У Марата сегодня должен начаться курс реабилитации, и нам еле удаётся убедить Нафисат, отложить его на несколько дней.-Что происходит? — волнуется подруга, — Обследование показало, что ситуация ухудшилось?-Нет, — успокаиваю ее, — Наоборот, динамика положительная, Лев Витальевич хочет лично осмотреть Марата. Дождемся его?-Дождемся, — идет на уступки Нафисат.-Вот и хорошо! — радуется Зара, — Маратик наш, Слава Всевышнему, может и ходить будет. Нафисат, славно было бы, если он в обычный класс своими ножками пойдёт. Он такой общительный!

— Ох, я даже в слух такое произнести боюсь, — шёпотом с оглядкой говорит Нафисат.-Не будем пока, помолчим, — понимающе отвечает ей Зара.Я покидаю подруг, снова закрываюсь в своем кабинете. Мадина заберет сегодня Никусю, мне сейчас необходимо это время. Я голову уже сломала, пытаясь объяснить и оправдать случившееся.-Мия, — отвлекает меня Зара, — Когда ждать Батищева?- Послезавтра.-Это хорошо. Я так понимаю, мои услуги, как медицинской сестры для Марата пока не требуются?-Нет, пока ты нам нужна, как близкий и любимый человек.

— Приятно слышать, дорогая. Но у меня кое-что случилось. Заболела сестра, близких кроме нее у меня нет, она тоже одинока, дети приедут только к концу недели.-Нужна помощь?-Нет, я справлюсь. Только вот Маратик и Нафисат, с момента его рождения, я всегда рядом была. Что на самом деле происходит? Что Лев Витальевич говорит?-Поезжай Зара, у Маратика есть Мадина, Мурад будет рядом, я слышала, он взял выходные. Будь спокойна, ничего страшного не произошло, динамика положительная, Батищев хочет лично в этом убедиться и поменять лечение.

— Я так рада за ребят, Нафисат и Мурад заслужили счастье, и Маратик тоже, я так рада! Но мне будет спокойнее, если еще и ты будешь рядом.- Я рядом, дорогая, поезжай и не думай ни о чём!-Спасибо, ох, спасибо, девочка!Весь оставшиеся день и вечер я посвящаю своему маленькому расследованию. Выводы к которым прихожу просто бесчеловечны. В голове не укладывается... Кто на такое мог решиться?Хочу прояснить кое-что и набираю Зару, она уже у сестры, звонила, беспокоилась.-Зара, добрый вечер. Прости, что отвлекаю. Как твоя сестра?

— Все хорошо, Мия, я рада твоему звонку, соскучилась уже. С сестрой все не так страшно, как предполагали.-Зара, скажи пожалуйста, кто отправлял МРТ в Москву?-МРТ Марата? — Да.- Не помню, я попробую конечно память напрячь, но не обещаю. Что-то происходит, да?-Нет, просто в Москве спрашивали.-Все бумаги обычно оставляют секретарю с адресом электронной почты, она отправляет.-Ясно. А она фиксирует, кто приносит эти документы?-Не думаю.

— Ладно, завтра постараюсь узнать. Спасибо за помощь.

— Да я вроде ничего и не сделала, это вам спасибо, что в положение вошли и отпустили.-Доброй ночи, Зара.-Пока, Мия!Снова погружаюсь в водоворот бумаг, думаю, сравниваю, предполагаю. Бред какой-то получается. Из мыслей выводят звуки шагов, раздающиеся в коридоре. Уверенные, твердые, разрушают тишину. Я знаю, кто это идет. Он тоже волнуется, он сегодня целый день крутился здесь. Дверь в мой кабинет открывается и на пороге действительности Аслан. -Можно?-Ты уже вошёл.

У нас перемирие. Временное. Он не смирился с моим здесь появлением, но сейчас я ему нужна, нужна его семье, а значит, он будет терпеть меня столько, сколько это необходимо.-Я принес тебе кофе.-Замечательно, надеюсь там нет яда?-Мия, — как- то замученно отзывается он на мою шутку, — Не сегодня, хорошо?Присаживается прямо на мой стол, резким движением дёргая за узел галстука, а потом растирает виски, прикрыв глаза.-Пальто можно пристроить на вешалку, — не отвлекаясь от монитора, указываю ему, — Просто так удобнее будет, наверное.

— Наверное, — выдыхает, озираясь, ищет вешалку взглядом, — Рассказывай, что накопала.-Я боюсь ошибиться, Аслан, боюсь кого-то напрасно обвинить.-Халатность.-Я просмотрела всех, кому в этот же день делали МРТ, ни одного совпадения ни в имени, ни в фамилии, похожих даже нет. Сравнила фамилии в обоих случаях, совпадений нет. На халатность не похоже.-Умышленно?-Я не хочу никого обвинять.

— Мия! Что ты за человек? — вскипает он, — Столько времени Марата пичкали неподходящими препаратами, столько лет лечили не правильно, а ты не хочешь никого обвинять?-Не кричи, пожалуйста, у меня голова сейчас лопнет. Подумай просто, кому и что плохого сделал Марат? -Да при чем здесь Марат? У него есть семья, понимаешь, влиятельная семья! -Ты вокруг видишь только врагов, Аслан!-А ты считаешь иначе? Ты все такая же наивная, Мия!

Мысль о том, что Марата умышленно лечили неправильно посещала меня, она неразрывно связана с другой- возможно и правда, кто-то таким образом хочет навредить его отцу. Но при чем тут ребёнок? Если мстили, то украли бы, или.... Даже думать не хочу. Но калечить мальчишку, вот так медленно, день изо дня, это либо психопат, либо... Либо объяснений у меня нет.-В любом случае нам нужно дождаться врача!-У них в центре могли перепутать?-Исключено, скрин письма подтверждает, что поддельный результат присылали из нашего центра. Это такой бред, Аслан! Я не верю, нельзя так издеваться над ребёнком!

— В тот вечер, помнишь, — вздрагиваю, потому что знаю, о каком вечере он заговорил. Заговорил тихи, устремив взгляд куда-то в стену, — Когда я возвращался домой, машину остановил патруль. У меня нашли наркотики и закрыли! Семье Мурада пришлось приложить тонну усилий, чтобы я смог вернуться домой через несколько часов, но какие это были часы, Мия.

— Ты же не употреблял наркотики!

— Мне их подкинул тот же патруль, что задерживал. Я растерялся, впал в отчаяние. В участке, куда меня доставили, уже был наш адвокат, наш семейный, которому доверялись любые дела, меня открыто шантажировали, не давали позвонить, адвокат заставлял подписать документы о передачи дел фирмы акционерам. Я не понимал, как я могу подписать, отец же у руля! Только, когда отец Мурада забрал меня, выяснилось, что отец в реанимации, я за решёткой, а акционеры в полном составе сидели в офисе и дожидалось подписи, делили компанию отца. Поверь, Мия, большинство не задумываясь бросят в тебя камень, стоит только немного ослабнуть, и никто не пожалеет ни ребёнка, ни старика, ни женщины ради хорошего куска.

— Зачем ты все это мне рассказываешь? — его слова наполнены болью, и я готова принять их за оправдания того, что случилось тогда, глупая Мия, ты не должна раскисать и поддаваться, это же Аслан, первое что он сделает, увидев твою слабость- воспользуется ей. Я не поддамся! Не покажу вида! Возможно мой ответ прозвучит жестоко, но так действительно нужно, — Ждешь жалости?-Ты в уме? — вскипает, — Я пытаюсь донести до тебя, что мир не розовые сопли, что есть люди, способные ради собственной выгоды идти по головам.-А я знаю, испытала на себе!

Сталкиваемся взглядами, я не уступаю ему в этой зрительной дуэли. Я не наивная Мия, и я знаю как жестоки бывают люди. Именно Аслан меня этому научил.-А как ты жила? — отводя глаза в сторону, хрипло и еле слышно спрашивает он.-Я не буду изливать тебе душу, Аслан. В отличии от тебя, в моей жизни хороших людей намного больше, чем плохих. Ни я, ни мои близкие не озлобились, не проклинали тебя, не делали тебе плохого, мы просто жили дальше.-И все же. Никогда не думала, о том, что все могло сложиться иначе?

— Думала, — прячу улыбку за стаканчиком, — Но ведь не зря же говорят, все и всегда происходит к лучшему. У нас ничего бы не получилось, Аслан. Правда рано или поздно вскрылась бы.-Значит все же вспомнила обо мне.-Нельзя, к сожалению, выкинуть прошлое из головы, не льсти себе, Аслан, я делала это не часто.-Язык твой змеиный! — морщится он, я только в ответ плечами пожимаю, — Ладно, уже совсем поздно, собирайся, я подкину тебя.-Я хоте еще подумать и проверить.-Мия, бьюсь об заклад, ты наизусть выучила уже каждую бумажку, собирайся, хватит.

Наверное он прав, я все перепроверила несколько раз и ничего нового не узнаю, если буду и дальше здесь находиться. А меня ждёт Ника. Если честно, я так устала, так измотана морально и потрясена происходящим, что даже буду благодарна Аслану, если он отвезёт меня. Беру с вешалки пальто, одеваю, вместе с Асланом покидаем центр. Завтра я возьму паузу, займусь детьми стационара, а послезавтра приедет Батищев, и тогда уже будем думать со свежей головой.