– Я был одним из разработчиков игры, – Кротен вздыхает, начав рассказ. – Своего персонажа НПС психа по внешности и по физическим данным списал с себя. Наверное, кроме его истории, – он схватился за голову. – Не помню своего настоящего имени, только обрывки. Не помню свою личность. Не знаю, что было в реальности: бил ли меня отец, есть ли сестра и как выглядит моя мать.

Кротен или кто он, рассказывает это с опущенной головой. Его ладони теребят лицо.

– Не помню имен, кажется, они были моими друзьями. Десять студентов, в группе разработчиков. Вопреки наставлениям все ринулись испытывать игру, полного погружения. ОНА должна была соблюсти все протоколы, но… – Кротен замолчал. – Нами созданный искусственный интеллект, система этого мира полного погружения, что-то сделала не то, в ней была ошибка. Это была сложная лабораторная работа для студентов. Технологии чуть ли не квантовые ворота в другой мир… Но всё пошло не так.

Его пугающий пустой взгляд устремлен в неизвестную мне точку перед собой.

– Они все погибли, выжил только я. Единственный кто переместился в НПС образе. Такими как я по плану должны были быть все: не чувствую боли, местное оружие и зомби не убивают меня по-настоящему. Теперь я, Кротен, часть игры… – его взгляд темнеет. – Они не смогли вписаться в свои версии: выживших и псих НПС… Одного убил собственный персонаж. Девушку… не помню, как её имя, зацепил зомби и… – он сморщился. – Это была ужасная смерть, её буквально скрутило из-за того, что реальность смешалась с не реальным вирусом… Нельзя долго быть в их ошметках, это запомнил... Но… но первым умер… – его дыхание становиться прерывистым. – Мой друг, он… именно он, являлся десятой концовкой выхода. Десятый сценарий для игрока собрать реальных людей в НПС персонажах, подружится и в мире друг с другом прийти по следам к доктору… к другу... но он умер первым. Когда в панике добрались до него, там остались лишь ошметки. Вот так я выжил, а они все мертвы.

Тут он осознанно посмотрел на меня, а на его лице сверкает безумная НПС улыбка.

– Я потерян… – чувствуется безысходность в его словах. – Всё смешалось, вернее я полностью ассимилировался с персонажем, которого сам создал. Помню то, что создал его я, а вот себя почти не помню. Какое было детство, какое солнце и какой настоящий мир. Что значит быть человеком, что значит быть живым… – поднял к потолку взгляд полной не человеческой тоски. – Что значит жить среди людей, – и тут посмотрел в мои глаза. – Ты, Мирра, твоё присутствие напомнило мне об этом. Поэтому вцепился в тебя своими клешнями. С каждым прикосновением все больше ощущаю себя живым. Словно воспоминания возвращаются. Ты стала для меня всем… – вздыхает. – Мне страшно, Мирра. Кто я?

Что мне ответить? Так больно… ему больно… Чувствую это, и моё сердце готово разорваться на мелкие кусочки.

– Ты человек, – беру его руку. – Она теплая, – говорю и поворачиваю ладонью к верху. Провожу по ней пальцем. – Вот он, пульс, ты живой.

В ответ он отрицательно кивает и проговаривает:

– Позволь мне, ещё раз коснутся жизни… не бросай меня.

С этими словами, обнимает. Его теплые губы касаются моего виска, я прикрываю глаза. Нам необходима эта близость. Легкие поцелуи перемещаются, на мои веки, потом на губы. В первый раз я больше нуждалась в этом, сейчас нуждается он. Чувствую, как тело «Кротена» дрожит. Он встал с барной стойки и поднял меня на руки, не сопротивляюсь.

Красный диван, ощущается как настоящий, даже слышу запах новой кожаной обивки. Значит этими прелестями занимался он? Чтобы чувства игроков были идентичны с настоящими? Кто же ты, гений?

– Хочу, очень хочу узнать твоё имя, чтобы произнести сейчас… – говорю это в слух, не думала, что подобное вырвется из меня.

– Мне достаточно того, что ты зовёшь меня: Кротен, мой парень…

Наши уста сплетаются. Его язык внутри словно пытается вкушать меня, как необходимую для жизни влагу. Сейчас он намного настойчивее чем в прошлый раз. Прерывает поцелуй, снимает с меня майку и штаны, раздевается сам.

Было бы не комфортно, если бы эта была реальность, ибо за стеклянной дверью бродят психи и зомби, но они не настоящие. Настоящие только мы с ним, только у нас стучит сердце в бешеном ритме. Я провожу ладонью по его груди ощущая этот живой звук под своими пальцами, его теплая кожа, мышцы и запах.

Он снимает с меня лиф, непристойно оголяя мои груди уже с торчащими сосками. Мне захотелось их прикрыть, я толстая, совсем забыла. Ранее ведь не знала, что он тоже с моего мира, где множество стереотипов. Кротен аккуратно отодвигает мои руки.

– Ты красивая, позволь мне видеть и пробовать это на вкус.

Как завороженная смотрю на происходящее. Спускается к моей поднимающейся груди. Смотрит на меня своими человеческими и не человеческими глазами. Этот взгляд опасен и прекрасен, коварен и возбуждает. Значит в жизни он должен выглядеть почти так же? Какая разница, сейчас это не имеет значения… Проводит языком, по соскам, по моему телу проходит приятная дрожь. Не вольно выгибаюсь и зажимаю ноги между собой. Потому что зудит, странные ощущения в промежности. Кротен улыбнулся, его ладонь спустилась к моей внутренней части бедер. Его пальцы скользнули по лобку, но он не может двинуться дальше. Мои сжатые ноги не позволяют.

– Расслабься и позволь мне…, впусти меня, – его голос стал ниже и отражается в самых тайных местах моих мыслей.

Да, не время тормозить. Поэтому пытаюсь расслабиться и наконец мои ноги разомкнулись. Чего бояться? В первый раз мне было почти не больно. Ему можно доверять… Его палец скользнул вниз по моим влажным половым губам. К входу и в верх к чувствительной, бесстыдно набухшей точке. А его рот в это время ласкает мои груди, поглощая соски вместе с ареолами.

Я прикусываю нижнею губу, пальцы на одной руке погружены в его красные и в мягкие волосы, другой ладонью пытаюсь приглушить свои стоны. Он, не отрываясь от моих набухших сосков убирает руку от моего рта.

– Хочу слышать твой голос, дорогая Мирра, – проговаривает, отпустив грудь.

Целует живот, всасывая кожу, от этого щекочет внизу… ниже пупка.

– Дай мне чувствовать себя человеком, Мирра…

Кротен резко раздвигает мои ноги, его язык скользит по моим складкам. Я вздрагиваю и вскрикиваю, не специально, а по инерции пытаюсь оттолкнуться от него. Потому что это так щекочет и будоражит. Чувства нарастают, но он меня удерживает на месте. Кротен, быстрыми движениями своего языка, играет с этой частью моего тела, а потом меня прошибает резкое ощущение искр по телу. Потому что мой парень нагло всасывается в чувствительную часть моей промежности.

– Твой, голос прекрасен…

С этими словами он поднимается, а я не заметила, что громко кричала и стонала. Мне было бы стыдно, если меня сейчас не сотрясали остатки оргазма. Кротен целует мой подбородок и шепчет.

– Хочу больше... больше тебя...

Его пальцы проникают в самые потаённые места моего лона, раздвигая и надавливая на точки до которых достает только он. Да, я трогала себя ранее, но это абсолютно другое. И тут его пальцы сменяются чем-то большим, его горячий орган заполняет ноющею пустоту внутри меня. Эта наполненность, именно она дает нам возможность ощутить себя живыми, в этом мире полного одиночества. Сейчас нас двое. Решаю в этот момент: я никогда его не оставлю. Кротен ускоряет ритм, и мы сливаемся в общем чувстве удовольствия.