В младенчестве моем она меня любила

И семиствольную цевницу

                                              мне вручила.

Она внимала мне с улыбкой —

                                                     и слегка,

По звонким скважинам

                                      пустого тростника,

Уже наигрывал я слабыми перстами

И гимны важные, внушенные богами,

И песни мирные фригийских пастухов.

С утра до вечера в немой тени дубов

Прилежно я внимал урокам

                                              девы тайной,

И, радуя меня наградою случайной,

Откинув локоны от милого чела,

Сама из рук моих свирель она брала.

Тростник был оживлен

                          божественным дыханьем

И сердце наполнял

                                  святым очарованьем.