В голове сразу мечутся тысячи вопросов. И первый: как он нас нашел так скоро. Метка еще не завершилась — я бы знала. Почувствовал Тайлу? Владыка Запада ему написал? Или он вовсе здесь не из-за меня, а летит с какой-то дипломатической миссией?

Последнее отметаю. В таких случаях обычно предупреждают.

Делаю глубокий вдох, пытаясь унять волнение. Внутри полный раздрай. Хочется бежать, не разбирая дороги. Хочется стоять и с замиранием сердца следить за его приближением.

Рука с меткой ноет, а внутри нарастает напряжение. Звенит на одной ноте, не давая вдох полной грудью сделать. Дрожащими руками откупориваю приготовленное зелье и делаю глоток. Второй флакон, точно такой же, лежит у меня в кармане.

Секунды растягиваются на бесконечность, превращаясь в такие же долгие минуты. Рейнар с Леной о чем-то тихо переговариваются, но я не прислушиваюсь. Стою у окна, вдыхаю прохладный воздух. Надеюсь, что он хоть как-то поможет прочистить голову.

Пытаюсь определиться, как вести себя с Владыкой. Но чем больше думаю, тем дальше от ответа нахожусь.

Когда дверь распахивается, и слуга объявляет имя гостя, все чувства в одну точку сжимаются, достигая апогея. Во рту пересыхает, сердце стучит в ушах.

— Пригласи его, — спокойным голосом велит Рейнар, не глядя на меня.

Айварс заходит, и в комнате словно сразу меньше места становится. А вместе с Владыкой Севера врывается его аромат. Так пахнет морозное утро — легкая горечь, свежесть, что так ярко разливаются на моем языке.

Так пахнет… неотвратимость.

Запах проникает в легкие, отравляет мой разум и заставляет желать лишь одного. Подойти, прижаться всем телом. Провести носом по коже. Попробовать ее на вкус. Втягивать этот запах снова и снова, пока…

До боли впиваюсь отросшими ногтями в ладонь. Начинаю дышать через рот — рвано, поверхностно. А затем и вовсе закрываю его рукавом платья, не особо задумываясь, как это выглядит.

Просто. Невыносимо.

Склянка с отваром жжет мой карман, но я и слова не могу из себя выдавить. Навалилось разом. Надо чуть привыкнуть. Станет легче. Станет же? Меня вдруг такая злость охватывает.

Какое он вообще право имел — касаться меня, целовать? Клеймить своей чертовой меткой? И смотреть так сейчас — жадно, неотрывно. Словно мы тут в комнате одни. Словно это не он пять лет считал своей истинной совсем другую женщину!

Ту, из-за которой…

— Какой неожиданный визит, — прерывает тишину голос Рейнара. — Сам Владыка Севера пожаловал.

Айварс неохотно поворачивает голову к нему.

— И, заметь, ни одна дверь при этом не пострадала. Учись, — его голос, чуть хриплый, пробирает меня до нутра. Мне прямо сейчас уйти хочется. Не уверена, что в таком состоянии разговор получится продуктивным.

Лена издает невнятный звук. Маскирует его под кашель и берет со столика стакан с водой.

— Лена, — приветствует ее Айварс. Снова переводит взгляд на меня, и в его синих глазах целая буря закручивается.

— Я прилетел, чтобы поговорить со своей истинной, — говорит он. Как у него все просто звучит!

— Так, у себя в замке и разговаривали бы. С Фреей, — не выдерживаю я. Какое-то неприятное чувство с недр души поднимается. Ворочается на дне, точно огромные валуны.

— Верайя. Я не улечу, пока мы все не обсудим, — обманно-спокойным голосом говорит он. Но я же чувствую, как напряжен. Как рвется его дракон наружу, вибрирует ледяная магия вокруг.

— Есть одна проблемка, — говорит Рейнар каким-то подозрительно веселым голосом. — Замок-то мой. Наш, — поправляется, кидая взгляд на Лену. Айварс вздыхает, температура в помещении стремительно падает.

— Сколько? — спрашивает он. Чуть ли не рычит.

— Двадцать процентов.

— Двадцать?

— Да, точно. Как-то маловато. Мы тут ремонт, вообще-то, недавно сделали. Двадцать пять.

Айварс какой-то неверящий взгляд на него устремляет. Но все равно отвечает:

— Идет.

Перевожу взгляд с одного Владыки на другого. Ничего не понимаю, что за торги?

— Что происходит? — не выдерживаю я. Устремляю взгляд на Лену, и она заметно смущается.

— Это… старые счета. Не обращай внимания. Договариваются… о пошлине.

И тут я начинаю догадываться.

— Вы меня за пошлину продаете? — возмущенным тоном переспрашиваю я.

— Не тебя. Гостевые покои в замке. Вам необязательно разговаривать и даже видеться. Ты, главное, это… окно поплотнее закрывай.

Эмоции разрывают просто. Они это серьезно сейчас? Действительно согласны оставить его в замке, пока мы не поговорим? Чтобы он ходил здесь, искал встречи со мной и Тайлой? Чтобы каждый уголок этого места пропах им?

Убираю руку от лица и делаю судорожный вдох. С каким-то острым, болезненным удовольствием, от которого кружится голова.

Боги, я никогда со своим драконом не полажу.

— Не нужно, — отрывисто говорю я. — Мы взрослые люди. Драконы. Решим это недоразумение сейчас. Тейр Вальдрейк, я готова к разговору. Лена, куда нам идти?

— Недоразумение? — чуть ли не слогам чеканит Айварс.

— А прямо здесь оставайтесь. Мы пойдем, пожалуй, — голос Лены доносится как сквозь толщу воды. Я вообще, кроме синих глаз, ничего и не вижу сейчас. Слышу, как закрывается дверь, и сразу за этим беру слово.

— Я все продумала, — сообщаю я, настороженно следя за каждым его движением. Айварс делает шаг вперед. Внутри паника странным образом смешивается с предвкушением.

— Продумала?

— Да, — достаю из кармана флакон. — Это отвар, который подавляет запах. Вам нужно его принять… Вернее, принимать, каждый раз, когда мы видимся. Мы оба будем его пить.

Протягиваю, и самой противно от того, как трясется моя рука. Поджимаю губы и в несколько шагов дохожу до стола. С громким стуком ставлю отвар на него. Кольцо клана Ульварн тускло поблескивает на моем пальце, и Владыка сразу его замечает.

— Только при этом условии я согласна с вами общаться.