Как так? Чакраприёмники меня до сих пор ни разу не подводили. Заменила штырь-передатчик и дотянулась до Йоко. Безупречно, как и всегда. Окамимару тоже перешел под мой контроль без вопросов. И даже двое сразу! Я все минувшие четыре года тренировалась с разделением сознания на три потока. Очень напряжно, но если не заниматься чем-то серьезным, требующим интенсивной работы головой, вполне прокатывает. Идеальное качество связи.

Может быть, там случилось что и Путь Бога сломался? Или Нагато вышел из комы и отобрал мою игрушку? Не знаю, самый ли вероятный вариант, но самый желаемый точно! Меня уже откровенно задрало быть кукловодом и марионеткой одновременно. Ну, типа, я управляю куклой, а мной рулит Конан, говоря, что нужно делать и устраивает мне истерики, если я не слушаюсь.

Связь при помощи кольца ожидаемо тоже не сработала. Как ни тужилась, не получилось половинкой сознания перенестись на палец мудацкой жуткой статуи. Впрочем, у меня остались еще варианты.

Перетирали мы с пчеловодами уже на окраинах Сора-ку, под защитой зданий от порывистого ветра, то и дело приносящего горсти колючего песка. Но задерживаться тут бывшие иванины не стали. Надо же, свободный клан. Их Ооноки-сама и некоторые другие воротилы Ивагакуре обвинили в военном провале во время последней стычке с Конохой. Жуки клана Абурамэ оказались покруче их пчел, почти полностью выбив весь клан. Есть своя ирония в том, что одни инсектофилы вынесли других.

Собственно, там, как оказалось, Камикузу и кончились. Одна женщина из правящей семьи и парочка представителей побочной. Конечно же, вместо того, чтобы где-то мирно поселиться и возрождать клан, надо начинать искать силу и месть. Сузу клялась, что если раздобудет королеву кикайчу, то шагнет на твердый S-ранг, взяв под свое управление целое гнездо. Я ей намекнула, что у меня есть связи в Листе, и это стало финальным аргументом. За нападение она, кстати, извинилась, но в духе “прости, что недооценила”. Все эти представители пафосных кланов одинаковые.

Отвлеклась! Но это не страшно. Я всё равно сейчас была занята тем, что вела Окамимару к дому возле маяка. Если я не могу посетить астральную конференцию, то почему бы то же самое не сделать Итачи или его напарнику. Кисаме – нормальный мужик. Его прям к своим потным королевским ручкам прибрать хочется. Вон, Марин он нравится. Че бы и не окрутить ей S-рангового шиноби?

– Хай, братва! – распахнула я дверь без стука, как будто бы к себе домой зашла. Киринина на месте не оказалось, и хорошо. Не пришлось объясняться с ним, как так Окамимару, вроде как погибший и выбывший из Акацуки, к нему заявился. Я бы ответила почти честно – это марионетка, а я Шини.

– Шини-семпай, – кивнул Итачи, читавший книгу. Творение Джирайи, конечно же. Он что, единственный писатель в мире? Парень ничо так отожрался и слегка подкачался. Уже не похож на бледную тень.

– Ага, я.

– Вы мне обещали прояснить ситуацию с нападением на моего брата, – думается, если бы не установившееся между нами какое-никакое доверие, юноша бы уже сорвался в Коноху с целью повторить то самое, что устроил в клановом квартале. Или нет? Он же не маньяк на самом-то деле. Может быть, даже не хотел никого убивать.

– В норме твой малой, вне опасности, уже получил нового наставника и команду. Сам Хатаке Какаши его будет учить. Не знаю, насколько он мудила, но что сильный шиноби – точно. Департамент пыток и допросов считает, что ублюдка послал Орочимару и ему был нужен не Саске, а свиток с техниками, который Хирузен подкинул мальчишкам, чтобы выучили что-нибудь крутое. Как-то так. Я по другому поводу. Ты можешь войти в астральную конференцию?

Не смог! Прикрыл глаза, входя в медитацию, и в мудацкую пещеру не провалился. То есть от общей системы отключили не только меня. Но управление моими марионетками не прекратилось. Они работают через другой канал? Видимо, так.

Пришлось остаться и чуть ли не дословно пересказывать парню и мой разговор с Хирузеном, и новости, поведанные Хатиро. Но это параллельно тому, как я выбралась на крышу, развернула крыло и полетела в сторону Аме, чувствуя какой-то нездоровый мандраж. Это же, считай, второй дом мне. Что может пойти не так?

Добралась до места уже среди ночи. Итачи к тому моменту подуспокоился и даже ушел на совместную тренировку с Хибаной-тян. Совместная тренировка, ага. Это так теперь называется? Не уверена, что план полноценно сработал, но надеюсь, что он уже не настолько мертв изнутри, как до того и кроме брата у него еще одна причина быть живым появилась. Сводница биджева!

По пути пересказала ситуацию наставнице и получила просьбу быть осторожной и если что-то не так, убираться при помощи призыва. Так-то да, чуточку стремно лишиться связи. А вдруг там у них реактор под городом рванул и все уже померли от лучевой болезни? Вдруг нукенины узнали, что Пейн не настоящий и устроили революцию? Какузу дорвался до казны, Хидан льет реки крови на улицах во имя своего мразотного божка, Сасори строит армию трупов-марионеток из жителей. Надо узнать!

Однако… однако соваться туда самой как-то стремно стало. Нападение насекомолюбов разбудило во мне здоровую паранойю, притихшую за спокойные годы. И Цунаде маслица в огонь подлила. Короче, я приземлилась недалеко от моста, ведущего в Аме и провела рокировку при помощи пушистых таксистов. Йоко – в Страну Дождя, я – на свой абсолютно безопасный остров, где меня никакой бог не достанет. Кроме, возможно, Шинигами.

На марионетку натянула хенге, делая из нее типичную Шини. Ну, то есть перекрасила волосы, а также напялила плащик Акацуки. Учитывая, что фигуры у нас с ней схожие, а чужой язык тела я не особо изображать умею и всегда двигаюсь, как привыкла – норм тема получилась. Чтобы распознать подлог, нужно хорошо меня изучить. Конан сможет, наверное, но так ничего плохого я и не творю. Так, дала волю паранойе и слегка шифруюсь. Если всё хорошо и ни бунта нукенинов, ни радиоактивного загрязнения, ни, к примеру, заражения мозгов населения грибными спорами тут нет, поменяться обратно – одна печать и немного волчьего ворчания. Грозные хищники не особо довольны тем, что превратились в извозчиков.

Прошла по мосту до самого конца. Никто и не пытался меня задержать. Я тут своя, одна из них. Я-настоящая параллельно покидала новую волчью долину. Развернула крыло и полетела к Шинигакуре. Фумито ночует в Негато, поближе к ученикам, но Дей и Тару все еще тут. Даже одной в своей собственной постели поспать – уже кайф. А утром к Каноно на завтрак завалюсь. Она не просто так толстую задницу отъела, а потому, что готовит – палочки оближешь.

Прошла под дождем до клиники. Уточнила у дежурного ирьенина состояние своих пациентов. Тому даже в голову не пришло, что я не настоящая Шини, а кукла. Хорошо маскируюсь. Спросила, какие новости. Никаких. Ни восстания кровожадных чудовищ, ни утечки из реактора, ни грибов, захватывающих мозги и превращающих людей в зомби.

Привычный сонный Аме, где главная новость – Пейн-сама выключил ненадолго дождь. Люди реально верят, что кусочек ясного неба – это такая божественная милость. Иногда меня даже просили об этом, я отвечала в духе “Мир сер, несправедлив и полон боли, но однажды солнце покажется каждому”.

Дальше к себе домой, или… бумажная бабочка опустилась мне на левое плечо. Ага, Конан показывает, что меня заметили и приглашает в гости.

Где она живет – я знаю. Отнюдь не роскошные апартаменты у фактической правительницы Аме, надо сказать. Конура типа моей, обставленная с несколько большим комфортом. Да тут все так живут. До конца я не дошла, синевласка перехватила меня в коридоре, а у самой лыба такая, что, кажись, сейчас рот разорвет.

– Очнулся? – предположила самое очевидное.

– Да! – женщина порывисто меня обняла. Последний раз столько теплоты я получала от нее после успешной операции. – Спасибо тебе за всё! Его надо осмотреть, убедиться.

– А с конференцией что? С проекциями?

– Не знаю. Обещал, что все исправится. Он хочет тебя видеть. Только не принимай на свой счет, если будет ворчать – плохое настроение. Сюда, ко мне, – она прямо светилась от счастья. Вот как Фуоки, когда узнала, что болезнь Кими удалось задавить. Не ожидала, что грозная правая рука божества может выглядеть настолько живой.

В гостиной Конан меня поджидал не сам Нагато, конечно же, а Пейн-Один, Путь Бога, развалившийся в кресле с видом “всё тут моё”. Удивительно властная поза для недавнего овоща.

– Шини, – констатировал он. Страшные глаза с фиолетовыми прожилками как будто в душу мне заглянули. Теперь они такие без всяких линз. Надо сказать, я сразу дофига мелких различий подметила.

– Пейн-сама, – поклонилась боссу со всем уважением. – Рада, что вам стало лучше.

Без обмана счастлива. Теперь все имеет шансы вернуться на круги своя. Ну, то есть, когда Пейн и Акацуки тут, сражаются за мир во всем мире, а я ем лапшу в Ичираку или обжимаюсь с Фумито, и никак в их деятельности не участвую. Ну, может, пациентов своих дотащу до ремиссии.

– Ты больше не часть Акацуки, – где-то далеко, на Узушио, моё сердечко сжалось в предвкушении хорошей новости. – Ты утратила доверие бога, Шини. Ты вопреки прямому указанию напала на Орочимару, – Пейн смотрел на меня, как на насекомое, угодившее ему под ботинок. Но теплая улыбка Конан означала, что всё не так и плохо. Вообще, какое-то стремное решение вот так вот годы спустя тот случай припоминать. Он же и так был в курсе всего, наверняка Зецу стуканул. Да и у синевласки от своего кореша особых тайн нет. То есть ему надо меня вышвырнуть, в смысле, отпустить и отыскался повод. Сойдет!

– Смиренно принимаю ваше решение, – спина у марионетки болеть не будет от еще одного поклона. – И в ближайшее время верну ваше кольцо.

– Ты знала за собой вину и потому побоялась прийти лично, – сделал бог садизма вполне очевидные выводы. – Ты зря осторожничаешь. Если я решу, что пришло время познать тебе боль, расстояние или морские просторы не уберегут тебя. Но никто не упрекнет Божество в неблагодарности. Пока ты свободна, НО… – Путь Боли… то есть Бога, поднял в предостережении указательный палец. – Однажды ты будешь призвана во имя нашей великой цели и явишься по первому зову, либо познаешь невиданную боль. Ты и все, кого ты знаешь. Помни, Узумаки Оками, Бог всегда наблюдает за тобой и не пытайся идти против высших сил.

Он окончательно поехал кукухой после комы. Мания величия перешла в терминальную стадию. Но какое мне до того дело? Все эти его пафосные угрозы – попытка сохранить лицо. Показать, что он тут главный и контролирует ситуацию, что биджево не так. Вообще, как-то не так он себя ведет. Какой-то тормознутый. Но это нормально после инсульта и комы. Чудо, что вообще выжил. Я-то уже потихоньку продумывала план, как соскочить с должности. Прикончить самых опасных нукенинов и свалить. Тех, что поприличнее – завербовать. Но это на крайний случай. В идеале бы саму Конан к себе перетащить, из нее бы шикарный мэр для Шинигакуре получился. Но это так, влажные мечты. Пнули, припугнули и отпустили – мне больше и не надо.

– Я хочу закончить лечение пациентов, с которыми начала работать. Это дело чести ирьенина, знаете ли, – на самом деле нет никакой чести, но вот реально бросать начатое как-то стремно, не по понятиям. – Я заберу их с собой? Если захотят, потом сами вернутся.

Синевласка наградила меня благодарным взглядом. Ей не пофиг на гражданских, с совершенно неподдельной заботой о них печется. Чем, собственно, и подкупает.

– Допустимо, – полностью безразличным тоном признал Пейн. Ноль эмпатии. Не то, чтобы раньше ее было много. Он всегда был чокнутым садистом, помешанном на контроле. Но сейчас, по ощущениям, стало хуже. Или я просто отвыкла?

Не стала нарываться и качать права. Хотя вопросов по моему нынешнему статусу биджево много. К примеру, если я уже не часть Акацуки, можно ли мне убить Орочимару? А допустимо ли Какузу попытаться сорвать банк, заполучив мою голову? Вернет ли мне Конан третий том Королевы Красавиц, который она взяла почитать и как-то зачитала? Говоря словами Фуоки, “столько вопросов, столько вопросов!”

– Донеси до Учихи Итачи и Хошигаки Кисаме, что их присутствие в Стране Волн больше нежелательно. Они, как и все прочие, возвращаются к активным миссиям. Члены Акацуки – инструменты, меняющие мир, и они не должны простаивать, – продолжил Пейн. – Жди своего дня. Однажды этот мир познает боль и ты должна будешь встать на верную сторону. Уходи.

Да люби его биджу! Только у пацанчика начало что-то с Хибаной-тян наклевываться! Начал на нормального парня походить. Вес набрал, в хорошем смысле слова. Ну ничего, я его еще приберу к рукам. Если мне можно выйти из организации, то чё это Итачи нельзя? Я что, особенная? Ну ладно, офигенно особенная. Королева, красотка и так далее. Про меня даже книжки пишут!

– Еще один вопрос, – я сделала то, чего очень не хотелось – посмотрела прямиком в мертвые глаза марионетки. Все-таки эти окружности будто гипнотизируют. Залипательное было бы зрелище, не становись настолько неуютно от гляделок с додзюцу. Занятная ситуация. В гляделки играют два дистанционно управляемых трупа.

– Говори, – с заметным недовольством в интонации, но не мимике разрешил Пейн. По его мнению, я тут больше не нужна. По моему тоже, но наставница постоянно мне твердила, что хороший ирьенин отвечает за своих пациентов. За всех пациентов, люби их биджу! И один из них как раз сейчас пытается заставить меня моргнуть. Но мертвецы не моргают, если специально не дергать за ниточки.

– Ваше состояние. Я должна его изучить. Я единственный квалифицированный ирьенин здесь. Нужно принять меры, чтобы не случилось рецидива.

– Этого не требуется. Моё физическое состояние удовлетворительно. Бог неуязвим. Акацуки достигнут назначенной великой цели. Мир без боли, без войн – вот что имеет значение, – Конан за его плечом как-то нехорошо дернулась, прям перекосило ее на долю мгновения. Он что, ее болевым разрядом шарахнул? Нет, сделал кое-что что похуже – нанес удар по ее надеждам на нормальную жизнь без мудацкой борьбы за мир во всем мире. Я, может, и не особо в людях разбираюсь, но вижу – клала она на жизнь в качестве шиноби и сражения, несмотря на то, какая сильная. Ей простого бабского счастья хочется, как в дурацких книжках Джирайи, которые у меня таскает. А тут еще я ей на мозги капаю тем, что у меня это всё есть.

– Ладно, закрыли вопрос, – поклонилась я “богу неадекватности” и покинула помещение. – Конан, поможешь мне с пациентами?

– Прости, что так вышло, – извинилась Конан, следуя рядом со мной по коридору в сторону клиники. Тут целые лабиринты, позволяющие перейти от здания к зданию и не намокнуть. – Ты не получила ничего за свои усилия.

– Че это ничего? Я свободу получила и рада до мокрых штанишек. Я реально благодарна Пейну-саме, что он меня отпускает. И это, сейчас влезу не в свое дело. Тебе нужны ученики.

– Что? – опешила синевласка. – Ученики?

– Ага. Подбери каких-нибудь талантливых сироток и обучай своим бумажным дзюцу. Ты не представляешь, как это прочищает мозги. Я вообще отбитая адреналиновая наркоманка была, пока не начала возиться с мелкими. Для твоего кореша тот же совет, но он не поведется, а жаль. И это, присмотри за Итачи. Он хороший парень, хоть и массовый убийца. Не нужно делать из него маньяка. Я ему такую милую девушку нашла…

– Я подумаю, – пообещала помощница бога.

Короче, пожали друг другу руки напоследок. Почти друзьями расстались. Моя многолетняя эпопея в качестве нукенина S-ранга завершилась, Шини ушла в историю, осталась только Оками. Ну и хорошо. Терпеть не могу эту холодную стерву-брюнетку.