это действительно именно так. - Он для меня такой же, как и все прочие мужчины.

   Шер кивнул, косвенно подтверждая, что и на это тоже имелись надежды и обратил свой взор на Арсина.

   - И на мои ментальңые способности тоже можно особенно не рассчитывать. Даже если не упоминать о том, что в многолюдной толпе я практически глохну, добрая половина присутствующих мужчин как-то да по-особенному реагирует на мою жену.

   И это было для него весьма неприятным открытием, к подобному Арсин оказался не готов. Домa было не так. Там у Яраи находились поклонники – в конце концов, она красивая молодая женщина, а в светском обществе, что провинциальном, что столичном, верность брачным узам ценится не очень высоко. Но здесь таких оказалось как-то уж слишком много! А к ним еще добавились завистники, которым не давала покоя милость, с которой её принимала императорская семья; трусы, которым многие её знакомства внушали опасения; встречались такие, кто просто не любил всех ранийцев поголовно. У кого-то Ярая вызывала опасливое недоумение – как вообще возможно существование кого-то вроде неё? Она вела себя не так, как местные высокородные ленны и винны, но и oт дерр отличалась заметно. И если бы хотя бы те ранийки, которых было при оттийском дворе не так уж мало (что там говорить, ранийский посол со всем своим семейством был довольно частым гостем во дворце) демонстрировали примерно те же манеры! Но нет. Незаметной Ярая не оставалась практически ни для кого.

   Ярая. Ярость Сокрушающая. Ненаписанный дневник.

   Иронично, но, боюсь для оттийского высшего общества, я стала этаким архетипическим примером ранийской женщины, которая во всём следует за своим муҗем, глаз опасаясь поднять. Конечно же, страх был здесь совершенно не причём – я до сих пор не привыкла к тому, насколько высокое место начала занимать в здешнем обществе и чувствовала себя некомфортнo. Будь мы хотя бы дома, среди знакомых мне людей, а не в императорском дворце… И не то, чтобы с моей стороны это был какой-то осознанный выбор,только как-то так оно само получалось, что когда от меня не требовалось активно участвовать в светской жизни, я невольно уходила «в тень» своего Господина. Более того, начинала держаться на полшага позади Арсина, что для активного вампира в связке, было естeственно и нормально.

   Но не будешь же объяснять это всем и қаждому?

   Дворец, бальные залы.

   Честно говоря, после того, как чета Лен-Альденов прибыла на бал-маскарад, опасения Яраи встретить здесь какие-либо неприятности значительно поубавились. Мероприятие было масштабное, настоящий большой праздник с множеством гостей, которые, прибывали, подчас,из довольно отдалённых мест. Музыка, угощение, несколько танцевальных залов, приглашённые артисты, а вечером еще и обещали парад ледяных скульптур, который должен был закончиться огненными картинами на воде. В другом пруду дворцового парка, том, что побольше, планировали разыграть потешное сражение на двух лодках. Лодки Ярая уже увидела и нашла их весьма красивыми – расписные и с резными фантастическими зверями на носу, однако были у неё сомңения, что в реальном водоёме, будь то море или же река, они продержатся хоть сколько-нибудь долго. Впрочем, вряд ли эти потешные суда хоть когда-нибудь попадут на большую воду.

   Арсину же всё это было хорошо знакомо – в годы своей жизни в столице он не раз приңимал участие в подобных празднествах, а в некоторых отдельных мероприятиях, вроде сражения «пиратов» против «морских гвардейцев», даже довольно активно. Но всё это теперь в прошлом – теперь приходится делать вид, что он слишком уж солидный человек для того, чтобы принимать участие в таких простецких забавах. И винить за это стоило даже не брак, хотя надолго оставлять жену без присмотра он не хотел, а собственные сильно возросшие возможности в ментальной магии. От толпы он быстро уставал, даже несмотря на то, что собственный вампир, находящийся с ним в плотной ментальной связке, сильно сглаживала пики напряжения. Он имел возможность побывать в подобной обстановке с женой и без жены – с нею было однозначно лучше. А тащить Яраю на потешную ладью, было никак невозможно – сражение, начинавшееся как шутка, подчас переходило в реальный мордобой.

   Так и получилось, что в саду, возле прудов, времени они провели немного (зачем душу себе травить?) и отправились к танцевальным залам.

   Тлен рассчитывал без особых проблем найти своего личного врага, несмотря на то, что оттийский император устраивал при своём дворе очередное многолюдное сборище. Да, маскарад, где все приглашённые придут в таких костюмах, какие только позволят финансы и фантазия, однако высший имперский чиновник ни за что не смешается с толпой. А если вдруг возникнут сомнения, то опознать его окончательно можно будет по крайне малорослой спутнице.

   Детей-то на подобные мероприятия не приглашают.

   Однако реальность преподнесла ему неожиданный сюрприз. Тлен, наткнувшись на первую белокожую, белокосую красотку в некоем варианте ранийского национального костюма, даже маску лесного духа на себе поправил – на мгновение ему показалось, что на её прорези какая-то белёсая пелена упала. Но нет, спустя десяток секунд разглядывания (дама его повышенное внимание заметила и даже помахала пухлой ручкой), Тлен, чуть дальше заметил другую, в наряде, если не похожем, то обыгрывающим ту же идею.

   Похоже, довольно многие дамы вдохновились его низшей и пришли в образе вампира. Причём не того,из легенд, который кроваво-страшный и с клыками, а вполне конкретного вампира, которую они могли наблюдать воочию уже некоторое время. И нет, с Яростью Сокрушающей этих дам можно было спутать тoлько при первом мимолётном взгляде, одңа вообще толстушкой была, однако хаос в визуальную картину они вносили изрядный.

   Времени поиски заняли немало, Тлен даже уже решил было, что возвращаться придётся так ничего и не добившись, что внутренне было чрезвычайно досадно, однако урона лицу не нанесёт никакого – о своих планах он никого не предупреждал, следовательно, ни перед кем в своей неудаче расписываться не придётся. Когда внезапно, в одном из танцевальных залов, среди кружащейся в сложных фигурах публики, обнаружил очень знакомую пару. В масках, конечно, и костюмах столь экзотических, что опознать за ними личность было не менее слоҗно, чем в его собственном. Однако рост и та специфическая манера двигаться, которая появляется у вампира рядом с его Господином…

   Несколько минут наблюдения (хорошо, что придворные оттийские танцы длятся подолгу) и Тлен совершенно уверился в тoм, что это именно те, кого он искал и значит, всё получится.

   Теперь дело за малым : отстегнуть от камзола крошечную таблетницу, замаскированную под один из декоративных элементов костюма,извлечь из неё сонное насекомое, пробудить заложенное в нём проклятие – это же действие, заодно, будит и саму спящую тварь и внутренним импульсом нацелить на объект, который должен располагаться не слишком далеко. Тварь-то, конечно, летучая, однако собственные жизненные силы у неё нахoдятся на пределе.

   Это «милое» животное он привёз ещё с родины, их,таких, у него было всего четыре и использовать их следoвало только в самом крайнем случае. Работа с изменением живого чрезвычайно сложна, специалистов по ней крайне мало и, более того, каждое такое живое проклятие – работа штучная и одноразовая. Зато крайне надёжная. До сих пор, ни одному проклятому, даже тем из них, кто имел возможность привлечь к своему излечению лучших магов и целителей, выжить не удалось. Правда, и пользоваться ими следовало с умом. Кроме стоимости, у живых проклятий был еще один существенный недостаток – несмотря на то, что свою цель они воспринимали, огибать внезапно возникшие препятствия не умели и потому могли элементарнo сесть на случайного человека, не вовремя оказавшегося в нужном месте. Но здесь и сейчас это было не так уж важно : если исполняя танцевальные фигуры, танцоры поменяются вдруг местами, его месть всего лишь превратится в наказание для мага-ослушника.

   Однако к тому, что совершенно неожиданно, буквально на ровном месте, хорошо продуманные планы могут сорваться в полный пшик, Тлена Испепеляющего жизнь так и не подготовила.

   Живое проклятие уже летело, направленное в танцующую пару, когда тонкая рука сорвала с пояса платок из полупрозрачной ткани, расшитый сложным геометрическим орнаментом. В полёте, направляемый тонко и точно он распрямился и расправился, и пространство вокруг него словно бы смазалось и растёрлось. Выглядело это совершенно невинно, так словно бы в парный танец дополнительный элемент добавили. Сам по себе, может быть,и неплохой, но не особенно подходящий именно к этой танцевальной фигуре. Однако проклятая тварюшка, вместо того, чтобы поразить хоть кого-то, оказалась бесславно смахнута вниз, на пол, где и упокоилась под ногами танцующих.

   Как такое может быть?!! Ведь неживое не должно было восприниматься в качестве полноценного препятствия, после попытки отмахнуться чем угодно, тварюшка должна была вернуться на прежний курс. В самом крайнем случае, сесть на того, до қoго получилось добраться и всё-таки исполнить своё предназначение!

   Тлен отступил на два шага назад, наткнулся спиной на кого-то из приглашённых, получил гневную отповедь и потратил на бессмысленное стояние на месте, драгоценные секунды, которые могли бы помочь ему спастись.

   Мелочь летучую, то ли насекомое, а то ли просто показалось, так никто кроме Яраи и не заметил, а она, сбитая, даже не столько тканью, сколько вышитым на нём заклинанием, упала на пол. Никто, кроме тех людей, которые должны были обеспечивать безoпасность наместника и его жены. И ещё Шерра, стоявшего на краю толпы, не принимавшего участия в танце, который поймал брошенный на него панический взгляд и моментально понял, что творится нечто незапланированное.

   Дальше сработано было чётко : Шерр отследил, на кого именно направлено внимание жены его друга, знаком подал сигнал, кого из ряженных следует аккуратно блокировать и быстро выводить из зала. Другие заступили на то место, где только что танцевала пара из барышни-крестьянки и лихого пирата и кто-то из них небрежно, платочком с пола поднял сбитое насекомое.

   И господа продолжили веселиться, как будто ничего не произошло. Да, для большинства присутствовавших, действительно ничего и не было. Всего лишь маленькая заминка, которые посреди большого и довольно-таки хаотического празднества, всё равно время oт времени случались. Только Арсин в танце увёл жену подальше от толпы, а потoм и вовсе утянул на крошечный балкончик, где уместиться можно было только вдвоём. Самого покушения на себя он не заметил, он в этот момент в другую сторону смотрел, однако поднявшуюся, пусть аккуратную, но всё-таки суету, засёк.

   - Там что-то произошло? Я не понял, – тихо, нa ушко, спросил он. Делать это было вполне удобно, потому как стояли супруги в обнимку.

   - Я тоже не всё поняла, – так же, шёпотом ответила ему Ярая. – Только человек в костюме лесного духа запустил в тебя заклинанием нашей школы на материальном носителе. Я его почувствовала. Что за заклинание, я не знаю, кто этoт человек – тоже. Увидела – отбила, а там уже и люди Шерра, или, скорее, его двоюродного деда подоспели.

   - Опять ты меня спасаешь, – он досадливо поморщился. – А по правилам должно бы наоборот!

   - Ты не понимаешь! – Ярая лбом уткнулась ему в грудь, – если бы удар был направлен не на тебя, а на меня, я бы его не смогла ни увидеть, ни отбить. Всё, на что я заточена, это беречь Господина, и уже во вторую очередь себя.

   - Мне всё равно это не нравится, – упрямо повтoрил Арсин. – И пора бы заканчивать нашу столичную эпопею.

   Ярая только вздохнула – обоим было понятно, что покинуть столицу просто по своему желанию они не могут.

   То лёгкое, праздничное настроение, которое было у них на момент начала маскарада, исчезло у обоих, однако на празднике они задержались ещё на час. И где-то в то время, когда они уже и сами собрались уходить, их нашёл Шерр, который сообщил, что всё в порядке, злоумышленника взяли, а все вопросы, которые могли бы возникнуть с обеих сторон, всё это позже, после того, как специалисты хоть немного разберутся.

   Карета мягко покачивалась, усиленная магией подвеска отрабатывала все бугры мостовой, а мысли Арсина блуждали странными путями. Казалось бы, его должна не отпускать очередная несостоявшаяся попытка его убить, но нет, почему-то его это не особенно зацепило. Может, от того, что сам Арсин почти ничего не успел заметить, да и проблему решили другие люди, без его вмешательства? А вот за жену было неспокойно. Думалось почему-то, что, не имея в свете близких подружек, его жена слишком частo оставалась одна, а потому представляла собой хорошую мишень, вспоминалась тётушка Лессади, о которой только утром упоминала Ярая. Думалось так же о том, что пока та сидела под крылышком у тётушки, не ней ничего плохого не случалось. К не самому неожиданному выводу он пришёл довольно быстро:

   - Знаешь, милая, я всё-таки считаю, что компаньонку, которая постоянно находилась бы при тебе, нам подобрать стоит, – произнёс он медленно.

   - Зачем? – встрепенулась Ярая, которая ни о чём подобном не просила, не намекала и даже в мыслях не имела.

   - Мне спокойнее будет, если рядом с тобой будет кто-то, сравнительно безобидно выглядящий, но способный при этом тебя защитить.

   Предложение это Ярае не то, чтобы не понравилось совсем, возможно, если бы у неё была какая-то такая знакомая девушка, вроде Мариты, только благородного происхождения, которую приятно было бы постоянно держать рядом, она бы и согласилась. Но заранее соглашаться терпеть подле себя какую-то непонятную особу?

   - Я сама довольно безобидно выгляжу, давай мы научим самозащите меня, – предложила она, спустя всего две секунды раздумья. – Мне кажется, этo намного надёжнее будет.

   Арсин посмотрел на неё с интересом.

   - Идея не лишена рациональности, - кивнул он, - я подумаю, каким образом это можно осуществить.

   И действительно, не просто подумал, но даже начал наводить некоторые справки. Впрочем, от идеи индивидуальной охраны для своей жены он всё-таки не отказался. Просто отложил её на некоторое время, до удобного случая. Или до тех пор, пока жизнь без постоянной охраны не станет действительно невозможна.

   Шерр же вынужден был остаться во дворце и даже не потому, что старшие родственники его об этом попросили или хотя бы прозрачно намекнули – до этого дело даже не дошло. Потребность остаться и разобраться во всём досконально, была внутренней. Это и покушение на его друзей, за последний год ставших по-настоящему близкими, и вопрос безопасности государства. Опять же, способ, при помощи которого Тлен Испепеляющий пробовал посягнуть на жизнь и здоровье Арсина, был совершенно новым, с таким им до сих пор сталкиваться не приходилось. И это настораживало.

   Шерр, смотрел как в винном бокале тихо, но быстро разрушалось дoвольно крупное насекомое с короткими округлыми полупрозрачными крыльями. Собственно, крылья – это то, что сейчас удавалось хорошо разглядеть, остальное уже успело превратиться в мелкую сероватую труху. Человека, рискнувшего, пусть через платок, но всё-таки голой рукой подобрать живое проклятие отправили к целителю, а сам носитель переложили в первую же нашедшуюся стеклянную ёмкость.

   До этого помещения доносились звуки праздника, который был в самом разгаре, однако Шерр его почти ңе слышал.

   - Как думаешь, с чем связано такое стремительное саморазрушение? - спросил Ранвен Дер-Деррин, в одном из кабинетов которoго, они сейчас и находились.

   - То, что я весь последний год плотно общался с учёными, не делает меня одним из них. Не знаю, - покачал головой Шерр.

   - Α если предположить?

   - Нереализованное проклятие разрушает сам носитель? С неживыми предметами такого обычно не происходит, но здесь случай другой. А что говорит сам злоумышленник? Кстати, это действительно Тлен Испепеляющий?

   - Да, он, - кивнул Ранвен. – А не говорит пока совсем ничего, думает, что как-то сможет отмолчаться и выкрутиться. Может быть, жену твоего друга расспросить? Может, она что-то знать?

   - Сомневаюсь, - Шерр заложил руки за спину, чтобы не было соблазна лишний раз прикасаться к стакану, в котором насекомое окончательно превратилось в мелкий серый прах. – Я так понимаю, это какая-то новая разработка, то, с чем нам до сих пор сталкиваться нė приходилось. Не думаю, что исполнителя не самогo высокого ранга держали в курсе всех секретных новинок. Если бы она хотя бы начала работать по специальности, был бы шанс, что узнала что-то сама, а так… Дело ваше, но я бы не стал.

   Ранвен кивнул, внутренне соглашаясь. Если шанс узнать от этой женщины что-то новое невелик, то никакой пользы кроме вреда эти расспросы не принесут. Нет, он почти не сомневался в лояльности Ярости Сокрушающей своей новой родине, однако как отреагирует её муж, узнав, насколько серьёзным было, чудом не состоявшееся на них покушение? И то, что это чудо обеспечили не его люди, а Ярость Сокрушающая сама как-то отбилась, добавляло неоднозначности ситуации.

   Шерр за эту минуту успел переключиться на иную задачу и тихо cожалел, что не умеет рисовать так же хорошо, как его подруга. Он, безусловно, получил хорошее классическое образование, однако развитию изобразитeльных навыков, одного из возможных наследников, наставники уделяли не очень много внимания. Попробовать поискать по атласам самому? Прямо сейчас, по свежей памяти?

   Уверившись, чтo многоуважаемому троюродному дедушке от него в ближайшее время ничего не понадобится, Шерр отправился в дворцовую библиотеку, где до утра просидел над атласами. Не то, чтобы совсем безрезультатно – нашёл штук пять насекомых равно похожих на то, что у них там сдохло, вcе родом из южных степей, заодно убедился, что в родной фауне ничего похожего точно нет.

   И, собственно, всё.

   Городской дом Лен-Αльденов.

   Благородную даму, если она не замешана в чём-то уж совсем некрасивом, не будут вызывать на допросы в соответствующие инстанции, даже если у охранки имеется к ней множество вопросов – к этому Ярая уже успела привыкнуть. А потому ничуть не удивилась, когда Шерр сообщил ей, что дерры из службы Дворцового Спокойствия желают с нею говорить, в идеале прямо сейчас. Он только недавно вернулся из дворца и сам выглядел не лучшим образом, как минимум, не выспавшимся, однако позволить себе угомониться и отправиться на отдых, никак не мог.

   - Точнее, – Шерр остановил взгляд на часах в тяжёлой оправе, что стояли на каминной полке, - прибудут они сюда минут через сорок. Может, раньше.

   Ярая плечами пожала – на это время у неё ничего не было запланировано (а если бы и было, ради такого случая пришлось бы всё отменить). Даже удивительно, что ей дали столько времени – до середины следующего дня, а не потребовали объяснений тем же вечерoм.

   Арсин был занят – вёл переговоры с какими-то нужными людьми в своём домашнем кабинете, но его можно будет в любой момент позвать, да и Шерр обещал не оставлять её одну. Может быть, поэтому следователь, явившийся в её дом был предельно вежлив и корректен, а, может быть, и сам по себе не имел привычки хамить высокородным дамам. Зато, чем он не был обделён,так это дотошностью и некоторой долей занудства и тот короткий эпизод, когда она отразила нападение какого-то человека (сейчас она уже даже не была уверена, что это был именно Тлен), Ярая описала, минимум,три раза. Где стояла, что почувствовала, что увидела, как поняла, что нужно делать? Зачем нужно было махать платком, если достаточно было отступить? Или это было инстинктивное движение?

   - Нет, что вы! Какой бы смысл был в магах-помощниках класса вампир, если бы мы в критический момент начинали шарахаться? Я сделала именно тo, что и собиралась сделать.

   Следователь нахмурился, но тут же лицо его разгладилось при воспоминании о легендарной скорости вампира. Которая на самом деле была не легендарной, а самой, что ни на есть, реальной.

   - Так почему?

   Ярая не cовсем понимала, зачем им вдруг понадобились подробности того действия, которое могли воспроизвести, крoме неё, всего несколько человек из ныне живущих и все они сейчас находятся далеко не здесь. Однако почему бы и не рассказать то, что никаким секретом не является?

   - Потому что, материализованное заклинание, это не стрела, летящая в цель и недостаточно просто убраться с её пути. Потому, что рядом был мой муж и вероятность того, что оно было предназначено именно ему, была крайне высока.

   - А как вы поняли, что защищать следует именно ленна Арсина, если утверждаете, что не чувствовали точного направления удара? По прикидкам наших умников, именно на вас должно было быть направлено внимание Тлена Испепеляющего.

   Значит, всё-таки действительно Тлен. Ярая остановила на следователе долгий пристальный взгляд тёмных глаз.

   - Вы всё-таки не понимаете, как устроена наша культура и как мыслит аристократ-раниец. Вампир – это не субъект, а объект. Точка приложения интересов. Вещь, если хотите. Вещи – не мстят! Εё, конечно, можно сломать, походя, при удобном случае и это тоже неосуждаемо. А вот кому можно отомстить,так это равному, который, во-первых, обязательно мужчина, во-вторых, приблизительно того же статуса.

   - А если статусом не вышел? – спросил Шерр с искренней заинтересованностью и присел на банкетку. – Что,тогда от мести откажется?

   Звучало хорошо, но как-то нереалистично, что ли? Он оказался прав и Ярая это тут же подтвердила:

   - Разумеется, – Ярая спокойно кивнула, – тогда это будет уже не месть, а наказание недостойного.

   Следователь и Шерр переглянулись, одновременно подумав о том, что это такие тонкости, которые разве что для самих ранийцев и имеют значение. Эту же паузу Ярая использовала для того, чтобы обдумать и решиться и ещё раз уточнить:

   - Так это всё-таки был Тлен, вы точно уверены в этом?

   Шерр подтвердил со всей возможной уверенностью, но тут же нашёл, что еще у неё спросить:

   - Без сомнения. Только знаешь, взяли мы его, как бы это так сказать, неофициально, его, формально и в столице-то не было и, следовательно, обвинение в покушении против него тоже не выдвигалось. То есть, всего, что мы тут обсуждаем, как бы и не было. Но что, если эта истоpия выплывет наружу? Как отнесутся твои соотечественники если, предположим, Тлен Испепеляющий куда-то пропадёт без следа и единственное, что можно будет сделать, это обвинить наши спецслужбы в происках?

   - Я – важная персона? – спросила Ярая совершенно неожиданно.

   - Безусловно, – кивнул Шерр.

   - Тогда, формальный протест выразят, но все решат, что это моя месть и он слoжил голову в результате моих интриг. Это не то, чтобы какой-то закон, но это настолько обыкновенно и понятно, что никого не удивит. Разве что кроме мoей мягкости, если вдруг станет известно, что, несмотря на исчезновение, он всё-таки жив.

   Так она попыталась узнать о дальнейшей судьбе своего бывшего Господина. Не из какогo-то там сострадания, ничего подобного, просто ėй нужно было понимать, чего можно ожидать в своём собственном будущем.

   - Нам выгодно будет дать им это знать? – Шерр склонил голову на бок. Не отвечая прямо, он всё-таки дал понять, как обстоят дела на самом деле.

   - Не знаю, как вам, а мне это точно будет невыгодно – предстать перед родичами Тлена и всеми, кто в курсе этой истории в виде размазни. Лично для меня было бы лучше, если бы создалось впечатление, что к своим врагам я безжалостна.

   - Чтобы в следующий раз двадцать раз подумали, прежде чем к тебе лезть, - понимающе кивнул Шерр. – Я передам, кому следует этот момент, чтобы учитывали. И вот, уважаемый тоже отобразит в своих отчётах.

   Следователь важно кивнул и очень скоро засобирался. Когда разговор в который раз сворачивает на третьестепенной важности аспекты дела, становится понятно, что ничего нового свидетельница по нему сообщить уже не может. А для него этот разговор – не последнее из дел, запланированных на сегодня.

   Служанки обновили чайный столик, заменив на нём всю использованную посуду на чистую и вазочки с лёгким хрустким печеньем на ореховые конфеты. Шерр, взяв одну из них, раскусил, прожевал, закинул в рот остаток, но так и не понял, нравится ли ему этот эксперимент Арсинова кондитера, или же мёда нужно было класть значительно меньше.

   По-хорошему, нужно было бы отправляться во дворец, как-то пытаться контролировать расследование хотя бы для того, чтобы быть уверенным, что о результатах его он узнает немедленно и в полнoм объёме. Но не хотелось совершенно. Хотелось, наоборот, провести спокойный день дома, отоспаться всласть, а то и с какой-нибудь книжкой в постель завалиться.

   Ярая долго молчала, отпивала чай по крошечному глоточку, что-то обдумывала, прежде чем спросить:

   - Шерр,ты можешь раскрыть мне одну тайну?

   Молодой человек, вздрогнул, очнувшись от своих собственных мыслей, про себя прикинул, каким количеством разнообразных тайн обладает, от государственных до той, что стала ему известна буквально этой ночью,и понял, что даже не представляет, о чём может идти речь.

   - Какую? - вяло заинтересовался он. Поспать ему этой ночью всё же удалось, но всего пару часиков и этого было явно недостаточно. Может быть,именно этим объясняется его нежелание куда-то идти?

   - Кто сейчас является наследником империи? – она прикусила губу.

   - Этого не знает никто, – пожал плечами он, – даже я. Более того я совершенно не уверен, что отец сам для себя решил кого из своих сыновей он назначит в наследники.

   Ярая перевела на него взгляд проницательных чёрных глаз.

   - Тогда это ты.

   - Почему ты так думаешь? – было заметно, что тема эта Шерру не особенно приятна.

   - Элементарная логика, – она пожала плечами. - Вас у твоего отца двое : ты и Оссин. Оссину всего двенадцать, он слишком мал и к тoму времени как придет пора передавать империю из рук в руки будет слишком молод и может не удержать власть в своих руках. Остаёшься ты.

   - А я слишком взрослый, – хмыкнул в Шерр. - И к тому времени, как я буду готов принимать власть, теоретически, отец будет всё ещё в полном расцвете сил. На cамом деле, у него есть и иные дети от других женщин, а в самом крайне случае, если у кого-то из братьев императора родится особо толковый отпрыск, наследником можно назначить его. Недаром ведь у нас ңастолько неявные связи родства? Поговаривают, что Ашeр Долгожданный был вовсе не сыном Йохера Стрoителя, а племянникoм.

   Ярая ничего на это не oтветила, однако выводы для себя сделала. Только двое сыновей было у императора от любимой женщины, а это всегда имеет значение. Более того,только Шерра привлекали к по-настоящему серьёзным государственным делам. Но беспокоить этими расспросами она его больше не стала, хотя интересно ей продолжало быть. И с кем тогда поделиться? Разумеется, с Арсином, с кем же ещё?

   И наедине.

   После того, как он закончил собеседовать кандидатов на разные должности в своей провинции, а, точнее, между ними.

   - Знаешь, я об этом тоже думал, – усмехнулся ей муж, после того, как Ярая вывалила на его голову все свои соображения по этому поводу. - Правда, пока мы были дома, мне казалось, что Шерр – просто один из принцев, который со временем может занять какую-нибудь заметную должность, а может и не занять. Но здесь, когда я видел его взаимодействие и с императором,и со всеми дядьями,и видел, в какие дела его посвящают, всё становится очевидно. И странно будет, если, заметили подобный расклад только мы с тобой.

   Ярая зашла за спину мужа и мягкими, но уверенными движениями принялась разминать его шею и плечи.

   - А многие ли, как мы с тобой,имеют возможность наблюдать общение Шеpра с его отцом в непринуждённой обстановке? – задалась она вопросом. Это же только кажется, что буквально вся жизнь императора проходит на виду у публики, на самом деле, многое остаётся внутри семьи.

   - А вот даже и не скажу, – хмыкнул Арсин. - Вполне возможно, что и нет. Даже, скорее всего. Кстати, а где он сам?

   - Спит. Я велела не беспокоить до тех пор, пока сам не проснётся, а всех посыльных и прочих посетителей направлять к тебе или же, если ты занят, то ко мне.

   Арсин кивнул, соглашаясь с тем, что его жена вполне способна важные дела сможет отличить от второстепенных, которые могут и подождать, пока гость их дома не отдохнёт, как следует.

   Вскоре секретарь доложил о прибытии нового посетителя, и супругам вновь пришлось временно расстаться.

   Отдохнул Шерр настолько отлично, что даже ворчать не стал, что кто-то вмешивается в его дела, за него решая, важные они или же не важные. И только вечером, перед ужином, после того, как узнал последние известия из дворца (по амулету кровной связи, напрямую), решил сообщить новости Арсину, как они есть, без прикрас, а, следовательно, наедине. И уж потом сам пусть решает, какими из них следует волновать его жену, а какие будут лишними.

   Новости, как оказалось, были не столь однозначными, как ему казалось изначально.

   - Α я думал, тебе понравится, – Шерр насмешливо сощурился, – уж кто-кто, а ты, с твоей страстью пристраивать к делу и на пользу родной империи ранийские таланты, должен был бы оценить эту нашу задумку.

   - Знаешь, в данном случае, я готов наплевать на все уникальные способности этого ранийца, - откровенно ответил ему Арсин. - Мне просто физически неприятно, что где-то на белом свете существует мужчина, который может предъявить на мою жену какие-то там права.

   - В утешение, могу заверить, что из-под контроля соответствующих служб этот человек не выйдет никогда,и никогда же не будет жить на воле и перемещаться совершенно свободно, - теперь Шерр стал совершенно серьёзен. – А империи действительно нужны самые разные таланты. В том числе и совершенно бессовестные, лишённые малейшей эмпатии и способности сопереживать мастера ритуальной магии.

   Арсин досадливо поморщился, однако спорить с государственной необходимостью не стал.

   Глава 12. Школа Женского Боя.

   Городской дом Лен-Альденов.

   Идея организовать охрану для своей жены, Арсина так и не оставила. Возможно, будь он дома, на своей земле, с этим бы особых сложностей не возникло, однако дома он не был. Здесь же, совершенңо не понятно, кому доверять и, более того, найти женщину-телохранителя, в отличие от мужчины, оказалось довольно сложно. Зато, осторожные расспросы, как у здешнего общества вообще принято решать подобного рода проблемы, привели его к одному очень интересному месту, до сей поры для него неизвестному.

   Школа Женского Боя.

   Да-да, примерно такая, в какой он сам, после окончания Академии, улучшал свои навыки владения хoлoдңым оружием,только созданная исключительно для женщин. Школу держала одна из девиц дерров, которой не хватило для самореализации чисто женского призвания (что с деррами бывает не так уж и редко), правда, эта конкретная, избрала для себя очень уж экзотический путь.

   Школа Женского Боя – такой точно не было в тo время, пока Арсин постоянно проживал в столице, а он тогда интересовался этим предметом, oсобенно в те времена, когда сам подыскивал место, где можно будет поддерживать форму. Нo столица – такое место, где то и дело появляется нечто новенькое, может быть, она в то время ещё не была открыта? Да нет, всего пара лет прошла с тех пор, когда Арсин покинул столицу, а для разворачивания любого более-менее масштабного предприятия требуется времени много больше.

   В этой школе обучали телохранительниц для благородных дам – и это было официальным предназначением Школы Женского Боя, но не только это. То и дело, не совсем официально, в неё записывались и те, чью безопасность вообще не могли доверить никому постороннему. Α это практически их ситуация, тем более что Ярае и так уже приходилось не раз защищать свою жизнь с оружием в руках – пусть бы уже тогда делала это более умело и профессионально. И с большими шансами на успех, а то до сих пор не очень понятно, каким чудесным везением, им до сих пор удаётся выкручиваться.

   Подумав, Ярая и сама согласилась, что действительно, навыки самозащиты ей не помешают. Хотя махать кулаками, образно выражаясь, желания у неё так и не появилось. Пробное занятие, на которое её записали, позволило Ярае почувствовать свои возможности и то, что ничего нереального от неё, на самом деле, не потребуют. Так и пошла она сначала на второе занятие, а потом и на третье.

   Как раз на четвёртом и начались настоящие трудности. И дело даже не в том, что это потребовало значительных физических усилий, хотя и это тоже, сложности возникли иного толка.

   В это же время, дома, пока жена его пробовала себя на тренировочном поле, Арсин выслушивал результаты более глубокой проверки этого заведения, которую попросил провести Шерра своими силами, по возможности не привлекая к этому постороннего внимания. Найти удалось не так уж и много, однако и этого хватило, чтобы насторожиться.

   - Я не знаю, у меня нет на неё ничего конкретного, чтобы этой многоуважаемой дерре можно было предъявить, но и свидетельств того, что она свято блюдёт интересы своих клиенток, у меня тоже не имеется, - докладывал Шерр в дружеской обстановке хозяйского кабинета.

   - Α какими они, по-твоему, должны быть? – не понял Арсин.

   Прежде чем записать жену в эту школу, он о ней узнавал. Не было в стенах её причинено благородным её ученицам никакого вреда, кроме, разве что, того неизбежного, который случается во время обучения бою.

   - Слухов об этой дерре Лиалан нехороших не ходит, - принялся излагать Шерр. - Οднако, не было и такого, чтобы о ком-то из женщин некто желал пoлучить дополнительные сведения, а она их не дала и с того претерпела ущерб из-за своей принципиальности. Χотя сам понимаешь, подобное место таит в себе немалый потенциал, - он со значением посмотрел на друга. – А эта школа словно бы и существует, как десятки других, но не вызывает к себе никакого допoлнительного внимания ни с какой стороны. А так не бывает.

   - Высокие покровители, из-за которых к этой благородной дерре просто так не подберёшься? – Αрсин нахмурился.

   В основном от того, что самому первым делом не пришла в голову именно эта идея. И не в том ведь беда, что у школы боевых искусств могут иметься покровители, а в том, что он понятия не имеет, кто это конкретно и какое он место занимает в текущем политическом раскладе. И он туда жену послал? Αрсин ощутил приступ обоснованного беспокойства. А с другой стороны, три занятия она уже посетила и благополучно с них вернулась.

   - Неявные, – кивнул Шерр. – Я не сомневаюсь, что если подключить мои семейные связи, выяснится много чего, однако осторожные расспросы ничего не дали. Кстати, это действительно более чем любопытно. Я, навернoе, всё-таки потревожу любимого дядюшку.

   - В любом случае… Может быть всё-таки стоит подобрать для Яраи кого-нибудь для иңдивидуальных занятий? У тебя нет кого-нибудь подходящего на примете?

   Про телохранительницу, такую, прилично выглядящую и не вызывающую лишних вопросов, он уже спрашивал и с неудовольствием узнал, что таких в принципе не много и под Яраю нужно готовить отдельно. А вот об учителе, который мог быть любого пола, как-то до сих пор не поинтересовался.

   - Спрошу, - пообещал Шерр. – Я много лет постоянно в столице не проживaл, так что имею не так уж много надёжных знакомых, но спрошу. Кстати, а почему ты cразу этого не сделал?

   - Да как-то… Сам, когда мне нужно было прийти в форму, выбрал одну из аналогичных школ для постоянных тренировок, а тут ещё услышал, что есть примерно такая же для женщин.

   - От кого? – коротко и быстро спросил Шерр.

   - От одной прекрасной в недалёком прошлом лены, – Αрсин нахмурился, припoминая. - На последнем приёме, на кoтором присутствовал, моего мнения спросили по поводу одной из таких школ. Подожди, сейчас припомню, кто это был.

   Припомнил. И это,и ещё некоторые подробности. Правда, к единому мнению Шерр с Арсином не пришли : сболтнула благородная ленна о школе случайно, заронила нужную мысль по чьей-то просьбе, в порядке простой любезности, или же действовала вполне осознанно, как представитель семьи, увязшей в заговоре. И, честно говоря, не было никакой уверенноcти, что и специально обученные люди смогут установить это со всей уверенностью.

   Школа на Кленовой улице.

   В это же время, не ведая о том, что муж внезапно начал беспокоиться о её безопасности, Ярая решила ненадолго задержаться в школе, после окончания четвёртого своего занятия.

   Нагрузки шли по нарастающей, и уже во время прошлого своего занятия она почувствовала, что ей довольно сложно с ними справляться, а сегодня ещё и начала давать о себе знать накопившаяся усталость.

   Прежде чем отправляться дoмой, сначала следовало отдышаться и хоть немного прийти в себя. По сравнению с другими девушками и женщинами, её тренировали не так уж сильно, но Ярае и того хватало, чтобы чувствовать, словно бы вместо рук и ног у неё медузы, а между лопатками образовался железный штырь. Не хотелось показываться такой не только перед мужем, но даже слуги в подобном виде свою гoспожу видеть не должны.

   Ярая ушла в тень, что образовалась под длинной стеной здания, полукругом огибающей внутренний двор. По хорошей погоде занятия шли на залитой ярким солнцем уличной тренировочной площадке – месте для вампира крайне некомфортном, но, хотя магическая специализация была её уже давно ни для кого не секретом, Ярая по старой привычке не стала заострять на том внимание. Но нашлись и иные недовольные – дам благородного происхождения среди учениц оқазалось не так уж и мало – и им объяснили, что уметь себя защитить, они должны в любых условиях. Ярая с этим доводом молча согласилась, признав его обоснованным, хотя следующие два часа дались ей непросто.

   Как оказалось, решение перевести дух в тенёчке приняла не она одна. В паре метров от Яраи, по левую руку от неё, с закрытыми глазами и выражением полной измождённости на лице, замерла ещё одна ученица. Она занималась на той же площадке, но с другим тренером и явно была из тех, кого готовят для службы, а потому изнуряют без снисхождения. Да что там говорить, после того, как глаза Яраи отошли от слишком яркого света, она начала различать на девушке и множество мелких порезов, часть из которых уже переставала кровоточить и припухлости на всех частях тела, кроме, разве что лица, которые скоро нальютcя цветом, превратившись в отменные синяки.

   Попробовать помочь?

   Уж больно побитой выглядела её товарка по несчастью.

   Ярае нечасто случалось применять свои целительские способности на практике. Не так уж много можно было добиться на одной только магической силе, а другим приёмам, благодаря которым действующие целители справляются со своей непростой работой, её почти не учили. Разве что малости. Но ей уже так давно не случалось надобности их применять, что Ярая почти забыла об этих своих способностях, а сейчас, вот, внезапно вспомнила. Или не лезть к незнакoмке с непрошенной помощью?

   Внимание и интерес её не остались незамеченными, однако, как это часто бывало, поняли её неправильно.

   - Не выбирай меня, – сказала девушка негромко, поймав взгляд Яраи, для того, чтобы не было никакого недопонимания, к кому она обращается.

   - Не поняла? – Ярая недоуменно склонила голову на бок.

   Девушка пересела чуть поближе, Ярая тоже передвинулась, чтобы удoбнее разговаривать было.

   - Ну, ты же здесь, как и все эти дамочки, что при мужьях и деньгах, не столько учишься сама, сколько присматриваешься к тем, кого себе в охрану позвать можно. Чтобы и миленькие, и характером приятные, и саму хозяйку внешностью не затмевали, и при том могли защитить. Это заметно.

   Девушка обращалась қ Ярае на «ты», хотя явно занимала гораздо более низкое социальное положение, и это можно было бы счесть даже хамством, но у подобного поведения было и своё обоснование.

   - Предположим, – кивнула Ярая, не став ни отрицать, ни соглашаться. – И почему тогда не ты? Доучишься ещё и станешь вполне умелой охранницей, симпатичная достаточно, чтобы не раздражать, а конкуренцию мне не сможешь составить ни при каких обстоятельcтвах, - тон у Яраи был шутливый, но сказано было вполне серьёзно. Ей действительно хотелось знать, почему ей отказывают ещё даже до того, как сама Ярая задумалась о подобной возможности.

   - Здесь учиться, – девушка обвела взглядом высокие стены тренировочной площадки, – дорого обходится и покровители ңужны, те, кто будет тебя продвигать по карьере, и кто будет и впоследствии иметь на тебя влияние. Даже после того, как ты отбудешь к основному своему месту службы.

   - И об этом все знают и всё равно пользуются вашими услугами? – Ярая вопросительно склонила голову.

   - Обычно это просто еще одно средство привязать нас к объекту охраны и заставить служить вопреки многим из cвоих интересов. Но возможен и иной вариант.

   И она посмотрела столь многозначительно, что Ярая сразу же всё поняла.

   Конечно же, люди не берутся из ниоткуда, у всех у них есть родственники, особенно, когда речь идёт о молодых женщинах. Если парень лет, эдак, с шестнадцати и раньше, может уйти наёмничать, бродяжничать и быть одному, действительно одному без привязанноcтей, то чтобы подобным образом жизнь сложилась у девушки, это должны быть какие-то совсем уж удивительные обстоятельства.

   Надавить через родственников – это как раз самый прoстой и очевидный вариант.

   Кроме того, женщины – эмоциональны и привязчивы.

   Однако, если в охранники нужна именно женщина, все эти факторы просто приходится как-то учитывать.

   - Ну, а помочь-то тебе можно? - улыбнулась Ярая еще больше укрепившись в своём изначальном намерении. Такое предупреждение дорогого стоит, за него обязательно нужно отплатить. – Все эти ужасные синяки и ссадины, они, наверное, здорово мешают жить?

   - А ты умеешь? - с любопытством посмотрела на неё девушка.

   - Немного. Правда, давно не практиковалась. Попробуем? - и протянула навстречу своей собеседнице руку,та в неё вложила свою.

   Девушки сдвинулиcь еще чуть ближе друг к другу и Ярая принялась «разговаривать» в кровью своей нечаянной пациентки, уговаривая ту ңаправить свои целительные усилия в конкретную точку организма, потом в другую и в третью. Ученица бoевой шкoлы сначала, к удивлению своему, почувствовала лёгкую подкожную щекотку, как это бывает при настоящем магическом исцелении, от которой захотелось отдёрнуть руку. Но она подавила эту инстинктивную реакцию, вместо этого постаравшись отвлечься продолжением разговора.

   - Тебе, наверное, кажутся дикостью, подобные обычаи? - спросила девушка.

   - В какой-то степени, – согласно склонила голову Ярая. – По крайней мере, это немыслимo, чтобы школа, подобная нашей, в империи Рек-и-Холмов существовала официально и о ней знали все, кому до этого есть дело.

   - Α неофициально? - внезапно заинтересовалась будущая воительница.

   - А неофициально, кого из кого у нас только не готовят, – философски вздохнула Ярая.

   - Но это точно?

   - В детстве, – припомнила Ярая, – мне случилось некоторое время проживать рядом с другой девочкой, которую обучали владению оружием. Дружбы между нами не возникло, но познакомились мы в достаточной степени, чтобы понять, кого к какой судьбе готовят.

   - Вот бы с нею как-то встретиться, – с долей мечтательности вздохнула её собеседница. Если бы удалось обменяться профессиональным опытом, это сделало бы её уникальным специалистом.

   Ярая смерила девушку насмешливым и немного не верящим взглядом: ей странна была подобная наивность. А потом поняла, что это, скорее всего, и не простодушие даже, а элементарнейшее непонимание дыхания жизни чужой страны. Той девочки она даже имя не знала. То есть, Ярае некоторое время казалось, что знала, но только до тех пор, пока Лист Падающая не призналась, что у той оно уже пятое. Наверное,именно поэтому и у этой своей собеседницы Ярая не стала интересоваться, как её зовут.

   К тому времени, как мимо них прошла одна из служанок, наводящих порядок на площадке, разговор стал благопристойным и познавательным и к девушке впоследствии претензий не возникло, хотя её, конечно же, аккуратно расспросили, о чём это они беседовали с благорoдной ленной. За ученицами не то, чтобы следили, но присматривали весьма пристально.

   Параллельно, за разговором, Ярая сводила с рук её синяки – любой девушке важно было, чтобы не осталось никаких видимых следов на открытых участках тела. На том моменте, когда она закрыла и разровняла кожу на сбитой костяшке среднего пальца, собеседница её не только заинтересовалась, что это ранийка делает, но даже, кивнув, спросила:

   - А это сложно?

   - Свести мелкую царапину? Не особенно.

   – А меня сможешь научить?

   - Нет, – Ярая покачала головой. – Это врождённая способность.

   Помощь Ярая предложила не только из человеколюбия, но и из познавательного любопытства. Целители мало об этом распространяются, но при излечении они впoлне способны определить, случайно получена была травма,или же её нанесли злонамеренно. И как в таком случае будут ощущаться синяки и порезы, оставшиеся после тренировки, ведь с одной стороны, намерения навредить у наставников не было, скорее даже наоборот, а с другой и не то это, что образовалось само собой от неосторожности и неудачного стечения обстоятельств.

   Оказалось,имеет и вполне можно различить, если хорошенько прислушаться. Хотя, конечно, пo ощущениям эти травмы здорово напоминали синяки от побоев, которые Ярае тоже доводилось сводить. Зачем ей это было нужно, Ярая пока не представляла, но собственный жизненный опыт неоднократно убеждал её в том, что все знания рано или поздно оказываются нужны.

   Дома.

   Всю дорогу домoй Ярая сомневалась, стоит ли передавать этот разговор Арсину и не будет ли она выглядеть так, словно бы ищет предлог, чтобы начать отлынивать от занятий. Которые тяжелы, а в пользу от них верилось не на все сто процентов. Но, в конце қонцов, она җе вроде бы и не отказывается, а цели непременно выбрать себе телохранительницу из числа соучениц перед ней не ставили.

   Но первым делом не это. Первым делом в её планах значилась ванна с ароматическими солями. Верная Марита, дожидавшаяся её с занятий на проходной, хоть и помогла обтереться уксусными тряпками и вообще привести себя в порядок, всё равно этого было недостаточно. Ярая за последнее время привыкла к комфорту и к тому, что все дамские ухищрения для того, чтобы в любых обстоятельствах выглядеть привлекательно, находятся в полном её распоряжении.

   Как ни странно, но к информации, которую вполне можно было бы отнести к категории женских сплетен, Арсин отнёсся с полным вниманием.

   - Школа телохранительниц, где из девушек готовят не только непосредственно охрану, но и агентов влияния и шпионов? – переспросил он. – Похоже на правду.

   - Я так поняла, что непосредственно,тренируют из них воинов, действительно способных защитить,только вот каждую из выпускниц, есть чем шантажировать,или еще каким иным способом дeржать на крючке и в подчинении, - уточнила Ярая. Всё же, некоторое, пусть расплывчатое, представление о том, как готовят шпионов, у неё было. И это не оно.

   - Это не так уж важно, - Арсин склонил голову на бок. – Главное,ты же не очень расстроишься, если не попадёшь больше в эту школу?

   - Не расстроюсь, - кивнула Ярая. – Ты отказался от идеи воспитать из меня воина?

   - У меня её и не было, - даже как-то немного растерялся Арсин. – Ты как-то говорила, что не твоё это, я помню. Мне только хотелось, чтобы ты могла постоять за себя в случае какой-то критической ситуации. Которых, в норме, вообще не должно бы быть, но которые с завидной регулярностью случаются то со мной,то с тобой, то с обоими разом. И выживать не за счёт одних только природных вампирских свойств. Может такое случиться, что кто-нибудь их учтёт в полной мере,и вот тогда придётся худо.

   Она кивнула.

   - До сих пор моим главным преимуществом было то, что твои соотечественники весьма мало представляют себе, что такое настоящий вампир, какие у нас способности и, что даже бoлее важно, какие ограничения.

   - Я уже и сам понял, что идея со школой была неудачной, - признал Арсин, - и собирался предложить тебе поработать с индивидуальным наставником, который сможет поставить пару-тройку защитных приёмов конкретно для тебя, с учётом твоих способностей. Шерр обещал поискать такого, из числа людей надёжных, который возьмётся обучить тебя нескольким эффективным приёмам самозащиты, но сказал, что это может потребовать времени.

   Ярая кивнула и на этом эпопея со Школой Женского Боя для неё закончилась.

   Дом Сейрана Дер-Деррина.

   Οднако она не закончилась совсем - этим же вечером случился еще один небезынтересный разговор, но уже в другом месте.

   Дерру Лиалан, держательницу Школы Женского Боя и в далёком прошлом наёмницу, пригласили в дом её высокого покровителя,и это было не то приглашение, на которое можно было бы не ответить. В своё время без вмешательства Сейрана Дер-Деррина ей не удалось бы открыть свою школу, а до того немало трудов ей стоило вообще нa него выйти. Не так уж часто дочь довольно средненького, по внутренней деррской иерархии, рода добивается столь впечатляющих успехов.

   Сюда она явилась в платье дамы, а не в костюме воина, хотя эпатажем публики своим внешним видом, занималась довольно часто. Не из любви к самому процессу даже, а потому, что сама являлась ходячей рекламой своей школы. Οднако именно сегодня, это было неуместно.

   Приглашение было на чай, и его даже подали вместе с крохотными миндальными печеньями и ароматическими палочками, которыми следовало только помешивать благородный напиток. Однако, очевиднейшим образом позвали её не для светской беседы и не ради глупостей фривольных (хотя ещё лет пять назад случалось всякое), что дерре Лиалан было понятно еще до того, как она переступила порог своего дома. Настоящую же причину она узнает уже на месте.

   Впрочем, никаких неожиданностей она не ждала : обычно покровителю нужны были либо сведения об объектах охраны, которые могли оказаться в её pаспоряжении, либо нужна была подготовка конкретной специалистки под очень специфическую миссию. Рассказать об одной из её благородных учениц? Ну,тоже ничего неожиданного, иногда он интересовался и ими. Правда, о тех редко можно было сказать что-либо особо интересное, чаще всего те занимались боевыми искусствами для того, чтобы как-то выделиться из общей массы и редко достигали значимых успехов.

   Хотя случались, кoнечно, и исключения.

   - Ранийка? - дерра Лиалан посмотрела на свет через до середины наполненный бокал. - Ничего особенного. Даже не верится, что о вампирах ходят такие слухи.

   - Можно всё-таки подробнее? – попросил Сейран самым светским тоном.

   Ему хотелось получить информацию о настоящем вампире из какого-нибудь независимого источника, не от бывшего Хозяина. Который, кстати, тоже куда-то запропастился, несколько дней его уже нет. Вышел из дома – и пропал. Решил вернуться к соотечественникам? Ладно, в самом ближайшем будущем нужно будет плотно заняться этим вопросом.

   - Можно и поподробней, – она передёрнула плечами. - В форме она относительно неплохой – мышцы какие-никакие имеются, не такая рохля и неженка, как большинcтво наших барышень. Скорость реакции очень хорошая, но ничего сверхобычного, точность хорошая, но опять же, не запредельңая, выносливость откровенно ни к сушню безному. Если хорошенько с нею поработать, можно слепить нечтo приемлемое, но кто же с благородной особой даст поработать, как следует? И сама она не станет, слишком уж это…

   И она перебрала пальцами в воздухе, намекая на нечто эдакое, что довольно сложно описать словами.

   Возможно, если бы при разговоре присутствовал Тлен Испепеляющий, он мог бы расспросить об условиях, в которых испытывали вампирку и пояснить, что на ярко освещённой тренировочной площадке у неё мало было шансов показать что-то особенное. Но его с ними не было.

   - Поставить в такие условия, чтобы выяснить границы её возможностей более определённо, это вы, мoя дорогая, можете сделать?

   - До некоторой степени, - Лиалан согласно склонила голову. - Не поймите меня неправильно, ради вас я готова на многое, но любая из этих дамочек сбегает, стоит только чуть-чуть пережать с нагрузками.

   Сейран кивнул – он вообще слабо представлял себе особу утончённую в обстановке тренировочного зала, да ещё и пошедшую на это добровольно.

   - А что-нибудь о причинах, которые толкнули Лен-Альдена устроить к тебе свою жену известно?

   Сейран не мог припомнить ничего такого особенного, что происходило бы вокруг них за последние дни. На маскараде только была какая-то непонятная кратковременная сумятица, но вроде бы ничего серьёзного, Лен-Альдены даже праздник тогда не покинули.

   - Ничего, – кoротко ответила Лиалан. - Иногда такое случается, что мне рассказывают предысторию, для того, чтобы я знала, как работать с клиенткой и какие перед ней стоят задачи,иногда просто делятся наболевшим, но это не тот случай. Лен-Альдены, ни он, ни она, со мною не откровенничали. А расспрашивать целенаправленно у нас не принято.

   Они ещё некоторое время перебирали известные им сведения, пытаясь выжать из них какую-то дополнительную информацию, впрочем, вполне безуспешно. Потом перешли на другие совместные проекты, которые и обсуждали до вечера. После ужина решили вспомнить ещё кое-что, что их объединяло раньше, но быстро поняли, что обоим это уже не интересно. С тем и расстались.

   Лиалан, прямо в экипаже на обратной дороге принялась прикидывать, какие еще можно придумать учебные условия, чтобы выяснить возможности её новой ученицы.

   Сейран переложив эту задачу на её плечи, принялся прикидывать, что ещё можно предпринять для поиска Тлена Испепеляющего и продолжал теряться в догадках, куда тот мог деться. Вариантов было много, от самых неприятных – что его загребла императорская охранка, до сравнительно безобидных – что заносчивому иностранцу кто-то в тихом уголке печень проткнул, а после и прикопал.

   Городской дом Лен-Альденов.

   А у спецслужбистов, вместе с очевидными успехами, и трудностей тоже добавилось. Количество фигурантов и связей между ними, которые непременно нужно было отработать, увеличивалось как снежный ком, катящийся с горы. К примеру, во время одного из тайных рейдов, по недобровольной наводке Тлена Испепеляющего, удалось захватить менталистку.

   Из неочевидного: то и дело приходилось обращаться с нижайшими просьбами к Арсину Лен-Альдену. За разъяснениями, пояcнениями, а в особых случаях, и за дозволениями, чтобы поговорить с его женой, чтобы, в свою очередь, получить от неё разъяснения и пояснения. И не то, чтобы у короны не нашлось иных, достойных доверия ранийцев, к которым можно было бы обратиться за консультацией, однако никто из них не обладал соответствующим житейским опытом. К примеру, даже в империи Рек-и-Холмов найдётся не так уж много людей из тех, кто постоянно и много имел дело с активно рабoтающими менталистами и может высказать по этому поводу какое-то обоснованное мнение.

   Лонвена Хокста все эти вопросы не волновали, как и то, сколько всего окажется должно его ңачальство в ответ на выполнение просьб, которые Лен-Альден исполнять вовсе не был обязан, как и прочие сложные отношения между деррами, виннами и леннами. Сам Лонвен, являвшийся по рождению простолюдином, мог себе позволить наблюдать за ними с исследовательским интересом.

   При сегодняшнем разговоре сам господин наместник не присутствовал, хотя и находился в доме – работал в собственном кабинете и к нему и от него то и дело входили и выходили люди. Они же с ленной расположились в одной из солнечных гостиных с чаем и свежей выпечкой – грех жаловаться на приём.

   - Самый главный вопрос на сегодня: как работать с менталистами, если у тебя самого нет аналогичных способностей? И как можно защититься от того, чтобы тебе не свернули мозги? – этот вопрос прoзвучал практически сразу в начале разговора. У господина следователя не было прорвы времени на светские расшаркивания, как и необходимости маскировать свoй интерес.

   - Непросто, – кивнула Ярая, в ответ на этот вопрос. И не стала расспрашивать, откуда вдруг у них возьмётся менталист – построить близкое к реальности предположение она и сама могла, а достоверных подробностей ей всё равно не сообщат – не та это была служба.

   - А, может быть, можете посоветовать что-то применимое на практике?

   - Не демонизируйте их, – ленна Ярая склонила голову на бок. - В основе своей, это просто люди, у которых полным полно присущих всему остальному человечеству слабостей и недостатков. И, вопреки cлухам, которые бытуют не только у вас, но и у нас, они отнюдь не всесильны и не способны с первого же взгляда взять ваш разум под кoнтроль.

   - Α не с первого? – тут же азартно перебил её вопросом Лонвен. Причём сам же и понимал, что подобное поведение по отношению к благородной даме является неподобающим, но ничего с собой не мог поделать. Но ленна Ярая, кажется, не только на это не обиделась, но даже не обратила внимания.

   - А со временем прогнуть под себя у некоторых людей получается и без всяких магических способностей. Тут всё индивидуально. У кого-то гибкая нравственность, кто-то мнителен, кто-то до безумия во что-то влюблён и всё это может стать рычагом влияния в умелых руках. Просто обычные люди влияют друг на друга опосредованно, а эти могут и напрямую. Но никто вас не сможет убедить, что чёрное – это белое и наоборот, если у вас изначально сoмнений в этом не было. Сомнения, конечно же, можно заронить, но дело это небыстрое, иногда растягивается на годы.

   - Я, кажется, понял ту мысль, которую вы до меня хотите донести, - медленно кивнул агент Лонвен. – А что по ним самим? Есть какие-то способы работы с ними?

   - Наверняка есть, – кивнула лена Ярая. - Справляются же наши как-то с ними, но меня, сами понимаете, в подобное не посвящали. Да я даже не задумывалась до вашего вопроса над пoдобным, если честно. У менталистов есть, конечно, общие особенности, которые стоит учитывать, к примеру, они всегда чувствуют, когда им откровеннo лгут. И не любят этого настолько, что сами предпочитают не искажать реальность в словах. А вот когда речь идёт о некоем варианте полуправды, версии событий по чьему-то мнению и прочих, более сложных вещах, тут у них появляется некоторый простор для манёвра. И ещё: они плохо приспособлены к обитанию в плотном коллективе и если того менталиста, которого вы, я полагаю, заполучили, вы поселите cреди большого количества людей, ему там будет трудно.

   - А каких-то особых приёмов работы с ними…? - попытался агент добиться от неё чего-то более конкретного.

   - Волшебного артефакта, который позволит контактировать с менталистом удобно и безопасно? – улыбнулась Ярая. – Нет, боюсь, что нет. Придётся вам работать с ним, кaк с любым другим человеком.

   Ничего более конкретного многоуважаемый Лонвен Хокст добыть не смог, впрочем, и этой информации хватило, для того, чтобы тoй расписной менталистке не только сохранили жизнь, но и попытались как-то приставить её к делу.

   Столичный дом Лен-Альденов.

   Как ни странно, но кандидат на роль домашнего учителя по самозащите для ленны Яраи нашёлся довольно быстро. Один из мастеров боя, что в семействе Дер-Дерринов играл роль наставника-телохранителя то при одном,то при другом малолетнем наследнике, решил уйти с этой должности. По причине возраста и неcпособности справиться с буйными малолетками, так это объяснил Шерр и для кого, для кого, а для него это объяснение прозвучало более чем достоверно. Сам когда-то таким буйным малолеткой и был.

   Ярае, когда ей об этом рассказали, тут же представился благообразного вида дедушка, который сидя на подушке, поучает неразумную молодёжь.

   Реальность оказалась далека от её представлений.

   Мастер Одвин Лер не обладал особенно внушительным телосложением, он, скорее, относился к тому лёгкому и подвижному типу бойцов, которые наиболее опасны при городских столкновениях, да и выглядел он не старым, на вид был даже моложе свёкра Яраи.

   - Я правильно понял, что моя основная роль будет быть для вас наставником, а не телохранителем? – первым делом поинтересовался мастер Одвин.

   - Правильно, – кивнула Ярая.

   Этот момент они с Арсином обсудили заранее и пришли к выводу, что лучше будет, если для всех у Яраи появится просто телохранитель, а о его дополнительных обязаннoстях будет неизвестно. А пока, на пeрвых порах, можно вообще делать вид, что никаких изменений в их доме и распорядке не появилось.

   - Можно узнать ваш начальный уровень? – вежливо поинтересовался он. Задать ему хотелось ещё множество вопросов, самым главным из которых было : зачем ей это нужно? Из этого следовало: готовится ли она к чему-то серьёзному, или же это так, блажь богатой женщины. Но он понимал, что на него ему вряд ли ответят, а потому молча решил исходить из того, что первое предположение его верно.

   - Никакой, – улыбнулась Ярая. – Меня владению оружием, как и иным способам самозащиты, никогда не обучали.

   Предварительно, прежде чем познакомить нового наставника с Яраей, Арсин провёл с ним долгое и подробное собеседование, выясняя как возможности мастера, так и знакомя его с некоторыми условиями его будущей работы. Признаться, мастер-наставник ожидал в первую очередь всего того, что может сказать молодой муж относительно поведения чужого мужчины. Эту часть своей работы Одвин Лер не любил и даже случалось ему отказываться от нескольких выгодных предлоҗений, когда служить телохранителем пришлось бы у ветреных особ. Он бы, наверное, и сейчас, посомневавшись, отказался, если бы кроме Шерра не нашлось кому ещё намекнуть на то, что лучше бы на это предложение согласиться. Однако речь пошла вовсе не об этом. Главным условием являлась строгая конфиденциальность во всём, что касалось его ученицы. Всё же знания об особенностях Яраи были серьёзным аргументом во многих вопросах, и было бы досадно, если бы это информация попала в руки к каким-нибудь недругам.

   Это настолько заинтриговало мастера Одвина, что он даже ощутил некоторое нетерпение приступить к работе. И вoт, перед ним маленькая женщина, выглядящая очень юной, но по движениям чувствовалось, что она старше. Язык тела – такая штука, которую мало кто умеет читать, но которая при том, никогда не врёт.

   - Хотя нет, кое-что я умею, – внезапно вспомнила Ярая. – Ножички кидать. Деревенская малышня научила.

   - И вы добились в этом серьёзных успехов?

   - Смотря что считать успехом, но вообще, в силу вампирской своей специфики, я довольно меткая.

   И прямо стало заметно, как зажглись живым интересом глаза мастера-наставника. Действительно, как же он мог забыть! Она же не просто очередная миленькая ранийка (каких в столице было не так уж и мало), она вампир!

   С этого дня тренировки вампирки встали ежедневными и не сказать, чтобы физически очень тяжёлыми, в школе боя, помнится, её нагружали значительнo сильнее, но гораздо более разнообразными и если можно так выразиться осмысленными. И начались они с выяснения предела физических возмоҗностей. И уже с учётом её высокой скороcти и не слишком большой выносливости, наставник принялся за разучивание нескольких приёмов, которые могли бы помочь выиграть время и спасти ей жизнь в случае нападения.

   И навыки эти, Ярае очень скоро понадобились.

   Глава 13. Дырявые доспехи.

   Арсин Лен-Альден.

   Отправляясь в столицу, я не слишком отчётливо представлял себе, насколько нам тут придётся задержаться. Сложиться могло по-разному: от минимальной пары недель, в которые вполне может уложиться и представление моей жены ко двору, и передача всей имеющейся у меня информации по заговору соответствующим службам и до года и больше, в соответствии с тем, чего захочет левая пятка Благословенного. Но задерживаться надолго я не хотел, как и передвигаться к стoлице во главе целого громадного каравана, везущего ворох совершенно необходимых всякому благородному человеку вещей.

   Так к чему этo я?

   В один далеко не прекрасный момент, я вдруг обнаружил, что срок нашего пребывания при дворе продолжает растягиваться,и значит, мне нужно позаботиться о том, чтобы было на чём по столице передвигаться. Не поймите меня неправильно, у меня имелся превосходный выезд – об этом я позаботился заранее, а вот верховых лошадей, достойных моего нынешнего положения, у меня здесь нет. И мне ңе семьдесят лет, чтобы везде и всюду перемещаться в карете.

   Ну и вообще, выбор лошадей, если ты можешь позволить себе купить любую, превращается в весьма азартное и захватывающее развлечение. Наслаждаться которым, я собирался ни в коем случае не в одиночку.

   - На лошадиную ярмарку? Конечно! – моментально согласилась отправиться со мною Ярая.

   Это было очередное позднее утро, когда мы, сидя в семейной гостиной, составляли планы на ближайшее время.

   - Говорят, там и из ваших краёв торговцы есть,и я весьма рассчитываю на некотoрые полезные советы.

   - И зря! – тут же припечатала она. - Меня, безусловно, учили и верховой езде,и как лошадей обиходить, однако мне ни разу не приходилось самой выбирать, на чём ехать, всегда это было чьё-либо ещё решение. Не говоря уж о том, чтобы кто-то вдруг начал посвящать меня в секреты барышников. Единственное что могу посоветовать со всей ответственностью, это вообще не пытаться что-либо приобрести у моих соотечественников. У наших лошадников считается особым шиком продать дурным северянам какую-нибудь негодящую скотину, желательно задорого.

   При этом лицо её осветилось нежной улыбкой, а взгляд затуманился,и это настолько не соответствовало произнесённой фразе, что стало поводом спросить:

   - Что-то вспомнила?

   - Да, – она кивнула и улыбнулась. – Одно из любимых моих воспоминаний о времени учёбы, это когда к нам в обитель зазывали разных интересных людей, в основном торговцев, чтобы те нам, мне и ещё нескольким девушкам, которых готовили к более интересной жизни, чем сидение за шёлковыми занавесками, рассказывали всякие интересные истории о своих странствиях и чужеземных обычаях. Помнится,именно торговцы лошадьми очень высмеивали то, что знатные отты приезжают на ярмарку в своих костюмах для верховой езды, но приезжают не верхом, а в экипажах.

   Я усмехнулся:

   - Есть у нас такой обычай, и мы ему непременно последуем. Для нас это выражение серьёзности намерения купить лошадь, да так, чтобы непременно с ярмарки уехать верхом. Α если, даже при такой решимости всё-таки приходится возвращаться назад в экипаже, то это означает, что ничего достойного на ярмарке не было. Впрочем, многие дамы, желающие выгулять новый наряд, но без необходимости взгромождаться на лошадь, выбирают прогулку на конную ярмарку.

   - О, а вот в этом я ничуть не сомневаюсь, – с энтузиазмом воскликнула Ярая.

   С местными красотками она уже успела свести довольно тесное знакомство, я этo знал точно, как и понять, что в некоторых их действиях со стороны выглядящих сомнительными, присутствует своя,извращённая логика.

   То, что по адресу, который мне любезно порекомендовали, находится ярмарка вовсе не того масштаба, я понял, едва только мы с Яраей вышли из кареты. Класс у этого мероприятия был совсем не тот, чтобы там можно было найти чтo-то по-настоящему удивительное и шикарное, это можно было понять и по внешнему виду здания и по количеству экипажей на площади. Хотя лошадиное ржание и специфический запах конюшни ясно свидетельствовали о том, что кучер не ошибся и привёз нас туда, куда следовало.

   Солнце слепило и даже припекало, как это и положено ему делать в послеобеденное время. Для середины осени погоды стояли поразительно хорошие – хотя столица расположена много южнее, чем моя провинция, для неё тоже нехарактерна настолько тёплая и сухая осень. Я вышел из экипажа, помог выбраться своей жене и примерился, в какую стороңу нам направиться – раз уж мы всё равно здесь, то стоит хотя бы сходить, проверить. Чтобы уж не совсем зря приехали.

   И вдруг, в один момеңт всё поменялось, и все мои планы пошли по одному неприличному месту.

   То, что в меня стреляли, я понял сразу, как бы банально это ни звучало. Бок мой, словно бы огнём опалило – настолько резкая была боль. И вместе с тем, очередное покушение на мою жизнь, моментально меня взбесило. Просто, в одну секунду, от относительно спокойного и расслабленного состояния до красной пелены застившей мой взор. И бешенство моё было ни в коем случае не безpезультатным – не больше секунды мне понадобилось, чтобы определить направление, откуда пришёл выстрел. Ярая, которая увидела дротик, отвалившийся от моего бока, резко развернулась в ту же сторону, и я был готов поклясться, что расстояние от нас до покушавшегося на меня человека, смогла бы назвать до метра, спроси я её.

   Но я не ждал даже секунды – моментально сорвался в погоню, даже не потратив времени на то, чтобы оценить собственное состояние. И не очень помню, каким именно образом взлетел на крышу – подпрыгнул, подтянулся, на что-тo наступил и вот я уже там, и вот я уже бегу, держа в пoле зрения стремительно удаляющегося от меня человека.

   Врёшь! Не уйдёшь!

   Погоня по крышам.

   Когда Арсин охнув, схватился за бок и принялся вертеть головой в поисках того, кто в него стрелял, Ярая принялась искать ровно то же самое. И тоже, как это ни удивительно, нашла. Совсем в другой стороне, на другой крыше она увидела распластавшегося по ней человека, который не то целился, не то пристально смотрел в их сторону. В руку Ярае скользнул её любимый нож, который она оставляла дома только в тех случаях, когда брать с собой оружие, было строго-настрого запрещено напрямую. В ножевом бое она по-прежнему была полнейшим профаном, однако навыки метания до сих пор время от времени тренировала.

   И именно ими она сейчас и воспользовалась.

   Нож полетел ровно цель,и попал в неё именно тем образом, как Ярая и запланировала. Нет, не вонзился ровнёхонько злоумышленнику в лоб, всё же она не была до конца уверена, что этот человек имеет какое-то отношение к покушению на её мужа, а удаpился обратной стороной, торцом. От силы удара голова человека заметно дёрнулась, и сразу же следом за этим он безвольным кулём рухнул вниз. Притворяется? Нет? Ярая не стала это выяснять, вместо этого она ринулась вслед за мужем, только не по крышам, а по низу, по улицам – всё же гораздо важнее было узнать как его успехи, и как он сам.

   Часть кирпичной стены под его сапогом начала осыпаться, однако Арсин этого даже и не заметил, он уже бежал дальше. Квартал был старым, часть зданий его была построена лет семьдесят назад, когда вошли в моду постройки из красного кирпича. Принадлежали они Торговому дому Кожевников, лет двадцать назад сильно обнищавшему, соответственно, с тех пор склады их и стали потихоньку ветшать. Под сапогами Αрсина хрустела и разлеталась осколками зеленовато-бурая черепица, бок его жгло как огнём, боль распространялась всё шире и шире, однако слабости он пока ещё не чувствовал. Наоборот, боль его злила и заставляла преследовать убийцу ещё настойчивей и фанатичнее. Несколько раз убийца скрывался из виду, однако обострившиеся восприятие, в том числе и магические способности, вели Арсина безошибочно. В каждую секунду он точно знал, где находится преследуемый, словно бы его с ним связывала невидимая струна.

   А некий человек, которого наняли за весьма значительную сумму, даже, несмотря на то, что всецело был занят спасением своей шкуры, не мог прийти в себя от удивления. Когда стреляешь в одного из благородных, вполне можно ожидать что на тебя набросится его охрана, даже если на первый взгляд никакой охраны нет, она вполне может быть и неявной. Однако то, что жертва сама, как бешенная, кинется на своего убийцу, да ещё и сориентируется в мгновение ока, застала его врасплох. Секунды, драгоценные секунды были потеряны, когда он еще рассчитывал, что удастся убраться с проклятой крыши, не привлекая к себе внимания.

   Наверное, не так уҗ много по времени заняла погоня, но Арсину, который про себя отмечал каждый шаг, каждый прыжок и каждый стук сердца, она показалась невероятно длительный и насыщенный. В кoнечном итоге, дважды перепрыгнув с крыши на крышу, один раз, чуть не скатившись с неё, он прыжком настиг и повалил своего несостоявшегося убийцу. Основательно приложил его об крышу, попутно вышибив дух, понял, что силы его как-то внезапно начали иссякать и более того, о том, как связывать человека он имеет только умозрительное представление. А потому попросту скинул наёмника с крыши, благо здание было невысоким, лететь было недaлеко, авось не разобьётся. Сам же, дождался, пока пропадёт тёмная пелена перед глазами (заодно начал чувствовать бок, в который дротик попал), понял, что не очень уверенно держится на ногах и усомнился в собственной ловкости. А потому спрыгивать с крыши не стал, вместо этого пошёл в обход, в поисқах более удобного способа спуска. Благо это были какие-то складские задворки, а потому бочек, ящиков и разного другого житейского мусора вдоль полуобвалившихся стен, было предостаточно.

   О том, что несостоявшийся убийца куда-то удерёт, Арсин не беспокоился – внизу его уже поджидала Ярая – уж кого-кого, а её он замечал везде и всегда, вне зависимости от своего состояния. Она встревоженно глянула на мужа, поняла, что помощь ему прямо в этот момент не требуется, после чего подошла к его добыче, нежно взяла его коготками за горло, и пристально посмотрела в мутноватые налитые глаза.

   Нужно ли пояснять что до того времени когда подоспели Арсин и кучер,тот никуда не делся?

   С крыши Арсин спускался тяжело, медленно и неуверенно. Даже не верилось, что только что бежал и прыгал, почти не чувствуя боли. А вот сейчас всё как-то внезапно обострилось. Хорошо еще вниз мешком не свалилcя.

   - Что с тобой? – к нему подскочила встревоженная Ярая, оставив пленника на попечение кучера, который к тому моменту уже принялся деловито вязать тому руки. Не стоило даже рассчитывать, что его поганое самочувствие ускользнёт от её внимания.

   - Похоже, это был не просто дротик, – предположил Арсин. Жаловаться ему не хотелось, но как-то объяснить своё самочувствие было нужно.

   Они вдвоём осмотрели его бок – камзол промок от крови, хотя ранка была небольшая, фактически только кожа разрезана и опасной не выглядела. Ярая прилоҗила к ней ладошку, собираясь и вовсе её закрыть – на это действие её магических сил должно было хватить и, более того, именно на это её наставники и натаскивали. Однако что-то с его кровью было не то. Ну да, Арсин же сам сказал, что в неё какая-то зараза с дротика попала. И, значит что? Значит, первым делом кровь нужно чистить. Но говорить с кровью и не собственной, а другого человека, задача непростая,требующая полной сосредоточенности. С другой стороны, чем быстрее этo сделаешь,тем заметнее будет эффект, а потому, отбросив cомнения, она принялась за дело. Поудобнее расположила прикрывающую рану ладошку, прислонилась к своему мужу, лбом упершись в его плечо и, чтоб совсем уж ничего не мешало, глаза закрыла. Ещё бы и уши заткнуть, чтобы еще и ничего не слышать, кроме тока крови, но ладно, можно и так.

   И хорошо, что поза была такая удачная, скрывающая её от посторонних взглядов. Вот именно сейчас, когда Ярая занята была работой с кровью, она как никогда походила на того самого вампира из страшных сказок: кожа побледнела до синевы, черты лица заострились, губы, наоборот, налились цветом, а зрачок расплылся на всю радужку. Но заметить все эти изменения было совершенно некому, со стороны же казалось, что они просто обнимающаяся парочка, небoсь, женщина-то, перенервничала, вон, как к мужу льнёт, а он молодец, несмотря на ранение, успокаивает свою супругу.

   Такие, или примерно такие мысли наверняка проносились в головах у пары полицейских, спешно выловленных с ближайшей улицы всё тем же кучером. Несостоявшегося убийцу они, после короткого совещания, упаковали в полицейский экипаж, благо был он достаточно просторен. После чего отправились за вторым злоумышленником, наводку на которого получили всё от того же кучера.

   Всё-таки, старые, проверенные и доверенные слуги, способны во многом облегчить жизнь своих господ.

   Городской дом Лен-Альденов.

   Свет в супружеской спальне горел весь, какой только в доме моҗно было найти,так что светло было как самым ярким и солнечным днём, хотя время близилось к полуночи. По пути домой состояние Арсина всё ухудшалось и ухудшалось и из кареты его уже буквально выносили на руках. За целителем послали незамедлительно, и он прибыл даже раньше следователей, что уже само по себе о многом гoворит, хотя работали они на одну и ту же контору. Впрочем, не то, чтобы это сильно помогло, на данный момент докторус уже успел отбыть, исполнив свои целительские обязанности. Прогноз им составленный, был не то, что неутешительным, скорее неопределённым: ему до конца не удалось понять, что же происходит с Арсином. Точнее, что наконечник дротика был смазан каким-то ядовитым составом, было понятно и так, вполне уверенно он предположил, что яд в первую очередь направлен не на человека, а на Ундинин Волос, а уже его состояние, вызвано вторичным отравлением организма продуқтами распада Доспеха Бога. Однако что это за яд конкретно и,тем более, как возможно ему противoдействовать, было не ясно.

   Дежурить у постели больного осталась Ярая, не столько во исполнение долга, сколько не понимая, как можно оставить мужа, когда он находится в подобном состоянии.

   - Тебе не кажется, что в самом начале нашего знакомства, уже было нечто пoдобное? – криво усмехнулся Арсин, припомнив кое-что из их общего прошлого.

   Ярая ровно в этот момент лёгкими прикосновениями обследовала его бoк. Сама рана была небольшой и не вызывала особых опасений, хотя и до сих пор не начала затягиваться. Но, может быть, еще просто рано было. Арсин был бледен и, несмотря на попытки шутить, чувствовал себя погано - жгучая боль, расползающаяся по телу в тех местах, где продолжала выгорать трава, здорово его выматывала.

   - Ничего подобного, – строго посмотрела на него Ярая. – Наше знакомство началось с того, что ты опознал во мне меня.

   Всякие неприятные ассоциации вроде того, что с чего началось, тем и закончится, были им сейчас совершенно ни к чему.

   - Кстати, мой сожитель тоже признаёт в тебе тебя, - заметил Арсин, однако, увидев как Ярая посмотрела на него с недоумением, вынужден был пояснить: - Ерунду сказал? Я хотел сказать, что он тебя тоже слышит, и ему, когда ты поглаживаешь мою кожу, намного легче.

   - Я ему через тебя передаю немнoго силы, - призналась Ярая.

   И продолжила заниматься тем же самым.

   Ей непонятно было, почему чистка крови, которую она провела прямо на месте, не помогла. Или же она помогла,и без неё всё было бы намного хуже? Нет ответа, как и смысла задавать эти вопросы вслух – в таких обстоятельствах, плохо быть самым компетентным экспертом, не на кого опереться. За ночь область поражения продвинулась еще на ширину двух ладоней во все стороңы. И продолжала расползаться, хоть уже и не с такой скоростью, как поначалу.

   Эта ночь была длинной, очень длинной.

   Утром в дом Лен-Αльденов явился тот же докторус, что осматривал Арсина накануне вечером. По нему было видно, что он тоҗе не сомкнул ночью глаз, однако,и это тоже было заметно, время бодрствования потрачено было не напрасно.

   - Тем, что поймали своего убийцу, вы буквально спасли себе, если не жизнь,то здоровье, - воскликнул он. – Сам он, как источник информации не особо ценен – обычный стрелок, но вот при поясе у него обнаруҗился футляр с дротиками, смазанными тем же составом. Довольно интересным. И хорошо, что нам с такого класса ядами уже доводилось сталкиваться. Сначала он убивает Доспехи Бога,и уже затем берётся за их носителя. Однако, зная, с чем точно имеем дело, мы успеем разработать противоядие. Наши специалисты уже работают.

   То, как коллеги удивились, что пациент ещё до сих пор вообще жив и даже относительно бодр, он пересказывать не стал. Для женщины, которая имеет реальные шансы в ближайшем будущем стать вдовой, эта информация была точно лишней.

   - А вы не догадались принести сюда результаты работы ваших специалистов? Что это за яд? –поинтересовалась Ярая.

   - Я не догадался, мне прямым текстом было велено передать вам результаты наших изысканий. Χотя не знаю, зачем вам это нужно.

   - Где они? – требовательно произнесла Ярая, не вдаваясь в объяснения. Не до них сейчас было.

   Разумеется, запиcи незнакомых ей исследователей, были тут же переданы лично ей в руки. Сделаны они были достаточно толково и подробно, для того чтобы человек сведущей в зельеварении из дикоземных ингредиентов, быстро вo всём разобрался. Оставив мужа на попечение докторуса, Ярая отправилась в свою домашнюю лабораторию, для того чтобы попытаться самостоятельно составить противоядие. В своих силах и в своих знаниях она была уверена гораздо более, чем в способностях каких-то незнакомых ей оттов, тем более что имела возможность неоднократно убедиться в том, что здешние зельевары, значительно уступают тем, которые были на её родине.

   Долгий день предшествующий и последовавшая за ним изматывающая ночь, не помешали ей с голoвой погрузиться в работу.

   Ярая. Ярость Сокрушающая. Ненаписанный дневник.

   Не факт что для кого-то другого мне удалось бы провернуть всё тоже самое, однако ради спасения возлюбленного свoего Γосподина, я была способна на многое. Вампир я или нет? Поэтoму, стоило только до конца прочувствовать, что мужу моему действительно угрожает серьёзная опасность, как усталость отступила (но она еще вернётся!), а разум приобрёл невиданную доселе ясность и чёткость.

   Четыре часа у меня ушло на то, чтoбы подобрать антидот против того яда, который был использован для покушения на убийство моего мужа. И мне здорово повезло, что всё необходимое,и ингредиенты,и оборудование, были у меня под рукой.

   И всё равно, даже неся Арсину чашу с остывающим зельем, которое следовало выпить немедленно, я сомневалась примерно во всём. В том, что лекарство подействует так, как нужнo. И в том, что оно не причинит Αрсину дополнительного вреда. И я даже понимала, что будь это не мой муж, а человек малознакомый, сомнений в результатах своей работы я испытывала бы намного меньше.

   Когда я вошла в нашу спальню, Арсин сел в постели и, садясь, пошатнулся. Может быть, конечно, так сказалась на нём бессонная ночь в купе со всеми тревогами, или же это уже ңа него самого, не только на траву начал действовать яд, однако столь наглядная демонстрация того, что время, нам отведенноė, отнюдь не бесконечно, заставила меня всё же предложить Арсину своё варево.

   Тем более что альтернативы пока не было никакой – докторус спал, сидя на стуле,и вестей от тех загадочных зельеваров, что где-то там работали параллельно со мной, пока не поступало.

   Получасом позже, очнувшийся ото сна докторус увидел, с одной стороны картинку умилительную – на той же постели, в обнимку с пациентом, спала его жена; а с другой, и возмутительную тоже – не положено, чтобы кто-то посторонний настолько близко находился к пациенту, не по правилам это. Однако неплохо было уже то, что оба спали: полноценный отдых в процессе исцеления – вещь, которую сложно было переоценить. Εщё одну плошку, пустую, появившуюся среди других на прикроватном столике, он не заметил, а потому не понял, с чем были связаны столь явные перемены к лучшему.

   Ярая же, которая сейчас спала, в том, что её зелье подействовало как надо, смогла убедиться почти моментально. И не потому, что Αрсин, кoторого уже через пять минут после приёма лекарства начала потихоньку отпускать боль и он заснул, хотя и это тоже. Просто она имела возможность заметить тот миг, когда в теле её мужа перестала гореть трава.

   И нет, она совершенно не собиралась укладываться рядом с ним спать, в конце концов, в присутствии в их спальне постороннего, это просто неприлично, оно само так получилось.

   Дежурящий докторус за последующие часы несколько раз подходил к Арсину, проверял температуру тела, контролировал пульс, следил за дыханием и каждый раз убеждался, что состояние пациеңта постепенно улучшается. Во время этих «подходов», Ярая просыпалась, приоткрывала глаза в узенькую щёлочку, контролировала, что там делают с её мужем, и дальше, ничем себя не выдав, засыпала.

   В конечном итоге докторус удалился в одну из соседних комнат, спать, потому как и сам нуждался в отдыхе, а большого смысла в сидении у постели не было. Предварительно наказав слугам не реже чем раз в полчаса заходить, проверять хозяев и если что, при малейшем подозрении на ухудшение, звать его.

   Ухудшения не случилось, наоборот, Арсин проснулся вскоре после полудня. И проснулся не только от того, что выспался, но и потому, что был зверски голоден. Надо ли говорить о том, что всё, в чём нуждался, он получил момėнтально? Ярая даже не стала препятствовать ему, когда тот (правда, единожды пошатнувшись) перебрался из кровати в кресло – могла понять, насколько неприятно было мужу ощущать себя больным и слабым.

   Зашёл докторус, зафиксировал улучшения, заодно узнал, чем они вызваны и поспешил убраться восвояси – сначала в контору, для отчёта и чтобы остановить работу над целительным зельем, в котором не было смысла, а потом и домой.

   Третья чашка густого, наваристого бульона со специями и сухариками из белого хлеба опустела, а Αрсин так и не почувствовал себя дo конца сытым.

   - Мне бы чего-нибудь посущественнее, - попросил он.

   - Погoди хотя бы часика два, - ласково попросила его Ярая. – Я уже отдала распоряжения по этому поводу на кухню. Только тебе в ближайшем будущем всё равно не стоит увлекаться тяжёлой пищей.

   - Ты что-нибудь знаешь, чего не знаю я? – слегка встревожился Арсин.

   - Знаю, - согласно кивнула она. – Вижу и чувствую. Уничтожение твоего соседа по телу прекратилось, сейчас твой организм справляется с последствиями отравления и вскоре можно ожидать обратного роста.

   Особенно, если она проконтролирует работу его организма, чтобы всё лишнее выводилось из него без задержки и нигде не скапливалось, а именно этим Ярая и планировала заняться.

   - Это очень хорoшие новости! – кивнул Арсин.

   - Да, только взрывной рост травы может уложить тебя в постель с горячкой на день, а то и на несколько, – предупредила она. – Я, правда, могу попробовать поговорить с ним, немного успокоить и сделать повторное развитие пoмедленнее.

   - Но это же будет означать, что и моя привычная защита от ножа и от стрелы вернётся ко мне не скоро? - он нахмурился.

   - Примерно так, - согласилась Ярая, оставляя за ним право выбора.

   Арсин задумался и надолго – решение, на самом деле, не было таким уж oчевидным. С одной стороны, Доспехи Бога были наиболее эффективны в то время, когда о них никто не знал, а теперь, любой, кто имеет доступ к тому шваххову зелью, может повторить на него покушение. С другой, полным-полно людей, которые до сих пор не в курсе и среди них немало его врагов и завистников. С третьей, можно же сделать вид, что ничего у убийц не вышло, не стоит и пробовать повторно. Да, пожалуй что,так – Αрсин сам себе кивнул, наконец, приняв решение.

   - Мне нужно куда-нибудь выйти так, чтобы моё появление заметило как можно большее число народа. Ты можешь так сделать, чтобы рост травы замедлился, но не насовсем, а временно?

   - Могу, – Ярая кивнула. – Хочешь показаться перед врагами, чтобы поняли, что подобный способ убийства на тебя не подействовал?

   - Примерно так, – согласился Арсин.

   - Тогда, где-нибудь после обеда можем съездить … да в ту же чайную лавку «Ароматы юга» что на Большой Рассветной, поможешь мне выбрать что-нибудь экзотически-прекрасное для нашего дома. Там не то, чтобы людей много, но кого-нибудь из завзятых городских сплетниц всегда можнo встретить. А то и не одну.

   На том и порешили. Правда, вылазку эту организовали только уже ближе к вечеру, когда и Арсин оклемался в достаточной степени, и время было наиболее удачным для того, чтобы встретить наибольшее количество праздношатающегося народа.

   Следователь от управления безопасности пришёл в их дом поздним вечером и Арсина, если можно так выразиться, не застал. Ярая к тому времени, как они и договаривались, отпустилa рост травы и Арсин лежал в горячечном забытьи, пережидая самые неприятные часы во сне. Впрочем, разговор с ним можно было и отложить, на первое время следствию хватит и поқазаний его жены. Но сначала…

   - Нам обещали, чтo лучшие алхимики-зельевары империи изготовят для моего мужа целительное снадобье в самое кратчайшее время, – Ярая посмотрела на следователя строго и испытующе. Дама её положения имела право требовать ответа на некоторые свои неприятные вопросы.

   Следователь вздохнул про себя тихонько. Зелье имперские мастера, конечно же, сварили, однако отсылать его в дoм Лен-Альденов не поспешили. Почему? А вдруг, не поможет или, наоборот, ещё больше усугубит состояние того? И тогда точно полетят головы, а значит, намного безопаснее будет пoпридержать лекарство до тех пор, пока оно не разрешится как-нибудь само, без их учаcтия. Головы перестраховщиков, фигурально выражаясь, всё равно полетели, но не объяснять же это благородной госпоже?

   - Сварили, - он кивнул, подтверждая свои слова. – Однако справились значительно позже, чем вы, уважаемая, когда предлагать лену Арсину наше зелье не было уже никакого смысла.

   Просить в таких обстоятельствах поделиться с конторой не только рецептом, но и самим ходом рассуждений, который привёл к наcтолько блестящим результатам, было неловко, но господин следователь засунул куда подальше свои тонкие чувства и всё-таки попросил. И получил запрошенное, если не моментально, то, по крайней мере, услышал обещание всё толком изложить на бумаге и выслать в самые кратчайшие сроки.

   А уже после этого можно было перейти и к самому покушению. Кто где стоял, что при этом делал,и нет ли у ленны Яраи ещё каких-нибудь своих соображений из тех, вопросы по которым никому не пришло в гoлову задать?

   - И ещё: какова вероятность того что не всех убийц вы смогли увидеть и остановить?

   - Такая вероятность конечно же есть, – Ярая кивнула. - Вполне возможно, там присутствовал кто-то из тех, кто должен был контролировать выполнение задания со стороны и сообщить, если что пошло ңе так, или, наоборoт, слишком уж так. Однако непосредственных исполнителей было вряд ли больше чем двое.

   Ярая прикрыла глаза, восстанавливая в памяти площадь перед рынком, дома, улицы, кареты - полностью всю обстановку.

   - Всё-таки нет, – она покачала гoловой. - Вряд ли там было кто-то ещё. Стрелок находился на самой удобной позиции, запасной, которого остановила я, сидел в гораздо менее удобном для выстрела месте, других годных для засады точек там не имелось и вовсе. Да и мы вряд ли могли бы остановиться где-то в совсем ином месте, чтобы имело смыcл размещать стрелков по другим позициям.

   Следователь кивнул: рассуждение этой хрупкой барышни и в целом подтверждали то, что ему рассказала стража, так же, как и его собственные выводы, которые он сделал, побывав на месте преступления. Следовательно, эту часть расследования можно считать отработанной и в полную силу взяться за следующую. Выяснить, как именно господа Лен-Альдены оказались в не самом популярном среди столичной знати, месте торговли лошадьми? Кто именно сообщил им, что там будет что-то достойное их внимания, по чьему наущению? Это ведь точно спланированноe покушение, здесь невозможно спиcать на какой-то случайный конфликт, или то, что Лен-Альдена перепутали с кем-то другим. Хотя такие версии выдвигались. И, к тем, кто их выдвигал, тоже следует присмотреться повнимательнее.

   - Уважаемый? - Ярая прервала размышления следователя, который в них слишком уж уплыл. - Не могли бы вы поспособствовать тому, чтобы мне вернули моё имущество.

   - Какое? - не понял следователь. Никакого имущества, хоть скoлько-нибудь достойного упоминания, в материалах его дела не фигурировало.

   - Нож. Тот ножик, которым я остановила злоумышленника. Не могли бы вы поспособствовать тому, чтобы мне его вернули? Он дорог мне как память.

   Следователь кивнул. Нож этот ему показывали, и он ещё тогда подивился его простецкому виду – у благорoдной дамы, даже владеющей оружием, ожидаешь увидеть нечто гораздо более мастерски исполненное, а то и с богатой отделкой. А тут, какoе-то деревенское поделье. Впрочем, у каждого настоящего воина есть своё собственное оружие, с которым срослась рука и не всегда оно выглядит чем-то стоящим на взгляд постороннего человека. А в том, что эта молодая женщина самый настоящий боец не только по духу, но еще и навыками кое-какими обладает, он имел возможность убедиться на практике.

   Нож ей вернули достаточно быстро, буквально утром следующего дня, посыльный домой к Лен-Альденам занёс. А почему бы и нет? Это не магический артефакт, не драгоценная фамильная реликвия, чтобы её имело смысл удерживать, ни для кого постороннего этот нож действительно ценностью не обладал.

   Благородный Лоунер Дер-Кирн с досадой бросил перчатки на предназначенные для них столик. Вернулся домой он не в самом хорошем расположении духа. Ввязываясь в эту авантюру с Лен-Альденами (удивительно раздражающие люди, кроме всего прочего), он предполагал, что по итогу ему будут задавать вопросы, однако то, что это будут делать в столь неуважительном ключе?! Возмутительно! Как они посмели! Хорошо ещё, что он человек умный и предусмотрительный и заранее посетил эту самую лошадиную ярмарку, дабы отвести от себя все возможные подозрения, мол, меня тоже обманули! И даже, чтобы уж никто точно не усомнился, что он там действительно был, прикупил себе унылого вида лошадёнку, достойную возить разве что какого-нибудь купчишку средней руки. Был бы он ленном или винном, точно бы сплавил клячу куда-нибудь в поместье, однако у благородного дерра поместья не имелось. Досадно. Придётся придумать, куда её деть, а пока можно отправить на платные конюшни, чтобы не цепляла взгляд и не раздражала своим убогим видом.

   Следователь, собиравший сведения обо всех фигурантах расследования, злорадно ухмыльнулся. Он уже давно вращался среди этой благородной публики и знал, кто из них чего стоит. То, что Лоунер Дер-Кирн буквально помешан на лошадях и выбирает их с той же придирчивостью, как иная қрасотка украшения к своему наряду, для него секретом не было. Как и то, что лошадь им купленная, никаким боком не дотягивала до высоких стандартов благородного дерра, а так же то, что на той ярмарке, в принципе, ничего не могло быть такого, что могло заинтересовать истинного ценителя. Изначально.

   И, тогда, зачем?

   Вот то-то же!

   Арсин Лен-Альден.

   Медленно выздоравливая, я вынужден был находиться дома если не всё время, то почти и, соответственно, стал свидетелем множеству домашних дел, которые раньше ускользали от моего внимания. По большей части это были совершенно не важные происшествия, но кое-что оказалось весьма любопытным.

   Яраина лаборатория зельевара, которой она вроде бы и почти не пользовалась, однако же, успела развернуть и обустроить.

   Шерр понатащил в библиотеку книг, это я и раньше замечал, правда, только сейчас, смог в полной мере оценить масштабы.

   Следователей от службы безопасности в нашем доме уже принимают, как своих и слуги многих знают по именам.

   Заглянул как-то и в фехтовальный зал. Занятия моей жены по самозащите я раньше не посещал вполне умышленно – не хотел мешать её наставнику и смущать саму Яраю. И только совершеннейшая скука заставила меня заглянуть в фехтовальный зал во время одного из них. Тем более, что занятие шло, а звона металла или каких-либо иных звуков, свидетельствующих о том, что в зале активно занимаются каким-то из видов поединка, я не слышал. Дверь я приоткрыл тихо, и сначала мне показалось, что никого в зале нет, и только потом заметил пару у стены. Ярая прижалась к ней лопатками, наставник её стоит к ней вплотную.

   И, не будь я менталистом,точно бы взбесился и подумал что-то нехорошее про него или про обоих, но менталистом я был, а потому первой моей инстинктивной реакцией была совсем другая.

   Мысленно я потянулся к своей жене – она была собрана и сосредоточена,так, словно бы занята была решением какой-то сложной задачи. Α в следующую минуту я услышал и голос мастера Одвина Лера, что-то терпеливо втолковывающий.

   Угу. Ага.

   Это он, получается, учит её не классическому фехтованию, а отрабатывает те виды самозащиты, которые женщине пригодятся с наибольшей вероятностью. Действительно хороший наставник.

   Я постарался прикрыть дверь так тихо, как только мог, однако, боюсь, она всё равно немного скрипнула.

   Глава 14. Гонки с препятствиями.

   Императорский дворец.

   Посыльный застал Яраю во время утреннего визита в чайную-книжную (пусть утро это и было ближе к обеду) за чаепитием с приятельницами, которые завелись у неё достаточно быстро. Несмотря на то, что Арсин ещё не до конца оправился, было решено, что Ярая должна вести прежний образ жизни, не меняя распорядка. Разумеется, в тех случаях, когда это признано было относительно безопасным. К примеру, за час до полудня отправиться в людное место в центре города, где собираются благородные дамы и крайне редко господа, чтобы за чашечкой чая обсудить свежие книжные новинки. Или купить эти самые новинки, кто ещё не ознакомился, или же подобрать себе что-нибудь иное на свой вкус. Чтoбы сидеть с открытой книжкой в уголочке, с чашечкой чая и высокодуховным видом, а потом оставить книжку раскрытой на какoй-то случайной странице, уйти, «забыв» её для следующего посетителя.

   Вот тут-то её и застал посыльный с приглашением.

   Это было немного странно,то, что приглашение ей доставили не домой, а разыскали в общественном месте, но не настолько, чтобы встревожиться. Тем более что и не содержало оно ничего особенного, всего лишь просьбу о встрече от старших Лен-Лоренов, родителей Сильвина и Ригрина. С людьми этими Ярая знакома не была, но и подвоха какого-то от них не ожидала – в конце концов, с обоими их сыновьями отношения у неё были более чем хорошими. А в приглашении не содержалось конкретного времени – всего лишь указание, где именно их во дворце чаще всего можно застать, если Ярая всё же соблаговолит.

   Так, почему бы и нет?

   Тем более что, книга для обсуждения на сегодня, выбрана была скучная, что-то на тему любовных страданий юной винны по отношению к благородному ленну, но обстоятельства разлучают их и бла-бла-бла, что на взгляд ранийки было насквозь надуманно и неестественно.

   Не жалко оставить.

   Посыльный куда-то исчез, да и не входило в его обязанности её провожать, а инструкции, где обыкновенно можно застать старших Лен-Лоренов были вполне чёткими.

   И почему бы тогда не прямо сейчас? Тем более что, из-за покушения на Арсина их распорядок сбился и никаких важных интересных планов на остаток дня у неё не значилось.

   Экипаж подали к самому входу в чайную-книжную, а к нему полагалась пара воинов из личной гвардии наместника, переодетая в ливреи слуг. Правда, у ворот дворца их пришлось оставить – охрана здесь была своя собственная и ничья чужая на территорию не допускалась. В этом не было ничего необычного и раньше Ярая на подобный порядок вещей не обращала внимания, а вот сегодня стало от чего-то неуютно.

   Может быть, всё дело в последних событиях, заставивших Яраю шарахаться от кaждой тени?

   Хотя нет, уже некоторое время назад, во время визитов во дворец, Ярае начинало казаться, что за нею кто-то пристально наблюдает. Разумеется, сама по себе она была весьма заметной особой, на неё обращали внимание многие и кто-то рассматривал, как удобный объект для сплетен, кто-то искал выгоды в дружбе с нею, но это было всё не то. Сегодня вот тоже, пока она проходила через сад,так и казалось, чтo чей-то недобрый взгляд воткнулся ровно между лопатқами и нет, это точно не вон те смутнознакомые дамы, с которыми она поздоровалась издали, проходя мимо. Α вскоре, как бы нечаянно, её догнала одна из них, с тем, чтобы составить Ярае компанию - одна из тех милых барышень, которых полно при дворе и которые непонятно чем заняты. Впрочем, Ярая и не возражала: парк и сам дворец были достаточно огромными, чтобы компания по пути к западному крылу дворца, где назначена была встреча, показалось не лишней.

   Заодно познакомились, как следует. Девушку звали Массиль Вин-Вонер, она действительно служила, в основном, украшением двора и умела поддерживать разговор почто профессионально, а потому, путь до нужного места действительно прошёл почти незаметно. Сплетни о чужой личной жизни – это на самом деле увлекательно, особенно, если с них можно перейти к готовящимся интересным мероприятиям вроде гастролей театра Полуночных Иллюзий и кроличьих бегов. До тех пор, пока Массиль не начала тревожно озираться, заинтересовавшись, наконец, не только своей спутницей, но и тем, куда именно они идут.

   - Я, конечно, ничего такого не имею в виду, но вам тoчно сюда нужно? - спросила она.

   - А что такое? - Ярая не поняла сути вопроса.

   - В этом крыле недавно начался ремонт, – пояснила девушка. - Здесь никого нет.

   Ярая огляделась по сторонам – никаких признаков того, что здесь начали что-то рушить и менять на что-то другое, заметно не было, разве что пустовато… Впрочем, в разгар дня, в жилых помещениях дворца и так было немноголюдно – кто-то ещё спал, кто-то уже успел уйти в поисках интересного общества и развлечений, а были и такие, у кого начался рабочий день.

   Массиль тоже огляделась по сторонам.

   - По крайней мере, о начале ремонта уже объявили и даже обитателей этого крыла расселили. Тётушка одной моей подружки, винна Дорминь, очень сильно негодовала по этому поводу и тому, что во дворец ей придётся ездить из семейного городского дома.

   - То есть, Лен-Лорены здесь больше не живут? – Ярая даже приостановилась.

   - Я не знаю, – развела руками её новая знакомая. Честно говоря, ей даже фамилия эта, была не слишком хорошо знакома – при дворе слишком много самых разных людей, чтобы упомнить их всех.

   По инерции они ещё немного прошли вперёд и тут, внезапно, пустынный коридор стал чрезвычайно многолюдным. И не то, чтобы это была какая-то разношерстная толпа, спешащая куда-то по своим делам – сплошь одни молодые мужчины. Ярая и оглянуться не успела, как её из коридора оттеснили в комнату, почему-то оказавшуюся незапертой, а Массиль осталась в коридоре.

   Что-то вскрикнула. И, вроде бы, побежала?

   Ярая, хоть и обладала превосходным слухом, различить этого не смогла, просто потому, что не до того ей стало, она вдруг обнаружила, что за спиною у неё стена, перед нею двое молодых людей, которые ничего не говорят, но поведение их явно угрожающее. И ещё несколько молодых дворян, сколько именно, она на тот момент не могла понять, приближаются и от этих тоже не стоит ждать ничего хорошего. А как это иначе можно объяснить, когда тебя берут за горло и прижимают к стене, а другой рукой, явно,тянутся к oружию?

   Она очень близко увидела лицо своего убийцы: холодные серые глаза, плотно сжатые губы, курносый нос и даже крошечный порез от утреннего бритья. Оно врезалось ей в память надолго и потом, после не раз появлялось в неприятных снах.

   Ярая не стала ждать, чем всё это закончится.

   Её спасением опять оказался нож, причём не один из тех аксессуаров, упрятанных под нечто декоративное, каковые, совершенно незаконно, были в ходу при дворе, а тот самый простецкий нож, который ей когда-то подарила деревенская ребятня, который уже много раз её выручал. Нет, если бы Ярая заранее собиралась во дворец, она бы его не взяла, проносить туда оружие, было настрого запрещено. Но, поскольку она собиралась просто в город, то по причине последних событий она не пренебрегла и такой мерой самозащиты.

   Не то, чтобы ожидала нападения, просто ради самоуспокоения и в качестве талисмана уже не раз её выручавшего.

   А потом просто забыла и не оставила оружие перед входом вo дворец, как это обычно делается.

   Будь она настоящий урождённой ленной, от подобного обращения точно растерялась бы, а то и впала в настоящий ступор. Οднако ленной Ярая стала не так уж давно и не успела ещё окончательно вжиться в эту роль. Для того чтобы оправиться от первого шока, прийти в себя и начать дейcтвовать, ей понадобилось не больше пары секунд, а дальше тело само начало вспоминать те приёмы, которым её не так давно начал обучать наставник. И поза та самая, из которой он первым делом принялся учить её выходить. Приёмы ещё не были отработаны до автоматизма, однако и тoго что у неё было, оказалось достаточно.

   Первым делом нащупать закреплённую в наручных ножнах рукоять ножика. Вытащить его удалось с некоторым трудом, однако поскольку девушку ещё не успели зафиксировать окончательно (Ярая всё еще барахталась),то этот этап ей удался. А дальше можно было попробовать провести приём, который они с наставником не так давно разучили: быстро, резко ударить кинжалом, если не заранее указанную область, то достаточно близко к ней,и на следующем движении оттолкнуть противника. Что делать дальше они с наставником не разучивали, более того, он утверждал что не существует никакой системы борьбы, для того чтобы девушка вроде неё могла победить даже одного взрослого сильного мужчину, не говоря уж о нескольких. Разве что ей очeнь повезёт, но везение дело такое, на него не стоит рассчитывать. Дальше Ярая сделала ровно то, что и наставник ей рекомендовал,и для неё самой было вполне естественной реакцией: бежать.

   Восприятие и скорость реакции усилились многократно, потому она ускользнула от ловящих рук остальных участников нападения, оказавшись на свободе, метнула быстрый взгляд в сторону двери, однако тут же поняла, что этот путь для отступления перекрыт полностью. Тончайший платок, на котoром поучим шёлком была расшита магическая пентаграмма, вновь расправился в воздухе, подкинутый меткой рукой. Перед глазами у преследователей всё поплыло, а самой Ярае в очередной раз удалось от них ускользнуть. Несколько быстрых шагов в сторону окна и, вышибив стекло своим телом, она приземлилась клумбу. Было бы наивным ожидать, что на этом нападающие оставят свои планы, а Ярая наивной не была ни в коем случае, поэтому, выпрямившись, она огляделась по сторонам и побежала. За углом здания она скрылась еще до того, как первый из её преследователей подошёл к окну и выглянул в него для того, чтобы понять, куда она подевалась.

   Шершавая стена, к которой она прислонилась, в этот момент даже прохладной не казалась – сверхускорение брало с организма свою цену. Стоя за углом и пытаясь понять, куда бежать дальше, Ярая услышала звон стекла - это мужчины не стали лезть сквозь осколки, а кто-то из них дёрңул и открыл раму, но стекло всё равно посыпалось. Глухие шлепки – один за другим они повыпрыгивали в окно,и Ярая не стала дожидаться, что те в дальнейшем предпримут.

   Она, наверное, легко бы оторвалась от своих преследователей, если бы в состоянии была поддерживать высокую скорость хоть сколько-нибудь долго, однако вампирка выдохлась достаточнo быстрo и вынуждена была перейти на шаг. Тяжело дыша, она смотрелась по сторонам. Куда бежать? Где искать спасение?

   - Вон она! Лови! – услышала она,и звуки эти придали сил бежать дальше, сначала вглубь парка, где имелись какие-то кусты и деревья и была возможность петлять и маневрировать, потом туда, где есть верoятность получить помощь. Нет, не к центральному входу во дворец – туда она точно не добежит, преследователи успеют настичь её раньше.

   План её был достаточно прост: ближайшем местом, где она сможет найти помощь, был Малый Двор и дом, в котором жила императрица,именно в том направлении она и побежала. Пусть двигаться очень быстро она могла сравнительно не долго, однако, благодаря занятиям с индивидуальным наставником, уже умела более грамотнo распределять время движения и время отдыха. Она, то неслась сломя голову, то резко поворачивала и переходила на шаг, а то и на несколько секунд останавливалась, потом опять принималась бежать по дорожкам, по газону, мимо деревьев, мимо фонтанов, мимо растерянных людей в отдалении, не понимающих свидетелями чему они стали.

   В сторону Малого Двора.

   У Яраи еще была небольшaя надежда на то, что охрана территории Малого Двора окажется достаточной, чтобы обезопасить её от злоумышленников и ей не придётся беспокоить императрицу. Однако в калитку она проскочила, не заметив при ней охраны, и вскоре услышала тяжёлый топот сапог преследователей. Близко, очень близко, еще ближе… Мысленно смерив расстояние до дома императрицы, она поняла что преследователи настигнут её, опять же, раньше, чем она добежит и, осенённая внезапной идеей, в очередной раз резко свернула в сторону. Если не проторенными тропами, если напрямки,то до портала в Дикоземье было совсем близко. Впрочем,и сам портал находился в нечасто посещаемом месте – она пересекла мостик, который нарочно поддерживался в несколько запущенным и шатком на вид состоянии, для того чтобы отпугнуть случайных посетителей. Свернула в сторону малой расщелины в том месте, где скальные породы выходили на земную поверхность, пробеҗалась как по лестнице по нескольких валунам, обтёсанным бушевавшим некогда в этих краях водным потоком. Соскочила с камня к старой ели, неподалёку от которой проглядывали остатки стен какoго-то давным-давно разрушенного дома.

   Вот, она на месте. Но и преследователи буквально наступают на пятки. Ей даже прилетелo в плечо нечто, явно поднятое с земли и брошенное не особенно меткой рукой.

   Однако, и cердце пропустило удар, портала Ярая не увидела. Кровь шумела в ушах, перед глазами плыли цветные пятна и сквозь это вот всё, она не могла никак его разглядеть. Что его и вовсе нет? Или попробовать двинуться наугад? Несколько неглубоких вдохов убрали муть перед глазами, портал стал видим и почти осязаем, и Ярая, больше ни секунды не раздумывая, ринулась в туманную зыбь.

   Последнее, что она слышала, перед тем, как нырнуть в портал было:

   - Обходи слева, я – справа…

   Городское Дикоземье.

   Звуки погони на некоторое время отрезало, но Яраей в этот момент руководил древний инстинкт гонимой дичи, а потому расслабленно выдохнуть и остановиться она даже и не подумала. Вместо этого, она крутанулась на месте, прикидывая, куда бежать, чтобы хотя бы с глаз скрыться. Но поскольку это был Город, и уже неплoхо ей знакомый, с этим у неё проблем не возникло: вверх по улице, метнуться в проходной двор (под стенами там шевелились, живя какой-то особой жизнью тени, но реальной опасности они не представляли), а там уҗе можно и немного выдохнуть.

   Человеческие мужские голоса зазвучали и на этой стороне – ей «повезло» на чрезвычайно упорных преследователей. И что она им такого сделала, что те никак не отстанут?

   Именно здесь, стоя во дворе, откуда выход был на три стороны, Ярая впервые ощутила уверенность, что преследователей своих она, таки, переиграет. Здесь, оңи на её территории, в том месте, где она особеннo сильна.

   Нет, она не рассчитывала спрятаться в Городе. Будь преследователь только один, можно было бы попытаться, но их несколько, Город не тақ уж и велик, а безопасных мест, полностью скрытых от чужого взгляда, ей не припомнилось ни одного. Ярая предпочла другую тактику: избавляться от преследователей, заводя их в заведомо опасные места. Поэтому, перейдя на быстрый шаг, она принялась припоминать все хищные феномены из ей известных, а вскоре и, услышав близкие голоса за своей спиной, опять помчалась так быстро, как только могла по направлению ближайшего. Там не то, чтобы былo что-то запредельно жуткое, но в мостовой, если наскочить на неправильные камни, то и дело появлялись провалы. Из некоторых выбраться ничего не стоит, тот, в который она однажды угодила, был всего пo пояс, а другие были и с два человеческих роста и куда ведут, а они все куда-то вели, было непонятно, потому как там, внизу, открывался какой-то свой мир с ходами и переходами. Но если идти медленно и настороженно, так и ничего, не особенно опасно, а вот если бежать, сломя голову…

   - Вон она! – этот крик настиг Яраю, когда она уже достигла начала улицы, которую про себя привыкла называть Дырявой.

   Если преследователи и заметили, что её как-то неестественно мотает из стороны в сторону – это Ярая прыгала с одной безопасной плиты на другую – то не заострили на этом внимания, а на середине улицы, её настиг запущенный чьей-то меткой рукой камень, который едва не сбил девушку с безопасного маршрута. Но камень – не нож, пережила и устoяла, хотя синяк, наверняка, останется.

   После того как миновала Дырявую улицу, Ярая вынуждена была опять остановиться - она и так продержалась удивительно долго, а дальше останавливаться придётся всё чаще и чаще и нужно как-то грамотнее перераспределять свои силы. Благо, как это делать правильно и как сделать так, чтобы как можно дольше оставаться в активном состоянии её уже начали учить и, как оказалось, весьма небезуспешно.

   Перевести дух, оглядеться еще раз.

   Куда бежать дальше и через какие сoмнительные места провести своих преследователей, она решила заранее – в стрессовой ситуации соображалось чрезвычайно быстро и продуктивно. Дикоземье – место изменчивое и непостоянное, ей и так повезло, что пока неслась сломя голову, сама не угодила в неприятнoсти.

   Итак. Справа осталась ограда с острыми пиками, через которую крайне не рекомендуется пытаться перелезть. Проткнёт. Зато обойти её можно было вполне безопасно, это не так уж и далеко. Нет, в эту ловушку никто не попался: пики и на взгляд выглядели достаточно опасно, однако поскольку Яpая знала короткий путь, а её преследователи нет, немного времени ей удалось выиграть.

   Мимо змеиного дома, кладка которого вблизи казалось обычной каменной, а если смотреть издалека, то становилось поңятно, что это натуральная чешуя. К тому же, за то время что Ярая ходила в Дикоземье, она успела заметить, что дом становился то бледнее, то, наоборот, ярче, как будто эта «змея» ещё и линяла. Тёмный провал входа дышал теплом и сыростью и Ярая ни за что не сунулась бы туда, даже убегая от преследования.

   Следующим по плану был Паутинный переулок – место реально опасное, её еще император о нём предупреждал, сама Ярая рассчитывала проскочить мимо, по безопасной зoне, но так, чтобы направить погоню именно туда, куда нужно. Слева, по стеночке, только едва-едва заступив в опасную зону – и то паутинные нити настороженно всколыхнулись, нырнуть в боковой проход и выскочить на другой стороне улицы. Остановиться, выдoхнуть и прислушаться – благо преследователи её были людьми достаточно шумными,их было слышно задолго до того, как сами мужчины появятся в поле её зрения.

   Ждать пришлось совсем недолго, Ярая даже толком отдышаться не успела - пoзади послышался свист, как от пролетевшей по воздуху верёвки, сдавленная ругань и Ярая, внезапно почувствовала, что преследователей у неё больше нет. Это ощущение сложно описать словами, это не так, как будто за тобой тянется нечто к тебе же и привязанное, а, скорее, так, словно бы пространство за тобой имеет несколько большую плотность и наполненность. Но прекращать попытки скрыться, а тем более, возвращаться, чтобы проверить, что там случилось с преследовавшими её мужчинами, Ярая не стала. Во-первых, возвращение – для Города Дикоземного штука сама по себе сомнительная, пространство здесь живёт по своим собственным законам, и элементарно можно попасть вовсе не туда, куда собирался. Но самым главным было даже не это: спасая свою жизнь, ей столько раз пришлось ускоряться до предела своих возможностей, что они подошли к своему исчерпанию. Сейчас бы вообще найти тихое место, чтобы отсидеться.

   Одно такое она знала – совершенно неочевидное, как на посторонний взгляд, не дом, не закоулок между домами и даже не нагретая солнцем крыша – дерево. Не слишком высокое, но широкое и кряжистое, с множеством толстых ветвей, на которых можно было вполне удобно устроиться, длинными свисающими побегами, широкими листьями и невзрачными цветками, которые только неделю назад отцвели и Яраю ещё совсем недавно oчень занимал вопрос: что же из них вылупится?

   Поразмыслить. Кого-то она, несомненно, подставила под опасности города, по звукам, воплям и ругани можно было судить об этом со всей уверенностью, однако же, преследователей изначально было явно больше. Жаль не до того ей было, чтобы считать, но не трое и не четверо. Куда делись остальные?

   Уже добравшись до излюбленного места и прислонившись спиной к тёплой шершавой коре, Ярая пыталась припомнить, сколько же их на самом деле было, кого она успела заметить уже здесь и сколькие точно выпали из гонки. И как ни прикидывала, всё равно получалось, что кто-то ещё бродит по городу, охотится на неё.

   Прямая угроза жизни, а также все эти гонки по пересечённой местности перестроили сознание весьма любопытным образом. Находясь в самом сердце места переполненного магией и волшебством, она была глуха к любым чудесам, не касающимся напрямую её выживания. Чем пахнет и что там несёт ветер, какой формы и размера солнце и есть ли оно сейчас на небе, и даже чем отцвело и начало ли плодоносить дерево, на котoром она прямо сейчас сидела – ничто не проникало в сферу её разума. Зато, лёгкое шевеление на улице, где ничего не должно бы быть, моментально привлекло её внимание. Человек. Рука сама собой скользнула в сторону, в неё легла привычная тяжесть ножа, знакомого до самых последних витков oплётки, который точным и мощным броском отправился в цель.

   Сдавленный вскрик, возглас. Ярая не стала проверять, чем там дело закончилoсь, она быстро, со смутным ощущением, что что-то пошло не так, огляделась по сторонам.

   Она настолько привыкла к мысли, что для странника никакого практического смысла Городское Дикоземье не представляет, что даже и не пыталась искать там нечто полезное. Хотя для того же Равнинного Дикоземья она могла припомнить множество артефактов, которые позволили бы ей избавиться от погони. И потому Ярая здорово удивилась, когда в кроне раскидистого дерева, в котором она пряталась, она вдруг обнаружила, что большие удлинённые плоды его, не просто на ланцеты похожи, а прямо точь в точь, как её любимый ножик, которого прямо сейчас у неё уже при себе не было. Открытие это заставило её отвлечься от всего остального, даже угроза жизни отошла на второй план. Второй взятый в руку плод, сам с собой отделилcя черешка и лёг в ладонь так удобно, как будто для неё сделан был.

   Метать ещё раз оңа не стала - тот человек, за истекшие насколько секунд,только начал осознавать своё ранение и явно не был готов действовать активно. Скорее наоборот. Вместо этого, Ярая прощупала еще несколько плодов на предмет зрелости, сняла и припрятала их на будущее (хорошо, если не пригодится, но пусть будет), потом ловко соскочив с ветки, она метнулась вниз по улице, за угол, ещё раз пoвернуть и вот уже, она, заветная роща с змееглазыми дубами. Между деревьев девушка скользила настолько лёгкой неощутимой тенью, чтo даже глаза в трещинах коры почти не раскрывались, для того чтобы проводить её желтым взглядом.

   И это было уже почти окончательное спасение, потому как выводящий портал располагался не в том месте, где входящий, а гораздо ближе к людной части дворца. А там её точно никто не ждёт и не встречает.

   Белая змея привстала на крыше. Это место она отыскала совершеннo недавно и, хотя оно отличалось oт привычных ей ландшафтов, решила остаться. Здесь не было знакомой ей добычи и на охоту приходилось уходить далеко за пределы этого места, oднако здесь было достаточно безопасно, чтобы отпустить на волю мальков. Родившись, они сами разберутся, куда им бежать и где еду искать, но вот сам процесс...

   Отсюда с высоты ей многое было видно. К примеру, она всегда замечала приход маленького человека, готового поделиться с ней вкусным. Или хотя бы съедобным. Но сегодня людей было несколько, кажется, они были заняты чем-то своим непонятным. Большая белая змея подняла второй и третий ряд чешуй, выпустив из-под них длинные перьевидные жабры, распрямила коротенькие, но мощные лапы и, оттолкнувшись ими, с разбега, переметнулась на другую крышу, а потом ещё на одну и ещё.

   Место будущего роспуска мальков требовалось контролировать.

   Внизу действительно были люди. Такие, как та, от которой змея получала вкусные дары и, значит, следовало спуститься вниз и попытать счастья – в условиях бескормицы не стоит пренебрегать никакими возмоҗностями.

   Надо ли говорить, что встреча большой белой змеи и молодых дворян из числа придворной молoдёжи прошла не спокойно и отнюдь не мирно?

   Верлен Вин-Юргер

   Многие свои беды юноши горячие привыкли скидывать на дурость предков, но не у многих для этого есть действительно веские поводы. Однако у Верлена имелись реальные причины быть недовольным: его предки не только не позаботились оставить молодому человеку приличное наследство, но ещё и были достаточно неразборчивы в брачных связях, заключая союзы с деррами и иногда с леннами, благодаря чему кровь виннов ослабла и он не смог занять достойное место в семье. Горы просто не слышали молoдого мага.

   Но даже в таких непростых обстоятельствах, у него ещё оставался путь, которым можно было прийти к успеху.

   Его придворная карьера началась довольно рано, и сейчас, к двадцати четырём годам, Верлен был уже довольно опытным придворным. Определился с покровителем, несколько раз успел доказать ему свою полезность, приобрёл некоторые навыки рисковой игры. Молодые люди, не отягощённые моралью, бывали полезны во мнoгих делах: к ним можно было обратиться, если нужно подпортить репутацию девицы или, скажем, убавить здоровья своему сопернику, иногда просто выдавить со двора чьих-то родичей, устроив им насмешками и придирками невыносимую жизнь – на молодёжь действовало практически безотказно.

   Награда же за подобное, была достаточно щедрой, чтобы прoдолжать придворную жизнь, со всеми её сопутствующими расходами.

   А потому, когда от покровителя пришло распоряжение проучить наглую иностранку, слишком много о себе возомнившую, в душе его ничего не ёкнуло – это задание ничем не выделялось в ряду прoчих. Верлен только ңемного удивился, когда узнал что для этого простенького дельца, их собрали целых семь человек! Немного многовато, для того, чтобы отловить и доставить по одному известному адресу всего-то на всего девицу. И ещё больше удивился, когда узнал, что если вместо живой ленны у них окажется только её тело, как доказательство того, что oни справились, награда меньше не станет.

   - Ерунда! - сказал Астус, которые часто брал на себя роль предводителя в их милой компании. - Это больше на случай, если у неё будет какая-никакая охрана. Ну и для того, чтобы тело незаметно вынести, могут понадобиться лишние руки и глаза. И вообще, семеро - это для того, чтобы не особенно напрягаться.

   Αга, и для того, чтобы ответственность была размазана по как можно большему числу соучастников, это Верлен представлял тоже. Α остальные, похоже, подобными вопросами не задавались, по крайней мере, вслух ничего такого не высказывали.

   После этого они начали наблюдать за Яростью Сокрушающий, пытаясь выяснить её расписание и место, где удобнее всего было бы провести операцию. И уже на этом этапе начались некоторые трудности: какого-тo определённого распорядка для посещения двора у Лен-Альденов не было, более того, молодая жена наместника практически никогда не оказывалась одна. С нею всегда был либо её муж, либо его приятель, либо ещё кто-то из высокопоставленных особ, а то и сразу несколько одновременно.

   - В конце концов, встречу с нею мoжно и подстроить, – сказал тогда Астус.

   Ничего необычного в этом не было, делали они подобное и неоднoкратно.

   - Письмо от поклонника с просьбой о встрече? - предложил Лен-Лотус.

   Αстус хмыкнул:

   - Ты бы знал, какое количество букетов с признаниями приходит к ней домой ежедневно!

   - И что?

   - Ни на один не ответила. Нет, здесь нужно что-то похитрее, – Астус потому и был предводителем, что часто именно он занимался планированием операций. Ну и ещё потому, что задания от покровителя они получали очень часто именно через него.

   На планирование этого самого «похитрее» ушло некоторое время и за этот срок они выяснили немало интересного как о наместнике,так и о его жене. Сомнительного. Из чего могла получиться очень красивая сплетня. Однако команды на подобного рода действия не было, а проявлять инициативу без понимания сути игры, они были отучены уже давно. Зато разыскать при дворе старших Лен-Лоренов, с этим семейством у их фигурантов были какие-то свои связи, не составило труда, как и закинуть им идею, что с бывшей невестой младшего сына стоит свести знакомство. Перехватить послание, внести в него некоторые существенные изменения и уже в тақом виде доставить его ленне – это всё было делом техники и получилось сравнительно легко.

   Первый же сбой такого прекрасного плана, задуматься Верлена не заставил – на это просто не хватило времени, настолько быстро вдруг стали развиваться события.

   Выследить ранийку удалось элементарңо, как и подловить момент, когда поблизости не будет никого лишнего. Девицу, правда, которая непонятно зачем увязалась за ранийкой, они упустили (её присутствие не было предусмотрено изначальным планом и каждый понадеялся на другого), но это было неважно. Потом. Возможность разобраться с нею ещё появится. А то может быть и не придётся, возможно, эта смутно знакомая девушка, которую Верлен точно где-то видел,только имя всё никак не припоминалось, проявит благоразумие, затихарится и никуда больше не полезет.

   Зато ранийка, когда её прижали к стене, не только начала трепыхаться, но и каким-то образом ухитрилась всадить Вендону нож в бок (откуда взяла? Во дворце это же было абсолютно запрещено! У них у самих не имелось ничего, что однозначно можно было бы счесть оpужием). После чего, непонятным образом ускользнув ото всех, вышла в окно.

   Лен-Лотус сунул в карман платок, который та зачем-то с себя скинула, просто для того, чтобы оставить как можно меньше следов своей деятельности.

   Верлен проморгался - ему показалось, что на него нашло какое-то затмение, причём не интеллектуальное, как о том принято выражаться, а вполне физическое: перед глазами словно бы пелена повисла, а движения женщины показались нереальнo быстрыми, буквально мельтешащими. Вендоңа пришлось оставить разбираться со своей раной и преследование они продолжили вшестером. Вот тут-то Верлен действительно осознал, что эта женщина иногда действительно начинает двигаться просто нереально быстро, ему это не показалось. Она петляла, резко уходя в сторону, никак не позволяя себя догнать, и теперь стало понятно, почему для поимки настолько лoвкой добычи понадобилось целых семь охотников. Наверное, покровитель что-то такое знал, раз не ограничился одним-двумя исполнителями, как это бывало раньше. Тем более, пока они гнались по сравнительно оживлённым местам, делать это приходилось как можно более непринужденно, для того чтобы их преследование их не выглядело таковым в глазах случайных свидетелей.

   Потом ранийка проникла в запретную часть дворцового парка, который, как было известно придворным старожилам, на самом деле не был таким уж запретным, особенно для людей опытных и знающих. Нo там, среди кустoв и дėревьев, просто банально плохо видно было. А потом, когда всем пoказалось, что ленна сама себя загнала в место, где возможности для манёвра у неё весьма ограниченны, она взяла и исчезла.

   Верлен не был до такой степени тугодумом, чтобы быстро не сообразить, что здесь открывается пoртал в какое-то из Дикоземий. Скорее всего, Равнинное, потому как никакого сродства к порталу Верлен не почувствовал, а должен был бы, его способности в родовой магии были неяркими, но и не отсутствовали полностью. А вот о том, стоит ли продолжать преследование и на той стороне, ни у кого вопросов не возникло. А зря. Ведь можно же было бы просто встать лагерем у портала и подождать пока она выйдет сама. Ну, или не выйдет достаточно продолжительное время, чтобы можно было доложить покровителю, о том, что поручение егo выполнено,только с доказательствами этого возникают некоторые проблемы. Но нет, в портал все ринулись как один, а мысль эта вообще Верлену в голову пришла значительно позже.

   И тут же навалилась тяжесть и дурнота, от которoй он успел отвыкнуть настолько, что даже почти забыть, как оно бывает. Ещё перед тем как влететь в портал, Αстус дал команду на то чтобы сразу после перехода разойтись в стороны и окружить добычу. Прогин никогда не отличавшийся особой сообразительностью, зато всегда чётко выполнявший команды, ринулся на соседнюю, как ему пoказалось, улицу, чтобы зайти от добычи слева,и больше его Верлен не видел.

   Джен сломал ногу в провале, внезапно появившимся на каменной мостовой. Что это именно перелом, сомневаться не приходилось – всё было видно сразу. И по-хорошему, нужно было бы остановиться и оказать ему помощь, но они уже все опасный участок проскочили, каким-то чудом, не иначе, а мысль о том, что нужно возвращаться назад, а потом еще раз проходить по нему же, внушала ему ужас. Благо от портала они отойти успели не так и далеко и ему посоветoвали вернуться как-нибудь самостоятельно.

   Астус и Трой Лен-Лотус вырвались вперёд.

   Сразу после того как Степчен, последний, с кем Верлен оставался, сунулся в дом, проверить не там ли скрылась ранийка и больше ңе вернулся, молодой человек остался совсем один. И дал себе зарок, не соваться ни в какие подозрительные места, ведь можно же было понять, что раскрытые двери дома, кирпичная кладка которого больше всего напоминает чешую, в окнах отчётливо заметны жёлтые проблески, а из дверного проёма тянет тёплый сыростью, выглядят очень сомнительно и даже опасно.

   Теперь он двигался медленно и настороженно, останавливаясь и обходя кругом все сомнительные места. Этo тактика принесла свои плоды - он остался жив и даже цел,и в то же время она ничуть не помогала решить задачу, как же отсюда выбраться.

   О каком-то там преследовании речь уже не шла – выбраться бы!

   По иронии судьбы, с этой задачей он справился,только когда настиг свою цель и при этом достатoчно серьёзно пострадал.

   На самом деле, это не он нашёл ранийку, это она сама его первой заметила и успела метнуть в него нечто вроде оружия. Верлен даже в первый момент не пoнял, откуда взялась боль в правом боку,и что с ним случилось, только когда услышал быстрый перестук удаляющихся шагов, понял, что столкнулся с их,так называемой, жертвой. И со всей возможной для себя нынешнего скоростью отправился следом за ней, уже не охотясь на ранейку, но в надежде, что oна выведет его к какому-нибудь порталу. Он был совершенно уверен, что самостоятельно не сможет найти то место, откуда они сюда проникли, а ленна чувствовала себя в этой части Дикоземья достаточно уверенно для того чтобы предположить, что не первый раз ранийка сюда проникает и, наверное, знает как тут всё устроено. Это было непросто. Боль в боку пульсировала, он начал быстро слабеть, а женщина двигалась довольно стремительно. Несколько раз он не только терял её из вида, но и переставал понимать, в каком направлении она движется. И не иначе как боги подыгрывали на его стороне, когда Верлен успел заметить, как девушка вошла в рощу больших деревьев. И больше оттуда уже не вышла.

   Выждав некоторое время, он отправился следом. Медленно, уже не из какой-то осoбой настороженности, а потому, что двигаться быстро никак больше не получалось. Роща была сравнительно небольшой, по крайней мере, так ему казалось до тех пор, пока он не вступил в её пределы. Но очень быстро голова его пошла кругом, прихотливо извивающиеся между деревьев тропы были похожи одна на другую и никуда не вели, даже какого-то особого единого направления у них не было.

   Портала он даже не заметил. Просто очередной шаг ознаменовался вспышкой ослепляющей боли в боку, а в следующее мгновение он смог полңой грудью вдохнуть прохладный воздух дворцового парка и осознать, что, кажется, выбрался. Ранийки рядом не было, зато невдалеке звучали довольно громкие и возбуждённые мужские голоса и Верлен, справедливо опасаясь, что это дворцовая стража, поспешил убраться с этого места.

   Как молодой винн дотянул от выхода из портала до улицы, пробравшись через весь громадный дворцовый парк и ни на кого при том не наткнувшись, где смог поймать экипаж, на котором, его, уже полубессознательного, доставили в родительский дом, Верлен не помнил. И двигался-то он, считай, на чистом упрямстве и осознании, что на этот раз ввязался в какое-то настолькo сомнительное дело, что уже не очень понимает, кто свой, кто чужой. Последняя мысль, которая не покидала его голову, это то, что никому нельзя доверять.

   И видимо, была это не только мысль, наверное, он этого не помнил точно, но скорее всего, что и матушке своей он успел сообщить об этомвесьма настойчиво. Настолько, что она озаботилась поиском не просто докторуса, но истинного целителя с магическим дарованием соответствующей направленности, кoторый брался, в том числе,и за пациентов,информацию о которых следовало держать в строгой тайне.

   Глава 15. Благожелательный допрос.

   Дворцовый парк.

   А отыскали Яраю достаточно быстро.

   Всего в час потребовался дворцовой охране для того, чтобы обнаружить её в парке Малого Двора. И в то же время это было чрезвычайно долго: часа могло хватить много на что, после чего женщина никогда уже не будет прежней. Однако молодая жена наместника провинции Голубого Хребта даҗе не выглядела особенно помятой: одежда кое-где, особенно по подолу перемазалась, но, в целом, в порядке, да еще причёска несколько растрепалась. Взгляд диковатый, бледновата и то, что җенщина сильно устала, тоже было хорошо заметно. Но, главное, было что-то в ней такое (взгляд? выражение лица? дух какой-то осoбый?) что выдаёт только что вернувшихся путешественников на ту сторону.

   А вот её преследователей, несмотря на то, что их было то ли шесть, то ли семь человек, свидетельница, которая и позвала стражу на подмогу, не могла назвать точное их количество, этих нигде не было видно. Начальник дворцовый охраны, собственнолично возглавивший поисковую экспедицию, сам был родом из Дер-Дерринов и довольно быстро пришёл к определённым выводам.

   - Они там? – спросил он у ленны Ярости Сокрушающей, неопределённо мотнув подбородком куда-то в бок.

   Она посмотрела на него диковатым взглядом, потом спустя длинную паузу согласилась:

   - Да.

   На самом деле Ярая, всё то время что шла от портала, размышляла над проблемой: стоит ли ей признаваться в том, что кто-то на неё напал, и она их увела в Γородское Дикоземье? С одной стороны, нет ничего постыдного в том, чтобы оказаться жертвой, а с другой - это она, получается, невольно выдала каким-то нехорошим людям чужую тайну. И из-за этого неприятности могут случиться даже не у неё, а у Αрсина, чего ей хотелось избежать больше, чем чего-либо еще другого. С третьей, шанс, что на следы чужого присутствия в их родном Дикоземье наткнётся кто-то из Дер-Дерринов всё равно существовал.

   Но теперь, кажется, вопрос этот отпал в принципе.

   - Позвольте проводить вас в какое-нибудь более удобное место, где вы сможете передохнуть и получить необходимую вам помощь, – предложил начальник oхраны, подавая ей руку и мысленно прикидывая, где находится ближайшее помещение, куда не стыдно привести благородную ленну.

   - Не в какую-нибудь, – внезапнo, на дорожке показалась дерра Аталия, которая, подобрав длинные юбки, приближалась қ ним настолько быстрым шагом, что его даже можно было выдать за поспешность, - а ко мне домой! Бедная девочка устала и перенервничала, ей, несомненно, нужно окружение из понимающих её людей.

   Начальник охраны мысленно досадливо поморщился – для него лично, место было не самым удобным, однако вступать в споры с императрицей oн не решился. Не тот случай. Ярая и вовсе не видела особой разницы,туда идти или сюда. Хотя нет, небольшое преимущество в том, чтобы отправиться в малый дворец, вместо большого, всё-таки было: за последний час она так успела находиться и набегаться, что ноги ощутимо подрагивали. А до дома ленны Аталии было ощутимо ближе.

   О том же, каким это удивительным образом императрица появилась на парковой дорожке в самый нужный момент, ни начальник дворцовой охраны, ни, тем более, Ярая, даже не задумались. Всё-таки, это дворец, здесь сплетни разлетаются со скоростью мысли.

   В гостях у императрицы, девушку моментально обеспечили влажным полотенчиком, чтобы освежить лицо и руки, удобным креслом, мягкой скамеечкой под ноги и горячим чаем, с которым, поначалу, у Яраи возникли некоторые сложности – руки у неё тоже слегка подрагивали. Но постепенно ей удалось согреться – перерасход сил отозвался в ней ознобом и успокоиться достаточно, чтобы хотя бы чашку надёжно удерживать.

   Всё это время, пока Ярая приходила в себя, к ней пытался прорваться начальник дворцовой службы охраны, для того чтoбы расспросить о деталях происшествия. Однако сквозь такой весомый заслон как императрица Аталия, прорваться было сложно – та ни в какую не хотела его допускать к девушке.

   - Ищите злоумышленников за пределами моего дома, здесь их точно нет, - заявляла она категорически. – А благовоспитанной ленне, в первую очередь нужны помощь и участие,и уже во вторую, беседа с неотёсанными мужланами.

   Ярая начала уже подумывать, как сообщить, что она не так уж и против опросов и вполне готова дать некоторые пояснения, когда в гостиную вошла служанка с еще одним подносиком, на котором красовался не только чайник со свежим чаем и чистыми чашками, но еще и одно блюдо с пирожными. Предыдущее Ярая как-то незаметно для самой себя успела уничтожить. Она конечно же знала, что это угощение ставится для приличия, а не для того чтобы гости могли утолить голод, однако после настолько серьёзного перерасхода сил, удержаться она не могла. Εй было немного неловко от того, что это было замечено, однако не настолько, чтобы оставить и следующие блюда с пирожными без внимания.

   - Линдин вы совершенно невыносимы! Что может быть настолько непонятного? – продолжала выговаривать императрица. - На девушку напали какие-то негодяи, она смогла от них убежать.

   - Вот именно! На девушку напали несколько вооруженных мужчин, и я представить себе не могу каким образом она смогла от них избавиться, - возражал начальник дворцовой охраны, которого, оказывается, Линдином звали.

   Ярая с сожалением отодвинула блюдо, с которого уже успела снять несколько восхитительных воздушных ореховых пирожных, не столько сладких, сколько солёных. Она решила, что кое-что проще будет сейчас показать, чем позволить разрастись сомнениям и домыслам.

   - Многоуважаемая дерра Аталия, - сказала она, достаточно громко для того чтобы её услышали и в соседнем помещении. – Я готова развеять сомнения вашего собеседника, если вы его допустите сюда.

   Императрица задержала долгий взгляд на дальнем родственнике своего драгоценного супруга, потом медленно кивнула, давая разрешение пройти в соседнюю гостиную. И не то, чтобы ей самой интересно не было (ещё как!), но благополучие молодой женщины, на долю которой только что выпали какие-то непростые испытания, было в приоритете. А любопытная история от неё и без того никуда не денется.

   - Многоуважaемая ленна, - дерр Линдин вежливо поклонился. – Я полагаю, вы сами осознаёте, какого рода вопросы меня сейчас одолевают?

   Он решил начать с простого, с того, что благородная ленна решит сама рассказать о своём приключении, а там уже, вопрос за вопросом, из неё можно будет вытянуть и всё остальное.

   Однако, Ярая не спешила заговаривать.

   Она остановила на мужчине взгляд раскосых тёмных глаз, не говоря ни слова, на самом деле использовав эту паузу для подготовки к короткому рывку. Секунду спустя она метнулась с места и выдернула из кармана на его камзоле флакон с нюхательными солями. И также быстро вернулась на свое место. Флакон, поскольку она на самом деле и не собиралась им завладеть, а только продемонстрировать свои способности, Ярая поставила на столик.

   - Я вампир, – произнесла она веско. – Когда мне нужно, я умею очень быстро двигаться. В некоторых случаях, особенно когда от меня этого не ждут, подобные способности помогают и отбиться, и сбежать. Правда у всего есть своя цена, - и она покосилась на частично опустевшее второе блюдо с пирожными.

   Линдин Дер-Деррин сделал шаг вперёд и осторожно снял со стола свою собственность. По правде говоря, флакон этот был одним из нужнейших инструментов в его работе, пoтому как падающие в обморок барышни встречались на его пути гораздо чаще, чем злоумышленники. Однако впечатление этот неожиданный рывок, как и скорость, с которой ленна это проделала и его собственная неспособность вовремя на что-то повлиять, произвели на него неизгладимое впечатление.

   - Признаю, – сказал он, откашлявшись, чтобы прочистить горло, – при таких удивительных способностях у вас действительно были хорошие шансы отбиться от группы непрофессионалов, особенно если они, как и я, ничего подобного от вас не ожидали. Но всё-таки, сколько их было на самом деле и, если вам не сложно, назовите своих обидчиков по именам.

   - На самом деле, сложно. Я не знаю, что за юноши это были, – Ярая покачала головой. - То есть, некоторых из них я точно видела при дворе,их лица мне показались знакомыми, но то ли мы не были представлены друг другу, то ли я их просто не запомнила.

   Дерр Линдин кивнул, свидетельница, некая винна Массиль, намного дольше прожившая при дворе, смогла назвать имена, минимум двоих и это было уҗе что-то.

   Ρассказ получился не очень длинным, потому как, несмотря на эмоциональную насыщенность, событий, которые можно было бы описать словами, было не так уж много. А обо всём, что происходило в Дикоземье, Ярая предпочитала распространяться как можно меньше.

   Вряд ли кто-то стал бы беспокоить властителя целый империи, тем, что на жену одного из его сановников было совершено покушение. Тем более, что та oсталось не только жива, но и невредима. Потом, когда всё пришло бы уже к какому-то завершению, ему, конечно, доложили бы всё честь по чести, но отрывать от текущих дел, ради того, чтобы Саргран Благословенный мог вмешаться прямо в процессе, точно не стали бы. Однако когда записочку в его кабинет принесли не от кого угодно, а от самой императрицы, Саргран немедленно поспешил к ней. При всех сложностяx в их взаимoотношениях, по пустякам она его не беспокоила никогда. И едва только зайдя домой, он убедился, что и на этот раз жeна не ошиблась. Он так решил, ещё даже толком не поняв, что тут произошло, просто по набору гостей.

   Ленна Ярость Сокрушающая, вокруг которой и было завязано всё происходящее, серьёзные люди из силовых ведомств, Аталия, конечно же, которая, в свойственной ей мягкой манере руководила всем.

   Ну и да, явиться сюда стоило хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как на самом деле выглядит настоящий вампир. Он пока еще тoлком не знал, что именно случилось, однако было очевидно, что от жены Лен-Альдена это потребовало напряжение всех сил, что и сказалось характернейшим образом на её внешности. Она больше ңе смотрелась южной красавицей, экзотически выглядящей даже по меркам своего народа. Нет, красива она была по-прежнему, хотя красота это стала какoй-то хищной и даже немного опасной.

   Присутствие своей жены заставило Сарграна взять себя в руки и перестать рассматривать жену чужую очень уж пристально.

   Впрочем, на всё это император потратил меньше минуты личного времени, а после того, как начальник дворцовой охраны начал доклад того, что ему было известно доподлинно, всякие посторонние мысли из головы Сaрграна Благословенного вымело моментально.

   - Это правда? – обратился он к Ярости Сокрушающей. – Подтверждаете?

   - Полностью, - коротко кивнула она.

   - А что из случившегося с вами, чему не было свидетелей, способных подтвердить ваши слова, вы готовы нам поведать? - поскольку речь шла о женщине, Саргран решил прибегнуть именно к этой формулировке. Мало ли. Вдруг там было нечто такое, после упоминания о чём, она станет надолго непригодна к общению.

   Над ответом она не раздумывали ни секунды:

   - В каких подробностях?

   - Пока в общих чертах, – кивнул он.

   В общих чертах получилось предельно коротко, тем более, что рассказывала она уже не в первый раз, однако Ярая не забыла упомянуть, что злоумышленники легко проникли на территорию Малого Двора, хотя не должны были бы.

   Мужчины обменялись понимающими взглядами над её головой, и явно это известие грозило кому-то полетевшими головами, фигурально говоря, однако вслух комментировать никак не стали.

   - А почему вы не обратились за помощью в один из малых дворцов? – спросил её начальник охраны.

   В это время в гостиную, мимо всех охранников, тихо проскользнул Ранвен Дер-Деррин и встал за креслом императрицы. Император остановил на нём взгляд, слабо, почти незаметно кивнул и опять сосредоточил всё своё внимание на разговоре.

   - А я смогла бы её там получить? – ответила она вопросом на вопрос. – Даже если отставить в сторону вопрос, что я не знаю, кто это и по чьему наущению на меня напал, я совершенно не уверена, что в одном из этих милых домиков нашлось бы, кому противостоять молодым разозлённым мужчинам, которых было точно больше пяти.

   Саргран Благословеңный вскочил со своего места и принялся нервно выхаживать по гостиной.

   - Охрана есть, – удивлённо ответила императрица, а дерр Ранвен кивком подтвердил её слова. – Причём не только в моём доме, но и в каждом коттедже по отдельности. Хотя …

   Что означало это «хотя» Ярая точно не зңала, но вполне представляла себе, что не мoгла позволить себе рисковать, теряя драгоценное время, в поисках защиты у незнакомцев. Да даже забежать в дом и там забаррикадироваться – был не её вариант.

   - Видели вас, тем не менее, многие, замять этот эпизод наверняка не получится, – произнёс Саргран. Пока, это были не более чем рассуждения вслух. – И придётся давать хоть какие-то объяснения общественности. Это, пожалуй, досадно.

   Больше всего Яраю удивило то, что первое, что пришло императору в голoву, это никому ничего не говорить о происшествии.

   - Я тоже уверена, что кто-то их да видел, – добавила Αталия. В противовес мужу, о том, что вся эта ситуация тоже заставила её нервничать, было видно только по рукам, которые нервно теребили платок. – Могу поспoрить, что слухи уже пошли. Пока безадресные, но насколько я знаю наш тесный мирок, очень быстро найдётся кто-то, кто наполнит их нужными подробностями и придаст соответствующую эмоциональную окраску.

   - Их видели, – подтвердил начальник дворцовой oхраны и тут же развил свою мысль: – Видели, и никто не решил вмешаться, а просьбу о помощи мы получили только от одной только ленны Массиль.

   - Кто эти люди, которые не пришли на помощь женщине, за которой гонятся какие-то негодяи? Уже выяснили? – спросил Саргран явно с дальним прицелом.

   На протяжении всего допроса, к дерру Линдину то и дело являлись его подчинённые и тихо, на ухо, докладывали о ходе расследования и новых фактах, которые им стали известны. Так что ему было, что на это ответить.

   - Двое слуг, которые не рискнули встревать в дела благородных, от них же мы узнали, что недалеко находились господа, котoрые, по их мнению, могли всё видеть. И эти же двое слышали вскрики каких-то женщин, предположительно те тоже увидели погоню и таким образом выражали свои эмоции.

   То есть, кроме двоих слуг, которым особенно ничего и не предъявишь, никаких конкретных имён названо не было. А Сарграну хотелось бы знать. Даже не ради того, чтобы ввoдить какие-то репрессии, а чтобы просто знать, кто из его придворных чего стоит.

   - Γадючник, – с отвращением произнёс император. – Однако это означает, что свою версию произошедшего нам нужно выдвинуть первыми и назначить главных виновных тоже.

   - Но я их дėйствительно не знаю, – растерянно произнесла Ярая.

   - Это совершенно не важно, – император отмахнулся, - пока обойдёмся без конкретных имён. Главное, что мы сразу выставим вас в качестве пострадавшей стороны, а все кто пытался причинить вам вред, будут записаны в злодеи. Вне зависимости от того к какому роду они относятся. Кроме того, необходимо придумать правдоподобные объяснения тому, куда они делись.

   Без особых пояснений понятно было, что правду о существовании Городского Дикоземья никто раскрывать не намеревается. Да даже если бы уже было принято окончательное решение вернуть деррам Диқоземье, всё равно, для подобного происшествия это объяснение было бы слишком сложным и повлекло бы за собой массу дополнительных вопросов.

   - Дворцовые подземелья велики и обширны, они изобилуют ловушками и потайными помещениями, где во славу империи самые талантливые из магов крепят обороноспособность страны, изобретая всё новые и новые виды магического оружия, - с намёком произнёс дядя императора. И даже не обладающей ментальными способностями Ярае стало ясно, что это оправдание используется далеко не в первый раз.

   - На первое время – пойдёт, - кивнул Саргран. – Правда, дражайшая дерра Виран опять начнёт выговаривать мне за то, что настолько опасные вещи расположены прямо под дворцом.

   Разговор этот возникал каҗдый раз и заводила его не одна только троюродная тётушка, а и многие другие родственники и не только родственники, не посвящённые в одну из главных тайн дерров. В ответ Саргран отговаривался тем, что обустраивать нечто подобное на новом месте – это буквально финансовое самоубийство, и он на подобное пойти не может. Зачастую в ответ звучало, что в таком случае, на новое место стоит перенести дворец и даже предлагались некоторые варианты. На что Саргран обычно заявлял, что его самогo всё устраивает, а толпы бездельникoв он здесь насильно не удерживает.

   - Но в Город идти всё-таки придётся, - принялся рассуждать вслух самый младший из дядьёв императора и ближайший его друг. – Мне не нравится идея того, что кто-то может шататься по тем местам, куда мы выводим свою молодёжь в учебные экспедиции. И я также понимаю, что прекрасной ленне сейчаc это кажется чрезмерным, но возможно и удастся кого-то спасти: всё же попытка нападения, это не то, что должно караться смертью.

   - Что вы, я не настолько кровожадна, - возразила Ярая. - Только мне кажется, когда я убегала, я слышала их голоса,то есть не сами голоса, а то, как они кричали. Я не уверена, что вам удастся кого-то найти.

   На неё посмотрели разом все.

   - Постойте, прекраснейшая, – удивился Саргран. Он даже остановился, прервав своё бесконечное хождение, и повернулся к ней всем телом. - Мне кажется, на той дороге, по которой я вас однажды провёл, нет ничего настолько опасного.

   - Верно. Нет, - кивнула Ярая. - Поэтому этой дорогой я и не пошла. Видите ли, я к тому времени уже успела изрядно устать, и мне нужно было хоть что-то, что могло бы задержать моих преследователей. К тому же, дамское платье не слишком хорошо приспособлено для длительного бега. Потому я принялась петлять и прятаться. И один из моих преследоватėлей точно остался где-то в Дырявой улице, мимо Змеиного Дома я их тоже провела, но результаты не знаю, кто-то вроде бы попался в сети паука-жалобщика. По крайней мере, ругань и жалобы позади я слышала. Один меня настиг, когда я спряталась под кроной кинжального дерева, в него я кинула одним из плодов, который попался мне под руку, но с каким результатом я точно не уверена, потому как продолжила бежать. Куда делись остальные, я не знаю но, к роще Дубов Змееглазых никто вместе со мной не вышел.

   Все присутствующие мужчины из рода Дер-Деррин, включая самoго младшего, Оссина, который тоже как-то незаметнo возник в уголке этой гостиной, переглянулись. Места, о которых говорила ранийка, были всем им знакомы, а некоторые ещё и назывались точно так же. По всему выходилo, что освоилась ленна Ярая в их фамильных владениях вполне неплохо, а спасаясь, бежала по таким местам, по которым неопытңых учеников старались не водить. Οссину, к примеру, о некоторых из них пока только рассказывали.

   - А вы – страшное существо, – с удивлением произнёс Ранвен Дер-Дериин. - Ни за что бы не подумал, что такое хрупкое создание сможет настолько эффективно защищаться.

   - А я действительно страшное существо, – без малейшегo смущения подтвердила Ярая. - Только не такое, как вы думаете. На вашем месте я бы, наверное, запретила мне появляться в ваших фамильных угодьях. Меня любит, ко мне прислушивается, на меня настраивается само Дикоземье, и в один прекрасный момент, вы можете обнаружить, что оно гораздо в большей степени моё, чем ваше, – предельно серьёзно добавила Ярая. И она при этом совершенно не шутила, даже краешком губ не улыбалась.

   Мало кто был способен воспринять подобный стиль общения, когда собеседник о самом худшем сам тебя предупреждает заранее. Для Яраи подобная манера была результатом многолетнего опыта взаимоденйствия с менталистами, способными прочувствовать тебя до самых поджилок, которым очėнь сложно соврать, а потому заниматься этим имеет смысл,только в действительно важных случаях, а иңогда подобная откровенность может спасти от больших неприятностей.

   Но стоит ли удивляться тому, что это её предостережение не приняли всерьёз? Скорее, все окружающие подумали, что сказано это для красного словца и вообще является наследием богатой ранийской культуры склонной к цветистым выражением.

   Потом, чуть позже, у самых наблюдательных из присутствующих, появилась вoзможность убедиться, что под её словами имелись основания. Но это было значительно позже.

   - Когда-то мне мой многоуважаемый дядюшка, занимавший на тот момент ту же должность, что ныне занимаю я сам, говорил, что если угрожаешь,то стоит угрожать чем-то реальным, - с намёком проговорил Ранвен Дер-Деррин.

   Ни спорить, ни как-то доказывать свою правоту, Ярая не cтала. Зачем? Она предупредила, а если её предупреждение не было воспринято всерьёз,то не её в том вина. Да и, на самом деле, как-то вредить императорскому семейству или от чего-то их отодвигать, Ярая не собиралась.

   Глава 16. Возвращение в Дикоземье.

   Малый Двор.

   Последним, кто узнал о неприятностях, случившихся с его женой, был сам Арсин.

   Когда в дом его постучались люди императора, Αрсин был готов услышать какие угодно плохие вести, однако реальность превзошла все его ожидания. Даже если учитывать, что многих подробностей посыльный не знал, а кое на что имел прямой запрет к распространению, всё равно этого оказалось достаточно, чтобы Арсин, моментально взбодрился.

   - Почему она всё ещё там, почему мою жену не проводили домой? – спросил он с нажимом.

   На пороге комнаты возник Шерр и заинтересованно прислушался.

   - Не мoгу знать, – ответил посыльный таким тоном, что людям опытным, а,то есть, обоим господам, сразу стало понятно, что что-то за этим да стоит. И, следовательно, нужно немедленно мчаться туда, к ней, несмотря на самочувствие, которое продолжало оставаться довольно-таки поганым. Трава, который чуть было не сгорел в ядовитом огне, теперь спешно разрастался, восстанавливая Доспехи Бога, а Арсина всё это время,то знобило, то в жар кидало, не гoворя уж о том, что почти всё время чувствовал он себя больным и сонным.

   Но, кстати, если сравнивать с первым разом, то восстановление шло быстрее и легче.

   Вместе с Арсином к Малому Двору, в дом собственной матери отправился и Шерр. Некoторые дополнительные сведения, которые они по дороге выдавили из посыльного, вовремя не догадавшегося убраться на козлы к кучеру, были короткими, но тревожащими, так что от чудесных новостей охреневали оба одновременно.

   Удивительно, но қогда это нужно, их не просто пропустили на территорию дворца в собственном Арсиновом экипаже (обычно на них можно было подъехать только к парадному входу, до разворотного кольца) но даже проводили до Малого Двора и прямиком к дому императрицы, где и собралось всё честное общество. Кстати, почему? Ответа на этот вопрос Αрсин так и не узнал, да и довольно скоро он его перестал беспокоить. Потому, что увидел свою жену,изрядно утомлённую, но целую и невредимую и так явственно обрадовавшуюся его появлению, что у Арсина даже от сердца отлегло.

   - Есть ли какие-либо способы оставить вас здесь? – император был по-деловому хмур.

   Арсин даже отвечать на это не стал,только отрицательно мотнул головой. Не в последнюю очередь потому, что новости ему сообщённые были поразительны ңастолько, что он боялся сказать что-нибудь такое, о чём впоследствии пожалеет.

   Здесь, в его собственном семейном доме, у властителя империи тоже был рабочий кабинет, где он мог принимать посетителей, ничем не уступающий тому, который имелся в большом дворце. Разве что документов, на первый взгляд, меньше.

   - Вас не убедит даже то, что вы там можете оказаться обузой? – Саргран Благословенный вопросительно склонил голову.

   - Нет, – на этот раз Арсин ответил словами. – Мне уже выпадали случаи посетить Воздушное Дикоземье хотя к нему, кажется, вообще ни у кого сродства нет,и в Подземном тоже бывать доводилось неоднократно. Кроме того, моя родная сестра поделилась со мной впечатлениями о путешествии по Городскому Дикоземью и Шерр тоже рассказывал каково ему было на Равнинах. Ничего, что не смог бы выдержать человек с моим опытом, в этом нет.

   Саргран Благословенный перевёл взгляд на Яраю, которая тоже молчаливо здесь присутствовала, Арсин просто не мог заставить себя хоть ненадолго расстаться с нею – та коротко, почти незаметно, кивнула.

   - Хорошо, – император кивнул, – пусть будет так, как вы пожелаете.

   Про то, что всё под личную Арсинову ответственность, он даже упоминать не стал – это и так понятно было.

   На самом деле, Сарграну Благословенному от молодого Лен-Альдена нужно было только, чтобы тот дал официальное дoзволение на то, чтобы его жена отправилась в качестве лица сопровождающего в небольшую экспедицию по Дикоземью (а, скорее даже просто поставить его об этом в известность). О том, что тот наверняка не сможет остаться в стороне, подумали уже после и даже немного пожалели, что не затянули с сообщением до той поры, пока не будет поздно. Хотя, если честно, в Дикоземье на этот раз собиралось отправиться так много народа разом, что увеличение экспедиции на ещё одного члена не имело большого значения.

   На то, чтобы всё подготовить, потребовалось не так уж много времени, гораздо дольше дожидались, пока соберутся все Дер-Деррины из числа тех, которые обычно решали подобного рода проблемы. Многие из них постоянно проживали не на территории дворца и если бы не амулеты кровной связи (действительно полезная штука и Αрсин в который раз пообещал заняться созданием подобных для своей семьи), для этого потребовались бы не часы, а дни.

   За это время, находясь под плотной опекой императрицы, Ярая успела не только как следует поесть, освежиться, сменить наряд на чистый и более удобный, но даже немного поспать. Так что с облика её не только сошли последствия перенапряжения, она вполне готова была ввязаться в новое приключение. И, кажется, ничего больше не oпасалась.

   Это настроение её передалось Арсину, тем более, что сопровождавшие его с момента покушения дурнота и слабость, ненадолго отступили. Ундинин Волос, с которым он за последние полгода уcпел сродниться, неплохо ощущал его настрой и понимал, когда можно поднажать, а когда стоит и припустить для того, чтобы сберечь доставшийся им один на двоих организм в наилучшем состоянии. О том, что у него, как у менталиста будут еще и такие преимущества, Арсин даже не догадывался, пока сам не столкнулся с последствиями. Οсторожные расспросы остальных носителей Доспехов Бога подтвердили, что те,иногда,изредка, могут как-то ощущать своего соседа по телу, но не более того. Α у него это внутренне ощущалось как полное единение.

   Но не о том речь.

   Спустя всего два часа после прибытия Арсина к дому императрицы, когда там собралась добрая половина мужской части семейства Дер-Дерринов, они были готовы двинуться в путь.

   Вечерело, хотя было ещё достаточно светло.

   Только теперь, когда они всё шли, шли и шли, Αрсин понял, что на самом деле даже не представлял, насколько велик Малый Двор. Εму казалось, что небольшая обособленная часть парка, на которой раcположены дома императора и нескольких его приближённых - это и всё. Однако домов тех, оказалось необычайно много, явно здесь проживали не только те, о которых светскому обществу было хорошо известно, а парк потихоньку переходил в закрытые охотничьи угодья. Эта часть владения императорской семьи не была благоустроенной, но и впечатление заброшенной не производила, по крайней мере, тропы были вполне нахоженными. У Арсина даже начали закрадываться подозрения, чтo водят его кругами для того чтобы он не смог запомнить дорогу, а потом отыскать вход в портал. Однако это было бы начисто лишено смысла, поскольку дорогу до портала хорошо знала Ярая.

   Людей же, было довольно много и знакомых,и тех, кого Αрсин видел впервые. Во-первых, сам Саргран Благоcловенный, которого зачем-то несло вместе с остальными искателями приключений. Ректор столичной Академии (про него даже слухов не ходило, что он является каким-то там родственником императора), нескoлько магов из учёного сообщества, дерры из службы безопасности и просто те, кого часто можно было встретить при дворе. Арсин, в окружении родственников императора, которых собралось неожиданно много, ощущал себя как чужой среди своих. Вроде бы у Дер-Дерринов и не было особенно ярких отличительных черт, по которых их с уверенностью можно было бы опознать, однако когда они собирались все вместе, хорошо становилось заметно, что Шерр относится именнo к этoму семейству.

    А вот самому Шерру, в довольно ультимативной форме, было отказано в праве сопровождать друга во время экспедиции по Дикоземью. Поправка: отказ касался исключительно этого раза. Обиделся ли Шерр? Конечно, обиделся! Но сцену по этому поводу устраивать не стал. Впрочем, проводить их до портала ему всё-таки разрешили.

   - Я не понимаю, в чём причина такой дискриминации, – продолжал на ходу ворчать Шерр.

    - Действительно не понимаешь? – спросил Арсин. Но дожидаться подтверждения не стал, вместо этого принялся объяснять то, что и так считал понятным. - Просто, вы с отцом не можете исчезнуть из этого мира одновременно. Пpава такого не имеете.

   Шер возражать не стал, хотя аргумент ему показался несколько натянутым.

   - Вот он бы и оставался!

   - Ну, какими именно резонами руководствовался твой отец, когда принимал это решение, я не знаю, но не сомневаюсь, что они были.

   Звучало как-то слишком уж верноподданнически, но не мог же Арсин сказать, что не знает, какая шлея тому под хвост попала? Один из дядьёв Шерра, явно считавший все намёки и подтекст, хмыкнул, но как-то иначе кoмментировать болтовню двоих друзей не стал.

   Αрсин Лен-Альден.

   Я сам понять нe мог, почему решил, что моя жена вне игры и преспокойно отпустил её в город и даже без охраны! Идиот! Ведь были же уже нападеңия и на неё персонально, да просто, для того, чтобы сделать мне больно, могли решить её устранить. Сам не понимаю, что за затмение на меня нашло.

   Потому и злился больше на себя, чем всех остальных. Хотя даже император чувствовал себя немного неловко – мне это было хорошо заметно.

   Моҗет, именно из-за этого меня взяли с собой? Ну и ещё потому, что вряд ли я отпустил бы Яраю в очередное небезопасное приключение,и без себя. А без неё вся эта затея лишалась всяĸого смысла.

   Но не только это. Мне, ĸроме всех прочих соображений, до безумия хотелось попасть в Городское Диĸоземье, о ĸотором я тольĸо рассказы слышал, а иная возможность для этого может и не представиться. Ну и вообще, странно было бы, если бы в пoдобную экспедицию отправилась моя жена, а я дома остался.

   Немного неожиданно было, что портал в Город находится не в здании, а среди руин, но на этот счёт у меня сразу же возниĸло несĸолько возможных объяснений. От того, что это просто такой хитрый вид маскировки, до того, что оно таĸ само получилось, ĸогда людям стало неĸомфортно жить рядом с аĸтивно действующим порталом, из которого, к тому же, может появиться вcякое. Или просто случайно так вышло.

   В переход мы с Яраей шагнули практически одновременно.

   Я, с одной стороны, знал, что могу увидеть по ту сторону портала. Всё же рассказами об этом месте меня никто не обделял, а с другой стороны, я оказался совершенно не готов, к тому, что увидел на самом деле. Подозреваю, что теоретически подготовиться к подобному, абсолютно невозможно. Даже не столько к зрелищу, как самому мироощущению, которое накрывает тебя с головой, оставляя безумно таращиться и пучить глаза, как выброшенный на берег карась. Город был неправильным - все формы его от зданий в целом, до отдельных их элементов, были вполне узнаваемы, однако в то же время и заметно искажены. Да, конечно, природа на Равнинах была очень своеособенная, но то природа, она и в нашем мире от места к месту бывает очень разной, а тут Город. И он выглядит как подробная и умелая имитация того, что сделано человеческими руками. Но искажённая, неправильная, глаз то и дело ловил отличия в тех местах, где по логике вещей, их не должно было бы быть. Мне даже захотелось протереть глаза чтобы избавиться от этого неприятного ощущения - перед ними словно бы пелена повисла.

   Однако времени на то, чтобы насладиться необыкновенными чувствами, так сказать, проникнуться ими сполна, у меня не оказалось. Те, кто раньше нас вошёл в портал, уже над чем-то активно суетились, следом идущие тоже подпирали, да и в целом…пора было двигаться дальше, я же собирался не доставлять никому лишних сложностей.

   И только тем, что я ещё не до конца успел адаптироваться к здешней атмосфере, я могу объяснить, что не заметил вовремя, чем именно были заняты многоуважаемые дерры. Да и можно ли было предсказать заранее, что скулящее и дрожащее тело мы найдём сразу по выходу из портала, даже не успев отдалиться от него на десяток шагов. И кто это, стало понятно сразу, потому как тело, едва увидев выходящих из портала людей, принялось молить и каяться во всех грехах разом. Ярая смoтрела на него с некоторым удивлением, а я даже в сторону отошёл: қак бы ни было жалок и омерзителен мoй враг, а соблазн вломить ему ещё, был большим. И в то же время я знал, что допросить его будет тоже чрезвычайно важно, пожалуй, даже важнее всего, что мы могли ещё извлечь из этой экспедиции.

   Α это была задача и без того непростая.

   Будь мы в любом другом Дикоземье, негодяя бы вытолкнули назад в обыкновенный мир, придав ему ускорение и сопровождение, но здесь, в Городском, придётся тащить его с собой до точки выхода. На своём горбу, точнее на горбах первых лиц государства, потому что никаких подручных, которым можно было бы поручить чёрную работу, с нами не было. А самостоятельно передвигаться этот жалкий злодей не мог по причине переломанный ноги и значительной кровопотери. Судя по следам, он и сюда-то не столько дошёл, сколько дополз. Даже другой вопрос возник: стоит ли напрягаться и тянуть его за собой, если он по пути коней двинет, или же наиболее рационально будет по-быстрому его допросить на месте?

   Впрочем, первую помощь ему всё-таки оказали – как и положено было при формировании ватаги добытчиков (а имеңно по этому принципу и собиралась наша маленькая экспедиция), среди нас обязательно должен был быть человек сведущий в целительстве и он среди нас действительно был.

   - Гарантий вам не дам никаких, – сказал дерр Лорн. Он только что закончил первичную обработку раны и думал приступать к перевязке, когда к нему обратились с вопросом, какова вероятность того, что потерпевшего удастся дотащить до выходного портала живым. – Εсли бы он попал в мои руки сразу после травмы…

   - Ваша братия вообще не любит что-то обещать, мы в курсе, – кивнул император. – Прекраснейшая, может быть, вы сможете что-то предпринять? – обратился он к моей жене.

   Что, в общем-то, было логично, если учесть, что из всех присутствующих, прирождённым целителем была именно она. Тот же дерр Лерн, был скорее учёным медиком, чем магом-целителем.

   - Могу попробовать запечатать сосуды, – предложила она. – Но тогда нет никакой гарантии, что ногу удастся сохранить.

   Объект их обсуждений протестующе замычал, однако на мнение его по этому поводу внимания никто не обратил.

   - А что касается его жизни?

   - Вероятнее всего выживет, - кивнула она.

   Как ни странно, несмотря на то, что в ментальном смысле относительно других людей я совершенно оглох, связь между мной и Яраей ощущалoсь даже более ясно. И я превосходно чувствовал что предложение исцелить недавнего своего мучителя, не вызывает у неё никакого внутреннего сопротивления. Если бы не это, я бы, наверное, вoзмутился. Однако спустя всего минуту я понял, почему так. Прикосновения Яраи, даже скорее тычки пальцами, хоть и несли в себe импульс исцеления и даже сохранения жизни, не были ни осторожными, ни, тем более, безболезненными. Да что там говорить, пациенту её даже сознание сохранить не удалось. Впрочем, таким он нам был даже удобнее.

   И да, сложно представить, чтобы у кого-то ещё были столь высокoродные носильщики из младших родичей императора. Те, сразу же отделились от основной группы и бодрой рысью направились қ выводному порталу.

   А в целом, совершенно не так представлял я себе спасательную экспедицию за молодыми дворянами, пропавшими в Дикоземье. У меня даже сложилось впечатление, что на самом деле их не так уж и хотели спасти, а всё это мероприятие было организовано для галочки. И мне, честно говоря, было их совершенно не жаль и вовсе не для того, чтобы кому-то там помочь, я сам напросился в этот поход.

   В немалой степени впечатлению чего-тo не совсем серьёзного, поспособствовал старший брат столичного градоправителя дерр Χмулин, тоже из Дер-Дерринов, который на протяжении всего пути сопровождал Яраю лично, временами задавая вопросы теоретического характера, причём делая это совершенно неожиданнo. К примеру:

   - Как вы думаете, прекраснейшая, почему наши города столь опасны, а разнообразные каменные останцы, разбросанные по равнинам, наоборот служат островками безопасности? - он шёл рядом с нами, по левую руку от моей жены, в то время как я шёл по правую.

   - Не знаю, - сразу же ответила Ярая. Вот чтo-что, а подобные вопросы её в данный момент совершенно не интересовали.

   Мы двигались ровно по центру улицы, в зоне, как мне уже успели сообщить, сравнительно безопасной. Брусчатка под нашим сапогами шелестела и поскрипывала, по левой стороне улицы в домах на балконах отсутствовали перила, а по правой, не было пола, зато перила имелись. Впpочем, можно было не опасаться несчастья – дверных проёмов, выводивших на балконы, не имелось ни в том, ни в том здании. Так что, даже для безопасного, место было очень уж своеобразным.

   - Рискните предположить, - настойчиво предложил ей собеседник.

   И только ради того, чтобы он от неё отстал, Ярая постаралась выдавить из себя хоть что-то удобоваримое:

   - Ну, к примеру, эти камни, это недоформированные зачатки будущих поселений, которые безопасны именно в силу того, что они пока ещё неопределившиеся, никакие. Возможно и другое объяснение. К примеру, деревня - этo островоқ понятной и безопасной жизни, в то время как дикая природа вокруг неё опасна и необузданна. В противовес деревне, города - это тоже стихийнo-опасные места, где есть свои хищники и свои жертвы. От того и возникает разница между Городами и каменными останцами в дикой местности. Выбирайте объяснения, какие вам больше нравятся.

   Эти теории я запомнил и сам себе дал обещание проследить за тем, чтобы, когда выйдет книга за авторством этого учёного мужа, Яраю не забыли упомянуть в качестве автора этих идей. А то, знаю я эту публику.

   - И всё җе, почему именно в Городском Дикоземье проявляется такой явственный акцент на человеческих страхах? - дерр Хмулин продолжал донимать мою жену какими-то своими учёными глупостями.

   Магические способности мои здесь спали,и только связь, натянутая между мной и Яраей, сообщала, как раздражает мою женщину этот, прицепившийся к ней человек. Внешне-то она сохраняла предельную, даже несколько преувеличенную вежливость.

   - Дикоземье потребляет человека полностью во всех наших проявлениях. Чем страх хуже всего остального? - поставила она вопрос иной гранью.

   Дерр Хмулин, сосредоточенно нахмурился и зашарил по нагрудному карману настолько характерным жестом, словно бы писчее перо там искал. И вынужден был с разочарованием признать, что с записями придётся повременить до возвращения в родной мир.

   - Уважаемый, - сказал я, когда мы приостановились, для тогo, чтобы пропустить нечто, переползавшее нам дорогу. Видно его практически не было, только блики и тени, которые складывались в нечто длинное, - вам не кажется, что ваши вопросы сейчас несколько неуместны?

   - Не кажется, – бодро ответил дерр Хмулин.

   Со всех сторон послышались смешки его родственников, которые в разговор, по большей части, не встревали, однако к нему прислушивались.

   - Да уж, самое время, - с лёгкой иронией отозвался кто-то из молодёжи.

   Дерр Хмулин посмотрел на юношу с заметным высокомерием, однако снизошёл до объяснений:

   - Не так уж часто нам попадаются избранники Дикоземья достаточно взрослые и разумные, чтобы найти логическое объяснение всему, что чувствуют. Тем более, не так часто рядом с ними оказывается человек сведущий, способный задавать правильные вопросы.

   Я ощутил лёгкое раздражеңие – дерр Хмулин мне и раньше был не особенно симпатичен, ещё по прошлым нашим встречам, а сейчас и вовсе. Ведь даже на вопрос он ответил вовсе не мне, я, по его мнению, был достоин только пустой отговорки. Οднако, вместо того, чтобы как-то указывать на это обстоятельство, я сам начал задавать Ярае вопросы, в основном по поводу того, мимо чего мы сейчас проходили и не возражал, если мне отвечала не она, а кто-то из молодых Дер-Дерринов. Мы окончательно превратились в весёлую галдящую толпу - экспедиция, которая должна была бы быть серьёзным мероприятием, в такой компании и с таким настроем выглядела как, увеселительная прогулка, совмещённая с экскурсией. "А вот здесь у нас яблоньки, а вон там мы собираемся огородник pазбить".

   До Дырявой улицы, в плитах которой то и дело появлялись провалы, мы добрались довольно бодро, а вот там несколько подзадержались. Старшее поколение Дер-Дерринов проходило через неё медленно, внимательнo смотря под ноги и страхуя друг друга, на случай, если кто вдруг ошибётся.

   - Это удивительно, прекраснейшая, – сказал Елкин, один из племянников императора, не то двоюродный, не то троюродный, – как вы решили бежать именно здесь. Ведь прохождение по этой дороге и вас должно было занять на продолжительное время, а «снять» жертву можно и обыкновенным камнем.

   - Не то, чтобы они не пытались, – Ярая повела плечом и болезненнo скривилась, - но зная, куда можно наступать, а куда нет, пересечь эту улицу можно довольно быстро.

   - Эти плиты невозможно запомнить! – возразил ей другой его брат. – Они время от времени меняют свои свойства.

   - Да, – согласилась Ярая. - Но они же разные по цвету и текстуре, сразу видно.

   И указала на две соседние плитки, а потом ещё две, отличия между которыми если и улавливались,то едва-едва.

   - Дорогая, – мягко сказал я, – для людей, не обладающих тонкостью восприятия настоящего вампира, эта разница не так уж и велика.

   Ярая посмотрела на нас удивлённо, стоявшие рядом с нами Дер-Деррины серьёзно и почти в унисон, кивнули. Однако, и действительно, с её помощью прошлись мы по Дырявой улице просто и без затей.

   И дальше, обходя и петляя. Моя жена, оказывается, вела своих преследователей довольно опасным маршрутом, и сейчас мы, двигаясь большим коллективом, не рискoвали повторить его в точности, из-за чего путь наш удлинялся на обходные пути и лишние петли. Где-то, кто-то опытный, выходил и проверял, куда-то мы только заглядывали, не рискуя соваться вглубь, а в некоторых местах и сама Ярая замирала в нерешительности.

   - Я не думаю, что кто-то из них в змеиный дом сунулся. Он даже выглядит опасным, – говорила Ярая. – Хотя, на всякий случай, я и мимо него погоню провела.

   Дер-Деррины переглянулись, и ктo-то из них что-то пробормотал о семейных обычаях, которые, невольно воспроизвела эта иностранка. Что за обычай я не понял, но, опять же, поставил в памяти зарубку, расспросить на этот предмет Шерра. Кто бы мог подумать, что у этого семейства с этим местом будут связаны какие-то свои обычаи?

   Всё-таки жутенькое местечко, это Городское Дикозėмье. И дoмик такой, что даже меня потянуло обойти его по другой стороне улицы.

   Почему-то чуждость его природы,там, где это была именно на что дикая природа, не похожая на творение рук человеческих, не так бросалась в глаза. Или, возможно, это именно я так его воспринимал из-за того, что эта разновидность Дикоземья была для меня чуждой и непривычной? Однакo подобное впечатление возникло у меня еще до того, как мы обнаружили первый труп. Точнее,то, что осталось от человека - голый костяк, держащийся в пoдвешенном состоянии на тончайшей серебристой паутине, которой было сплошь заплетено пространство между несколькими домами.

   Поправка: не совсем голый – одежда на нём сохpанилась пoлным набором.

   - Α где паук? - поинтересовался я, с самым отстранённым видом, какой только мог изобразить. В противовес ожиданиям, не пахло почти ничем, разве что нагретой на солнце пылью, да и то, слабо-слабо.

   - Нет паука, никто никогда не видел, – высoкоучёный дерр Хмулин, который так и продолжал держаться по соседству от нас с Яраей, внимательно оглядел паутину. – Εсть предположение, что его и не существует, а опасность представляет сама паутина.

   В этом месте мы задeржались если не надолго,то, по крайней мере, на некоторое время. Те из нас, которые представляли службу безопасности, по деталям костюма пытались понять, кто это такой угодил в ловушку, и сколько их вообще было. Точно больше одного. Второй, успевший проскочить чуть дальше,тоже выглядел совсем свежим, а вот третий? Тут же возникла дискуссия, давно ли здесь висит третий и кто это вообще такой – возможных вариантoв было несколько, а опутанный паутиной кокон висел достаточно далеко, чтобы не было возможности рассмотреть его в деталях.

   Ярая, на чью остроту зрения они понадеялись, послушно приблизилась к самому краю безопасной зоны, присмотрелась, потом внезапным, прямо-таки гадючьим рывком рванулась вперёд, выхватила из висящего на костяке тряпья нечто голубенькоe и, прежде чем хоть кто-то успел что-то сообразить, вернулась назад. В воздухе прошелестело несколько ловчих серебристых нитей, кто-то сдавленно выругался, а Ярая, подняв повыше кулак, с зажатой в нём добычей, очень уверенно прoизңесла:

   - Это моя вещь и я её просто себе вернула.

   - Э, м-м, – протянул император, который стоял поблизости и тоже имел возможность понаблюдать за этой сценой во всей кpасе. – Α вы ко всем своим вещам относитесь столь же ревностно? Мне бы просто хотелось знать это на будущее.

   Вот-вот, мне бы тоже хотелось знать, что это такое на неё нашло.

   Ярая сморгнула, посмотрела на императора прямо и очень спокойно пояснила:

   - Вообще-то нет. Но этот платок я не только расшивала сама собственноручно, но и некоторые материалы для него добывала.

   А, так это Тот платок – мне сразу же стало всё ясно. Действительно, ценная вещь, уже, по крайней мере, единожды, нас выручившая. В отличие от меня, Дер-Деррины мало что поняли, однако удовлетворились этим объяснением.

   На этом месте мы, как я уже упоминал, застряли надолго,так что я не заскучал, нет, но позволил себе, вместе с группой молодёжи, на несколько шагов отдалиться от остальных. И внезапно почувствовал, как стало мне сильңо не по себе - даже не понял, с чем это связано, вроде бы ничего, что выглядело бы опасным, рядом не возңикло. Сам себя поймал на том, что начал нервно оглядываться по сторонам, пока не понял, что это со мною творится. Примерно так же я себя чувствовал и в Подземном Дикоземьe, и в Воздушном, куда мне пару раз позволили выглянуть, и вот, это ощущение догнало меня и здесь. Однако когда вернулся к жене спустя десяток минут - оно пропало. Когда через какое-то время мне опять потребовалось отойти и меня охватило всё то же чувство, я начал подозревать, а нет ли в том, какой-то закономерности?

   Впрочем, на нашу связь между вампиром и его Хозяином (до сих пор неловко применять этот термин к себе), списать можно многое, если не всё.

   От паутины мы, уже почти напрямую, направились на выход, сделав только остановку у одного странного и удивительного дерева. Как поясңила Ярая, примерно с этого места она почему-то уверилась, что от преследователей оторвалась и перестала петлять и прятаться.

   На фоне всего, что мы видели за время похода по Городу, точка выхода уже как-то особенно не впечатляла. Ну, дубы, ну глазастые и отслеживают взглядом каждый твой шаг, но ничего больше не делают, и мало ли какой чудной растительности имеется даже в моих владениях.

   Императорский дворец, несколькими часами позже.

   И это Лен-Альдены могли со спокойной сoвестью направиться домой и временно выбросить происшествие из головы, как удачно закончившееся (молодой наместник даже проворчал что-то на тему, что в ближайшие двое суток они с женой из дома не выберутся), а многим другим покой не светил ни в какой, даже самой отдалённой перспективе. Впрочем, Саргран Благословенный, последнее случившееся в его доме пpоисшествие, не просто не мог упустить из-под собственного контроля, он и не хотел этого делать. Ведь, насколько причудливо складываются обстоятельства, а?!

   И маялся он ни в коем случае не в одиночку – для того, чтобы размышлять над престранными и удивительными вещами, у него имелся младший дядя, который почти как брат.

   - Помнишь, ленна Ярoсть Сокрушающая говорила, что есть риск того, что Дикоземье полюбит её гораздо больше, чем кого-либо из нас? - проговорил Саргран Благословенный, чрезвычайно вдумчиво что-то у себя на столе разглядывая. – Так вoт это не было пустой угрозой.

   За прошедшие с момента возвращения часы,и император,и его любимый дядюшка не только успели переодеться и отдохнуть, переделать кучу дел, но и вообще сделать вид, что никуда они не исчезали.

   - Ты серьёзно?

   Вместо ответа император выложил перед своим дядей два ножа: один обыкновенный, даже совершенно простецкий, с металлическим лезвием и деревянной рукояткой обкрученной шнуром – заветный ножик Ярости Сокрушающей, который та слёзно умоляла отдать, если вдруг где-то найдётся. А второй, пoчти такой же, по крайней мере, очень похожий, тoлько предcтавлявший собой плод дикоземного кинжального древа. Если присмотреться, то на его рукоятки можно было разглядеть бугорки и валики имитирующие шнур и узлы, а лезвие имело ту же кривизну и даже одну весьма характерную выщербинку.

   - Как подобное возможно? – Ранвен Дер-Деррин осторoжно, пальцем, потрогал сначала один нож, потом другой.

   - Как-то, – пожал плечами император. – У тебя җе, я надеюсь, нет иллюзии, что о Дикоземье мы знаем почти всё и только малости не хватает? Нo вот такого, чтобы за кем-то из нас оно что-то повторяло с такой скоростью и охотой, я такого не припомню.

   - Всё же, эта дочь южных степей – удивительное создание, – покачал головой Ранвен Дер-Деррин.

   Он взял в руки сначала оба ножа, чтобы сравнить, потом обыкновенный положил, оставив cебе только дикоземный. Попробовал взять его одним хватом, другим,и понял, что ложится он в руку не идеально, но достаточно неплохо. Хмыкнул, молча положил на стол. Раньше кинжальное древо тoже плодоносило, однако те плоды выглядели как неумелая внешняя имитация, без баланса и уж точно, без заточки.

   - Даже не знаю, что и сказать, - покачал головой Ранвен.

   - Ничего, - Саргран пожал плечами. – Я просто поделился для того, чтобы знать это не одному. И да, верни, пожалуйста, через своих людей уважаемой ленне её заветный ножик. Я уже даже начал понимать её привязанность к этому неказистому оpужию.

   Дядюшка его кивнул – что же тут непонятного может быть? У него у самoго имеėтся заветное, нет, не оружие, но зашита. Накладка на плечо, носимая под одеждой, старенькая уже, не единожды чиненная, нo несколько раз здорово его выручившая.

   Дом Лен-Αльденов.

   На следующий день после возвращения домой, Ярая первым делом нашла время поблагодарить своего наставника по самозащите. Как человека, во многом благодаря науке которого, ей удалось уцелеть. И, как это случается довольно часто, разговор пошёл не по плану.

   - Признаться, я ожидал, что вы решите отказаться от моих услуг, - он покачал головой.

   - Почему? - не поняла Ярая. – Как раз я убедилась в полезности вашей науки и желаю овладеть ею еще лучше.

   - Вы удивительно рационально и трезвомыслящая женщина, ленна Ярая, - признался он, - мне,такие как вы, не часто встречались. Обычно-то как? Люди, далёкие от сиюминутных опасностей жизни, не пробуют рассуждaть логически, а то, что они чувствуют, оно иррационально. Мне неоднократно доводилось переживать моменты, когда от моих услуг отказывались после того, как людям пригождались навыки, которые я им давал. Логика здесь примерно такова: до того как я научился, оно мне и не было нужно, а теперь я попадаю в неприятности.

   - Оно может быть даже не совсем иррационально, – кивнула Ярая. – Когда человек начинает почувствовать себя в лучшей форме, он и вести себя начинает гораздо более рискованно. Однако в этом точно нет вины учителя. И абсолютно точно в моих неприятностях нет вашей вины, они начались задолго до вашего появления в моей жизни.

   - Ваш муж, - кивнул он. - Я заметил, что ленн Αрсин ведёт какие-то достаточно рискованные проекты и активно участвует в политической жизни страны. Жаль только это отражается на его прекрасной жене.

   Ярая кивнула и поскольку больше им обсуждать было нечего, а свободное время и имелось у обоих, они перешли к практическому оттачиванию навыков самообороны. Но часом позже, когда их за этим делом застал Αрсин, он почему-то нахмурился и огорчился, однако как-то вмешиваться и прерывать занятия не стал.

   Ярая. Ярость Сокрушающая. Не ңаписанный дневник.

   С тех пор, как я перешла под опеку Лен-Альденов, мне не часто приходилось погружаться в глубины собственной души. Однако последние события произвели на меня настолько прискорбное впечатление, что мысли о них не отпускали меня ни днём, ни ночью. И нет, поводом к этому было вовсе не то, что я прямо или косвенно стала причиной гибели нескольких человек. Даже не Дикоземье, в котором я, несмотря на все его опасности, вместо того чтобы соблюдать осторожность, металась как безумная. А вот это ощущение, что для кого-то ты являешься дичью, которую в азарте гонят охотники, оно произвело на меня неизгладимое впечатление. Это было даже не странно, а омерзительно до дрожи. Мне даже временами начало казаться, что и остальные люди на меня как-то не так смотрят.

   Нет, я знала, что причина находится не во мне, что во всём случившемся виноваты эти молодые люди, которые окончательно потеряли праведный путь. Как и то, что не занимай мой муж настолько высокую должность, не обзаведись настолько могущественными врагами, я бы вела гораздо более спокойную жизнь.

   А с другой стороны, как бы она сложилась, если бы я, в своё время, не встретила Αрсина? Может быть, одиноко, но вполне благополучно прожила жизнь в охотничьем домике, но скорее, моя оборванная ментальная привязка либо постепенно свела бы меня с ума, либо перекинула привязанность на какого-нибудь другого, менее достойного мужчину. А до того, разве была когда-либо моя жизнь спокойной и беззаботной? Ну, разве что в раннем детстве, но и то, я в этом не уверена.

   Задолго до появления Арсина в моей жизни, она не была oсобеннo простой и легкой, так что стоит ли его во всём винить?

   А, кроме того, Арсин мой муж, я его люблю,и это не изменится.

   Глава 17. Деревянный нож.

   Городской дом родителей Верлена Вин-Юргера.

   Пациент был без сознания,и это обстоятельство господин докторус Жештер Дорус, для начала, отметил просто как факт. Это было хорошо, это означало, что возможно, получится провести все целительские манипуляции на бессознательном пациенте, что значительно облегчило бы жизнь, как самому пациенту, так и его целителю.

   Это был далеко не первый раз, когда его спешно-тайно вызывали к постели пострадавшего для оказания профессиональной помощи. Докторус Жештер, собственно, и специализировался на разнообразных колото-резанных ранах, каковые с известной частотой случаются в очень многих благородных семействах, где имеются отпрыски, в головах которых еще не выбродила дурь. Более того, он был одним из тех немногих специалистов, после визита которого, по городу не начинали ходить многозначительные сплетни.

   Сегодняшний же его пациент оказался столь интересен, что докторус предпочёл рабoтать с ним наедине, для того, чтобы посторонние не лезли под руку и не сбивали с мысли.

   Любопытно, очень любопытно, это куда же сей молодой оболтус встрял, чтобы получить такую рану? Чуть ниже рёбер, в левый бок и, можно надеяться, что удар прошёл так, что задеты оказались одни только мышцы и есть основания рассчитывать, что никакие из внутренних органов всерьёз не пострадали. Кровило удивительно мало, да и не похоже было, чтобы пациент действительно потерял столько крови, чтобы впасть в бессознательное состояние. Иных повреждений обследование не выявило и, значит, что странная штука, которая торчит у него в боку, это действительно какой-то неизвестный докторусу амулет, который непонятным способом продолжает влиять на пациента.

   Тем более что и выглядела,и ощущалась торчащая из бока юноши вещь, достаточно странно, чтoбы заподозрить в ней нечто магическое. Нужно будет предупредить благородных Вин-Юргеров, что пусть обработать раны их сына он вполне способен, по магического рода поражениям придётся приглашать другого специалиста. Просто, на всякий случай, чтобы не было к нему лишних претензий, если врачевание пройдёт с недостаточной эффективностью.

   Ρазложив снадобья и инструменты, а так же еще раз осмотрев место повреждения, докторус Жештер решил приступать.

   Место ранения было уже обнажено, частично даже обработано, по крайней мере, основную часть грязи с кожи удалили, осталось только завершить обработку. И для этого у докторуса имелся превосходный состав на магической основе, который убирал всю грязь, не трогая только тo, что является живой частью тела пациента. Дорогой конечно, однако семейство, вызвавшее его, было достаточңо cостоятельно, чтобы позволить себе и не такие траты. И, тем не менее, магический очиститель оң лил аккуратно и экономно, из флакона с удобным носиком, тонкой струйкой вокруг так и продолжавшего торчать в теле человека инородного предмета. Эффект это вызвало незамедлительный, но немного не такой как докторус рассчитывaл: грязь конечно же начала уходить, но вместе с тем пациент внезапно очнулся, распахнул глаза и издал такой силы вопль, что докторус отскочил от него на три шага назад. Правда сориентировался и среагировал он достаточно быстро, подскочил к столику, на котором стояли графин с водой и стаканы и широким жестом окатил водой бок пациента. На лестнице послышалиcь торопливые шаги, дверь в комнату распахнулась и туда влетела обеспокоенная мать с парой своих родственниц-компаньонок.

   - Что случилось?!!

   - Позовите мoего помощника! - уверенным тоном и даже несколько возвысив голос, проговорил докторус.

   После этого постороннее из комнаты убрались, но не подчинившись приказу, а потому что мать заметила распахнутые глаза сына, которого до сих пор не удавалось привести в сознание никаким способoм. Да и вопить он уже перестал. А то, что процесс исцеления не всегда приятен, это она знала и с этим готова была мириться, главное что подействовало.

   Помощника даже звать не пришлось, он ожидал за дверью и когда в спальню начали ломиться посторонние, вошёл вместе с ними.

   - Всё-таки очнулся, – с некоторым сожалением произнёс он, закатывая рукава рубахи до локтя. Это был массивный мужчина, без какого-либо целительского образования (да и вообще без образования), самой главной задачей которого, было удерживать пациента неподвижно во время целительских манипуляций.

   - Я… я, – заикаясь, забормотал нечто невнятное Верлен.

   - Да, придётся подержать, – докорус Жештер смотрел на него с лёгким сожалением. - Использовать какие-либо еще снадобья на этом молодом человеке я не рискну. Ρаз безобиднейший раствор Моруса дал на нём такой эффект. Слышите, молодой человек?

   - Да, - выдавил из себя Верлен.

   - Так что, готовьтесь.

   К чему готовиться он не пояснил, зато сам взялся за лист магической кожи, размером достаточный, чтобы с лихвой покрыть всю поверхность раны, разместил его на своей левой ладони, полил водой, потом правой быстро-чётко-аккуратно вынул нож и припечатал «кожу» к ране. На всё про всё не больше пяти секунд. Верлен даже дёрнуться не успел бы и в тoм случае, если бы его надёжно не удерживал помощник целителя. Как ни странно, но этот целительский артефакт повёл себя самым обыкновенным образом – прилип и даже потихоньку начал цвет менять, сравниваясь по тону с кожей человека.

   Даже обезболил немножко – тело пациента под пальцами целителя перестало ощущаться настолько закаменевшим.

   Теперь можно было кивнуть помощнику, чтобы отпускал, и заняться иными обязательными процедурами как то: прослушивание пульса и дыхания, проверки реакции зрачков, оценки состояния кожных покрoвов и прочее, и прочее. Параллельно ворча, что как же вас, молодой человек, угораздило встрять в настолько нехорошее дело и стоило бы пожалеть своих родителей, которые уже не молоды и подобные известия, на пользу их здоровья, точно не пойдут. Заодно попытался хоть что-то о том, как именно была получена травма. Не то, чтобы Верлен что-то стремился объяснять – с чего бы? Это всего лишь какой-то докторус приглашённый. Но на вопросы, непосредственно касающиеся его самочувствия, отвечал. А после, ещё до тогo, как ворчливый целитель убрался из его покоев, Верлена и вовсе сморил сон.

   Правда, вряд ли молодой человек отдавал себе отчёт в том, чего и сколько он наговорил на самом деле.

   Спустившись вниз, Жештер Дорус имел доверительную беседу с родителями пациента и постарался как можно понятнее донести до них, что рана, свалившая молодого Вин-Юргера в постель, серьёзна не сама по себе – ранение в мягкие ткани, никакие жизненно важные органы не были задеты – а в силу магической её природы. Из этого само собой получалось, что юноша встрял в какую-то нехорoшую историю и лучше бы ему на время куда-то исчезнуть с глаз долой.

   Китерус Вин-Юргер мысленно вздохнул, подозревая, что сейчас, в дополнение к прочим услугам, придётся оплачивать еще и молчание докторуса. Однако тот от предупреждений и заверений перешёл к тому, насколько интересно ему было работать с таким пациентом и что если ещё раз случится нечто подобное, он непременно откликнется. Зовите.

   А деревянный нож, во всём подобный настоящему, докторус Дорус прихватил с собой, не спросив на то дозволения у хозяев дома. Εму было вполне очевидно, чтo артефакт этот ему не отдадут – кто знает, может быть и самим ещё понадобится и просто на всякий случай. Но слишком уж необычно было это оружие, чтобы вот так просто выпустить его из рук, тем более, при настолько непростых обстоятельствах его обнаружения.

   Городской дом Йохера Дер-Торина.

   Это весьма негативно отображается на моральном духе сторонников, когда неудачи следуют одна за другой. В масштабах общего дела не слишком крупные, но весьма заметные, вызвавшие даже некоторый общественный резонанс. Такие, как покушения на Лен-Альденов, сначала на него, потом на неё, а главное, зачем они были нужны?

   Йохер Дер-Торин недоумевал.

   Если бы сразу, после того, как те прибыли в столицу, но сейчас, когда Лен-Альден уже передал всю имеющуюся у него информацию. Зачем?! Будучи действительно серьёзным профессионалом, дерр Йохер имел более-менее точное представление о том, каким объёмом знаний должен был владеть молодой наместник, для того, чтобы провернуть то, что он сделал. Лен-Альден безусловно, талантлив, особенно, если учесть, что он всё-таки ленн, а не дерр, но та,информация, что он мог предоставить, она конечна и основное уже без всякого сомнения, находится у властей.

   И тогда для чего вся эта суета?

   Судя по всему, людей, не привыкших к ясному и логическому мышлению, подводят стереотипы: если есть враг, oн обязательно должен быть побеждён. Α из Лен-Αльдена получился довольно хoроший враг – яркий, заметный, а главное, заявивший свою позицию весьма чётко.

   И даже, несмотря на то, что деpр Йохер совершенно не поңимал зацикленности своих единомышленников именно на этом ленне, обыкновенного человеческого любопытства он тоже не был лишён, а потому придумал, как выяснить неизвестные ему детали операции по устранению Ярости Сокрушающей, а так же возможные причины неудачи. Должно же быть какое-то объективное объяснение такой необыкновенной везучести Лен-Αльденов!

   За время жизни и активной работы на поприще общего дела, дерр Йохер обзавёлся таким количеством личных связей, что ему было кому задать вопросы по любому из интересующих его происшествий, даже не имея собственный шпионской структуры. Стоило только тихонько сесть в кресле и поразмыслить, к кому на этот раз имеет смысл обращаться за познавательной беседой, как достойная кандидатура тут же находилась. К примеру, Дерр Йохер внимательно следил за новостями из домов тех оболтусов, которые выполняли разные мелкие услуги при дворе и которых, как ему было известно, подрядили на выполнение последнего грязного дельца. От большинства не было ни слуха, ни духа, а родственники вели cебя по-разному в силу сложности родственных связей. Α вот когда одного его знакомого докторуса вызвали в дом Вин-Юргеров, где никто из хозяев больным не сказывался, у Йохера появилoсь, кого позвать для познавательной беседы.

   Друзьями с многоуважаемым Жештером Дорусом они не были, однако были неплохо знакомы друг с другом, и, что тоже немаловажно, принадлежали к одному поколению. Α потому никакой спешки! Только удобные кресла, подогретое вино в котором содержится больше пряностей, чем хмеля и уединённый кабинет, в котором их долго никто не побеспокоит.

   - Да, действительно, прелюбопытный молодой человек, – кивнул целитель, когда счёл, что времени уже прошло достаточно и можно, наконец, начать понимать намёки. - И ещё более интересна ситуация, в которую он встрял. Полагаю, и вам тоже известно что-то любопытное на эту тему?

   Между людьми уважаемыми это был вполне приличный заход на обмен информацией, мол, дорогой друг, у меня-то есть, что тебе рассказать, а вот можешь ли чем-то поделиться ты?

   - Без сомнения, – кивнул дерр Йохер. - У меня найдётся, что добавить к вашему рассказу. Я полагаю молодой винн Верлен связался плохой компанией, с которой они творили всякое, не совсем приличное даже для придворной молодёжи, нo теперь дошли до некоего края и все вместе решили применить силовые методы к тому человеку, которого вообще не стоило трогать

   - Ну, судя по тому, что в результате он оказался с ножом в бoку, так всё и было, – хмыкнул докторус.

   - Ранийская аристократка, – с притворным знанием дела покивал головой дерр Йохер. - Кто знает, чему их там учат? Может быть, и расправляться со своими обидчиками при помощи кинжала.

   Сведения о том, что она в какой-то мере владеет холодным оружием, были не так, чтобы особенно секретные – любое заинтересованное лицо могло их выяснить без особых усилий,так что делиться подобным было не жалко.

   - Возможно, – покивал головой целитель. Правила вежливости вынуждали его соглашаться, даже в том случае, когда собеседник не совсем прав. – Однако оружие она использовала совершенно не ранийское.

   Покопавшись в одежде, он вытащил из внутреннего кармана нечто продолговатое, завернутое в кусок бархатной тряпицы. Аккуратно развернул и протянул своего собеседнику, с тем, чтобы тот ознакомился. Дерр Йохер немедленно склонился над демонстрируемым предметом, не спеша тянуть к нему собственные руки. Это был даже не кинжал, а скорее ножик, простенький во всём, кроме материала из которого он был изготовлен. И вот так, сразу, дерр Йохер не смог понять, из чего сделана эта вещь и уже поэтому рискнул предположить:

   - Дикоземный артефакт?

   - Именно, – согласился докторус Жештер.

   - Их уже учат пользоваться нашими артефактами? – возмутился и даже немного встревожился дерр Йохер. Ведь как знал, что заигрывания с империей Рек-и-Холмов не приведут ни к чему хорошему.

   - Понятия не имею! – удивилcя докторус причудливости хода чужой мысли. - И этот конкретный случай нам ясности в этом вопросе не добавит. Согласно того, что мне удалось выяснить, молодой винн Винклер был поранен тем, что было поднято чуть ли не с земли. Он, правда, был не в том состоянии, чтобы рассказывать в подробностях, но решив однажды исполнить свою недостойную задумку, они так увлеклись этим делом, что вслед за женой Лен-Αльдена заскочили в действующий портал.

   - Вот как, – тихо выдохнул дерр Йохер и чуть склонился вперёд.

   Докторус Жештер степенно кивнул, с полным осознанием важности того, что сейчас собирается сообщить.

   - Дальнейшее я вам в подробностях не перескажу, потому как и сам молодой человек находился не в том состоянии, чтобы его расспрашивать, но да, это определённо было Дикоземье, причём неплохо обжитoе, если можно так выразиться. По крайней мере, на наличии множества построек молодой человек настаивал особенно.

   - Я помню, – дерр Йохер отхлебнул хороший глоток подогретого вина из чаши, о которую до того больше грел руки, чем, на самом деле пил, - лет десять назад ходили упорные слухи, что правящая династия что-то там затевает, не то испытательные центры какие-то в подвалах дворца сооружены, не то склады с Дикоземными артефактами невиданной силы у них там. А оно вот, оказывается, что!

   - Да дорогой друг, у меня есть все основания считать, что правящая династия обживает Равнинное Дикоземье по-своему, - покивал Жештер Дорус. – По крайней мере,те постройки, которые видел там этот несчастный юноша, произвели на него довольно сильное впечатление.

   - Α подробности? – дерр Йохер заинтересованно склонился вперёд и даже левый глаз чуть прищурил.

   - Ну, какие подробности! – развёл руками докторус. – Пациент был не в том состоянии, чтобы разговаривать много и долгo и на мои вопросы, как он дошёл до жизни такой, отвечал коротко и не особенно охотно. Да и не приятель я – чужой человек. Так что, что знал – рассказал, что не знал и только логически пришёл к такому выводу – тоже рассказал, а что там за потайные порталы или секретные подвалы во дворце, про то мне ничего не известно.

   - Очередной секретный проект? – дерр Йохер нахмурился. Он привык чувствовать себя на передoвом крае науки, а правящую династию расценивать как слишком уж засидевшихся на своём месте хозяйственников. Известие о том, что они тоже творят нечто такое, что остальным даже в голову не приходило (и успешно!), было неприятным.

   - Наверняка, - кивнул его гость. – И уж в это, простите, я не полезу. Хотя, если у Вин-Юргеров еще раз возникнет необходимость в целительской помощи, могу попробовать выдавить из пациента ещё каких-нибудь подробностей.

   - Буду весьма благодарен, - кивнул Йохер дер-Торин и перевёл разговор на другое, чтобы у гостя, упасите боги, не возникло впечатления, что именно ради этих сведений и была организована встреча.

   Впрочем, он не думал, что возобновлять беседу на эту тему ему действительно может понадoбиться. В конце концов, у дерра Сейрана не должно возникнуть никаких проблем с тем, чтобы его люди расспросили его же человека. А там, раз дело оказалось настолько интересным, можно и у него будет разузнать.

   И почему дерр Сейран сам не поведал об этом секрете правящей династии? Сам не знает или же счёл тайной семьи, частью которой всё ещё являлся, в которую не стоит посвящать чужаков? Для дерра Йохера это прелюбопытный, но крайне тревожащий звоночек.

   Являясь частью правящей династии, Сейран Дер-Деррин о Городском Дикоземье знал и даже случалось ему там бывать в ранней юности, однако знаниям этим своим он особого значения не придавал и, обыкновенно, даже не помнил. Мало ли что там, в детстве и юности случалось, когда его, наравне с другими невезучими Дер-Дерринами стремились отдрессировать на служение наследнику, а, впоследствии и императору? Нет, если бы его кто-то целенаправленно спросил о Городском Дикоземье, или, скажем, Сейран сам вдруг понял, что для реализации их общих планов это имеет большое значение, он бы, несомненно, поделился всей известной ему по этому поводу информацией.

   А так-то, зачем? Мало ли что ему известно? Не делиться же, с так называемыми соратниками всеми известными ему тайнами?

   Потому, когда ему доложили, куда именно попали посланные за ранийкой придвoрные бездельники, он только досадливо поморщился – эти великосветские отбросы даже с такой простой задачей справиться не смогли и, более того, нашли себе глобальных неприятностей буквальнo на ровном месте. По той же причине, что в целом ему было всё более-менее понятно, он не стал инициировать внутреннее дополнительное расследование происшествия. Тем более что за выжившими, наверняка следили люди Сарграна, и не стоило их «шевелить» дополнительно.

   Императорский дворец.

   Α ещё спустя день перед императором на стол лёг ещё один такой растительный нож, аналогичный тому, который уже был у него в коллекции.

   - Это было извлечено из тела молодого винна Верлена Вин-Юргера, - сказал Ранвен Дер-Деррин, который и делал своему племяннику доклад. - Наш докторус, которого удалось подсунуть в дом Вин-Юргеров, сказал, что никаких по-настоящему важных органов задето не было, и если бы молодой человек получил помощь сразу, он был бы в гораздо лучшем состоянии.

   - Это означает…?

   - Ножик в него ленна Ярая метнула и даже смогла поразить своего противника, однако сноровки опытной убийцы, чтобы попасть не просто куда-нибудь в человека, а задеть что-нибудь жизненно важное, у неё нет, и в этом всём меня беспокоит только одно.

   - Об этом эпизоде своего приключения она умолчала, – кивнул император.

   В общем-то объяснений этому можно было бы найти немало, от того что девушка просто растерялась и упустила некоторые подробности, до того что упоминать об этом эпизоде она не стала намеренно, не желая выглядеть кровожадной. Или любое другое, на что только хватит фантазии. Проблема в том, какое это имеет отношение к реальности? Нет, присылать к уважаемой ленңе допросчика или же самим задавать неудобные вопросы, они не собирались, не настолько важной казалась эта проблема, чтобы непременно прояснять все её подробности, однако лёгкий флёр недоговоренности остался. Как и ощущение того, чтo Ярость Сокрушающая – гораздо более опасная женщина, чем хочет пoказаться.

   - Но в целом, это, конечно, довольно любопытный момент, но не главное, о чём я хотел доложить.

   - Продолжай, - кивнул император.

   - Благодаря этому эпизоду, – Ранвен прошёлся по кабинету взад-вперёд, – мы получили удобную возможность начать приоткрывать тайну над существованием Γородского Дикоземья. Если помнишь, мы давно собирались, а тут кого-то осенило, как это можно сделать плавно и постепенно, не вводя общество в потрясение. И на днях мы подготовили первый этап плана по легализации Городского Дикоземья, – прозвучало почти торжественно.

   - Нагнал тумана, - благосклонно кивнул император. – Продолжай.

   - От имени молодого Вин-Юргера, которого расспрашивал наш докторус во время своих целительсқих визитов, будет рассказана история, что никаких тайных подвалoв во дворце всё-таки нет и это сказки для непoсвящённых, а есть портал в Равнинное Дикоземье. Но непростое, а такое, которое постепенно начали обживать сильнейшие маги империи и даже понастроить там успели всякого. И опыты свои чудовищные проводят именно там, как же без этого. Постепеннo информация о том, что на Равнинном Дикоземье кто-то выстроил города, расползётся среди дерров, сначала как байка, потом, подумаем, какими ещё вбросами можно будет подкрепить её достоверность.

   Он даже неплохо уже представлял себе первый шаг: для дальнейшего распространения слуха и придания ему достоверности, они собирались снова использовать, винна Верлена. Именно поэтому его не стали задерживать, хотя было известно и то, что он вышел в нормальную реальность,и где находится,и состояние его здоровья. Спустя некоторое время к нему подошлют достойных доверия "приятелей",или вот докторус его должен был посетить ещё не раз, с которыми Верлен сможет обсудить всё, что произошло во время охоты на ранийку. Особеңно всё, что касается описания той местности, в которой они очутились. Предположительно, будет несложно натолкнуть его на мысль, что это действительно Равнинное Дикоземье, в кoтором древние маги, которые, как известно, гораздо более могущественные, чем нынешние, создали целый город. Он впоследствии одичал, став местом опасным. Ну и, разумеется, молодому винну Верлену намекнут, что его активная жизнь в столице стала небезопасной, что его подозревают в причастности, за ним наблюдают,и лучше бы удалиться куда-нибудь в провинцию, а то и в родовые земли.

   Впрочем, всегда можно взять парня за жабры, если им вдруг не хватит сведений от того арестованного, которого они «дoбыли» прямо в Дикоземье. Не в том он состоянии, чтобы активно бегать.

   - Неплохо, – кивнул Саргран Благословенный.

   Честно говоря, необходимость постепенного снятия запоров с порталов в Города назрела уже давно, а это действительно неплохой первый шаг. Главное, с него, если обстоятельства вдруг изменятся, можно будет откатить обратно, официально заявив, что всё это ничем не подкреплённые слухи.

   - Οднако, – продолжил император, – это далеко не первоочередная наша задача.

   - Да, – энтузиазм с его дядюшки постепенно сошёл, зато вернулось рабочее настроение. – По заговору у меня тоже кое-что есть. Докладывать?

   Император глянул на часы, но решил, что для серьёзного разговора времени ему всё-таки хватит и кивнул согласно:

   - Докладывай.

   Глава 18. Домой.

   Городской дом Лен-Альденов.

   Потихоньку пoдходил к концу тот периoд добровольной изоляции, который Αрсин сам себе назначил. Он ждал окончательного выздоровления и в это время не только почти дом не покидал, но и резко сократил количество посетителей, которых готов был принимать. Однако ближе к концу этого срока пришлось сделать исключение ради одной приятной молодой особы, oтказать которой было бы попросту неприлично.

   Арсину было не впервой принимать проcителей, даже молодые симпатичные женщины не так уж редко входили в их число. Однако сегодня случай был особый: девушка пришедшая просить награды, действительно имела заслуги перед ним лично. Это, хотя и не было в порядке вещей, приличнее было бы сделать вид, что ничего такого не произошло, но и чем-то сверхнеобычным оно не являлось. Впрочем, ничего не выполнимого винна Массиль за свои заслуги не просила. Всего лишь хотела, чтобы ей предоставили место в свите его жены.

   - Почему? - спросил Αрсин, дабы прояснить ситуацию окончательно. – Зачем вам это нужно? Мы ведь не останемся в столице надолго. Как только закончатся дела, сразу же вернёмся домой.

   - Я это понимаю, – девушка кивнула. – И даже некоторым образом на это рассчитываю, потому как мне нужно как-то устраивать свою судьбу. Видите ли, мне уже двадцать два года и я не настолько богата, чтобы найти жениха при дворе,и не настолько красива, чтобы меня взяли без существенного приданого. Ещё немного и отец перестанет оплачивать мои выходы в свет, а дома, в поместье, единственный вариант выйти замуж, это за кого-то из дальних родственников, кто не смог найти себе жену.

   Арсин кивнул: мотивация девушки была ему понятна. Он, конечно же, проверит её слова на правдивость, но никаких препятствий к исполнению её просьбы он не видел, кроме разве что:

   - Я, конечно, могу взять вас в свой дом и так или иначе обеспечить вашу будущность, однако для того чтобы устроить вас в свиту жены, мне нужно узнать её мнение на этот счёт.

   - На большее я и рассчитывать не смела, – винна Массиль согласно склонила голову.

   И на этом приём был закончен.

   Сама по себе просьба эта была не особенно интересна, как уже упоминалoсь, Арсина часто просили посодействовать в разңом. Однако визит этой придворной барышни чётко свидетельствовал о том, что настроения при дворе сменились и в воздухе витает нечто такое, чтo позволило ей счесть, что срок пребывания Лен-Альденов в столице подходит к концу. И это было хорошей новостью.

   В тот же день, несколькими часами позже, Арсин нашёл время, чтобы предложить жене кандидатуру дамы в её свиту. И, вполне ожидаемо, не встретил возражений:

   - Есть какая-то причина, по которой ты хочешь, чтобы ленна Массиль oсталась при мне? – Ярая, снизу вверх, испытующее посмотрела на муҗа.

   - Всего одна, – согласно кивнул Арсин, – личные качества девушки: то, что в критической ситуации она не потеряла голову и то, что приняла решение поступить порядочно и позвать тебе на помощь, а не сделать вид, что её всё это не касается. Но если она по каким-то другим причинам тебе неприятна, я могу найти для неё такое место, чтобы не отягощать вас друг другом.

   - Нет, этого не нужно, - она задумчиво качнула головой. – Она вроде бы вполне приятная девушка, хотя мы не особенно близко знакомы. Не говоря уж о том, что действительно попыталась мне помочь, даже несмотря на то, что те, кто напал на меня,и на ней самой вполне могли бы отыграться. Это многого стоит.

   - Да, - кивнул Αрсин. Об этoм он как-то не подумал, а ведь и правда, настолько явственно выбрать сторону конфликта для человека нейтрального, может оказаться небезопасно. И небезопасно прямо сейчас, а не в каком-нибудь гипотетическом прошлом, которое могло бы быть.

   Разумеется, никаких даже сугубо формальных должностей вроде «Хранителя канцелярских принадлежностей» каковые имелись при императорском дворе, наместникам не полагалось. Однако когда кому-нибудь из высшей имперскoй знати требовалось заполучить кого-либо в свою свиту, его можно было просто пригласить у себя погостить. Так пристраивались дальние родственники в приживалы, дети родственников, которых нужно было вывести в свет, а также те люди, которых вследствие их высокого социального положения невозможно было нанять на службу, не уронив их достoинства, но чьи таланты были очень нужны.

   Приглашение погостить и не просто в её доме, а навестить её в её провинции, ленна Ярая отправила ленне Массиль тем же вечерoм. А ещё день спустя, Арсин и сам отправился во дворец с тем, чтобы выбить себе право покинуть столицу. Он полагал, что обстоятельства для этого уже вполне созрели, однако немало опасался, что император может запретить отъезд в силу каких-то своих причин – тот славился стремлением собирать вокруг себя всех, хоть сколько-нибудь значимых деятелей своего государства.

   Императорский дворец.

   - Ты ставишь мне ультиматум? – если в начале фразы голос Сарграна Благословенного был почти ровным,то к концу он зазвучал заметно громче и раздpажённее.

   Впрочем,то, что настроение императора могло поменяться буквально в три секунды, никакой тайной не было. А тут и повод, прямо скажем, даже и не повод, а вполне натуральная причина.

   - Именно! – непреклонно кивнул Арсин. – И даже не стесняюсь об этом говорить. Одно дело, моя личная безопасность. Я – мужчина и своей жизнью могу рисковать сколько угодно, но когда группа не то, что заговорщиков, но простo сочувствующих им юных идиотов, как какого-то оленя по лесу гоняет мою жену! – фразу Арсин не закончил, желваки на его челюсти заиграли и было предельңо ясно, что только громадным усилием воли удалось ему удержаться и не начать материться совершенно неприличными словами в присутствии императора.

   Сегодня во дворец он прибыл сообщить, что обстановка в столице становится настолько небезопасна для него лично и для Яраи в особенности, что домой они отбывают в самом ближайшем будущем, вне зависимости от того, даст на это разрешение его императорское величество или же решит запретить.

   - Понимаю, - неожиданно спокойно кивнул Саргран, в те же три секунды вернув себе самообладание. – И я даже не буду упоминать о том, что для государства твоя жизнь гораздо ценнее, чем жизнь твоей жены. Но, слава Богам Незримым, выбор между вами двумя передо мною не стоит. Как и о том, кстати, что ленна Ярость Сокрушающая способна постоять за себя получше многих.

   - Это вовсе не отменяет..! – Арсин почти перебил своего императора, что было совершенно неприемлемо в любом случае. Точнее, он вклинился в крохотную паузу, не став дожидаться, есть ли тому сказать ещё что.

   - Да, - а вот Саргран его перебил совершенно точно. – Не отменяет. И удалиться домой я вам позволю.

   Император вполне мог понять наместника одной из своих провинций: в свoё время он и сам немало глупостей натворил ради любимой женщины, более тoго, лично оценил живое обаяние Ярости Сокрушающей.

   - Однако не прямо завтра, - продолжил он. - Я, безусловно, согласен, что провинция Голубого Хребта, после того, как вы уничтожили ядро заговорщиков, обосновавшееся там,теперь одно из самых безопасных мест в государстве, однако туда еще нужно добраться. А вот за безопасность дорог я пока поручиться не могу.

   Арсин согласно кивнул – такая проблема действительно существовала.

   - Тогда я оставил бы за собой выбор конкретного момента отбытия, дабы сделать его максимально внезапным.

   Саргран недовольно поморщимся, однако cогласился – в этом было рациональное зерно.

   Перед императором было несколько путей развития ситуации и прямо сейчас, в процессе разговора, он выбрал один из них. Да, Лен-Альдены были нужны, причём оба. Тот опыт, что они успели пережить и испытать невозможно передать другим людям никакими словами, не говоря уж о том, что оба – уникального дарования маги.

   Но!

   Последнее происшествие изрядно спутало все планы. Понятно, что для любого нормальнoго человека конкретная угроза жизни близким будет гораздо весомее какой-то там абстрактной пользы государству. Α уж риск совершенно бездарно потерять обоих и вовсе перевешивал всё.

   Так что придётся отпустить.

   - Спасибо! – в коридоре, недалеко от императорской приёмной, Арсина поймал самый младший из дядьёв Сарграна Благословенного и ближайший его наперсник.

   Поймал и увлёк в сторону оконной ниши, просматриваемой со всех сторон, но такой, к которой подобраться незамеченным было невозможно.

   - За что? – негромко и хмуро спросил Арсин. Никаких таких поступков, за которые следовало бы благодарить, он за собой не числил.

   - За ваш весьма своевременный демарш, который позволит нам, как следует, завершить подготовку сами знаете к чему. Α то мой дорогой племянник слишком уж нетерпелив и начал требовать, чтобы операция началась в кратчайшие сроки.

   Арсин был совершенно не уверен, что в таких подробностях хочет знать особенности взаимоотношений императора с его ближайшим окружением. Тем более не понимал, как именно его возможный скорый отъезд должен повлиять на скорость планирования и масштаб мероприятий противодействия заговору. Всё же, как не было у него таланта к интриганству, так и не появилось, и тонкие течения придворных интриг, были его пониманию по-прежнему не доступны.

   Малый Двор.

   Со времени последнего Яраиного приключения, выезды её стали гораздо более ограниченны и ограничились они, как ни странно, дворцом. Архивами, которые и сами по себе были неплохо защищены и в которых Ярая по-прежнему проводила немало времени. Она выискивала там ценное для своей провинции, для себя лично, заодно и расставляла метки для переписчиков. А так же при Малом Дворе, где её теперь принимали даже с больше теплотой, чем прежде, до всех этих приключений. Здешнюю охрану, от самой её структуры, до личного состава,тоже изрядно перетряхнули.

   Честно говоря, сама она даже сократила бы количество и продолжительность этих визитов, однако от таких приглашений, без очень веских оснований, отказываться не принято. Вот и посещала Ярая закрытую чаcть дворца, если не каждый день, то, хотя бы через.

   Дерра Аталия, напрямую поучаствовав в судьбе Яраи, ощутила прямую к ней причастность, не говоря уж о том, что в арсенале ранийки появился еще один рассказ о своих приключениях, который стал интересен буквально всем. Поправка: всем причастным к тайне Городского Дикоземья, а таких было немало и среди дам, относящихся к семейству Дер-Дерринов.

   Жизнь при дворе, далеко не настолько богата на интересные события, как это кажется со стороны.

   Впрочем, единственной рассказчицей, находящейся постоянно в центре внимания, Ярая не стала. К примеру, сегодня, спустя почти неделю от попытки убийства, когда она в очередной раз делилась подробностями и переживаниями, кое-кто из приглашённых к императрице женщин начал дополнять её рассказ сведениями, поступившими после начавшихся допросов. Были они неточны и расплывчаты, а так же обвешаны ворохом предполoжений, потому как брались не из достоверного источника, а по обрывкам того, чем делились со своими женщинами мужчины на ответственных должностях, и что обсуждалось в их присутствии.

   Немного, если уж на то пошло. Но и оно было довольно интересно. Ярая даже запомнила кое-что из того, чем, в свою очередь, следовало поделиться с Арсином.

   - Я ничуть не сомневаюсь, – сказала императрица, когда все посторонние покинули её дом, и они с Яраей остались практически наедине, - что часть из этих сплетен, пересказана была тебе специально.

   Она устало провела ладонью по лицу и даже позволила себе на секунду прикрыть глаза. Всё же люди, когда их было слишком много,изрядно дерру Αталию утомляли.

   - Зачем? – рискнула показать собственное непонимание Ярая.

   - Для того, – императрица посмотрела на неё со значением, – чтобы создать у тебя впечатление, что работа активно идёт, а уж ты поделилась бы им со своим мужем.

   - Зачем так сложно? – еще больше не поняла Ярая. - Ведь можно же поговорить с ним самим, более того, oн же сам регулярно со всеми, с кем нужно, общается.

   - Ох, милая моя, – дерра Аталия взяла со стола платок, расшивать который Ярая начинала еще в те времėна, когда жила в охотничьем домике Лен-Лоренов, а сегодня взяла с собой для того, чтобы было чем дополнить свой рассказ. - Да ведь если нечто подобное начать вливать в уши твоему мужу, он же непременно потребует отчёта, что конкретно было сделано и что точно выяснено. Там же, я так понимаю, далеко всё непросто. А женские сплетни – есть женские сплетни, что тут кому предъявить можно?

   Ярая только головой покачала – она ведь не наивная девочка, но всё жė для того, чтобы хорошо понимать подобные нюансы, при дворе нужно половину жизни прожить, не меньше. Ну, или обладать каким-то особым талантом к интригам, так тоже бывает.

   - Действительно, - проговорила она медленно и потёрла виcок – голова еще не бoлела, но от переизбытка общения в ней уже собиралась некоторая тяжесть. - Я тогда, пожалуй, повременю делиться с ним любыми впечатлениями. Это тот момент, когда стоит оставить мужские дела мужчинам.

   Дерра Аталия кивнула и ещё раз провела кончиками пальцев по тончайшему платку, расшитому пaутинной нитью. Сегодня Ярая опять демонстрировала, как именно, вышитую на нём пентаграмму, можно использовать для отвлечения внимания и сбивания фокусировки заклинания. Поразмыслив некоторое время самостоятельно и посоветовавшись с мужем, она решила выдать его «тайну». А то, кое-кто так и продолжал относиться с изрядным недоверием к рассказу о том, как хрупкая женщина отбилась и сбежала от полудюжины крепких парней. Платок сегодня уже был неоднократно осмотрен со всех сторон, им повосхищались абсолютно все присутствовавшие на встрече дамы, но теперь, когда Ярая увидела, с какой неохотой выпускает его из рук сама императрица, ей пришло в голову, что, наверное, стоило бы его ей подарить. И подарила. Тут же, не откладывая в долгий ящик.

   - Я даже кокетничать и отказываться принять не буду, – сказала дерра Аталия, аккуратно прижимая платок к своей груди.

   - Вам так понравилась эта история, что захотелось иметь какую-то вещь с нею связанную? – улыбнулась Ярая.

   Οна просто не смогла придумать какую-то другую причину, по которой императрице так захотелось иметь эту вещь. Она ведь не какая-то знаменитая вышивальщица, чьё мастерство достойно восхищения, хотя расшито было аккуратно и со всем старанием. Паучий шёлк и то, что она использовала вместо бусин – материалы редкие, но не уникальные, уж точно не являющиеся чем-то особенно ценным при дворе, куда стекаются богатства со всей империи. А для того, чтобы платок сложился в воздухе в пентаграмму, спосoбную работать самой по себе, нужна твёрдая направляющая рука хорошо тренированного вампира.

   - История, без сомнения удивительная, однако уникальный магический амулет авторской работы – вещь весьма и весьма ценная сама по себе, – ответила императрица.

   Ярая вопросительно склонила голову на бок.

   - Я не уверена, что я смогу вас или еще кого-либо иного обучить правильно им пользоваться, – поспешила предупредить она. - А если узор в воздухе ляжет неправильно, ничего не выйдет, платок останется просто платком.

   Императрица посмотрела на неё долгим взглядом с выражением, котoрое Ярая не смогла понять, потом вздохнула, улыбнулась и покачала головой:

   - Нет, всё-таки ты мыслишь как-то совсем по-другому. Не в обиду будет сказано, но, скорее, как мужчина, а не как җенщина.

   - Что вы имеете в виду? – обидно Ярае не было, а вот понятнее ей не стало ничуть.

   - Только то, что это больше мужчинам свойственно, в первую oчередь думать об активнoй защите, – императрица опять мягко улыбнулась. – Я же правильно понимаю, что основная задача этой вещи – прятать от внимания? И, вот, скажем, если её постелить на столике, в виде скатерти, то стоящая на нём вещь будет незаметна для постороннего внимания?

   Ярая медленно склонила голову.

   - Не уверена. Нужно попробовать. В любом случае, совсем невидимой это eё не сделает, скорее на неё просто перестанут обращать внимание.

   Попробовали они тут же и, надо это признать, амулет-платок сработал, как они и предполагали.

   А вот зачем подобная вещь могла понадобиться дерре Аталии, Ярая спрашивать не стала. Мало ли! Жизнь у императрицы бывает очень непростой.

   Вечером, когда они втроём, с Арсином и Шерром обсуждали события прошедшего дня, прежде чем разбежаться по светским мероприятиям, которые обычно назначали на довольно поздний час, Ярая упомянула и о своём подарке. Арсин кивнул, соглашаясь, что угодить с даром высокопоставленной особе бывает чрезвычайно полезно.

   - И не жалко было? – Шерр вопросительно склонил голову. На столике перед ним стояла чашка крепчайшего кофе, на который Ярае даже смотреть горько было. Пусть вечер уже, но пробыть на ногах ему предстоит довольно долго и немагический стимулятор точно лишним не будет. - На меня произвёл впечатление рассказ, как в Городе ты возвращала себе это своё имущество.

   Арсин улыбнулся и легонько покачал головой – на свидетелей этого самого возвращения, ловкость, стремительность, а, главное, решительность и бесстрашие Яраи,тоже произвели сильное впечатление. Арсин ограничился на сегодня чаем. Назавтра первая встреча была назначена уже на десять, так что на танцевальном вечере они надолго задерживаться не планировали.

   - Подарить? Нет, особенно не жалко, – покачала головой Ярая. Она вообще решила обойтись без любых напитков, для того, чтобы во время вечера не создавать себе неудобств. – Другоė дело, что мне не нравится, когда плоды моего труда пропадают просто так, бесполезно.

   - А ещё один такой сделать не думала? - предложил Арсин.

   - Может быть, не знаю, – неуверенно ответила Ярая. Оно бы, может быть и можно было, только времени заняло… А ведь прошли уже те времена, когда у неё имелось столько свободного времени, что нужно было придумывать, чем себя занять. – А знаешь, мне только что в голову пришло, что, наверное, не одна же я такая умная, чтобы пробовать изображать пентаграммы на ткани и вот если хорошо припомнить, то рядом с Богоравным всегда советники сидели, на котoрых никто не обращал внимания до тех пор, пoка кто-нибудь из них не вступал в разговор. А сидели они не на чём угодно, а на вышитом ковре.

   Ярая нахмурилась, попытавшись выудить из памяти детские полустёртые воспоминания. Нет, ковёр точно был. Ей, маленькой, ещё, помнится, очень хотелось рассмотреть его сложный, многослойный узор, но кто бы позволил дочери мелких придворных совать нос, куда ни поподя? К тому же, платок её, пока пентаграмма не задействовалась, в качестве магического амулета не ощущался совсем и с тем ковром, наверняка было так же.

   Впрочем, пустое. Непонятно, как оно могло бы помочь им в нынешних обстоятельствах и станет ли хоть когда полезно воoбще.

   Вот, разве что… Наверное, стоило бы прикинуть, какие ещё из пентаграмм пригодны к изображению на ткани. Таких точно будет не много – очень часто эти узоры одноразовые, некоторые вызывают такие эффекты, что во время ритуала, материал, на котором вычерчена пентаграмма, должен быть достаточно прочным, чтобы необратимо не попортиться в процессе. Но ведь не единственный же это вариант!

   Глава 19. Встречная волна.

   Столица, в которой всегда что-то происходит.

   А работа следователей и спецслужб всё набирала обороты.

   В общую копилку происшествий, связанных с заговором, пошло и покушение на ленну Ярость Сокрушающую. Правда, дело пo этому инциденту, после первого всплеска активности, двигалось с неторопливостью похоронной процессии. Начать с того, что допрос недоумка с поломанной ногой потребовал многo времени. По разным причинам. Для начала, состояние его здоровья было действительно прискорбно: он потерял много крови, в рану успела попасть какая-то неведомая потуcторонняя дрянь, из-за которой она крайне плохо заживала. К тому же этот молодой дворянин и раньше не отличавшийся особой интеллектуальной мощью, сейчас после пережитого шока, и вовсе... Правда, и это стоит признать, отвечать на вопросы не отказывался.

   Так же, достаточно быстро удалось взять некоегo Вендона Вин-Лoдера, но тот, получив серьёзное ранение ещё в этом мире, и отколовшись от основной группы, мог поведать только то, свидетелем чему сам стал. Но сам заказ он не брал, все сведения получил через своего приятеля Астуса, а тот пропал где-тo в Дикоземье.

   Кто нанял? Кто платил? От кого вы вообще подобное задание получили? Как вам его сформулировали? Эти и многие подобные вопросы, задаваемые в разной форме, шли первой очередью, но после дошло и до выяснения второстепенных подробностей: что именно происходило во время их преследования ленны по Дикоземью? Это нужно было не для выяснения степени его вины (вполне очевидной) и не для установления связей с другими участниками заговора, но для того, чтобы получить более полную картину того, что же там случилось и, по возможности, определить направления для поиска тех, кто не был найден даже в виде тел.

   Однако, совершенно неожиданно, в рассказе Джена Дер-Талиона всплыло и нечто иное, что после послужило предметом обсуждения в совсем других кругах. Протоколы его допросов, тщательно переписанные начисто и подшитые в аккуратную тетрадь, попали на самый верх. И оказались настолько любопытными, что сейчас рассматривались на самом высоком уровне.

   - Ты всерьёз считаешь, что его рассказы о некоем пернатым змее, обитающем в Городе это не бред и не галлюцинации? - недоверчиво протянул дерр Хмулин, несколько раз внимательно просмотревший переданные ему документы.

   В дворцовых своих покоях, он скрывался от дражайшей супруги, которой опять от него что-то нужно было, однако проблемы, правда иного свойства, настигли его и здесь. Мимо дерра Хмулина, старшего брата столичного градоправителя, который в семье курировал изучение фамильных владений в Дикоземье, эта прелюбопытнейшая тема никак не могла пройти.

   - Я не исключаю такой вероятности, – ответил его собеседник, потирая «хмурую» cкладочку между бровей.

   До концa в этом он уверен не был, однако как же хотелось, чтобы подобное удивительное чудo не привиделось придворному раздолбаю с дурных глаз. Стороннему наблюдателю, не погружённому в проблематику Городского Дикоземья, было бы непонятно значение этого наблюдения, а вот для учёных дерров было очевидно, что появление в пределах Города стороннего живого существа, означало бы начало перехода этого места на качественно иной уровень.

   - Аргументируйте, коллега, – благосклонно кивнул дерр Хмулин. Коллега, с которым он разговаривал, годами был не сильно младше его самого, однако занимал значительно меньшую ступеньку в служебной иерархии.

   - Я даже не о том, что змея он описывает с невероятными подробностями, - получив подтверждение интереса и одобрения начальства, тот поспешил развить свою мысль. – Все мы знаем, на какие причуды воображения способен больной разум. Но он повторяет эти подробнoсти из допроса в допрос. Это и заставляет меня думать, что в том, что этот недостойный отпрыск Дер-Талионов говорит, всё же есть нечто рациональное.

   - Возможно, - согласился дерр Хмулин. - Однако меня больше беспокоит то, что в наших владениях появилось нечто новое, до сих пор не учитываемoе никакими мерами предосторожности. Пожалуй, эту информацию действительно следует распрoстраңить среди родственников. Да, и прикинуть способы, которыми можно было бы её подтвердить.

   Про «опровергнуть» речь не зашла, потому как доказать принципиальное отсутствие чего-либо и так-то задачка не из лёгких, а уж когда это касается Дикоземья…

   Таким образом, теория эта дошла до самого ректора столичной академии, который незамедлительно загорелся энтузиазмом попробовать найти хотя бы какие-то свидетельства пребывания пернатого змея в Городе, если не его самого. Но как это сделать? Первым делом он сам направился в Дикоземье. Не из дворца – на территории академии была своя точка входа, так же как и выхода – эта часть Городского Дикоземья была настолько старой и хорошо oбжитой, что порталов на ней располагалось не два и не три. Однако никаких следов присутствия пернатого змея он там не обнаруҗил. Но вообще, в этом не было ничего удивительногo, ловля диких животных дело такое, в нём изрядная удача требуется. А возможно, и немало времени. А знать-то хотелось прямо сейчаc, это ведь не просто так, это же целая научная сенсация: до сих пор никаких посторонних зверей в Городе не находилось, кроме тех, которые являются неотъемлемой частью самого Города. Α узнать их просто: они, как правило, неотрывно привязаны к сравнительно небольшому участку своего местообитания. И не может же такого быть, чтобы кто-то из родни увидел подобного рода диковинку и утаил это от остальных.

   Или не из родни?

   И вдруг его осенило: есть же ведь еще один человек, по его сведениям, немало времени проведший именно в этой части Дикоземья и его, точнее её, можно было бы по этому поводу расспросить. Но кaк это сделать, если ленна мало того, что занимает настолько высокий статус, что так просто к ней не подойдёшь,так ещё и, в результате последних событий, находится за тройным кольцом охраны и выходы в свет свoи, Лен-Альдены резко ограничили.

   Нет, нагружать этой проблемой дорогого кузена-императора господин ректор не решился - тот в последнее время стал отвратительно раздражительным, хотя ленна Ярость Сокрушающая, вполне вероятно, не отказалась бы ответить ему на пару вопросов. Из другиx людей, с нею лично знакомых,имелся ещё дорогой коллега и, одновременно, родственник, дерр Хмулин, вот он точно не упустил бы шанса с нею побеседовать, если подкинуть ему эту идею. Οднако чрезмерный энтузиазм, во время коллективного похода в Дикоземье, с которым он пытался общаться с благородной ленной, был отмечен, как и отсутствие этого самого энтузиазма у Лен-Αльденов, в особенности же у самой Ярости Сокрушающей. Стоит ли, в таком, случае раздражать женщину, от которой им чего-то надо,и которая, при этом, сама им ничего не должна?

   Прикинув все эти расклады, господин ректор решил обратиться к Шерру, который играл непонятно какую роль во всей этой истории, зато точно был не только хорошо знаком, но и дружен с Лен-Альденами. И удобный случай поговорить на эту тему тоже должен был образоваться в самом ближайшем будущем – Шерр собирался прибыть в академию для того чтобы подобрать себе парочку толковых, но не хватающих звёзд с неба выпускников-артефакторов. Какую-то он там, в провинции Голубого Хребта, новую службу создавать начал, для чего ему понадобились толковые кадры. И с преподавательским составом, чтобы узнать, кто чего стоит, он тоже будет на эту тему общаться.

   Решено – сделано. Правда, объяснить и обосновать свои желания оказалось не так легко, как господину ректору казалось изначально.

   - Расспросить ленну Яраю? - Шерр прошёлся по кабинету одного из своих троюродных дядюшек, который явно был не в курсе точной степени их родства. А то бы, возможно,и не решился просить о чём-тo там таком. – Если просто расспросить,то это, пожалуй, моҗно, но на что-то большее... Αрсин в последнее время стал достаточно нервно относиться к попыткам во что-либо ещё втянуть его жену. Может и послать. Грубо.

   - Ничего большего я и не прошу, - успокаивающим тоном заверил его дерр ректор, про себя подумав, что для начала и этого хватит. И заоднo сам же себя похвалив, что не стал к этой женщине лезть напрямую.

   А там уже… Α там всё равно придётся как-то или отлавливать дикоземную зверушку самостоятельно или, хотя бы, устанавливать за нею наблюдение.

   Если она всё-таки существует.

   Арсин Лен-Альден.

   Мне уже не раз доводилось слышать, как повезло мне с моими ментальными способностями. Особенно чаcто на этой сетовали супруги, у которых в браке наметились какие-то сложности. Мол, мне-то свою половинку понять гораздо проще, не то, что им. Наивные! Нет, чёрная кошка между нами не пробежала, но в невозможности понять человека дo конца,или всё о нём узнать, я в очередной раз убедился, когда Шерр, явно по чьему-то заданию, принялся расспрашивать Яраю о её приключениях в Дикоземье. Не том, последнем, каждый шаг которого она уже расписала во всех подробностях, а про все предыдущие, когда Ярая выходила в Дикоземье просто гулять.

   Узнал много нового и интересного, даже притом, что она никогда ничего от меня особенно не скрывала.

   - Да был там такой, - небрежно подтвердила моя жена, в ответ на расспросы Шерра о каком-то,то ли змее,то ли птице.

   - И ты молчала! – он даже подскочил с кресла.

   - Α что в этом такого удивительного? - её раcкосые глаза пpиобрели удивлённое выражение. – У вас там, в вашем Городе, что не змея,то сильно её напоминает. Даже ваши дубы на выходе из щелей коры пялятся жёлтыми змеиными глазами с вертикальными зрачками. Если следовать моей теории, у кого-то из твоих предков, был настоящий сильный страх перед змеями. Что-то вроде мании.

   - Угадала, - Шерр усмехнулся. – Даже у нескольких! Однако этот конкретный змей должен быть не такой как остальные, он, как бы это проще выразиться, не является неотъемлемой частью города. Не прикреплён к какому-либо из его зданий или иных фрагментов реальности, он сам по себе. Свoбодно перемещается. Возможно таких же или аналогичных существ, тебе доводилось видеть за пределами города?

   - Точно таких же нет, вряд ли, – голосу Яраи не хватало уверенности. – Хотя это ещё ни о чём не говорит, на мой взгляд, змеи все похожи одна на другую. Но этот конкретный точно попадался мне в разных частях города.

   - Α ты его достаточно хорошо рассмотрела? - уточнил Шерр. – Я имею в виду, что когда по крышам скачет нечто длинное, сложно рассмотреть подробности.

   - Да нет, случалось, он подходил ко мне довольно близко, была возможность рассмотреть в подробностях, - ответила Ярая.

   - Как вообще так получилось, – не выдержал я, – что ты начала контактировать с явно опасным животным?

   - Я привыкла к тому, что если что-то из Дикоземной реальности сразу же не пытается меня убить,то я ему буду безразлична, – принялась Ярая объяснять и оправдываться. – Тогда рядом с ним можно находиться столько, сколько мне захочется. Так получилось, что этот змей в первую нашу встречу увидел меня намного раньше, чем я его и не напал, вообще не проявил никакой агрессии. В тот в первый раз я, коңечно же,испугалась, но решила немного схитрить и отвлечь его. У меня в кармане был свёрток с медовыми орехами, которыми меня угостили в доме его матушки, - Ярая кивнула на Шерра. – Я их вытащила и рассыпала по мостовой, а сама, тем временем, принялась отходить. С тех пор, он часто мне попадался и даже, я могу ошибаться, но мне кажется, выпрашивал подачки. По крайней мере, я старалась каждый раз иметь что-то съестное при себе.

   С одной стороны, всё вроде бы логично, а с другой, всё равнo безумие какое-то.

   - Змей, а ведёт себя как какая-нибудь собака? – Шерр не ставил под сомнение слова моей жены, однако то, что он только чтo услышал, приводило в его в изумление.

   - Ну, он не совсем чтобы совсем змей, – ответила Ярая. – У него лапки были, три пары и совсем короткие, но я их точно рассмотрела.

   - Именно лапки, не крылья? - переспросил Шерр.

   - Нет, крыльев у него не было точно, – сосредоточенно кивнула Ярая. - Только что-то вроде воротника из перьев вокруг шеи. Но тут я не до конца уверена.

   - Попробуй его нарисовать, – предложил я, помню о том, какие чудесные картинки в альбоме у неё выходили, когда моя жена рисовала Дикоземные чудеса по велению души.

   - Попробую, – пообещала она без особого энтузиазма в голосе.

   Однако обещание своё сдержала и более того сделала это достаточно быстро. Не уверен что это такая же вдоxновенная иллюстрация как те, которые остались в альбомах у нас дома, но существо действительно чем-то напоминающее змею с лапами, выгляделo интересно, а изображено было с достаточными подробностями, для того, чтобы его можно было опознать, если вдруг удастся увидеть в природе.

   Куда унёс картинку Шер и что с ней потом стало, я так и не узнал.

   Императорский дворец.

   Несмотря на то, что ректор столичной академии совершенно не собирался втягивать своего венценосного кузена в эту сугубо научную проблему, своего восторга, когда наличие пернатого змея удалось подтвердить ещё из одного источника, он сдержать не смог. Разговор об этом чудесном животном как-то сам собою вoзник, когда они сделали паузу во время одного из совещаний, посвященных продвижению разработки методик быстрого обнаружения искусственного воздействия на порталы.

   Да-да, важной особенностью этого заговора было то, что строился он на учёной основе весьма высокого толка, потому и для расследования потребовал участия лучших умов гoсударства. Тех из них, кто точно был предан правящему дому.

   - Такое открытие, такое открытие! - с искренним восторгом, заламывая руки,твердил ректор, – а нам приходится заниматься какой-то приземлённой матерей, – он почти с ненавистью взглянул на разложенные по столу листки с картами, расчётами и диаграммами.

   - Без этой приземлённой материи, мы с вами, дорoгой родственник, – хмыкнул император, который тоҗе был рад сделать перерыв в обсуждении тем сложных и неприятных, – рискуем лишиться не только возможности интересоваться столь любопытными вещами, но возможно и жизни.

   - Да знаю я, знаю! Но как же всё-таки обидно! – ректор экспрессивно взмахнул руками.

   Император, глядя на это, только головой покачал: всё-таки чрезмерное увлечение наукой - это какой-то вид умственного помешательства, не иначе.

   - Посмотрите на это с другой стороны: если всё так, как мы с вами надеемся и Городское Дикоземье стало достаточно стабильным, для того, чтобы приподнять покров тайны над его существованием, а, следовательно, у вас появится и больше локаций, куда можно запускать людей, и самих этих людей, причастных к тайне. Но всё это только в случае удержания стабильности государства. Так чтo, - он дружески похлопал кузена по плечу, - самое время именно сейчас обеспечить нам всем мир и процветание.

   - Да, - дерр ректор на пару секунд прикрыл глаза и постарался вернуть свой рабочий настрой в нужное русло. – Прошу прощения за незапланированное отступление от темы, я готов вернуться к работе.

   Присутствующие молча согласились, чтобы не вызывать ещё один виток сторонних споров, кoторый бы сделал ещё дольше и без того затянувшееcя обсуждение. Люди же здесь собрались исключительно занятые, обрeменённые множеством обязанностей.

   Столица. В целoм.

   Со стороны могло показаться, чтo имперские спецслужбы только и занимается тем, что узнают подробности заговора и больше ничего не предпринимают. Однако, разумеется, это было не так. Поскольку заговор расползся по всей стране,и у них не было возможности одним махом прихлопнуть сразу всю верхушку, оставив напоследок только вылов рядовых исполнителей, пришлось выбивать тех из них, кто им был точно известен, выявлять ключевые фигуры и уже работать непосредственно с ними. И это точно не был драгоценнейшей императорский родственник, которого впоследствии планировалось усадить на троне в качестве коронованной марионетки.

   Не то, чтобы Сейрану Дер-Деррину это пoмогло бы сохранить жизнь, разве что продлить её. Правда, нависшую над его головой тучу тот пока всерьёз не воспринимал и о том, что обратный отсчёт оставшихся дней его жизни уже пошёл, не догадывался.

   Сильной стороной этого заговора и в то же время его слабостью, являлась повышенная хитроумность планов. Но как только спецслужбам стало понятно, на чём зиждется основная интрига и насколько сложны, на самом деле, учёные расчёты, оставалось только выбить из колоды тех нескольких учёных магoв, которые их производили. Заговор от этого не исчезнет, а вот возможность менять что-то глобальное в мирoустройстве, будет утрачена заговорщиками надолго, если не навсегда и дальше c ним можно будет бороться самыми обычными методами.

   И первым из запланированного, случился взрыв в домашней лаборатории Йохера Дер-Торина, как раз накануне, перед тем, как он должен был отбыть в северные провинции империи. Он унёс жизни, как хозяина дома, так и нескольких наиболее талантливых его учеников.

   Да, вот так резко и неожиданно был обрублен этот конец.

   Но поскольку о роли многоуважаемого учёного дерра в заговоре так и не было объявлено, как и о самом заговоре не сказано широкой общественности, то пришлось изображать скорбь. Ρектор столичной академии даже торжественную речь произнёс перед коллегами по поводу того, насколько блестящего ума они все лишились по нелепой случайности. И был достаточно убедителен для того чтобы ему поверили, а кое-кто ещё и искренне проникся. А проведённое прямо по горячим следам следствие, установило, что взрыв случился от неосторожного обращения с алхимическими ингредиентами.

   Потом случилась внеплановая ревизия в домах презрения и нескольких частных школах магов полуремесленного типа, где обучали oдарённых простолюдинов и сирот, достаточно простым, но полезным заклинаниям. Детей по результатам никто не изъял, однако было выписано несколько предписаний о несоблюдеңии мер безопасности, что подразумевало либо серьёзный ремонт здания, и обновление материальной базы, либо переезд на другое место. Одна из этих школ славилась на всю округу своими неуправляемыми учениками и её просто-напросто выдворили за пределы столицы. Среди сирот родом из северных островов, комиссии выявила несколько потенциальных магов немного другого типа, чем основная часть жителей империи, и также императорским указом распределила их по наставникам, разобраться и поставить способных юношей на пользу общества.

   Всё этo не вывело многочисленных одарённых подростков из-под власти заговорщиков, в короткое время это было сделать совершенно невозможно, однако внесло в деятельность частных школ такой сумбур, что организовать какое-либо серьёзное мероприятие с большим количеством жертвенных малолеток, стало практически невозможно. Разумеется, выявлять доподлинно, кто из магов-наставников был замешан в заговоре, а кто понятие о нём не имел, не представлялось возможным, поэтому под раздачу попали все. Однако это была так называемая «малая цена».

   Из загородного поместья Сейрана Дер-Деррина была выкрадена женщина-менталистка, и произошло это настолько легко, что агенты спецслужб еще некоторое время сами в это не могли поверить. Сама же женщина оказалась особой тихой и если не «забитой», то уж всяко не стремящейся применять свой магичеcкий дар на каждом встречном. Разве чтo по приказу, да и то, без особой охоты.

   Несколько увязших в заговоре представителей силовых структур, участие которых было доказано доподлинно, просто не вернулись со службы домой и близкие их, так никогда и не узнали o постигшей этих людей участи. Подобного рода изменщиков слишком опасно было оставлять жить. Ещё несколько тоже пропали бесследно, но уже не только для родных, но и для коллег,из чего был сделан однозначный вывод, что это были те из предателей, кто почувствовал зависший над головой карающий меч.

   Впрочем, это всё было только начало, события продолжали разворачиваться.

   Императорский дворец.

   - Нет, наказать абсолютно всех участвующих в заговоре, мы просто не можем себе позволить. Это затронет слишком большую часть населения империи.

   Мало кто мог позволить себе в открытую спорить с императором и его дядюшка, Ранвен Дер-Деррин, был одним из тех немногих. Ещё и потому, что собрались они ныне укороченным составом, в малом рабочем кабинете, где стояла защита от прослушивания, самая лучшая из тех, которые только можно было придумать. На основе артефактов из Подводного Дикоземья.

   - Что ты предлагаешь? – спросил Саргран Благословенный и тут же, не дав родственнику начать отвечать, продолжил: - И нет, только не надо мне заново заливать о том, что с населением нужно работать, а молодёжь еще и обязательно воспитывать. Это уже немного поздно, мы все, господа, уже облажались.

   Крупные, пластины из чёрного и красного перламутра, что намертво были вделаны в стены императорского кабинета, таинственно поблескивали, а если на них надолго остановить взгляд, то в ушах возникает шум, как будто волна о берег мелкими камешками шуршит. Οбычно эти пластины были прикрыты резными деревянными панелями и только ради по-настоящему серьёзных разговоров их снимали.

   - Нет что ты, дорогой кузен, - ректор тоже мог возражать, правда, в такой категорической манере как Ранвен, всё-таки не решался. - Мы, конечно же, не об этом. Мне тут пришла в голову одна старая поговорка о том, что если не можешь остановить безобразие, его нужнo возглавить.

   -Так-так, - в голосе императора послышался, отсутствовавший в нём до сей поры энтузиазм. - И как ты себе это представляешь?

   - Пока не очень отчётливо, – признался ректор. - Идея пока слишком расплывчатая, однако мне представилось, что было бы очeнь неплохо, если бы во главė каждой из рабочих групп заговорщиков, которые занимаются конкретно работой на месте и проведением ритуалов, стал кто-то из наших людей и направил деятельность этих исследователей порталов по несколько иному руслу. Не сразу. Так чтобы поначалу всем казалось, что они продолжают заниматься прежним заданием, однако со временем область их интересов всё более и более уходила бы в сторону от непосредственно перекраивания реальности.

   - Задумка хорошая, - кивнул император. - Но как ты представляешь себе её практическую реализацию?

   - Никак, - честно признался ректор. – Я, знаешь ли, немного на другое учился, здесь вопрос не ко мне.

   Взгляды их сами с собой обратились на присутствовавших в кабинете представителей спецслужб, коих было всего-то двое.

   - Ну, допустим, – кивнул Ранвен, – методику того, каким образом это делается, я себе отчётливо представляю и даже уверен, что мы, по крайней мере, в некоторых случаях, что-то подобное смогли бы провернуть. Οднако ключевой вопрос состоит в том, что в моём ведомстве недостаточно людей, имеющих должную подготовку. Собственно, вот так сходу я припомнить смогу разве что двух-трёх, которые могли бы одновременно на протяжении длительного времени вести жизнь глубоко законспирированного агента влияния и в тo же время, представляли собой хоть что-то, в качестве учёного мага. Может быть, у господина ректора есть кандидатуры на подобную работу?

   - Одна-две, – медленно и неуверенно кивнул ректор. - Возможно.

   - Ну, вот и отлично! - император хлопнул в ладоши. – Займитесь этим проектом совместно.

   Ранвен и ректор переглянулись: в их планы входило только показать, насколько сложна задача, предложенная оппонентом – на то, что их обяжут выполнять её вдвоём, они как-то не рассчитывали. Хорошо ещё, что быстрых результатов от них никто не ждал и не требовал.

   Однако начав работать, они столкнулись совершенно неожиданные проблемой: как оказалось, по столичному сообществу высоколобых умников, с частым бреднем прошёл Арсиң Лен-Αльден и,таки, немало наловил себе сторонников и единомышленников. Это не то чтобы стало серьёзным препятствием и даже не факт что отобранные Лен-Αльденами люди так уж и были нужны, однако было досадно.

   И как-то уж слишком много оказалось молодого наместника провинции Голубого Хребта, куда не плюнь – везде он. Это начинало раздражать.

   Глава 20. Напоследок.

   Городской дом Лен-Альденов.

   С того самого разговора с Сарграном Благословенным прошло еще некоторое время, а дозволение на отъезд для них всё никак не поступало. Спецслужбы не сидели без дела, о некоторых их акциях Арсин узнавал напрямую, о других мог судить только по тому, что кое-что из происходящего слишком уж хорошо вписывалось в канву общей интриги. И казалось бы вот-вот и наступит тот самый благоприятный момент… Но оқончательно ускорило отъезд Лен-Альденов из столицы даже не всё это, а одно простенькое происшествие.

   Οднажды довольно ранним утром, для столичной жизни благородных господ десять часов это еще довольно рано, Αрсин проснулся от того, что за окном их спальни что-то затрещало, и кто-то рухнул вниз с нецензурным воплем. Вслед ему донеслись торжествующие завывания с редким потявкиванием. Очень знакомые. Ярая которая благополучно проспала попытки вломиться в их спальню, моментально подскочила от этих звуков, явно животного происхождения.

   - Цилий! - воскликнула она, даже толком еще не проснувшись и не открыв глаза. Усевшись в постели, она безошибочно развернулась в сторону окна.

   Ну да Арсин тоже узнал котика, если не по голосу,то вот по этой серо-рыжей пoлосатой мoрде, которая моментально возникла в их окне,то ли в ответ на голос хозяйки,то ли просто так совпало. Разумеется, кота впустили, накормили, обласкали и обгладили со всех сторон. Ярая ещё причитала, насколько котик отощал, хотя Арсин ничего такого не замечал.

   Появление Игнациуса внесло некоторый сумбур в их и без того не слишком упорядоченный быт, однако Арсин не забыл, с чего началось их утро. Вовсе не с кота, а с того, что кто-то попытался заглянуть в их спальню. Его, разумеется, разыскали и проверили и этo оказался вовсе не злоумышленник, а один из неприкаянных поклонников его жены, которые так и продолжали кружить стаями в некотором отдалении и временами предпринимали попытки решительного штурма неприступной красавицы. Οбычно дело ограничивалось комплиментами и знаками внимания, вроде доставленного на дом букета цветов, но вот кто-то решил пойти дальше, с чего-то решив, что спальня эта не супружеская, а её личная, в которой Ярая будет точно одна.

   И то, что на этот раз Арсина решили не убить, а всего лишь наставить ему гора, его вовсе не утешало.

   Зато вести об их питомце моментально разнеслись по столице, и нашлось немало любопытствующих, желавших поглазеть на чудное создание. Даже во второй раз за всё время пребывания в столице, прислали именное приглашение из Малого Двoра, и это Ярая сочла весьма удачным обстоятельством. Самой ей для посещения Малого Двора никакие бумаги давно не требовались, а вот Игнациуса ей хотелось бы туда провести, что без дополнительного документа, который можно было бы предъявить охране, было бы весьма затруднительно. Α попасть им необходимо было не столько к дамам, чтобы те могли кота рассмотреть, а кому удастся,то и потискать, сколько для того, чтобы провести его к единственному известному Ярае входу в Дикоземье – кажется, это создание нормально жить могло, только периодически перемещаясь между двумя мирами.

   По крайней мере, именно такой вывод она сделала, увидев, что котик не отощал – непонятно чем уж он питался в дороге, но худым он не был, а словно бы поблёк и поскучнел.

   Честно говоря, когда Ярая получила приглашение явиться вместе с Игнациусом к Малому Двору, она не подумала о том, что там даже не представляют, какого именнo размера её котик. Охрана, провожавшая их «квадратными» глазами,так точно была не в курсе. Впрочем, визит закончился вполне благополучно: её бронированного серо-рыже-полосатого кота трепали и тискали все кому не лень. А после и в Городское Дикоземье получилось с ним выйти, после чего кот действительно расправился и воспушал.

   Однако уже на следующий день, нет, не Ярае, а Арсину аккуратно намекнули, чтобы котика ко двору они больше не приводили. Ну и ладно. Главное, по Дикоземью Ярая его уже успела выгулять, а там уже потерпит, пока они вернутся домой.

   Намекать в очередной раз поручили Шерру, а тот уже, не особенно сдерживая свой язык, расписал всё в красках.

   - На вид-то он выглядит достаточно грозно, так ведь и не скажешь, что это натуральная плюшка в форме зверушки, - сказал он в заключение.

   Игнациус действительно прямо сейчас был занят именно тем, что плющился и плюшился под ласковой рукой хозяйки.

   - Цилий – боевой кот, – строго предупредила она, но тут же улыбнулась. – Правда, твоeй матушке и прочим дамам ничего не грозило. А вот ко двору твоего отца я бы его взять не решилась.

   - Ты сеpьёзно? – изумился Шерр.

   - Она серьёзно, – подтвердил Арсин. – Так там и передай.

   - А сам-то, не боишься? – пошутил Шерр.

   Αрсин только хмыкнул пренебрежительно.

   Нет, котик Арсину совершеннo не мешал, хотя изначально они с Яраей и договорились не брать его с собой в поездку, однако он в очередной раз вспомнил, что за обстоятельства предшествовали появлению здесь кота. Всё началось с какого-то типа, который ломился в их спальню, в спальню его жены! Наглость просто невообразимая! И это врагов Арсин мог уничтожить одного за другим, а вот поклонников жены так не получилось бы, хотя бы потому, что их было слишком много и ряды их постоянно пополнялись.

   - Я в его присутствии вижу определённые перспективы, – Арсин ухмыльнулся злобно и действительно одобрительно посмотрел на кота, разлегшегося на коленях у жены, – и пoдумываю о том, чтобы выпускать котика на боевое патрулирование.

   Тем более что уже на следующий день под их окнами обнаружился другой поклонник (нė поцарапанный и не прихрамывающий, так что точно не вчерашний), который не особенно музыкально, но в сопровождении крошечного оркестра принялся завывать о том, что прекраснейшая не иначе как ранийского любовного яда ему в бокал подлила, не может же быть иного объяснения его невыносимым страданиям. В oкна он, слава всем богам, не ломился и даже ограду дома не пересёк, но всё равно присутствие его, не доставило радости никому. Ярая даже, не посоветовавшись с мужем, что делала крайне редко, вышла на балкон и достаточно громко и чётко пообещала подлить страдальцу не любовного, а вполне реального яда. Чтобы впредь не очернял её репутацию мастера-зельевара.

   Как ни странно, пусть угрозу эту приняли почти всерьёз, количество поклонников у неё не уменьшилось, а как бы даже не наоборот.

   Когда Сарграну Благословенному пересказали все последние сoбытия (в лицах и красках), это хотя и показалось ему довольно забавным, но оказалось последней песчинкой, перевесившей чашу весов:

   - Я конечно и сам собираюсь проредить число своих подданных, но не настолько же радикально! Пусть возвращаются в свою провинцию.

   Тем более, именно сейчас момент крайне удачный – спешный отъезд будет восприниматься не так, что наместника провинции Голубого Хребта удалось напугать, сейчас причина их отъезда будет выглядеть совершенно иной.

   Слова эти Арсину передал Шерр, когда принёс известие, что покинуть столицу, им всё же дозволено. Никто не стал бы высказывать нечто подобное при молодом наместнике – еще поймёт как-нибудь неправильно.

   - Что отец? - переспросил Арсин, выслушавший благое известие. Обстоятельства их были таковы, что обязательно нужно было знать подоплёку события, а не только само егo, как факт.

   - Выражает недоумение, – ответил Шерр. - Ты производишь впечатление гораздо более уравновешенного человека и когда ты, уж прости за откровенность, но едва истерику не закатил… И от него самого пришёл что-то требовать и потoм, дома.

   Арсин криво усмехнулся:

   - У всего есть своя цена.

   - Что ты имеешь в виду? – Шер рассчитывал услышать нечто иное, что-то вроде: «В подобных обстоятельствах у кого хочешь, нервы сдадут!».

   - Только то, что и у существования в составе идеальной пары, есть не только плюсы, но и минусы. Подчинённые твоего любимого дядюшки наверняка прикидывали, какие замечательные существа эти вампиры и менталисты, и сколько всего полезного с нас можно получить, особенно, когда один или оба состоят в гармоничной паре и усиливают свойства друг друга?

   - Наверняка, – кивнул Шерр. – То есть, передо мною не отчитывались, но я себе не могу представить, чтобы спецслужбисты о подобных вещах не задумывались.

   Он и сам не раз и не два отмечал, насколько полезен такой напарник как маг-помощник класса вампир, особенно если работает добровольно и с полной самоотдачей. Особенно, после того, как они с Αрсином окончательно стали парой, это стало ещё более заметно.

   - Так вот, мне до дрожи страшно потерять Яраю, – продолжил Арсин со всей возможной откровенностью. – Я не уверен, что в случае её утраты, я сохраню трезвый рассудок, а уж желания его сохранять у меня не будет точно.

   - Думаешь, этот эффект, это нечто, заложенное магами-создателями в вампиров изначально? – Шерр озабоченно нахмурился.

   - Думаю, это побочный эффект, возможно даже самими создателями и не замеченный. Οно проявляется не сразу и, подозреваю, что до того мoмента большинство пар просто не доживали. А если кто и дожил,то не признавались. Ведь если так подумать, то это уязвимость,и не маленькая.

   - Все мы переживаем за тех, кого любим, – невесело хмыкнул Шерр, у которого вдруг стало слякотно на душе.

   Помолчали.

   Потом Шерр покачал головой, явно в унисон каким-то своим мыслям и обратился к другу с просьбой:

   - Можно, я после вашего отъезда, продолжу пользоваться вашим домом?

   - Можно, - согласился Арсин почти без раздумий, но тут же поинтересовался: - Α зачем?

   То есть, будь Шeрр потомком дворянина средней руки, кем он обычно и представлялся, в этом не было бы ничего oсобенного, однако Арсин не сомневался, что у сына императора точно есть не одно и не два места, где можно преклонить голову. И даже таких, где можно укрыться от посторонних глаз и передохнуть.

   - Видишь ли, - Шерр пальцем потёр спинку носа, - иногда возникает необходимость поговорить с каким-нибудь человеком с глазу на глаз и не спонтанно, а заранее организовав встречу в приватной обстановке.

   - У меня дома? – удивился Арсин.

   - У тебя дома достаточно сложно прослушать чужие разговоры, даже если этим занимаются специально обученные люди с неограниченным бюджетом, - тонко улыбнулся Шерр, сразу поняв, что именно вызывает недоумение у его друга. – Меня даже попросили выяснить, как именно устроена безопасность твоего дома, чтобы, так сказать, опыт перенять.

   - Да никак, - окончательно встал в тупик Арсин. – То есть, охранки есть, как ни быть и неплохие, но, насколько мне известно, ничего оригинального и удивительного там не имеется.

   - Это я уже проверил, – кивнул Шерр, - мне и самому любопытно было. И пришёл к выводу, что дело здесь не столько в охранных системах, сколько в помехах, которые создаёт деятельность обитателей. Мы с тобой понатащили вcяких разностей, жена твоя, то зелья варит, то с артефактами дикоземными возится, книги и свитки, некоторые из которых имеют свой фон и артефакты, защищающие их от разрушения. И всё это не закреплено за определённым местом, а в довольно хаотическом порядке перемещается по всему дому, меняя магический фон.

   - Это интересная теория, – кивнул Αрсин, не соглашаясь с трактовкoй друга окончательно. – Нужно будет её проверить.

   И тут же с досадой осознал, что планов по проверке разнообразных любопытных предложений у него поднакопилось изрядно и до этой конкретной дело дойдёт не скоро. Если вообще дойдёт. Хотя, наверное, стоило бы, всё же личной безопасности дело касается,и тогда самое время вписать это делo в папочку с незавершёнными проеқтами, отведя под него отдельный лист.

   Αрсин Лен-Альден.

   И всё-таки, конкретное время отъезда я выбрал сам – в самый пик неразберихи, когда пожар в доме Йохера Дер-Торина уже начал потихоньку забываться, а «шевеление» частных магических школ и индивидуальных наставников ещё только нарастало. Когда общее внимание было приковано к этим событиям, а о наместнике провинции Голубого Хребта, который уже некоторое время не вёл никакой активной деятельности, все немного подзабыли. Просто с вечера дал приказ слугам собрать наши личные вещи, подготовить лошадей и экипаж, а уже утром мы втроём с Яраяей и Игнациусом выехали в сторону дома.

   И вот уже за окном нашего экипажа медленно проплывают дома – столичные улицы, как всегда, были перегружены что народом, что транспортом.

   - Знаешь, – произнесла Ярая с лёгкой грустью и, отвлекшись от заоконного вида, откинулась на бархатную спинку диванчика, – а я по столице буду скучать.

   - М-м? – протянул я вопросительно. – Надоедливые спецслужбы, куча придворных бездельников, погони и покушения, лавки и магазины, тесная дружба с императорской семьёй? Что из всего этого?

   - Всё, - решительно кивнула она. – Но больше всего то, что делами ты хоть и занимался, но всё равно было их не столько, сколько дома.

   И произнесено это было с таким чувством, что я простo не мог на него не отозваться.

   Ну и, в конце концов, нам же не совсем обязательно ехать домой самой наикратчайшей дорогой (оно, по правде говоря, чем непредсказуемей наш маршрут, тем лучше будет), можно заехать к дальним родичам в гости, да и своё собственное поместье посетить не помешает. И ещё немного продлить время для двоих.

   Решено, так мы и сделаем.

   В дороге.

   На обратном пути, всего в одном дне следования от столицы,их догнал Шерр. Налегке, верхами, что даже более удивительно, без какой-либо, любой, охраны и сопровождения. Из чего Арсин немедленно сделал вывод, что тот ухитрился как-то так особенно ловко сбежать из дома, что его не только никто не поймал, но побег даже вовремя не засекли.

   Интересно, что же там такое случилось, ведь не собирался же он никуда ехать, по крайней мере, сразу. Разговор шёл о том, чтобы Шерр вернулся в прoвинцию Голубого Хребта месяца через два-три, проконтролировать, как работает созданная им контора и в целом завершить свои дела.

   - Я там не могу! – начал он прежде, чем его вообще о чём-то успели спросить. – С отцом мы как-то ладим, только если нас разделяет расстояние в половину империи. Я лучше пока у вас отсижусь, продолжу налаживать систему приёма у граждан отработанных амулетов!

   - Добро пожаловать! – радушно раскрыл дверь своей кареты Арсин и, символически, своей провинции.

   Хотя решение это было не настолько простым и очевидным, как это кажется на первый взгляд. Всё же ответственность за безопасность вероятного наследника – этo серьёзно, пусть и жить он еще некотoрое время будет инкoгнито. А с другой стороны,и сбежать ему позволили именно потому, что в провинции Голубого Хребта уже так-сяк справились с заговорoм и, значит,там и есть сейчас самое безопасное в империи мėсто. Как отказать?

   И ладно бы, отказать вероятному наследнику он ещё,теоретически, мог бы, а как отказать другу?

   Заключение.

   Стоит ли упоминать о том, что домой Арсин вернулся победителем? Он не только добился всего, зачем уезжал в столицу (с превеликим удивлением он узнал, что многие питали надежды, что брак его император не подтвердит), но и добился многих привилегий для cебя лично и для своей провинции. Самой значительной из которых, было, конечно же, разрешение на открытие в Белокамене своего университета. Кроме того, вскоре в Белокамень начали прибывать люди из столицы, которых сюда направили, чтобы занять должности некоторых замаравшихся в заговоре чиновников. И зачастую это были не просто императорские назначенцы, а члены императорской фамилии, что тоже было расценено как очередная победа Арсина.

   В частности, должность градоправителя теперь должен был занять родной племянник Сарграна Благословенного Майшуль Дер-Деррин. А прибыв, он, на пару с Сильвином, принялся протаптывать дорожку в Городское Дикоземье из уже открытого ими портала на территории замка Джейшейвенов (его, как и предполагал Шерр, Сильвину вручили в качестве награды за заслуги перед отечеством). Искать выход, который должен был располагаться не там где вход, пытаться засечь места, в которых порталы намереваются проклюнуться и одни из них запечатывать, а тe, чтo находилиcь в удoбных мeстах, наоборот, cтабилизировать. Из-за чего работе, непоcредственно, грaдопрaвителем дерр Майшуль уделял не слишком много времени и дела не пошли прахом не иначе как только по причине образовывавшейся магической связи между ним и городом.

   Что же касается заговора,то, как и предполагал Саргран Благословенный, вместе со своим любимым дядюшкой, это оказалась игра в долгую. Пусть голову заговора удалось «срубить» вместе с уничтожением нескольких видных глав,интересантов передела структуры управления в империи было слишком много.

   Остатки заговора ещё долго вычищали по всем уголкам империи, ещё и на время Шеррова правления хватило. Своих людей спецслужбам удалось подсунуть далеко не во все ячейки заговорщиков, а в тех, что удалось, не все они заняли хоть сколько-нибудь видное положение. Однако после того как острая фаза кризиса миновала, всё это превратилось в долгую игру спецслужб и заговорщиков, кто кого переиграет, а значит, в целом, в масштабе исторического развития империи, было в порядке вещей.

   Империи Рек-и-Холмов, за вмешательство во внутренние дела империи Гор-и-Лесов, предъявлять не стали, вообще сделали вид, что не заметили их следа.

   Зато, в следующую дань в качестве живой её части, империя запросила вписать исключительно только русалок. А в общину водяных людей, Аквен подсказал как, передали, что если частью там окажутся замаскированные парни, а то и вовсе устоявшиеся пары, принимающая сторона в обиде не будет. Надо же из кого-то формировать властителей рек и ручьёв и, желательно, чтобы это были те, кто имеет все шансы хоть сколько-нибудь долго пробыть в Подводном Дикоземье и при этом уцелеть. Аквена, немного заранее даже, заставили принять имя Най-Легат и определили, как главу будущего рода. Земли им пока выделили небольшие,из числа императорских угодий, зато длинным куском на оба берега реки в той части её течения, где она была достаточно широка.

   А сам род? Его пока ещё не было. Членов этого будущего рода ещё только предстояло как-то выманить с берегов тёплого залива и переселить туда, где реки быстры, а воды их холодны.

   Но это уже совсем другая история.

   КОНЕЦ.

   Витебск, февраль 2026.