РЕНАТ.

Руки Алии задержались на моих плечах, пальцы поглаживали, сминали, массаж она делала умело, но я вспоминал о другом массажисте…

Как-то Милана меня вот так же с работы встречала, увидела, что я хмурюсь, и напряжён, робко спросила, может ли она помочь. У меня как раз шея и спина затекли — слишком долго сидел над документами. Сказал Миле об этом, она сама предложила массаж, извинилась, правда, что не особо умеет. И правда — не умела. Но всё равно старалась, и её касания — такой кайф, мне зашло, так, что закончился этот массаж в постели, где моя любимая жена стонала, кричала принимая меня, тяжело дышала, когда я целовал её после.

Чёрт, думал о Милане и возбудился так, что это могло стать заметно. Алия на свой счет примет. Не нужно мне это.

Да и её касания совсем чужими были и ненужными…

Обойдусь и без массажа.

Либо мне его будет делать моя Милана, либо — никто.

Резко сбросил её руки.

— Извини, Алия. Это лишнее.

— Почему? — явно расстроилась девушка, но отошла в сторону. — Что в этом плохого?

— Плохо то, что у меня есть жена, а я позволяю чужой женщине меня трогать.

— Есть жена, говоришь? — неожиданно выпалила девушка. — И где она? Ты уже неделю живёшь у нас! А Милана даже не позвонила ни разу! Это жена? Она тебя не любит совсем, значит. А ты всё о ней да о ней. Не надоело самому, Ренат? Вокруг тебя есть женщины куда более достойные, которые могли бы тебя любить. И вообще…

— Закрой рот, Алия, — грубо оборвал я странные поползновения девушки, которую раньше считал едва ли не своей семьёй. Так она всё это время ко мне в трусы залезть пыталась? Или в кошелёк? Я помоложе своего отца, ко мне и в трусы не грех залезть молодой девушке, тело которой явно требует того, о чём язык скромно молчит. Неужто оно обо мне говорила, когда рассказывала мне вчера, что в сердце её живет неразделённая любовь к мужчине, с которым она быть не может? Мне это совсем не нужно. А я, дурак, ещё сам ей руки в карты дал, проговорившись о возможном разводе… Ещё неизвестно, чем всё кончится с Милой. Может, и вовсе не кончится — каждый день становится сильнее желание наплевать на всё и вернуть её, отменить развод, сказать, что никуда она не уйдёт — ни она, ни мой малыш. Алия же, видимо, решила, что теперь у неё появился шанс, и наплевав на гордость, пошла в атаку. Нет, дорогая. Тут тебе точно ничего не светит. Ишь какая оказалась! Волчица в овечьей шкурке… — Не твоё дело, почему я тут живу, и почему мне жена не звонит. Если тебя что-то не устраивает — то можешь собирать вещи.

— Гонишь меня? — сузила она глаза.

— Именно, — кивнул я. — Не доверяю тебе больше.

— А за отцом твоим кто будет ходить? Жена твоя, которой нет? Не ты меня, Ренат, на работу брал — не тебе и выгонять.

Смотрел на неё, нахмурившись. Иихая, спокойная, ласковая и покладистая девушка вдруг стала такой мегерой. Да моя Милана — ангелок капризный просто в сравнении с этой стервой-тихушницей.

— Ох, прости… Прости, Ренат, я не хотела, — спохватилась Алия и прижала ладонь к губам. — Прости. Если хочешь — я соберусь и уйду. Ты прав, я поступила некрасиво. Только… Мне особо уходить не куда. Но я справлюсь. И… обидно очень, если честно. За тебя обидно. Ты так одинок! Ну ведь правда — любит тебя твоя Милана!

Этого мне только не хватало — от прислуги выслушивать.

— Любит, не любит — не твоё дело, Алия, повторю ещё раз, — прорычал я. Она била в самое больное. Специально уж или случайно, но била ощутимо. — Иди спать.

— Ренат, зря ты ей потакаешь, всё прощаешь, — не сдавалась девушка. Упорная какая оказалась! — Она ведь из тебя верёвки вьет! И вообще… Не ценит тебя!

— Почему ты думаешь, что я ей потакаю? — начал злиться я не пойми почему. — Может быть, я вообще решил с ней расстаться? Почему ты меня тряпкой считаешь? Удалось этой Алие на какие-то точки надавить, на самые больные. На то, что Мила не любит меня. Знать это — одно, а от других услышать оказалось, намного больнее.

— Расстаться? — расширила она глаза. — С Милой? Скажу тебе честно, Ренат, я буду только рада! Я уверена, ты найдешь девушку более достойную. Честную. Которая будет тебя сильно любить и уважать. Которая для тебя всё сделает.

Усмехнувшись горько отвернулся, представляя картину — другая женщина мне в рот заглядывает. Только вот… Нужна она мне, та, другая?

— Иди спать, Алия, — повторил я устало и отвернулся от неё, показывая тем самым, что разговор окончен.

Девушка не стала продолжать спорить и тихо вышла из спальни.

Вот ведь…

Не хватало мне ещё вляпаться в эту историю!

Мне бы со своей женой разобраться для начала.

Злой улёгся в постель и нервно дёрнул на себя одеяло.

Ворочался ещё с добрых полчаса, сон никак не шёл, в голове так и роились мысли.

Ночь провел беспокойно.

Еще накануне я связывался с человеком, которого просил помочь мне с видело — найти того, кто меня тогда в клубе подставил. Этот человек сказал, что есть у него подозреваемый, он с ним собирался встретиться.

Кажется, одна зацепка в этом странном деле всё же появилась.

Надеюсь, я докопаюсь до истины.

Кто хотел меня так очернить?

Кто хотел меня перед женой в дурном свете выставить?

Этот “кто-то” прекрасно знал, что Мила вспыльчива, она во всё поверит, и простить меня ей будет нелегко. Да и я сам почему-то повёлся на ласковые слова какой-то клубной леди….

Я готов был своими руками удавить змею, которая лишила меня семьи и счастья. Пусть Мила не любила меня, но и не гнала от себя, иногда позволяла быть с ней, проводить ночи и дни, и счастлив с ней я был всё равно.

Утром встал рано. Ощущал себя полностью разбитым.

Дико хотелось пить.

Спустился в кухню, налил себе воды, засыпал кофе в кофемашину. Решил выйти на террасу, и неожиданно услышал в гостиной тонкий тихий голосок.

— Я думаю, он уже готов с ней расстаться. Нужно только его еще немного подтолкнуть.

Замер, как вкопанный.

Вот это новости.

Получалось, что не только Милана грезила о разводе со мной?