Примечания подготовлены В. Г. Чернухой к первому изданию документов, кроме примечаний к текстам Г. К. Градовского, М. Твена, Е. А. Штакеншнейдер, В. А. Теляковского, А. Н. Куломзина, письмам графа Д. Н. Толстого графу М. Д. Бутурлину, Акту о женитьбе Александра II на Е. М. Долгоруковой и письму Александра II сыну, подготовленных И. Е. Барыкиной.

РОДИТЕЛИ И НАСТАВНИКИ. МОЛОДЫЕ ГОДЫ

Воспоминания императрицы Александры Федоровны

Александр II лишился родителей уже в зрелом, сорокалетием возрасте. А до этого он, любимый и любящий сын, сначала просто жил вместе с отцом и матерью, а затем, после женитьбы и обретения собственной семьи, ежедневно встречался с ними, впитывая их взгляды, привычки, обычаи, манеру обращения с окружающими. А как известно хотя бы из воспоминаний В. П. Мещерского, для Николая I семейная жизнь была частью государственной, государственная – частью семейной. Поэтому влияние родителей не могло не сказаться на Александре II и как человеке, и как верховном правителе. К сожалению, Николай I не оставил никаких автобиографических или мемуарных заметок. Тем необходимее представляется задача публикации малоизвестного документа – записок матушки Александра II, императрицы Александры Федоровны (1798–1860).

Воспоминания Александры Федоровны – произведение замечательное, по крайней мере, в двух отношениях. Во-первых, мемуары монархинь – источник редкий, штучный. Из всех российских императриц воспоминания оставила еще только Екатерина II. Во-вторых, бесхитростное существо автора этих записок, не претендующего на какой-то самоанализ или отвлеченные рассуждения, просвечивает сквозь каждую строку, давая читателю возможность самому составить представление о матушке царя-освободителя.

Александра Федоровна (в девичестве Фридерика Луиза Шарлотта Вильгельмина) была дочерью прусского короля Фридриха Вильгельма III, сестрой прусского короля Фридриха Вильгельма IV Она встречалась и была знакома с представителями многих, если не всех, правящих европейских династий, с цветом мировой дипломатии, с самыми блестящими российскими писателями и поэтами, художниками, музыкантами. Такое окружение – если бы речь шла о другой натуре – могло дать поразительный эффект, создав человека необыкновенно образованного, мудрого, интересного своими знаниями о событиях, скрытых от взгляда не только рядового обывателя, но даже и многих государственных деятелей. Но Александра Федоровна была и осталась человеком заурядным, и прежде всего женщиной, причем женщиной со множеством достоинств. Она была хорошей женой, которая с легкостью принимала взгляды и пристрастия своего мужа, человека неровного в обращении, умела смягчать его настроения, выступая ходатаем за обиженных. Александра Федоровна славилась своей добротой, любила делать подарки, была человеком очень подвижным, всегда – в центре придворного кружка, вечно занятого поиском развлечений, любила балы, наряды, поездки в санях и каретах, хорошо держалась на лошади. Словом, была идеальной женой человека с убеждениями простыми и прямолинейными. В понятие о самодержавии, которое Николай I хотел сохранить незыблемым и передать по наследству, органично входила мысль о поддержании богатства и пышности царского двора как лица власти. Он прекрасно представительствовал в качестве монарха огромной державы, и Александра Федоровна составляла ему достойную пару. И в то же время эта царственная чета возглавляла – не такой уж частый случай – счастливую многодетную семью, где пеклись о воспитании четырех мальчиков (Александра, Константина, Николая и Михаила) и трех девочек (Марии, Ольги, Александры), любовно отмечали семейные праздники, готовили самодельные подарки (сувениры). Словом, в семье царили отношения любви и приязни.

К достоинствам Александры Федоровны нужно отнести и долгое и постоянное ведение ею дневника, что, безусловно, является показателем самодисциплины. Дневник этот еще не увидел света, за исключением маленького фрагмента, касающегося декабрьских событий 1825 г. Может быть, руки историков и публикаторов когда-нибудь дойдут до него, и тогда наши представления об императрице, матери царя-реформатора, значительно расширятся. Александра Федоровна попыталась (скорее всего, в 1840-х годах) переделать дневник в мемуары, но, очевидно, как это опять-таки часто бывает, только начала работу. После ее смерти в Германии был опубликован фрагмент ее воспоминаний, охватывающий события 1817–1820 гг., который только в конце века был переведен на русский язык и появился в одном из самых известных в то время русских исторических журналов.

Записки Александры Федоровны публикуются по изданию:

Воспоминания императрицы Александры Федоровны с 1817 по 1820 г. / пер. с франц. В. В. Тимощук. // Русская старина. 1896. Октябрь.

¹ После изгнания в конце 1812 г. войск Наполеона из России российские войска продолжили военные действия на территории Западной Европы, поддержав освободительную борьбу европейских государств, в частности Пруссии, против наполеоновской Франции.

² При Екатерине II, в 1764 г., в помещении Смольного монастыря в Петербурге был основан первый в России институт благородных девиц.

³ Имеются в виду прусские лейб-гвардейцы, которые сопровождали августейшую особу при торжественных выездах, играя роль почетного эскорта и охраны.

⁴ Догматы греческой церкви составляли основу православного вероучения; Святые Тайны – Причастие.

⁵ Конфирмация – букв.: утверждение (лат.) – в католической и протестантской церквах обряд «утверждения в вере» (путем миропомазания в юношеском возрасте). Александра Федоровна, очевидно, имеет в виду крещение. (То есть обряд перехода в православие, совершаемый над христианами иных конфессий через миропомазание с последующим причащением. – Примеч. ред.)

⁶ Шале – домик в швейцарском стиле.

⁷ Военные поселения – особая организация войск, при которой крестьяне, занимаясь сельским хозяйством, одновременно находились на военной службе.

⁸ «Коринна» – роман французской писательницы Жермены де Сталь; Малек Адель – герой романа французской писательницы Мари Когген «Матильда, или Крестовые походы».

⁹ Макао – азартная карточная игра.

¹⁰ Новое Царство Польское – отошедшая к России по решению Венского конгресса (1814–1815 гг.) часть Польши, которой император Александр I даровал в 1815 г. либеральную конституцию.

¹¹ 15 марта 1818 г. в Варшаве на открытии польского парламента (сейма) Александр I произнес речь, в которой сказал о своем намерении распространить на Россию «законно-свободные учреждения», то есть конституционное устройство. Александра Федоровна считала, что это заявление императора дало толчок движению декабристов.

¹² Первый конгресс европейских держав, членов Священного союза, проходивший в 1818 г. в немецком городе Ахене (Аахене).

¹³ Великий князь Константин Павлович занимал пост наместника новосозданного Царства Польского.

¹⁴ Старший брат Александры Федоровны – Фридрих – действительно унаследовал отцовский трон, но двадцатью годами позже, в 1840 г.

¹⁵ Священный союз – союз европейских монархов, созданный в 1815 г. с целью общего обеспечения выполнения решений Венского конгресса (решившего после разгрома Наполеона судьбы государств Западной Европы), поддержки легитимных режимов и противодействия революциям. Распался в 1830-х гг. вследствие противоречий в лагере союзников.

В. А. Жуковский

[Письмо императрице Александре Федоровне 8 июля 1828 г.]

Возможно, Россия и не получила бы в лице Александра II великого преобразователя, если бы еще подростком он не испытал сильного воздействия учителей и воспитателей, многие из которых стремились вырвать его из круга узкодинастических представлений, исповедуемых в семейном кругу, привить ему широкий взгляд на Россию, государственную деятельность, права и обязанности монарха. И первое место среди таких его учителей принадлежит поэту, критику, публицисту, просветителю Василию Андреевичу Жуковскому (1783–1852).

Когда речь заходит о Жуковском, сразу же вслед за упоминанием его литературных заслуг должна следовать характеристика его как педагога, наставника наследника престола, будущего императора Александра II. Жуковский занимался наставничеством истово, самоотверженно, с чувством величайшей ответственности перед Россией и историей. Собственно, вторую половину своей деятельной жизни Василий Андреевич отдал в первую очередь педагогическим занятиям, отодвинув литературные. Роль наставника цесаревича выпала Жуковскому далеко не случайно: лица, вхожие во дворец, а уж тем более в покои императорской семьи, тщательно просеивались. Признание в придворной среде, а вслед за тем и в кругу лиц императорской фамилии Василий Андреевич получил довольно рано, и не столько как автор изысканных романтических баллад, но скорее как сочинитель сильных, прочувствованных патриотических стихотворений, очень точно выразивших чувства россиян, оказавшихся в состоянии противоборства с наполеоновской Францией. Его приметили как человека не только талантливого, но и полезного режиму, и потому в 1815–1816 гг. он был приближен ко двору Александра I, даже получил пожизненную пенсию и вскоре начал заниматься русским языком с невестами (а потом и женами) великих князей Николая и Михаила.

Постоянное пребывание при дворе с его многочисленными формальностями, рутиной, пустотой – дело нелегкое, но Жуковский обнаружил свои прекрасные человеческие свойства: благожелательность, терпимость, ровность в поведении, умение строить отношения с августейшими ученицами, а потому сохранил расположение и признание царской семьи настолько, что в 1826 г., когда произошла смена царствования и великий князь Александр Николаевич, во-первых, стал наследником престола, а во-вторых, достиг восьмилетнего возраста, когда надлежало всерьез приниматься за его обучение и образование, император Николай I и его жена сочли возможным поручить это Жуковскому.

Если говорить языком нашего времени, Василий Андреевич был назначен заведующим учебной частью наследника. Он был главным среди преподавателей, обучение проходило по его тщательно разработанному плану. Жуковский составлял программы учебы и режима дня Александра Николаевича, сам чертил и делал наглядные пособия, вел некоторые учебные занятия. Но, не довольствуясь этим, он в беседах со своим царственным учеником и в письмах к нему напрямую пытался внушить ему самые высокие нравственные принципы, необходимые и для достойного человека, и для мудрого государственного деятеля. Ежедневно наблюдая за учеником, Василий Андреевич пытался влиять на формирование его характера, поправлять какие-то его слабости, укреплять привлекательные черты.

Как известно, Жуковский вел дневник, но дневник своеобразный. Это скорее записи в памятной книжке, где лишь называются места, люди, события, но – увы! – не раскрываются [подробности]. Поэтому здесь публикуется не фрагмент дневника, а письмо Василия Андреевича матери его воспитанника, императрице Александре Федоровне, написанное им как отчет о первых экзаменах наследника престола, состоявшихся летом 1828 г. Императрица Александра Федоровна на экзаменах не присутствовала, она была в Одессе, а наследник, как это видно из дневника К. К. Мердера, был оставлен на бабушку, Марию Федоровну.

Письмо В. А. Жуковского императрице Александре Федоровне от 8 июля 1828 г. публикуется по изданию: Сборник Императорского Русского исторического общества. Т. 30. СПб., 1880, – где адресатом ошибочно названа вдовствующая императрица Мария Федоровна. Однако эта ошибка была устранена С. С. Татищевым, видевшим подлинник и указавшим дату письма – 8 июля 1828 г. (см.: Татищев С. С. Император Александр II: Его жизнь и царствование. Т. 1.СП6., 1903. С. 34).

¹ Должность – здесь: обязанность.

² Ваканция (правильно: вакация) – каникулы.

К. К. Мердер

Записки воспитателя. 1826–1832

Все великие князья из рук нянюшек с малых лет попадали в руки воспитателей военных, ведь всем им была уготована военная карьера. Правда, на образование наследника престола обращалось особое внимание, и доля светских дисциплин – истории, словесности, экономики, права – была много больше. Однако и он должен был пройти курс военного образования и строевой подготовки. Причина заключалась как в том, что среди государственных институтов России армия играла первенствующую роль, так и в том, что тогда военная карьера считалась самым достойным поприщем для мужчины. Сказывалась и наследственная любовь к армии, точнее – к военному порядку, дисциплине, парадности. Первым и главным офицером-воспитателем Александра II, его своеобразным «дядькой», дневавшим и ночевавшим с ним вместе на протяжении почти десяти лет, был Карл Карлович Мердер (1787–1834), профессиональный военный, окончивший Первый кадетский корпус. В 1805–1807 гг. он корнетом участвовал в войне с Наполеоном и за проявленную храбрость был награжден орденом. Под Аустерлицем Мердер был тяжело ранен, здоровье его расстроилось, и его перевели служить по военно-учебному ведомству, причем он был назначен дежурным офицером в тот же Первый кадетский корпус. Когда в Петербурге была создана школа гвардейских прапорщиков, которую великий князь Николай Павлович принял «под личное заведование», то ротным командиром, в котором начальство видело «ближайшего руководителя» молодых людей, был назначен Карл Карлович Мердер.

Частое общение с Мердером утвердило Николая Павловича в мнении, что тот является образцовым воспитателем, и потому начиная с лета 1824 г. воспитание старшего сына Николая Павловича было возложено на Мердера, причем не только по выбору великого князя, но и с благословения императора Александра I. (Заметим, что Александр Николаевич был тогда единственным мальчиком следующего поколения семьи Романовых.) Выбор воспитателя оказался удачным: во всяком случае, он пользовался и любовью своего подопечного, и признательностью его родителей, и уважением коллег. Служба при наследнике была прервана в 1832 г. продолжительной болезнью Мердера, вынудившей его уехать для лечения за границу, где он и скончался.

Мемуаристы обычно отмечают добросовестность К. К. Мердера и его ответственность. Его дневник за 1826–1832 гг. – тоже проявление его ответственного, серьезного отношения к своим обязанностям. Это не личный, а скорее служебный дневник: повседневные записи о занятиях, как учебных, так и иных, наследника и его товарищей, об успехах Александра Николаевича и его провинностях, мерах наказания и поощрения, размышления о проявлениях его характера. Дневник К. К. Мердера обширен, это более 150 страниц типографского текста. Он, разумеется, заслуживает полного переиздания, но здесь не было возможности воспроизвести его целиком, поэтому публикуются только отдельные записи.

Фрагменты дневника К. К. Мердера публикуются по изданию: Записки К. К. Мердера, воспитателя цесаревича Александра Николаевича, 1826–1832 // Русская старина. 1885. № 2–9, 12.

¹ Первые записи дневника К. К. Мердера сделаны в период поездки двора в Москву на коронационные торжества.

² Аудиенц-камера – зал для приема лиц, представляющихся высочайшим особам.

³ Императрица Мария Федоровна присутствовала на церемонии коронации своего супруга Павла I, а также двух сыновей – Александра I и Николая I.

⁴ Камергер – придворное звание высокого ранга.

⁵ Столы для первых двух классов – т. е. для особ самого высокого ранга по Табели о рангах, введенной Петром I в 1722 г.

⁶ Флигель-адъютант – офицер, зачисленный в свиту императора и исполняющий его поручения.

⁷ Императрица Александра Федоровна на лето 1828 г. уехала в Одессу, оставив детей на попечение свекрови, вдовствующей императрицы Марии Федоровны.

⁸ Эта и следующие записи сделаны во время поездки семьи Николая I в Пруссию, где наследник престола встречался со своим дедом, прусским королем Фридрихом Вильгельмом III и его семьей.

⁹ Имеется в виду освоение ружейных приемов. Наследник престола проходил военную подготовку по программе военных учебных заведений.

¹⁰ Царская семья часто посещала вторую столицу России – Москву («первопрестольную») по разным поводам. На этот раз одним из поводов было открытие промышленной выставки.

¹¹ То есть в обратный путь в Петербург.

¹² Княгиня Жаннета Антоновна Лович (урожд. Грудзинская, 1799–1831) – вдова великого князя Константина Павловича, умерла 17 ноября 1831 г. в Царском Селе, через пять месяцев после смерти мужа.

¹³ Большое семейство – то есть Российская империя; малое семейство – семья самого Николая I, считавшаяся образцовой.

¹⁴ Лишение наследника престола полного обеда – одна из форм наказания.

¹⁵ Наследник престола 20 октября 1827 г. был назначен атаманом всех казачьих войск и шефом Донского атаманского полка.

¹⁶ Английский дворец в Петергофе, построенный в 1780-х гг. Д. Кваренги. Обычно летом, во время пребывания двора в Петергофе, в нем помещали послов и особ дипломатического корпуса. (Находился в Английском парке, ныне между Старым и Новым Петергофом; дворец был уничтожен во время Великой Отечественной войны. – Примеч. ред.)

¹⁷ 1 июля был день рождения Александры Федоровны.

¹⁸ В 1830–1831 гг. в Царстве Польском произошло национально-освободительное восстание, подавленное военными мерами.

¹⁹ Аванпостное учение – обучение расстановке и действиям аванпостов (аванпост – цепь парных часовых, выставляемых для охраны войск); восьмирядное учение – занятия по строевой подготовке, построение батальона по восемь человек в ряду.

А. С. Пушкин

Дневник. Письма. 1834 г.

Старая истина гласит: жить в обществе и быть свободным от общества невозможно. Судьба А. С. Пушкина – один из ярких тому примеров. Человек эмоциональный, с огромным чувством собственного достоинства и внутренней независимости, он оказался возведенным в незначительный придворный чин камер-юнкера, требовавший подчинения строгим дворцовым правилам и ритуалам. Самодержавная же власть в России, и в царствование Николая I это проявлялось особенно ярко, постоянно стремилась подчеркнуть органичность для России неограниченной монархии, неразрывную связь царя и народа. Отсюда стремление власти придать всем событиям, касающимся царствующей фамилии, поистине государственное значение. В России всегда с трудом сводили государственный бюджет, обычным явлением был дефицит, всегда не хватало денег на образование, науку, культуру. И всегда находились деньги на армию, двор, семейные торжества Романовых. В 1834 г. наследнику престола исполнялось 16 лет. Это было так называемое первое совершеннолетие, когда наследник приносил присягу, и это событие отмечалось как государственный праздник. Великий поэт, человек мудрый и наблюдательный, менее всего подверженный придворным страстям и заботам, в дневнике и письмах к жене отмечает именно эти обстоятельства: расточительность власти, пустоту придворного мира.

Выдержки из дневника и писем А. С. Пушкина публикуются по изданию: Пушкин А. С. Поли. собр. соч.: в 10 т. Т. 8, 10. М.; Л., 1951.

¹ Обер-шталмейстер – главный придворный конюший, чин 3-го класса по Табели о рангах; предводитель дворянства избирался раз в три года дворянами губернии на собраниях (съездах) для ведения дворянских дел и защиты корпоративных интересов дворянства.

² Георгиевская зала – парадный зал Зимнего дворца, называемый так по помещенному в нем мраморному барельефу «Георгий Победоносец, поражающий копьем дракона». Другое название зала – Большой тронный.

³ Паремия – проповедь (греч.), чтение из Священного Писания, Ветхого Завета, произносимое в православной церкви на вечернем богослужении и по содержанию имеющее смысловую связь с отмечаемым праздником. В тексте этого чтения наличествовало слово «евнух», когда-то употреблявшееся в широком смысле – «придворный».

⁴ Грузино – имение А. А. Аракчеева в Новгородской губернии, где он скончался. В России этого времени существовало правило, по которому бумаги умершего государственного деятеля опечатывались официальными лицами, разбирались и сортировались. Частные бумаги возвращались в личный архив, а все документы, имеющие государственное происхождение или значение, изымались и помещались в государственные хранилища.

⁵ Обвахта – гауптвахта.

И. И. Маркелов

Первая встреча Императора Александра II с императрицей Марией Александровной (Воспоминание о 1839 годе)

Воспроизводимые в настоящем издании страницы воспоминаний Ивана Ивановича Маркелова (1799–1872) при первом своем появлении на свет сопровождались примечанием автора: «Несколько дней спустя (после того, как она была написана, т. е. в 1859 году) эта записка была прочтена императором Александром. Граф Александр Адлерберг был так добр, что передал ее его величеству. На одном из придворных балов государь подошел ко мне и удостоил сказать, что он с удовольствием прочел этот маленький мемуар и что все изложенное в нем – верно». Так что перед читателем не просто рассказ об одном из важных в личной судьбе монарха событий, но эпизод, «заверенный» Александром II лично. Воспоминания Маркелова, на которые, кстати, часто опираются историки в своих штудиях по восстановлению канвы жизни этого императора, совершенно лишены личных оценок, рассуждений и всего того, что отличает мемуаристику. Это не картина живописца, а работа фотографа, тем не менее примечательная. Кроме восстановления самой истории знакомства Александра Николаевича с будущей женой, императрицей Марией Александровной, здесь наличествует и описание той рутины (в хорошем смысле) отношений и порядков середины XIX века, которые бытовали тогда и были хорошо известны их участникам, но никакими официальными документами не могут быть отражены: как проходили аудиенции у высочайших особ, когда речь шла о делах частных, семейных. «Мемуар», как определил сам автор жанр своего сочинения, был им составлен в связи с двадцатилетием знакомства царствовавшей четы.

Воспоминания И. И. Маркелова публикуются по изданию: Маркелов И. И. Первая встреча императора Александра II с императрицей Марией Александровной. (Воспоминание о 1839 годе) // Русская старина. 1898. Апрель.

А. Ф. Тютчева

Воспоминания

Летом 1857 г. известный ученый-историк К. Д. Кавелин был в Дармштадте и должен был там представиться (его прочили в наставники к наследнику престола) императрице Марии Александровне, находившейся там вместе с детьми. Прибывшего Кавелина сначала встретила фрейлина императрицы, Анна Федоровна Тютчева. Вот ее словесный портрет, тогда же набросанный Кавелиным в дневнике: «Меня встретила маленькая особа, с голосом искусственно тихим, с тою привычкою внешней сдержанности, за которою придворная жизнь скрывает все – и хорошее и худое. Я извинился. Мне убийственно-спокойно дали извиниться до конца… После первых вопросов, довольно равнодушных и незначительных… разговор начал принимать понемногу более и более откровенный характер, так что наконец он сделался необыкновенно интересным, и я жалел, что он в десятом [часу] прекратился. Я мог заметить, при вынужденной сдержанности, действительную и искреннюю благонамеренность».

Вот, значит, как выглядела Анна Федоровна Тютчева в дни своей фрейлинской службы. Кавелин подметил и выделил неоткрытость, сдержанность как внешнюю особенность именно фрейлинской должности. Фрейлины были неотъемлемой частью дворов императриц (как царствующих, так и вдовствующих) и великих княгинь. Их царственный сан требовал постоянного присутствия при них особой категории женщин – не прислуги, а своего рода компаньонок. Фрейлины были рядом со своими высочайшими хозяйками всегда и всюду: на торжественных выходах, на прогулках, церковных службах, чаепитиях царской семьи, вечером в гостиной, участвуя в чтении, рукоделии, светских беседах, играх, развлечениях. Многим девушкам того времени фрейлинская должность казалась очень привлекательной: близость к царской семье, обширные знакомства, непрерывная череда торжеств и развлечений, возможность составить хорошую партию. Но на самом деле эта должность требовала и очень большого самоотречения. Начать с того, что фрейлины все 24 часа в сутки должны были находиться во дворце, где в этот момент пребывала царская семья, здесь была их квартира. Они должны были целыми днями дежурить в ожидании распоряжений и вызова, быть незаметными спутницами либо, напротив, деятельными помощницами – и все это в полной зависимости от настроения или желания августейшей патронессы. Ясно, что такого рода служба была и тягостна для человека с умом и характером, независимого, с большой внутренней жизнью. Именно такой и была Анна Федоровна Тютчева (1829–1889), дочь поэта-лирика и крупного чиновника Федора Ивановича Тютчева. Анна Федоровна поздно вышла замуж (кстати, за человека очень значительного – литератора и публициста Ивана Сергеевича Аксакова), а до замужества должна была думать о применении своих сил вне собственной семьи, поскольку семья Тютчева была по тем понятиям очень бедной.

Двенадцать лет провела Тютчева при дворце, сначала фрейлиной, затем воспитательницей младших детей Александра II. Именно во времена фрейлинства она довольно регулярно вела дневник, который является первоклассным источником, отражающим жизнь семьи наследника престола, а затем и императора. Благодаря ее дневникам историки и любители истории узнали многое из того, о чем шла речь в покоях этой семьи, как вел себя Александр II и как глава семьи, и как носитель верховной власти, внезапно оказавшийся на престоле в условиях сложнейшей войны, а затем разрухи, всеобщей критики, резкого общественного недовольства. Анна Федоровна Тютчева – человек замечательный сама по себе, но все же известность ей принесли эти ее дневники, лишь частично здесь воспроизведенные.

Фрагменты из воспоминаний А. Ф. Тютчевой публикуются по изданию: Тютчева А. Ф. При дворе двух императоров: Воспоминания, дневник, 1853–1882 / пер. с нем. и франц. Е. В. Герье. Тула, 1990.

¹ Мемуаристка ошибается: венчание наследника и Марии Александровны состоялось 16 апреля 1841 г., накануне того дня, когда Александру Николаевичу исполнилось 23 года.

А. И. Яковлева

Воспоминания бывшей камер-юнгферы императрицы Марии Александровны

Александр II, о котором мемуаристы чаще всего, разумеется, рассказывают как о наследнике престола, императоре, словом – государственном деятеле, был еще и юношей, и мужчиной, которому в молодости нравился один тип женщин, а в зрелом возрасте – совсем другой; он был и мужем, и отцом семейства, и любовником. Две трети его жизни, сорок лет, возле него была и делила с ним и государственные обязанности, и семейные радости и печали его жена, Мария Александровна, и уже это обстоятельство вынуждает составителя сборника уделить внимание и этой очень симпатичной личности.

Читателям, интересующимся Александром II, повезло. Среди прочих документов, рисующих эту фигуру, сохранились своеобразные воспоминания Амалии Ивановны Яковлевой, которая в «придворном штате» двора наследника престола значилась как состоящая при ее высочестве цесаревне камер-медхен, а затем камер-юнгфера. Это давно забытые названия низших придворных служительниц – девушек, прислуживавших владетельным дамам. Именно в силу ее обязанностей (да и каких-то личных особенностей памяти) воспоминания Яковлевой рисуют, и очень скрупулезно, ту обстановку, которая составляла домашний быт наследника престола и его юной жены. Обычно официальные лица и даже большинство придворных чинов могли попасть лишь в кабинет или гостиную членов царствующей фамилии. Здесь же перед читателем проходит повседневная жизнь молодых супругов в их дальних, скрытых от постороннего взгляда покоях императорских дворцов. Большое внимание уделено, естественно, цесаревне. Но не будем забывать, что это – первое и счастливое время семейной жизни Александра Николаевича, время его молодости, влюбленности, рождения первых детей (а он был отцом шестерых сыновей – Николая, Александра, Владимира, Алексея, Сергея и Павла – и двух дочерей – Александры и Марии), время, когда Мария Александровна играла, может быть, самую значительную роль в его жизни.

Записки А. И. Яковлевой публикуются по изданию: Яковлева А. И. Воспоминания бывшей камер-юнгферы императрицы Марии Александровны // Исторический вестник. 1888. № 1–3.

¹ Четыре рогатки, более распространенное название – Средняя рогатка – развилка на три дороги у выезда из Петербурга по Московскому проспекту. У развилки до 1971 г. существовал путевой дворец, построенный в 1751–1754 гг. по проекту Ф. Б. Растрелли.

² Камер-фрау – дама, заведующая уборной цесаревны, а также старшая над камер-медхенами и камер-юнгферами.

³ Отец Марии Александровны – великий герцог Гессен-Дармштадт-ский Людвиг II.

⁴ Рейткнехт – нижний чин, назначаемый для ухода за офицерскими лошадьми.

⁵ Карселевские лампы – масляные лампы, названные так по имени усовершенствовавшего их механика Карселя. В этих лампах масло подавалось более равномерно, и потому они давали более ровный и яркий свет, меньше чадили.

⁶ Списковые стены – то есть оштукатуренные и расписанные под мрамор.

⁷ Мокет – разновидность обивочной ткани.

⁸ Первые три класса чинов – государственные служащие (военные, штатские и придворные) трех высших рангов по Табели о рангах. Российское купечество делилось на три гильдии (группы) по имущественному признаку. В первые две гильдии входила наиболее зажиточная часть купечества. Купцы 1-й и 2-й гильдий пользовались рядом привилегий, в частности, они были освобождены от телесных наказаний.

⁹ Шалнеры – шарниры.

¹⁰ В I в. н. э. римский город Помпеи был погребен под пеплом вулкана Везувий. С середины XVIII в. начались научные раскопки Помпей, открывшие Западной Европе и России культуру и быт Древнего Рима. Знакомство с помпейскими домами и их росписями породило увлечение «помпейским стилем». Распространился обычай декорировать залы дворцов и особняков знати росписями по помпейским образцам.

¹¹ Шлюмпер – домашняя одежда.

ГОСУДАРЬ

А. Ф. Тютчева

Дневник

Фрагменты из дневника А. Ф. Тютчевой публикуются по изданию: Тютчева А. Ф. При дворе двух императоров: Воспоминания, дневник, 1853–1882 / пер. с нем. и франц. Е. В. Герье. Тула, 1990.

¹ Великий князь Константин Николаевич был гораздо более активен, деятелен и честолюбив, нежели его старший брат Александр Николаевич, что и порождало разговоры о его соперничестве с наследником и даже притязаниях на трон. В качестве аргумента фигурировал тот факт, что Александр Николаевич родился в бытность Николая Павловича великим князем, а Константин Николаевич – когда Николай I был уже императором[261].

² Имеется в виду внешняя политика России в Западной Европе, где Николай I стремился играть роль гаранта легитимных монархических режимов, вместо того чтобы избрать политику невмешательства.

³ Речь идет о так называемых «четырех пунктах», выдвинутых Англией и Францией в качестве предварительных условий для начала мирных переговоров: пересмотр трактата 1841 г., регулировавшего проход судов через черноморские проливы; замена протектората России над балканскими княжествами «гарантией» европейских держав; свободное плавание по Дунаю всех судов; гарантия прав всех христианских вероисповеданий в Турции великими державами вместо покровительства отдельных правительств единоверцам (подробнее см.: Тарле Е. В. Крымская война // Тарле Е. В. Соч.: в 12 т. Т. 9. М., 1959. С. 327–337).

⁴ Николай I по просьбе австрийского императора Франца-Иосифа помог подавить революцию 1849 г. в Венгрии и на этом основании считал его своим должником. В период Крымской войны Франц-Иосиф откровенно поддержал противников Николая I, Англию и Францию, что было воспринято российским императором как предательство.

⁵ Мнения правительственных деятелей по вопросу о заключении мира на выдвинутых европейскими странами условиях разделились. Против уступок высказался главноуправляющий II Отделением; за принятие их и тем самым за продвижение к заключению мира выступали наместник кавказский М. С. Воронцов, министр государственных имуществ П. Д. Киселев, министр иностранных дел К. В. Нессельроде и шеф жандармов А. Ф. Орлов.

⁶ Фрейлина А. С. Долгорукая.

⁷ Шифр из бриллиантов – знак фрейлинского звания в виде вензеля императрицы.

⁸ Речь идет о так называемой «Венской конференции послов» – совещании между представителями Австрии, Англии и Франции и послом России А. М. Горчаковым об условиях начала переговоров о заключении мира.

⁹ Севастополь был осажден войсками антирусской коалиции, бомбардировавшими его и время от времени совершавшими вылазки. Тютчева имеет в виду захват французскими войсками трех севастопольских укреплений.

¹⁰ Историк М. П. Погодин в годы Крымской войны обратился к жанру публицистики и написал ряд статей, ходивших в рукописях. Трудно сказать точно, о какой из них в данном случае идет речь, поскольку тема ближневосточной политики России и в этой связи ее отношений с европейскими державами затрагивалась им неоднократно. Эти статьи были собраны в издании: Погодин М. П. Историко-политические письма и записки в продолжение Крымской войны, 1853–1856. М., 1874.

¹¹ Имеется в виду праздник в Царской Славянке 19 августа 1855 г. в связи с созданием нового «стрелкового полка императорской фамилии».

¹² А. Ф. Тютчева имеет в виду поездку двора в Москву.

¹³ Бунт на Сенной – народные волнения 22 июня 1831 г. на Сенной площади в Петербурге, вызванные эпидемией холеры и убеждением обывателей, что болезнь нарочно распространяют врачи. Николай I сам поехал на площадь к бунтующему народу и успокоил его.

¹⁴ Чиновники самых старших рангов, занимавшие в Табели о рангах первые четыре строки.

¹⁵ «После разрешения императрицы Марии Александровны от бремени пятым сыном, нареченным Сергеем, врачи предписали ей лечение водами в Киссингене» (Татищев С. С. Император Александр II: Его жизнь и царствование. Т. 1. СПб., 1903. С. 236).

¹⁶ Эмансипация – букв.: освобождение (лат.). Здесь: освобождение крестьян от крепостной зависимости.

¹⁷ Арсенал – большая зала в нижнем этаже Гатчинского дворца, названная так по размещенному в арсенальной галерее музею огнестрельного оружия.

П. А. Кропоткин

Записки революционера

История знает немало примеров жизни людей, «выломившихся» из своей среды и сошедших с предназначенной им от рождения колеи. Бывали случаи, когда талант и настойчивость поднимали человека из низших слоев на самую верхушку социальной пирамиды. Но известны и более редкие случаи, когда человек, принадлежавший к правящему классу, к сливкам общества, автоматически получавший большие права и преимущества на служебном и житейском пути, отказывался – во имя гуманистических идей – от своей среды и уготованного благополучия. Жизнь Петра Алексеевича Кропоткина (1842–1921) – пример именно этого второго рода. Причем только особый характер, недюжинность натуры, нестандартность мышления, а отнюдь не трагически сложившиеся обстоятельства вытолкнули этого человека, князя, Рюриковича по происхождению (а Рюриковичи, по общему, распространенному в высших слоях общества убеждению, имели больше прав на российский престол, нежели Романовы), в ряды сначала революционеров, а затем узников, эмигрантов, теоретиков анархизма. Вовсе не неудовлетворенность судьбой, отсутствие талантов, ненайденная профессиональная «ниша» привели Петра Алексеевича, как это обычно бывало, в ряды радикалов. Кропоткин был человеком необычайно талантливым, разносторонним, крупным ученым, легко переходившим от одной отрасли науки к другой, работавшим на их стыках; он и занимался практической исследовательской работой, и писал оригинальные теоретические сочинения. «Записки революционера» – еще одно доказательство его талантливости: это не просто воспоминания, которые мог бы написать почти каждый мало-мальски образованный человек, но литературное произведение, отмеченное многими художественными достоинствами.

Кропоткину была уготована судьба крупного военного или придворного деятеля. Отец определил Петра Алексеевича в одно из самых привилегированных учебных заведений страны, готовивших молодых людей либо к карьере придворного, либо к поступлению в самые престижные, гвардейские полки. Это был Пажеский корпус, где Кропоткин проучился с 1857 по 1862 год. Здесь-то он и соприкасался с высочайшим двором, императорской фамилией, оказывавшей Пажескому корпусу неизменное внимание, да к тому же и приучавшей пажей к придворной службе в виде дежурства на официальных приемах и т. и. Впечатления – и тогдашние, и позже переосмысленные – и запечатлены на тех страницах его автобиографического сочинения, которые посвящены годам его юности.

Воспоминания Петра Алексеевича Кропоткина публикуются по изданию: Кропоткин П. А. Записки революционера. М., 1966.

¹ В 1847–1861 гг. должность генерал-губернатора Восточной Сибири занимал Н. Н. Муравьев (Амурский), которого сменил М. С. Корсаков (1861–1870 гг.).

² Иордань – место на льду и прорубь, специально подготовленные для церемонии освящения воды на Крещение.

Г. К. Градовский

Встречи с царем-освободителем

Цензурная реформа 1865 г. стала важным этапом на пути развития гражданской свободы, одним из проявлений которой является свобода печати. В царствование Александра II эту свободу отстаивали многие известные публицисты, среди них был и Григорий Константинович Градовский (1842–1915). После окончания университета он поступил на государственную службу, но затем оставил ее и посвятил себя журналистике. Он публиковал свои статьи в известных изданиях – «Санкт-Петербургских ведомостях», «Московских ведомостях», поддерживая проведение реформ. В 1872 г. Градовский стал ответственным редактором еженедельника «Гражданин», издававшегося князем В. П. Мещерским, известным своими охранительными взглядами. Однако через год Градовский покинул этот пост из-за разногласий с издателем, став страстным защитником либерального направления в журналистике, за что неоднократно подвергался цензурным гонениям. Так, в 1878 г. была закрыта издававшаяся им еженедельная газета «Русское обозрение». В конце 1870-х гг. Г. К. Градовский сотрудничал с газетой «Голос», учрежденной в 1863 г. в качестве официозного органа, ставшей затем финансово независимой, но сохранившей связь с бюрократическими кругами. После поездки на театр военных действий Русско-турецкой войны в 1878 г. Градовский опубликовал в газете статью «Итоги войны», а затем фельетон, посвященный процессу Веры Засулич. За этот фельетон «Голос» получил предостережение. Современники отмечали гражданский пафос статей публициста, неустанно убеждавшего правительство продолжать преобразования и сосредоточиться на внутреннем обновлении России. В своих литературных воспоминаниях – «Итогах», – опубликованных в начале XX в., Градовский представил яркие характеристики государственных деятелей эпохи великих реформ, среди которых нашлось место и для Александра II. Публицист подметил такие черты характера царя-освободителя, которые не бросались в глаза современникам, но накладывали отпечаток на его государственную деятельность. В первую очередь Градовский отметил любовь к порядку, свойственную всем представителям династии Романовых, правивших в XIX – начале XX в. Григорий Константинович подчеркнул в «Итогах», что стремление к упорядочению и формализации несовместимы с духом свободы и могут стать препятствием на пути реформ.

Воспоминания Г К. Градовского публикуются по изданию: Градовский Г. К. Итоги: (1862–1907). Киев, 1908. С. 350–358.

¹ При Николае I студенческая форма напоминала гвардейский мундир. В 1861 г. университетский мундир был отменен.

² Киевский генерал-губернатор А. И. Безак предложил ввести личный налог для беспоместной шляхты с целью вытеснения ее из Юго-Западного края.

³Г К. Градовский ошибается. В 1868–1869 гг. А. М. Дондуков-Корсаков возглавлял комиссию при Министерстве внутренних дел для пересмотра действующих узаконений по переселению крестьян и составлению более подробных определительных по сему предмету правил.

Великий князь Константин Николаевич

Дневник 1862 года

В какой бы связи ни касаться истории Александра II, говорить ли о его семье или о его деяниях как всероссийского императора, никак не обойтись без упоминания его брата, великого князя Константина Николаевича (1827–1892). Константин был следующим после Александра мальчиком в семье Николая I, и, хотя между братьями был почти десятилетний разрыв в возрасте, это была более тесная братская связь, чем с младшими – Николаем и Михаилом. Современники единодушно отмечают незаурядные способности и образованность Константина Николаевича, развитию которого способствовали две очень крупные фигуры – ученый и адмирал Ф. П. Литке и поэт и педагог В. А. Жуковский, пытавшийся и этому великому князю внушить просвещенные идеи долга государственного деятеля перед страной и народом. Способностями и честолюбием Константин Николаевич, пожалуй, сильно превосходил старшего брата и с юношеских лет рвался к широкому поприщу деятельности. Отец предназначал его к морской карьере, и маленьким мальчиком он уже получил почетное звание генерал-адмирала российского флота. Он много плавал, хорошо знал флотское дело, восемнадцатилетним юношей вместе со своим воспитателем Ф. П. Литке основал Русское географическое общество, и по сей день существующее и славное своей историей. Только в последние месяцы жизни Николая I ему было доверено руководство российским флотом, но по-настоящему он занялся и флотом, и государственной деятельностью лишь после воцарения Александра II, сразу отведшего брату особое место. На первых порах Константин Николаевич начал энергично преобразовывать и флот, и Морское министерство, но уже в 1857 г. Александр II вывел его за эти ведомственные пределы, начав привлекать к общегосударственной деятельности. Константин Николаевич вошел в Совет министров, Секретный комитет по крестьянскому делу, ряд высших комитетов. Он принимал самое деятельное участие в подготовке реформ 1860-х гг. В 1865 г. Александр II назначил его председателем Государственного совета – высшего законосовещательного учреждения, через которое проходили все важнейшие законопроекты, и великий князь вплоть до лета 1881 г. находился на этой должности, являясь первым чиновником Российской империи и пытаясь разрабатывать законодательство в либеральном духе. Воцарение Александра III, не любившего дядюшку до нетерпимости, положило конец карьере Константина Николаевича: он был устранен со всех постов, в том числе и от руководства флотом, главой которого он являлся по чину генерал-адмирала.

Многие десятилетия Константин Николаевич вел дневник. Публикация этого источника – задача непростая, поскольку автор нередко прибегал к условным обозначениям, шифру и т. п. Дневник Константина Николаевича – меньше всего развлекательное чтение, но зато этот документ составлен одним из самых близких к императору людей и отражает самую сердцевину правительственной политики, ее кухню и авансцену, а заодно дает представление и о личности автора, которому Александр II неизменно доверял и на которого полагался в самых сложных случаях.

Выдержки из дневника Константина Николаевича публикуются по изданию: Из дневника в. к. Константина Николаевича // Красный архив. 1925. Т. 3 (10).

¹ Речь идет о переводе польских крестьян с барщины на оброк. Чинш – оброк (полъск].

² Промен – обмен. В 1862–1863 гг. российское правительство пыталось укрепить курс рубля путем свободного обмена кредиток на золото. Акция эта не удалась, правительство потеряло около 30 млн руб.

³ Чиншевой комитет – особый комитет, занимавшийся вопросами «очиншевания», т. е. перевода польских крестьян на оброк.

⁴ Первоначально Александр II намеревался послать своим наместником в Царство Польское великого князя Михаила Николаевича, но вследствие его сопротивления и выраженной великим князем Константином Николаевичем готовности его заменить назначил наместником Константина Николаевича.

⁵ Речь идет о столкновениях тогдашнего наместника Царства Польского генерал-адъютанта А. Н. Лидерса с архиепископом Варшавским С. Фелинским. Это было одно из проявлений обострения отношений польского общества с российской администрацией. Для их смягчения Александр II и вознамерился отправить в Царство Польское своего брата, а не кого-либо из своих чиновников.

⁶ Речь идет о маркизе А. И. Велепольском (Константин Николаевич придерживается польского написания – Виелопольский) – влиятельной фигуре польского освободительного движения и польской администрации. Его умеренная позиция импонировала Александру II, и в это время обсуждался вопрос о назначении Велепольского начальником гражданской части и вице-председателем Государственного совета Царства Польского.

⁷ Состав управления Царством Польским не сумел предотвратить нарастание национального движения, поэтому был признан недееспособным и заменен новым.

⁸ «Государь удивляется» согласию великого князя Константина Николаевича поехать в Варшаву вместо Михаила Николаевича.

⁹ Экстра – поезд вне расписания, курсировавший между Петербургом и Павловском, когда двор находился в Царском Селе.

¹⁰ Праздник лейб-гвардии Измайловского полка.

¹¹ В Павловске, поместье Константина Николаевича, проходили (в помещении вокзала) музыкальные концерты, во время которых часть публики могла прогуливаться по парку и даже разъезжать там в экипажах.

¹² 15 июня 1862 г. неизвестный стрелял в Саксонском саду в Варшаве в А. Н. Лидерса и ранил его. Покушавшийся сумел скрыться.

¹³ Речь идет о поездке в Варшаву, куда Константин Николаевич был назначен на должность наместника, его жены великой княгини Александры Иосифовны, которая в то время ждала ребенка.

¹⁴ Опера немецкого композитора Ф. Флотова «Алессандро Сераделла» – об итальянском композиторе и певце XVII в.

¹⁵ Племянник Константина Николаевича» великий князь Александр Александрович, будущий император Александр III.

А. Н. Бенуа

Воспоминания

Известный художник Александр Николаевич Бенуа (1870–1960) – член обширной семьи петербургских интеллигентов, строивших и украшавших столицу, был еще мальчиком, когда завершалось царствование Александра II, однако в его известнейших воспоминаниях ярко отразилась и эта эпоха, причем именно с ее живописной стороны. Художническое дарование Александра Николаевича необыкновенно рано проявилось уже в том, что он воспринимал и фиксировал в памяти самые яркие, живописные впечатления. Для него самыми красочными и живыми воспоминаниями о той эпохе оказались картины армейских маршей и парадов – неотъемлемой части столичного быта. Как это ни покажется странным, те страницы мемуаров Александра Николаевича, где поразительно точно и любовно описаны маршировавшие по улицам Петербурга или по его Марсову полю полки, приоткрывают читателю одновременно и душевный мир Александра II. Как почти все Романовы, он страстно любил армию, имея дело, конечно, преимущественно с внешней, «казовой» ее стороной. Император не пропускал полковых праздников, учений, смотров, парадов, он не просто заботился об армии, включая ее внешний вид, но даже сам проектировал форму одежды разных полков, отличавшуюся большим разнообразием и причудливостью, как это и отражено в мемуарах. Вот эти увиденные глазами мальчика армейские и гвардейские полки – детище Александра II, предмет его постоянного внимания. Другой сюжет мемуаров Александра Николаевича, относящийся ко времени царя-освободителя, – случайные встречи с императором, слухи и разговоры о его морганатическом браке и известие о покушении на императора 1 марта 1881 г. Бенуа писал свои воспоминания в последней четверти своей долгой жизни, находясь вдали от России и Петербурга, который любил страстно, как бы прикасаясь душой к родному городу и родному дому, родителям, родственникам, близким, своему детству и молодости. И вместе с ним переносится в те далекие времена и его читатель.

Мемуары А. Н. Бенуа публикуются по изданию: Бенуа А. Н. Мои воспоминания: в пяти книгах. Кн. 1, 2, 3. М., 1990.

¹ Здесь речь идет о дядюшке Александра Николаевича с материнской стороны, Константине Альбертовиче Кавосе, чиновнике Министерства иностранных дел.

² Дело происходит летом 1876 г. в Петергофе во время ежегодно устраивавшегося там праздника с иллюминацией.

³ Выезд a la Daumont – в упряжке, введенной в моду во Франции в 1830-х гг. герцогом Домоном.

ЧЕЛОВЕК

М. Твен

Простаки за границей

В период Крымской войны Российская империя оказалась в международной изоляции, российская дипломатия была вынуждена искать новых союзников. Одним из них стали Северо-Американские Соединенные Штаты (САСШ), с которыми Россию объединяло противостояние влиянию Великобритании и Франции. Во время Гражданской войны между штатами (1861–1865) Франция и Англия были на стороне южан, Российская империя же поддерживала северян. Летом 1863 г. к берегам Северной Америки были направлены российские военные корабли под командованием контр-адмиралов А. А. Попова и С. С. Лесовского. Отправка эскадры была не только союзническим жестом: в период Польского восстания 1863–1864 гг. российский флот должен был взять под контроль важные торговые пути, по которым передвигались европейские суда. В ответ летом 1866 г. состоялся первый официальный визит в Россию правительственной американской делегации под руководством помощника морского министра САСШ капитана Густава Фокса, в Кронштадт прибыли два американских корабля. Через год, в 1867 г., посетил Россию и американский писатель Марк Твен (настоящее имя – Сэмюэл Ленгхорн Клеменс, 1835–1910) в составе делегации, отправившейся в полугодовое путешествие по странам Средиземного моря.

Путешествуя, Марк Твен отправлял в газету «Альта Калифорния» репортажи, а по возвращении выступал с лекциями. Репортажи и лекции легли в основу книги «Простаки за границей, или Путь новых паломников». Путевые очерки носят юмористический характер, в них высмеивается преклонение американцев перед Европой. С другой стороны, Твен критически оценивает своих соотечественников, «простаков», не всегда демонстрирующих образованность и воспитание. В книге с юмором представлена встреча с российским самодержцем, ведь американские читатели-республиканцы не были знакомы с абсолютной монархией. Этот взгляд со стороны, взгляд человека иной политической культуры высвечивает особенности абсолютной власти, к которой привыкли подданные российского императора. В очерке Марка Твена Александр II поражает абсолютной властью, с которой сочетаются качества частного человека, радушного хозяина, запросто принимающего гостей в своем доме, в окружении семьи.

Публикуется по изданию: Твен М. Собрание сочинений: в 12 т. Т. 1.М., 1959.

¹ Начиная с царствования Петра I в Российской империи развивается паспортное законодательство, касавшееся не только внутренних, но и заграничных паспортов и затрагивающее также иностранцев, въезжавших в страну. Зарубежный гость был обязан зарегистрироваться в первом по пути следования губернском городе, где взамен его паспорта (остававшегося в полиции) выдавали документ, удостоверяющий личность и действующий на территории России. Подробнее см.: Чернуха В. Г. Паспорт в России: 1719–1917 гг. СПб., 2007.

² Речь идет о Ливадии, летней резиденции Александра II.

³ Редан (точнее, Большой Редан) – один из пунктов обороны Севастополя во время Крымской войны.

⁴ «Квакер-Сити» – пароход, на котором путешествовал Марк Твен.

⁵ Луи-Наполеона американские путешественники видели в Париже на Всемирной выставке. Марк Твен отметил в своей книге пышность императорского двора.

⁶ Фуляр – легкая шелковая ткань.

⁷Муслин – легкая ткань.

⁸ В Ливадии, кроме Большого дворца, находился Малый дворец, построенный для наследника престола.

⁹ Американские путешественники побывали в имении Ореанда, принадлежавшем великому князю Константину Николаевичу.

Ф. А. Оом

Воспоминания

Федор Адольфович Оом (1826–1898) – человек малоизвестный. Эго один из воспитателей детей Александра II. В 1865 г. императорская семья пережила тяжелейшую семейную трагедию, а Россия лишилась наследника престола, обещавшего стать в будущем умным и просвещенным монархом. Старшим сыном Александра II был великий князь Николай, которому родители, особенно матушка, уделяли большое внимание именно как наследнику престола. Старательно подыскивали ему наставников, воспитателей, учителей, обсуждали систему его образования, строили планы прохождения им части университетского курса в одном из столичных университетов, получения затем опыта службы на одном из губернских административных постов. Такого рода планы, совершенно чуждые традиции, были в итоге ими все же отвергнуты, но курс домашнего образования наследник завершил успешно, все его учителя были высокого мнения и о способностях, и о нравственных качествах будущего императора. Молодой человек только собирался – по достижении совершеннолетия – начать государственную деятельность, жениться (он был женихом датской принцессы Дагмары), как внезапно во время путешествия по Западной Европе был буквально свален тяжелейшей болезнью. Свои последние дни он прожил в Ницце, где проводила зиму и его матушка, императрица Мария Александровна, для которой петербургский климат был признан врачами неблагоприятным. Врачи великого князя долго не могли распознать болезнь, и потому внезапный вызов в Ниццу императора и членов семьи для прощания с умирающим наследником пал на них как снег на голову. Среди людей, окружавших в эти последние дни наследника престола, был и Ф. А. Оом. Из его записок нами выбран фрагмент, фиксирующий пребывание императора в Ницце в момент кончины великого князя Николая.

Отрывок из записок Ф. А. Оома публикуется по изданию: Оом Ф. А. Воспоминания (1826–1865). М., 1896.

¹ См. примеч. 4 на с. 575.

² См. примеч. 1 на с. 571.

³ Гофмаршал – придворный сановник 3-го класса.

Л. Н. Оглоблина

Император Александр II среди детей

Воспоминания смолянки Л. Н. Оглоблиной (в девичестве Лавровой) живописуют Александра II в немногие часы его летнего отдыха. По традиции императорская семья и двор летом перебирались из Петербурга в одну из загородных резиденций: Петергоф, Царское Село или Гатчину. Александр II летом непременно жил близ Петербурга, поскольку на это время приходились летние ученья, лагеря и маневры войск Петербургского гарнизона, в которых царь принимал участие. Меняя местопребывание, императорская семья проводила время в этих резиденциях до глубокой осени. После покупки имения в Крыму (знаменитой Ливадии) установился обычай длительного осеннего пребывания императора и императрицы в этом поместье, более спокойном, чем загородные дворцы под Петербургом, где Александру II приходилось вести почти такой же образ жизни, как и в самой столице, непрерывно принимая доклады министров, созывая совещания и т. и.

Отметим, что до серии покушений народовольцев, начавшихся в 1879 г., Александр II, следуя примеру своего батюшки и не меняя привычек, вел себя довольно свободно, разъезжая без многочисленной охраны, и был доступен для общения с дачниками и жителями пригородных дачных мест, дворцовые парки в это время были открыты для посещения гуляющих.

Воспоминания Л. Н. Оглоблиной публикуются по изданию: Оглоблина Л. Н. Император Александр II среди детей // Исторический вестник. 1910. № 10.

¹ Берейтор – человек, обучающий правильной верховой езде и выезжающий молодых лошадей (совр.\ инструктор верховой езды).

² Имеются в виду сама мемуаристка и ее сестра И. И. Лаврова, оставившая аналогичные воспоминания. (См.: Исторический вестник. 1915. № 2. С. 438–449.)

³ Шифры – знаки отличия, выдававшиеся при выпуске особо отличившимся институткам; представляли собою резной вензель императрицы.

⁴ Пепиньерки – (от франц, pepiniere – питомник) – ученицы (питомицы) особых классов в институтах, где их готовили к воспитательской и преподавательской деятельности. Учениц для этих классов отбирали по признакам бедности и одаренности.

Е. Н. Водовозова

На заре жизни

В отличие от воспоминаний А. И. Яковлевой, забытых, редко используемых, мемуары Елизаветы Николаевны Водовозовой (это ее фамилия по первому мужу, в девичестве она – Павловская, по второму мужу – Семевская) – источник широко известный, и не только в кругах специалистов. Это очень занимательный и разносторонний документ о российской жизни середины и второй половины XIX века: о России дворянских поместий предреформенной поры, России времен преобразований Александра II, России демократической интеллигенции. Воспоминания Водовозовой не раз появлялись в печати и частями, и сведенные в объемистые тома. Однако к интересующей нас теме прямое отношение имеют только несколько страниц.

Е. Н. Водовозова (1844–1923) – писательница, автор педагогических сочинений и занимательных научных книг для детей, сама педагог, была современницей Александра II, но близко встретилась с ним только однажды, во время своего пребывания в Смольном институте, где она воспитывалась в конце <18>50-х – начале <18>60-х гг. Здесь, в Смольном, получали образование и воспитание под покровительством и наблюдением царской семьи (преимущественно женской ее половины) многие девушки-дворянки. Время, когда в Смольном находилась Водовозова, пришлось на период ломки женского образования, совпавшей с эпохой всесторонних реформ. Но изменения в преподавании и режиме начались только в конце пребывания Водовозовой в институте. Режим закрытого учебного заведения, с его обычаями, традициями, иногда нелепыми и архаичными, был благоприятен не для всякой натуры. Отрыв от семьи, преследование непосредственности, непринужденности, погоня за строгой дисциплиной, постоянная дрессировка воспитанниц, сухое обращение классных дам с юными обитательницами института, отсутствие домашнего тепла переносились Елизаветой Николаевной крайне болезненно. И потому ее описание смольнинских порядков, учителей и инспекторов – очень критичное и недоброжелательное. В немалой степени вследствие смольнинских предрассудков и обычаев (воспитанницы считали неприличным обнажаться перед врачом-мужчиной) Водовозова, запустив болезнь, попала в институтский лазарет, который и навестил Александр II. Эпизод, живописно изложенный мемуаристкой, может показаться случайным. Но это не так. Посещение Смольного (как и других женских учебных заведений) являлось обычаем и неписаной обязанностью царской семьи. Туда было принято приезжать и по традиции, и по склонности – ведь это было приятное времяпрепровождение. Прибытие в Смольный августейших особ сопровождалось раздачей сластей и подарков, вызывало знаки восторженного обожания со стороны молоденьких, хорошеньких и простодушных девушек. Во время таких визитов происходило знакомство с воспитанницами, единицы из которых потом производились (указом!) во фрейлины или назначались в штат женских учебных заведений. Между прочим, так именно торилась тропа к широкой педагогической деятельности российских женщин.

Так что предлагаемый читателю материал – это рассказ об одном из постоянных ритуалов, которые должен был совершать и с удовольствием совершал Александр II, кстати, именно в Смольном присмотревший себе гражданскую жену, княжну Екатерину Михайловну Долгорукову.

Отрывок из воспоминаний Е. Н. Водовозовой публикуется по изданию: Водовозова Е. Н. На заре жизни. Т. 1. М., 1987.

¹ Смольный институт в то время состоял из двух частей («половин») – Николаевской («благородной») и Александровской («мещанской»), находившихся под общим начальствованием.

Письма графа Д. Н. Толстого к графу М. Д. Бутурлину

Графа Дмитрия Николаевича Толстого (1806–1884) современники, безусловно, назвали бы «человеком с биографией», участвовавшим в разработке преобразований царствования Александра II. Но уже в конце XIX в. фигура этого чиновника оказалась в тени государственной деятельности племянника, графа Д. А. Толстого (обер-прокурора Святейшего Синода, министра народного просвещения, министра внутренних дел и президента Императорской Академии наук). Тем не менее Д. Н. Толстой занимает особое место в истории внутренней политики XIX столетия. Родовитый, но не богатый помещик, опытный администратор, чиновник николаевского царствования, он был поставлен перед необходимостью решать задачи нового времени, однако оказался не готов к кардинальным переменам в государственном управлении. Вершиной его чиновничьей карьеры стала должность директора Департамента полиции исполнительной, которую он занимал с августа 1861 по апрель 1863 года. Эту деятельность граф Д. Н. Толстой подробно осветил в своих записках. Между ним и министром внутренних дел П. А. Валуевым сложились доверительные отношения, они обменивались мыслями в конфиденциальной переписке и приватных беседах. П. А. Валуев неоднократно обсуждал с Д. Н. Толстым свою программу. За год с небольшим Толстой проделал в Департаменте полиции исполнительной значительную работу: составил отчет о численности полицейских чинов и их процентном отношении к населению, собрал сведения о состоянии мест заключения и разработал программу действий по управлению киргизами в Оренбургском уезде. Но главным его занятием стала работа над проектом полицейского устава и составление новых полицейских штатов. Д. Н. Толстой остался в истории разработчиком полицейской реформы – Временных правил об устройстве полиции в городах и уездах губерний, по общему учреждению управляемых, опубликованных 25 декабря 1862 г.

Вместе с тем Д. Н. Толстой нередко выступал в качестве оппонента министра, и постепенно постоянная критика стала раздражать П. А. Валуева. Поводом для окончательного разрыва в их отношениях стало назначение на пост товарища министра тайного советника А. Г. Тройницкого. Д. Н. Толстой считал, что министр сделал неправильный выбор. Скорее всего, Дмитрий Николаевич претендовал на эту должность и чувствовал себя несправедливо обойденным.

В конце 1862 г. Валуев предложил Толстому почетную отставку – по состоянию здоровья. Обсуждалась и возможность его назначения в Сенат, но в итоге Валуев добился пожалования Толстому земельного владения в Самарской губернии, что существенно поправило расстроенные финансовые дела чиновника. Выйдя в отставку, он поселился в родовом имении Знаменка, занимаясь в 1864–1865 гг. просветительской деятельностью. Он вступил в неравный брак с женщиной более низкого происхождения, что стало причиной разрыва между ним и его племянником Д. А. Толстым. Однако сам Дмитрий Николаевич стал счастливым мужем и отцом, отдавая воспитанию сына Сергея все силы. Образование мальчика было решено продолжить в стенах Троице-Сергиевой лавры, и Толстые перебрались в Сергиев Посад. В ноябре 1873 г. лавру посетил Александр II, и Д. Н. Толстой решил воспользоваться случаем, чтобы напомнить о себе императору, полагая, что августейшее покровительство будет нелишним для его сына. Выяснилось, что Александр II не забыл способного чиновника, о чем Дмитрий Николаевич с гордостью сообщил М. Д. Бутурлину, с которым у него сложились доверительные отношения еще в середине 1850-х гг. М. Д. Бутурлин служил под началом Толстого в 1856 г., когда тот исполнял обязанности рязанского губернатора. Письма Д. Н. Толстого М. Д. Бутурлину были опубликованы в журнале «Русский архив» с комментариями издателя П. И. Бартенева.

Выдержки из писем Д. Н. Толстого публикуются по изданию: Русский архив. 1912. Кн. 1, № 1. С. 352–368.

¹ Августейшие гости – императорская чета: Александр II и императрица Мария Александровна.

В. А. Теляковский

Моя биография и несколько слов о современном обществе и театре

Во второй половине XIX в. многие административные посты были заняты выпускниками Пажеского корпуса, которых готовили к совершенно иной деятельности – придворной или военной службе. Так произошло и с Владимиром Аркадьевичем Теляковским (1860–1924), окончившим Пажеский корпус, а затем и Академию Генерального штаба. В 1898 г., уже будучи полковником Конной гвардии, он был назначен управляющим императорскими театрами Москвы. А через три года занял пост директора императорских театров, прослужив в этой должности девятнадцать лет. Неожиданный каприз судьбы открыл новую страницу в жизни В. А. Теляковского, оставившего воспоминания об этом периоде своей жизни. Они были дважды опубликованы: в 1924 г. (еще при жизни автора) и в 1965 г. Однако помимо мемуаров В. А. Теляковский готовил к изданию автобиографию, так и не увидевшую свет. Архив В. А. Теляковского в настоящее время находится в Государственном центральном театральном музее им. А. А. Бахрушина (ГЦТМ). Печатная копия рукописи автобиографии хранилась у Н. Б. Ветошниковой, на тетушке которой был женат сын Теляковского. В свою очередь, Н. Б. Ветошникова передала ее И. Б. Гуськовой, благодаря содействию которой стала возможна публикация фрагментов автобиографии В. А. Теляковского в данном сборнике.

Выдержки из автобиографии В. А. Теляковского публикуются по копии оригинала: Теляковский В. А. Моя биография и несколько слов о современном театре // Архивно-рукописный отдел ГЦТМ. Ф. 280. Д. 1548.

¹В настоящее время ул. Рубинштейна.

² В настоящее время пер. Крылова.

³ В Пажеском корпусе обучались интерны, бывшие на полном казенном обеспечении, и экстерны, платившие за обучение.

⁴ Фельдфебель – старший унтер-офицер, помощник ротного командира.

⁵ Камер-паж – воспитанник Пажеского корпуса, дежуривший при дворе.

⁶В. А. Теляковский ошибается: граф А. А. Суворов-Рымникский был внуком знаменитого полководца.

⁷ Б. А. Перовский был дальним родственником С. Л. Перовской.

С. Ю. Витте

Воспоминания

Сергей Юльевич Витте (1849–1915) в особых представлениях не нуждается. Он один из наиболее известных русских государственных деятелей Нового времени, причем в немалой степени Витте обязан этой известностью и своим мемуарам. Они впервые появились в России в начале 1920-х гг., когда события XIX – начала XX в. были у многих на памяти, а тут читатели получили возможность узнать и их закулисную сторону, из первых рук получить сведения о характере, взглядах, поступках членов императорской фамилии, министров, придворной верхушки, о секретных пружинах политики, ну и, разумеется, о собственных деяниях мемуариста.

Витте – государственный деятель времен царствования Александра III и Николая II – довольно поздно пришел в государственную политику, но зато сразу – на крупный пост и быстро сделал карьеру. Александр III, только в 1889 г. назначивший его директором Департамента путей сообщения, вскоре, в начале 1892 г., вручил ему портфель министра финансов. Император и новый государственный деятель как будто мгновенно нашли друг друга. И тому и другому очень импонировали внешняя простота, прямота, крупность характера другого. Император сразу доверился Витте, Сергей Юльевич сразу обнаружил готовность к решительным мерам, твердой позиции, крупным преобразованиям, вписывающимся при этом в рамки абсолютной монархии, готовность использовать ее преимущества.

Вот характеристика С. Ю. Витте, данная хорошо знавшим его И. И. Милюковым: «Это был редкий русский самородок – со всеми достоинствами этого типа и с большими его недостатками. Конечно, он стоял головой выше всей той правящей верхушки, сквозь которую ему приходилось пробивать свой собственный путь к действию. А действовать – это была главная потребность его натуры. Как всякий самородок, Витте был энциклопедистом. Он мог браться за все, учась попутно на деле и презирая книжную выправку. С своим большим здравым смыслом он сразу отделял главное от второстепенного и шел прямо к цели, которую поставил. Он умел брать с собой все нужное, что попадалось по дороге, и отбрасывать все ему ненужное: людей, знания, чужие советы, закулисные интриги, коварство друзей, завистников и противников. Он прекрасно умел распознавать людей, нужных для данной минуты, организовать их труд, заставлять их работать для себя, для своей цели в данную минуту. Большое уменье во всем этом было необходимо, потому что и дела, за которые он брался, были большого масштаба. По мере удачи росла и его самоуверенность, поднимался командующий тон, крепли сопротивляемость всему постороннему и враждебному. При неудаче он становился страстен и несправедлив, никогда не винил себя, чернил людей, ненавидел противников». И еще: «При Александре III этот фавор закреплялся самыми этими особенностями Витте. Грубоватый тон и угловатая речь импонировали императору и отвечали его собственной несложной психике. Упрощенные объяснения Витте были ему доступны, настойчивость – убедительна, а оригинальность и смелость финансово-экономической политики оправдывалась явным успехом»[262].

Витте появился в петербургских кругах только в 1880-х гг., однако его мемуары интересны и для эпохи Александра II, когда он был сначала студентом Новороссийского университета, а затем служащим Юго-Западных железных дорог. В качестве такового ему и пришлось однажды, в мае 1877 г., оказаться свидетелем драматического эпизода, здесь воспроизводимого.

Фрагмент воспоминаний С. Ю. Витте публикуется по изданию: Витте С. Ю. Воспоминания. Т. 1. М., 1960.

¹ Русско-турецкая война началась с сербско-турецкой войны, точнее, с сербско-черногорско-турецкой. Балканский кризис середины 1870-х гг. начался с подъема национально-освободительного движения в Боснии, Герцеговине и Болгарии, находившихся в положении вассальных провинций Турции. Это было столкновение необученных и плохо вооруженных повстанцев с регулярными турецкими войсками. В защиту восставших выступили Сербия и Черногория, также вассальные княжества, платившие Турции дань. В июне 1876 г. они объявили Турции войну. Это событие дало толчок сначала добровольческому движению в России, отправке в Сербию добровольцев – военных и медиков, денежных средств, а затем объявлению Россией войны Турции (в апреле 1877 г.).

² Константинополь представлял для России двойной интерес: с одной стороны, как бывший центр христианской Византии, наследницей которой считала себя Русская православная церковь, с другой – как ключ к проливам, ведущим в Черное море. Поэтому тема завоевания Константинополя обсуждалась и идеологами славянофильского толка, и политиками.

А. А. Толстая

Записки фрейлины

Александра Андреевна Толстая (1818–1904) чаще всего упоминается исследователями творчества Л. Н. Толстого как его родственница, друг и корреспондентка. Но, конечно, она заслуживает и особого внимания, а не только как персонаж, сияющий отраженным светом. Надо думать, что недавно опубликованные ее воспоминания будут способствовать пробуждению интереса к этой незаурядной фигуре. На ее долю выпала судьба довольно многочисленной группы российских девушек из знатных фамилий, не вышедших или поздно вышедших замуж. При тех небольших возможностях, которые российская жизнь в первой половине XIX века, да и позже, предоставляла женщинам, стремившимся стоять на собственных ногах, служба в качестве фрейлины была одной из престижных и потому предпочитаемых. А. А. Толстая избрала этот путь и провела при дворах императорской фамилии всю свою жизнь. Первоначально она была фрейлиной дочери Николая I великой княгини Марии Николаевны, затем, в самом конце 1865 г., она была назначена фрейлиной императрицы Марии Александровны и воспитательницей великой княжны Марии Александровны, дочери Александра II и императрицы Марии Александровны. В этом качестве она сменила А. Ф. Тютчеву, в это время вышедшую замуж за И. С. Аксакова. Вскоре после ее водворения в Зимнем дворце и начался роман Александра II с Е. М. Долгорукой (или Долгоруковой, как называл ее сам император). А. А. Толстая принадлежала к тем фигурам из придворных кругов, кто не желал слушать никаких оправдывающих эту связь объяснений. Немалую роль в этом играло ее благоговейное отношение к императрице. Уже на самом склоне жизни она составила (буквально составила, ибо собирала свидетельства современников) записки о морганатическом браке царя и об отклике на него обитателей двора. Публикуемый фрагмент – чуть ли не единственный, относящийся к более раннему времени.

Фрагмент воспоминаний А. А. Толстой публикуется по изданию: Толстая А. А. Печальный эпизод из моей жизни при дворе: Записки фрейлины // Октябрь. 1993. № 5, 6.

¹ Имеется в виду Всемирная промышленная выставка, на открытие которой Наполеон III пригласил всех европейских монархов.

² 25 мая 1867 г. после смотра французских войск на Лоншанском поле Наполеон III и Александр II возвращались в Париж, в коляске с ним были и оба великих князя – наследник Александр Александрович и Владимир Александрович. В Александра II стрелял поляк Антон Березовский, участник восстания 1863 г. Он был приговорен к пожизненной каторге.

³ Опасения императрицы были вызваны тем, что Париж был одним из самых крупных центров польской эмиграции, увеличившейся в связи с недавним подавлением Александром II Польского восстания (1863–1864 гг.).

А. А. Мосолов

Разъединение императорской фамилии

В 1866 г. по Петербургу ходила едкая реплика Ф. И. Тютчева, одного из остроумнейших людей своего времени. В эту пору товарищем министра финансов был назначен С. А. Грейг, служивший сначала в конногвардейском полку, а затем в Морском министерстве. «Странное дело, – заметил Тютчев, – конногвардейскому офицеру поручают финансы; публика, конечно, удивлена, но в меру, не особенно сильно; попробуйте же Рейтерна сделать командиром конногвардейского полка, все с ума сойдут, поднимется такой вопль, как будто Россия потрясена в своих основаниях»[263]. Это поразительно меткое замечание, касающееся системы назначений на должности в дореволюционной России и в полной мере относящееся к автору публикуемого ниже отрывка из мемуаров.

Александр Александрович Мосолов (1854–1939) служил в привилегированном, находившемся под заботливым вниманием императорской фамилии лейб-гвардии Конном полку. Когда командир этого полка В. Б. Фредерикс был назначен министром императорского двора (это было в 1897 г.), то он вскоре пригласил к себе на должность начальника канцелярии А. А. Мосолова, своего подчиненного, и последний провел в этом ранге почти два десятилетия (1900–1916 гг.), т. е. большую часть царствования Николая II. Министерство императорского двора было – в эту эпоху «министерской чехарды» – ведомством стабильным: В. Б. Фредерикс занимал свою должность вплоть до Февральской революции, а представляемый здесь мемуарист все это время был его правой рукой. Оба были людьми, принадлежавшими к ближайшему окружению императора.

Фрагмент из мемуаров А. А. Мосолова публикуется по изданию: Мосолов А. А. При дворе последнего императора: Записки начальника канцелярии министра двора. СПб., 1992.

Акт о женитьбе Александра II на Е. М. Долгоруковой. Письмо Александра II к сыну

В первые годы советской власти историки получили доступ к огромному количеству архивных документов императорской России, началась активная публикация источников XIX – начала XX в. В 1927 г. в серии «Мемуары и дневники царских чиновников» увидел свет дневник государственного секретаря Е. А. Перетца. В примечаниях было указано, что «в бумагах Зимнего дворца, хранящихся в Особ<ом> отд<еле> Моск<овского> центр<ального> архива Октябрьской революции, находится пакет, на котором сделана рукой Александра II надпись: „Хранить до востребования, а в случае моей смерти вручить государю императору. Ливадия, 9 ноября 1880 г.“ В пакете хранятся два документа: 1) акт о женитьбе Александра II на Е. М. Долгоруковой и 2) письмо Александра II к сыну» (будущему императору Александру III). Оба документа были помещены в издании 1927 г. без купюр «ввиду несомненной исторической ценности»[264].

Документы публикуются по изданию: Дневник Е. А. Перетца (1880–1883). М., 1927. С. 158–160.

¹ В браке с Е. А. Долгорукой у Александра II было четверо детей: Георгий, Ольга, Борис (умерший в младенчестве), Екатерина.

² Фидейкомисс (от лат. fidei commissum – поручение совести) – в римском частном праве неформальное поручение наследодателя наследнику о выдаче третьему лицу из наследства определенного имущества, а также само это имущество.

РЕФОРМАТОР

А. М. Унковский

Записки

Алексей Михайлович Унковский (1828–1893) – один из той когорты дворян, которые сделали максимально много для отмены крепостного права и проведения других реформ 1860-х гг., причем в максимально трудных условиях. Ведь эмансипаторские планы в 1855–1860 гг. наталкивались на многообразное сопротивление большинства российских помещиков, за века приспособившихся к незамысловатому крепостному хозяйству, не требовавшему ни инициативы, ни ответственности. Мысль о радикальной перемене образа жизни и хозяйствования повергала их в ужас. И Александр II в своих усилиях и планах мог опереться лишь на небольшую группу чиновников и дворян, чье образование и убеждения позволяли им признать не только неотвратимость, но и историческую благотворность будущих перемен. Унковский – тверской помещик, выпускник знаменитого Александровского лицея – смог не только осознать необходимость реформ, но и найти себе место уже в новом, посткрепостническом обществе. Но вот что интересно: как только взгляды Александра II и той группы дворянства, в которую входил Унковский, разошлись, от того благосклонного внимания монарха к предводителю тверского дворянства, которое продемонстрировал Александр II в 1857 г., не осталось и следа. Унковский стал человеком опальным. Сначала он был отставлен от должности предводителя дворянства, затем сослан в Вятку, пытался заниматься адвокатской практикой, но в 1862 г. это было ему запрещено. И только после судебной реформы 1864 г. он смог вернуться к адвокатской деятельности, живя в Петербурге и принадлежа к корпорации присяжных поверенных. На его судьбе отразились все оттепели и бури эпохи.

Алексей Михайлович Унковский оставил очень небольшие по объему воспоминания, где зафиксировал и весьма выразительный разговор с ним императора, живописующий обстановку кануна провозглашения правительством своего намерения приступить к разработке условий освобождения крестьян в России.

Записки А. М. Унковского публикуются по изданию: Записки Алексея Михайловича Унковского // Русская мысль. 1906. № 6.

¹ О предводителе дворянства см. примеч. 1 на с. 571. Предводитель дворянства утверждался в должности императором и, бывая в столице, должен был представляться ему.

Е. А. Штакеншнейдер

Дневник

Елена Андреевна Штакеншнейдер (1836–1897) родилась в семье обрусевшего немца, придворного архитектора А. И. Штакеншнейдера, и дочери крупного петербургского чиновника М. Ф. Холчинской. Молодость Елены Андреевны пришлась на эпоху оживления общественных настроений, ожидания перемен, подготовки великих реформ. Интересная собеседница, умевшая слушать, наблюдательная, обладавшая литературным даром, она сумела передать эти настроения в своем дневнике, начало которого совпало с началом царствования Александра II. Е. А. Штакеншнейдер вела дневник в течение четверти века, делая перерывы в записях, иногда довольно значительные. Ее маменька устроила в доме литературный салон, в котором по субботам в течение восьми лет собирались представители разночинной интеллигенции, литераторы, студенты, участники народнических кружков (частым гостем был П. Л. Лавров) – выдающиеся люди своего времени. Встречи и беседы с ними, чтение современной литературы давали Е. А. Штакеншнейдер, симпатизировавшей «униженным и оскорбленным», пищу для размышлений, которые она записывала в своем дневнике. Наиболее цельной и яркой оказалась первая часть дневника, относящаяся к началу 1860-х гг., «эпохе активного законотворчества» (так охарактеризовала это время В. Г. Чернуха). Е. А. Штакеншнейдер очень тонко подмечала противоречия не только в политической и общественной жизни, но и в характерах современников, в том числе и самого императора, что, несомненно, влияло на характер и темпы проведения преобразований.

Фрагменты дневника Е. А. Штакеншнейдер публикуются по изданию: Штакеншнейдер Е. А. Дневник и записки (1854–1886). М.; Л., 1934.

¹ Обеспокоенность Александра II настроениями крестьян накануне объявления положений 19 февраля 1861 г. выразилась в его повелении заблаговременно направить в каждую губернию одного из генерал-майоров свиты или флигель-адъютантов в качестве его доверенных лиц, с тем чтобы содействовать местным властям в сохранении спокойствия при проведении в жизнь новых законоположений. Командируемые офицеры наделялись широкими полномочиями: они получали специальную инструкцию, согласно которой должны были объяснять крестьянам их обязанности, убеждать их не выходить из повиновения помещикам; в случае же необходимости им предписывалось прибегнуть к военной силе. Вернуться в Петербург они могли только после того, как по всем уездам соответствующей губернии вступят в должность все мировые посредники, обязанностью которых было урегулирование отношений между помещиками и крестьянами. (Подробнее см.: Крестьянское движение в 1861 году после отмены крепостного права / сост. Е. А. Мороховец. Часть I и II. Донесения свитских генералов и флигель-адъютантов, губернских прокуроров и уездных стряпчих М.; Л., 1949.)

² Младшие дети архитектора А. И. Штакеншнейдера.

Д. Н. Толстой

Записки

В дореволюционной России поддерживались традиции торжественного празднования исторических юбилеев. Они тщательно готовились, отмечались большими собраниями, на которых непременно присутствовали члены императорской фамилии. Во времена правления Александра II самым крупным событием такого рода был праздник 1000-летия России, который отмечался открытием памятника, шествиями и молебствиями в древнейшем российском центре – Новгороде. Этому празднеству и посвящен фрагмент из небольших по объему воспоминаний Д. Н. Толстого, директора Департамента полиции исполнительной Министерства внутренних дел.

В 1862 г. дворянство развернуло широкую адресную кампанию, выражая свое недовольство отменой крепостного права и требуя участия в управлении. На дворянских собраниях принимались адреса, в которых звучали требования о созыве представителей от высшего и других сословий для обсуждения основ законопроектов. Министр внутренних дел П. А. Валуев опасался, что оппозиционные настроения дворянства проявятся во время визита Александра II в Новгород по случаю празднования тысячелетия России. Д. Н. Толстой был командирован туда для подготовки встречи и предотвращения возможных инцидентов. Этому эпизоду он отвел место в своих воспоминаниях, написанных после отставки и отражавших «инерцию профессионального бытия»[265]. Дмитрий Николаевич, отправленный в отставку на взлете карьеры, полагал, что мог принести еще много пользы на этом поприще, однако его намерения оказались неоцененными.

Фрагмент воспоминаний Д. Н. Толстого публикуется по изданию: Из записок графа Дмитрия Николаевича Толстого // Русский архив. 1885. Кн. 2, № 5.

¹ Слова Юлия Цезаря, которыми он известил Рим о своей победе над понтийским царем Митридатом. Стали расхожим выражением для обозначения решительного действия, совершенного человеком с большим чувством собственного достоинства.

А. Н. Куломзин

Пережитое. Воспоминания

Анатолий Николаевич Куломзин (1838–1923), потомок старинного дворянского рода, в течение всей своей чиновничьей карьеры находился в эпицентре российской политической жизни второй половины XIX – начала XX в. После обучения на юридическом факультете Московского университета он продолжил образование за границей. Его возвращение на родину совпало с началом крестьянской реформы, в осуществлении которой он принял активное участие в качестве мирового посредника. В 1864 г. Куломзин поступил на государственную службу в Департамент государственной экономии Государственного совета. Постепенно поднимаясь по служебной лестнице, он стал помощником управляющего делами Комитета министров (1875), товарищем министра государственных имуществ (1880), управляющим делами Комитета министров (1883), управляющим делами Комитета Сибирской железной дороги (1893), членом, а затем и председателем Государственного совета (1915). А. Н. Куломзин был опытным управленцем, имевшим независимый взгляд на современные ему политические события. Он отдавал предпочтение английской парламентской монархии, весьма критично отзываясь о попытках власти сохранить незыблемость самодержавия. Эти оценки проступают и в его воспоминаниях. Записки А. Н. Куломзина охватывают различные аспекты общественной и политической жизни Российской империи второй половины XIX – начала XX в. Предлагаемые вниманию читателя фрагменты воспоминаний относятся к эпохе великих реформ.

Отрывки из воспоминаний А. Н. Куломзина публикуются по изданию: Куломзин А. Н. Пережитое: Воспоминания. М., 2016.

¹ А. Н. Куломзин в 1861–1864 гг. был мировым посредником по Кинешемскому уезду Костромской губернии.

² Во второй половине 1850-х годов по России прокатились антиалкогольные выступления крестьян, протестовавших против откупной системы, заключавшейся в том, что государство передавало (разумеется, не бесплатно) принадлежавшее ему право на виноторговлю специальным продавцам – откупщикам. Они, в свою очередь, чтобы получить прибыль, поднимали цены на вино. Откупа приносили неплохой доход, на их основе складывались целые состояния.

Финансовый кризис, ставший следствием Крымской войны, привел к повышению косвенного налога на крепкие спиртные напитки. Завышение цен и фальсификация вина вызвали массовые протесты крестьян, выразившиеся в «питейных бунтах» (разгроме питейных заведений, столкновениях с царскими войсками) и «трезвенных движениях» (отказе от употребления алкоголя). Власти предавали зачинщиков военному суду, подвергали телесным наказаниям, ссылали в Сибирь. В то же время правительственные круги признали целесообразным отменить винные откупа и ввести акцизную систему торговли алкоголем, что произошло в 1863 г. Эта реформа способствовала развитию предпринимательства. (Подробнее см.: Горюшкина Н. Е. Винная реформа 1863 года: модернизация алкогольной политики Российского государства: дис… д. ист. н. Курск, 2018).

³ Речь идет о призывах увенчать здание государственного управления центральным представительным учреждением[266].

⁴ Фритредерство – торговая политика, основанная на отсутствии таможенных пошлин.

Записки князя Дмитрия Александровича Оболенского

Князь Дмитрий Александрович Оболенский (1822–1881) в свое время был фигурой очень значительной, государственным человеком, по справедливости имеющим право быть отнесенным к числу деятелей великих реформ царствования Александра II. Потомок древнего и знатного рода, окончивший Училище правоведения, он выбрал стезю делающего карьеру петербургского чиновника. В 1853 г. вошел в круг «константиновцев» – либеральной бюрократии Морского министерства, возглавлял которое брат Александра II великий князь Константин Николаевич. Д. А. Оболенский, работая в передовом министерстве того времени, способствовал продвижению разрабатываемых тогда реформ: крестьянской, судебной, цензурной.

В 1863 г. Оболенский ушел из Морского министерства в Министерство финансов. По-видимому, в будущем ему была уготована должность товарища министра финансов, но судьба распорядилась иначе. Он был назначен директором Департамента внешней торговли, занимался налоговыми вопросами, а в 1870 г. перешел в Министерство государственных имуществ, заняв место товарища министра, А. А. Зеленого. Когда в 1872 г. рухнули его надежды сесть в министерское кресло, он решил уйти и получил почетную отставку – назначение в члены Государственного совета. Д. А. Оболенский оказался в составе Департамента законов, где он мог вполне проявить свои знания и способности правоведа.

Оболенский не дожил нескольких недель до смерти Александра II, в царствование которого он развернулся в полной мере как способный государственный деятель и к свершениям которого был непосредственно причастен.

Заметки Д. А. Оболенского задумывались как дневник, но все же это скорее «записки», нежели регулярно ведущиеся мемории, это смешение дневниковых записей и заметок, рассуждений, документов. Он начал их вести тридцатилетним человеком, и им двигали разного рода побуждения. Ему казалось неприемлемым записывать «подробности жизни» либо заурядные общественные события. Он отмечал только те явления, которые воспринимались им как выбивающиеся из общего ряда, значительные. Особенность его «Записок» – обилие документов, введенных в текст.

Записи Д. А. Оболенский вел нерегулярно, иногда забрасывая свои тетради на годы. Но потом свойственное ему ощущение движения времени, историзма, волнения человека своей эпохи, очень сильное негодование, встряска, разочарование – снова приводили его к дневнику. Словом, это дневник человека 1850–1870-х годов, занимавшего видное место в системе российской чиновной иерархии, передающий как события своего времени, так и всплески отношения к ним. По фрагментам дневника, охватывающим период подготовки отмены крепостного права, можно проследить, как менялось мнение Д. А. Оболенского об Александре II, по мере того как намерение императора осуществить освобождение крестьян приобретало все более четкие очертания.

Выдержки из воспоминаний Д. А. Оболенского публикуются по изданию: Записки князя Дмитрия Александровича Оболенского, 1855–1879. СПб., 2005.

¹ Аксельбант – элемент парадной офицерской формы, наплечное украшение в виде плетеного шнура из золота, серебра или цветной нити.

² В конце 1856 г. В. П. Титов был назначен наставником великого князя Николая Александровича.

³ Главный комитет по крестьянскому делу был создан в 1858 г. для разработки крестьянской реформы. 19 февраля 1861 г. он был закрыт, вместо него учрежден Главный комитет об устройстве сельского состояния, соединявший законодательную, исполнительную и судебную власть, т. е. стоявший в одном ряду и с Государственным советом, и с Комитетом министров. Он действовал до 25 мая 1882 г. (Подробнее см.: Чернуха В. Г. Из истории государственных учреждений: Главный комитет об устройстве сельского состояния: 1861–1882 гг. // Вспомогательные исторические дисциплины. 1982. Т. 13. С. 223–249.

Двухлетний срок – период, отведенный положениями 19 февраля 1861 г. на оформление новых отношений между помещиками и крестьянами.

⁵ П. А. Шувалов был назначен главноуправляющим III Отделения и шефом жандармов.

⁶ Речь идет о корпусе министров.

⁷ «Польской партией» условно называли группу министров, выступавших за более мягкую политику по отношению к Царству Польскому. В тексте речь идет о том, что эти министры симпатизировали Франции, давшей приют польским политическим эмигрантам.

⁸ Речь идет о знаменитых blue books, которые издавали парламентские комиссии в Англии, а по их примеру – все страны, где был парламент. Суть книг такова: в парламенте по определенному вопросу создается комиссия, она разбирает его, а потом все материалы издает в специальных книгах. В Англии они синие, в Германии – белые и т. д. В России такой опыт попытался ввести П. А. Валуев, издав синие книги Сельскохозяйственной комиссии в 1873 г. Подробнее см.: Чернуха В. Г. Проблема политической реформы в правительственных кругах России в начале 70-х годов XIX в. С. 138–190; Барыкина И. Е. Государственное управление России второй половины XIX века (особые формы и специальные институты). СПб., 2018.

⁹ Имеется в виду Крымская война, в которой Франция была противником России.

¹⁰ Воспользовавшись начавшейся Франко-прусской войной, Россия объявила в октябре 1870 г. об отказе от унизительных условий Парижского трактата, подписанного после поражения в Крымской войне. В марте 1871 г. в Лондонской конвенции эти условия были пересмотрены, что означало победу российской дипломатии.

¹¹ В адресе по случаю отказа от ограничительных условий Парижского трактата говорилось о «духовном обновлении» России, «великих преобразованиях», «данных вольностях» и «довершении благих начинаний», введении свободы слова и печати, свободы совести, созыве центрального представительного учреждения.

¹² Речь идет об обсуждении проекта замены подушной подати подворным и поземельным налогами, разработанного при Министерстве финансов. Проект был передан земствам, которые единодушно предложили расширить круг налогоплательщиков за счет сословий, освобожденных от прямого обложения. В результате проект был отложен.

¹³ Ландвер – прусская система мобилизации в армию во время войны подготовленных людей из запаса.

¹⁴ Перлюстрация – вскрытие на почте и проверка благонадежности частной корреспонденции (Подробнее см.: Измозик В. С. «Черные кабинеты»: История российской перлюстрации: XVIII – начало XX века. М., 2015).

¹⁵ Государственный совет состоял из нескольких департаментов, рассматривавших законопроекты и готовивших их для окончательного обсуждения в Общем собрании. В особо сложных случаях законопроект мог обсуждаться в собрании членов двух департаментов – Соединенном присутствии.

¹⁶ Имеется в виду народ, общество.

П. А. Валуев

Дневник министра внутренних дел

Петр Александрович Валуев (1815–1890) – один из выдающихся деятелей царствования Александра II. Взлет карьеры Валуева и ее закат были обусловлены именно эпохой реформ, в которую Петр Александрович вполне вписался и которую во многом определил. Он был словно создан для государственной службы. Принадлежа к известному дворянскому роду, древнему, но к XIX веку лишившемуся поместий, он получил прекрасное образование, хорошо знал иностранные языки, обладал светским лоском и обращал на себя внимание своей образованностью и учтивостью. Отсутствие земельной собственности предопределяло для него необходимость служить, но не только это обстоятельство объясняет его поступление в канцелярию московского генерал-губернатора, где он начал свою казенную карьеру. Его образование, способности, честолюбие вели его именно к этой стезе. Упрочению служебного положения способствовала его женитьба на дочери князя П. А. Вяземского, добрые отношения с которым Валуев сохранил и после ранней смерти жены. Вскоре он оказался в столице чиновной России – Петербурге, где он прошел самую лучшую из тогдашних бюрократических школ – школу М. М. Сперанского, занимавшегося кодификацией, то есть упорядочением уже существующих законов, сведением их в группы, корпуса.

Крымская война застала Валуева на посту курляндского губернатора, сорокалетним опытным администратором, вполне готовым прийти на смену безнадежно отставшим от потребностей жизни николаевским министрам. И он делает первый шаг к министерской карьере, сочинив и распространив рукописную записку «Дума русского», содержавшую критику политики застоя, основанной на подавлении общественной мысли и сокрытии истины. Было это осенью 1855 г., уже после воцарения Александра II. Записка привлекла внимание и общества, и правительства (в частности, брата царя, великого князя Константина Николаевича), автор вскоре был востребован в Петербург и назначен директором [II] Департамента Министерства государственных имуществ, а в начале 1861 г., когда ради успокоения поместного дворянства был отставлен министр внутренних дел С. С. Ланской, на его место назначили Валуева. Он был вполне готов к этому, как и к любому другому министерскому посту. (Отметим вскользь, что в то время профессиональное образование для министра еще не требовалось, достаточно было служебного опыта, знания министерских порядков и отношений в чиновных верхах, а в этом Валуев был хорошо осведомлен. Но, добавим справедливости ради, он был широко образован и легко осваивал незнакомые ему предметы.)

Служебная карьера Валуева в <18>60-х и <18>70-х годах внешне сложилась вполне благополучно: после семилетнего пребывания на посту министра внутренних дел он ушел в вынужденную отставку (с большой горечью, ибо был обвинен общественным мнением в неоказании помощи голодающим крестьянам в неурожайный год), однако тут же назначен членом Государственного совета, затем, в 1872 г., вновь был призван к высшей административной деятельности на посту министра государственных имуществ. Вершина его карьеры – должность председателя Комитета министров, куда он пришел в конце 1879 г. Не любивший Валуева Александр III вскоре после своего воцарения удалил Валуева с этого поста. Наступило время старости, болезней, семейных огорчений, и Валуев уходит в частную жизнь, занимаясь преимущественно литературным трудом.

При внешнем благополучии служебной жизни Валуева в двадцатипятилетие царствования Александра II были у автора дневника и глубокие огорчения, отчетливо просвечивающие сквозь строки дневниковых записей. Он справедливо считал свои способности нереализованными даже и при том, что занимал высшие государственные посты. Человек европейского менталитета и образования, поклонник европейских порядков, стремящийся распространить их на Россию, поразительно работоспособный, на голову выше многих своих коллег, он был вынужден не только постоянно отступать перед «произволениями» (по его выражению) императора, но и идти на уступку этим коллегам и влиятельным придворным. Его программа (а он, в отличие от многих своих собратьев-министров, ее имел) была значительно шире той, на которую мог согласиться Александр II и большинство министров. Петр Александрович проповедовал идеи правового государства, веротерпимости, уступок в национальном вопросе, прежде всего в польском. Но самое главное в его программе преобразований – это предложение о превращении бюрократического Государственного совета в представительное учреждение, где в нижней палате заседают выборные депутаты от дворянства, земства и городов. Это преобразование он считал неотложным и альтернативным возможной вспышке революции. На этом пути он встречал противодействие и критику и крайне болезненно относился к ним. Отсюда постоянные размышления об отставке, колкости по отношению к ближайшим коллегам, иначе смотревшим на политику, и трезвый взгляд на императора, человека с многочисленными пристрастиями и слабостями.

Выдержки из дневника П. А. Валуева публикуются по изданию:

Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел: в 2 т. М., 1961.

¹ Имеется в виду комитет 1854 г., который должен был пересмотреть наделы и повинности крестьян западных губерний России. Считалось, что это может быть шагом к постепенному улучшению положения крестьян, а затем и к отмене крепостного права. Председательствовавший в комитете наследник престола тогда счел такой пересмотр несвоевременным. Валуеву бросилось в глаза, что, став императором, Александр II переменил свои взгляды и, более того, начал полемизировать, иногда резко, с противниками крестьянской реформы.

² Александр II имел в виду, что преждевременно высказанное им мнение воспрепятствует свободному обсуждению крестьянского вопроса на заседании Государственного совета. См. следующую запись – от 28 января.

³ Редакционные комиссии были созданы в марте 1859 г. для сведения разных проектов отмены крепостного права в единый. Представленный комиссиями сводный проект предусматривал наделение крестьян землею за повинности с возможностью последующего выкупа. Многие помещики говорили о том, что проект нарушает их право собственности на землю и разоряет их.

⁴ Валуев рассказывает о разных группировках в Государственном совете по вопросу о наделах и повинностях. (Подробнее см: Захарова Л. Г. Самодержавие и отмена крепостного права в России, 1856–1861. М., 1984.) В данном случае важно, что на всем протяжении разработки реформ процесс этот шел очень тяжело и сопровождался острыми спорами.

⁵ Планы правительства в крестьянском вопросе на протяжении 1857–1861 гг. менялись. Первоначально предложение о замене власти помещика над крестьянами властью волостных попечителей было вполне либеральным; по мере продвижения работы над проектом реформы Редакционные комиссии встали на точку зрения предоставления крестьянам права самоуправления.

⁶ Либеральная партия – здесь: наиболее последовательные сторонники упразднения крепостного права, прежде всего группировавшиеся вокруг великого князя Константина Николаевича.

⁷ Шишмаревский дом* предназначался для Министерства цензуры, во главе которого предполагалось поставить М. А. Корфа. Здесь подразумевается личная заинтересованность.

⁸ Мемория – краткая редакция журнала Государственного совета, подававшаяся императору на утверждение. Могла содержать единое решение членов Государственного совета, а могла, в случае разногласий, два варианта – мнения большинства и меньшинства. Здесь Валуев подчеркивает, что Александр II утвердил то решение, которое ему больше импонировало, не считаясь с точкой зрения большинства.

* Дом штабс-капитана А. Ф. Шишмарева у Аничкова моста – Невский пр., 3. – Примеч. И. Б.

⁹ Гроховская битва – 13 (25) февраля 1831 г. под Гроховом польские повстанцы остановили наступление российских войск.

¹⁰ Речь идет о том, что Александр II вынужден применять те же репрессии по отношению к окраинам империи, что и другие европейские монархи, которым николаевская Россия когда-то противопоставляла себя как образец внутреннего спокойствия.

¹¹ В феврале 1861 г. в Варшаве происходили массовые демонстрации, причем одна из них была властями расстреляна, что вызвало общественное возмущение, после чего российская администрация оказалась в изоляции.

¹² Статут 1832 года – документ, утвержденный Николаем I после подавления Польского восстания 1830–1831 гг. вместо конституции 1815 г. Существенно ограничивал права Царства Польского.

¹³ После 1832 г. происходило постепенное ограничение прав Царства Польского даже в сравнении со статутом 1832 г. Так, сохраненный по статуту Государственный совет был в 1841 г. ликвидирован и все законодательные проблемы сосредоточены в кодификационной комиссии.

¹⁴ На время длительных отъездов из столицы Александр II создавал особый комитет из нескольких министров, которые от его имени решали текущие дела второстепенной важности. Комитет был секретным и точного названия не имел. В данном случае Валуев называет его Временным правительством. Он пользуется и другим названием – Регентский совет.

¹⁵ В условиях нараставшего в Царстве Польском освободительного движения в правящих кругах шли жестокие споры о мерах «водворения спокойствия» в этом районе и о государственных деятелях, которые могли бы это спокойствие обеспечить. Часть министров возлагала свои надежды на маркиза Александра Велепольского, назначенного незадолго до того директором Комиссии [духовных дел и] народного просвещения и членом Административного совета Царства Польского. Н. О. Сухозанет – в 1861 г. наместник в Царстве Польском, – напротив, находился с Велепольским в неприязненных отношениях и обвинял его в непригодности для выполнения стоящих перед ним административных задач.

¹⁶ Рожон – острый кол. «Противу рожна прати» – действовать против силы с негодными средствами.

¹⁷ Имеются в виду ставленники великого князя Константина Николаевича – владельца Мраморного дворца. Эта запись передает ходившие в обществе разговоры о том, что великий князь захочет и на место министра внутренних дел посадить «своего» человека.

¹⁸ Поскольку министрами и членами высших государственных учреждений назначались лица по выбору императора, обычным явлением при обсуждении вопросов во всех заседаниях были споры и разногласия, обусловленные не только разными представлениями о решении данной проблемы, но и принципиальными расхождениями во взглядах.

¹⁹ Здесь: совет в широком смысле – и Совет министров, и Государственный совет, и Комитет министров, и совещания у Александра II.

²⁰ Моносиллабические – односложные. Позиция великого князя Михаила Николаевича отражена в воспроизводимом в настоящем издании дневнике великого князя Константина Николаевича.

²¹ «Молодая Россия» – революционная прокламация, написанная П. Г. Заичневским, одна из наиболее радикальных, призывавших к революции, уничтожению всей императорской фамилии, установлению диктатуры и т. и.

²² Щукин двор – располагавшиеся возле Апраксина двора торговые ряды, ныне не существующие.

²³ Правильно: Чернышев переулок.

Рейхсрат – так назывался парламент Австрии.

²⁵ Речь шла о назначении Сергея Павловича Сумарокова в Царство Польское помощником Константина Николаевича. Назначение не состоялось.

²⁶ Граф Ф. Ф. Берг был назначен в Варшаву помощником Константина Николаевича, а затем – после отъезда великого князя – занял его пост наместника в Царстве Польском.

²⁷ Торговые важни – т. е. весы для больших предметов, амбарные.

²⁸ Валуев тщательно готовил свой дневник к изданию, он даже составил комментарии к нему. Но, кроме того, в самом тексте иногда встречаются примечания вроде этого, где он отсылает за подробностями приема Александром II депутатов, привезших письма в поддержку правительства в его борьбе с восставшими поляками, к газетам, где все это было отражено.

²⁹ Жакерия – крестьянское антифеодальное восстание во Франции в 1358 г. Свое название получило от презрительного прозвища «Жак-простак», данного крестьянам дворянами.

³⁰ Речь идет об отставке виленского генерал-губернатора В. И. Назимова, замененного М. Н. Муравьевым, который был призван жесткими мерами покончить с волнениями в северо-западных губерниях России.

³¹ Ореанда – дворец великого князя Константина Николаевича в Крыму. Как видно из этой записи, Валуев опасался, что близкое общение Александра II и Константина Николаевича в отсутствие министров обернется усилением влияния великого князя и его идей.

³² Российское правительство, пытаясь стабилизировать курс рубля, ввело в 1862 г. обмен кредитных билетов на золото по установленному курсу. Однако в связи с неустойчивой обстановкой, вызванной Польским восстанием 1863 г., спрос на звонкую монету резко возрос, и правительство, истощив запас, прекратило размен.

³³ Имеется в виду, что Александра II больше заботят украинские националисты («хохломаны»), нежели сторонники улучшения положения крестьян-украинцев за счет помещиков-поляков («хлопоманы»).

³⁴ На всем протяжении царствования Александра II шло обсуждение вопроса о раскольниках (старообрядцах) – сторонниках древних церковных обычаев, преследовавшихся ортодоксальной (официальной) церковью. Часть членов правительства стояла за смягчение режима по отношению к ним, предоставление некоторым группам гражданских прав. Однако дело продвигалось с большим трудом, отчасти вследствие сопротивления верхушки официальной церкви.

³⁵ Пермское дело – одно из многочисленных частных дел, рассматривавшихся в Главном комитете об устройстве сельского состояния, при обсуждении которых постоянно возникали споры между сторонниками того, чтобы решить дело в пользу крестьян, и теми, кто стремился максимально защитить интересы помещиков. В данном случае речь шла о том, чтобы разрешить выкуп земли крестьянами без точного обозначения границ выкупаемых участков. Это упрощало процедуру выкупа, что было удобно для помещиков, но создавало в будущем опасность возникновения споров о земле и неплатежей повинностей за землю.

³⁶ См. примеч. 14 на с. 606.

³⁷ Аллокуция – букв.: [обращение с речью]; в римской курии речь папы, обращенная к коллегии кардиналов, по важному церковному или политическому вопросу.

³⁸ Имеется в виду закрытие московского губернского дворянского собрания за адрес императору, в котором содержалось ходатайство о созыве депутатов.

³⁹ Удельная типография – т. е. типография ведомства уделов, государственного учреждения, в котором был набран номер частной газеты «Весть», поместившей, вопреки запрету правительства, текст адреса московского дворянства. По этому поводу и производилось расследование.

⁴⁰ Одна из проблем политики по отношению к раскольникам была – регистрировать ли браки между теми, кто придерживался идеологии раскола, и теми, кто принадлежал к официальной церкви.

⁴¹ В эти дни отмечалась столетняя годовщина со дня смерти М. В. Ломоносова. В Александро-Невской лавре по этому поводу проходила церковная служба, а в Академии наук – торжественное заседание, где читали свои доклады академики Я. К. Грот и А. В. Никитенко.

⁴² Интимидационные доводы – от франц, intimidation – застращивание, запугивание.

⁴³ Татарская виленская гидра – то есть М. Н. Муравьев, резиденция которого как генерал-губернатора находилась в г. Вильно. С точки зрения Валуева, Муравьев действовал грубыми, «татарскими», методами.

⁴⁴ Главный комитет об устройстве сельского состояния – высший комитет, занимавшийся вопросами аграрной политики и вызывавший поэтому постоянные упреки со стороны помещиков в том, что его члены заботятся только об интересах крестьян, пренебрегая интересами помещиков.

⁴⁵ Шлиссельбургская крепость играла роль тюрьмы. В 1866 г. там было шесть узников. (Подробно см.: Гернет И. М. История царской тюрьмы. Т. 2. М., 1951. С. 348–353.)

⁴⁶ Имеется в виду закон 1850 г. о ведении в присутственных местах Остзейских (Прибалтийских) губерний делопроизводства на русском языке.

Я. Г. Есипович

Записки сенатора

Справедливо считается, что первое покушение на Александра II в апреле 1866 г., предпринятое Д. В. Каракозовым на взлете политики реформ, очень сильно повлияло на императора, внушив ему сомнения в правильности реформаторского курса. Именно с 1866 г. берет начало официально провозглашенная политика «охранительства» и сильно замедляется процесс преобразования России. Покушение было неожиданным и малообъяснимым. Недаром первые дни, пока следователи выясняли данные о покушавшемся, российская публика терялась в догадках, строя предположения: не помещик ли это, озлобленный на царя из-за освобождения крепостных, не поляк ли, пытающийся подтолкнуть Польшу к борьбе за независимость? Однако оказалось, что стрелявший был русский, человек радикальных взглядов, считавший продвижение России по пути свободы явно замедленным и недостаточным.

Покушение на Александра II произошло во время его возвращения с ежедневной прогулки по Летнему саду, когда с ним не было свиты и никого, кто мог бы составить своего рода рапорт о происшествии. Среди очевидцев оказались лишь случайные люди, не оставившие мемуаров. Зато чуть ли не все авторы дневников единодушно откликнулись на это событие. О том, как в Зимнем дворце узнали о покушении, и о первой реакции его обитателей рассказывается в записях сенатора Якова Григорьевича Есиповича (1822–1906).

Фрагмент из дневника Я. Г. Есиповича публикуется по изданию: Есипович Я. Г. Записки сенатора // Русская старина. 1909. Т. 1.

Д. В. Философов

Из записок

Дмитрий Васильевич Философов служил в 1866 г. на Кавказе, состоя при наместнике кавказском великом князе Михаиле Николаевиче,

младшем брате Александра II. Отправленный Михаилом Николаевичем в Петербург с известием о его семейных делах, Дмитрий Васильевич оказался в Зимнем дворце в апрельские дни, когда вся Россия обсуждала подробности покушения Д. В. Каракозова на жизнь императора. Встреча с Александром II, конечно, была для Дмитрия Васильевича событием из ряда вон выходящим, и он, никак не связанный с литературными занятиями, простодушно изложил этот эпизод не в мемуарах, а в коротком мемуарном очерке. Ценность этого документа в деловой передаче процедуры аудиенции у императора, ответа Александра II на слова Философова о покушении, ответа, скорее всего представлявшего собою своеобразное клише. Надо полагать, что в эти дни все многочисленные посетители императора, непременно приносившие ему свои поздравления «с чудесным спасением», слышали от Александра II примерно такую тираду.

Страницы воспоминаний Д. В. Философова публикуются по изданию: ФилософовД. В. Из записок// Русская старина. 1904. № 12.

Д. А. Милютин

Дневник

Дмитрий Алексеевич Милютин (1816–1912) – граф, генерал-фельдмаршал, военный историк, министр Александра II, личность замечательная. Дворянская семья Милютиных дала в одном лишь поколении трех выдающихся деятелей: экономиста, публициста, историка, философа: Владимира Алексеевича; крупного чиновника, считающегося одним из главных деятелей крестьянской реформы, – Николая Алексеевича и деятеля военного – Дмитрия Алексеевича.

Дмитрий Алексеевич родился в Москве и, вопреки распространенной традиции, избрал военную службу не после окончания военного учебного заведения, а после Московского университетского пансиона в 1833 г. Будучи произведен в офицеры, он поступает в Военную академию. Этот образовательный уклон и обусловил его особенности как государственного деятеля. Он был не строевым, а штабным офицером, который получил известность как исследователь военной истории России и профессор Военной академии. Его карьера государственного деятеля начинается с воцарением Александра II. Сначала его, во время Крымской войны «состоявшего» при Военном министерстве, переводят на Кавказ, на должность начальника Главного штаба Кавказской армии, затем, поскольку очевидность предстоящей глубокой военной реформы стала ясна уже в период Крымской войны, отзывают в Петербург, где идет в это время интенсивный поиск людей, которые смогли бы обеспечить разработку и проведение преобразований. В 1860 г. Милютина назначают товарищем военного министра, а в конце 1861 г. и военным министром.

Дмитрий Алексеевич оказался на редкость удачной фигурой, отвечавшей общему направлению царствования. Он был человеком умеренно-либеральной ориентации (разумеется, в периоды «смут» в нем верх брал человек военный, предпочитавший решать дело силой). До конца царствования Александра II Милютин неизменно оставался военным министром, которому император всецело доверял. Основывалось это доверие на прекрасных деловых качествах министра, его способности к ровной преобразовательной работе по реформированию армии, его неучастии в интригах и нежелании вмешиваться в дела других ведомств. Он всегда был среди умеренных либералов из правительственной среды, осуществлявших тот «пакет» реформ, который и создал новую Россию. Кроме очень демократичной реформы российской армии, привнесшей принцип всеобщей воинской повинности, Милютин усовершенствовал систему военного образования, поднял значение газеты Военного министерства «Русский инвалид» до уровня общественно-политического издания, интересного многим читателям, создал при Военно-хирургической академии женские курсы, что было реальной поддержкой движения за женское равноправие. Уже поэтому дневник такого деятеля не может быть незначительным хотя бы для характеристики самого автора. К счастью, это документ широкого значения. Дмитрий Алексеевич имел обыкновение заносить в дневник не сведения о погоде, прогулках, убитых на охоте воронах или утках, отмечать все чаепития и т. и., а записывать хронику своей служебной деятельности, в том числе и встречи с императором, очередные и внеочередные доклады ему, рассказывать о происходившем на заседаниях Государственного совета, Комитета министров, Совета министров, что выводит эти записи далеко за рамки лишь военного ведомства. Вести дневник Милютин начал только в 1873 г., когда решалась судьба важнейшего звена военной реформы, ее заключительного этапа. Но этот момент совпал со временем усиления роли Милютина и большей интенсивности его общения с Александром II. Так читатель дневника оказался свидетелем не только «дел и дней» военного министра, но также «дел и дней» императора Александра II.

Фрагменты дневника Д. А. Милютина публикуются по изданию: Дневник Д. А. Милютина, 1873–1882. Т. 1–4. М., 1947–1950.

¹ Макет крепости Севастополь, в 1854–1855 гг. подвергшейся осаде в ходе Крымской войны. Э. И. Тотлебен во время Севастопольской обороны руководил инженерными работами по укреплению города, поэтому он (в 1873 г. генерал-инспектор по инженерной части) и давал пояснения прусским офицерам.

² Созданная Александром II под председательством фельдмаршала князя А. И. Барятинского комиссия (секретное совещание) для обсуждения ряда вопросов преобразования российской армии, находившаяся в оппозиции к Д. А. Милютину.

³ Александр II отправился – по приглашению австрийского императора Франца-Иосифа – в Вену на Венскую всемирную выставку. После этого поехал на курорт в Эмс.

⁴ Хивинская экспедиция – военная экспедиция российских войск 1873 г. с целью покорения Хивинского ханства. Экспедиции предшествовали многие пограничные инциденты. (Подробно см.: Лобысевич Ф. И. Описание Хивинского похода 1873 г. СПб., 1898.)

⁵ В 1872 г. Александр II создал Особое присутствие Государственного совета для предварительного рассмотрения законопроектов о воинской повинности и призыве государственного ополчения. Окончательно все законопроекты, обычно проходившие предварительное рассмотрение в отделениях (департаментах) Государственного совета, рассматривались и утверждались в его Общем собрании. После этого постановление («мнение») Общего собрания поступало на подпись к императору.

⁶ Гостиница Демута располагалась на набережной реки Мойки, на месте нынешнего д. 40.

⁷ В западных губерниях России существовала так называемая униатская церковь, представлявшая собою соединение церквей православной и католической, при главенстве последней. Униатская церковь создавалась на основе соглашения. С 1830-х гг. российское правительство проводило политику ликвидации униатской церкви и возвращения ее прихожан в лоно православной церкви. К 1875 г. оставалась только одна (последняя) греко-униатская епархия – Холмская. В марте 1875 г. в Петербург прибыла депутация с просьбой о восстановлении Холмской епархии как православной, что и отражено в дневнике Милютина.

⁸ Гасан-Кадиклар – местечко под Варной, где в период Русско-турецкой войны 1828–1829 гг. в сентябре 1828 г. лейб-егерский полк понес большие потери от турецкой кавалерии.

⁹ Речь идет об одном из эпизодов среднеазиатской политики России. В Кокандском ханстве в это время развивались антифеодальное и религиозно-националистическое движения, что обусловливало и частые пограничные стычки повстанцев с российскими войсками. В августе 1875 г. российские войска выступили против кокандских частей и вошли в Коканд.

¹⁰ Темляк – тесьма с кистью на эфесе ручного холодного оружия.

¹¹ После разгрома Турции Россией в 1877 г. турецкое правительство обратилось к главнокомандующему великому князю Николаю Николаевичу с просьбой о перемирии. В г. Адрианополе начались переговоры, закончившиеся 31 января 1878 г. подписанием перемирия. Условия перемирия предусматривали согласие Турции на образование независимых от нее балканских государств и передачу на обсуждение международного конгресса некоторых условий будущего мира.

¹² Вера Ивановна Засулич, член народнической группы, 24 января 1878 г. ранила петербургского градоначальника Ф. Ф. Трепова, унизившего политического заключенного Боголюбова (А. П. Емельянова) наказанием розгами. 31 марта 1878 г. Засулич была оправдана судом присяжных.

¹³ После окончания Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. мирный договор подписывался дважды: сначала в Сан-Стефано в марте 1878 г., а затем в Берлине в июле 1878 г. Причина такого возвращения к условиям завершения войны заключалась в недовольстве Англией и Австро-Венгрией усилением позиций России. Под их давлением в Берлине собрался конгресс, на котором председательствовал Бисмарк, где условия Сан-Стефанского договора были изменены в ущерб интересам России и государствам Балканского полуострова. (Подробнее см.: Анучин Д. Г. Берлинский конгресс // Русская старина. 1912. № 1–5.) Решения Берлинского конгресса вызвали недовольство в общественных кругах России, считавших, что она, как держава-победительница, могла продиктовать свои условия европейским державам.

¹⁴ Члены кружка И. М. Ковальского в Одессе (Н. А. Виташевский, В. С. Свитыч и др.) 30 января 1878 г. оказали вооруженное сопротивление жандармам, прибывшим арестовать их. В июле 1878 г. состоялся первый военный суд над участниками первого вооруженного сопротивления. Ковальский, ранивший кинжалом (его револьвер дал осечку) трех жандармов, был приговорен к смертной казни.

¹⁵ 4 августа 1878 г. ударом кинжала в грудь революционер С. М. Кравчинский убил шефа жандармов Н. В. Мезенцова. Кравчинскому удалось скрыться.

¹⁶ Речь идет об одном из эпизодов столкновения российских войск в Закаспийской области с отрядом ахалтекинцев.

В. П. Мещерский

Мои воспоминания

Автор публикуемой здесь главки воспоминаний – князь Владимир Петрович Мещерский (1839–1914) – ныне чаще всего упоминается как издатель консервативной газеты «Гражданин», где недолгое время редактором был Федор Михайлович Достоевский. Историки же, кроме того, интересуются князем Мещерским как человеком, периодически довольно близко стоявшим возле императоров Александра III и Николая II и идеологически обосновывавшим «национальную» политику этих монархов.

Владимир Петрович принадлежал к знатному роду, находился в родстве и свойстве с верхушкой российского общества и потому был весьма сведущ и в делах двора, и в делах политики. В 1860-х гг. он служил чиновником особых поручений в Министерстве внутренних дел, откуда был уволен в 1876 г. в связи с резкой критикой правительства. Впрочем, в свое время князь Мещерский был гораздо более известен своими романами из жизни большого света и политики, где читатели без труда узнавали прототипов героев, а также скандальными (по тем временам) склонностями, интриганством, беззастенчивостью в добывании средств. Словом, редко кто находил для его характеристики доброе слово. Но он умел импонировать старшим сыновьям Александра II, великим князьям Николаю Александровичу (умершему в 1865 г.) и Александру Александровичу (будущему Александру III) и входил в их ближайшее окружение. Больше того, когда Александр Александрович достиг двадцатилетия и неожиданно для себя стал наследником престола, ему спешно пришлось и пополнять образование, и вырабатывать государственное мировоззрение. Тут-то ближайшими советниками будущего императора и оказались его наставник К. П. Победоносцев и сверстник В. П. Мещерский. Они не разделяли взглядов либеральных политиков, составлявших обычно большинство в правительстве Александра II, и считали, что быстрые преобразования несут России большие утраты, разрушая ее патриархальный, поместный уклад, разоряя опору трона и самое достойное сословие страны – дворянство. Такие настроения находили отклик у наследника престола, двор которого постепенно становился центром оппозиции правительству, куда со своими проектами «спасения» армии, флота и России стекались те, кто критиковал деятельность Военного и Морского министерств.

Поэтому при чтении этого отрывка из воспоминаний Мещерского (а вообще-то опубликованы 3 тома его мемуаров, охватывающих всю вторую половину XIX века) следует помнить, что перед читателем предстают размышления политического противника курса реформ Александра II, да к тому же еще и публициста, основавшего в 1872 г. газету со специальной задачей критики многих сторон внутренней и внешней политики правительства.

В воспоминаниях князя Мещерского разбросаны отдельные зарисовки, касающиеся Александра II, но для настоящего издания выбран компактный фрагмент, подводящий итоги царствования. В этом неприятии реформ Александра II частью российского общества, включая и представителей правительственной верхушки, кроется некоторое объяснение того поворота, который произошел при смене царствования в курсе правительственной политики. Новому монарху издержки политики отца показались опаснее ее очевидных достижений.

Глава из мемуаров В. П. Мещерского публикуется по изданию: Мещерский В. П. Мои воспоминания. Ч. 2. СПб., 1898. С. 503–514.

«РОКОВОЕ ПЯТИЛЕТИЕ»

М. А. Газенкампф

Дневник 1877–1878 гг.

Михаил Александрович Газенкампф (1843–1913) после окончания Академии Генерального штаба читал лекции в этой же академии. В период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. в чине полковника был направлен в распоряжение главнокомандующего Дунайской армией великого князя Николая Николаевича. Здесь он занимался, главным образом, «бумажной» работой, ведя переписку, составляя донесения и т. и. Одновременно он вел и личный дневник, в который заносил преимущественно заметки о своих служебных занятиях, но также и характеристики встреченных им лиц, фиксировал различные происшествия и т. и. Александр II, после долгих, тревожных колебаний принявший решение о вступлении в войну с Турцией, провел на Дунае значительную часть кампании. Чтобы не стеснять своего брата главнокомандующего, он находился со своей свитой в некотором отдалении от его ставки, но время от времени Александр II и великий князь Николай Николаевич съезжались для обсуждения дел, и в таких случаях их сопровождала свита, в которую входил и Газенкампф.

Александр II рассчитывал на быстрый успех кампании и просчитался. Из войны Россия выходила с большим трудом, ибо каждый раз в турецкую проблему оказывались втянутыми главные европейские державы, готовые отстаивать свои интересы всеми способами, вплоть до военных действий. Все мемуаристы свидетельствуют, что война была для Александра II ударом: он похудел и постарел, его мучили и сомнения, и недомогания, он тяжело переживал и из-за больших людских потерь, и из-за всех естественных издержек войны. В эту драматическую пору жизни императора и довелось Газенкампфу его видеть.

Выдержки из дневника М. А. Газенкампфа публикуются по изданию: Газенкампф М. А. Мой дневник 1877–1878 гг. СПб., 1908.

¹ «Холм завтраков» – возвышенность под Плевной, получившая такое обиходное название потому, что там происходили трапезы, когда император и главнокомандующий съезжались на встречу. Другие названия этой местности – Царский валик или Царский курган.

² Имеется в виду очередной, третий штурм турецкой крепости Плевна русскими войсками. Штурм оказался неудачным.

³ Вид (ныне Вит) – река в Болгарии, протекающая около Плевны.

⁴ Имеются в виду дома, где находились тифозные больные.

⁵ Тимпанит – кишечное заболевание, для которого характерно вздутие живота (другое название – метеоризм).

А. А. Половцов

Из дневника (1877–1878 гг.)

Александр Александрович Половцов (1832–1909) – личность незаурядная: выпускник знаменитого Училища правоведения, готовившего своих питомцев для государственной деятельности, долго служивший в Сенате ив 1876 г. получивший звание сенатора, зять придворного банкира А. Л. Штиглица, приятель великого князя Владимира Александровича, государственный секретарь в царствование Александра III, многолетний руководитель Императорского Русского исторического общества, своими щедрыми даяниями обеспечивавший многие издания. Он был хорошо знаком и с чиновной, и с придворной верхушкой, с государственными учреждениями и делами. Человек, бесспорно, умный и способный, он считал свои дарования нереализованными и отчетливо видел недостатки окружавших его деятелей и просчеты политики. Многие десятилетия он вел дневник, опубликованный лишь частично, дневник замечательный тем, что наряду с довольно беглыми заметками о делах личных в нем отражены события общественные и политические, дается оценка известных лиц и событий. Здесь воспроизводятся некоторые из его дневниковых записей 1877–1878 гг.

Отрывки из дневника А. А. Половцова публикуются по изданию: Половцов А. А. Из дневника: (1877–1878 гг.) // Красный архив. 1929. Т. 2(33).

¹ Общество попечения о раненых и больных воинах занималось, в частности, сбором денежных средств.

² Имеется в виду Секретная комиссия на время отсутствия императора Александра II и наследника цесаревича из столицы, рассматривавшая неотложные текущие дела. Председательствовал на этих заседаниях великий князь Константин Николаевич, которого А. А. Половцов очень не любил, с чем и связана столь резкая характеристика председателя комиссии.

³ Яхт-клуб – закрытый аристократический клуб, где бывали лишь сливки общества и где поэтому прежде всего становились известными все государственные и светские новости.

⁴ Владимирская звезда – орден Святого равноапостольного князя Владимира, имевший четыре степени.

Д. А. Милютин

Дневник

Продолжение

¹ Запись Милютина засвидетельствовала очень трудный процесс согласования вопроса о границах новых государств, образовывавшихся на Балканах, и освобождения от турецких войск территории, отходящей к Черногории.

² 13 марта 1879 г. революционер Л. Ф. Мирский покушался (неудачно) на жизнь А. Р. Дрентельна, сменившего на посту шефа жандармов убитого С. М. Кравчинским Н. В. Мезенцова.

³ 2 апреля 1879 г. революционер А. К. Соловьев стрелял на Дворцовой площади в Александра II, но промахнулся. Соловьев был казнен по приговору суда 28 мая 1879 г.

⁴ Имеется в виду осада Севастополя в 1854–1855 гг., во время Крымской войны.

⁵ В сентябре–ноябре 1879 г. группой народовольцев (Л. Н. Гартманом, С. Л. Перовской и др.) с целью покушения на Александра II был организован подкоп под железнодорожным полотном дороги Петербург – Москва.

⁶ 18 января 1880 г. полиция пришла с проверкой в дом в Саперном переулке в Петербурге, где в квартире четвертого этажа находилась конспиративная типография организации «Народная воля», и арестовала группу народовольцев (С. А. Иванову, Н. К. Буха и др.) (см.: Иванова-Борейша С. А. Первая типография «Народной воли» // «Народная воля» и «Черный передел»: Воспоминания участников революционного движения в Петербурге в 1879–1882 гг. Л., 1989).

⁷ Взрыв в Зимнем дворце был подготовлен С. Н. Халтуриным.

⁸ Согласно греческой мифологии, нимфа Эгерия – пророчица, нимфа ручья в посвященной Карменте роще, из которого весталки черпали воду для храма Весты. Возлюбленная и наставница царя Нумы.

⁹ Лев Николаевич Гартман (1850–1913) – участник подготовки покушения на Александра II (подкоп на железной дороге). Бежал за границу. Царское правительство настаивало на выдаче его Францией, но передовая французская общественность воспрепятствовала этому.

¹⁰ Му шар – полицейский шпион (франц.).

¹¹ Процесс над И участниками организации «Земля и воля» проходил в Петербургском военно-окружном суде 6–14 мая 1880 г.

¹² Речь идет об аресте 27 февраля 1881 г. А. И. Желябова и М. Н. Тригони.

¹³ Это был Игнатий Иоахимович Гриневицкий, умерший от ран 1 марта 1881 г.

А. В. Богданович

Дневник

Александра Викторовна Богданович – жена генерала Евгения Васильевича Богдановича, литератора, церковного деятеля, хозяйка известного петербургского великосветского салона, находившегося в самом центре сановного Петербурга, на Исаакиевской площади. Ее салон посещали министры, директора департаментов, сенаторы, губернаторы, литераторы и т. д. и т. и. Это был своеобразный клуб, где можно было передохнуть в перерыве между заседаниями и встречами, узнать все свежие новости, включая и те, о которых нельзя было прочитать в газетах, узнать о ходящих в обществе слухах, сопоставить их и умело сделать на их основании важный политический прогноз. Прославилась Александра Викторовна, разумеется, своим дневником, который вела много лет. В ее салоне обсуждали многое, но главным образом то, что касалось императорской фамилии, высшей бюрократии, аристократии, политики. Именно поэтому дневник А. В. Богданович – неоценимый источник для создания представлений о той атмосфере, которой дышал и в которой жил Петербург, верхушечная его часть, в последние годы правления Александра II, и о том, каким виделось этой сановной публике поведение быстро стареющего императора и характер его политики.

Отдельные записи из дневника А. В. Богданович публикуются по изданию: Три последних самодержца: Дневник А. В. Богданович. М.; Л.,1924.

¹ Революционер-народник А. К. Соловьев 2 апреля 1879 г. стрелял на Дворцовой площади в Александра II. Соловьев был членом группы В. Н. Фигнер, придерживавшейся позиций «Земли и воли». Ранее вел революционную пропаганду, участвовал в «хождении в народ». Руководство «Земли и воли» знало о намерении Соловьева, но не дало своего согласия на то, чтобы он действовал от имени организации. Был арестован, судим и 28 мая казнен.

² То есть польская фамилия. Считалось, что поляки наиболее непримиримо относятся к императору, отвергающему их право на независимость.

³ Запись ошибочно датирована 31 января (очевидно, при издании рукописи), ибо она передает события 5 февраля. Взрыв был подготовлен и осуществлен С. Н. Халтуриным, нанявшимся столяром в Зимний дворец для осуществления террористического плана революционной организации «Народная воля», членом которой он был.

⁴ Имеется в виду княгиня Е. М. Юрьевская, морганатическая жена Александра II.

Е. А. Перетц

Дневник государственного секретаря

Автор воспроизводимых здесь дневниковых записей Егор Абрамович Перетц (1833–1899) занимал в 1878–1883 гг. должность государственного секретаря – так именовался тогда секретарь высшего законосовещательного учреждения России, Государственного совета. Его патроном – председателем Государственного совета – был великий князь Константин Николаевич. В состав этого учреждения включались обычно самые опытные высокопоставленные чиновники, в частности министры, настоящие и бывшие. Хотя в самодержавной России существовали и иные пути принятия законов, минуя Государственный совет, все же самые крупные законодательные предположения проходили именно через него. Поэтому понятна ценность сведений, сообщаемых этим в высшей степени осведомленным человеком.

Е. А. Перетц был юристом по образованию, выпускником Петербургского университета. Долгое время он служил во II Отделении Собственной его величества канцелярии – ведомстве, занимавшемся кодификацией (то есть сведением законов в кодексы – своды и сборники), а также правовым обеспечением законодательного процесса. На посту государственного секретаря он вполне успешно сотрудничал со своим патроном, разделяя его либеральные взгляды. Но это предопределило и его отставку: Александр III, неприязненно относившийся к своему дяде, сразу же по воцарении сместил его с поста председателя Государственного совета, а вслед за ним был уволен и Перетц. В начале 1883 г. его сменил А. А. Половцов.

В 1920-х гг. в советской России публиковалось много документов, дневников и мемуаров по дореволюционной ее истории. Тогда-то и увидела свет часть дневника Перетца, относящаяся к периоду острейшего внутреннего кризиса империи. В его записях отразились и политическая жизнь страны, и драматическая семейная жизнь Александра II.

Выдержки из дневника Е. А. Перетца публикуются по изданию: Дневник Е. А. Перетца, государственного секретаря (1880–1883). М.; Л., 1927.

¹ Александр II обвенчался с княжной Е. М. Долгоруковой 6 июля 1880 г. в Царском Селе.

² Верховная распорядительная комиссия была учреждена в феврале 1880 г., после взрыва в Зимнем дворце, как временная и чрезвычайная, на время преодоления внутреннего кризиса. Упразднение комиссии в сентябре 1880 г. должно было продемонстрировать, что правительство овладело ситуацией и может действовать в обычном режиме. Однако ее председатель М. Т. Лорис-Меликов был поставлен во главе Министерства внутренних дел, учреждения, которое в обычных условиях отвечало (наряду с III Отделением) за внутреннюю безопасность.

³ Поповка – военное судно особой конструкции, в просторечии так называвшееся по имени его [создателя] – адмирала А. А. Попова. Эта конструкция считалась многими (в том числе и наследником престола) неудачной, но генерал-адмирал великий князь Константин Николаевич поддерживал Попова и его суда.

⁴ «Ливадия» – императорская яхта, «поповка», во время плавания явно обнаружила недостатки конструкции.

⁵ В обществе ходили слухи о том, что Александр II из-за неудач с «поповками», на которые в это время делал ставку великий князь Константин Николаевич, отстранит брата от государственных дел.

⁶ Георгиевский праздник – торжественно отмечавшийся праздник кавалеров ордена Святого великомученика и победоносца Георгия, которым награждались офицеры и генералы за храбрость в бою.

⁷ Речь идет о кадровых перестановках во 2-м департаменте (отделе) Сената, занимавшемся рассмотрением и решением апелляционных дел.

⁸ «Предположения» Лорис-Меликова вошли в историю под названием «конституции Лорис-Меликова», хотя в них речь шла только о привлечении выборных к обсуждению некоторых вопросов.

Г. К. Градовский

Роковое пятилетие

Выдержки из воспоминаний Г. К. Градовского публикуются по изданию: Градовский Г К. Итоги: (1862–1907). Киев, 1908. С. 68–79.

¹ Акростих – стихотворение, в котором начальные буквы строк составляют слово или фразу.

² Крымский разгром – поражение России в Крымской войне 1853–1856 гг.

³ Речь идет о сенатских ревизиях – форме надзора за деятельностью органов государственной власти. В ходе сенатских ревизий 1880–1883 гг. был собран материал для разработки реформы местного управления.

⁴ Имеется в виду Уложенная комиссия 1767–1768 гг., в которую вошли выбранные представители почти всех сословий.

⁵ 26 февраля 1845 г. родился наследник престола, великий князь Александр Александрович (будущий Александр III).

⁶ Речь идет о покушении на Александра II 5 февраля 1880 г., подготовленном членом революционной организации «Народная воля» Степаном Халтуриным.

А. И. Дворжицкий

Первое марта 1881 года

Адриан Иванович Дворжицкий (1830–1887) не собирался заниматься мемуаристикой, но его подвигли взяться за перо обстоятельства чрезвычайные: в 1881 г. он служил петербургским обер-полицмейстером и в этом качестве 1 марта сопровождал Александра II в его последней поездке по Петербургу, когда император из Манежа отправился сначала в Михайловский дворец, а затем по Екатерининскому каналу к Зимнему дворцу. На этом пути его и ждали бомбы народовольцев. Адриан Иванович оказался не просто свидетелем покушения, но и жертвой его, ибо получил во время взрыва второй бомбы множественные ранения. Небольшой мемуарный очерк о событиях 1 марта 1881 г. имеет уникальную ценность свидетельского показания человека, чей рассказ не может быть восполнен никаким другим.

Воспоминания А. И. Дворжицкого публикуются по изданию: Дворжицкий К. А., Дворжицкий А. И. Первое марта 1881 года // Исторический вестник. 1913. № 1.

Ф. Ф. Маркус

Последние минуты императора Александра II

Ф. Ф. Маркус случайно оказался ближайшим свидетелем последних минут жизни и момента смерти императора Александра II: он был дежурным медиком в Зимнем дворце днем 1 марта 1881 года, и именно ему пришлось оказывать смертельно раненному царю первую медицинскую помощь. Свидетельства очевидцев этих трагических событий потом старательно собирались и официальной историографией, и редакциями исторических журналов. Это и заставило человека, далекого от литературных занятий, добросовестно и безыскусно описать все, что случилось в то роковое дежурство.

Записки Ф. Ф. Маркуса публикуются по изданию: Маркус Ф. Ф. Последние минуты императора Александра II: Рассказ очевидца // Исторический вестник. 1900. № 4.

¹ См. примеч. 4 на с. 575.

Б. Н. Чичерин

Воспоминания

Борис Николаевич Чичерин (1828–1904) прожил жизнь долгую и своими глазами видел царствования четырех российских самодержцев, в полной мере осознав и губительность самовластья Николая I, и профессиональную беспомощность и упрямство его правнука Николая II. Чичерин – пример человека, состоявшегося как личность, хотя, бесспорно, в иных обстоятельствах он сделал бы больше. Закончив юридический факультет Московского университета в 1849 г. (время начала так называемого «мрачного десятилетия»), он состоялся как ученый, историк права, чьи работы и сейчас изучаются исследователями особого направления историко-правовой «государственной школы». Он сложился и как крупный общественный деятель в сфере городских и земских учреждений. Он оставил по себе и добрую славу добросовестного и точного мемуариста, подарившего потомкам несколько томов воспоминаний о научной, общественной и государственной жизни России XIX века. Но он был еще и публицистом, гражданином, особенно часто бравшимся за перо в кризисные моменты, чтобы донести до соотечественников слова убеждения и рациональной программы выхода из тупика. Поэтому трудно отдать предпочтение какому-либо виду его деятельности или какому-либо периоду жизни как наиболее значимым. И все же при упоминании его имени прежде всего приходит на память вторая половина 1850-х и 1860-е годы, когда Борис Николаевич в первом ряду с немногими тогда российскими интеллигентами, исповедовавшими либеральную идеологию, не только строго аналитично начал доказывать всю пагубность государственной замкнутости России, сохранения дремучего уже в те времена крепостного права, гражданской приниженности общества, но и разворачивал программу преобразований, обосновывая каждое из них. Если бы потребовалось выделить небольшую группу людей, более всего сделавших для осуществления «великих реформ», то, несомненно, в эту группу попал бы и Борис Николаевич. Он был среди тех, за кем закрепилось название «шестидесятники», всем своим интеллектом подкреплявших прогрессивные преобразования. Поэтому он радовался проведению реформ и раздражался, когда они замирали, восхищался императором, взявшимся за трудное дело перестройки России, и критиковал его слабости, уступки консервативному окружению. Но он всегда очень внимательно следил и за государем, и за его политикой и был человеком осведомленным и компетентным. Вслед за ним и его единомышленниками распрямлялась и включалась в общественную жизнь интеллигентная Россия.

Именно этими обстоятельствами определяется выбор фрагмента из его обширных мемуаров, где характеризуется последний год царствования Александра II и дается резюме всему времени его правления, воедино связывая личность самодержца и его политику.

Фрагмент мемуаров Б. Н. Чичерина публикуется по изданию: Воспоминания Бориса Николаевича Чичерина: Земство и Московская дума. М., 1934.

¹ Имеется в виду 1880 год как переломный в политике правительства.

² М. Т. Лорис-Меликов, боевой генерал, был назначен в феврале 1880 г. главой чрезвычайного учреждения – Верховной распорядительной комиссии, созданной в первую очередь для подавления пропагандистской и террористической деятельности революционеров-народников. Одновременно предполагалось сделать уступки умеренной, либеральной части общества, без опоры на которую невозможно было разгромить радикальное движение.

³ Имеется в виду новый министр народного просвещения А. А. Сабуров, который сменил Д. А. Толстого, снискавшего всеобщую неприязнь своей охранительной линией в политике, не обеспечившей к тому же неучастия студентов в общественном движении. А. А. Сабуров был призван для того, чтобы успокоить студенчество, и планировал сделать это, расширив его права и университетскую автономию.

⁴ Административная ссылка – никаким законом не регламентируемое наказание политически неблагонадежных (или считавшихся таковыми) лиц путем высылки их в отдаленные губернии. Именно потому, что наказание это производилось без суда и не регламентировалось законом, возникала возможность злоупотребления со стороны власти. Административная ссылка широко применялась в 1860-х и 1870-х гг. и вызывала резкое недовольство студенчества и либеральной части общества. М. Т. Лорис-Меликов, озабоченный проблемами «успокоения», сразу же распорядился о рассмотрении дел административно высланных.

⁵ Епитроп – заведующий имуществом церкви или монастыря.

А. Ф. Тютчева

Дневник

Продолжение

¹ Муж А. Ф. Тютчевой – Иван Сергеевич Аксаков – известный публицист и издатель газет «День», «Москва», «Москвич» и «Русь».

² Славянский комитет – общественная организация, созданная в поддержку славянских народов. Подробнее см.: Никитин С. А. Славянские комитеты в России в 1858–1876 гг. М., 1960.