Теплым Станом теперь называется большой жилой район на юго-западе Москвы у Кольцевой автомобильной дороги, с правой стороны Профсоюзной улицы. Этот район стал застраиваться с начала 1970-х гг., и теперь ничего, кроме названия, не свидетельствует о бывших здесь деревнях. Происхождение самого названия не ясно: считается, что станом обычно называли место, где останавливались сборщики ханской дани, но почему «стан» именно тут был теплым? В Кратком топонимическом словаре дается такое объяснение: это термин пограничной сторожевой службы, место, где дозор мог отдохнуть и согреться.

В этих местах, по обе стороны Калужской дороги (недалеко от нынешнего пересечения Профсоюзной улицы с Кольцевой автомобильной дорогой), располагались две деревни Теплые Станы – с правой стороны Верхние, а с левой – Нижние. Верхние «тянули», принадлежали к селу Троицкому (теперь за Кольцевой дорогой), а Нижние – к селу Узкому.

До середины XIX в. в деревне Теплые Станы была первая от Москвы по Калужскому тракту почтовая станция.

Как рассказывает историк этих мест барон Д.О. Шеппинг, владения составились в течение многих лет путем многочисленных покупок и обменов деревень и пустошей, прослеженных им по документам с XVII в. Так, в 1627 г. деревни Говорово и Жуково на Нераковом овраге, пустоши Поповка, Дураково, Руднево, Ощерино и Беляево значились за Филиппом Григорьевичем Башмаковым, а пустошь Тимонина в поместье за князем Дмитрием Оболенским. Многие владения были скуплены небезызвестным Федором Шакловитым, главой Стрелецкого приказа и любимцем царевны Софьи. В 1687 г. был он «за воровство и измену казнен смертию», и 3 марта следующего года «великими государями царями Иоанном Алексеевичем и Петром Алексеевичем, всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцами, дана жалованная грамота думному дьяку Автомону Ивановичу Иванову на вотчину вора, изменника и клятвопреступника Федьки Шакловитого». Вотчина эта была отдана дьяку за то, что он, будучи на стороне законных государей, «Федьки Шакловитого с товарищами тот их злохитростный умысел разорил». Дьяк был крупным должностным лицом, занимал важные должности в системе государственного управления конца XVII в.: был думным дьяком в Поместном приказе, а в 1694 г. ему приказали ведать еще и Иноземским, Рейтарским и Пушкарским приказами. В Москве у него, возможно, был великолепный дворец на Ваганьковском холме напротив Кремля, там, где позднее построен знаменитый дом Пашкова.

Автомон Иванов еще больше расширил бывшие «Федькины» владения, прикупив соседние деревни и пустоши, а также благоустроил свое имение и выстроил там в 1696 г. каменную церковь во имя Живоначальной Троицы. После смерти дьяка все поместье перешло к его вдове и сыну, и впоследствии оно разделилось, и село Троицкое с деревней Верхние Теплые Станы досталось внучке дьяка Дарье.

Дарья Николаевна, по мужу Салтыкова, была той самой Салтычихой-людоедкой, замучившей 139 своих крепостных после изощренных пыток. Много раз пытались жаловаться на нее, но знакомства и взятки делали свое дело, и жалобщики отдавались ей же на расправу, пока, наконец, двоим ее крепостным, жен которых она замучила, не удалось подать жалобу самой императрице Екатерине II. Было назначено следствие, тянувшееся шесть лет, Салтычиха упорно запиралась, но ее приговорили к смертной казни, но императрица велела поставить ее к позорному столбу с табличкой на шее: «Мучительница и душегубица», лишить дворянства, отцовской и мужниной фамилии, ей даже было отказано называться женщиной (!). Ее заключили навечно в земляную тюрьму в Ивановском монастыре в Москве, где она и пробыла 33 года до смерти.

Имение Салтычихи было приобретено отцом поэта Федора Тютчева, который проводил детские и юношеские годы летом в Троицком. Как позже вспоминал историк М.П. Погодин, «…мне представилось в воображении, как в первый раз пришел я к нему, университетскому товарищу, на свидание во время вакации, пешком из села Знаменского, под Москвой, на Серпуховской дороге, в Троицкое, на Калужской, где жил он в своем семействе… молоденький мальчик, с румянцем во всю щеку, в зелененьком сюртучке, лежит он, облокотясь на диване и читает книгу». Много раз впоследствии Погодин проделывал тот же путь.

Селом Троицким впоследствии владели графы Толстые, в нем до сих пор сохранилась церковь, которая формально находится за пределами города, в поселке Мосрентген. Церковь переделывалась Тютчевыми в 1823 г., когда был изменен декор XVII в. Рядом еще сохранились остатки регулярного парка с прудами, а последние постройки села Верхние Теплые Станы снесли в 1971 г.