Через двадцать минут мы на самом деле нашли уютного вида пиццерию с целой кучей аркадных автоматов. И за одним из них, Фроггером, как же иначе, зависал толстый чернобородый мужик лет тридцати с очень простецким лицом. Массивные очки, выцветшая футболка, бейсболка «US Festival». Как забавно совпало — тот самый фестиваль, на который по рекламному контракту предложено съездить Линде.

— Привет, ты Рокки? — окликнул я мужчину и лягушка отправилась под асфальтовый каток.

— О нет! Я почти поставил рекорд! — разочарованно протянул он. — Хотя без разницы, действующий всё равно мой и никому его не одолеть, разве что какому-нибудь Стиву. Хе-хе-хе. Привет-привет, я Рокки Раккун Кларк! Отличная, просто потрясающая трость, чувак! Ну, то есть я не завидую тому, что ты хромаешь. У меня тоже одно время… да неважно.

Мы назвались и продолжение не могло не последовать.

— Разрешите попробовать побить ваш рекорд, мистер Кларк? — предложила великая LK.

И побила. За каких-то пятнадцать минут сделав максимальный счет этого автомата и специально после того проиграв. Правильное решение. Зная Линду — она в силах на полдня у любимой аркады задержаться. За игрой девушки я, к счастью, следил из-за столика. Прерогатива хромого.

Рокки при том не переставал болтать ни на мгновение. Он оказался компанейским, как Рамон, но при том технически подкованным, отлично разбирающимся и в железе, и в программировании. Очень хорошо с ним об алгоритмах сжатия поговорили.

— А я всё гадал, откуда я вас знаю! Ты чемпионка Лос-Анджелеса по Фроггеру! Это потрясающе! Мы с женой болели именно за тебя, когда смотрели.

А не пригласить ли мне его в Каналья Геймс? Мужик явно горит играми не меньше моего.

— Потрясающе, сама Эль-Кей! Тут совсем рядом есть крутейший невероятный зал аркадных автоматов! Линда, ты станешь в нём настоящей королевой и все будут бросать жетоны к твоим ногам. Гарантирую. Поехали туда!

— Рокки, нам бы сначала куда-нибудь поселиться, мы ведь только приехали, — пригасил я слегка его энтузиазм. Если бы бородач минуту назад не упомянул жену — и вовсе бы напрягся из-за ревности, слишком уж много восторгов.

— Ах, да. Точно. Материальный мир, — вздохнул Рокки и почесал затылок. — Сумки, вещи, сон. Как же это всё замедляет работу! Ваш выбор — отель Дюрант, однозначно. Раз вы работаете с Кеном, то последние пенни не считаете и сможете позволить себе номер за пятьдесят баксов в сутки. Место в двух шагах от кампуса.

Жаба, недавно переведенная Линдой через дорогу, принялась яростно меня душить. Неделя жизни в гостинице обойдется мне дороже месячной аренды трейлера. Но, наверное, это лучше, чем заморачиваться с арендой квартиры, которая наверняка потребует оплату за месяц и неясно, пригодится ли еще. Вдруг я не поступлю. Обещания того, что профессор Кроуфорд сделает вступительные пустой формальностью, звучат чересчур оптимистично, а его взявшая трубку помощница даже нервирует.

На некоторое время мы были вынуждены немного задержаться в пиццерии по самой прозаической причине — принесли пиццу. Огромную, с острыми колбасками пепперони и большим количеством сыра. Сразу стало ясно, почему Кларк такой пухлый — любит покушать. Весь в меня! Ну, то есть в меня из прошлой жизни. В новой я буду смуглым красавцем и даже бегать по утрам начну, как только нога заживет. Дюке понравятся пробежки.

— Рокки, а как вы познакомились с мистером Уильямсом? — спросила Линда уже по пути к парковке, когда оставили гостеприимное заведение.

— Всё благодаря их с Робертой великолепным, потрясающим играм! Я, как вы догадались, очень увлекающийся геймер. Меня так очаровал «Таинственный дом», что я написал Кену письмо с благодарностью за игру, вот и начали переписываться. А потом и лично на выставке пересеклись. Он отличный парень, этот Кен Уильямс, не так ли? О, вот и моя колымага! Правда, красотка?

Меня ждал небольшой шок, когда забавный бородатый гик Рокки направился к японскому спорткару Датсун нежно-голубого цвета со стоимостью, наверняка улетающей в небеса или даже выше. Купе с обтекаемыми формами — прямо автомобиль Джеймса Бонда. Нифига себе «бедный студент» и «простой парень». Хотя чему удивляться — батька Кен тоже очень компанейский в общении, легко располагает к себе и носит фланелевые рубашки, а не пиджаки от именитых кутюрье. Сдается мне, и мистер Кларк не так прост.

— Тойота Королла? Отличная машина, — похвалил в свою очередь Рокки наш транспорт. Есть ли вообще хоть что-то, в этом мире, что не вызывает в нем восторга? Ах да, Стивы. Полностью солидарен по данному пункту.

Не знаю, сколько там лошадиных сил под капотом у японского купе Рокки, но даже мне, не фанату спортивных машин, захотелось прокатиться. За рулём, естественно, а не в роли пассажира. Еще одна тачка в мой виртуальный гараж, рядом с Делореаном, Понтиаком Фаербёрд и Феррари детектива Магнума.

Доехали вслед за гидом до гостиницы — ничем не примечательного прямоугольного кирпичного здания без архитектурных излишеств. Почти хрущевка — как раз пять этажей. Внутри, правда, всё очень даже цивильно. Напомнило мне турецкий отель в четыре звезды, в котором я отдыхал в начале двухтысячных.

Рокки, святой человек, не позволил нам самим вещи нести. Схватился за наш с Линдой багаж, повесил всё на себя — две объемных спортивных сумки и мой рюкзак, после чего, весь обливаясь потом, потащил на ресепшн гостиницы. Плохо быть хромым, из-за трости я безбожно остатал и нагнал нового товарища, только когда он уже распоряжался.

— … на втором этаже для моих друзей, пожалуйста, — говорил он «ресепшионисту», — с видом на кампус, не на улицу. Ребят, скорей сюда, вам только документы оформить! Я уже договорился о лучшем стандартном номере.

Как постояльца вписали Линду, она же настоящая совершеннолетняя, в то время как на судебную бумажку об эмансипации портье с подозрительным именем Стефан глядел, как на новые ворота.

Будь у меня всё в порядке с ногой, поднялся бы на второй этаж пешком, а так пришлось воспользоваться подъемником. Зашли все вместе. Сначала мы с Линдой, последним Рокки. Лифт дернулся, спортивная сумка сползла с плеча Кларка и почти угодила мне в лицо. Я едва-едва успел отшатнуться и удержался на ногах только благодаря тому, что вцепился левой рукой в лифтовой поручень. Еще немного, буквально пару сантиметров — и я заработал бы фингал.

Почему мистер Кларк попросил именно второй этаж, вскоре стало ясно — лифт пополз потрясающе неторопливо. Может быть, кто-то из разработчиков первого Масс Эффекта замаскировал долгие загрузки на Цитадели под поездки в лифте именно потому, что останавливался в Дюранте?

Номер — обычный. Одна комната с большой кроватью и санузел с устаревшей, архаичной сантехникой. Всё вполне чистое и брезгливости не вызывает, но где-то мебель побита, в другом месте на зеркале трещина. Не лакшери и делюкс, но вполне себе неплохая гостиница. По крайней мере, нет ощущения того, что пятьдесят баксов в сутки потрачены впустую.

— Потрясная комната для двоих, мы с женой, когда тут останавливались, жили в такой же! — в своей привычной манере прокомментировал Рокки, устало сгружая наши вещи на кровать.

Я рухнул в кресло напротив имеющегося в номере ТВ. Никуда дальше идти не хотелось, натруженная нога некстати разболелась. Но перед бородатым гиком неудобно. Оторвали его от дел, получается, чтобы он сидел в нашем номере, пока я отдохну?

— Устал, — признался я. — Рокки, ты не против небольшой передышки? У меня при себе Коммодор Вик-20 и я показал бы тебе пару игр Каналья Геймс.

— Каналья — это же «мерзавец» на испанском? — разразился бородач громогласным хохотом. — Потрясающе! Просто невероятно! Вы, ребята, буквально назвали студию «Негодяи»?

— Вроде того, — ответил я из кресла. — Звучит дерзко, не так ли?

— Дерзко? Это гениально! — Рокки хлопнул ладонью по столу. — Знаете, один мой знакомый постоянно твердит о том, что компания должна выглядеть респектабельно, как IBM, но круче. А вы приходите и говорите: «Привет, мы шайка мерзавцев и мы пришли украсть ваше время с помощью гениальных игр!» Это же чистая контркультура!

Линда распаковала мой комп и кассетник, загрузила Флэппи Бёрд, чему на посту администратора Аркадии прекрасно научилась, и рассказала про геймплей.

Следующие двадцать минут состояли из сплошных «гениально», «потрясающе» и «великолепно». Пухляш смог дойти до седьмой трубы, что вызывает уважение.

— Дружище, это самое, а могу я посмотреть код? Дико интересно, как ты смог сделать нереально плавный скроллинг и случайную генерацию уровня. Твоя игра невероятна!

Рокки святой! Он, должно быть, единственный, кто сразу увидел во Флэппи Бёрд не только залипательный геймплей, но и потенциально красивый код, что особенно мне приятно. Если игровой процесс я все-таки сплагиатил, то писал сам, из головы, разбираясь в чужих исходниках и заглядывая в мануалы. Громадную работу проделал, причем в кратчайшие сроки. То самое, чем стоит похвалиться.

Быть может, и не следовало бы показывать исходники направо и налево, но не в ситуации, когда кассета с уточкой свободно гуляет по калифорнийским BBS.

— Смотри, всё равно игру уже похитили из аркадного автомата.

Поймав недоумевающий взгляд, я коротко рассказал ситуацию с ограблением прачечной.

— Ты собрал свои автоматы⁈ Да это почти гаражное производство. Ты великолепен, чувак. У тебя голова работает не хуже, чем у некоторых богатых парней из больших корпораций.

— ВАУ! — восхитился Кларк, перезагрузив комп и заглянув в исходники. — Просто «вау»! Не код, а настоящее искусство, читается, как поэма. Вот тут… а нет, ты сделал оптимально. Выжал из процессора все соки. Дружище, дай обнять тебя и пожать твою руку. Нет-нет, не вставай, береги ногу, я, так сказать, фигурально выражаюсь. Если бы я руководил игровым издательством, как Кен Уильямс, ты бы уже получил отличный контракт. Но ты говорил про пару игр?

— Милая, достань, пожалуйста, кассету с 2048.

Головоломка, как мне поведали, разошлась по всей Сьерре и в нее до сих пор играют. Кен уже собрался тиражировать дискеты и кассеты с ней. То есть тоже ничего сверхсекретного, при том, что порт на Вик-20 мне вполне себе удался.

— Складывать степени двойки… Два, четыре, восемь, шестнадцать, тридцать два. Это же база, алфавит любого программиста! Буквально язык, на котором думает процессор. И ты сделал из этого игру?

Рокки эмоционально всплеснул руками. Он буквально на второй попытке пришел к лучшей тактике — собирать максимальные числа в углу.

— Гениально в абсурдной простоте. Нет графики, скроллинга, спрайтов. Вся логика массива помещается в пару килобайт памяти! Эта штука пойдет на любом калькуляторе. Но как чудесен геймплей! Ты продаешь людям их же собственную жажду порядка и перфекционизм. О да, это, быть может, лучшая головоломка из встреченных мной.

— Самую лучшую ты еще не видел, — не удержался я от спойлера, — но ее показать пока не могу.

Сколько бы бумаг об авторских правах Лео ни оформил и каким бы приятным дядькой Рокки себя ни показал, паранойю лучше не ослаблять. Хорошие проекты показать допустимо, гениальные подождут дня, когда начнут приносить доход.

Когда Кларк заглянул в код, я получил еще одну порцию дифирамбов. Совершенно заслуженных, как считаю. Я и в самом деле благословлен Омниссией на то, чтобы писать элегантно и не забывая об оптимизации.

Нога немного отдохнула и я при помощи трости сделал пару шагов до тумбочки с телефонным аппаратом.

— Сделаю звонок по поводу поступления в университет, — предупредил я.

— Понял, дружище! Твоя уточка такая потрясающая, что ее трудно не хвалить, но я постараюсь вести себя потише, чтобы не мешать. Универ — это серьезно!

Сверившись с блокнотом, набрал номер. Трубку снова взяла Селеста, повторив вчерашнее приветствие.

— Алло, это Кристобаль Колон, он же Крис Коламбус, мы говорили с вами вчера по поводу встречи с профессором Кроуфордом.

— Да, приезжайте скорее, он ждет вас в нетерпении, — протараторила девушка, — уже трижды спрашивал, не звонил ли современный Эдгар Аллан По. Пойду обрадую его.

— Ну вот, придется прерваться. Стой-стой-стой, приятель. Ты же программист, у тебя инженерный ум. Для чего тебе встречаться с профессором литературы? Я ведь верно услышал, Кроуфорд? И да, Крис Коламбус звучит великолепно, как будто ты первооткрыватель.

— Крис поступает по поэтической квоте за публикацию в литературном вестнике Беркли, — похвалилась мной Линда. О женщины, для них козырнуть своим кавалером бывает даже важнее, чем собственными успехами. И моя скромница, как выяснилось, не исключение.

— Погоди-погоди! Ты программист, работающий с компанией Кена, обсуждавший со мной алгоритмы, и написавший крутейшую игру, от которой невозможно оторваться, но с гуманитарной квотой на поступление? Ты хакнул приемную комиссию стихами⁈ Это потрясающе, Крис! Великолепно! Моя метафора с кодом, как поэзией, попала в точку!

Восторги Рокки по любому поводу смотрелись слегка карикатурно, но бородач вкладывал в них столько искренности, что заподозрить его в насмешках не получалось.

— Крис, прочитай ему «Ночь»! Это моё любимое!

Зачитал. Песня на самом деле на диво удалась Аурелио Вольтеру. Мне придется серьезно отблагодарить музыканта при личном знакомстве.

— Потрясно! Великолепно! Гениально! Ночь на самом деле постоянно зовёт любого инженера. Ты уловил самую суть, дружище! Ой! Только сообразил! Я же слышал песню по радио. «Бесконечность тьмы», да? Я их обожаю и даже приг… а, неважно. Совершенно шикарные стихи! И «Тысяча глаз» не хуже, как будто про партию в ДнД. Играете, к слову? Я настоящий фанат. Поехали, провожу вас до Спраул Холл, цитадели бюрократии Беркли, — позвал Рокки.

Не нашел ни одной причины отказываться. Да мы меньше суток знакомы, а я уже пухляша как старинного приятеля воспринимаю, как будто знаю его всю свою жизнь. Что особенно в нём подкупает — Кларк ни тени высокомерия не выказывает.

Даже Кен, в целом комфортный в общении мужик, постоянно проявляет этакое снисхождение. Дескать, он настоящий взрослый, а я дитё несмышленое, хоть и умное. Это у него такой «синдром пионервожатого». Привык руководить детским лагерем из подростков-программистов.

Переоделся в чистое-приличное и поехали в кампус на машине Рокки, он сам предложил. Не очень удобно выступать в качестве гида, когда подопечные находятся в другом автомобиле. Худенькая Линда скользнула на заднее сиденье, я расположился на переднем. Очень положительные впечатления от поездки в спорткаре остались.

— Рокки, позаботишься о Линде, пока я буду решать вопросы с поступлением?

Сразу несколько резонов у меня не пускать девушку в приемную профессора Кроуфорда. Но главный из них, пожалуй, в том, что, придя в сопровождении совершеннолетних, я стану смотреться не очень солидно. И хорошо, что моя возлюбленная не стала возражать и говорить, что обязана находиться рядом на случай появления новой гремучей змеи или чего-то еще.

— Завалимся в зал аркадных автоматов на выезде из кампуса, мы проезжали мимо. Запиши телефон, позвонишь с таксофона, как освободишься — предложил Рокки. — У них уже появился Роботрон 2084. Не играли еще в него? Потрясающе крутая игра. Два джойстика — один для стрельбы, второй для перемещения. Я хочу купить ее себе домой, но японцы не продают!

Как же быстро он упускает нить разговора. Полет разума скачет с одной темы на другую. Но даже в этом потоке сознания я уловил дельную мысль — геймпад с двумя стиками! Обычные контроллеры, как у Денди, наверняка запатентованы Нинтендо, но не куда более продвинутые, что появятся во времена Сони Плейстейшен. У меня есть возможность оформить патент и на них. И не для троллинга, а чтобы сделать игры лучше и доступнее. И виброотдачу заодно туда вписать, как и курки с плавным ходом. И лицензировать всем, кроме корпораций зла, но это уже мысли по второму кругу пошли. Не буду терять время.