Фрея выбрасывает вторую руку вперед, пытаясь вцепиться в мое запястье, но не успевает. Айварс моментально оказывается рядом и перехватывает.

Ее взгляд тут же меняется. Становится влажным, кротким, полным нежности.

— Любимый, она обманула тебя. Обманула всех нас. Я! Я — твоя истинная! Она что-то сделала! Она…

Фрея задыхается от негодования. Возмущения. Любви. Так натурально, что у меня ни малейших сомнений не возникает — она действительно верит в то, что говорит. По ее щекам катятся слезы, все тело мелко подрагивает. Взгляд становится умоляющим.

— Твоя метка была фальшивкой, — произносит Айварс ровным тоном прямо в ее лицо. — Ее привязали темной магией к моей настоящей истинной, что находится перед тобой.

Фрея начинает плакать. Почти скулит, словно каждое слово причиняет ей невыносимую боль.

— Это ложь…

— Это правда, — голос Айварса непоколебим. — Я не смог полюбить тебя, даже когда считал своей истинной. И искал способ разорвать связь.

— Зачем ты так, Айварс? Мы ждали ребенка. Она убила его!

— Ты не могла ждать от меня ребенка. Нашу близость я тебе просто внушил, — каждое его слово бьет Фрею, точно кнутом, заставляя вздрагивать. — Ты либо мне изменила…

— Как ты можешь такое говорить?

— …либо взрастила в своем чреве тьму. Расскажи мне, Фрея, — голос Айварса внезапно смягчается, и ее влажный взгляд останавливается на его лице. Смотрят друг другу в глаза, и она замирает, слегка подаваясь вперед. Словно надеясь получить хоть крохи ласки.

А мне внезапно становится неприятно от того, как ее тонкое запястье смотрится в его руке. Он сжимает твердо, но не причиняя боли.

“Я был ей хорошим мужем”, — всплывает в голове. Злит до зубовного скрежета.

— Расскажи мне все. В ту ночь ты говорила, что к тебе явилась богиня?.. — продолжает он. Фрея кидает быстрый взгляд, полный ненависти, на меня. Так, словно считает здесь лишней.

Я бы и сама с радостью ушла, но моя сила, кажется, единственное, что хоть как-то приводит ее в чувство. Скорее всего, связано с тем, что метка была завязана на Мирайе. Фрея присосалась, словно пиявка, пытаясь выкачать все — истинность, магию.

И в то же время вбирала в себя все больше и больше тьмы. А оставшись без них…

— Наш союз благословлен богиней, Айварс, — всхлипывает Фрея. — Она сказала мне, что мы истинные. Что никогда не оставит и будет прислушиваться к моим молитвам! И она не соврала! Исполняла мои желания! Мы встретились. Полюбили друг друга. И ребенок… он был твой, клянусь! Я ни с кем… никогда…

— И когда богиня впервые тебе явилась? — почти ласково спрашивает Айварс, и Фрея начинает успокаиваться.

— Несколько лет назад. Ты приезжал в наш город… наверно, даже и не вспомнишь. Я… я работала на рынке. Продавала рыбу, что ловил мой отчим. С первого взгляда поняла, что нам суждено быть вместе. И в ту же ночь мне было видение. Я собрала свои вещи и отправилась в замок. Меня взяли. И только тогда я узнала, что ты женишься! На какой-то страхолюдине, что совершенно тебя недостойна!

На этих словах в моей груди рождается предупреждающее рычание.

— …уже шла к тебе, но меня поймала ее мачеха. Велела убраться в комнате твоей невесты, и тогда я застала её со сводным братом. Небывалый позор! Словно сама богиня вела меня, чтобы…

— Что-то происходило необычное в тот день, когда я приезжал? — довольно резко перебивает Айварс, кидая на меня быстрый взгляд.

— Что?.. А, нет…

— Подумай, Фрея, — в его глазах появляется голубое свечение, а голос вдруг становится объемным. Давит даже на меня.

Внушение, — догадываюсь я. — Вот как оно работает.

— На рынок заходил богатый тейр, — под действием магии ее лицо превращается в восковую маску. — Забыл кошель и расплатился кольцом.

— Ты его знаешь? Видела еще раз?

— Да, здесь, в замке. Его зовут Роалд…

Айварс резко выдыхает, и голубое свечение гаснет. Фрея снова моргает несколько раз, словно пытаясь прийти в себя. Роалд — тот самый, что силой притащил меня в замок Владыки, а затем отдал приказ кинуть в темницу, когда Фрея получила отвар от тьмы. Признаться, я не удивлена.

— Где он сейчас? — тихо спрашиваю я.

— В темнице, — в голосе Айварса бесконечный холод. — Я еще не успел с ним разобраться. Но, кажется, тем для разговора у нас намного больше, чем я думал. Пойдем, Верайя. Не нужно больше тратить силы. Ты очень помогла.

Я бросаю на Фрею последний взгляд. В ее глазах появляется какая-то паника, когда я прекращаю вливать свою магию. Она подается вперед, пытаясь уцепиться за мою руку — со злостью, отчаянием.

— Подожди, — шепчет она. — Мое!

Но скорее ее взгляд гаснет. Становится пустым, равнодушным. Я выпрямляюсь во весь рост, чувствуя просто невероятную усталость. Слова Фреи эхом звучат в голове.

Тьма прикинулась гласом богини и исполняла желания. Даровала истинность с самым сильным драконом Норхаделя. Заставила всех поверить в беременность — даже ее саму. Взамен тянула силы из Айварса. А когда он оборвал эту связь, то буквально сожрала Фрею изнутри.

Исполнение желаний. Плата. Почему-то кажется, что разгадка кроется именно здесь. И если это так, то осталось лишь выяснить, чего так сильно желает Далия. И какую цену готова заплатить.

Или… уже заплатила.