Малодушно выигрывая себе немного времени до разговора, страж отправил занесённую домой вместе с Артом, а сам неотвратимо столкнулся с вопросом в глазах сына.

— Пап, — протянул Ликаард. — А не прояснишь ли один момент: что одна из тех, кто вчера готовил покушение на меня и Поли, делает на свободе, да ещё и одним куском? — он хищно сощурился.

Тех, кто угрожал его девушке, Ликаард предпочитал судить по законам демонов. То есть радикально.

— О чём ты? — тут же встрепенулась Майя, до этого так и таращившаяся в точку, где ещё пару секунд назад стояла занесённая. — Она не могла…

— Она не за одно с нападавшими, — хмуро ответил страж. И, не желая растягивать или отдалять момент, проговорил: — Эскель с утра не просто так связывался со мной. Эта женщина — повторно занесённая. Это…

— Наша мама! — перебила его дочь. — Я не сошла с ума, это действительно она!

Ликаард с недоверием переводил взгляд с отца на сестру, ждал опровержения столь безумной идеи, но к его изумлению Хэлмираш согласно кивнул.

— Ли, бери сестру и давай домой. Сегодня вам тут делать уже нечего. Я сдам вахту и вернусь, — Хэлмираш вдруг почувствовал страшную усталость. Словно его тело поддерживалось в форме именно напряжением ожидания. А сейчас, когда всё близко к разрешению, сил на это почти не осталось.

— Мне надо в Академию, — тут же возразила Майя. — Я туда и обратно, перенесусь сама, кристаллы есть.

Раньше Хэлмираш бы возразил и настоял на сопровождении, но сейчас только махнул рукой, исчезая в портале, переносящем его в кабинет, где уже ждали Арт и Енир. Артур кивнул стражу, как бы говоря, что его раннее поручение выполнено без проблем.

— Что там было за возмущение в третьем секторе? — тут же перешёл он к делу.

— Стандартно: ненавистники демонов хотели малую демонстрацию устроить. Быстро угомонили, — пожал плечами Артур. — В десятом простая потасовка, с Ликаардом или принцессой никак не связано, разнимать не стали, пусть местные сами разбираются.

— Тринадцатый, — продолжил опрос Хэлмираш.

Доклад занял примерно полчаса, после чего страж торопливо сдал вахту Артуру. Енир вопросительно поднял брови, ведь день ещё не закончился и смена рыжего пока не началась, но, видя особенно мрачное выражение лица начальства, спрашивать напрямую не стал. Вопросительно глянул на Артура, но и тот покачал головой, как бы давая понять, что любопытство сейчас вообще неуместно.

Хэлмираш почти содрал с себя доспехи и перенёсся в дом. Даже не понял сам, почему не оказался сразу в гостиной, а материализовался в спальне. Поморщившись, быстро переоделся и устремился в гостиную, всё ещё ощущая внутри себя только холодную пустоту. Что он скажет ей? Что он вообще может сказать? Ноат хотела вернуться к своему мужу. К тому, кого уже давно нет в живых. Так зачем сейчас её обрекать на нахождение рядом с тенью, которой стал Хэлмираш? Страж покачал головой. Нет, он не будет ей даже предлагать. Он просто оставит ей этот дом, пусть обживается, налаживает отношения с детьми, вливается в новую жизнь. А сам просто уйдёт. Хэлмирашу всегда хватало его каморки в башне, так что и сейчас ничего не помешает ему там снова поселиться. А здесь он больше не будет нужен, Ноат вернёт жизнь этому дому, детям будет с ней лучше. Мысли были правильными, но от них остро хотелось удавиться.

И только выйдя к лестнице, Хэлмираш услышал отрывок разговора на повышенных тонах. Гневный голос Ликаарда и второй незнакомый, но неуловимо родной своими интонациями. И почему-то от того, как звучал этот голос, стражу стало невыносимо. Не должны такие эмоции переливаться в этом голосе!

Хэлмираш распахнул дверь и шагнул в гостиную.

— Хватит! — оборвал он жестокие слова Ликаарда. — Ли, прекращай орать. Эскель предоставил доказательства, что межмировой переход был.

— Ну хоть мои враги не обзавелись столь подробной информацией о нашей жизни, это не может не радовать!.. — молодой демон словно издевался, специально подбирая самые резкие слова. — Но насчёт нашей семьи хочешь сказать, я хоть в чём-то неправ? — Ликаард повернулся к отцу.

И не только он, Ноат… Да, это была именно она. Теперь Хэлмираш был вынужден это признать. Образ, некогда увиденный в библиотеке, совместился с живой мимикой и выражением глаз, складываясь в единое целое. У стража на мгновение сдавило грудь, не давая нормально ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она действительно здесь, Ноат снова рядом…

Роящиеся мысли не позволили сразу увидеть главного: как в настороженных серых глазах ожидание вдруг сменилось разочарованием, а затем страхом. Ноат еле заметно мотнула головой и попятилась.

Нет! Мысленно рванул за нею Хэлмираш, а затем и физически, когда за спиной женщины вдруг разверзлась чёрная дыра с отливающими фиолетовым краями. Серые глаза Ноат распахнулись от удивления, когда она провалилась в портал и исчезла.

— Ноат!.. — только и успел крикнуть страж, но пальцы схватили лишь воздух. — Трус! — почти зарычал уже сам себе. Если бы сразу поверил, если бы сейчас не молчал!..

— Это что вообще было? — несколько растерянно спросил Ликаард. — Это вот так она из тюрьмы сбежала?.. — хотел ещё что-то добавить, но споткнулся о разъярённый взгляд отца.

— Ещё раз нагрубишь матери, я тебе рога обломаю! — рявкнул Хэлмираш, лихорадочно соображая, куда могла деться Ноат и кто мог ей в этом помочь.

Ликаард в немом удивлении вытаращился на отца. А страж между тем метался глазами по гостиной.

Она может обладать искаженной магией, — вспомнились слова Эскеля. Если это было оно…

Хэлмираш исчез, появляясь вновь в кабинете Гарахи, но расчёт не оправдался, помещение пустовало. Выругавшись, страж наложил на себя щит и переместился к дому Эскеля. Только вот ни войти, ни постучать возможности не было, стоял магический запрет, вшитый в многослойный сложный монолитный купол. Если кабинет был защищен лучше, чем спальня императора, то этот дом мог посрамить собственным щитом императорскую сокровищницу.

А дальше пришлось делать то, за что Гарахи вполне успешно мог подать на него жалобу в Совет, требуя наложить запрет на использование магии, а именно абсолютно варварский взлом защиты дома с применением заклинаний боевой магии, запрещённой к использованию везде, кроме как на поле боя. Не раздумывая, Хэлмираш обрушил всю мощь восстановленного резерва и накопленных знаний на переливающуюся защитную оболочку поместья.

Формула стонала, корежилась под неистовым напором магии, резерв стража стремительно таял, грозя начать тянуть жизнь из носителя. На напряжённых руках стража проступили крупные вены, рассечённая щека задёргалась в нервном тике, но Хэлмираш продолжал разрывать чужое заклинание. Купол пошёл трещинами, вздрогнул и разлетелся на осколки, а в следующую секунду страж уже стоял в спальне владельца поместья. Полуголый Гарахи в одних атласных пижамных штанах взирал на вторженца скорее раздраженно, чем испуганно, несмотря на способ его появления. Однако Хэлмираш прекрасно ощущал причину: на него сейчас было нацелено с десяток боевых и вполне себе смертельных заклинаний, готовых сорваться по одной только команде Эскеля.

— Какого зорга, Хэл⁈ — хрипло рявкнул Гарахи, не опуская вскинутые в защитной стойке руки.

— Магия, которую могла приобрести Ноат, какого рода она может быть? — резко выговорил страж.

— Ты издева?!.

— Зорговы порталы⁈ — Хэлмираш сделал несколько шагов вперёд, невзирая на гнев хозяина спальни. — Она исчезла из моего дома несколько минут назад, провалилась в портал без использования кристаллов или вектора направления! Так не бывает, Эскель!

Гарахи нахмурился, встряхнул кистями, отменяя активацию заклинаний.

— У неё тоже? А я был уверен, что её тело не будет способно…

— Тоже? — ухватился за слово Хэлмираш. — Значит, Оркус, — тут в голове сложилось два и два. — Из пыточной её забрали таким же спонтанным порталом. Это сделал Оркус? Дай мне его координаты, я…

— Обойдёшься, — зло отозвался Эскель. — Стучаться научишься, тогда поговорим.

Но глаза мага покраснели, давая понять, что даже если доступа к младшему брату Гарахи не даст, то сам с ним быстро свяжется.

— Подожди минуту, а то тут кое-кто ещё не понимает, как надо со старшими говорить, — вдруг бросил Эскель, накинул на плечи халат, схватил со стойки пару кристаллов, подошёл к портальному кругу и перенёсся.

Страж сжал зубы: пока была возможность что-то делать, это отвлекало от мыслей, но как только пришлось остановиться, беспокойство начало сжирать изнутри. Хэлмираш всеми силами старался не думать о том, что в эту секунду он может потерять только что явившуюся Ноат лишь потому, что она своим порталом угодила в толщу океана или в жерло вулкана. И всё только потому, что он, вместо того, чтобы сказать ей хоть пару слов при встрече, просто стоял и таращился, будучи не в состоянии выдавить из себя хоть что-то, загнанный в угол собственным же взращённым недоверием.

Те несколько минут, что Гарахи не было, Хэлмираш горел в огне опаляющих укором мыслей, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями. Стоило только подумать о том, что с Ноат могло что-то случиться, как внутренний холод обратился льдом, пронзая насквозь и принося почти физическую боль. Спасением стал явившийся Эскель, мужчина поправил покосившуюся одежду, спокойно посмотрел на мрачного мечущегося по комнате стража.

— У Оркуса Ноат нет, но брат её найдёт, можешь даже не сомневаться. Только он и сможет сейчас это сделать, — Гарахи прошёл до кровати, сел, взлохматил короткие волосы. — Раз уж так сложилось, то поясню: спонтанные порталы в случае этих двоих вполне возможны. Но если Оркус в силу своей бытности магом может контролировать этот процесс, то Ноат — нет. Её нужно научить. Но что я тебе точно могу гарантировать, так это тот простой факт, что перемещение в зону повышенной плотности невозможна. То есть она не окажется посреди шкафа или под землёй.

Хэлмираш еле слышно выдохнул.

— Как-то можно сейчас перекрыть ей доступ к этой магии? — уточнил он, с отвращением понимая, что собсвтенный голос его не слушается, срываясь на сиплое шипение.

— Попробовать можно, — задумчиво протянул Эскель, не став акцентировать внимание на столь эмоциональном состоянии главного стража.

Поднялся, дошёл до комода, выдвинул верхний ящик.

— Так, не то… не подойдёт… не тот камень… А, вот, нашёл, — Гарахи вытащил небольшой цепочечный браслет. — На, твоя ж дочь собирала в своё время. В эти накопители можно попробовать вставить заклинание маяка и стабилизатор. Не уверен, что поможет, но хоть что-то. Сам справишься? — Эскель подбросил браслет в воздух, после чего метнул его стражу.

Хэлмираш поймал его в ладонь, разжал: тонкая изящная золотая вязь с каменными вставками инородно смотрелась на его шершавой тёмной коже. Поднял глаза на Гарахи.

— Можешь не благодарить, просто иди уже, — отмахнулся от него Эскель, скидывая халат и вновь укладываясь на кровать. — Считай, что так я извиняюсь за то, что скрывал от тебя тот факт, что Ноат вернётся. И благодарю за то, что Оркуса до сих пор на мелкие кусочки не раздирает Совет, — под конец голос Гарахи из раздражённого стал серьёзным. — Будем считать, что мы квиты. Но за уничтоженный щит я с тебя ещё взыщу. Ты не представляешь, во сколько он мне обошёлся. И что я сделаю с тем, кто мне его ставил, раз уж ты порвал защиту меньше, чем за минуту… — он зевнул, закрываясь одеялом с головой.

— Согласен, — кивнул Хэлмираш, переносясь в свою башню в Академии.

Торопливыми движениями схватил со стола мел, взмахом руки вызвал воздушную волну, сдувая с пола мусор и какие-то бумаги, тут же кинулся чертить магический круг, насыщая его формулами. Поморщился, вернулся к шкафу, щелчком пальцев разжёг ярче магические светильники, судорожно ища нужный справочник: если заклинание маяка ещё держалось в памяти довольно чётко, то стабилизатор уже как-то подзабылся и пришлось воспользоваться текстом.

Вместе с книгой вернулся к кругу, дочерчивая и скрупулезно вырисовывая все знаки. Зверем метнулся к столу, выгреб из верхнего ящика горсть накопителей, не глядя, одним потоком вытянул из них всю энергию, чуть ли не светясь изнутри от переполнения магией: взлом щита дома Эскеля оставил его практически ни с чем. Бросил браслет в центр круга и начал медленно шептать заклинание, вплетая формулу в камни.

Прервался только на входящий внешний сигнал: то, что предназначалось главному стражу, дежурные не перехватывали, позволяя проникать сквозь защиту напрямую.

— Выдыхай, — раздался сонный голос Эскеля. — Оркус нашёл твою пассию. В целости и сохранности, доставлена в твой дом. Надеюсь, вторично никуда не денется. Иначе я на тебя все защитные заклинания дома спущу, имей в виду. Ставлю на зорга против нурика — не отобьёшься, — выдал Гарахи и прервал сигнал.

Страж медленно глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул, только сейчас осознавая, в насколько сильном напряжении находился до этих слов. Первым порывом было переместиться домой, схватить Ноат в охапку и посадить на цепь, чтобы точно никуда не делась. Но тут взгляд опустился на находящийся в центре круга браслет. Цепь была ещё не готова… Поэтому пришлось задавить порыв в зародыше и продолжить работать над созданием артефакта.

Самому Эскелю, как профессиональному артефактору, на это понадобилось бы гораздо меньше времени, у Хэлмираша же ушло около двух часов, чтобы полностью наполнить браслет. И только проверив, что каждый знак встал на своё место, страж поднял украшение с пола.

Не давая себе времени на лишние раздумья, перенёсся домой, сразу к дверям гостиной. Слыша голоса, открыл дверь и понял, что воздух застрял в глотке, не давая произнести ни звука, чтобы не мешать идиллии, что открылась его глазам. Он уже и не помнил, когда в этом доме было столь уютное зрелище: Ноат сидела на диване, голова Ликаарда, который ещё каких-то три часа назад кричал, что не нуждается в матери, лежала у неё на коленях, а Майя приникла к матери, словно впитывая нехитрую ласку объятий.

— Фокусники, — с улыбкой произнесла Ноат, таким привычным действием проведя по макушкам детей ладонями, что у стража что-то заныло внутри.

— Фокусникам пора по комнатам, — наконец вернул себе власть над голосом Хэлмираш.

И отчётливо увидел, как Ноат вздрогнула от его слов. Я уйду, — уверенно проговорил сам себе страж. — Только надену браслет, узнаю насчёт её магии и уйду. Он был готов исчезнуть, оставив их всех тут, в том мире, который Ноат способна создать для них за секунды. А ему, с этим всепожирающим мёртвым холодом внутри, здесь просто не было места.