Я внимательно вчитывался в сообщения, которые отправили на номер моей супруги, а в душе клокотала чёрная ярость.

Нет, я ведь сразу понимал, что всё, что в клубе тогда было — подстава чистой воды! Да, я виноват, повёлся. Но… почему еще повёлся?

Выпил, каюсь, расслабился. Кальян еще был, помню.

И состояние моё, не самое адекватное.

Я еще тогда удивился, что вроде как не так много на грудь принял, а в голове вертолёт закручивался.

Сейчас из этих “мэсседжей” понимаю — дело не в том, сколько я пил, а в том — что!

Но ведь я с друзьями сидел, с родственниками, не думал, что кто-то из них меня вот так подставит.

Увы, оказалось, что верить никому нельзя.

Получалось, замешан во всей этой истории был не какой-то посторонний человек, как я думал сначала. Это сделал кто-то из своих!

В сообщениях ясно говорилось об этом, и о том, что девушка из клуба не против открыть тех, кто ей заплатил. Если Милана заплатит больше.

Чёрт.

Хреново.

Я понимал, что должен сразу набрать моему детективу.

Официантка принесла мой кофе и свежевыжатый сок для Милы, сказала, что через пять-семь минут будут салаты.

Только она отошла от стола как заговорила моя жена.

— Ренат, я хотела…

— Подожди, Милана, это… Это очень серьёзно, и я должен сейчас же связаться с одним человеком…

— То, что я хочу сказать тоже серьёзно. — Она как-то резко меня перебила, что на неё вообще-то не очень похоже, и положила свою руку поверх моей. — Я хочу сказать… Прости меня.

Что?

Она…

Она сейчас серьёзно это говорила?

Серьёзно сказала — “прости”?

Милана опустила глаза, я скорее почувствовал, чем услышал её легкий вздох.

Прощения просила, искренне, хотя на самом деле и не должна была.

Я ведь пошёл в клуб, никто меня силой не тянул туда.

Да и с бабой этой я тоже пошёл танцевать, помнил это, как уж потом она меня в кабинку отдельную затянула как-то из памяти выпало, словно провал был. Как мне повезло, подфартило прийти в разум до того, как случилось непоправимое?

Я ведь чувствовал руки на ширинке, дыхание горячее на шее, на лице, шепот жаркий.

Эта мадам за меня тогда крепко взялась, глаза ярко накрашенные словно черные омуты затягивали. Еле-еле смог оторваться, освободиться, выплыть.

Сейчас глядя на смущённую, раскрасневшуюся Милану я выстраивал в памяти те мгновения, секунда за секундой.

Вот я словно получил удар по голове, которые меня вывел из того состояния. Отодвинулся, нет, даже не так — словно со стороны себя видел — оторвался от чужой мне, противной женщины, отбросил её руки, оттолкнул.

Слышал, как она ахнула, суетиться начала, снимать бретельки с платья, грудь обнажая, меня обратно пытаясь притянуть. Но я уже встал, отрезвел окончательно и к выходу пошёл. Что-то она мне еще вслед кричала, но я не разбирал.

Вышел из кабинки. Сразу в туалет пошёл, умылся ледяной водой.

Потом на улицу пошёл, старался дышать глубоко, выветривая зловонные ароматы похоти, которыми пропахли стены клуба.

Потом я попросил водителя отвезти меня в один из отелей, там у меня был офис и в кабинете имелся душ. Встал под холодную воду, потом кофе крепкий выпил. Окончательно пришёл в себя.

Только после этого решился домой вернуться.

Не знал еще, что меня ждёт.

Да уж…

Я ведь тогда сразу-то даже подумать не мог, что тут такая подстава!

Жену из-за этого потерял.

Почти.

Внимательно смотрел на неё, разглядывал, видел, как под моим пристальным взглядом начинали еще сильнее алеть её щеки.

Может быть, не всё потеряно для нас?

Не знал в тот момент, что сказать, что сделать, чтобы правильно вышло.

Милана ведь всё равно меня не любила, и не полюбит. И то, что я ей развод предложил несмотря на беременность, приняла как благо.

Значит… Значит с этим пока всё оставалось по-прежнему.

А вот с сообщениями и с той, которая их написала — если только это она! — надо было разобраться.

— Ренат…

— Ты не должна просить прощения, Мила. Ты не виновата. Это был мой косяк. Я поступил подло в любом случае. И я несу за это наказание. Я к этому готов. Спасибо, что ты мне позвонила. Я надеюсь, эти сообщения помогут вычислить того, кто так сильно желал нам с тобой зла.

Милана снова голову опустила, губу закусила, явно что-то хотела сказать, но передумала.

Как раз в этот момент принесли заказ, я увидел, как моя всё еще жена, голодным взглядом смотрит на свой салат с креветками и еще более жадно на мою брускетту с ростбифом.

— Если хочешь, можешь попробовать.

— Нет, не нужно…

— Мила, ты хочешь? Возьми половину.

Она мялась, но я прямо видел как ей мучительно хочется взять у меня этот кусочек поджаренного хлеба и с мясом. Взял и подвинул ей всю тарелку.

— Прости, это сильнее меня! — Она ухватила тут же первый кусочек. — Я, правда, не думала, что в беременность у меня начнётся такое. Иногда так сильно чего-то хочется, просто нет сил.

— Звони мне, — улыбнулся я. Поведение беременной супруги меня скорее рассмешило и позабавило, чем рассердило. — Буду заказывать тебе всё, что хочется.

— А привозить кто будет? — Милана улыбнулась мне нежно, как раньше.

— Сейчас полно курьерской доставки, от пятнадцати минут.

Её улыбка сразу помрачнела, сползла с лица. Мила сосредоточилась на еде.

Когда с ростбифом было покончено, она взялась за салат. Как раз принесли горячее.

Мне нравилось наблюдать, как она ест и раньше, но сейчас…

Это было настолько завораживающе! Я представлял, что моя женщина кормит моего малыша.

Офигенное зрелище.

Представил Милану с крохой на руках, как она даёт ему грудь, как жадно он сосёт её молоко.

Ох, нет, о таком мне не стоило думать, сразу появилось дикое напряжение в паху, острое желание пронзило.

— Я могу еще чем-то помочь? Мне продолжать переписку?

— Что? — вопрос Милы застал врасплох.

— Я насчёт сообщений, — смотрела она на меня своими огромными глазами. — Что делать? Она ждёт.

— Пока подождёт, — махнул я рукой. — Я сегодня же переговорю со своим человеком. И он подскажет, что делать дальше. Без меня никаких действий не предпринимай.

— Хорошо, Ренат, — послушно кивнула она, и я словно снова увидел в ней ту девочку, в которую однажды влип по полной. Однажды и уже навсегда, кажется… — Надеюсь… Я правильно поступила, что не стала сама с ней встречаться?

— Очень правильно, ты молодец, — кивнул я.

Не хватало ещё беременной женщине во всё это влезать.

В конце концов, это может быть опасно.

Я пока точно не знаю, кто за этим всем стоит, и каковы его истинные мотивы…

И на что вообще они способны, чтобы достичь своей цели.

— Спасибо, что всё рассказала. Ты умница.

— Я правда очень сожалею, что поверила этой записи и… Устроила всё это.

Она виновато смотрела на меня.

Ей просто стыдно за некрасивое поведение или же тут скрывается нечто большее?

В любом случае мысль, что Милана может всё-таки поверить, что моя вина не бескрайняя, внушала оптимизм…

— Ты просто меня не любишь, Мила. — Неожиданно резко сказал я, и увидел как округляются, и наполняются слезами её глаза.

— А ты, Ренат? Разве ты меня любишь?

Я молчал.

На этот вопрос у меня, конечно, есть ответ.

Но озвучить его жене сейчас я не готов.