Что может быть хуже понедельника? Только переезжать утром в понедельник. Аманда затаскивает в пустую квартиру очередную коробку с вещами, обречённо вздыхает, понимая, что это ещё не конец, и смотрит на свои наручные часы. Половина восьмого утра. Где-то на лестнице слышится топот поднимающихся с её оставшимися коробками грузчиков, и Аманде заранее хочется попросить прощения у всего подъезда за этот шум в такую рань.
Хороший, спокойный район, охраняемый жилой комплекс со спортзалом и СПА внутри всего в пяти минутах ходьбы от метро, благоустроенная зелёная территория с внутренним парком и просторная новая квартира с огромными окнами — Аманда долго шла к тому, чтобы позволить себе всё это, вот уже который год работая почти без выходных. Она перебралась в Лондон семь лет назад, получив повышение на работе и перевод из родного Лидса, а потом и предложение о новой, более перспективной, работе, приняв которое, решила остаться здесь насовсем. Сначала небольшая съёмная квартира недалеко от работы, чтобы не тратить время на дорогу, а теперь вот и собственная квартира — её жизнь определённо развивалась в правильном направлении.
Аманда обходит все комнаты своей новенькой двушки, заглядывает на застеклённую лоджию, совмещённую с гостиной кухню и радуется, что в ванной уже вмонтирован душ и широкая раковина с висящим над ней зеркалом с подсветкой. Ремонт и частичная внутренняя отделка — то, что изначально привлекло её, а теперь, смотря на свою уже обустроенную дизайнерскую ванную и кухню, она рада, что не пожалела денег и купила именно этот вариант. Когда грузчики заносят все коробки, Аманда уже успевает распланировать, что нужно будет купить и какую мебель заказать, мысленно тяжело вздыхая от понимания, сколько сил и времени это займёт. Сегодня был последний день её отпуска, который она провела в подготовке к переезду и окончательном завершении всех формальностей покупки. Теперь, когда она ступила в свою квартиру, наконец-то можно было выдохнуть. Самый сложный этап пройден, а впереди маячили лишь приятные хлопоты с обустройством интерьера новой квартиры.
Весь день проходит в суматохе распаковки вещей, доставке и сборки новой мебели и мыслях о том, что это всё определённо стоило нескольких лет загруженного графика и работы без выходных. Это был долгий, скучный и изнуряющий путь к мечте, зато теперь, когда она может сесть на мягкий большой диван в новой просторной гостиной и насладиться видом небольшого внутреннего парка за окном, Аманда думает, что, пожалуй, даже гордится собой. В свои двадцать восемь у неё была хорошо оплачиваемая работа главного бухгалтера в крупной компании, стабильность, а теперь ещё и собственная квартира в Лондоне. Да, она определённо молодец. Возможно, кто-то назовёт Аманду скучным человеком, у которого каждый день расписан ежедневной, повторяющейся рутиной, но сама она думает, что её это вполне устраивает, потому что такой она и была — скучной и любящей стабильность и педантичность во всём.
Когда вечером, более-менее разобравшись с распаковкой вещей первой необходимости, она возвращается из магазина с до верха набитыми сумками с продуктами, то совсем не ожидает встретить в общем холле копошащегося в дверном замке своей двери соседа. В доме, где Аманда жила до этого, она была знакома со всеми соседями со своего и других этажей, всегда помогая бабушкам из её подъезда и получая вкусную домашнюю выпечку в знак благодарности. Здесь, на новом месте, хотелось узнать хоть кого-то из своих соседей, а уж познакомиться с тем, кто живёт всего лишь через стенку от тебя, Аманда считала вещью первой необходимости. Поэтому сейчас, увидев своего нового соседа, её буквально распирало от желания быстрее с ним заговорить, может, даже пригласить на чай, как только она полностью обустроится, в конце концов, это ведь обычная вещь — общаться со своими соседями.
— Привет, меня зовут Аманда Филлс, я заехала в соседнюю квартиру, — улыбается она, останавливаясь у своей двери и поворачиваясь к соседу.
Парень замирает, перестаёт копошиться со своим замком и поднимает голову, переводя на неё взгляд. Молодой, высокий и очень красивый — первое, что приходит Аманде в голову. Парень явно младше неё, с небрежно растрёпанной копной тёмных волос на голове, в белых «найках», драных на коленях джинсах и кожанке поверх футболки, держащий под мышкой мотоциклетный шлем и выглядящий, как модель из журнала. Аманда смотрит на безэмоционально застывшее лицо парня, который, кажется, выпал из реальности, и здоровается снова, пытаясь помахать ему занятыми пакетами с продуктами руками. Парень по-совиному, словно в замедленной съёмке, моргает и не отвечает абсолютно ничего, тут же разворачиваясь к своей двери, и за секунду расправляется с замком, буквально залетая в квартиру и громко хлопая дверью.
Аманда растерянно смотрит на закрывшуюся дверь, пытаясь понять, что сделала не так, и подавляет в себе чувство обиды напополам с раздражением. Да что это за приветствие вообще такое? Неужели так сложно было хотя бы поздороваться в ответ? Поправляя в руках набитые до верху пакеты, Аманда мысленно обзывает парня хамом и заходит в свою квартиру. Она всегда гордилась тем, как легко может находить контакт с людьми, но сейчас, впервые за долгое время наладить с кем-то контакт, похоже, будет явно не просто.
С того дня она сталкивается со своим соседом ещё несколько раз за неделю — на их общей лестничной площадке и у дверей подъезда, когда Аманда, уставшая после рабочего дня, возвращалась домой, а её сосед с мотоциклетным шлемом под мышкой, наоборот, куда-то спешил. Чем занимался парень и, какая жизнь у него была, Аманда не знала, зато точно знала, что сосед, очевидно, абсолютно невоспитанный грубиян, и она совсем не удивилась бы, окажись он сыном богатых родителей, который прожигает свою жизнь и их деньги. Иногда Аманда сталкивалась со своим соседом у лифта в вестибюле, когда выходила на работу, а парень, по всей видимости, гулявший где-то всю ночь, только возвращался домой, неизменно держа под мышкой свой мотоциклетный шлем. Пару раз, так же выходя утром на работу и закрывая свою дверь, Аманда видела, как из соседней квартиры выходили девицы, явно отлично проведшие ночь и улыбающиеся соседу, и этот факт раздражал её так же, как и заставлял шевелиться внутри противный червячок зависти. Этот парень совершенно точно не вызывал у Аманды симпатии, но жил той самой жизнью, на которую у неё никогда не хватило бы смелости.
Спустя две недели после переезда, когда Аманда уже почти смиряется с существованием под боком нахального соседа, бросающего на неё во время их коротких пересечений в подъезде нечитаемые взгляды и игнорирующего любые приветствия, она неожиданно находит под дверью увесистую объёмную посылку с именем Дилана Фокса и номером соседней квартиры на прикреплённой карточке получателя. Дилан Фокс — так вот как зовут соседа. Аманда осматривает запакованную в транспортировочную бумагу коробку и пытается её сдвинуть к соседской двери, неожиданно понимая, что она даже тяжелее, чем кажется.
Со вздохом осознавая, что ей всё же придётся пойти на контакт с соседом, Аманда нажимает на звонок соседней квартиры, надеясь, что этот Дилан Фокс был дома, потому что тягать его посылку с кирпичами в одиночку она желанием совсем не горела. Аманда терпеливо жмёт на кнопку дверного звонка и прислушивается к тишине квартиры по ту сторону двери. Если сосед не дома, то ей придётся разбираться с преграждающей вход в её квартиру коробкой одной, пытаясь сдвинуть ту с места и, очевидно погибая смертью храбрых. Из-за двери не доносится ни звука, и когда Аманда уже решает, что сосед не дома, дверной замок с тихим щелчком открывается, а на пороге появляется явно только что вышедший из душа Дилан, с влажными волосами, полотенцем на шее, голым торсом и в тонких домашних брюках.
Аманда заторможенно прослеживает взглядом сорвавшуюся с волос каплю, скользящую вдоль груди и рельефа пресса и скрывающуюся за поясом штанов, и тут же смущённо отводит глаза, натыкаясь на самодовольную ухмылку соседа, который, конечно же, заметил, как она на него пялилась. «Чёрт бы побрал этого гремлина», — воет внутренний голос, а совесть заставляет хотеть провалиться на месте. Что ж, теперь Аманда, по крайней мере, хотя бы понимает всех этих девушек, выходящих из квартиры её соседа. Раньше она не представляла, как можно вот так просто связываться с кем-то, кому явно нужны только развлечения на одну ночь, но теперь совсем никого не винит за слабость перед этим чертовски горячим нахалом.
— Твоя посылка… — запинается Аманда, пытаясь собрать мысли в кучу. — Твою посылку поставили под мою дверь. Ты ведь Дилан Фокс?
Это явно можно назвать успехом — суметь говорить связно и не разглядывать пресс забавляющегося ситуацией соседа. Аманда прячет за спину резко вспотевшие ладони и находит в себе силы посмотреть в лицо стоящего перед ней парня.
— Дилан, — отвечает низким, обволакивающим голосом ухмыляющийся сосед, и Аманда почти что снова выпадает из реальности.
Блять. Почему её сосед такой?
— Что? — глупо переспрашивает Аманда, потому что да, она снова зависла.
— Зови меня просто Дилан, — повторяет сосед, кажется, уже начиная беспокоиться о состоянии то и дело теряющей свою мысль Аманды. — Так что там с моей посылкой?
— Её поставили под мою дверь, — берёт она себя в руки, кивая в сторону своей квартиры.
— О, должно быть, перепутали.
Аманда смотрит, как её невозможный сосед, этот Дилан Фокс, выходит из своей квартиры, поправляя полотенце на плечах, и подходит к коробке, кладя на неё свою большую ладонь, которая — ну кто бы мог подумать — снова идеально попадает во все кинки Аманды, заставляя уже молиться, чтобы этот разговор быстрее закончился, и она наконец-то смогла вернуть себе контроль над собственными мыслями.
— Я пыталась её сдвинуть, — словно оправдываясь, говорит Аманда, смотря, как появляется усмешка на губах соседа.
— Ничего не надорвала? Она дико тяжёлая, — почти смеётся Дилан, ловя её взгляд. — Подержишь дверь?
Аманда смотрит, как большие ладони её соседа обхватывают края коробки, и чувствует, как на спине появляется испарина.
— Да, конечно, — кивает она, подходя к двери и фиксируя её в открытом положении.
Дилан обхватывает коробку двумя руками и почти касается ладони Аманды своими пальцами, когда перемещает коробку к двери и заталкивает в квартиру.
— Что в ней?
— Заходи, посмотришь, — усмехается Дилан, и это почему-то кажется безумно двусмысленным.
— Спасибо, но мне нужно…
— Давай, проходи, поможешь как раз, — втягивает её в квартиру Дилан, сбрасывая полотенце на стоящий в коридоре комод и проходя вперёд, словно отрезая все пути к отступлению.
Аманда несмело косится на брошенное на комод полотенце, потом на стоящую посреди коридора коробку и обречённо вздыхает, потому что её любопытство узнать, что находилось под картоном, пересиливает, и она, сдаваясь, закрывает за собой входную дверь, снимая обувь и проходя вглубь. Квартира, вопреки всем ожиданиям Аманды, учитывая её мнение о соседе до этого момента, оказывается чистой и обставленной со вкусом, с хорошим ремонтом и гораздо больше, чем её собственная квартира. Сколько здесь комнат? Три? Четыре? Аманда считает межкомнатные двери и приходит к выводу, что да, четыре. Чем вообще занимается этот Дилан Фокс, раз может позволить себе жить в четырёхкомнатной огромной квартире, нашпикованной дорогущей мебелью и плазмой во всю стену? Нет, Аманде совсем не завидно, это, разумеется, просто любопытство.
— Оказывается, у меня нет ножниц, так что будем вскрывать ножом, — выходит из гостиной Дилан, уже успевший надеть на себя футболку, чему Аманда и радуется, и нет одновременно.
Она послушно берёт из рук соседа кухонный нож и присаживается у коробки, повторяя действия Дилана и разрезая транспортировочную бумагу и картон.
— Вау, — только и может сказать Аманда, когда упаковка вскрыта, и на полу стоит система домашнего кинотеатра. — Мы же могли разбить её любым неаккуратным движением! — вспоминает она, как неаккуратно пыталась подвинуть эту коробку от своей двери.
— Всё в порядке, — машет рукой Дилан, которого это, кажется, вообще не заботит. — Классная, да? Давай её подключим и протестим.
Аманда послушно помогает перетащить всю систему в гостиную и, садясь на широкий кожаный диван-подкову перед плазмой, даже боится представить, как всё это нужно настроить. Дилан достаёт инструкцию, читает, чертыхаясь через слово, и передаёт Аманде, которая понимает во всём этом ещё меньше. Когда им всё же удаётся синхронизировать колонки и подсоединить систему, часы показывают, что прошло уже три часа, а по ощущениям Аманды — целая вечность, вытянувшая из неё все умственные способности.
— Это пиздец, — подводит итог растянувшийся на полу с пультом в руке Дилан. — Но мы вроде как неплохая команда, да, детка?
— «Детка»? — вопросительно приподнимает брови Аманда, ловя смешливый взгляд своего соседа, который за эти прошедшие три часа стал бесить её уже гораздо меньше.
— Да брось, мы, пока возились с этой поеботой, уже сроднились ближе, чем отцы и дети, — усмехается Дилан. — Но если тебе так важно правильно познакомиться, то меня зовут Дилан Фокс, мне двадцать шесть, и я тут живу. Привет, — протягивает он руку, и Аманда безбожно зависает, смотря на протянутую ей большую ладонь.
— Аманда Филлс, — находит в себе силы протянуть руку в ответ Аманда, чувствуя, как её ладонь приятно сжимает горячая и сухая ладонь соседа.
— И всё? А как же возраст, профессия, семейное положение и прочее? — говорит Дилан, словно ему и правда это всё интересно.
— Мне двадцать восемь, — отвечает Аманда, получая короткое «Вау» в ответ.
— А ты хорошо сохранилась, — беззлобно усмехается он, и Аманда чувствует, как снова начинает его немного ненавидеть.
— Можем пальнуть новую игру с этой системой, хочешь? — вдруг предлагает Дилан, кивая на лежащие на журнальном столике два джойстика и на установленную ими систему домашнего кинотеатра.