Здешний аэропорт Шереметьево был куда скромнее того, что остался в моей реальности. Терминал здесь всего один, и он довольно невелик. У людей в Тверди не принято летать в Турцию на отдых. Там сейчас и не Турция вовсе, а империя османов, а это слегка не одно и то же. Международный туризм не является здесь чем-то массовым. К примеру, если бы я захотел поехать искупаться на Коста Браво, то это решение можно было бы отнести к разряду суицидальных. Орков в Арагоне, пропитанным религиозным фанатизмом, мягко говоря, не жалуют. Их почему-то считают отродьем Сатаны. В общем, сложно все в Мире Тверди. Оттого-то стайка красивых девчонок, идущих на регистрацию, невольно привлекла всеобщее внимание. Они-то куда едут?

— Тебе пора, — одними глазами показал на них сопровождающий меня офицер. — Этих из Омска в Авалон пытаются вывезти. Твоя зеленая. Ты должен ее отработать. Мы все подготовили.

— Понял, — кивнул я, вспомнив какие-никакие инструкции, полученные в Экспедиции. — Ну, я пошел.

Я пристроился позади компании, точно зная, что билеты нам с означенной красоткой дадут на соседние места. Быстро сдал багаж, получил посадочный талон и пошел на досмотр. Тут он был совмещен вместе с таможней. Я предусмотрительно встал позади, наблюдая за весьма необычной картиной, развернувшейся по воле внешней разведки.

— Птички мои! Рыбки! Все ко мне! Все ко мне! Не отстаем!

Это голосил какой-то мужичок, невысокий, чернявый и скуластый. Глаза у него слегка раскосые, как у якутов в моем прошлом мире. Но он не якут точно, потому что это чистокровный сибирский эльф лаэгрим. Я их не видел никогда, но ориентировку на него в Экспедиции получил. Выглядел эльф изрядно потасканным, но зато молодился изо всех сил. Он одет в какой-то модный цветастый пиджачок, розовые брючки, а яркий пижонский плащ перебросил через руку.

— Амантиэль Сильмаранович! Амантиэль Сильмаранович! Нам куда теперь? — защебетали девчонки, обступив его кругом и глядя на него с наивной, какой-то детской доверчивостью.

— Так! — к ним подошла монументальная тетка в форме таможенника. — Вы организованная группа? Ваши паспорта!

— Да-да! Вот же они! — засуетился эльф, который никаким эталоном красоты не выглядел. Напротив, выглядел он каким-то прохиндеем не из крупных. Есть такая порода: мелкие жучки-разводилы с хорошо подвешенной метлой. Юным девчонкам этот тип голову на раз забьет, а вот с каким-нибудь тертым мужиком ему уже будет гораздо сложнее. Размотают его в момент, потому что люди такие обычно гнилыми и мягкими, как говно. Чуть надавил на него, а он уже из пальцев лезет и воняет гадостно. Видел я таких немало(1).

— Вещи к досмотру! — скомандовала тетка, и очередь из щебечущих красоток покорно потащила чемоданы к стойке.

— Вы проходите! — махнула тетка эльфу, и тот перешел государственную границу, получив заветный штамп в паспорте.

— А это что у вас, сударыня? — тетка достала какой-то флакон из чемодана.

Белокурая девчушка непонимающе похлопала голубыми глазенками и ответила:

— Шампунь.

— А почему на него сканер реагирует? Пройдите на личный досмотр.

Дальше начался форменный цирк. У одной модели служебная собака унюхала хтонические грибы, которые таможенники достали из чемодана с победным видом. Еще у одной закралась ошибка в фамилии, и ее паспорт аннулировали. У третьей оказалась неверно заполнена какая-то декларация, а у четвертой — разрешение от родителей. Она еще не достигла восемнадцати. Растерянных девчонок увели для разбирательства, а якутский эльф, который уже покинул границу Родины, визжал, бесновался и сыпал угрозами. Только вот он сделать ничего не мог. Назад его никто не впустил.

— Привет, — сказал я красотке-снага. — Я Вольт. А что тут за цирк твои подружки устроили?

А она хороша, ничуть не хуже Маринки. Тоненькая, с высокой грудью и резко прочерченными губами. Густая грива волос спадала до копчика, переливаясь искрой. Узнаю женьшеневое зелье. Из этих девчонок делали само совершенство. И такое вот снажье совершенство смотрит сейчас на меня.

— Я сама ничего не понимаю, — растерянно ответила она. — Мы на обучение в Авалон едем. Наша школа моделей грант получила. Я Карина.

— Девушка, вам особое приглашение нужно? — строго спросила таможенница. — Вещи к осмотру! Откройте. Закройте. Проходите!

Карина, не веря своему счастью, протянула паспорт, куда шлепнули печать, а потом встала около начальника. Тот все еще брызгал слюной и в бессильной злобе тряс кулаком, но сделать уже ничего не мог. Девять воспитанниц из десяти просто сняли с рейса.

— Добрый день! — ослепительно улыбнулась стюардесса эльфу, когда мы уселись в кресла. — Займите свои места по билету, пожалуйста. Я вам говорю, сударь! Это не ваше место.

Наш конвертоплан взлетел с тихим шелестом, и носитель отчества Сильмаранович вскочил, как на пружинке, чтобы пересесть поближе к своей подопечной. На его пути стеной встала стюардесса, которая заученно улыбнулась.

— Простите, сударь! Займите свое место. Самолет набирает высоту. Вы должны пристегнуть ремень и закрыть столик.

— Я хочу пересесть, — хмуро ответил он.

— Извините, — еще более старательно улыбнулась стюардесса. — Но по правилам авиакомпании это не допускается.

— Что за правила такие? — удивился эльф. — Я часто летаю этим рейсом.

— Вчера только обновили, — развела стюардесса руками. — Займите свое место, сударь. Иначе я вынуждена буду вызвать офицера транспортной полиции. Он всегда присутствует на международных рейсах.

— Не надо никого вызывать, — процедил эльф. — Знайте, я этого так не оставлю. Я на вас жаловаться буду.

— Что за день сегодня! — сказал я своей соседке. — Какой-то дурдом. Я учиться в Авалон еду. А ты?

— Я тоже, — сказала она, очаровательно улыбнувшись. — Нам обещают хорошую работу в семьях лордов эльдаров. Я так мечтаю об этом.

— Шампанского? — вопросительно посмотрел я на нее, чувствуя, как в груди все больше и больше разгорается какой-то непривычный огонь. Я смотрел на эту девушку и оторваться от нее не мог. Был в ней какой-то огонек, свойственный людям неординарным, с глубоким внутренним миром.

— А разве тут подают шампанское? — изумленно посмотрела она. — Это же эконом.

— Давай я тебя удивлю, — подмигнул я ей и махнул стюардессе. Та понятливо метнулась, и через пару минут нам уже наливали в тонкие фужеры пузырящийся напиток.

— Настоящее галльское! — изумленно посмотрела на меня Карина. — Обалдеть! Я такого никогда не пила. А чем ты занимаешься?

— О, это очень интересная история! — таинственным голосом начал я. — Нам лететь четыре часа. Давай поиграем в одну игру. Ты угадываешь какой-нибудь факт из моей жизни. Если получается, выпиваешь бокал шампанского. Если не угадываешь, не выпиваешь. А потом угадываю я.

— Давай, — оживилась она. — Ты… э-э-э… живешь на пятом этаже!

— Откуда ты знаешь? — изумился я и протянул ей бокал. — Ты, Кариночка, просто читаешь мои мысли. Я тебя уже боюсь. Пей! Ты заслужила…

— Ой, как вкусно, — улыбнулась она.

— А ты знаешь, что настоящее шампанское нужно закусывать черной икрой, — заговорщицки сказал я, а стюардесса с мучительным видом возвела глаза к небу и побежала обносить бизнес-класс. Ну а что? Я же для державы стараюсь, с объектом работаю. Мне сказали, что тратить можно. Вот я и трачу.

— Ты волшебник? — с серьезным видом спросила девушка, откусив белоснежными зубками бутерброд. Получилось у нее это не по-снажьи изысканно. Так-то мы, положа руку на сердце, народ довольно жлобоватый, невоспитанный и грубый.

— Не угадала, — сказал я ей. — Ты пока пропускаешь. А вот я точно знаю, что ты пила зелье со вкусом лимузенского клафути. Это такой пирог с вишнями.

— Да, пила! — она посмотрела на меня расширенными глазами. — Но последние пару недель нам его не давали. Сказали, что произошел сбой поставок. Его откуда-то издалека везли.

Вот оно что, — понял я. — Со смертью мадам Инвитари Лауранны разорвалась логистическая цепочка. Потому-то Карина разговаривает нормально, да и вообще, вся их группа напоминала обычных людей, а не обдолбанных зомби. На них просто зелья не хватило.

— Твоя очередь, — сказал я, когда нам налили еще по бокалу. — Угадывай.

— У тебя нет девушки, — лукаво посмотрела она на меня.

— И это правильный ответ! — пророкотал я, подражая известному телеведущему. — Мое сердце совершенно свободно. Было. До того, как я сел в этот самолет.

Карина вдруг смутилась и покраснела. Тем не менее, шампанское она выпила и крошечным бутербродом с икрой закусила. Она замялась.

— Ты знаешь, нам нельзя ни с кем встречаться, — шепнула она, пугливо глядя на своего сопровождающего, который сидел в противоположном конце самолета и едва не вывихнул себе шею, пытаясь понять, что у нас там происходит.

— Потому что это исказит ваши тонкие тела, и высокие господа не обратят на вас своего внимания? — подсказал я ей, и она изумленно посмотрела на меня.

— Ты точно не волшебник? — выдавила она из себя.

— Точно, — уверенно сказал я. — У меня знакомая уехала в Авалон из такой же школы в Воронеже. Я ее слова тебе передал.

— Девушка твоя? — поджала Карина губы.

— Нет, — ответил я. — У нас ничего не получилось. Я даже за руку ее ни разу не взял. Кстати, хочешь, я тебе погадаю. Ты веришь в хиромантию?

— Да, — сказала она и протянула руку. — Погадай!

— Хм… — я помял изящную ладошку и с умным видом сказал.

— Каждые три недели ты делаешь маникюр.

Карина захохотала, выдернув руку, а я продолжил.

— Директрисой в вашей школе была старая карга, которую вы боялись до ужаса, и с ней несколько молодых девчонок, которые похожи на киборгов.

— Нет, Валерия Леонидовна вовсе не карга, — надула губки Карина. — Она интересная дама лет сорока пяти. Хотя она чудная. Ролики молодежные в Эхе смотрит, говорит как девчонка. А с ней да, трое гваэдиль были. Те совсем странные. Хотя я это недавно стала понимать. Раньше как-то внимания не обращала.

Да, как только зелье отменили, так и начала обращать внимание на странности. Появилось критическое мышление, — понял я и продолжил.

— Таа-ак! А повезут вас из аэропорта в Бристоль.

— Не знаю, — засмеялась девушка, которой шампанское уже ударило в голову. — Нас машина встречать будет, она и отвезет до места. Только я теперь одна буду. Вот ужас-то какой!

— Зато все внимание тебе достанется, — поднял я бокал.

— Да девчонок жалко, — прикусила губу Карина. — Ревут, наверное, сейчас. Они так мечтали в Авалон поехать, настоящую красоту увидеть, в жизни устроиться. А тут такое! Вот откуда у Наташки грибы эти дурацкие взялись? Она ведь даже алкоголь никогда не пила. Мамина доча.

— Ну, не расстраивайся, — сказал я. — Хочешь, я тебе настроение исправлю?

— Как? — хмыкнула она.

— А вот смотри, что у меня есть! — сказал я, доставая флакончик дорогущих духов с массивной крышкой. — В аэропорту купил. Думал двоюродной сестре подарить, но лучше отдам их тебе.

— Нет, я не возьму, — сожалеюще смотрела Карина на духи стоимостью в месячную зарплату рабочего. — Ты же сестре…

— А ей на обратном пути куплю, — махнул я рукой. — Бери!

— Дорого же, — продолжала сомневаться она, но рука сама собой сомкнулась на флаконе, сама капнула на запястье, и сама убрала его в сумку. Карина была тут ни при чем, это все рука, которая действовала отдельно от мозга. Эту мысль я прочитал в ее взгляде.

— Тебе уже лучше? — спросил я, и она уверенно кивнула. — Давай играть дальше, а то скоро шампанское потеряет все свои пузырьки, и его придется вылить. Выдохшееся шампанское пить нельзя.

— Ой! Да ты что! — перепугалась девушка и махнула сразу до дна. — Нельзя такую вкусноту выливать.

— Тогда следующий ход в нашей игре, — с загадочным видом объявил я. — Теперь я угадываю. Итак! У тебя в Омске остался парень, который любит тебя без памяти и готов сделать предложение.

— Да человек сто таких осталось, — поморщилась Карина. — Только вот я не готова пока. Не хочу замуж. Я развиваться хочу, мир посмотреть. А пеленки постирать я еще успею.

Разговор тянулся долго, а стюардесса подносила бутылки и бутерброды с икрой, хмурясь все больше и больше. Но мне было плевать. Не обеднеет разведслужба. Раз я голову в пасть крокодилу сую, то имею право не некоторые вольности. И вообще, я тоже смотрел фильмы про агента 009. У него каждое задание именно так и проходило. Красивая женщина, безлимитный алкоголь и автоматический выигрыш в карты. Я тоже так хочу.

— Дамы и господа! — раздался гнусавый голос из потолка. — Говорит командир экипажа. Наш самолет приступает к снижению. Через двадцать минут мы будем в аэропорту Хитроу. Просим вас пристегнуть ремни и закрыть откидные столики…

— Выпьем на посошок, — встряхнул я половиной бутылки, и Карина покорно кивнула, пытаясь собрать в кучу расфокусированный взгляд. Она уже изрядно накидалась.

Мы расстались в аэропорту Лондона, зная друг о друге все, начиная с детства. Так бывает иногда. Встретил в дороге совершенно незнакомого человека, пьешь с ним целую ночь и выкладываешь ему все, как на духу, зная, что никогда больше не увидишь. Тут было не так. Я и телефон у нее взял, и соцсетями мы обменялись, и я даже руку ей поцеловал на прощание, отчего Амантиэль Сильмаранович, которого необычайно долго выпускали из конвертоплана, пришел в неописуемую ярость. Он схватил девушку за локоть и потащил ее к выходу, где их уже ждал микроавтобус, предназначенный для одиннадцати человек.

Я не стал за ними бежать, привлекая к себе излишнее внимание. Ни это к чему. Я и так узнаю, куда они поедут. И не только я узнаю. Маячок, активировавшийся после вскрытия флакона, имеет магический заряд. Кавалерия уже выдвинулась к берегам Авалона. Теперь от меня будут ждать лишь подтверждающего сигнала, что артефакт запущен. Как только я активирую его, то нажму три точки — три тире — три точки. Нажму, даже если это станет последним, что я сделаю в этой жизни. Такое вот у меня задание. Теперь-то я понимаю, почему послали именно меня. Много ума для подобной задачи не нужно, а риск отправиться в Страну вечной охоты весьма велик. На меня работает только эффект неожиданности. Предположить в зеленом парне шпиона авалонцам будет так же легко, как и в жирафе из зоопарка. Я здесь максимально заметен и вызываю максимум негатива. Эльфы — лютые ксенофобы, по крайней мере, их знать. Поэтому несколько дней у меня точно есть, потому что никто не считает нашу разведку законченными дебилами. В общем, это игра на грани фола. Игра, в которой такого, как я разменяют даже на слабое подобие результата. Меня запустили как торпеду, в один конец, ведь нет ни малейшей уверенности, что тамошняя Хтонь примет меня за своего. Так что резон разведки понятен. Схарчат лесные твари безродного орка, ну и хрен с ним. Даже взыскание никому не объявят.

Мне стало немного жаль Карину, для которой две бутылки шампанского оказались чрезмерной дозой. А разве я виноват, что она такая догадливая? Девушка разгромила меня в моей же игре в пух и прах, и теперь едва стояла на ногах. Я вздрогнул, потому что машина тронулась. Черная точка-татау на руке немного нагрелась, и я отчетливо ощутил, как флакон духов начал петлять по улицам огромного города. Он ехал куда-то на север.

— Вольт Петроффич Баширофф? — с непроницаемым лицом спросила меня офицер таможни из человеков. — Ваше приглашение!

— Да, это я, — я протянул ей лист бумаги с печатью покойного госпожи атташе. Авалонка проверила водяные знаки и номер, который внесла в компьютер. Дежурный маг сравнил отпечаток ауры на бумаге с моим собственным, а потом разрешающе кивнул. Меня сфотографировали, сняли отпечатки пальцев, прогнали через сканер и даже обыскали, ощупав руки и ноги. Не очень тщательно они это сделали, кстати. Скорее для галочки. Документы у меня в полном порядке, внешность благообразная, а в вещах ничего подозрительного не нашлось. На лицах таможенников была написана дежурная скука.

— Цель приезда в королевство Авалон? — заполняя какую-то форму, спросила женщина в погонах. Она даже не смотрела на меня, да и вообще разговаривала, не скрывая легкой брезгливости. Если люди были в Авалоне вторым сортом, то орки уж точно считались третьим.

— Учеба на фармацевтическом факультете королевского университета, мэм, — почтительно ответил я. — А еще я всегда мечтал посетить собор в Солсбери. Говорят, его шпиль высотой сто двадцать три метра.

— Вы уже бывали в нашем королевстве? — спросила она, ставя штамп в паспорт.

— Нет, не бывал, — с сожалением покачал я головой. — Новичок.

1 Амантиэль Сильмаранович — один из персонажей цикла Яны Каляевой и Павла Когтя «Кому много дано». Он здесь https://author.today/work/495752