Глава 4. Ева

– Девочки, а нам обязательно покупать платья? – спросила я, с недоверием глядя на очередное «модное» платье в блестках. Если честно, у меня уже начинало рябить в глазах от такого количества сверкающей одежды. Ощущение, будто кто-то в декабре скинул бомбу с пайетками и стразами на весь ТЦ.

Маша высунула голову из примерочной:

– Ев, а я говорила – нельзя есть с ножа, будешь злой.

– Примерь хотя бы разок, – застонала Светка. – Ты уже час слоняешься с нами по магазинам впустую. Еще раз чекни образы из моей подборки, вдруг здесь есть что-то подобное.

Света решила, что мне подойдет черное обтягивающее мини в комбинации с оверсайз пиджаком. Пиджак у меня имеется. А вот платья я не ношу. Зачем они вообще нужны? Благослови боже прекрасную Коко Шанель, которая однажды произвела фурор в мире моды, перекроив мужские брюки под женскую фигуру. Ведь удобнее брюк и джинсов нет ничего на свете.

– Ев, оно явно создано для тебя. – Люся выпорхнула из-за плотной занавески, пытаясь застегнуть черное блестящее платье на тонких бретелях. Обычно она носила верх с длинным рукавом, чтобы не раздражать преподавателей своими многочисленными татуировками на руках. Именно из-за них Люсинду и не взяли на практику на телевидении. К тому же многих смущал пирсинг в ее брови.

– Давай просто принесу тебе такое же, но на размер больше.

– Оно последнее, – заныла Люся, уперев руки в бока. Платье так сильно обтянуло ее, что страшно было даже представить, как она в нем сядет. – Оно твое, говорю же. Примерь! Не понравится, пойдем и купим пижаму, как ты и хотела.

– Ага, ща! Я вам дам пижаму! – выкрикнула Света. – Вот закатим какую-нибудь вечеринку пижамную, тогда и покупайте. А в Новый год даже не думайте о таком! Это грех, скажи им, Маш.

– Я согласна со Светой, – вклинилась Маша. – Давайте блеснем хотя бы раз в году.

– Ладно! – сдалась я. – Помочь снять?

Светка захлопала в ладоши, как маленькая девочка, которой на ярмарке дали бесплатный леденец.

После того как мы с большим трудом сняли с Люси платье и она снова надела свои черные джинсы и лонг с принтом AC/DC, я осталась в примерочной одна. Нехотя сняла джинсы и свитер и посмотрела на себя в зеркало. Все-таки повезло мне с фигурой. Спасибо моей Снежной Королеве. Против генетики не попрешь. Без особых физических усилий и ухищрений в питании мне, как и маме, удается прекрасно выглядеть. Стройные руки и ноги, выпирающие ключицы, красивая грудь. Если бы Светка оказалась в моем теле, то наверняка облекла бы его в другую одежду: в короткие платьица, обтягивающие лонгсливы и джинсы, подчеркивающие плавную линию бедер. Но, на радость или на беду, моему телу досталась я – любительница оверсайза.

Я быстро натянула на себя платье, дернула за малюсенький бегунок вверх, подняла голову и от неожиданности приоткрыла рот. Неужели это я? Мне тут же по привычке захотелось записать «кружок» Дане. Секунд двадцать я покривлялась, глядя на себя в зеркало, и отправила видеосообщение Дане с подписью: «Ну что, как тебе?»

Для меня все еще было дикостью, что за один вечер мы решили попробовать с Даней стать парой. Наверняка он тоже жалел о том, что ввязался в этот глупый спор. А отказать мне не смог, чтобы не обидеть.

– Выходи уже! – закричали девочки в один голос.

Я открыла занавеску, и девочки точно так же, как и я пару минут назад, открыли рты.

– Ева, это шикардос! – сказала Света. – Накинем пиджак, вставим в уши акцентные сережки, и будет вообще отвал всего.

Девчонки, как китайские болванчики, закачали головами.

– Ноги – просто космос какой-то! – Люся мечтательно посмотрела на меня.

– Надо брать! – вынесла свой вердикт Маша, и в ту же секунду в примерочной звякнул мой телефон. – Это знак, – добавила она.

Не знак, а всего лишь сообщение от Дани.

Даня: «Надеюсь, ты его купила!»

Я улыбнулась и еще раз посмотрела на себя в зеркало. Да, надо брать.

– Даня тоже оценил, – сказала я девчонкам.

– Как он себя ведет, кстати? – спросила Света, пока я пыталась выудить бирку, чтобы узнать, во сколько мне обойдется мое внезапное желание принарядиться на праздник, на который мне было по-хорошему наплевать. – Мы вчера с девчонками так и не поняли, как он отнесся к вашему спору.

– Я тоже, если честно, не поняла. Вроде ведет себя обычно. Ничего особенного. – Я взглянула на бирку и закусила губу. Тратить три тысячи мне совсем не хотелось, тем более на платье.

– А на свидание уже позвал? А то новогодние каникулы короткие, – сказала Люся, поправляя свои бордовые локоны.

– Мы еще не говорили об этом.

На телефон снова пришло сообщение.

Даня: «Если ты все еще сомневаешься: брать или не брать. Бери! Потому что тебе очень идет».

Даня знает меня как облупленную. Я иногда неделями мариную вещь в корзине на маркетплейсе.

– Что пишет? – Света нырнула носом в мой телефон. – Как ми-ило, – протянула она.

– Да? Вообще мы всегда так общаемся. – Я пожала плечами. – Друзья не могут делать друг другу комплименты?

– Если честно, мы с Машкой вас давно шипперили. – Света заговорщически улыбнулась. – Пока ты, конечно, не стала с Борей встречаться.

– А до Бори я вообще-то тоже не свободна была.

– Извини, но те два экспоната музЭйных, – Люся не выдержала и засмеялась, – вообще не в счет…

– Так, все, дайте мне быстро переодеться, а то еще передумаю покупать.

Шипперили они нас. Свете лишь бы повод для сплетен найти.

Через пятнадцать минут мы с девочками стояли уже на кассе другого – самого первого магазина, в который заглянули, когда приехали в ТЦ полтора часа назад. Света, Маша и Люся купили те самые – первые попавшиеся, – но самые удачные платья. Проблема со скоростью покупки вещей была, очевидно, не только у меня. А потом мы сразу же поехали на эскалаторе на третий этаж – на фудкорт.

Дух приближающегося праздника начал проникать и в меня. На удивление, мне и правда впервые импонировала толкотня в магазинах под звон рождественских мелодий. А когда мы оказались на фудкорте, который являл собой одну огромную праздничную фотозону, я сама предложила девчонкам сделать фотографию на память. Не знаю, что на меня так подействовало. Удачная покупка платья? Обсуждение с девчонками предстоящего празднования Нового года? Или в целом ощущение того, что мы молоды и свободны: сложная зачетная неделя осталась позади, а первый экзамен нам поставили только на 12 января.

В школьные времена я жила в бесконечном напряжении, думая о хороших оценках и о том, как сдать ЕГЭ на высокие баллы, чтобы не подвести маму и поступить на бюджет. Учеба в универе была другой. Взрослой и осознанной, что ли. А еще тебя здесь никто не контролировал – ты сам отвечал за себя. Многие старались готовиться к парам, чтобы облегчить себе жизнь на сессии. Да и практически все дисциплины на журфаке были интересными, не нудными. Разве что на философии возникало желание прилечь на мягкую перину и вздремнуть.

Мы сидели с девчонками за маленьким круглым столом, в центре фудкорта, и рассматривали фотографии, которые только что сделали.

– Напомните мне завтра взять пленочный фотик с собой, – сказала Люся. – Хочу потом распечатать снимки и сделать альбом.

– Звучит как-то олдскульно. – Сощурившись, Света посмотрела на Люсю и отпила свой кофе с кокосовым сиропом.

– Я посмотрю на тебя, когда твой телефон заглючит в один момент и сотрет все фотки. – Люся с аппетитом положила в рот картошку фри. Она всегда в любом кафе брала картошку фри и американо.

– А если пожар, – парировала я.

– Ага, или потоп, – хохотнула Света.

– Ой, девочки, сплюньте. – Маша покачала головой и убрала в сторону стаканчик с какао.

– Слушайте, ну для меня это целый ритуал. Вроде просмотра классного фильма. Я даже от умиления всплакнуть могу. Эмпаты должны меня понять.

– У меня мама никогда не печатала фотки. – Я неожиданно вспомнила, что мы часто в детстве фотографировались на цифровой фотоаппарат. Но она никогда не делала альбомы. – Хотя, может быть, что-то в этом есть. – Я сделала глоток бодрящего флэт-уайта.

– Конечно! Такое классное наследие для потомков. Я вот каждый раз смотрю на снимки своих родителей с тех времен, когда они еще были друзьями, и поражаюсь тому, как они могли не замечать, что нравятся друг другу! Девочки, там невероятная нежность в глазах. – Люся мечтательно улыбнулась, держа у рта картошку фри.

– Или ты себе это нафантазировала, – сказала я.

– Ев, ну если честно, ваши фотки с Данькой тоже выглядят так, будто вы давно встречаетесь… – сказала Света и тут же спрятала взгляд в расписном картонном стакане с кофе.

А я строго посмотрела на Машу и Люсю. Их хитрющие глаза без лишних слов говорили о том, что они согласны со Светой.

– Девочки, я не думала, что кто-то еще в двадцать первом веке сомневается в существовании дружбы между парнем и девушкой. – Я скрестила на груди руки. – И я последние полгода встречалась с Борей. Если вы не забыли…

– Зато Даня ни с кем никогда не встречался, – добавила Света и стащила у Люси ломтик картошки. – А от тебя не отходил…

Даню никогда не интересовали отношения. Он целиком посвятил себя учебе и работе на радио. Ему в прошлом году предложили вести вечерний эфир на радио. Поставленный низкий голос с хрипотцой и плавная грамотная речь без слов-паразитов зацепили руководство местной радиостанции, на которой он проходил летнюю практику.

– Даня просто уверен, что отношения мешают самореализации.

– Именно поэтому он согласился сходить с тобой на пять свиданий? – не унималась Света.

– Он просто очень хочет, чтобы я наконец признала: астрология – ерунда, – парировала я. – Пять свиданий – ради научного эксперимента и моего разоблачения!

К тому же спор и ему на руку: ведь он хотел познакомить любимую бабушку, только-только оправившуюся после сердечного приступа, со своей девушкой. Наталья Николаевна мечтала, чтобы ее единственный внук не только стал хорошим журналистом, но и со временем женился, желательно по большой любви.

Слова девчонок задели меня. И по привычке мне захотелось обсудить произошедшее с Даней. Просто потому, что он действительно был моим близким другом. Школьные подружки после выпуска разлетелись по разным городам и даже странам. А я осталась здесь, чтобы не стать для собственной матери еще одним человеком, переквалифицировавшимся из члена семьи во врага. Я надеялась, что мы станем ближе, когда я стану старше и поступлю на ее факультет. Начнем ходить по выходным в кофейню на ранние завтраки, и я перестану бояться делиться с ней всем, что происходит в моей жизни. Но ничего не изменилось. Кроме того, что на мои плечи лег грузный дипломат, доверху заполненный документами и бланками о том, как именно я должна исполнять обязанности дочки знаменитой журналистки. И я же еще постоянно не справлялась – вечно делала что-то не так. Кроме того, черной уродливой розочкой на торте цвета «розовый гламур» была моя блаженная мечта – сделать астрологический подкаст. Если мама узнает, точно решит, что я свихнулась, как бабушка Ульяна (только на несколько десятков лет раньше). Не зря же говорят, что современное поколение во всем опережает два предыдущих.

В общем, маме я точно позвонить не могла. Тем более мы не общались с начала декабря. Мама наверняка не хотела мне мешать сдавать зачеты. По крайней мере, именно этой мыслью я себя утешала.

Я прямо на фудкорте попрощалась с девочками. Машу забрал отец. Люся и Света пошли в кино на какую-то новогоднюю мылодраму. А я потуже намотала шарф на голову, застегнула пуховик и вышла на улицу, прямиком в метель, застилающую взор. Возле входа в ТЦ стояли огромные колонки, из которых играла декабрьская классика – «Let It Snow».

Я набрала Данькин номер.

– Купила? – первым делом спросил он.

– Да, но мне кажется, что это была самая бесполезная трата денег в моей жизни, – выдохнула я и пнула льдинку, валяющуюся на заснеженной тропинке.

– Тебе правда идет…

После последовавшей за его словами паузы мне впервые показалось, что наша беседа не клеится. И я решила все же обсудить нелепый разговор с девочками.

– Девочки считают, что мы давным-давно выглядим с тобой как сладкая парочка «Твикс».

– Чего? – Даня расхохотался. Так громко, что у меня заложило ухо.

– Светка считает весьма подозрительным то, что ты ни с кем никогда не встречался, – с весельем в голосе произнесла я и зашагала быстрее, увидев, что на светофоре стоит нужный мне автобус.

– Ага, потому что ждал, когда ты встанешь на колено, держа в одной руке мою натальную карту, а в другой – кольцо из «Киндера». Они там уже раньше времени начали Новый год отмечать, что ли? – все еще смеясь, спросил Даня.

– Не знаю, может, Свете вместо сиропа что-то покрепче налили. – Я махнула рукой, чтобы автобус не проехал мимо, а затем убрала с лица растаявшие снежинки.

– Я согласился на спор только для того, чтобы ты перестала проверять своих парней по натальным картам, – предвосхищая мой следующий вопрос, сказал Даня. – И бабулю порадовать хочется…

Мне очень хотелось узнать, когда наше первое свидание. Но я впервые стеснялась задать вопрос своему другу.

– Когда, кстати, наше первое свидание? – как можно более беззаботным голосом спросила я.

– А первое свидание в кругу друзей считается? Просто пока как-то странно идти куда-то вдвоем…

Ну вот. Я так и знала, что Даня так же, как и я, не подумав, согласился на спор. На самом деле ему эта идея тоже кажется безумной.

Я зашла в автобус и плюхнулась на свободное сиденье у выхода. От мягкой волны тепла, подбирающегося к ногам из печки под сиденьем, захотелось зевнуть.

– Согласна. Давай без резких движений, – попыталась пошутить я. – Завтра же в шесть собираемся у Таньки? – Я все-таки зевнула.

– Да, она мне уже сто раз напомнила.

– Да? – Накатывающее сонное марево как-то внезапно испарилось. – А девчонкам она даже ничего не ответила. Мы хотели ее с собой в ТЦ позвать.

– Она с родителями на даче за городом, там связь нестабильная. Может, сообщение не дошло.

Да-да. Странная все-таки наша Танечка Борисова.

– Короче, с тебя завтра какой-нибудь сюрприз. Иначе не засчитаю наши новогодние посиделки за свидание.

– Будет сделано, Ева Константиновна, – ответил он, и я первая положила трубку.