Он был зол и опасен.

Выход только один — уверенный вид и полное отрицание вины. Иначе... иначе мне не выжить.

— С чего ты взял? — возмутилась я. — Ты несешь полный бред!

— Тебя видели! Видели, как ты вышла из дома, где он погиб. Ты несла в руках ребенка.

— Все верно! — главное не сдаваться, главное отвечать с еще большей наглостью и уверенностью, чем этот Твант. — Это была моя добыча.

— Куда ты дела ребенка? — спросил Твант.

Я рассмеялась.

— А куда ты деваешь еду?

— Почему ты не покончила с ребенком в доме? Почему ты вынесла его? — взревел Твант.

Похоже, что любое мое слово, любой мой ответ он воспринимал как доказательство моей вины.

— Тебя это не касается! — возмутилась я. — Ты накинулся на меня с пустыми обвинениями и задаешь тупые вопросы.

— Обвинения вовсе не пустые, — Твант ядовито улыбнулся. Я бы не удивилась, если бы с кончиков его клыков вдруг стал капать яд. — Есть свидетель.

— Свидетель чего? — я старалась, чтобы мой голос звучал возмущенно. Старалась, чтобы в моем голосе звучала насмешка.

В кабинет вошел Дионисий.

О, нет!

Мое сердце заколотилось с удвоенной скоростью.

Как же я забыла, что он следит за мной.

Там в городе, я совершенно не думала о нем.

— И что? — спросила я.

Нельзя ничего признавать, нужно до последнего отстаивать свою невинность.

— Твант вошел в этот дом, а потом ты вышла с ребенком на руках. Твант не вышел, — на едином дыхании выпалил Дионисий.

— Ты! Это сделала ты! — прокричал Твант.

Он двинулся на меня. Я принялась отступать.

— Это ничего не доказывает, — попыталась отвертеться я.

— Я чувствую твой страх, — сказал Твант. — Я чувствую твою вину. Ты убийца вампира. Убийца моего брата.

Он приблизился, растянул губы в отвратительной гримасе. Там была злоба, ненависть и что-то еще. Появились нотки чего-то мерзкого.

— Хочешь предать меня суду Тьмы? — выкрикнула я. Слышала, что у вампиров есть такой суд. Но вот подробностей я не знала, знала лишь то, что вампиры очень его бояться. Что вроде они каким-то образом призывают саму Тьму.

Маслянистые глазки Тванта уставились на меня, потом его взгляд сместился на мою грудь. Этот взгляд был такой тяжелый, такой плотный, что захотелось прикрыться.

— Нет! Никакого суда. Я сам расправлюсь с тобой. Ты ответишь за то, что сделала, — его голос захрипел. — А Дионисий мне поможет. Подержит тебя. Пока я буду наказывать тебя.

Он дернул меня за руку. Очень грубо.

— Сама разденешься, или тебе помочь?

— Руки убери! — возмутилась я.

Твант резко схватил меня за волосы. И с силой дернул назад, заставляя откинуть голову. И он впился мне в шею.

Я успела подумать, что это конец!

Что он сейчас выпьет мою кровь.

Но неожиданно почувствовала, что он целует меня. Мерзкий слюнявый поцелуй.

Одна рука Тванта скользнула мне под юбку, он с силой сжал мою ногу.

Я закричала, забилась, пытаясь вырваться из его хватки. Но силы были слишком неравны.

Дионисий не приближался. Стоял в стороне. Не помогал насильнику, но и не пришел на помощь мне. Гад!

— Сейчас ты расплатишься, — Твант выдохнул мне в лицо. Повеяло чем-то болотистым, гнилым.

Он дернул за ворот моего платья, и разорвал его.

— Отпусти меня, тварь...

Мой крик захлебнулся, потому что мне в рот проник его язык.

Мерзко! Как же это было мерзко!

Он засовывал в меня свой язык со стоном, получая явное удовольствие от моих попыток освободиться. Я на миг расслабилась, позволяя ему поверить, что сдалась, а потом резко сжала зубы на его губе, раздирая до крови. И сразу же ударила ребром ладони по шее.

Он ослабил хватку.

Но тут же схватил снова. Грубо сжал и впился мне в губы.

Я с визгом стала отбрыкиваться, несколько раз чувствительно ударила его по коленям. Но это не помогало, он готов был повалить меня на стол. Его руки снова поползли мне под юбку.

И внезапно его хватка ослабла, он отпустил меня и взлетел в воздух.

Я не сразу поняла, что происходит. Отскочила в сторону, сжала на груди разорванное платье.

Твант повис в воздухе, его за шиворот держал Эриад. Держал словно какую-то игрушку.

Глаза у Эриада горели яростью. Никогда не видела у него такого взгляда. Даже в городе, во время нападения.

— Моя Князь, она убила брата, — промямлил Твант.

Эриада совершенно не тронули эти слова.

— Как ты смел дотронуться до нее! Она моя! Она принадлежит мне!

Твант заскулил от ужаса, затрясся. Вдруг осознав, какую глупость он совершил.

— Князь, молю о милосердии.

— Во мне нет милосердия! — Эриад с силой кинул Тванта об стену.

Послышался жуткий удар. Крик. Тишина.

Вампира убить не так-то просто, но Тванту очень не повезло, он напоролся на держатель факела. Вероятно, в нем были частицы серебра. А может, сработала ярость Эриада.

Уже второй Твант отправился в вечную тьму.

Эриад схватил Дионсия за грудки и легко, словно куклу приподнял.

— Я к ней не прикасался, клянусь! — завопил Дионисий. Даже странно было, что у такого сильного парня может быть такой тонкий голосок. — Я сразу вас позвал. Я бы никогда не посмел ослушаться приказа.

— Позвал?!

— Я попытался... Через ауру... Знал, вы почувствуете...

— Твое счастье, что я пришел вовремя.

Эриад отбросил его в сторону. Дионисий охнул, вскочил, держась за бок. И хромая бросился прочь.

Меня колотила такая дрожь, что, казалось, я не устою на ногах. Хотелось сползти на пол. Уползти

Эриад подхватил меня на руки.