Мей’Тарин Эра Лай только вышел из лифта. Его шаги были размеренными, взгляд — холодным и сосредоточенным. Полированные стены коридора отражали его силуэт, придавая фигуре зейнарца ещё большее величие и авторитет. Лишь единицы на станции осмеливались пересекаться с ним без напряжения.

Он шёл по коридору, когда из-за угла внезапно вынырнул молодой курсант-приу и буквально врезался в советника академической администрации.

— Кто так несётся по коридору? — Мей’Тарин собрался отчитать нарушителя дисциплины, но его взгляд сразу зацепился за нечто... забавное. Студент, сгорбившись от неловкости, торопливо поправлял внушительную выпуклость в районе паха.

Бровь зейнарца изящно поползла вверх. Подобные детали его всегда развлекали. Что-что, а такой реакции на себя от молодого приу он никак не ожидал.

— Представьтесь… кадет. — Его голос был ровным, но в нём уже звучала тень насмешки. Ситуация в целом была неожиданной... и интригующей.

— Кадет Тавин! — курсант выровнялся, словно по команде, вытянувшись в струнку. Он сразу заметил, куда был направлен внимательный взгляд профессора, и начал торопливо оправдываться: — Это не то, что вы подумали, мастер!

Темная кожа кадета, усыпанная пигментными пятнами, блестела от волнения, словно под светом прожекторов.

— Не то? — Мей’Тарин наклонил голову, его голос стал мягче, почти бархатным, но в нём слышался скрытый подтекст. — И что же я подумал?

Он шагнул ближе, изучая курсанта с холодной, пронизывающей внимательностью.

— И что ты делаешь в преподавательском секторе... в таком состоянии?

— Я… я… — Тавин замялся, явно не находя подходящих слов, и беспомощно бросил взгляд в сторону коридора, откуда только что вылетел. — Прибыл по приказанию мастера Артера.

При упоминании имени давнего соперника зейнарец скривился так, что стало ясно: теперь ситуация приобрела для него новый вкус.

— Мастера Артера, говоришь… — протянул он, скрещивая руки на груди. — И что же ты тогда бежишь в таком со...стоянии?

В глазах Мей’Тарина мелькнуло удивление, которое тут же сменилось на едкую догадку.

— Это куратор довёл тебя до такого состояния? — Голос стал на мгновение насмешливым, почти весёлым. Идея о возможной связи студента и Келара Артера была слишком заманчивой, чтобы её отпустить. Такая информация могла бы стать великолепным инструментом в будущих интригах.

— Нет! Что вы! — в ужасе отшатнулся Тавин, глаза его расширились. — Просто…

— Просто что? — Мей’Тарин сделал ещё один шаг вперёд, наслаждаясь неловкостью молодого приу. — Ты стал свидетелем того, чего не следовало бы видеть?

Прежде чем Тавин успел ответить, из приоткрытой двери неподалёку выскользнула студентка. Её шаги были быстрыми, но в них ощущалась внутренняя растерянность. Даже на расстоянии было видно, что она была в расстроенных чувствах. Глаза избегали взглядов, плечи напряжённо сжаты, а лицо… слишком быстро темнело от эмоций. * Лейра Артрозо.

Интересно.

Мей’Тарин сдержал ухмылку.

— Ясно. Ступай, раз вызывали. — он, наконец, отпустил выдохнувшего от облегчения Тавина. — И помни: ты ничего не видел.

— Так точно, профессор! — курсант поспешно удалился, как будто спасаясь бегством.

Но внимание зейнарца теперь было сосредоточено исключительно на Лейре.

Когда студентка проходила мимо, она словно очнулась от транса. Попыталась выпрямить спину, собираясь сохранить остатки достоинства. Но, заметив, кто стоит в коридоре, тут же опустила взгляд и ускорила шаг, явно надеясь проскользнуть мимо, не привлекая внимания.

Так он её и отпустил. Определенно за закрытыми дверями происходило нечто очень интересное.

Эра Лай давно привык использовать любую ситуацию в свою пользу. А сейчас перед ним раскрылась возможность, которую было бы глупо упускать. Он наблюдал за каждым её движением, за тем, как дрожали пальцы, как усиливалось дыхание.

— Постой-ка. — Его голос прозвучал тихо, но в нём сквозила такая сила, что Лейра мгновенно остановилась, как по команде.

Она медленно обернулась, её глаза метались, как у пойманного зверька. Какая сладка крошка.

— Мастер? — голос дрожал, а глаза метались в поисках бегства.

Мей’Тарин приблизился к ней, его шаги были мягкими и уверенными, так крадется хищник к жертве. Он смотрел прямо ей в глаза, наслаждаясь тем, как её дыхание сбилось, как плечи невольно напряглись. Но она не отступила.

— Ты выглядишь... растерянной, Лейра. — Его голос стал тише, почти интимным. — Неужели Артер настолько... требователен?

Её глаза расширились, и на долю секунды Мей’Тарин уловил смешение эмоций — стыда, страха и, возможно, гнева. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но он опередил её:

— О, не стоит оправдываться. — Его голос был мягким, но с металлическими нотками. — Я не осуждаю. Просто… хочу понять.

Он наклонился чуть ближе, и Лейра почувствовала, как его дыхание коснулось её уха.

— Почему бы нам не обсудить это… в более подходящей обстановке? — Он отстранился ровно на столько, чтобы встретиться с её взглядом. — В моей каюте.

Она сделала шаг назад, её глаза метались, но он знал — она не откажется. Слишком поздно.

— Это не обязательно, мастер… — попыталась было возразить Лейра, но её голос предательски дрогнул.

Мей’Тарин улыбнулся — тонко, хищно.

— О, но я настаиваю.

Его рука легла ей на плечо, легко, но так, что отказ стал невозможен. И прежде чем она успела найти слова для возражений, он уже повёл её по коридору. Её шаги были неуверенными, но она шла за ним, и это было всё, что ему нужно.

На станции никто не отказывал Мей’Тарину Эра Лаю.

Лейра понуро кивнула, её плечи поникли, словно под тяжестью невидимого груза. Она чувствовала, как её шаги становятся всё тяжелее, но сопротивление казалось бессмысленным. Рука Мей’Тарина всё ещё лежала на её плече — лёгкое, почти дружелюбное прикосновение, но в нём читалась та самая сила, от которой невозможно было отстраниться.

Сила которая сейчас больше пугала чем притягивала. А ощущение влажности между бедер, после встречи с мастером Артером, еще больше добавляла неловкости и чувства неправильности происходящего.

Они шли по коридору станции, окружённые ровным светом и гулким эхом шагов. Металлические стены, казалось, замыкались вокруг них, отражая каждое движение, каждое дыхание.

Лейра чувствовала на себе пристальный взгляд зейнарца, даже когда он не смотрел прямо на неё. Его аура власти была ощутима, как напряжённое поле вокруг. Ничего подобного она не ощущала даже находясь в подчинении у Келара.

Эта мысль заставила ее щеки запылать. Что происходит… разве ей было недостаточно первого урока наслаждения? Думая об этом она на миг погрузилась в пропасть самобичевания.

Коридор, ведущий к жилым каютам высшего административного состава, был менее оживлён, но не пуст. И вот, на одном из поворотов, их путь пересёкся с фигурой, которую Лейра сразу узнала — профессор Харн.

Высокий, с идеальной осанкой и ледяным взглядом, он словно вырос из тени коридора. Его глаза — холодные, как сама сталь станции, скользнули по Мей’Тарину, а затем задержались на Лейре.

— Советник Эра Лай, — его голос прозвучал спокойно, но в нём чувствовалась явная неприязнь. — Не слишком ли... неформально вы ведёте себя с курсантами?

Лейра почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она была готова услышать всё что угодно, но не это. Профессор смотрел на неё с лёгким пренебрежением, словно она была не более чем пылью на подошвах его ботинок.

Мей’Тарин медленно остановился, его рука всё ещё лежала на плече Лейры и слегка пожала, дав секундное ощущение заботы и поддержи. Он встретил взгляд Харна с тем ледяным спокойствием, которое всегда было его оружием.

— Профессор Харн, — произнёс он с мягкой усмешкой. — Вы ведь знаете, как важно поддерживать... эмоциональную стабильность студентов.

Харн хмыкнул, не скрывая своего презрения. Его взгляд снова скользнул по Лейре, словно он пытался оценить, насколько далеко зашла её "нестабильность". Затем он вновь повернулся к зейнарцу.

— Я бы на вашем месте не смешивал работу с личными… увлечениями, — произнёс он, делая шаг в сторону, но не скрывая сарказма в голосе. — Некоторые из нас предпочитают сохранять профессиональную дистанцию.

Лейра опустила голову, чувствуя, как её щеки заливает жар. Но Мей’Тарин не позволил этой сцене поколебать его хладнокровие. Напротив, его усмешка стала чуть шире.

— Ваше беспокойство трогательно, профессор, — его голос стал ещё мягче, почти шёлковым, ей же показалось, что он защищает ее перед этим жутким эрхом . — Но не вам решать, где проходят мои границы.

Харн посмотрел на него, в глазах мелькнуло что-то тёмное, почти опасное. Но он не стал продолжать спор. Лишь кивнул с холодной, ледяной вежливостью и, развернувшись, пошёл дальше по коридору.

Когда его шаги затихли, Лейра почувствовала, как напряжение в её теле немного ослабло. Но не на долго.

Мей’Тарин смотрел ему вслед, его взгляд стал острее, темнее.

Ты заплатишь за всё, Харн, — промелькнуло в мыслях зейнарца. — И за свои амбиции, и за эти дешёвые попытки унизить меня. Скоро настанет время, когда тебе придётся ответить. И не только передо мной.

Он медленно повернулся к Лейре, его лицо снова обрело ту маску спокойного превосходства.

— Пойдём. — Голос был снова ровным, но в нём чувствовалось что-то новое, тёмное.

После инцидента идти следом за ним было более спокойно. Но это было обманчивое спокойствие в чем она чуть позже убедилась.

Они подошли к его каюте, двери которой открылись с мягким шипением. Мей’Тарин жестом пригласил Лейру войти первой. Она на секунду замялась, но затем сделала шаг вперёд.

Когда зейнарец вошёл следом, двери за ними мягко закрылись, отсекая их от внешнего мира. Шум станции остался позади, а внутри началась совершенно иная игра — игра, где правила устанавливал только он.

Каюта была такой же безупречной, как и ее хозяин. В помещении царила стерильная чистота, мягкий свет подсвечивал идеально выровненные голографические панели и полки с редкими артефактами из разных уголков галактики. Здесь не было ничего лишнего, каждая деталь казалась тщательно продуманной, подчёркивая контроль и дисциплину владельца.

Лейра шагнула внутрь, нервно оглядываясь. Атмосфера комнаты давила, но не своим оформлением — нет, холодная энергия самого зейнарца заполняла пространство, делая воздух тяжёлым.Она вновь ощутила себя крохотной и беспомощной, одновременно с этим ощущая стыд за свои мысли.

Мей’Тарин закрыл дверь за ними, и в каюте воцарилась тишина. Он медленно подошёл к панели управления, активируя режим уединения — звукоизоляция, блокировка внешних сигналов. Лейра почувствовала, как по коже пробежал холодок. Это было... окончательно. Никто не услышит их.

— Расслабься, Лейра, — прозвучал мягко его голос, но в этой мягкости ощущалась ледяная сталь. — Я не кусаюсь. По крайней мере, не без причины.

Что-то внутри нее отозвалось на эту провокацию, но она еще не понимала что именно. Он сделал несколько шагов к ней, пристально наблюдая за её реакцией. Лейра сглотнула, пытаясь вернуть себе самообладание, но под этим взглядом это казалось почти невозможным.

— Вы хотели поговорить, профессор? — все же смогла она выдавить из себя.

Мей’Тарин усмехнулся уголком губ, подходя ближе вторгаясь в ее личное пространство.

— Хотел. — Он сделал паузу, позволяя тишине повиснуть между ними. — Но знаешь, что меня действительно заинтересовало? — его глаза сузились, и он наклонился ближе, изучая её лицо, она смогла почувствовать его дыхание. — Почему ты так быстро убежала из кабинета Мастера Артера?

Почти интимный шепот заставил её глаза расшириться, но она тут же попыталась скрыть эмоции.

— Это… это не имеет значения, — пробормотала она, отворачивая взгляд.

Но Мей’Тарин не отступал. Он знал, когда нажимать на нужные точки.

— Наоборот, имеет. — его голос понизился еще на одну октаву, и стал действительно интимным. — Я видел твоё лицо. Это не было просто недоразумение.

Он сделал ещё шаг вперёд, и когда их тела соприкоснулись, обхватил ее шею нежным прикосновением правой руки .

— Ты была… смущена. Или, может быть… возбуждена? — его слова были как острые иглы, проникающие под кожу, затем он склонил свое лицо к ее шее, и прошептал на левое ушко. — Что же такого особенного в Келаре, что он вызывает в тебе такие… сильные реакции?

Лейра попыталась отступить, но его рука мягко, но уверенно легла ей на ее талию прижимая вплотную к его телу, и не давая уйти.

— Это… это не то, о чём вы думаете… — её голос дрожал, неуверенность, страх признания и ... зарождающиеся вобуждение.

Так он и знал. Маленькая колючка была все еще голодной… голодной к мужским ласкам.

— О, я думаю, это именно то, о чём я думаю, Лейра, — прошептал он, его губы почти касались её уха вызывая дрожь . — Ты... его маленькая игрушка? Игрушка, которой мало его одного, ведь так?

Её дыхание стало учащённым. Его забавляло то, что она пыталась сопротивляться, но внутренние барьеры уже рушились под напором не до конца удовлетворенного желания. Он решил закрепить успех

— Ты ведь не просто так пошла за мной, не так ли? — продолжил Мей’Тарин, его голос стал чуть более ледяным. — Ты знала чем все закончиться и это тебя завело…

— Нет! — возмущено воскликнула Лейра, находясь на стадии отрицания — Вы меня заставили!

Это заставило его рассмеяться в голос. Какими же глупыми бывают существа обманывая самих себя. Что ж он откроет ей глаза на очевидное.

**

_Цензура _

Примечание автора : сцена 18+ находится в рассказе "Твой личный сталкер" на странице автора )

***