Я не выдерживаю и вскакиваю на ноги. И замечаю Райнира. Он стоит, чуть склонив голову. Меня охватывает вдруг странное, парадоксальное ощущение, что он, такой сильный, такой могущественный, такой властный — тоже может чувствовать себя одиноким и несчастным.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не рвануться к нему. Обнять его, прижаться к сильному телу.
Какая нелепость! Он просто посмеётся надо мной! Или воспользуется случаем получить удовольствие. Хотя нет, скорее всего даже не станет сейчас этого делать. Он — слишком целеустремлённый. И наверняка воспримет мои чувства как досадную помеху.
Он оборачивается вдруг и я испуганно замираю. Он подходит поближе и говорит, твёрдо и даже сурово:
— Почему не спишь? Забыла, что всю ночь идти?
— Я просто... попить, вот... - в полном расстройстве отвечаю я. — Уже иду!
Опять укладываюсь рядом с Ваймином. И давлюсь слезами, изо всех сил сдерживаясь, чтобы меня никто не услышал. Какая же я всё-таки дура...
Моё колено касается бедра Ваймина. Тотчас отдёргиваю ногу.
А почему бы и нет, в конце концов? — принимаюсь думать я. — Он правда хороший человек!
Приподнимаюсь на локте и вглядываюсь в умиротворённое лицо спящего принца. Непослушные рыжие волосы рассыпались по свёрнутой куртке, положенной под голову вместо подушки. Он правда очень привлекательный! Так что мешает мне сказать ему «да»?
Наконец, всё-таки засыпаю. И ощущаю сквозь сон, как что-то вдавливается мне в бок. Наверное, камень попался. Ёрзаю в полусне, чтобы найти удобную позу. Усталость слишком сильна, чтобы заняться досадной помехой.
Лишь когда приходит время вставать, отдёргиваю покрывало. И обнаруживаю под ним самый настоящий человеческий череп! Нет, эта пустыня меня доканает!
Соображаю, что надо его закопать хотя бы. Нехорошо так оставлять.
Отхожу в сторонку и принимаюсь выкапывать яму. Прямо руками, потому что песок довольно рыхлый. Внезапно моя рука натыкается на что-то твёрдое. Неужто ещё один? Да нет, не похоже. Это явно какой-то металл.
Наконец, извлекаю из песка чашу. Очень тяжёлую и очень красивую.
А в следующее мгновение меня охватывает ощущение, будто за нами кто-то наблюдает. Причём очень пристально и напряжённо.
— Смотрите, что я нашла!
Мужчины оборачиваются. Я встаю и протягиваю им навстречу свою находку. Лучи заходящего солнца заставляют ярко сиять огромные драгоценные камни, вделанные в покрывающий стенки чаши орнамент.
Райнир крутит чашу в руках и передаёт Ваймину:
— Красивая штука! Золото, и камушки очень интересные!
— Ага! — кивает Ваймин. — Интересно, кто её сделал?
Тойнар тоже осматривает мою находку и возвращает мне.
— И что мне с ней делать? — спрашиваю я.
— Поставь её куда-нибудь! — отвечает Райнир. — Я бы взял для тебя, но, сама понимаешь, нам ещё идти и идти. Лучше воды побольше набрать!
— Да, конечно! — соглашаюсь я.
Мы едим, потом пьём и умываемся. Наполняем водой наши фляжки и бурдюки. Мужчины опять закрывают колодец плитой. А я ставлю на неё найденную мною чашу. Любуюсь напоследок её тонким узором. Потом надеваю на плечи мешок и шагаю вслед за Райниром.
А в следующее мгновение на меня льётся целый шквал очень сильных эмоций: недоумение, досада и удивление. Сменяющееся в конце концов растерянностью, после чего ощущение чуждого присутствия гаснет.
— Кто-нибудь чувствовал сейчас что-то необычное? — громко спрашиваю я.
Райнир останавливается и говорит:
— Было что-то странное! Как будто кто-то наблюдал за нами, а потом увидел что-то такое, что ему не сильно понравилось, и отвернулся!
— Это она! В смысле, женщина! — говорю я.
— Почему ты так уверена? — недоумевает Райнир.
— Не знаю. И объяснить не могу. Просто чувствую.
— Я склонен тебе поверить! — произносит Ваймин. — Такое чувство, что она не получила, чего хотела!
— Вот-вот! — выпаливаю я. — Именно это я и ощутила!
— Интересно, чего же она хотела? — задумчиво произносит Райнир.
— Может, ждала, что мы переругаемся из-за этой чаши? — осеняет вдруг меня.
— Логично! — одновременно произносят Райнир и Ваймин.
— В этой пустыне сложили головы немало охотников за сокровищами! — замечает принц. — Видимо, она ожидала этого и от нас!
Вполне возможно, именно череп кого-то из них я и закопала, — размышляю я. — Может, он и погиб-то из-за этой чаши!
И тут мне приходит в голову, что ещё полгода назад я бы мёртвого подняла своим визгом, обнаружив под постелью чьи-то останки! А теперь мне фиолетово как-то. Совсем другие вещи меня беспокоят. Хорошо это или плохо? Не знаю даже.
На небе догорает закат и зажигаются звёзды. Самое главное, что уже не жарко. Даже прохладой веет. Разве что песок ещё не остыл.
Но мне пока хорошо. И даже полубессонная ночь ещё не даёт о себе знать.
Я иду и думаю о Ваймине. Утром он наверняка продолжит тот разговор. И что мне ему ответить?
Я вроде и понимаю разумом, что с ним у меня всё будет хорошо. Уважение и любовь, стабильность опять же. Но ведь он сам сказал: слушай своё сердце! А оно почему-то молчит.
Вот они меняются с Райниром и теперь принц идёт впереди. Я смотрю на его ладную атлетичную фигуру. И вызываю в памяти увиденный мельком, когда он умывался, обнажённый торс. Как у статуи в Эрмитаже!
Они с Райниром оба друг друга стоят. Вот только последний не воспринимает меня как женщину. Как же мне вырвать из сердца своё безнадёжное чувство? Это как наваждение какое-то. Стихия, с которой я не в силах совладать.
На глаза опять наворачиваются слёзы. Эх, где моя прежняя спокойная жизнь старой девы?