Во второй половине XVII в. Русь воевала со своим западным соседом, Польшей, пытаясь вернуть давно потерянные земли – Украину и Белоруссию. Долгая война велась с переменным успехом, пока в местечке Андрусово в 1667 г. не был заключен мир. Во время этой войны в Россию попало довольно много пленных, расселенных по разным русским городам. После заключения мира многие из них вернулись на родину, но многие выразили желание остаться. Немало насчитывалось и тех, кто добровольно переселился в Россию – особенно это касалось белорусов. Всех их в России называли «мещанами», что означало «горожане» – от польских слов «mieszczanin» – «горожанин» и «miasto», что означает «город».

Правительство царя Алексея Михайловича решило разместить всех мещан в одной московской слободе и отвело под нее немалое место на севере Москвы, у дороги, ведущей в Троицу, Переславль, Ростов. По указу царя тут поселили выходцев из западных городов, и таким образом, получила свое начало московская Мещанская слобода. Точное время ее образования неизвестно, но историк С.К. Богоявленский, тщательно исследовавший слободские документы, полагал, что это произошло между ноябрем 1670 г. и июнем 1671 г. Непосредственно устройством слободы руководил сам ближний боярин Артамон Матвеев, глава Малороссийского и Посольского приказов. В планировке Москвы до сих пор остались следы этой слободы: несколько длинных, параллельных друг другу улиц, до недавнего времени сохранявших название Мещанских.

Церковь Адриана и Наталии в Мещанской слободе. 1882 г.

В Мещанской слободе находились две церкви: одна у самого начала главной слободской улицы, 1-й Мещанской[52], – Святых Апостолов Петра и Павла, а другая почти у самого ее конца – Святого Апостола Филиппа. Здание последней каким-то образом сохранилось, а вот другая погибла.

В 1672 г., почти сразу же после основания слободы, на большом участке в 2800 квадратных саженей стали строить деревянное здание церкви на пожертвования слобожан, и, кроме того, из Посольского приказа выдали 102 рубля. Новая церковь была освящена во имя св. апостолов Петра и Павла и богато украшена, что свидетельствовало о высоком благосостоянии мещан.

В большой пожар осенью 1688 г. деревянная церковь сгорела, и мещане собрали деньги на новую, уже каменную. Но для окончательной отделки средств не хватило, и слобожане били челом государям с просьбой о помощи. Великие государи, цари Иван и Петр Алексеевичи, велели «в ту новопостроенную церковь к дверям и к окнам на затворы дать двести досок железа ис того, которое собрано с кровли государственного Посольского приказа и положено на Посольском дворе в анбары».

По просьбе мещан священником в слободскую церковь определили Ивана Фокина, служившего до этого в церкви Введения в Барашах, где он на собственные средства основал школу. Переведясь в Мещанскую слободу, он предложил своим прихожанам перенести и школьные постройки. Мещане согласились и устроили при церкви не только школу, но и богадельню.

Главный престол в церкви был Петропавловским, но церковь была всем известна по имени придела Святых Адриана и Наталии. Другой престол посвящался святителю Николаю Чудотворцу. К середине XIX в. трапезная церкви была значительно увеличена, и в 1882 г. с запада к ней пристроили ризницу и библиотеку.

Здание церкви Адриана и Наталии славилось своим замечательным изразцовым убором – ведь в числе ее строителей было много белорусских мастеров ценинного, то есть изразцового, дела. Как отмечали специалисты-реставраторы, обследовавшие церковь в 1922 г., изразцы эти были первоклассной работы. В акте обследования один из наиболее авторитетных и известных специалистов по иконописи того времени Г. Чириков отмечал исключительную ценность иконостаса с иконами, одновременными самой церкви. «Они, – писал он, – представляют исключительное историко-художественное значение и являются редкими живописными памятниками конца XVII в. русских мастеров, к которым нужно отнестись с большой осторожностью и бережностью».

Можно представить, с какой «осторожностью» и «бережностью» отнеслись большевики к этому чуду русского искусства и ремесла, когда они взялись за разрушение церкви. В июле 1936 г. во всю силу работала чугунная баба, безжалостно сокрушая и изразцы, и все здание.