До нас дошло несколько рассказов о том, как Баалат-Гебал стала покровительницей Библа.
Баалат-Гебал, Владычица Библа, была верховной богиней этого города. И уже очень давно и жители Библа, и египтяне считали, что это — та же богиня, которую в Египте почитали то под именем Исиды, то под именем Хатхор[395]. Рассказывали, что злой египетский бог Сет убил своего брата Осириса, а его тело спрятал в колонне в царском дворце в Библе. Супруга Осириса, Исида, она же Баалат-Гебал, в поисках тела мужа добралась до Библа. Там, поняв, где находится тело Осириса, она нанялась служанкой к библскому царю.
Прислуживая во дворце, Баалат-Гебал полюбила маленького царевича, напомнившего ей оставленного в Египте сына, и захотела сделать его бессмертным. Для этого богиня клала младенца в печь, чтобы закалить его тело огнем. Но однажды Царица неожиданно вошла в кухню и увидела страшную картину: ее сын лежит в огненной печи. Закричав от ужаса, царица выхватила ребенка и обрушилась с упреками на служанку. Тогда та открыла правду, сказав, что она — богиня, что она хотела дать мальчику бессмертие и что в Библ она прибыла, надеясь найти тело мужа, спрятанное в одной из колонн во дворце.
Библские царь и царица, узнав истину, ласково приняли богиню и позволили ей разрушить колонну и достать тело Осириса. Богиня, получив возможность добраться до заветной колонны, вскрыла ее и, достав оттуда тело мужа, положила его в специальный гроб, а затем, погрузив гроб на корабль, отправилась обратно в Египет, где и воскресила убитого. Когда она плыла в Египет, река Федр пыталась ей помешать, но богиня в гневе иссушила ее. А Библ, город, где она нашла погибшего Осириса, богиня сделала своим любимым[396].
Баалат-Гебал была царицей Кипра. Сначала она полюбила воинственного бога, а затем влюбилась в юного пастуха и охотника Таммуза, сына Хусора[397], и, покинув Кипр, направилась в Финикию, в город Библ, который тогда был самым сильным городом этой страны[398]. Там она сочеталась любовью с Таммузом, и они были счастливы. Но муж Баалат-Гебал узнал об этом и, позавидовав счастью своей бывшей жены и Таммуза, направился тоже в Финикию.
В это время Таммуз ушел охотиться в горы Ливана. Завистливый и ревнивый супруг Баалат-Гебал принял облик огромного свирепого кабана. Таммуз, встретив кабана невиданного размера, бросился на него. Кабан увлек Таммуза в чащу на крутом склоне горы и напал на него. Справиться с ним Таммуз никак не мог. Кабан разорвал Таммуза на части. Баалат-Гебал долго искала своего
возлюбленного и наконец нашла его останки. Она собрала их и похоронила в Афаке, у истоков реки Адонис, протекавшей к югу от Библа. После гибели Таммуза Баалат-Гебал осталась в Библе и не захотела возвращаться на Кипр ни к мужу, ни к первому возлюбленному. Она тосковала по Таммузу и отправилась в Афаку на его могилу, где и умерла от тоски и горя. Но боги воскресили и Таммуза, и Баалат-Гебал, которая стала госпожой Библа.
Когда-то, когда боги сражались за власть на небе и на земле, Баалат-Гебал, испугавшись жестокой войны, бежала далеко на восток к берегам Евфрата. С ней был ее маленький сын. И вот она села на берег реки вместе с младенцем, скрывшись в тополях, камышах и ивняке. В это время пронесся поток ветра, и деревья и кусты зашумели. Баалат-Гебал решила, что это приближаются враги. Испугавшись, особенно за сына, она воззвала к местным божествам, чтобы они защитили ее и младенца, вскричав, что спасут они двух богов. После этого богиня с сыном бросилась в реку. И две рыбы-близнецы подняли мать и сына на своих спинах и вынесли их на берег. За это рыбы позже были взяты на небо и превратились в одно из созвездий зодиакального круга. Сын Баалат-Гебал стал богом любви, а она сама отправилась в Библ. Когда Эл окончательно победил и стал верховным богом, царем богов и людей, он отдал Баалат-Гебал тот город, который он сам когда-то основал, — Библ. С тех пор Баалат-Гебал — царица Библа[399].
Юный бог Адонис был тесно связан с лом. Об этом боге тоже ходили разные рассказы, различающиеся в деталях, но все же близкие по содержанию.
Когда-то жила Мирра (другие источники называют имя Смирна), дочь могучего царя Кинира, правившего на Кипре. В свое время ее мать не почитала богиню любви (По-видимому, Астарту) и даже говорила, что ее дочери красивее богини. За это богиня разгневалась и, сочтя такие слова преступными, решила вместо матери наказать дочь[401]. Она внушила ей нечестивую любовь к собственному отцу. Кинир, видя, что его дочь уже вошла в брачный возраст, стал приглашать женихов, но та всех их решительно отвергала и на вопрос отца, какого же мужа она желает, отвечала, что похожего на него. Кинир, полагая, что в ее словах звучит почтение к нему, был очень рад такому ответу, а Мирра еще больше запылала любовью и в то же время сознавала всю тяжесть греха. Наконец, не выдержав таких страданий, девушка решила повеситься. Но кормилица спасла ее от смерти. А узнав о преступной страсти Мирры, преданная кормилица пообещала ей помочь.
И вот, в один из праздников, когда жены ушли славить Астарту, Кинир, оставшись во дворце, напился пьяным, и кормилица ночью ввела к нему Мирру, сказав, что это — девушка, влюбленная в царя, похожая на его дочь и одних лет с нею. Так Мирра зачала от собственного отца. А когда наступил день и Кинир увидел, кто лежал с ним на ложе, он ужаснулся и бросился на преступную дочь, желая убить ее. Мирра с трудом убежала и, покинув царство отца, долго бродила по свету. Утомившись от скитаний, она обратилась к богам с мольбой, чтобы те из-за ее позора изгнали ее и из царства живых, и из царства мертвых. Боги согласились исполнить ее мольбу. И вот ноги Мирры покрыла земля, из ступней выросли корни, кости превратились в дерево, кровь — в древесный сок, а кожа — в кору. Так Мирра стала деревом. Но внутри ствола оставался ребенок, плод ее нечестивой страсти. И по прошествии девяти месяцев ствол лопнул и из него появился на свет младенец, которого назвали Адонисом. Правда, рассказывали и по-другому: что отец через девять месяцев все же настиг Мирру, которая к тому времени уже стала деревом, и ударил ее мечом, и из трещины вышел Адонис.
Адонис быстро рос и стал красивейшим из юношей. Его увидела Баалат-Гебал и страстно в него влюбилась. Ей захотелось никогда не расставаться с ним. Адонис тем временем больше всех других занятий полюбил охоту, и богиня стала охотиться вместе с ним. Но ей всё же приходилось иногда отлучаться, и поэтому, боясь за его жизнь, принялась Баалат-Гебал его увещевать, чтобы он был осторожнее на охоте и ни в коем случае не охотился на ужасных львов и щетинистых свирепых кабанов. И однажды, когда богини не было с ним, Адонис отправился на охоту. Вскоре он услышал неистовый лай и увидел, что собаки выгнали из берлоги огромного кабана. Некоторые говорили, что это сам бог войны принял вид кабана, чтобы погубить Адониса[402]. Бежать было уже поздно, и Адонис смело выступил вперед. Он ударил кабана копьем, но тот стряхнул с себя обагренное кровью копье и бросился на Адониса. Адонис, вспомнив предостережение богини, бросился бежать. Но кабан нагнал его и всадил ему в тело острый клык[403]. Адонис упал, умирая. Баалат-Гебал услышала предсмертный крик юноши и бросилась к нему. Она обнимала тело и оплакивала Адониса. Она умоляла не уходить от нее в иной мир, пробудиться и дать ей последний поцелуи, длящийся столько, сколько может длиться лобзанье. Богиня скорбела, что, будучи бессмертной, она не может идти за возлюбленным в подземное царство, дабы и там не разлучаться с ним. Затем Баалат-Гебал подняла мертвое тело, вынесла его из леса, положила на пурпурные ткани, обмазала его благовониями и возлила на него драгоценное миро. А собравшиеся вокруг возлагали на мертвое тело погребальные венки и обрезали кудри в знак скорби. А потом решила богиня оставить вечную память о погибшем, и из крови Адониса вырастила она прекрасный цветок анемон. Но на этом богиня не успокоилась. Она обратилась к отцу, и верховный бог решил воскресить Адониса. А чтобы не очень обижалась подземная царица Шеол, он решил, что часть года Адонис будет проводить под землей, а часть — на этом свете. Местом же его пребывания на земле он избрал Библ.
Но другие рассказывали, что уже с самого рождения Адониса Баалат-Гебал полюбила младенца. Она очень боялась за него, оставшегося с самого рождения сиротой. Поэтому она положила ребенка в ларец и доверила его хранение богине подземного мира Шеол. Но, когда Адонис вырос, Шеол не захотела возвращать его на землю. И поскольку богини никак не могли прийти к согласию о месте пребывания Адониса, то они обратились к Элу. И тот решил разделить год на три части: одну часть года Адонис проводит в подземном мире, одну часть — на земле с Баалат-Гебал, а одну — тоже на земле, но так, как ему вздумается. Адонис же, сам полюбивший Баалат-Гебал, присоединил свою треть к доле этой богини, так что с ней он проводит две трети года, а в мире смерти с Шеол — одну треть. Но и в подземном мире Адонис оставался живым, и таким его видела богиня любви, специально на свидание с юношей спускавшаяся под землю.
Жители Берита рассказывали, что возлюбленной Адониса была богиня Астарта. Плодом этой любви стала Бероя. И ее именем богиня назвала основанный ею город Берит[404].
Рассказывают, что Эшмун был прекрасным и юным охотником на диких зверей в лесистых долинах Ливана. И однажды его увидела Астарта и всем сердцем полюбила. Она решила соединиться с ним. Но Эшмун не захотел быть возлюбленным богини. Как-то раз Астарта явилась в ту долину, где охотился Эшмун, и приблизилась к нему. Эшмун в страхе отпрянул, но Астарта не успокоилась. И тогда Эшмун бросился бежать. Но богиня была гораздо быстрее его и скоро стала его настигать. Тогда Эшмун решил сам себя оскопить. Он ударил себя топором и упал, обливаясь кровью. Горько вскрикнула Астарта, увидев, как умирает ее несостоявшийся возлюбленный. Раскаялась она в своей страсти и решила вернуть юношу к жизни. Она наполнила его животворной теплотой, и он воскрес. А воскрешенного Эшмуна Астарта сделала богом[405].
В Египте был найден папирус, содержащий миф об Астарте и боге моря. Этот миф, несомненно, финикийский[406].
Бог моря Йам решил, что он — самый великий из богов и все остальные боги должны платить ему дань. И боги испугались. Первой принесла Йаму дань богиня урожая Рененут, дала она ему серебро, золото, лазурит, ларцы, полные драгоценностей. За ней послали Йаму дань и другие боги. Но бог моря этим не удовлетворился. Испугались боги, что Йам совсем разорит их, и стали думать, как с ним договориться. Решили они выбрать посредника[407]. И выбор пал на Астарту[408]. Рененут послала к ней птицу, повелев не возвращаться, пока та не уговорит Астарту помочь богам. Услышав просьбу богов, Астарта заплакала, сама испугавшись грозного бога моря. Но птица уговорила ее. И вот Астарта пришла туда, где заседали великие боги[409]. Они стали просить ее пойти к Йаму, соблазнить его и вызвать у него любовь к ней. А затем уже попросить Йама уменьшить дань. И Астарта согласилась.
Взяла Астарта свою долю дани, отправилась к берегу моря и вошла во дворец Йама. Там она стала петь и смеяться. И спросил Йам:
— Зачем ты пришла ко мне? Сандалии на твоих ногах разбиты, и платье на тебе разорвано от долгой ходьбы.
И сказала ему Астарта, что принесла она ему свою дань и хочет сама ее отдать. Радостный, впустил Йам ее в свой дворец. Там начала Астарта соблазнять бога моря и добилась своей цели. Полюбив Астарту, Йам решил жениться на ней. Он отправил вестника к ее отцу, богу Птаху, и потребовал, чтобы тот отдал ее ему. Птах обратился к другим великим богам и попросил совета. Боги посоветовали согласиться на требование Йама, но также передать богу моря, что он должен отказаться брать с них непосильную дань. Однако Йам на это не согласился. И были вынуждены боги снимать свои драгоценности и отдавать их в качестве дани Йаму. Скорбели боги по этому поводу и не раз вступали в переговоры с Йамом. И тогда Астарта сказала, что не будет она женой бога моря, если тот будет настаивать на своих требованиях. И согласился Йам. И наступил мир среди богов[410].
Мелькарт (правильнее — Милькарт) был одним из «молодых богов». Само это имя означает «царь города», а под «городом» подразумевался Тир[411]. В Тире Мелькарта очень почитали, считая своим владыкой[412], его праздник бы одним из самых главных, а может быть, и самим главным в Тире. Когда тирийцы создали множество поселений на берегах Средиземного моря и даже океана, поселенцы тоже стали почитать Мелькарта, а в некоторых из этих поселений, как, например, в Гадесе, Мелькарт, как и в Тире, стал считаться основателем города и главным богом[413]. Но Мелькарт был популярен не только среди тирийцев, но и среди колонистов — выходцев из их города. Его весьма чтили в самом северном финикийском городе — Арваде[414]. И даже за пределами Финикии дамасский царь Бар-Хадад (приблизительно IX в. до н. э.) воздал почести этому богу[415].
Финикийцы полагали, что Мелькарт покровительствует дальним морским походам и колонизации. Мелькарта изображали в виде бородатого мужчины в расцвете лет, иногда как морского бога, мчащегося на гиппокампе (фантастическом морском существе — полуконе-полурыбе), а иногда в качестве героя, борющегося со зверями, а то и с чудовищами[416].
Эти изображения подчеркивают героические черты тирского бога, что и позволило грекам считать его тем же героем, что и их Геракл[417]. Тирийцы же приписывали Мелькарту как своему «баалу» создание всего, что особенно ценилось ими. Для них Мелькарт был и солнечным, и морским, и аграрным богом[418], а также изобретателем многого из того, чем гордился Тир.
Во время войны между богами Эл отнял у Неба его наложницу и отдал ее своему брату Дагону. Эта наложница уже носила в своем чреве дитя от Неба и в положенный срок родила Демарунта. Супругой Демарунта стала Астарта, которая и родила сына. Родила она его на острове под огромной оливой, на вершине которой сидел орел — царственная птица, осеняющая своими крылами новорожденного. К этому орлу подползала змея, стремящаяся убить птицу, и она уже обвила своим телом оливу. Но ужалить орла и сделать что-либо плохое младенцу она не смогла. Сама олива была охвачена пламенем, но это пламя достигало только середины ствола и не вредило ни орлу, ни змее, ни младенцу. Этим младенцем и был Мелькарт, ставший затем царем города, владыкой Тира[419].
Однажды Мелькарт гулял по морскому берегу со своей собакой. Собака рыскала по берегу, обнюхивая все вокруг и время от времени что-то раскусывая. Так она раскусила раковину, и тотчас ее пасть окрасилась яркой краской, напоминающей горящее пламя. Сначала Мелькарт испугался, подумав, что это кровь. Но скоро он понял, что это краска, и поразился, до чего она красивая. В это время возлюбленная Мелькарта, нимфа Тир[421], убедила его окрасить этой краской свою одежду. И одежда тоже стала изумительно красивой. Так была открыта пурпурная краска. А Мелькарт научил людей добывать ее и окрашивать ею самые ценные одежды.
Люди очень скоро оценили благодеяние Мелькарта. Они добывали со дна моря пурпуроносных моллюсков и раскладывали их на берегу. Под воздействием солнца тела моллюсков гнили, а раковины раскрывались. После этого в каждой раковине оставалась капелька ярко-фиолетовой краски. Эти капельки собирали и из множества капелек делали краску, которая уже сама по себе была очень дорогой. Большую часть тканей окрашивали однократно, но были и дважды окрашенные, цена которых возрастала в десять раз. Были даже и трижды окрашенные, продаваемые уже по невероятно высоким ценам. Пурпуром окрашивали царские одежды. Финикийские купцы вывозили пурпурные ткани в другие страны, где они очень ценились. Финикийские мореплаватели специально пускались на поиски в Средиземном море и океане новых отмелей, где водились бы пурпуроносные моллюски. Изготовлением пурпурных тканей стали заниматься уже не только в Тире, но и в колониях. Финикийские пурпурные ткани и изделия из них пришлись весьма по вкусу грекам и римлянам, и они охотно их покупали.
Жизнь Мелькарта была заполнена подвигами, борьбой со страшными порождениями злых Прежде всего Мелькарту пришлось сражаться со страшным змеем Лотаном. Это было извивающееся семиголовое чудовище, готовое пожрать любого, кто отважился бы приблизиться к нему. Но Мелькарт смело вступил с ним в бой. И как ни извивался змей, как ни нападал он на Мелькарта, тот отрубил ему одну за другой все семь голов и поверг его на землю.
Вторым подвигом бога стала борьба со львом. Страшный зверь напал на Мелькарта, но бог сильной рукой схватил его за гриву и прижал к земле. Затем левой ногой наступил на круп льва, а правой рукой нанес мощный удар двулезвийным топором по голове. Бездыханный лев распростерся по земле[423]. В этой борьбе принимал участие и грифон — зверь с головой птицы и птичьими крыльями. О его участии в этой борьбе финикийцы рассказывали по-разному. Иногда они говорили, что грифон помог Мелькарту в схватке со львом. А другие утверждали, что грифон вместе со львом выступил против Мелькарта, но тому помог в бою молодой безбородый бог Цид, сразивший грифона[424].
Затем Мелькарт оказался в подземном мире. Там его встретил страшный подземный пес, но Мелькарт смело вступил в борьбу с ним. Он победил подземного пса и вынес его на дневной свет. Богиня солнца Шепеш радостно приветствовала бога, совершившего этот героический подвиг[425].
На этом деяния Мелькарта не закончились. Он сражался с дикими конями, могучим вепрем, медноногим оленем, страшным великаном, чудовищем в облике коня с человеческой головой, человекоголовым быком. И всех их Мелькарт одолел в упорной борьбе. Все эти чудовища были порождениями страшных сил земли, все они грозили роду человеческому, и люди радостно приветствовали своего спасителя Мелькарта.
Мелькарт спасал людей, и прежде всего тех, кто находился под его особым покровительством — тирийцев и выходцев из Тира, не только от страшных чудовищ, но и от обычных врагов. Так он спас жителей Гадеса. Сам этот город был основан по велению Мелькарта, там находился один из самых почитаемых храмов этого бога. Гадес был процветающим торговым городом, и значительная часть городских богатств хранилась в гадитанском храме Мелькарта. И вот царь соседнего испанского царства Тартесса[426], Ферон, решил напасть на храм и ограбить его. И город и храм находились на острове вблизи побережья, и поэтому Ферон снарядил большой флот, чтобы напасть на храм. Гадитанские корабли вышли навстречу врагам, но корабли Ферона стали брать верх над гадитанскими судами. И гадитане взмолились о помощи к своему богу. И вот на носах финикийских кораблей появились львы и свирепо зарычали. Страшным рычанием они напугали нападающих. А затем от гадитанских кораблей к тартессийским протянулись лучи, подобные солнечным, и от их жара тартессийские суда воспламенились и погибли[427] Так в результате активного вмешательства Мелькарта завершилась полной катастрофой попытка Ферона ограбить гадитанский храм этого бога.
Мелькарт собрал огромную армию из разных народов, соорудил большой флот и двинулся в Ливию (так древние называли Африку) Он очистил эту страну от диких животных и превратил пустынные земли в плодородные и богатые. На пути ему встретился страшный великан, ни за что не хотевший пропустить его дальше. Мелькарту пришлось вступить с ним в схватку. Он победил великана и обеспечил себе свободный путь к западу. Вдова великана стала возлюбленной Мелькарта, и их сын Софак — первым царем этих земель (считалось, что от Софака произошла династия позднейших нумидийских царей, правивших на северо-западе Африки.) Но рассказывали и по-другому — что праматерью нумидийских царей и возлюбленной или женой Мелькарта была дочь Аферы, союзника Мелькарта в его ливийском походе[428].
Мелькарт же, двигаясь вдоль ливийского берега со своим войском и флотом, достиг места, где Средиземное море вливается в океан. О дальнейшем есть два рассказа. По одному рассказу, бог, построив специальные плотины на ливийском и европейском берегах, стянул ближе ранее далеко отстоявшие друг от друга берега, так что образовался сравнительно узкий пролив. Сделал он это для того, чтобы различные морские животные — киты, кашалоты, дельфины реже проникали из океана в море. По другому рассказу, Мелькарт, наоборот, прорыл перемычку, отделявшую море от океана, и создал на ее месте пролив. В любом случае, в знак своих трудов он воздвиг на берегах пролива две мощные колонны — Столпы Мелькарта (позже греки назвали их Столпами Геракла, а римляне — Геркулесовыми Столпами. Теперь это — скала Гибралтар и мыс Сеута на европейском и африканском берегах Гибралтарского пролива). И эти Столпы Мелькарт установил как знаки последнего рубежа земли[429]. В Испании бог снова сражался с великанами, среди которых был могучий Герион, или Геронт. Затем он покинул эту страну, предварительно передав царство там самым достойным из туземцев и уведя оттуда священных коров.
Из Испании Мелькарт пустился в обратный путь, но по северной части Средиземноморья, двигаясь вдоль берегов Галлии (современной Франции) и Италии. Из Италии он переправился на Сицилию, в западной части которой правил могучий Эрике, про которого говорили, что он тоже сын Астарты. Эрике спровоцировал Мелькарта на поединок. Ставками в этом поединке противники сделали один свое царство, другой своих коров. Сначала Эрике заявил, что эти ставки неравноценны, но бог уверил его, что в случае потери коров и он сам потеряет свое бессмертие. Эрике был побежден, но Мелькарт не стал тотчас царствовать в этой земле, но заявил, что много позже придет его потомок и примет власть. Покинув Сицилию, бог вернулся на родину.
Совершил Мелькарт поход и на восток. Он достиг волшебного города мудрецов, который так и не смог завоевать. Но до конца мира на востоке он все же добрался. И это позволило ему измерить всю землю.
Но был и другой поход Мелькарта на далекий запад. Вновь собрав войско и флот из различных восточных народов, Мелькарт опять двинулся в Ливию, перебравшись оттуда в Испанию. Но в Испании он погиб, а его разноплеменное войско распалось, и остатки этого войска стали предками некоторых народов (в рассказе имеется в виду, что это относится к ряду 180 народов Северной Африки).
Некоторые из бывших воинов Мелькарта поселились ближе к побережью. Осев в чужой стране, они пользовались для постройки жилья килевыми днищами перевернутых кораблей, потому что древесины там не было. Смешавшись с жившими в этих местах гетулами, они стали предками нумидийцев. Ближе к океану и недалеко от Испании поселились другие бывшие воины Мелькарта. Они много торговали с Испанией и построили укрепленные города. Их потомки стали называться маврами, или мавританцами.
Венцом многотрудной жизни Мелькарта, заполненной его деяниями на благо людей, явились его смерть и воскресение. О смерти Мелькарта рассказывают по-разному. Одни говорят, что Мелькарт еще младенцем был брошен матерью в морскую пучину и там возродился уже в виде бога[430]. По другому рассказу, Мелькарт, став старым, сам бросился в огонь и там возродился, а затем поднялся на небо. И в этом ему изо всех сил помогала богиня солнца Шепеш. Такую историю охотно рассказывали в Гадесе[431].
Был и третий рассказ о смерти и воскресении Мелькарта. На Мелькарта напал его соперник бог моря Йам и убил его[432]. Это произошло во время похода Мелькарта и случилось или на пути в Ливию, или, как полагают большинство рассказчиков, уже в Испании. Бог-врачеватель Цид дал мертвому Мелькарту понюхать запах перепелов, и тот воскрес. Было это в весеннем месяце перитии (в феврале — марте.), когда пробуждается вся природа. Хотя Мелькарт и воскрес, гробница бога осталась на земле, и люди приходили ей поклониться.
Сохранился греческий миф о борьбе верховного бога Зевса со страшным чудовищем Тифоном. В этом мифе, вероятно, отразилось, хотя и в измененном виде, финикийское сказание о борьбе бога Баал-Цафона с другими[433].
Страшный Тифон был порождением Земли. Это было змеевидное чудовище с ужасающими когтистыми лапами и множеством голов, из которых одна, средняя, была человеческой. Тифон вступил в бой с богами, которые в то время правили миром. Он похитил молнии верховного бога (греки называли его Зевсом) и с их помощью напал на своих врагов. Тифон сумел обрезать сухожилия своего главного противника. И все это он спрятал в своей пещере в стране аримов. Битва разворачивалась и на земле, и на небе. Тифон даже начал уничтожать созвездия. И боги оказались вынуждены бежать в Египет. Они не могли победить Тифона, пока у того находились молнии. В это время тирский царевич Кадм бродил по миру в поисках своей сестры Европы. И верховный бог обратился к нему за помощью, обещая в благодарность дать ему в жены прекрасную Гармонию, дочь богини любви и бога войны. Кадм согласился[434].
В облике прекрасного пастуха Кадм явился к пещере Тифона. Он, одетый в грубое вретище, прижался спиной к дубу и заиграл на тростниковой пастушьей флейте. Чарующие звуки флейты достигли слуха Тифона, и тот выполз из своей пещеры, желая лучше насладиться прекрасной музыкой. Кадм сделал вид, что испугался чудовища, и побежал. Тифон догнал его и, не распознав коварства, стал насмехаться над его испугом. Кадм притворился успокоенным и предложил Тифону сыграть на струнной кифаре торжественную песню в честь его победы над богами. Тифон с радостью согласился и пообещал Кадму женитьбу на любой богине, кроме верховной, которую он, Тифон, сделает после победы собственной женой[435]. Кадм на словах согласился с обещанием Тифона. Тифон вытащил из пещеры сухожилия верховного бога, для того чтобы изготовить струны будущего инструмента Кадма. А пока Кадм продолжил играть на своей флейте, воспевая победу в будущей битве. Тифон решил, что тот воспевает его торжество, а сам Кадм в это время думал о верховном боге. В то время как Кадм услаждал слух Тифона, верховный бог тайком пробрался в пещеру и похитил ранее отобранные у него молнии. Когда Кадм кончил играть, Тифон вернулся в свою пещеру и обнаружил пропажу. Понял он, что был завлечен в коварные сети, воспламенился яростью, но было уже поздно.
С дикой яростью обрушился Тифон на обитель богов. Вновь развернулась страшная битва. Но преимущество было теперь на стороне богов. Мечет свои молнии верховный бог и не дает возможности дождю охладить пылающую жару, дабы не мог отдохнуть Тифон. Хватает Тифон гору и бросает ее в грудь бога. Но дунул верховный бог, и отлетела страшная глыба. Другую бросает в него гору Тифон, но бог ловким движением избегает ее. А когда Тифон метнул третью гору, то бог изменил ее полет так, что попала она в само чудовище. И долго еще продолжался страшный бой. Враги метали друг в друга камни и дротики. Но вот бросил в Тифона верховный бог льдистую глыбу, и тот, покрытый льдом и снегом, сраженный молниями, рухнул на землю. Напрасно Земля, чтобы спасти сына, призывала Солнце растопить страшную тяжесть. Последний огонь изрыгают глотки Тифона. И на этом закончилась битва. Тело Тифона, чтобы не тревожил он мир, было брошено на запад и погребено под Сицилией, где иногда Тифон возрождается, и тогда изливается пламя из вулкана Этны.
Вернувшись в свою обитель, верховный бог восстановил прежний порядок, возвратил на небо созвездия, и начали боги праздновать победу радостным пиром. Верховный бог рассказал Кадму об участи его сестры, которая стала царицей Крита, и его братьев, каждый из которых осел в разных областях, чтобы править там. Самому Кадму было велено не возвращаться домой в Тир, а поселиться в Греции, жениться там на Гармонии и основать город Фивы.