Лия

Каждая клеточка моего тела трепещет, пока я смотрю за удаляющимся Дарио. Его присутствие всё ещё душит так, будто он продолжает сжимать моё горло.

Остаётся считать дни, а может и часы, прежде чем он убьёт меня с таким же хладнокровием, как сделал это с Мерком.

— Эх… Нельзя тебя с ними наедине оставлять, — Розалинда обматывает тряпкой мои окровавленные ладони, пытаясь остановить кровь. — Слишком уж ты красивая. Они никогда таких не видели, вот и голову потеряли. Даже против господина пошли.

Я молчу.

Перевожу взгляд на лужу крови.

— Прости, — тихо говорю Розалинде. — И спасибо, что замолвила за меня слово.

Я понимаю: Дарио вряд ли послушает экономку, но всё же она не испугалась… А ведь этот монстр с налитыми кровью глазами мог убить её. Запросто.

Он больной. Бешеный. Ненормальный.

Розалинда не волновалась за Мерка. Она переживала за меня. Возможно, в этом мире есть женская солидарность. Не знаю… За десять дней рабства, кажется, я видела всё.

Розалинда слабо улыбается в ответ на мою благодарность и качает головой.

— Тебе не нужно так на него смотреть и бросать вызов. Он не любит этого. Господин… диковат.

— Он часто убивает? — срывается вопрос.

Розалинда тяжело вздыхает.

— Зависит от настроения.

Просто замечательно. Похоже, что с моим появлением настроение у Дарио будет всё хуже и хуже, пока он не пустит кровь мне.

— Не переживай. Я дам тебе другие задания. Вижу, как ты стараешься, и верю, что у тебя всё получится. Пока замок пуст, у нас будет время, — объясняет она, а потом помогает встать.

Розалинда отводит меня в комнату. Скрывается из виду и возвращается с маленьким чемоданчиком и кульком с каким-то бутербродом. Она помогает обработать раны, смазывая их специальной мазью. А я рассматриваю свои цепи-браслеты. Спросить у Розалинды, как их снять — она сразу же догадается, что я собираюсь сбежать. Пока не буду. Подожду. Разузнаю. Ведь зока замок пуст…

— На завтра раны затянутся. Но повязку пока не снимай, — советует она, завязывая узел на тыльной стороне ладони.

— Когда они вернутся? — интересуюсь невзначай.

Розалинда вздыхает и поджимает губы.

— Я не могу точно сказать. Может, завтра. Может, через неделю. Но времени даром лучше не терять. Нужно доказать господину, что ты ему полезна, и тогда всё будет хорошо. Он своих в обиду не даст.

Конечно…

Не даст…

Особенно меня.

— А как же Мерк? Разве он был не из своих?

— О, Мерк — наёмник. У него с господином был контракт, и он знал правила. Нарушение карается смертью. Это чудо, что ты осталась жива. Я даже не знаю, что бы сделала на твоём месте!

Розалинда смолкает, словно осознав, что слишком со мной разговорилась. Она озабоченно поджимает губы, грозит мне пальцем, забывая проговорить голосом, чем я заслужила этот жест.

А затем она покидает комнату. Я остаюсь одна. В тишине и с грузом на сердце. А ещё — с мыслью о том, кого Дарио считает «своим».

Заставляю себя съесть бутерброд из кулёчка, пока вспоминаю лицо Дарио, его зловещую ухмылку. Это мотивирует меня вместо сна пойти на разведку.

Нужно изучить замок. Узнать больше. Может, я смогу найти способ избавиться от этих цепей.

Розалинда предупреждала, что я не могу сбежать, но ничего не говорила о том, могу ли я исследовать это место.

Скрипнув дверью, я выхожу из комнаты. Браслеты мерцают в темноте, их света достаточно, чтобы ориентироваться в пространстве.

Кухня, столовая, зал, прачечная — их я уже успела изучить днём. Сейчас меня больше всего привлекает северная башня замка. Возможно, именно здесь находятся покои Дарио. Почему-то тянет именно туда. Лучше сразу знать, где он обитает, чтобы случайно не набрести…

В северной башне прохладно и сыро, но чисто. В каменных коридорах стоит гнетущая тишина, словно хозяин замка продолжает давить своим вниманием. Поднимаюсь по тёмной лестнице. Страшно… Но меня успокаивает то, что Дарио в замке нет, правда, всё равно кажется, что меня преследует странный звук. Он похож на тихий шелест листьев…

Замираю и оглядываюсь. Никого.

Первая дверь, на которую я натыкаюсь, оказывается запертой.

Я поднимаюсь на самый верх башни. Ещё одна дверь — но и она заперта.

Выдыхаю. Пробую заглянуть в замочную скважину, но бесполезно. Я не вижу ничего. Однако внезапно шелест позади меня нарастает. Он переходит в рокотание. Я выпрямляюсь, ведя ладонью по шершавой поверхности деревянной двери, чтобы не упасть.

Я не одна. За мной находится нечто…

Нервно сглатываю, а потом медленно поворачиваюсь.

Крик застревает в горле, потому что со стены на меня смотрит гигантская многоножка. Меня передёргивает. Она издаёт шипение, и я просто падаю, испуганно отползаю и забиваюсь в угол.

Я не знаю, чем питаются многоножки, но у этой вид, будто её кормят мясом.

Крепко сжимаю зубы и морщусь от отвращения, когда усики многоножки касаются моего плеча.

Что это за создание?

Домашнее животное Дарио?!

Пищу от ужаса, но, похоже, гигантская многоножка теряет ко мне интерес. Она оседает на двери, сворачиваясь на ней клубком. Я слышу щелчок, скрип, и вскоре тварь заползает в образовавшуюся щель.

Я дрожу.

Какая мерзость.

Многоножка оставила дверь приоткрытой, словно приглашая меня внутрь.

Поднимаюсь с пола.

Убийственное любопытство пересиливает. Я обещаю себе, что просто загляну внутрь, а потом сбегу как можно скорее.

Толкаю дверь ногой и захожу внутрь.

На стенах вспыхивают канделябры.

Дыхание сбивается, а сердце отказывается слушаться — скачет, как бешеное.

Быстро осматриваюсь. В центре — большой стол, заваленный свитками, книгами и какими-то письмами. Здесь царит беспорядок. Сомневаюсь, что Розалинда сюда когда-то заходила. Многоножка медленно заползает под широкий ковёр скрывающий всю стену. Я брезгливо ёжусь, вздрагиваю, когда полотно спадает вниз, выставляя напоказ исчерченную чьими-то когтями стену. Постепенно царапины складываются в портрет девушки — многоножка свернулась вокруг него в круг, будто акцентируя внимание на рисунке.

Глаза. Губы. Вздернутый нос. Волосы.

Это изображение отвратительно, как и многоножка, окружившая его.

Но самое ужасное… Я узнаю в этой девушке себя… И это не считая того, что кто-то с яростной одержимостью выскреб множество раз мое имя рядом с этим портретом.

Тварь поднимает голову, замечая моё присутствие. Она резко и угрожающе шипит.

Поняв, что мне здесь не рады, я на дрожащих ногах убираюсь из этой странной комнаты. Почти спотыкаюсь на лестнице. Бегу по тёмному коридору обратно.

На сегодня я видела достаточно.