30. Марго

Я села в лужу. Признаю. Метафорически.

Буквально? Надеюсь, сегодня сесть на что-нибудь еще.

Бэк вытаскивает язык и облизывает губы. Аплодисменты мне за то, насколько долго я отрицала химию между нами.

Я попыталась. Я терпела дольше, чем сама рассчитывала. Но я устала от эротических снов про начальника. Моего будущего подставного жениха. Старшего брата бывшего. Я готова к воплощению каждой его грязной угрозы.

Я готова переспать с Бекхэмом Синклером. Хочу узнать, каково это – когда он внутри. Отчаянно хочу знать его всего, забыть обо всем, кроме желания принять все, что смогу.

Он проводит большим пальцем по месту, которое только что облизал. Я ожидала, что он накинется на меня, увидев голой, тут же нагнет. Поцелует, по крайней мере.

Из его груди вырывается низкий рык.

– Я не шутил, когда обещал, что тебе придется умолять меня.

– Скажи как, и я сделаю, – тут же говорю я.

Он довольно усмехается и опускает руку на член.

– О, скажу, еще как скажу, не переживай. – Он делает шаг ко мне навстречу.

Я по привычке прикрываю интимные части тела руками. Я не передумала, в душе уже успела все решить. Сняв одежду, я решила, чего хочу. Я знала, с самой его первой угрозы.

Он прикасается ко мне, грея нежную кожу спины, и прижимается вплотную.

– Не надо передо мной прикрываться, – требует он. – Я так долго ждал, чтобы увидеть каждый дюйм твоего тела.

Я сглатываю и выгибаюсь, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Я хочу тебя, Бэк, – признаюсь я, весь гнев тонет в его страсти. – И да, ты был прав с самого начала. Просто мне страшно, что с тобой все будет по-другому.

Он наказывает меня, жестко впиваясь пальцами в бедра.

– Уж надеюсь, – рычит он, прижимает меня к себе плотнее и опускает губы на мои.

Господи, я уже забыла, как он целуется. Банальное прикосновение языка – и я уже вся горю от желания. И не скажешь, что всего час назад мы были на грани гипотермии. Тепло окутывает нас. Он проводит костяшками пальцев вверх по моей грудной клетке.

Бэк касается темной кожи соска, а потом убирает руку. Он нагло улыбается и прикусывает губу:

– Ложись на кровать.

Я замираю, не понимая просьбу:

– А как же мольбы?

Он поднимает меня, будто я совсем ничего не вешу. Бэк бросает меня на кровать, тело подпрыгивает на усыпанном розами матрасе.

Бэк устраивается между моими ногами. Взгляд у него изголодавшийся. Может, я и правда измучила его. Было весело – и горячо – столько его дразнить. Страшно признать, но я кайфовала от нашей игры в кошки-мышки.

Сдается мне, что дальше будет только интереснее.

Он забирается на кровать и нависает надо мной. Целует вокруг сосков, лижет, всасывает нежную кожу вокруг острого пучка, но не берет в рот то место, которое желает его больше всего.

Дразнит меня и, судя по довольному взгляду, наслаждается этим, повторяет то же самое на второй груди. Я выгибаю спину, потому что он начинает поцелуями спускаться по моему животу, пальцы легкими прикосновениями порхают по телу.

Его горячая ладонь касается внутренней части бедра и раздвигает ноги так, чтобы ему открылся вид на влагу между них.

– Поверь мне, Вайолет, я свое слово сдержу. Я заставлю тебя умолять. Но сначала…

Он проводит пальцем по опухшему клитору.

– Сначала? – стону я.

– Сначала, Марго, будь хорошей девочкой и не своди ножки, чтобы я мог тебя попробовать.

Он припадает к моей киске, и выясняется, что лижет он еще лучше, чем целуется.

Я сжимаю одеяло в кулаках, просто нужно за что-то держаться, пока он буквально лакомится мною. Доказывает, что изголодался. Я отказывала ему в желанном – и он заставит меня об этом пожалеть.

Ненавижу себя за то, что лишала себя же ощущения его языка на клиторе.

– Сладкая, красивая киска уже такая мокрая, – он сует внутрь палец, а потом еще один. Разводит их, чтобы идеально растянуть меня. – Такая тугая, – он проворачивает пальцы, готовит меня.

– Ты поместишься? – я издаю стон, когда его большой палец касается клитора.

Чувствую его горячее дыхание на внутренней стороне бедра.

– Не бойся, малышка, я тебя хорошо подготовлю.

Его язык и пальцы находят идеальный ритм, больше мне ничего не нужно. Мне так хорошо, что плевать на боль, которую он может причинить своим размером. Отчаянно хочу, чтобы он заполнил меня всю.

Я хватаюсь за сосок и ласкаю его, чтобы добавить ощущений к тем, которые дарит Бэк. В теле зарождается оргазм.

– Бэк, – стон, – я близко.

Но эти слова не мотивируют его ускориться, наоборот. Он отстраняется и дарит мне ухмылку. Она выглядит еще горячее с моей влагой на его идеальных губах.

– Пока нельзя, малышка, – говорит он чуть виновато. – Ты заставила меня так долго ждать, придется умолять меня.

Я издаю стон, потому что оргазм так близко и так далеко.

Стоило догадаться, что легко я не отделаюсь. Я мучила его почти месяц, конечно, он помучает меня в ответ.

Я немного злюсь, приподнимаюсь на локтях и смотрю на Бэка между моих ног.

– Я дала тебе возможность заставить меня умолять.

Он пожимает плечами, встает, сует руку в трусы и достает член. Я открываю рот, увидев его. Он огромный. Бэк проводит пальцем по капле предэякулята и растирает ее по всей длине.

– Сказал же, сначала хотелось попробовать.

– Попробовал?

– Пора умолять, Вайолет. 31. Бэк

Она слезает с кровати. Я борюсь с желанием схватить ее и сказать: к черту мольбы. Хочу почувствовать ее оргазм на губах, ее пульсацию на языке, а затем сразу нырнуть в нее членом.

Но я слишком гордый человек. Сказав, что она будет умолять, в моменте я верил в свои слова. И сейчас не собираюсь брать их назад. Так что вместо того, чтобы лизать ее и накидываться, сажусь на край кровати. Глаза падают на свободное место между ТВ-приставкой и кроватью.

– Иди туда и становись на колени.

Она напряженно смотрит в том направлении, куда я указал, машинально запуская пальцы в промежность, трогая влажность, причиной которой был я.

Я цокаю и провожу рукой по своей длине.

– Нет-нет, тебе нельзя себя сейчас трогать.

Она обхватывает губу зубами. Я жду, что она будет спорить. Впервые она этого не делает. Хорошая девочка встает и идет напротив, аккуратно садясь на коленки. Смотрит на меня круглыми глазами.

– Молодец, – хвалю ее и начинаю себя трогать. Ни одна фантазия о ней не сравнится с реальностью.

Марго усаживает голую попу на пятки.

– Что мне делать дальше?

Я откидываюсь и переношу вес на руку, которую поставил на одеяло, а второй продолжаю дрочить. Терпение – не мой конек, но с таким видом я готов практиковаться сколько угодно.

Она гладит себя по коже, пальцы балуются с розовым твердым соском.

– Руки на ноги, – требую я. Она недовольно стонет, тем самым только раззадоривая меня поиграть с ней подольше, наказать ее за такое долгое ожидание.

– Я хочу, чтобы ты извинилась, – начал я.

– За что? – Она ерзает, хочет почувствовать хоть какие-то прикосновения.

– Ты заставила нас столько терпеть, хотя знала, что все это неизбежно.

– Что неизбежно?

– Что мы потрахаемся, Марго. Я дал тебе шанс, как только ты переехала ко мне в Нью-Йорк. Я был готов воплотить все твои фантазии, все твои желания, но ты отказалась.

Я встаю и иду к ней. Не могу так долго ее не трогать. Она дала мне возможность прикасаться, возможность показать, кому она принадлежит, и я не могу остановиться. Обхожу ее по кругу, все еще лаская член, вверх-вниз, как будто совершенно никуда не тороплюсь.

– Я привык всегда получать желаемое. А ты заставила ждать, не позволила влюбить твою киску в меня. Ты мне отказала. И что хуже? Сказала, что это из-за моего брата, который никогда тебя не заслуживал. Я был вне себя. Извиняйся. Покажи мне, как сожалеешь, что лишила этого нас обоих, и тогда, может быть, заслужишь мой член.

Я убираю прядь ее волос с лица за ухо. Она кладет щеку в мою ладонь, трется о кожу.

– Прости.

Я провожу пальцем по ее нижней губе, оттягиваю ее вниз.

– Прости за что?

– За то, что заставила тебя ждать. – Я пихаю большой палец в ее рот, Марго дрожит. Она всасывает его так глубоко, что я почти достаю до горла. Я одобрительно вздыхаю, вынимаю палец и провожу им по ее щеке. – Это было так тяжело, – добавляет Марго.

– Ты не просто заставила меня ждать, малышка. Ты заставила нас ждать. Это было мучительно. Настоящая пытка.

Она такая красивая. На коленях, делает все, что я попрошу. Так сексуально. Нет ничего горячее. Я уже простил ее за это ожидание. Лишь ее готовность умолять стерла все обиды, остался чистый лист. Но ей пока рано это знать. Я наслаждаюсь представлением, потому что все закончится тем, что я вставлю в нее член и никогда не вытащу.

Я провожу пальцами по ее щеке:

– Я знаю, что было тяжело, малышка. Твоя киска так меня хотела, пусть ты сама и отказывалась это признавать. Знаю, ты не могла не думать обо мне. Я приходил в твои сны.

– Не приходил.

Жестко хватаю ее за лицо, резко поднимаю подбородок, чтобы ее взгляд встретился с моим:

– Повтори?

Она улыбается. Чтоб тебя, Марго Моретти. Даже стоя на коленях, находит способ поспорить.

– Не приходил, – она улыбается, ни тени сожаления в зеленых глазах.

– Ты пожалеешь об этих словах. – Я отпускаю ее лицо, делаю несколько шагов назад и снова сажусь на край кровати.

Марго сжимает губы и пытается сдержать самодовольную улыбку. Хотелось бы стереть ее с лица, сунув член прямо между губ.

Вот, значит, как. Член каменеет с новой силой. Марго на коленях мне нравится, но ее непослушность нравится еще больше. Она за это заплатит.

– Раздвигай ноги.

Она хмурится.

– Раздвигай колени, – велю я. – Дай посмотреть на измученную киску.

Она слушается. Раздвигает ноги настолько, что я снова вижу мокрую, жадную киску. Я облизываю губы, на них еще остался ее вкус. После одного раза я понимаю, что мне теперь всегда будет мало. Я хочу пробовать ее каждый день, чувствовать, как она кончает на моем языке, как она дергается от удовольствия. Каждое утро, прежде чем мы встанем с кровати.

– Что теперь? – тихо спрашивает она. Голос уже не такой уверенный. Может, открытая поза поубавила у нее спеси. А может, устала ждать. Но надо было раньше думать. До того, как позволила себя целовать, а потом запретила сделать это еще раз.

– Потрогай себя.

– Ты же только что запрещал.

Я замираю.

– Я передумал. Будь послушной девочкой и потрогай себя. – Ее щеки вспыхивают, хотя нежная кожа и так уже раскраснелась от кусачего ветра. Я наклоняюсь вперед и смотрю на нее с предвкушением.

Несколько мгновений мы оба не шевелимся, она неуверенно изучает меня. Наконец ее рука скользит вдоль бедра и касается влажных складок. Я возвращаюсь в то утро, когда вошел к ней в комнату и услышал, как она стонет с моим именем на губах. Пусть отрицает сколько хочет, я знаю, что она дрочила на сон со мной. Она терлась об одну из подушек так решительно, что мой член встрепенулся.

Она проводит указательным пальцем вверх-вниз по клитору.

– Доведи себя до оргазма, думая обо мне. Признай, что киска мокрая и заведенная только от одной мысли. Ты солгала мне про сны. Я заставлю тебя кончить у меня на глазах, со стонами удовольствия и моим именем на губах.

Она обводит свой клитор. Каждая мышца моего тела хочет подорваться, потрогать ее, но я держусь. Пусть делает сама, пусть признает, что я свожу ее с ума, даже не прикасаясь. Она делает со мной то же самое. Ее маленькая ладошка никогда еще не трогала мой член, но я думал об этом нездоровое количество часов.

– Может, подойдешь и поможешь? – соблазняет она меня, один палец скрывается в ее плоти.

Я улыбаюсь и наклоняюсь к ней:

– Это так ты умоляешь?

– Пожалуйста, возьми меня, Бэк, – хнычет она, палец внутри ускоряется. Вторая рука тоже нашла себе занятие, растирая между большим и указательным пальцами сосок. – Прости меня за ожидание.

– Умница, – говорю я. – Хорошее начало.

Она смотрит на меня из-под опущенных ресниц.

– Я близко, – признается она, качая бедрами еще быстрее. Она трется об руку, стараясь добиться нужного давления, но, кажется, безуспешно.

Я внимательно слежу за ней, пальцы дергаются – им хочется оказаться на месте ее пальцев. Волосы ниспадают с плеч, задевают идеальные острые соски. Марго качает бедрами в нужном ритме.

Не терпится трахнуть ее. Я заклеймлю ее темную кожу укусами и засосами. Буду долбиться в нее так жестко, что она будет думать обо мне еще несколько дней. Заставлю колени подкоситься, трахая снова и снова.

Отрываю бедра от кровати лишь чуть-чуть, чтобы стянуть с них трусы. Позволяю им упасть на пол. Член с готовностью выскакивает.

Ее дыхание ускоряется, с губ срывается стон. Она вот-вот кончит. Но я пока не хочу ей позволять.

– Умоляй разрешить кончить.

Ее пальцы не останавливаются, кажется, она не собирается слушать. Марго продолжает качать бедрами, оргазм так близко, что она не может прерваться.

– Марго, – предупреждаю ее я. – Остановись, или ничего от меня сегодня не дождешься. Тогда пусть пальчик поработает изо всех сил, чтобы хватило на всю ночь, потому что, если не послушаешься, больше ничего тебе не светит.

Она со стоном откидывает голову, но пальцы перестают биться внутрь. Марго достает их и вытирает об бедро.

– Хочу, чтобы ты умоляла позволить кончить, – повторяю я.

– Даже если я все делаю сама?

– Да.

– Это как-то несправедливо.

– Знаешь, что еще несправедливо? Твое нежелание признать, что мы – неизбежны.

– Я хочу кончить. – Ее дыхание уже сбилось, пальцы подбираются к местечку, которое очень их просит. – Я извинилась за ожидание. Не понимаю, чем я думала. А теперь, пожалуйста, позволь мне довести себя до оргазма или помоги!

– Я посмотрю, как ты сама доводишь себя до края, малышка. Только пообещай кричать мое имя.

На этот раз она вставляет в себя два пальца, постанывая, толкая их предельно глубоко.

– Представь, что это я тебя беру, Марго.

Ее ресницы дрожат, глаза закрываются, а я опускаю руку на член. Не реши я, что буду трахать ее всю ночь, пока у Марго ноги не откажут, я бы уже кончил, только наблюдая за ней.

– Я трогаю себя, представляя твою жадную киску на своем члене.

– Боже, – стонет она, тело трясется от удовольствия.

Я мотаю головой:

– Нет-нет-нет, ты должна кричать мое имя, когда кончаешь. Бог не имеет никакого отношения к тому, как ты течешь на собственную руку.

– Бэк! – Рука, которой она ласкает нежную грудь, начинает дрожать.

– Сколько у меня в голове способов в тебя войти…

– Расскажи мне все, – стонет она. Марго прижимает пальцы к клитору, растирая его круговыми движениями и качая бедрами.

Я хмыкаю и подстраиваюсь под ее ритм рукой на члене.

– Когда мы садились есть за стойку на кухне, я представлял, как усаживаю на нее тебя и вместо блюда угощаюсь тобой. Представлял, в каких местах буду тебя облизывать, доводя тебя до оргазма, а затем вбиваясь в тебя полностью.

– Бэк, – выдыхает она. Ее стоны запускают мурашки по моей спине. Как у нее получается быть такой сексуальной, даже не стараясь?

– А в офисе я представлял, как перегну тебя через стол и возьму сзади. Представлял, как шлепаю тебя по идеальной попе каждый раз, когда ты спорила со мной на глазах у моих сотрудников. Я так ярко представлял красное пятно моей ладони на тебе, как я вонзался бы в тебя сзади, наказывал за нарушение субординации перед людьми, которым я плачу.

Она закидывает голову и громко стонет. Приходится сбавить ритм, чтобы не кончить от одного вида.

– Я близко, – скулит она, подпрыгивая на полу. Пальцы прижимаются к клитору. Свободная рука Марго тянет за сосок. Я замечаю момент, когда она взлетает, ее рот открывается, из груди вырывается стон.

– Бэк, – выдыхает она.

– Молодец, – хвалю я. – Кричи мое имя кончая. Помни, кто тебя до такого довел. Помни, кто велел тебе кончать, пусть ты так долго меня и мучала.

Я с восторгом смотрю, как она приходит в себя от оргазма. Твою мать, как же я хочу чувствовать волны ее наслаждения на члене, губах, пальцах. Да на любой части своего тела.

Наконец ее глаза постепенно открываются. Она смотрит, как я ласкаю свой член, и вытаскивает язычок с жадным видом.

– Смотришь на мой член, будто очень хочешь попробовать его на вкус, Вайолет.

Она демонстративно облизывается, прекрасно зная, что со мной творит. Продолжаю ласкать себя вверх и вниз.

– Мне не терпится, – отвечает она.

– Хочешь, чтобы я запихнул член тебе в горло? Наказал твой рот за все те разы, когда ты говорила, что не будешь со мной спать?

Она решительно кивает, смотря на меня голодными глазами.

– Словами. Скажи, как сильно тебе этого хочется.

– Я так хочу попробовать тебя на вкус, Бэк. Хочу свести тебя с ума, хочу почувствовать, как ты каменеешь у меня во рту, хочу узнать, сколько в меня поместиться, хотя с таким размером… – Она округлившимися глазами осматривает мою длину.

– Покажи, насколько ты этого хочешь. Ползи сюда и умоляй.