Глава 16

Мэдисон

Когда я открываю глаза, от Жоакима и следа не осталось. Он исчез. Остался лишь его запах, витающий у меня под носом. Он пахнет древесиной и замшей и напоминает мне о прошедшей ночи. О сексе, который я и представить себе не могла более интимным, более интенсивным и более страстным. Между нами была эта связь — та, которой быть не должно. Неправильная.

То, что он способен на такой секс, стало для меня больше чем неожиданностью. Я протягиваю пальцы по смятым простыням, зеваю и смотрю на электронные часы на прикроватной тумбочке. 8:37.

Боже, я спала слишком долго. Гораздо слишком долго.

Медленно сажусь и тру глаза, прогоняя сон. Если быть честной, после вчерашнего дня я всё ещё вымотана. Забинтованная нога сразу даёт о себе знать, стоит мне сесть.

Понятия не имею, дали ли мне ночью обезболивающее, потому что сейчас бедро пульсирует, как сумасшедшее.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает знакомый голос с мягким мужским тембром.

Я поворачиваюсь к другой стороне кровати и неожиданно обнаруживаю Плутона.

С каких пор он здесь сидит?

Он устроился в кресле, закинув левую лодыжку на колено, и внимательно меня рассматривает. Черты его лица спокойны, но тени под глазами невозможно не заметить. Он почти не спал?

— Хорошо… — выдавливаю я. — Насколько это возможно. А ты?

Наша встреча вчера вечером, к сожалению, сорвалась. Впрочем, я и так предполагала, что в тот вечер больше не увижу Плутона, ведь убийца должен был отвести меня к брату. По крайней мере, я так думала. Но этого не произошло. Кассио больше нет… Все признаки на это указывают. И всё же я не хочу в это верить.

— Тоже нормально. Как нога?

Я опускаю взгляд на себя и понимаю, что на мне ничего нет. Красный неглиже валяется на полу. Моё тело прикрывают только повязка и тёмное одеяло.

— Немного пульсирует. Ты знаешь, кто обработал рану?

Только бы не Жоаким…

— Тебя осматривал врач Общества, — объясняет Плутоно, убирая ногу с колена и наклоняясь вперёд в кресле. Он складывает руки между разведёнными коленями. Металлические пальцы протеза тихо гудят — знакомый звук. Пряди волос длиной до подбородка падают ему на лицо, когда он поднимает на меня взгляд. — Это правда, что говорят? Что ты заключила сделку с предателем?

По моему лицу он сразу читает ответ. Да.

И я вижу в его взгляде тень разочарования. Но что бы он сделал на моём месте? Он бы тоже согласился на сделку, если бы речь шла о его брате. Разве нет? Любой поступил бы так ради брата или сестры.

— Да. Не по своей воле. Он не оставил мне выбора.

На мгновение взгляд Плутона впивается в меня. Он приподнимает брови, сжимает губы в тонкую линию и кивает.

— И правда ли, что ты не ввела моему брату всю дозу яда?

— Да.

В его словах ощущается гнетущий холод.

— И что бы ты сделала, если бы предатель действительно привёл тебя к брату? Если бы он сдержал своё слово?

Он правда хочет услышать ответ? Он же и так его знает. Я бы сбежала с Кассио. Он это понимает, читает по моим глазам, и, тяжело вздохнув, опускает взгляд.

— Ты могла сказать мне, Мэдисон, — произносит он с явным разочарованием.

Мы знакомы всего несколько дней. Конечно, я доверяю Плутону больше, чем кому-либо на этом острове. Но нет — я бы никогда не посвятила его в это.

— Я не могла. Мне нельзя было никому рассказывать о сделке.

Даже если я сейчас разрушу его иллюзии — мы не друзья. Мы просто живём в одном месте, потому что вынуждены. Он должен это понимать.

— Понимаю. Тогда я больше не буду мешать.

— Где остальные? — спрашиваю я.

Плутоно смотрит мне прямо в глаза.

— У Урана. Его серьёзно ранили. Он при смерти.

— Что?.. — выдыхаю я, широко распахнув глаза.

— Да. Сегодня утром его нашли у старого дерева возле главного входа в замок. Он висел вниз головой и выглядел мёртвым.

Я резко отбрасываю одеяло.

— Почему ты сказал мне об этом только сейчас?

— Потому что мы не друзья, и я решил, что тебе нет дела до жизни Урана.

Почему мне кажется, что Плутоно задет? Что он чувствует себя преданным?

Так как я больше не привязана к кровати, я сползаю с матраса, ставлю здоровую ногу на ковёр и хватаюсь за стойку кровати. Где-то здесь лежала моя одежда. В неглиже я точно не собираюсь показываться остальным — они воспримут это как приглашение наброситься на меня.

Если убийца потребовал ещё одну жертву, то он… Боже. Не думай об этом. Если Кассио ещё жив, он убьёт и его — потому что я не выполнила задание. Я должна найти брата.

Хромая — рана ноет сильнее, чем я ожидала, — я дохожу до стула возле массивного шкафа Жоакима. На нём лежат мои красные вещи. Я роюсь в куче, хватаю короткий топ и шорты и быстро одеваюсь. Ну, насколько это вообще возможно в таком состоянии.

Плутоно всё ещё сидит в кресле, подпирая подбородок рукой, и о чём-то думает.

— Что ты собираешься делать? — наконец спрашивает он.

— Пойду к Урану, — лгу я.

— Правда?

— Да, правда.

Я могла бы сказать ему правду, но не могу.

— Почему ты здесь, Плутоно? — спрашиваю я вместо этого. Я знаю, что союзники Жоакима ему безразличны — живы они или мертвы.

— С этого момента действует новое правило Жоакима. Каждый присматривает за своим партнёром. А раз Жоаким сейчас не может следить за тобой…

Чушь какая-то. Но как бы там ни было, мне нужно уходить. Я, прихрамывая, пересекаю просторную комнату и подхожу к двери в коридор. Вдруг Плутоно оказывается прямо за моей спиной.

— Ты бы ушла, если бы у тебя была такая возможность? — тихо спрашивает он, с болью во взгляде.

Я тяжело сглатываю и тянусь к ручке двери, но он перехватывает мою руку, не давая открыть её.

— Ушла бы?

— Да, ушла бы, Плутоно. Ты это знаешь. Ты меня знаешь. Я не могу остаться. Как только появится хоть малейшая возможность обрести свободу, я убегу.

— Хорошо. Тогда я пойду с тобой.

Что он сказал? Я растерянно смотрю на него, не понимая, к чему он клонит. Он улыбается мне — широко, почти лучезарно.

— У меня для тебя сюрприз.

— Но… зачем ты тогда задавал все эти вопросы? — недоумеваю я.

— Чтобы убедиться, что тебе нет дела до лордов. Ну, кроме меня. Похоже, ты действительно хочешь уйти. Это хорошо.

Хорошо? Он не собирается меня выдать брату?

Он медленно наклоняется ко мне, проводит пальцами здоровой руки по моим распущенным, всё ещё спутанным волосам и внимательно смотрит мне в глаза.

— Я тоже этого хочу.

Он хочет уйти? Не сказав Жоакиму? Это…

— Подожди. Так нельзя.

— Почему?

— По миллиону причин. — Он что, правда собирается сбежать со мной? Это безумие. Романтичное, да, но безумие. Он же брат Жоакима. Самый важный человек в его жизни.

— Во-первых, я не уйду без брата.

Улыбка Плутона становится ещё шире.

— Я знаю. Кассио!

— Да, его так зовут. — Почему он произносит его имя?

Что… что происходит?

Плутоно поворачивает голову к большому книжному шкафу у камина, и тот внезапно начинает двигаться. Мне кажется, у меня галлюцинации.

Сначала я слышу кашель, потом вижу, как в проёме появляется человек в чёрной, мятой и порванной рубашке и таких же брюках, словно переживших ад. Мой… мой брат. Невозможно.

— Но как… — выдыхаю я.

— В этом замке полно тайных ходов, — с гордостью объясняет Плутоно. — Твой брат удивил меня прошлой ночью, когда вдруг оказался у меня в комнате. Сначала я подумал, что он убийца. Пока он не представился. Я сразу понял, что это твой брат.

Я моргаю, не веря глазам. Плутоно отпускает меня, и я бросаюсь к Кассио, который выглядит очень плохо — бледный, измождённый.

— Мэдисон, — хрипит он, стоя у камина и держась за грудь.

— Кассио, но как… как ты здесь оказался? Я думала… правда думала… — Подбежав к нему, я обнимаю его, не в силах отпустить. — Что ты мёртв, — шепчу я ему в шею и плачу от облегчения и счастья. Он здесь. Живой. Со мной.

— Я смог… — он тяжело кашляет, звук пугающе хриплый. — Смог уйти ночью… хотел тебя найти. То, что он говорит… правда…

Под «он» он, конечно, имеет в виду Плутона, который теперь стоит, скрестив руки, и с протезом антрацитового цвета выглядит пугающе уверенно.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе больно? Ты ранен? — спрашиваю я, отстраняясь. От него пахнет потом, травами и болезнью.

— Кроме кашля и жара… — он с трудом втягивает воздух, с тихим хрипом. — Мне нормально. Не надо меня опекать.

Классическая словесная пощёчина от Кассио.

— Я и не опекаю.

— А у тебя рана? Где? — спрашивает он.

— Просто царапина. Ничего серьёзного.

Ничто по сравнению с зияющей дырой в моей груди, которая появилась, когда нас разлучили. Я до сих пор не могу поверить — он здесь. Со мной.

— Какие ещё причины, Мэдисон? — вмешивается Плутоно. — Почему мы не можем покинуть остров вместе?

Я шумно втягиваю воздух, поворачиваюсь к нему и пожимаю плечами. Почему он всё ещё так довольно улыбается? Так, словно может разорвать любой мой аргумент в клочья.

— Самая очевидная. У нас нет лодки или вертолёта, чтобы выбраться отсюда.

Плутоно размыкает руки и смотрит то на меня, то на моего брата, чью руку я сжимаю.

— Ты не поверишь, что я нашёл вчера в лесу после того, как Нептуно увёз тебя.

— Что ты нашёл?

— Лодку, — отвечает Кассио. — Он нашёл нашу лодку. Мы ночью перетащили её к пляжу.

Как?

— Вы вдвоём? — Теперь я чувствую себя так же ошеломлённой, как Плутоно несколькими минутами раньше.

— Ну… Деметриус нам помог, — ухмыляется Плутан. — Однорукий и слепой — не лучшая команда, но, эй, у нас есть лодка, Мэдисон.

Моё сердце тоже делает несколько сальто от радости. Мы уедем с острова. Вместе. С моим братом, который жив.

Это, пожалуй, самый счастливый день в моей жизни.

Переполненная счастьем, я подбегаю к Плутону и крепко обнимаю его.

— Ты… невероятный.