— Дознавателей в тюрьму! Пусть побеседуют с этими горе-работничками! — рыкнул Хэлмираш ударяя кулаком по столу. — Им доверили присмотреть за одной девкой, они и этого не смогли!

— В рапорте написано, что она исчезла вместе со стулом. Они ничего не успели поделать, — хохотнул Енир, заглядывая в бумаги. — И ведь даже не стесняются такое писать. На полном серьёзе, — аллар покачал коротко стриженной головой.

— Однако стул действительно пропал. А ведь он был закреплён, — заметил Артур, лениво развалившись на кресле.

Хэлмираш смерил помощника тяжёлым взглядом.

— Да-да, я понял, стул можно самостоятельно снести и спрятать, — поднял руки рыжий.

Главный страж вздохнул.

— Ладно тебе, Хэл. Это, по сути, не наше дело. Мы же за защиту отвечаем, а не за устранение внешних угроз. На это у дворца разведка есть, не отбирай их хлеб.

Хэлмираш и согласился бы с Ениром, только тот факт, что эта незнакомая девчонка упоминала имя его давно почившей спутницы, коробил. Мужчина последние лет так десять не слышал её имени, а тут вдруг прям оба: и общее, и домашнее.

— И откуда только вытащили… — пробормотал он.

— Что? — Артур вопросительно посмотрел на начальство.

— Ничего. Передавайте дознавателям все данные и забываем про это дело. Надо обсудить завтрашние игры. Я уже говорил с Ликаардом, наши условия они с принцессой приняли: будут только утром. Потом обратно в головной дворец. Енир, ты отвечаешь за набор сопровождения.

— Как скажешь, — буднично отозвался аллар, не сдерживая зевок. Учитывая, что рабочие разговоры зашли уже на территорию глубокой ночи, скрывать свою сонливость было не обязательно.

Хэлмираш хотел продолжить, но вдруг дверь в его кабинет распахнулась, со стуком ударяясь о стену, и в помещение влетел Эскель.

— Хэл! Надо поговорить. Срочно!

Страж взглянул на Артура, тот поднялся. Следом за ним на ногах оказался Енир.

— Работаем завтра в усиленном графике. Я ещё поговорю с Ли, может всё-таки уговорим их вообще не выходить к люду, только руками помахать с балкона. Хватит и сегодняшней демонстрации. Не стоит недооценивать врагов.

— Вчерашней, Хэл. Вчерашней демонстрации, — хмыкнул Артур.

Оба помощника удалились из кабинета, Енир тактично прикрыл за собой дверь.

— В чём дело, Эскель? — Хэлмираш перевёл уставшие глаза на лорда.

Тот приземлился в кресло, с которого встал Артур. Открыл было рот, хотел что-то сказать, но как будто не подобрал слов.

— Эскель, ночь на дворе. Мне завтра на дежурство. Давай как-то решайся, — после сегодняшнего сумасшедшего дня сил не хватало даже на раздражение. — И так проблем выше неба.

— Да-да, я наслышан. Нападение на Ли, арбалетчик… — закивал Гарахи. Голос был ровным, но серые глаза как-то странно бегали.

— И одна таинственная личность, которую остолопы из тюрьмы умудрились упустить.

— Да, кстати о ней, — зацепился за слова Эскель. — Как она сбежала?

— Исчезла, — Хэлмираш скривился. — По показаниям — её кто-то забрал в блуждающий портал. И это учитывая, что вся тюрьма экранирована от телепортов. Жаль, я не могу подключиться к той системе, нет допуска.

— Хэл, — Гарахи вскинул голову, посмотрел в тёмные глаза стража. — Она действительно ушла порталом.

— Снова какие-то новые порталы? — вот теперь стража перекосило. — Только не говори, что опять наследие твоего братца спустя столько лет!

— Ты всегда был проницателен, — Гарахи поднялся, вынул из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист. Распрямил, положил перед стражем на стол. — Помнишь, где уже видел такое?

Взгляд стража потемнел. Да, он помнил. Точно такая же выкладка по сигнатуре разрыва была предоставлена Эскелем после того, как Хэлмираш провёл ритуал возвращения сущности Ноат в её мир. Тогда Гарахи представил это доказательством того, что ритуал прошёл успешно.

— И при чём тут это сейчас? Кто-то смог провернуть то же самое и выкрасть нашу заключённую? — сощурился страж, не понимая, куда клонит лорд.

— Хэл…

Страж почувствовал, как холодеют пальцы. Он никогда не видел Гарахи настолько растерянным. Хэлмираша мучило предчувствие, что ничего хорошего лорд ему не скажет.

— Да объясни ты нормально, что происходит⁈ — не выдержал страж.

— Дориарх запретил тебе говорить, пока не придёт время, — Эскель рефлекторно сделал шаг от стола. — У меня было видение. Ещё перед тем, как мы отправили Ноат в её мир. Я потому тогда и пришёл к тебе. А ведь не знал ещё, что с ней что-то случится. Но уже видел, что она окажется в своём мире снова. И там же будет мой брат, — лорд говорил несколько сбивчиво, внимательно следя за эмоциями стража.

Их, правда, было немного: Хэлмираш перестал дышать. Его взгляд буквально впился в лицо Гарахи.

— Я видел не только это, — Эскель резко выдохнул. — Я знал, что они оба вернутся сюда. У обоих будут другие тела и лица, но они вернутся. Вместе. Хэл, час назад я говорил с братом. Ваша исчезнувшая пленница — это Ноат.

Страж наконец втянул воздух сквозь сжатые до скрежета зубы. Собственный сердечный ритм набатом загремел в ушах, внутри творилось что-то необъяснимое: мужчину окатывал то жар, то холод.

— Быть этого не может, — прохрипел он. — Это просто невозможно…

— Время в том мире течёт по-другому. Оркус сказал, что с момента переноса Ноат прошло около двух лет. Она сама сейчас в шоке от всего происходящего.

— Где она? — еле слышно уточнил страж.

— Ноат сейчас с Оркусом, зализывает раны и приходит в себя. Завтра он приведёт её на площадь. С ней всё хорошо.

— Ты сам себе противоречишь.

— Это условие Оркуса. Он не в восторге от того, что с ней произошло. Мелкий паршивец решил поторговаться. Но я склонен с ним согласиться, тебе стоит всё обдумать, прежде чем снова с ней встретиться. И есть ещё один повод не срываться к ней прямо сейчас: я не уверен, что человеческая психика способна хорошо переносить межмировые переходы. Оркус показался мне вменяемым, Но у него таких переносов сущности было только два, а у Ноат три. Дай ей немного времени.

— Я тебя понял.

Эскель кивнул, подошёл к дверям. Но перед тем как уйти, бросил через плечо:

— Наш мир безумен, Хэлмираш. Но даже в нём есть место чуду. Осталось только понять, готов ли ты принять своё персональное чудо.

Отфыркивающийся после душа Дармин вышел в гостиную, вытирая мокрую лысину. Хотел уже свернуть на кухню, но вздрогнул, увидев застывшего на диване Хэлмираша. Сгорбленный главный страж сидел в полумраке и таращился на огонь в камине.

— Хэл, зорги тебя задери! Ты чего так пугаешь⁈ Я с тебя седею!

Однако друг никак не отреагировал на попытку пошутить. Даже не пошевелился. Дармин подошёл ближе. Присел рядом, ожидая, пока ему скажут хоть что-нибудь.

— Эскель сказал, что Ноат вернулась, — раздалось тихое.

— Оба-на, — Дармин почесал влажный затылок. — Вот это номер.

— Он видел это ещё до её смерти. Но глава запретил мне говорить.

Дармин выругался про себя: ещё тогда ведь сказал Дориарху, что зря он так секретничает.

— Злишься? — осторожно уточнил тренер.

— Я не знаю, — Хэлмираш покачал головой, не отводя взгляда от камина. — Я вообще ничего не понимаю.

Он замолчал, и Дармин поддерживал тишину. Потому что сам не знал, что тут ещё можно сказать.

По телу стража прошла дрожь:

— Наверное, я боюсь.

— Чего? — сощурился лысый. Он видел, что друг в полном смятении, раз пришёл сюда вот так, без сигнала. Хэлмирашу нужна была помощь.

— Я уже терял её. Ты не представляешь, каково это: узнать, что кто-то, утерянный навсегда, вернулся. Вся та боль, которую я пережил, сейчас кажется ничем. По сравнению с отчаянной надеждой, которая почти разрывает меня на части. Ноат умерла очень давно, но я готов отдать всего себя, лишь бы хоть раз увидеть её живой. Её голос, её смех, её улыбку. Я хочу всё это. И мне чудовищно страшно от одной только мысли, что это возможно. Потому что если вдруг это всё какая-то ошибка, и Эскель принял другого человека за вернувшуюся Ноат, я не знаю, что со мной будет. Прав был Дориарх, когда сказал Гарахи молчать. Я не смог бы жить, зная, что она может вернуться. Я бы свихнулся, считая дни.

— Тогда почему ты сейчас здесь, а не с ней?

— Эскель попросил подождать до завтра. А сегодня я самолично отправил её в пыточную, приняв за пособницу врагов Ли, — Хэлмираш наклонил голову, зарылся руками в серые неряшливые волосы. — Её спас Оркус.

— М-м, и там кто-то проявил ненужное рвение? — понятливо кивнул Дармин. — Ты уже придумал, что с ним сделаешь?

— Прямо сейчас я его разорвал бы на куски. Но завтра отдам приказ о наказании по закону.

— Скучно, — хмыкнул тренер. И тут же посерьёзнел: — Тебе надо успокоиться. Завтра поговорите, станет легче. Уйдёт неизвестность.

— Не представляю, что мне ей сказать, — покачал головой Хэлмираш. — За время её отсутствия столько произошло. Я уже совсем не тот человек, с которым она жила тогда, двадцать лет назад.

— Не знаешь, что сказать? А вот то, что только что мне втирал. Это и скажи ей. Как ты хотел её увидеть. На что ты готов ради неё. Ей, как и всем женщинам, надо слышать, что её любят, что в ней нуждаются. Она тоже поди слегка не в себе от того, сколько времени прошло. Ну так и расскажи ей, что ты всё ещё весь в её распоряжении, — Дармин хлопнул друга по плечу. — Ноат это понравится, я уверен.