Кая чувствовала, как дрожит ладонь Марты в ее руке – дрожит и пляшет, как сухой лист на ветру. Вот бы существовал способ по желанию делиться собственными силами с другими людьми! Когда-то это могло пригодиться и с Артемом – всю долгую дорогу из Зеленого в Северный город, из Северного сюда.
Теперь ему больше не нужна помощь – он стал достаточно смелым, чтобы принимать собственные решения, даже если они ей не нравятся. Марта тоже приняла решение сама – но, кажется, ее это больше не радовало. Более того, Марта была в ужасе, и ее следовало успокоить, пока она не выдала себя и остальных.
Кая слышала шаги Тоши и Саши за спиной – казалось, она также чувствует их недоумение, их неодобрение. Она была здесь без Артема, который нравился им обоим. Может, они считают, что она его бросила, не сделала достаточно ради того, чтобы сегодня он был на их стороне.
Впереди маячила спина Гана. Еще недавно Кая шла по этим темным коридорам одна и мечтала, чтобы он был рядом. Теперь оказалось, что, когда в опасной ситуации рядом кто-то, кто тебе дорог, это отнюдь не способствует обретению внутреннего спокойствия – наоборот.
Саша, Артем, слова Артема… Было бы гораздо проще, если бы сейчас, когда это меньше всего к месту, дурацкие мысли не лезли в голову.
И был еще человек в маске. Как он связан с Ганом? В прошлый раз, когда Кая говорила с ним, ей не показалось, что он желает Гану добра. Но сейчас они шли плечом к плечу. Значит, Ган ему доверяет? Ей самой этот человек вовсе не казался заслуживающим доверия.
Они дошли до нижнего яруса, и Марта долго не могла попасть в замочную скважину дубликатом ключа, прыгающим в пальцах, поэтому Кае пришлось забрать его и провернуть самой.
Клетки встретили их знакомым голубоватым свечением, и те, кто успел зажечь свечи, погасили их. Кая ускорила шаг, обгоняя Гана и человека в маске, ища взглядом куб.
Он был на месте. Возвышался среди клеток с лесными псами, гарпиями и другими существами из прорех, равномерно мерцая в полумраке. В нем, прикованная за ногу к кольцу в полу, сидела навка, невысокая, ростом с человека. Завидев их, навка оскалила острые зубы и бросилась на них. Голубоватая поверхность зашипела, соприкоснувшись с темно-зеленой кожей, и навка отскочила, шипя от боли.
– Любопытно, – пробормотал человек в маске, подходя ближе. Без колебаний он прикоснулся к кубу снаружи. Ничего не случилось, только по поверхности прошла рябь, как по воде. – Это не стекло. Что-то плотное… Ни на что не похоже.
Остальные разбрелись по комнате, разглядывая существ в клетках. Ган подошел к Кае, показал на куб:
– Это здесь?..
Она кивнула:
– Да. Но тут была девушка. Точно.
– Я не сомневаюсь. – Ган внимательно осматривал навку и ее темницу. – Человек здесь был… Видишь, там, у мисок?
Кая присмотрелась. В углу, у опрокинутой металлической миски, гнили овощи, разбросанные по полу, – куски моркови и огурец, превратившийся в комок плесени, напоминающий огромную набрякшую гусеницу.
– Овощи?
– Да. Навки едят мясо… Так что здесь либо проводили эксперименты по изменению их режима питания, либо еще недавно держали кого-то другого.
Дверь в противоположном конце яруса была защищена кодовым замком. В прошлый раз Кая долго набирала комбинации наудачу, пока не сдалась. Над плашкой в стене была прибита бронзовая табличка с силуэтом замка на главной площади.
– Можешь открыть? – Ган обращался к Марте. Та покачала головой:
– Н-н-нет. Я с-сюда-то не м-могла войти. – Белая, как бумага, она опасливо косилась на ближайшую к ней клетку с лесным псом, обессилевшим, неопасным. – К-код С-сандр, наверное, з-знает, и его ближ-ж-ж-ж…
– Хватит жужжать, – бросил человек в маске, – не мешай.
– Не лезьте к ней, – сказала Кая быстрее, чем успела подумать, и краем глаза заметила, как Ган перенес вес с одной ноги на другую – перетек ближе к человеку в маске, как будто готовясь к нападению. Однако тот, казалось, даже не услышал ее.
– Так-так, – бормотал он. – Четыре цифры. Год… Красный город, конечно. – Он набрал на кодовом замке четыре цифры.
– Один, один, четыре, семь, – пробормотал Ган. – Что это значит?
– Загадка для знатоков истории. – Человек в маске довольно потер руки. – Мне рассказывали, что здешний царек помешан на Москве… Мой информатор из стражей упоминал, что пара кодов Сандра были с ней связаны… Ну-ка…
Ничего не произошло. Человек в маске хмыкнул.
– Ладно, с первого раза никогда не выходит. Попробуем по-другому. – Он набрал еще пару комбинаций, что-то бормоча, но ничего не происходило. Человек в маске смачно выругался и повернулся:
– Так, ладно, пришла пора и вам пошевелить мозгами. Что кроме своего города любит этот ваш император? Какие цифры могут быть для него важны? Думайте.
Некоторое время все молчали.
– Сандр л-любит м-музыку, – робко пробормотала Марта, не глядя на человека в маске.
– Очень недурно, – произнес он. – Конкретнее?
– «Четыре жука», – сказала Кая неохотно. – Чайная, в которой мы все время сидели…
– The Beatles! – Человек в маске торжествующе хмыкнул. – Это уже что-то. Что ж, ребята, скажу одно: вам со мной очень сильно повезло.
Он продолжил набирать комбинации одну за другой, и, кажется, его энтузиазм начал постепенно угасать.
– Что за чертовщина? – буркнул он. – Если не годы выпуска альбомов, что тогда?
Лицо у Гана стало таким, как будто он съел что-то кислое, а потом он нехотя произнес:
– Возможно, год приезда в Москву. Ведь группа приезжала в Москву… Мне об этом… рассказывали.
Человек в маске глухо хохотнул – Кая не поняла причин такого неуместного веселья, – а потом набрал еще одну комбинацию: «1966».
Дверь бесшумно отворилась.
– Хорошая работа, – сказал человек в маске. – Повезло, что он любит легенды, как и мы с вами… князь.
Ган пошел за человеком в маске первым. В этот момент он не смотрел на Каю – только вперед. На миг Кая увидела выражение его лица: нетерпеливое, восторженное. Почему-то ей стало не по себе, и Кая крепче сжала Мартину руку.
– Идем, – шепнула она и почувствовала, что узел в груди ослаб.
Это было как с Артемом. Чем больше Кая успокаивала кого-то рядом, кого-то, кто был слабее, чем она, тем спокойнее становилось ей самой. Кто знает, может, дедушка всегда казался таким сильным и уверенным как раз потому, что она была рядом?
Кая переступила порог и ощутила странное волнение, как будто какая-то незримая сила тянула сделать следующий шаг. Она выпустила руку Марты. По спине пробежал легкий холодок, тонкие волоски на шее встали дыбом, во рту пересохло. Кая сглотнула и почувствовала, что язык ворочается во рту как комок бумаги. Голова закружилась, и Кая ухватилась за того, кто стоял к ней ближе всех. Саша отпрянула от нее, как от заразной:
– Ты чего? – Кажется, впервые она обращалась к Кае напрямую. Нос сморщен, тонкая кожа на лбу собралась складками. Обычно, как бы неприятно Кае ни было признавать это, Саша была очень хороша собой – но сейчас заметно подурнела.
– Ничего. – Кая отпустила ее локоть. – Голова закружилась…
Больше всего на свете ей захотелось вернуться, не смотреть, что за порогом, но сзади стояли Саша и Тоша, и Тоша смотрел непонимающе, а спереди за край одежды тянула Марта… Поэтому Кая послушно сделала шаг вперед и оказалась внутри, там, где уже стояли, оцепенев, Ган и человек в маске.
Помещение, в котором они очутились, было небольшим, размером с комнату Каи на втором этаже дома в Зеленом или, может быть, даже меньше. Облицованный металлическими пластинами пол, потолок, стены – все было как в старой книжке про космический корабль. У стены, слева, сияла нежно-голубым светом клетка, очень похожая на куб, в котором томилась теперь навка в предыдущей комнате. Внутри, не касаясь голубого свечения, стояла темноволосая девушка. Белое платье было порвано на плече, а на лице и руках прибавилось царапин, синяков и ссадин, но это, бесспорно, была та самая девушка, которую Кая видела в лаборатории в прошлый раз.
На стене за ее спиной сияла всеми цветами радуги раскрытая, как пасть чудовищного тропического цветка, прореха. Не самая большая из тех, что доводилось видеть Кае, но все же ее было достаточно, чтобы пропустить лесного пса, гарпию или навку – а если понадобится, то и кого-то покрупнее.
– Н-не м-может быть, – тоненьким голосом произнесла Марта, отступив назад и упираясь в Каю. – Ш-ш-ш…
– Она открыта, – прошептала Саша благоговейно, делая шаг вперед и натыкаясь на Каю. – Как это вообще возможно?
Тоша подошел ближе к Кае. Он молчал, разинув рот, и молчание было тем красноречивее, что обычно нужно было постараться, чтобы заставить его помолчать.
Ган молчал тоже. На девушку в клетке он не смотрел, только на прореху, и отблески – зеленоватые, алые, золотистые – плясали на его лице.
Человек в маске тоже не смотрел на клетку. Он подошел настолько близко к прорехе, насколько было возможно, и торжествующе хлопнул себя по колену. Кая вздрогнула.
– Нет, ну вы подумайте, а! – Человек в маске смачно выругался, а потом произнес пару совсем непонятных слов – может быть, на другом языке. – Игра стоила свеч! Ган, мальчик мой, ты, черт бы тебя побрал, видишь то, что вижу я? Ну что за чудо! – Человек в маске протянул руку прямо к дрожащей разноцветной поверхности, казавшейся студенистой, но отдернул руку и рассмеялся. – Так и манит, а, детишки? Сандр не врал. Они действительно хорошо поработали над этим…
– Но я не понимаю, – говорила Саша. Кая заставила себя подойти ближе. Что-то внутри тянуло ее к прорехе, как будто разноцветная рябь была медом в блюдце, а она сама – мухой… И это пугало. – Почему она не закрывается?.. В смысле, прорехи же очень быстро закрываются. Почему эта – нет?
– Сандр добился с-с-своего. – Марта говорила отстраненно, и Кая не могла понять, чего в ее голосе больше – ужаса или восторга. – Он знает, как ими управлять.
– Ты имеешь в виду, что через нее и на ту сторону пробраться можно? – вкрадчиво поинтересовался человек в маске. – Так, что ли?
– М-м-может быть, – пробормотала Марта. – Н-не уверена, но если она статична, то, возможно…
– Кажется, план был в том, чтобы закрывать их, а не держать открытыми, – резко сказала Кая, делая шаг в сторону – к голубоватому свечению клетки. – И если кому-то это интересно, человек в клетке – та самая девушка, которую я…
– Детка, девушка в клетке – это, конечно, разжигает воображение, – доверительно сообщил человек в маске, оборачиваясь на Каю через плечо. – Но, черт… Кто вообще будет думать об этом, когда тут такое?
– Мы придумаем, как вытащить ее, – сказал Ган, все еще не глядя на клетку, – но сейчас время дорого. Время – то, что мы выиграли, придя сюда. Ты говорил, у тебя есть аппарат для фотографий? – Он говорил с человеком в маске. – Нужно заснять все, что сможем, – здесь и в той комнате, на обратном пути взять еще бумаг. И сматываться…
– Точно, – довольно отозвался тот. – Эта крошка может снять для нас картинки… В Темной башне найдется показыватель… – Он достал из кармана серебристую коробочку с черным поблескивающим глазком, нажал на кнопку. Кая рефлекторно отшатнулась, схватилась за нож.
– Расслабься. – Человек в маске небрежно махнул свободной рукой. – Ты подумай… Такая огромная чертовщина в стене вовсю качает энергию, а реальности хоть бы хны. Не думаю, что еще немного электричества…
– Вы ошибаетесь.
Кая узнала голос говорившего прежде, чем обернулась, и сердце у нее упало. Марта тонко вскрикнула и подалась назад. Кая закрыла ее собой, как будто и вправду могла защитить.
На пороге стоял Сандр, спокойный, отстраненный, как обычно. Его темные глаза были холодными – почти печальными, как будто он был очень, очень разочарован, застав их здесь.
Сандр был одет роскошно, а его черные волосы зачесаны назад и уложены мягкой волной, напоминая крылья хищной птицы. За его плечом стояла капитан Сокол в золотистом платье, с волосами, забранными наверх, и пистолетом в руке. За ней толпились стражи – Кая насчитала восьмерых и перестала считать.
– Сложите оружие, – сказал Сандр тихо. – Или люди в этой комнате начнут умирать.
Помедлив, Кая первой вытащила из-за пояса нож и бросила себе под ноги. Марта у нее за спиной всхлипывала.
– Молодец, – кивнул Сандр. – Ты не так безнадежна, как я думал. – Он заговорил громче. – Остальные… Не заставляйте меня ждать.
Все, даже Ган и человек в маске, побросали оружие, и звяканье его об пол прозвучало траурно. Кая считала звуки. Ей показалось, что оружия было больше. Кто-то оставил при себе нож или пистолет? Сама она так и поступила бы, будь у нее при себе хоть что-то кроме несчастного ножа в руке. Наверное, это не имело значения. Скорее всего, их всех расстреляют, не тратя времени на обыск.
Она сделала осторожный шаг вбок – глупо, но теперь, когда они все, скорее всего, умрут в ближайшие несколько минут, ей все равно хотелось подойти ближе к Гану.
– Стоять. – Сандр погрозил ей пальцем. – Никто не сдвинется с места, пока я не скажу. Капитан, возьми их оружие. И свяжи им руки – всем, кроме нее.
Капитан Сокол, шурша длинной юбкой, прошла мимо Сандра и собрала оружие, продолжая держать пистолет направленным в сторону Гана и человека в маске. Видимо, определила их как самых серьезных противников. Она скользнула по ним равнодушным холодным взглядом, и Кая окончательно поняла: живой из этой комнаты не выйти. Все будет именно так, как она боялась. Больше она не увидит солнечного света, не вдохнет лесного воздуха. Дедушка так верил в нее и столько ей дал – и все напрасно.
Марта еще плакала, но теперь чуть слышно. Пока капитан Сокол не смотрела на них, Кая незаметно нашла ее ладонь и крепко сжала в своей.
Теперь Сандр держал нацеленный на них пистолет, пока капитан Сокол крепко связывала им руки, – Марту пришлось отпустить. Она вскрикнула, когда капитан Сокол затягивала веревку.
Кае было жаль Марту – а еще девушку в клетке. Она так боялась разделить ее участь… Пожалуй, была определенная ирония в том, что рядом с этой девушкой ей придется встретить гибель. Вот только теперь было не до иронии. Странно, что Сандр медлит и не убивает их всех прямо сейчас. Капитан Сокол прошла мимо – значит, именно ей Сандр велел не связывать руки. Это не предвещало ничего хорошего.
Кая слегка повернула голову, нашла взглядом Гана. Он смотрел на нее. В этот момент Кае было наплевать на то, правду ли ей рассказал Артем.
Саша и Тоша были ближе к Гану, чем она, – и оба глядели на него. Верили, что он придумает, как спастись? Ждали его сигнала? Прощались?
– Что, прием отменили? Какая досада. – Это говорил человек в маске. Его руки были стянуты за спиной, но, кажется, это его не стесняло. В глухом голосе из-под маски не было ни капли страха, и Кая невольно почувствовала восхищение.
– Всего лишь небольшое отклонение от графика, – пожал плечами Сандр, как будто они говорили, сидя в гостиной. – От официального графика. – Он сделал особое ударение на слове «официального».
Человек в маске хмыкнул:
– Итак, значит, ты с самого начала знал, что мы будем здесь? Тогда почему не остановил? Нравится производить впечатление? Хотя кого я спрашиваю. – Маска выразительно кивнула в сторону клетки с девушкой.
– Ну, мне не все было известно. – Сандр улыбнулся. – Например, вас здесь увидеть я не ожидал… Что ж, много не мало. Крыс не травят по одной. – Он обернулся, кивнул стражам. – Всем – выйти в соседнюю комнату. Прихватите это оружие… Оно им больше не понадобится. Капитан, можете остаться. Если услышите сигнал от меня или капитана, возвращайтесь и убивайте всех, кто будет сопротивляться.
Стражи послушно растворились в полумраке у Сандра за спиной.
– Итак. – Сандр снова смотрел на них. Кая вдруг поняла, что до сих пор не видела настоящего Сандра, не знала, какой он, только думала, что знает. Вот, значит, каков он на самом деле: расслаблен, как кот. Доволен собой. И никого на свете не боится. – Вы видели моих людей. Вы знаете, что они недалеко. Вы безоружны и связаны. В Красном городе вечно кто-то смотрит… Я сам сделал его таким. Но сейчас все на приеме. Юный Артем, – он с улыбкой кивнул Кае, – хороший мальчик… проследит, чтобы все было в порядке. А мы поговорим… Без посторонних глаз.
– Артем все равно спросит, где мы, если мы не вернемся, – прошептала Кая. Губы не слушались, и слова получились тихими, дрожащими, чужими.
– Артем очень расстроится, когда узнает, что вы сбежали из города, оставив его, – поправил ее Сандр, мягко улыбнувшись. – Полагаю, после этого он станет еще преданнее Красному городу и мне… В каком-то смысле это даже будет не вполне ложью… Вы ведь и вправду собирались бросить его здесь, не так ли?
– Отпусти девушек. – На сей раз говорил Ган, и Кая почувствовала гордость: его голос был спокоен. – Мы сделаем, что ты скажешь.
Сандр улыбнулся:
– Все, что мне от вас нужно, я скоро получу… Можете поверить. Кая, подойди, пожалуйста, сюда.
Она подошла, ступая тяжелыми, ватными ногами. Капитан Сокол со скучающим видом переводила пистолет с Каи на остальных.
Кая остановилась перед Сандром и понадеялась, что Ган тоже сможет ею гордиться. На мгновение, бросив быстрый взгляд назад, она увидела лицо Гана, белое как снег. А еще девушку в клетке, подошедшую совсем близко к голубому свечению. Кажется, она плакала. Возможно, успела поверить, что они вытащат ее отсюда?
– Дай мне камень, пожалуйста.
Ледяная вежливость испугала Каю быстрее, чем до нее дошел смысл слов. Кажется, она испугалась гораздо сильнее, чем надеялась. Сандр истолковал молчание по-своему.
– Притворяться бесполезно. Ты знаешь, где он. Не ты, так Артем… Сейчас он молчит из-за тебя, но, когда тебя не станет… камень все равно будет моим. Где ты его спрятала?
Кая лихорадочно размышляла. Хорошо бы, сейчас на ее месте был кто-то другой, острый на язык, быстро соображающий. Сандр знал о красном камне, красный камень был нужен Сандру… И он, видимо, был уверен, что и Кая знает о великой ценности красного камня и надежно его спрятала. Поэтому он до сих пор ее не трогал?..
– Какой камень? – пробормотала она.
– Жалкая попытка. – Сандр укоризненно покачал головой. – Мне даже стало немного стыдно за тебя. Аждая привел вас сюда. Камень должен быть у вас. Где он?
– Что в нем такого особенного? – выдавила она, просто чтобы выиграть время. – Зачем он вам?
Сандр вздохнул:
– Ясно, значит, придется по-плохому.
Он двигался быстро – Кая сжалась, выставила руки вперед, готовясь защититься от удара… Но Сандр обошел ее, стремительно приблизился к Гану и с силой ударил его в живот. Ган, не ожидавший удара, упал на колени, тщетно пытаясь удержать равновесие со связанными руками.
– Ган! – Саша завизжала, и ее пронзительный визг заметался между обитыми металлом стенами. Тоша рванулся вперед, непривычно напряженный, испуганный.
– Ган! – Кая метнулась к нему, но капитан Сокол навела на нее пистолет и улыбнулась.
– Не советую. Стой спокойно, девочка.
Ган не издавал ни звука. Сандр ударил его еще несколько раз. С его лица тяжелыми темными каплями стекала кровь, правый глаз заплыл, бровь была рассечена. Сандр бил с оттяжкой, неторопливо, и с каждым новым ударом голова Гана моталась из стороны в сторону. Он попытался улыбнуться Кае – один раз между ударами – и это было страшнее всего.
– Я отдам! – Все что угодно, лишь бы это прекратилось. – Отдам его… Перестаньте… Перестаньте! – Теперь она сама визжала не хуже Саши, и от попыток быть спокойной и невозмутимой ничего не осталось.
– Очень предсказуемо, – разочарованно пробасил человек в маске. – Эй, ты там поосторожнее с ним, что ли… Он мой.
Сандр ударил Гана еще раз – а затем обернулся, тяжело переводя дыхание, достал из кармана камзола белый платок и тщательно вытер руки.
«Не плачь. Не плачь. Не плачь».
Она смотрела на них и пыталась понять, реально ли это или она спит и видит очень страшный и очень долгий сон. Саша и Марта плакали. Тоша бочком подобрался ближе к Гану, не обращая внимания на нацеленный на них пистолет капитана Сокол, и о чем-то тихо спрашивал у него. Ган сплевывал на пол кровь – теперь он на нее не смотрел. Разочарован в ней?
– Ну. Где он?
Сандр снова был близко, и она почувствовала, что ненавидит его так сильно, что ноги слабеют… Никогда в жизни Кая еще не испытывала ни к кому такой сильной ненависти. И она сама, сама пришла сюда… Сама принесла то, что ему нужно.
Кая сунула руку в карман, нащупала камень, завернутый в тряпицу, достала на свет:
– Вот. Подавитесь.
– Что? – Сандр наклонился к ней, недоверчиво нахмурился, развернул тряпицу… и расхохотался. – Серьезно? Нет, это слишком даже для тебя… Просто взяла и притащила его прямо сюда? Тупая девица…
Больше он не смотрел ни на нее, ни на остальных. Его руки слегка подрагивали.
– Я должен убедиться, – пробормотал он, а потом добавил два незнакомых Кае слова. Она сделала осторожный шаг вперед, но капитан Сокол подошла к ней и ткнула в бок пистолетом:
– Живо к ним. Встаньте ближе друг к другу. – В ее взгляде больше не было равнодушия. Она смотрела на Сандра и улыбалась.
Кая подошла к остальным, опустилась на колени рядом с Ганом. Их пальцы переплелись у него за спиной. Кая чувствовала запах крови, липкий, железный.
– Ган, – прошептала она севшим голосом. Он сжал ее пальцы сильнее и только тогда негромко зашипел от боли.
Сандр подошел к прорехе и улыбнулся девушке в клетке. Глядя на нее, он произнес еще пару непонятных слов… Пленница разом побледнела и вдруг всем телом ударила в голубоватое свечение клетки, а потом закричала от боли.
– Не о чем беспокоиться, – пробормотал Сандр, – я все сделаю сам…
Он достал из кармана маленькую деревянную коробочку, открыл и достал еще один красный камень. Этот камень был меньше того, что Кая забрала из города Тени, и меньше того, что они с Артемом получили в Северном городе от Дали… Но это определенно был камень из того же материала, что и первые два, поэтому Кая знала, что сейчас произойдет.
Сандр бережно соединил два камня вместе, прикрыл глаза. Под его пальцами мелькнуло теплое свечение – в прошлый раз такого не было – а затем два камня стали единым целым. В тот же миг прореха за его спиной запульсировала, переливаясь, и содрогнулась, как будто в спазме. Сандр кивнул и улыбнулся капитану Сокол:
– Это он… Но здесь не всё. – Он резко повернулся к Кае. – Ты отдала мне не всё. Где остальное?
– Это всё, – сказала Кая, поднимая на него взгляд. Ей не хотелось говорить, стоя на коленях, но, чтобы встать, пришлось бы отпустить руку Гана.
– Я так не думаю. – Сандр грустно покачал головой. – Кая, Кая… Ты вынуждаешь меня – заметь, вынуждаешь сама. Отойди от него.
– Нет! – Это была Саша. – Не трогайте его!
– Капитан… – Сандр вздохнул.
Капитан Сокол подошла к Саше и, размахнувшись, ударила ее рукоятью пистолета по лицу, все еще улыбаясь. Саша умолкла, хватая ртом воздух, и неловко повалилась на Тошу, который тщетно попытался придержать ее плечом.
– Это вам даром не пройдет, – сказал он неожиданно тихо и серьезно, и капитан Сокол рассмеялась.
– Не люблю бить женщин и детей, – пояснил Сандр и повернулся к Кае и Гану. – Итак, на чем мы…
– Сандр!
Со стороны двери повеяло легким сквозняком. Кае показалось, что все плывет в глазах, но на пороге действительно стоял Артем – разряженный в пух и прах, бледный, взъерошенный, дрожащий.
– Что… что здесь происходит?
– Артем. – К чести Сандра, он ни на мгновение не утратил самообладания. Кая увидела, как меняется его лицо, волшебным образом, словно по нему проходит волна. Миг, и перед ней был прежний Сандр – добрый, усталый, печальный. Ей даже показалось, что она слышит джаз, негромкий, вкрадчивый, убаюкивающий.
– Боюсь, сегодняшний день оказался омрачен… вторжением.
Артем молча смотрел на них, и Кая увидела их его глазами. Избитый, окровавленный Ган, плачущая Саша с синяком на лбу, наливающимся кровью, склонившийся над ней со связанными руками Тоша, дрожащая Марта, человек в маске… И она сама – рядом с Ганом, должно быть, перемазанная в его крови. Кая дорого отдала бы сейчас за возможность поговорить с Артемом – сказать ему всего несколько слов… Она молчала.
– Как ты здесь оказался? – спросил Сандр очень мягко, делая шаг в сторону девушки в клетке – маленький шаг.
– Стража меня пропустила… – Артем переводил взгляд с Каи на девушку в клетке, с красного камня в руке Сандра на прореху за его спиной, и уголки его губ дрожали. Он нервно сглотнул:
– Сандр… Отпустите их. Пожалуйста.
Сандр улыбнулся и пожал плечами.
– Я не собирался причинять Кае вред, Артем. Посмотри сам… Она даже не связана. Мне пришлось немного надавить на других… Но они оказали сопротивление.
– Неправда, Артем, это неправда! – Саша сделала шаг вперед, и капитан Сокол ткнула ее в бок пистолетом:
– Стой спокойно!
– Полегче, капитан! – Сандр говорил мягко и улыбался, но теперь Кая видела: он встревожен. Он действительно не ожидал, что Артем окажется здесь. Почему Артем так ценен для него? Неужели все это время Кая – и остальные – недооценивали его и его ум, ради которых Сандр теперь лихорадочно продумывал следующий шаг?
– Давайте успокоимся…
– Эта прореха… – Артем сделал шаг вперед. – Работает и на вход, и на выход, верно? И она не закрывается… У вас получилось!.. Но как… И почему вы…
Сердце Каи упало. Артем спрашивал не о девушке, заточенной в клетке, не об окровавленном Гане, не о том, что все это время капитан Сокол продолжала держать их на прицеле… Его интересовало только то, что происходило в этой проклятой лаборатории, только результаты, которых удалось добиться людям в Красном городе. Он задавал Сандру вопросы, хотя должен был понимать: услышь Кая и остальные что-то, что нельзя было слышать, отсюда им уже не выйти.
Сандр, помедлив, кивнул.
– И это камень, верно? – спросил Артем, помолчав. – Значит, все это время у вас была еще одна часть. Камень управляет прорехами? Но как… и… лаборатория… Зачем тогда вообще была нужна лаборатория?..
Сандр пожал плечами:
– Камня недостаточно. Пока недостаточно… Кроме того, магия и наука не противоречат друг другу. Это распространенное заблуждение… Напротив, магия и наука могут усилить друг друга, помочь друг другу… Мир будет принадлежать тому, кто первым это поймет.
– Оба мира. Верно? – С Артемом что-то было не так. Его било крупной дрожью, и Кая увидела, что по лбу у него стекают крупные капли пота.
– Два мира лучше, чем один, – мягко сказал Сандр. – Артем, будь благоразумен. Ничего не изменилось.
– Вы не закрыть их хотели, верно? Управлять ими… Но не закрыть.
– Я обещаю людям избавиться от нечисти. И я исполню обещание.
– Людям? – Артем наконец повернулся в сторону клетки с девушкой, подошел к ней ближе. Помедлив, Сандр тоже приблизился к клетке, кивнув капитану Сокол, которая не опускала пистолет. – Тогда кто она?
Капитан Сокол неотрывно смотрела на них, поэтому Кая оставила идею попытаться незаметно развязать руки Гану или Тоше, который стоял на коленях близко к ним. Краем глаза она наблюдала за тем, как человек в маске трудился над собственными веревками. Видимо, в кармане у него было лезвие или что-то еще острое… Как бы то ни было, оно явно было недостаточно острым, чтобы перепилить веревки быстро, к тому же двигаться человеку в маске приходилось незаметно, чтобы не привлекать внимания капитана Сокол. Кая хотела бы подобраться ближе, чтобы помочь, но это капитан Сокол точно бы заметила.
– Кай, – шепнул Ган. – Не глупи.
Кая прекрасно поняла, что он имел в виду. По какой-то причине Артем был значим для Сандра, а она – судя по тому, как Артем смотрел на нее, – несмотря ни на что, оставалась значимой для Артема. Сандр это понимал. С появлением здесь Артема ее шансы подняться наверх живой резко выросли. Она крепче сжала пальцы Гана и покачала головой.
Девушка в клетке подошла ближе к голубому свечению. Ее лицо было влажным от слез, но она стояла прямо. Глядя на Артема, она заговорила прежней бессмыслицей.
Артем коснулся голубого свечения – его оно не ужалило, только мягко обволокло ладонь.
– Она с другой стороны, верно? Я был прав… Мы правда видели в Пустошах… Там есть люди.
– Артем! – В голосе Сандра было нетерпение, и Кая увидела, как на мгновение сквозь маску проступил настоящий Сандр – тот самый, что избивал Гана. – Ты сам знаешь, что должно быть сделано. Я покажу на приеме то, что можно показать сейчас… Но нам нужно действовать разумно, если мы хотим преуспеть. Девчонка в клетке… ничего не значит. Ты же ученый. Ты должен понимать, что во все времена ради прогресса и великой цели люди науки вынуждены были идти на жертвы… Ради истины.
Артем молчал, и Сандр сделал еще шаг к клетке, протянул к Артему руку:
– Ну же… Ты видел все, от начала до конца. Ты знаешь, что моя цель – благая. Ты видел, я окружил этих людей роскошью… Я хочу объединить всех во имя общего блага, общей безопасности. Но общее благо и предательство, – голос Сандра стал ниже, – несовместимы. Если ты хочешь Каю, если ты за нее поручишься… я готов отдать ее тебе. Видишь? Я готов дать тебе то, что ты хочешь… чтобы ты и дальше работал на меня. Я ценю своих людей. Мы проследим, чтобы она не покидала пределов своих… покоев. Пока мы не сможем… опять ей доверять. Нельзя допустить, чтобы она натворила бед, так ведь? – Сандр мягко положил ладонь Артему на плечо. – Но остальные останутся. Я позабочусь о том, чтобы…
– Нет! – Артем резко тряхнул плечом, а потом изо всех сил толкнул Сандра в бок – прямо в голубое свечение клетки. Сандр взвыл – голубое свечение обожгло его так же, как обжигало девушку в клетке, как обжигало лесных псов и других тварей в темницах нижнего яруса.
– Кая, он оттуда! – выкрикнул Артем, бросаясь к Сандру и пытаясь выхватить красный камень. – Оттуда!
В этот момент раздался выстрел – капитан Сокол попала Артему в руку пониже локтя, ту самую, на которой не хватало пальца. Артем взвыл и упал Сандру под ноги, увлекая его за собой. Сандр, уже оправившийся от действия свечения, сбросил его с себя:
– Осторожно! Не стреляй в него! Не стреляй, или Аждаю нам не найти!
В этот самый миг человек в маске наконец разделался с веревками и, рыча, сбил капитана Сокол с ног. Пистолет вывалился у нее из рук и, крутясь, отлетел в дальний угол комнаты. Тонко визжа, Сокол вертелась под человеком в маске вихрем золотых кружев, но он с силой ударил ее в висок, и она затихла.
Кая распутала веревки, стягивающие руки Гана, и метнулась к Тоше – узлы на его запястьях оказались более тугими. Ган, чертыхаясь, уже боролся с Сашиными узлами, подтянув ее к себе. Кровь из разбитой брови заливала ему глаза.
– Стражи! – закричал Сандр, становясь настоящим собой и хватая Артема за шиворот. – Убить всех, кроме мальчишки! Живо!
Наконец разделавшись с Тошиными веревками, Кая вскочила и бросилась туда, куда отлетел пистолет. В этот самый миг дверь скрипнула, и в комнату начали вбегать стражи. Все они были вооружены – и мечами, и пистолетами. Кая увидела пистолет: он спасительно сверкнул в темноте, и ее пальцы сомкнулись на рукоятке.
– Стреляй в пульт, Кая! – Это кричал Артем, дергающийся в руках Сандра, как щенок. – Над дверью! – Сандр, размахнувшись, ударил Артема в челюсть, и тот взвыл от боли.
Темный короб виднелся над дверным косяком. До сих пор Кая его не замечала. Времени подумать не было – как и хорошенько прицелиться. Наверное, если бы Кая успела подумать, то предпочла бы выстрелить в Сандра. Его голова маячила над Артемом соблазнительной мишенью… Но Кая поверила Артему. Вытянув руку, она нажала на курок. Пуля попала в короб с таким громким звоном, что на мгновение стражи, вбегающие в комнату, отвлеклись.
Человек в маске пронесся мимо Каи с криком:
– Ну очень полезно!
Продолжая вопить, он врезался в толпу стражей. Схватив двоих из них за шиворот, он с силой столкнул их лбами и выхватил у одного из-за пояса меч… А затем завопил снова – но на этот раз в его крике звучал ужас. Он смотрел куда-то за спины стражей.
– Твари! Твари на свободе! Ган, вы, все, сюда! Живее!
Ган, Саша и Тоша бросились к нему и вместе с ним навалились на дверь. Им на подмогу пришли даже несколько стражей, в том числе и один из разоруженных человеком в маске. Судя по всему, при виде того, что творилось в комнате, они быстро позабыли о Сандре и его приказах.
– Не закрывается! Дверь не закрывается!
– Там еще люди! – закричала Саша. – Люди!
– Они вооружены! – рявкнул человек в маске, налегая плечом на дверь. – Вот и пусть займутся делом!
– Дверь нужно чем-то заклинить! – кричал Ган. – Быстрее! Тоша, найди что-нибудь! Саша, уйди отсюда!
Комната за дверью наполнилась воем, криками и выстрелами. Кто-то рвался к ним, ударяя в дверь чудовищным весом.
Кая направила пистолет на Сандра, тщательно прицелилась и нажала на курок. Пистолет глухо щелкнул. В нем больше не было патронов.
Сразу вслед за этим решетка, удерживающая темноволосую девушку, тоже исчезла, и та бросилась на Сандра со спины, пронзительно визжа. Ослабленная долгим заточением, тощая, она не могла бы причинить Сандру вреда. Он отбросил девушку в сторону, как котенка. Но она отвлекла его – и, воспользовавшись этим, Артем рванулся вперед. Его рука кровоточила, но в другой он сжимал красный камень. Потеряв равновесие, они повалились на Марту – которая все еще оставалась связанной.
– Я хотел, чтобы было по-хорошему! – прорычал Сандр, поднимаясь на ноги. Темноволосая девушка снова бросилась на него, визжа, как лисица, и он схватил ее за волосы, а затем с силой швырнул об пол. Она потеряла сознание – во всяком случае, Кая очень на это надеялась. Сандр перешагнул через нее, на ходу доставая из-за пояса нож.
– Отдай мне камень, Артем, – сказал он, направляясь к ним.
Его лицо изменилось. Теперь в нем не было ничего от Сандра, который принимал их за ужином и вел с ними долгие беседы. Его глаза потемнели. Пальцы хищно скрючились, темные волосы топорщились, как чешуя. Даже если бы она только что не видела доказательств своими глазами, Кая легко поверила бы на слово, что перед ней – кто-то с другой стороны.
Артем тяжело дышал от боли. Из его правой руки струилась кровь, но другой он продолжал крепко держать камень. Кая сделала шаг вперед, закрывая его собой, сжимая в руке бесполезный пистолет. Другого оружия не было.
Крик и вой за дверью стали оглушительными. Краем глаза Кая увидела, как Тоша и Ган пытаются заблокировать дверь парой мечей, пока остальные удерживают ее от напора с той стороны. За спиной у Сандра, постанывая и потирая голову, пыталась сесть капитан Сокол.
– Отойди от него, или я тебя убью, – произнесла Кая.
– Поздновато ты решила о нем позаботиться, – прошипел Сандр, улыбаясь. – Он мой. И камень тоже мой. Артем… Подойди сюда. Или мне придется убить ее прямо…
С тонким визгом что-то маленькое и светлое метнулось Сандру наперерез, сбивая его с ног… А в следующий миг Кая увидела, что это была Марта, Марта со все еще связанными руками, Марта с растерянным, бесконечно растерянным лицом. Нож Сандра вонзился ей в грудь.
– Как я уже говорил, – пробормотал Сандр, крепко держа ее за плечо и проворачивая нож, – предателям здесь не место.
И без того бледное личико Марты побледнело еще больше. Струйка крови изо рта и слезы из глаз сбежали по ее лицу одновременно.
– Я хотела… – прошептала она, больше не заикаясь. Она смотрела прямо на Каю, а потом ее взгляд остановился, и договорить Марта уже не смогла.
– Нет! – Это был оглушительный крик, и Кая не сразу сообразила, что кричит сама. – Нет! Марта! Я убью тебя!
Она бросилась на Сандра в слепой ярости, вне себя от боли, не думая о том, что ей нечем сражаться.
Сандр толкнул Марту, и она упала на пол – медленно, осторожно, как будто еще не до конца веря в то, что мертва.
Кая не успела добежать до Сандра. Между ними вдруг появился Ган. Он бросился на Сандра, замахиваясь мечом для удара, после которого никто не смог бы уцелеть… А потом произошло что-то, чего Кая не смогла понять. Сандр на мгновение прикрыл глаза, и из-под его скрюченных пальцев вылетело что-то крохотное, дробящее воздух, зеленоватое. Это что-то ударило Гана прямо в центр груди, и он задохнулся, как будто одним махом весь воздух покинул его легкие.
– Прочь! – прошипел Сандр, снова замахиваясь для удара, который – почему-то Кая знала это наверняка – стал бы для Гана последним.
– Я же сказал, поосторожнее с ним! – Это был человек в маске, уже вооруженный. Он ударил Сандра мечом с чудовищной силой, но каким-то образом – если то, что Кая видела только что, было магией, без магии здесь явно не обошлось – Сандр избежал этого удара.
Тоше, Саше и тем из стражей, кто остался в комнате, удалось заклинить дверь мечами. Теперь они, кажется, с некоторым недоумением смотрели друг на друга, не понимая, должны ли продолжать сражаться уже между собой.
Темноволосая девушка и капитан Сокол все еще были на полу. Как и Марта. Кая смотрела на нее. Вдруг ей показалось, что все в комнате происходит очень медленно. Собственный голос звучал в ушах как ток крови: «Все будет хорошо, Марта. Никто не пострадает».
Ган и человек в маске сражались с Сандром. У них были мечи, а у человека в маске, кажется, еще и пистолет, которым он все никак не успевал воспользоваться… Сандр был вооружен только ножом, но каким-то образом продолжал не только отражать удары, но и наносить собственные. Одна из рук человека в маске повисла бессильной плетью, и пистолет упал на пол. Воздух под пальцами Сандра искрил то зеленым, то желтым, то алым.
«Двигайся. Двигайся. Сделай же что-нибудь». Сквозь воздух, ставший тяжелым и вязким, Кая с трудом обернулась к Артему. Весь покрытый испариной, он стоял очень прямо. Его глаза закатились так, что видны были только белки, а камень в левой руке сиял, пульсировал, и в такт ему сокращалась прореха у них за спиной.
– Артем? – Она сделала шаг к нему. – Что?..
А в следующий момент мир взорвался. Дверь, возле которой все еще стояли Тоша, Саша и стражи, сорвало с петель. Мечи, удерживавшие ее, сломались, как тростинки. Людей, стоявших у двери, разметало в разные стороны. Кая видела, как Тоша, пролетевший по высокой кривой, ударился об стену, обитую металлом, с жутким хрустом. Он упал на пол и остался лежать неподвижно.
Тень ворвался в комнату, как стремительный черный вихрь, в облаке темноты, и вслед за ним в комнату вбежали лесные псы, навка, приволакивающая простреленную ногу, влетели десятки крохотных духов.
– Аждая! – вскричал Сандр, уворачиваясь от очередного удара человека в маске. – Какая встреча… Аждая а-хей ро.
А потом Тень взревел. Этот чудовищный рев, казалось, пронизал все существо Каи. Она зажала уши руками и закричала, и весь мир стал немым, как будто комната наполнилась водой. Тень снова взревел, и на мгновение Кая увидела его огромную пасть с капающей зеленой слюной совсем близко. Сандр что-то кричал, и вокруг него сплетался из желтых и зеленых нитей кокон из света, отбросивший в сторону человека в маске и Гана. Что-то маленькое и темное выпало у человека в маске из-за пазухи и приземлилось на пол рядом с Артемом с глухим металлическим звуком. Ган, легко оттолкнувшийся от пола, снова бросился на Сандра с мечом в руках. В тот же миг Тень понесся на них, увлекая за собой пространство, ломая и круша все на своем пути. Вслед за ним мчались, не обращая внимания на людей, лесные псы, навка и другая уцелевшая нечисть из соседней комнаты.
– Ган! – закричала Кая и не услышала собственного крика.
Тень врезался в Сандра и Гана всем чудовищным весом, увлекая их вместе с нечистью в прореху, принявшую дар с громким чавканьем. А потом Артем, все еще белый как мел, истекающий кровью, наклонился и поднял то, что лежало у его ног, свободной от камня рукой. Это был фотоаппарат.
Взгляд Артема снова стал осмысленным, живым. Он посмотрел прямо на Каю и растерянно, слабо улыбнулся.
– Кая… Пока.
А потом, сжимая камень в одной руке и фотоаппарат – в другой, он бросился в центр прорехи, туда, где только что исчез Тень. Кая услышала громкий щелчок, единственный звук в мертвой тишине вокруг. Артем нажал на кнопку фотоаппарата… И прореха закрылась, буднично, быстро, – и уже невозможно было поверить, что еще недавно она была здесь, на месте гладкой стены.
Кая бросилась к стене, упала на колени, прижалась ладонями к холодной металлической обивке.
– Ган? Артем? – Собственный голос доносился издалека, как сквозь толщу воды.
Стена молчала.
Кая с трудом обернулась. У нее за спиной Саша пыталась привести в чувство Тошу. Темноволосая девушка была жива – она пыталась подняться. Человек в маске держал на прицеле двух оставшихся в живых стражей. Еще несколько пистолетов уже было у него за поясом. Капитана Сокол нигде не было видно.
Человек в маске бросил один пистолет в сторону Саши с Тошей, другой сунул Кае.
– Вот тебе. Думаю, теперь нам имеет смысл здесь задержаться, а? – Он хмыкнул, а затем с досадой стукнул по стене, ответившей глухим звоном. – Поверить не могу, что я его упустил!
А потом Кая увидела Марту – и в мир наконец вернулись все звуки.