Кабинет хозяина этой очаровательной безмозглой курицы, обладающей шикарным телом и прекрасным личиком, был гораздо скромнее, но все в нем было на редкость продумано и подчинено одной задаче — работать.

Навстречу Венедикту шагнул высокий, худой с копной рыжих с проседью волос, старик. Слегка прихрамывая, подошел к нему.

— Профессор Волошин Всеволод Сергеевич, — протягивая руку, представился старик.

— Частный детектив Струкачев Венедикт Юрьевич, — пробормотал Венедикт, протягивая ему свою визитную карточку.

Всеволод Сергеевич взмахом руки пригласил его сесть, а сам занял свое кресло.

Венедикт, воспользовавшись приглашением, уселся в кресло и, устроившись удобнее внимательно начал изучать профессора. У Волошина была небольшая рыжая бородка клинышком, крупные выдающиеся вперед зубы. Лицо худощавое, слегка вытянутое. Высокий выпуклый лоб выдавали в нем человека, обладающего недюжинным умом. И глаза, глубоко запавшие, сверкали и в них читались настороженность. Очень цепкие, внимательные такие глаза.

Воспользовавшись возникшим молчанием, Венедикт рассматривал кабинет. Профессор сидел в большом кожаном кресле у окна. Вдоль обеих стен стояли старинные книжные шкафы, до отказа забитые толстыми и тонкими фолиантами. Огромный дубовый стол на толстых точеных ножках был завален документами. Посреди стола рядом с сигарным ящиком стояла большая настольная лампа под зеленым абажуром, бросающая тень в форме геральдического ромба. С боку стояла пепельница в виде черепа человека, сделанного из меди.

Профессор достал из деревянной коробки, стоящей на столе сигару. Не спеша отрезал гильотинкой кончик, закурил ее, прикурив от золотой зажигалки. Он посмотрел на Венедикта холодными, колючими глазами.

На вид ему было лет пятьдесят. Но Венедикт знал, что ему гораздо больше. Профессор всегда старался поддерживать хорошую спортивную форму. Как ему это удавалось с его изуродованной ногой для Венедикта осталось загадкой.

— Угощайтесь, — профессор пододвинул открытую коробку поближе к Венедикту.

— Спасибо, я не курю сигары.

— А я с вашего разрешения выкурю эту прекрасную сигару, — пробормотал Волошин, разыскав в коробке понравившуюся сигару.

Прикурил, выпустив изо рта струю ароматного дыма, долго и внимательно осматривал непрошеного посетителя. Наконец, сделав очередную затяжку, сбросил небрежно пепел в пепельницу.

Венедикт думал, что профессор сейчас сядет за стол, набирая, таким образом, авторитет, но Волошин его удивил. Он сел в соседнее кресло, как раз напротив Венедикта. Профессор положил ногу на ногу и очередной раз, затянувшись, молча, уставился на него.

Венедикт принюхался. Очень знакомый запах был у этого табака. Где-то он уже нюхал этот запах.

— «Так это же запах табака в доме несчастного Николая», — мелькнула в его мозгу мысль.

— Хотите что-нибудь выпить? — спросил после некоторого молчания Волошин. — Чай? Кофе? Минеральной воды?

— Кофе, пожалуйста.

Всеволод Сергеевич, наклонившись над столом, нажал кнопку вызова секретаря на пульте.

— Кофе принеси две чашки и что-нибудь закусить.

Дверь скоро распахнулась, и секретарша вошла в кабинет, катя перед собой сервировочный столик на колесах. На столике были аккуратно расставлены две изящные кофейные чашечки из тончайшего китайского фарфора, серебряное блюдце с маленькими пирожными, серебряная сахарница. И над всем этим возвышался массивный кофейник, из которого доносился ароматный запах свежезаваренного кофе.

Секретарша поставила принесенное угощение на письменный стол. Уже с интересом бросила взгляд на Венедикта.

— Спасибо, ты можешь идти, — проговорил профессор, с неудовольствием видя ее внимание к молодому человеку. Червячок ревности зашевелился в его мозгу.

Недовольно нахмурившись, повиливая бедрами, секретарша, постукивая каблучками, вышла из кабинета, провожаемая взглядами двух мужчин.

— Ну-с, молодой человек. Что вас привело ко мне, — с трудом подавив неожиданный приступ ревности, задал вопрос Волошин. — Почему вы так настойчиво добивались встречи со мной?

Помешивая кофе тяжелой серебряной ложечкой, Венедикт начал внимательно рассматривать профессора.

Сейчас Всеволод Сергеевич был удивительно спокоен, и его лицо было воплощением безмятежности. От неожиданно вспыхнувшей ревности, которую Венедикт успел заметить, несмотря на кратковременность, не осталось и следа. Видно с нервами у него было все в порядке.

— Всеволод Сергеевич, вы что-нибудь можете рассказать о Морозове?

Тонкое покрывало спокойствия моментально слетело с профессора. Брови профессора приподнялись в удивлении.

— Чем вызван этот вопрос, позвольте поинтересоваться? — с ноткой подозрительности поинтересовался он, явно напрягая голосовые связки и вертя при этом в пальцах сигару и часто шумно ее посасывая.

— Видите ли, я знаком с родителями Александра Николаевича. С ним я не был лично знаком. Он погиб задолго до моего знакомства с его родителями. Неделю назад неожиданно трагически погибла его мать. Обстоятельства ее смерти мне кажутся очень загадочными. Утром муж обнаружил ее на первом этаже дачного дома всю в гематомах и со сломанной шеей. Ночью он не слышал никакого шума. Но если она упала с лестницы, шум должен быть. Милиция пришла к выводу, что произошел несчастный случай. Выпившая женщина спускалась со второго этажа и, не удержавшись на ногах, упала по лестнице вниз. Говорят, достаточно распространенный случай. А шум муж не слышал, потому, что по своему обыкновению был пьян. Но у меня возникли некоторые сомнения в причине ее смерти. Хотелось бы разобраться в этой проблеме.

Профессор внимательно посмотрел на собеседника. На его лице легко читались следы внутренней борьбы. После некоторого напряженного молчания, он начал говорить.

— С Александром Николаевичем я, конечно, знаком. И очень даже хорошо его знаю. Мы с ним познакомились, когда он был еще студентом на пятом курсе.

Как-то на симпозиуме он подошел ко мне и предложил вместе поискать божка. Я тогда, конечно, знал о божке, но надо отдать должное молодому студенту. Он собрал очень обширную библиотеку данных об этом божестве. А в последние годы он работал аспирантом в моем отделе, был моим учеником. И должен вам заметить, очень способным.

Именно благодаря его упорству, я решился организовать ряд экспедиций в поисках артефактов. Мы с ним не раз в экспедиции ходили. Вот только в последнюю экспедицию, после которой он вскоре так трагически погиб, мне не удалось пойти. Я, понимаете ли, в больницу попал. Мне операцию делали. Аппендицит удаляли. Экспедицию по моей просьбе возглавил профессор Черняков Сергей Геннадьевич. И в этой экспедиции Сергей Геннадьевич трагически погиб.

— И как погиб профессор?

— Профессора нашли на раскопке с кайлом в спине. Александр Николаевич в это время был в лагере. А Сергей Геннадьевич, не приходя в сознание, умер, там же на месте раскопок. Проведенное милицией расследование так ни к чему и не привело. Посадили какого-то местного парня. Я на суде не был, и все это знаю исключительно из слов моих сотрудников. Это, пожалуй, все, что я знаю об этой трагедии.

— А где произошло это убийство?

— В основном мы работали в Ондугайском районе Алтайского края на курганах из группы Башадарских, входящих в группу «царских». Эти курганы датируются концом III — началом II тысячелетия до нашей эры. Они представляют собой огромные насыпи, покрытые камнями. Благодаря постоянной минусовой температуре внутри курганов сохранились нетленные тела похороненных, предметы одежды и быта, украшения. В том числе прекрасно сохранились и предметы культа. Вот там мы и производили раскопки.

— А божок тоже там был найден? — поинтересовался Венедикт.

Профессор с деланным удивлением посмотрел на Струкачева.

— Да. Слухи ходят, что божок был найден. Но об этом я практически ничего не знаю. Во всяком случае, его так никто и не видел. Ну, разве что, Морозов и Черняков, если они действительно нашли божка. О божке знает весь мир, пожалуй. О его существовании я, да и весь научный мир, знаю исключительно по старым документам. Но я никогда его не видел, хотя это, должен вам признаться, мечта всей моей жизни, — профессор нервно заходил по кабинету.

Справившись с охватившим его волнением, он сел в кресло, прикурил потухшую сигару. Выпустив вверх кольцо дыма, внимательно понаблюдал, как оно, поднимаясь, теряет свои очертания и вскоре совсем исчезает.

— Если верить древним документам, то божок — это статуэтка Эрлuка, — помолчав, продолжил Всеволод Сергеевич.

— А кто такой этот Эрлик? — не удержался от вопроса Венедикт.

— Как вы не можете знать, кто такой Эрлик? — от возмущения профессор даже закашлялся. — Несколько лет назад о нем писали все наши центральные газеты. Вы, молодой человек, вообще что-нибудь знаете о древней религии алтайцев, телеутов, шорцев, тубаларов, теленгитов, урянхайцев?

— Честно говоря, мои познания в этой области мизерные, — даже покраснел от своей безграмотности Венедикт.

Всеволод Сергеевич укоризненно посмотрел на молодого человека, удивляясь его вопиющей необразованности. Однако вскоре он справился со своим возмущением и уже почти спокойно продолжил:

— Видите ли, по представлениям древних народов, населяющих Алтай, весь мир делится на три сферы — Верхний мир, Средний мир и Нижний мир. Все эти три мира населены.

Люди обитают в Среднем мире. В Верхнем мире живут боги. Главным богом этого мира является Ульгень. Он восседает на золотом престоле в золотом дворце с золотыми воротами, находящемся над всеми светилами в высшей и центральной точке мироздания.

В Нижнем мире, который мы сейчас называем загробным, находятся умершие. Вот покровителем этого загробного мира и является Эрлик. Эрлик противостоит и подчиняется Ульгеню. В частности, если верить поверьям, то людей он карает только по распоряжению или разрешению Ульгеня. Как на самом деле все это происходило мы, вероятно, не сможем достоверно узнать. Ведь это легенда.

В те времена шаманы во время выполнения своих ритуалов часто практиковали кровавые жертвоприношения. В одном из древних манускриптов я разыскал сведения, что в двенадцатом веке шаман племени тубаларов изготовил для проведения своих кровавых ритуалов божка, изобразив образ Эрлика, как его представляли. И с тех пор божок являлся неизменным атрибутом ритуальных мероприятий в этом племени, переходя от одного шамана к другому.

Судя по всему, изготовивший фигурку Эрлика шаман был чрезвычайно сильным, потому, что изображение покровителя загробного мира раньше не делалось из-за страха навлечь на себя его гнев. Во всяком случае, никакие сведения об этом ученым не известны. А об Эрлике археологам хорошо известно. И поиски его до настоящего времени не увенчались успехом. Нам неизвестна судьба божка. Как долго он участвовал в ритуалах, кто стал его хозяином после смерти шамана, изготовившего его, куда он потом делся? Никаких следов в истории не сохранилось. Или, во всяком случае, ученым об этом ничего неизвестно.

В той злополучной экспедиции, в которой произошли известные вам события, в одном из группы Башадарских курганов Морозов и Черняков обнаружили не разграбленную могилу шамана.

Как мне рассказывали рабочие, участвующие в раскопках, и оставшийся в живых Александр Николаевич, каменный гроб шамана был расположен в большой камере, вырытой под землей. К этой камере вел длинный коридор. А сам коридор был закрыт большой каменной плитой.

Как рассказывал Морозов, крышка гроба была запечатана древесной смолой. Когда он вместе с Черняковым открыл каменную крышку, в нем, кроме прекрасно сохранившегося тела шамана, лежало все, что потребуется усопшему в путешествии по загробному миру. И кроме всего прочего лежал божок. По его словам это небольшая, сантиметров двадцати пяти высотой, статуэтка. Там же лежал свиток из хорошо выделанной кожи, в котором неизвестный нам древний человек предостерегал всех живущих трогать божка, и тем более переносить его в другое место.

К сожалению, Сергей Геннадьевич и Александр Николаевич не вняли этому предостережению. Они достали из гроба все артефакты и стали работать с ними. А потом Александр Николаевич, сославшись на позднее время и усталость, предложил профессору отложить дальнейшие работы на утро. Однако, по его словам, профессором, словно дьявол овладел. Он грубо отправил Морозова в лагерь, а сам остался в камере, чтобы продолжить работу. А приблизительно через полчаса в лагерь прибежал один из рабочих и сообщил ему о несчастье.

Когда Морозов прибежал в камеру, рядом с гробом на каменном полу в луже крови лежал на спине профессор Черняков. Он был уже мертв. Рядом с ним валялось кайло со следами крови на лезвии.

После проведенной по составленной ранее описи проверки оказалось, что все артефакты были на месте, кроме божка и свитка. Они бесследно исчезли. Вскоре после той злосчастной экспедиции Александр Николаевич уволился из института. И с ним я больше не встречался. Жаль. Он обладал несомненными достоинствами настоящего ученого. У него впереди были большие перспективы.

— А божок? Что-нибудь известно о нем? Все-таки прошло много времени после тех событий.

— Нет, следы божка затерялись. Где он находится сейчас, никто не знает. И это вызывает у меня тревогу.

— И почему это вас так тревожит? Какая может исходить опасность от этого артефакта?

— Венедикт Юрьевич, — Волошин нервно ходил около своего стола, потирая руки, — вы представляете, сколько человек было принесено в жертву за несколько столетий кровавых ритуалов? Расставаясь с жизнью при ритуальном убийстве, несчастные высвобождали огромное количество энергии. И вся эта энергия аккумулировалась в божке, который находился рядом при проведении этих жестоких ритуалов.

— А что, божок использовался несколько столетий? У меня сложилось впечатление, что он использовался только шаманом, его изготовившим.

— Ну что вы! Божка изготовили в самом начале двенадцатого века, а обнаруженному захоронению всего-то лет двести пятьдесят. Мы пока не установили точную дату захоронения, работа с артефактами еще продолжается. Но волнует меня еще один аспект. Если верить древним манускриптам, энергия, накопленная божком, многократно возрастает при определенных астрономических явлениях.

— Каких астрономических явлениях? — спросил удивленный Венедикт.

— Молодой человек, вам известно что-либо о параде планет?

— Парад планет? Ну, я знаю, что в какой-то момент времени планеты выстраиваются в одну линию.

— Вы совершенно правы. Парад планет, — с воодушевлением заговорил Всеволод Сергеевич, сильно наклонившись вперед и глядя в глаза Венедикту. — Звучит довольно экстравагантно, согласитесь. И что же скрывается за этим понятием? Ответ довольно прост и легок. Исходя из слова «парад», можно говорить о некой конфигурации, когда планеты поменяют свое местоположение в Солнечной системе и «выстраиваются» на одной линии от Солнца в небольшом пространстве.

В астрономии различают большой и малый «парад планет».

Явление, при котором сразу шесть планет — Сатурн, Венера, Уран, Земля, Марс, Юпитер «выстраиваются» на одну линию от Солнца, принято называть большим парадом.

Малым парадом называют явление, при котором «выстраиваются» только четыре планеты (Сатурн, Марс, Венера, Меркурий). Стоит также отметить, что малый парад происходит один раз в течение года, а большой парад, лишь через каждые 20 лет. Основное условие парада планет, чтобы планеты находились на одной линии с Землёй и Солнцем. И главное, Солнце должно находиться в центре Галактики.

— Но какая связь божка с парадом планет?

Всеволод Сергеевич вскочил с кресла и, нервно потирая руки, забегал по своему большому кабинету.

— В том-то и дело, что, если верить старинным манускриптам, во время парада планет этот артефакт может приобретать неизвестную пока науке силу. Вполне возможно, что это и явилось причиной смерти и Александра Николаевича, и его матери, и профессора Чернякова. Гибель трех людей это, конечно, трагедия, но вполне возможна гибель значительно большего числа людей, если не предпринять заблаговременно мер по предотвращению.

— Вы что всерьез это говорите?

Профессор в изумлении вскинул брови.

— Так значит!.. Скажите, молодой человек, кем вы меня считаете — лжецом или круглым дураком?

Венедикт смутился. В горле у него внезапно пересохло.

— Ну что вы, профессор, я вовсе не ставлю под сомнение ваш профессионализм, — пробормотал Венедикт. — Я просто пытаюсь разобраться в этом загадочном деле.

— Ладно, успокойтесь. — Едва заметная улыбка скривила губы профессора. — Когда впервые Морозов рассказал мне о божке и о найденном свитке, я сначала решительно отверг гипотезу о какой-то неведомой науке силе, которой, якобы, обладает божок. Я даже обвинил его в невежестве, в антинаучности, на что он сильно на меня обиделся.

Только значительно позднее, после его ухода из института и преждевременной смерти, поразмыслив над имеемыми фактами, я пришел к выводу о возможности наличия этой силы.

Я провел краткий анализ некоторых событий в мировой истории и вот, что я выяснил. После Парада планет 1962 года начался Карибский кризис, чуть было не приведший весь Мир к Мировой Атомной катастрофе. По найденным мною сведениям не массированный обмен ядерными ракетными ударами между США и СССР всё-таки тогда произошёл. Но ракеты с атомными боеголовками, тогда были перехвачены… назовём это высшим разумом. Наибольшая часть ракет была полностью перехвачена и уничтожена в воздухе. С другой, меньшей частью ракет, запущенных с атомных подводных лодок, приключилась маленькая неувязочка. Этот высший разум смог их перехватить и изменить траекторию полета. Атомные взрывы произошли на относительно безлюдных атоллах Тихого океана.

Еще один факт вам для размышлений. После декабрьского Парада планет 1989 года, когда девять из десяти планет выстроились в одну «шеренгу», начался фактический развал совета экономической взаимопомощи, Варшавского договора и СССР. А вы говорите, что при параде планет не может быть чего-то исключительного. Я вполне допускаю, что и разыскиваемый нами божок при этих астрономических явлениях может приобретать какую-то силу.

— Если принять наличие такой силы за свершившийся факт, какие меры можно предпринять, чтобы избежать негативных последствий?

— Выход здесь один, выполнить предписания, изложенные в свитке, а именно, необходимо срочно вернуть божка на место, где он был найден. И сделать это надо до очередного парада планет.

Венедикт задумчиво потер переносицу.

— «Факты, приведенные профессором, интересны. С трудом верится, что какой-то там божок может стать причиной смерти людей. Конечно, я рассуждаю с точки зрения материалиста, и с точки зрения тех знаний, которыми я владею. Но в мире есть еще много неизведанного, непознанного человеком. Надо бы проверить эту версию», — размышлял он, воспользовавшись возникшей паузой в разговоре.

— А вы видели божка? — взволнованно перебил размышления Венедикта Всеволод Сергеевич, нервно потирая руки.

— Нет, я божка не видел, — Венедикт даже покраснел слегка от своей лжи. — Но я о нем слышал.

— От кого вы могли о нем слышать? — профессор подозрительно смотрел на Венедикта.

— Я слышал его от людей, совершенно далеких от археологии, но сказать, от кого, я пока не могу.

— Вы не понимаете, молодой человек, скоро состоится очередной парад планет, и будут новые жертвы. Вы своим молчанием будете способствовать гибели людей.

— Профессор, я постараюсь в кратчайшие сроки раскрыть это преступление и вернуть божка в усыпальницу шамана.

Венедикт встал с кресла, сделал полу поклон в сторону профессора и, попрощавшись, вышел из кабинета.

О недавней гибели Николая Венедикт промолчал. Профессор тоже не обмолвился об этом прискорбном факте, то ли не знал, то ли просто не захотел поднимать этот неприятный вопрос.

Секретарша на этот раз была в полной готовности. Как только дверь кабинета открылась она встала у своего стола и с ожиданием уставилась на Венедикта. Венедикт с удовольствием рассматривал тело девушки.

— Как зовут это виденье чистой красоты? — проговорил Венедикт, водрузив на лицо, самую обаятельную улыбку из своего арсенала.

Девушка смущенно опустила голову, тонким пальчиком с длинным накрашенным ногтем заводила по клавиатуре.

— Анжела, — едва слышно пролепетала она.

— Анжелочка, и когда ты заканчиваете свой титанический труд на ниве науки? — спросил Венедикт, нагло переходя на «ты».

— Вообще-то в восемнадцать, — проговорила Анжела, сделав вид, что не заметила этого факта. — Но я могу и раньше освободиться.

Венедикт оценивающе окинул ее взглядом и, найдя ее телом весьма привлекательным, проворковал низким голосом:

— Я тебя буду ждать у подъезда в шестнадцать часов. Ты успеешь?

Анжела бросила взгляд на часики на своей изящной ручке.

— Успею. Напомни, как тебя зовут.

— Венедиктом меня зовут, красотка.

Венедикт слегка наклонился и поцеловал ее в губы. Губы были мягкими и теплыми. И пахли малиной. Венедикт еще долго помнил этот легкий поцелуй.