В античные времена стыдливо шептали об «истерической болезни живота».
В средневековой Европе туманно ссылались на «меланхолию желудка».
В современной России гордо называют себя СРКшником.
[Реальное заболевание толстого кишечника. Не головного мозга.
Органических причин нет, но болит долго и сильно.
Вздувает. Может быть диарея. А может – и запор.
Дискомфортно.]
Если бы Гастре жил в античные времена, исповедь была бы такая:
– Гастре! Каюсь. Дух мой истерзан. Чрево волнуется. И от хлеба, и от вина – одно лишь страдание. Видно, Боги гневаются.
– Да смилостивятся над тобой небеса, дитя! Чувствую избыток черной желчи. Вижу, меланхолия одолела твои внутренности. Да и стул твой то тверд, как камень Кроноса, то жидок, как воды Стикса.
– Спаси, мудрейший! Я лишь кишка в бренном теле госпожи своей.
– Вели госпоже избегать свежего хлеба и бобов, дочь моя. Ибо они рождают ветры. А гуморы уравновесь кровопусканием.
Гастре сегодня сказал бы: «Не гуморы, не меланхолия, а синдром раздраженного кишечника. И никакого кровопускания!»
Критерий I – Боль в животе.
Если боли нет, скорее всего, и СРК нет. Болеть может и каждый день, и через день. Может сильно, а может слабо. Сегодня слева, завтра справа. Но болеть должно. Хотя бы раз в неделю на протяжении 3 месяцев. Обычно спать не мешает, но может и не давать уснуть.
Критерий II – Нарушения стула.
Может быть диарея, а может – и запор. Иногда бинго – и то и то. Редко, когда картина в туалете радует.
Критерий III – Частота стула.
Не та, что раньше. До – в туалет как по часам. Каждый день в шесть утра или через день. А тут произошло «что-то», и частота изменилась. Стало или чаще, или реже. Но по-другому.
Критерий IV – Интенсивность болей.
Меняется во время дефекации. Может усиливаться либо, наоборот, уменьшаться во время процесса. Но поход в туалет связан с болью.
И да, анализа на СРК нет. Даже колоноскопия не способна его выявить. Только эти критерии.
Бывает СРК с преобладанием диареи (>3 раз в день), а бывает с преобладанием запора (<3 раз в неделю). Бывает смешанный СРК и неклассифицируемый. Бывает и вздутие с неполным опорожнением кишечника.
Рэд-флаги
Вряд ли дело в СРК, если:
• в стуле кровь;
• лихорадка;
• быстрая потеря массы тела;
• интенсивная боль – единственная жалоба;
• семейный анамнез колоректального рака, целиакии, ВЗК (воспалительных заболеваний кишечника).
Одной-единственной причины нет. СРК похож на полигамного сексиста-абьюзера: причин много, делает больно, еще и женский пол страдает чаще. Уже и в СРК сексизм. Дожили.
СРК – тот самый случай, когда звезды не просто не сложились – они вообще на что-то крупно обиделись. И припоминают все старые обиды:
• перенесенная сто лет назад кишечная инфекция (спасибо беляшу на автобусной остановке в два часа ночи в деревне Нижние Пердушки);
• гастроэнтерит;
• повышенная тревожность (см. Приложение 1).
https://onlinetestpad.com/ru/testresult/58880-gospitalnaya-shkala-trevogi-i-depressii?res=m2az5uvatfiec
А потом в один прекрасный день эти факторы обнаруживают, что встретились-то они не просто в кишках. В женских кишках. И все летит к чертям. Нарушается ось кишечник-мозг. Болит не из-за того, что воспалилось, а оттого, что происходящее в кишечнике стало ощущаться острее. Дурацкая висцеральная гиперчувствительность. Нет бы бабочки в животе. А тут такое.
В здоровом кишечнике нескончаемая вечеринка: газы, кал, бактерии, колебания температуры и pH, снова газы. И так по кругу.
Обычно ось кишечник-мозг эти кишечные рейвы не особо беспокоят – шумоизоляция хорошая. А при СРК чувствительность возрастает в разы. Словно крепкие кирпичные стены вдруг стали картонкой.
В кишечнике абсолютная норма с анатомической точки зрения. Поражений нет.
Но обычные растяжения кишки (от тех же газов) воспринимаются как острая боль. Мозг реагирует или запором, или диареей. Да и сами-то зоны мозга, которые считывают сигналы от кишечника, нехило раздражены.
Боль становится привычной. И чем дальше, тем все более незначительные стимулы запускают болевую реакцию. Какой-то кишечно-мозговой мазохизм.
– Гастре! Я что, погибну?
– Быть может, дочь моя.
– Я знала! Боги отвернулись от меня!
– Погоди, можешь погибнуть от копыт лошади или попасть в руки инквизиции. Ты подозрительно худа. Но не от СРК.
В одном СРК хорош: не прогрессирует. Не вызывает осложнений. Не сокращает продолжительность жизни. Но все равно бесит. Как и бывшие, может уколоть в самое сердце. И даже вызвать метеоризм с диареей в самый неподходящий момент.
Антидепрессанты – первая линия лечения СРК. Не потому что больная голова. Антидепрессанты нужны нервной системе кишечника. Не «успокоить», потому что псих, а полечить.
Как это работает?
• Уменьшается боль за счет действия на спинной мозг и сам кишечник. Нервные окончания в стенке кишки становятся менее возбудимыми. Растет число «тормозящих» веществ – нейромедиаторов. И информация о боли передается в меньшем объеме. «Меньше знаешь – крепче спишь» как раз про это. В случае с висцеральной гиперчувствительностью – выход.
• Нормализуется моторика. Некоторые антидепрессанты ускоряют моторику, что полезно при СРК с запорами, другие же, наоборот, замедляют. А это уже незаменимо при СРК с диареей.
• Растет серотонин. Серотонин не только «гормон счастья». В кишках он нужен для нормальной моторики. Хотя в этом, надо признать, тоже есть определенное счастье. При СРК баланс серотонина страдает. Антидепрессанты же умеют утерянный серотонин и норадреналин возвращать на место. «Обратный захват» – и все довольны.
Антидепрессанты назначает только врач! Самолечение опасно.
Нюансов при назначении такой группы веществ очень много.
– Будет ли эффект сразу?
– Нет. Он появится только через 3–6 недель постоянного приема.
– Будет ли «ломка» при попытке отмены?
– Ломка – это абстинентный синдром. Физиологическая зависимость. Ментальные и физические страдания. При отмене антидепрессантов таких эффектов нет. Возможен синдром отмены – возвращение симптомов, из-за которых и начался прием препарата. Однако мучительной тяги к его употреблению при этом не возникает.
– А если подсяду?
– «Подсесть» от дозировки, прописанной врачом, нельзя. Пока пройдет адаптация организма, скорее захочется их отменить, чем «подсаживаться».
– А как же побочки?
– Они есть. Как и у любого лекарственного препарата. Особенно в начале приема. Но при СРК дозировка обычно низкая. Поэтому и побочные явления, как правило, выражены слабо. Польза превышает риск.
• Банально высыпаться.
При недосыпе мозг острее реагирует на стимулы. А при СРК и без того висцеральная гиперчувствительность.
• Придерживаться Low-FODMAP диеты.
Диета учит выявлять и заменять углеводы, от которых вздутие и боль в животе. Снижение газообразования уменьшает боль и дискомфорт. При СРК-Д (с диареей) – лучшее решение.
• Заниматься спортом.
Физические упражнения сами по себе – естественные стимуляторы работы кишечника. Походил, побегал – все, моторика работает. При СРК-З (с запорами) – благодать. Только без тяжелых силовых. Они повышают внутрибрюшное давление.
• Получать психологическую поддержку.
Когнитивно-поведенческая терапия в такой ситуации – мастхэв. Еще не стоит недооценивать диафрагмальное дыхание: оно уменьшает висцеральную гиперчувствительность.
• Отслеживать триггеры.
Тут как с бывшими. Запоминать все, что бесит, возможно, даже записывать. Потом припоминать. И избегать этого.
• Знать, как оказать себе экстренную помощь.
Иметь аптечку на случай запора, диареи и боли.
В Средневековье пациентку Гастре сожгли бы на костре.
Не из-за СРК – из-за веса. Сочли бы ведьмой. Весила 45 кг. Еще и глаза зеленые.
А вот кишечник болеть перестал, после того как ветры от хлеба и бобов сократились.
Low-FODMAP сработала бы даже в Средние века. Жаль, не было антидепрессантов.