От двух поселений тут – села Верхние Котлы и деревни Нижние Котлы – не осталось уже ничего. Об этих названиях напоминает лишь железнодорожная платформа Нижние Котлы (у Варшавского шоссе), а также речка Котловка, длиной более 7 километров, питающаяся в основном от подземных источников. Исток ее находится на Теплостанской возвышенности, в районе Зюзина, а устье у Нагорного проезда.
Котлы несколько раз упоминаются при рассказах о значительных событиях русской истории. Так, в самом начале Смутного времени они стали свидетелем совсем необычного происшествия: стрельцы выкатили пушку, обратив ее на запад, забили заряд, положили еще что-то и выстрелили. Таким образом избавились от пришельца из Польши под именем царевича Дмитрия. Он пал жертвой возмущения в Кремле: восставший против поляков народ выволок его обезображенное тело на Красную площадь и выставил на позорище, положив на Лобное место со скоморошьей дудкой на груди. Потом тело самозванца похоронили на скудельничьем кладбище в Покровском монастыре (см. часть первую), но на следующий день, ко всеобщему удивлению и смущению, его не оказалось в могиле, оно обнаружилось совсем на другом кладбище. Тогда-то и решили эту проблему кардинальным образом: зарядили прах в пушку и выстрелили в ту сторону, откуда и пришел Лжедмитрий.
Первый известный владелец этих мест – дворянин Афанасий Прончищев: в писцовых книгах 1627–1628 гг. прописано, что «пустошь, что было сельцо Козино, Копытово тож, на речке на Котле» было его поместьем. Примерно через двадцать лет им же выстроена деревянная церковь Св. Николая Чудотворца, поселены крестьяне, и пустошь стала селом Никольским (иногда и по владельцу – селом Прончищевом).
Афанасий Прончищев в царствования Михаила Федоровича и Алексея Михайловича был несколько раз послом на переговорах в Турции и Польше. Его сын стольник Иван, к которому перешло село, также участвовал в переговорах с иностранными державами. Примерно в конце 1670-х гг. он выстроил в селе уже каменное здание Никольской церкви. В 1704 г. владельцами были стольник Иван Петрович Прончищев и Александр Тимофеевич Ржевский, женатый на Анне Михайловне, урожденной Прончищевой. А.Т. Ржевский был прокурором в Юстиц-коллегии, впоследствии президент Вотчинной коллегии. Их дочь, Дарья Александровна, в 1742 г. вышла замуж за статского советника князя Ивана Михайловича Одоевского, служившего в Московской Дворцовой конторе, село перешло в род князей Одоевских и принадлежало их сыну князю Сергею Ивановичу. Одоевские недолго владели Котлами (тогда уже, вероятно, единое село разделилось на Нижние и Верхние Котлы), с 1774 г. помещиками становятся Голицыны, в 1830 г. селом Верхним, или Никольским, владели двое: поручик Анастас Ардальянов, у которого числилось 26 крестьянских дворов с 140 жителями, и полковник Александр Калашников с 16 дворами и 120 жителями.
Церковь представляла собой скромный четверик, завершенный широким куполом, рядом – одноярусная колокольня XVIII в. Судя по фотографиям, опубликованным в 1911 г. Императорской археологической комиссией, иконостас в церкви был необычным – иконы располагались в виде концентрических арок по восточной стене. Церковь эту снесли в 1930-х гг.
Селение Котлы находилось на пути с юга в Москву, и здесь встречали митрополита Киприана – одного из самых выдающихся иерархов русской церкви, поставленного управлять Московской митрополией. По словам так называемой Никоновской летописи, «и срете («сретать» значит «встречать». – Авт.) сам Великий Князь с материю своею Евдокиею и с братиею и с Бояры на Котле…».
Именно под Котлами развернулось решающее сражение между войском царя Василия Шуйского и полками восставших крестьян и казаков под предводительством Ивана Болотникова.
Иван Исаевич Болотников прожил жизнь яркую и богатую событиями, жизнь русского человека XVII столетия, полную опасностей и приключений. Он был холопом князя Телятевского, бежал в молодости к казакам, был взят в полон крымскими татарами и продан в рабство на турецкие галеры. После поражения турок в морском сражении он освободился и через Венецию и Польшу вернулся на родину.
Именем Лжедмитрия он собрал под свои знамена большое войско, объединив всех недовольных порядками в Московском государстве: в своих «листах» он призывал «боярским холопам побивати своих бояр», обещая «и жены их и вотчины и поместья».
Армия мятежников в конце 1606 г. подошла к Москве и заняла позиции у Коломенского и Загорья. Там они устроили укрепленный «острог»: поставили несколько сотен саней «в два и три ряда одни на другие, и плотно набили сеном и соломою, и несколько раз полили водою, так что все смерзлось, как камень».
Решающее сражение развернулось 2 декабря 1606 г. у деревни Котлы, царскими войсками предводительствовали Михаил Скопин-Шуйский и Иван Колычев. Болотников сражался «как лев», но из-за измены был разбит и отступил к Коломенскому. Войска царя Василия Шуйского осадили острог и три дня «по острогу их биши, разбита же острога их не могоша». Только после стрельбы «огненными ядрами» удалось взять укрепление. Болотников отошел к Серпухову, а позднее к Туле, где был окончательно разбит, схвачен в плен и сослан в Каргополь.
В 1775 г. у Котлов выстроили триумфальные ворота, через которые должен был проехать победитель турок фельдмаршал П.А. Румянцев-Задунайский. Императрица Екатерина II задумала пышно отпраздновать Кючук-Кайнарджийский мир, знаменовавший победу в долгой и разорительной Русско-турецкой войне. По словам очевидца, по Серпуховской дороге «на довольное расстояние друг от друга воздвигнуты небольшие пирамиды, украшенныя вверху картинами, изображающими разныя победы сего славнаго полководца. Все сии картины были транспарантныя или прозрачныя, дабы, в случае прибытия его в ночное время, могли оне освещены быть огнями… Пирамиды сии украшали дорогу на несколько верст длиною, и по конец всех, в последнем к Москве селении, в Котлах, при самом съезде под гору, построены были небольшия деревянныя, и по обыкновению, раскрашенныя и расписанныя, триумфальныя ворота».
В 1869 г. в Верхних Котлах, которые назывались также по церкви селом Никольским, Поклонной горой, и Казином, насчитывалось 256 жителей, 29 деревянных домов и один каменный. Нижние Котлы тогда же были более оживленным местом, если судить по тому, что в деревне были две лавки, постоялый двор, две харчевни и еще питейный дом, при 276 жителях.
Недалеко от Нижних Котлов в 1892 г. поселился знаменитый художник В.В. Верещагин, задумавший создать серию картин из истории Отечественной войны 1812 г.: «…я выбрал именно Москву, потому что здесь завязан был узел нашествия на Россию двунадесяти языков, здесь разыгралась самая страшная картина великой трагедии двенадцатого года. Я чувствовал необходимость быть возможно чаще в стенах Кремля, для того, чтобы восстановлять себе картину нашествия, чтобы проникнуться тем чувством, которое дало бы мне возможность сказать правду о данном событии, правду, неприкрашенную, но такую, которая действовала бы неотразимо на чувство русского человека…», – писал он Стасову.
Верещагин поселился далеко от города, в сельской местности: поскольку предпочитал места уединенные, где ему никто бы не мешал, и, страдая приступами малярии, подхваченной им в тропических странах, выбирал сухие, хорошо проветриваемые места. Художник снял в нескольких верстах от деревни Нижние Котлы на высоком холме над Москвой-рекой участок земли в две с половиной десятины и построил на нем из мачтовой северной сосны просторный дом-мастерскую. Здесь были написаны почти все картины по истории 1812 г., художник привозил в эту мастерскую множество этюдов из путешествий, и отсюда он отправился в 1904 г. в свою последнюю поездку, на театр военных действий Русско-японской войны, с которой уже не вернулся. Крейсер «Петропавловск», на котором находились адмирал С.О. Макаров и В.В. Верещагин, подорвался на мине и затонул.
Дом же в Нижних Котлах не сохранился: его продали на слом хозяину мебельной фабрики.