На своём наблюдательном пункте Дармин устроил лежачего аллара, давая возможность смотреть на лагерь, но при этом оставляя кристаллы проекции вне его досягаемости. Пленник глубоко дышал, даже не с некоторым блаженным выражением глядел вокруг. И пусть свет солнца до земли доходил далеко не весь из-за облака пепла, аллар поднял лицо, закрыл глаза и несколько минут словно впитывал свет.

Обратив внимание на его длинные пальцы, неспешно перебирающие землю пополам с пеплом, мужчина отметил, что потихоньку стали отрастать некогда вырванные ногти. Грубо отрезанные Дармином волосы торчали во все стороны, создавая эффект садового пугала, но аллар уже с мягкой улыбкой разрешал сыну их расчесывать выданным мужчиной гребнем. Пленник вообще словно был рад любой мелочи, говорившей, что он всё ещё жив.

Его сынишка, кажется, за эти дни стал меньше бояться Дармина, видя, что он не причиняет им вреда специально, а вот все остальные жители лагеря вводили его в дикий ужас, поэтому он и без приказа мужчины никуда от отца не отходил.

— Ну, так кто ты такой и почему тебя пытали свои же? — напомнил вопрос Дармин, присаживаясь рядом на свой брошенный тут же второй спальник. Про себя он гадал, как много правды скажет ему пленник. Проверить достоверность его слов будет проблематично, но мужчина собирался слушать очень внимательно, чтобы попытаться поймать его на несоответствиях, если что.

— Моё имя Йорал Айлат, я был Следящим за порталами в своём Небесном городе, — начал пленник, взгляд его больших глаз был направлен на лагерь, но мужчина был уверен, что аллар сейчас видел совсем не размещённые на площадке палатки. — Настраивал сообщение, отвечал за транспортировку. Связывал между собой землю и Небесный город. Когда началась война, — Йорал вздохнул. — Я был обязан отдать ключи от порталов, с которыми работал, военному управлению. Что и сделал, а сам вернулся к семье. Насколько я знаю, серебряные готовили договор с вашим правительством о мире, — аллар перевёл взгляд на Дармина. — Есть часть равнинных земель, которые должны были отойти в пользование их клану, взамен они подписывали договор о ненападении.

— Ложь! — рыкнул Дармин, не выдержав. — Вы собирались сделать из нас живые накопители!

От избытка накативших эмоций мужчина подскочил на ноги, сверля глазами пленника.

— Я говорю лишь то, о чём ходили слухи у нас, — не стал настаивать Йорал, опустил взгляд. — В любом случае, правды мы не узнаем никогда. Потому что, какая бы она ни была, бирюзовые её уничтожили. С их приходом образовалась военная диктатура, все ресурсы шли им, а уж потом их абсолюты распределяли дальше все потоки. Они были пусть крайне малочисленным, но очень одарённым кланом, в одно время собрались абсолюты оракулы из разных поколений. Когда старший учит младшего напрямую, а не через свитки, скорость обучения растёт в разы. Бирюзовые не могли упустить этот исторический момент и осуществили переворот, встав у власти. После этого у меня больше не было шансов продолжать спокойную жизнь. Ториан, один из их абсолютов, посчитал, что я смогу объединить порталы Небесных городов и обрушить на землю тьму наших войск и прямой магии, чтобы самим абсолютам не пришлось спускаться и подвергать свои жизни опасности. Я отказался, потому что для такой магии требовалась не просто энергия, а энергия жизни. Наших же воинов, таких же магов. Их бы просто спалили в жертву амбициям бирюзовых. И стоило мне озвучить свой отказ, как я возблагодарил богов за то, что моя жена не дожила до этого момента.

Голос аллара оборвался, он сглотнул, погладил по голове лежащего у него на ногах сына. Мальчишка пересыпал землю из одной руки в другой, не обращая никакого внимания на разговор. То ли не понимал языка в достаточной мере, то ли в силу возраста не интересовался взрослыми делами. Дармин не торопил, ждал, пока пленник продолжит сам.

— Меня пытали, — проговорил он надтреснутым голосом. — Да, не сразу, сначала пытались уговорить, угрожали, но в итоге пришли и к этому. В заключении я провёл без малого три года. Как и мой сын.

— Погоди, — не выдержал Дармин, хмурясь. — Ему же…

— Шесть, — кивнул Йорал. — В три года его посадили со мной в одну подвальную камеру, давали одну порцию еды на двоих. Благо, он ещё мало что понимал и самые страшные мои пытки просто не запомнил, хотя палачи не утруждали себя тем, чтобы вывести меня из общей с ним камеры. Крылья, ногти, кости, кожа, внутренние органы… следом должны были пойти глаза и пальцы — самое главное для мага-портальщика. Поэтому, когда ваши воины убили Ториана, я сделал всё, чтобы попасть им на глаза раньше, чем кому-то из его приспешников.

В голове у Дармина словно шаровая молния разорвалась.

— Стоп, — выдохнул он, понимая, что ноги его не держат, а потому поторопился опуститься обратно на спальник. — Ты сказал, что они, — он нервно махнул рукой в сторону лагеря, — убили абсолюта?

Теперь пришла пора удивляться аллару, его светлые брови скакнули вверх, глаза обратились на собеседника.

— А вы не знали? Ваши войска убили уже пятерых абсолютов и уронили порядка сорока Небесных городов.

— Что⁈… Как⁈… Да этого быть не может! — Дармин буквально схватился за голову. — Они же… ну… они же абсолюты! — он в непонимании уставился на Йорала. — Они же один против армии выходят!

— А ваши воины могут превращаться в огромных монстров с крыльями, которые практически не подчиняются магии алларов, — с каким-то странным смешком ответил тот. — Квиты, вам не кажется?

— Они мне ничего не говорили! — Дармин снова взвился на ноги, будучи не в состоянии усидеть на месте.

Йорал наклонил голову, серьёзно посмотрел на мужчину.

— А вы спрашивали? — задал короткий, но ёмкий вопрос пленник. — Насколько я успел заметить, вы не слишком часто с ними общаетесь.

— Я… — Дармин открыл рот для ответа и тут же закрыл.

Потому что он действительно никогда не пытался с ними поговорить про то, что они творят за пределами портала. Никогда не расспрашивал о той цели, про которую они так часто твердят. Поняв, что они потеряли память и стали безразличными исполнителями, мужчина просто прекратил с ними всякие попытки просто поговорить, а не разменяться заданиями. Да и помня, что в свою бытность человеком, Раст не слишком-то делился информацией, а сейчас и подавно, Дармину было просто сложно представить что-то иное, но мог бы хотя бы у Хараша попробовать спросить!

— Ты-то откуда это всё знаешь, если сидел в тюрьме? — грубо спросил он, пытаясь избавиться от неуместного чувства стыда.

— Ко мне периодически приходили рассказать новости, — Йорал криво усмехнулся. — Пытались воздействовать с этой стороны, убеждая, что на нас напали монстры, что люди стали представлять угрозу, найдя новое оружие, что надо вступиться.

— А ты всё равно не согласился, — сощурился мужчина. — Почему?

— Потому что никогда не считал чужую жадность хорошим поводом для действий, — несколько туманно ответил аллар.

Но сейчас Дармину и такого ответа было достаточно. В голове у него было совсем другое. Пять абсолютов! Зорги песчаные, пять! Сорок Небесных городов! Так вот что это были за волны алларийской магии — тёмные роняли их города!

— Куда?.. — спросил он вдруг охрипшим голосом. — Куда падали Небесные города?

— Насколько я знаю, значительная их часть находилась над территорией вечного эльфийского леса по обоюдному договору, — пожал плечами пленник.

Дармин медленно выдохнул. Он не удивился бы, раскидай Раст эти города по человеческой территории, не глядя и не считаясь с потерями среди мирного населения. К эльфам же мужчина жалости не испытывал, вечный лес давно предал их, считая, что с бирюзовыми они смогут договориться и откупиться. И в целом так и было. Но не все эльфы, конечно, согласились с решением старших, а потому в войске на севере их было довольно много, особенно магов-целителей.

— И ты даже не спросишь, что они вообще такое? — с кривой ухмылкой посмотрел Дармин на аллара. — Эти монстры. Неужели не страшно?

— Поверьте, сейчас в этом мире есть не так уж много вещей, способных меня напугать. И я бы спросил, но вы вряд ли мне ответите, всё-таки я отношусь к вашим врагам, чтобы раскрывать такие секреты. Но я чувствую очень сильную магию стихии, исходящую от них. Правда, не уверен, что она человеческая.

— В них вообще мало что человеческого осталось, — невольно проговорил Дармин, проводя рукой по лысому затылку.

— Такова цена силы, — несколько философски заметил Йорал, действительно не испытывая даже тени страха перед тёмными воинами. — За возможность противостоять нашему цвету магической нации.

— Боюсь только, наш цвет магической нации мы здесь и потеряем, — качнул головой Дармин, кривя губы. — Можно сказать, уже потеряли, — страшно было подумать, насколько обескровил Раст человеческую магию, изъяв из генетического оборота столько отборного материала. Архимаги на острове не имели семей, и в основном никто из них не дал потомства.

Какое-то время оба молчали. Наконец аллар поднял взгляд на мужчину.

— Могу ли я узнать ваше имя? — с некоторыми светскими интонациями спросил пленник.

— Дармин, — мужчина усмехнулся. Руку жать аллару он не собирался, но поделиться именем — вполне. — И давай на «ты», а то от твоих выканий уже голова трещит, не на приёме.

— Хорошо, — легко согласился Йорал. — А это, — он указал на сына. — Арьял Айлат.

— Язык сломаешь, — хмыкнул Дармин. — Ладно, для первой прогулки хватит.

Он вернул пленника в палатку, перевязал оставшиеся наиболее глубокие раны. Управился как раз к возвращению войска. Целенаправленно дошёл до штабной палатки, присел на корточки и принялся ждать. Примерно через час оттуда вышел Хараш, уже хотел пройти мимо Дармина, но мужчина удержал его за руку.

— Потренируешься со мной? — слова Йорала задели его, Дармин долго думал, что же такого можно предложить тёмному воину, чтобы он согласился потратить на него время. И только это пришло в голову.

Хараш окинул мужчину оценивающим взглядом.

— Разные круги, — качнул он чёрной головой.

— Думаю, я смогу тебя удивить, — усмехнулся Дармин, вдохновлённый тем, что Хараш не отказал сразу.

— Чрез час на полигоне, — не стал спорить воин, продолжая свой путь к палатке.

И через час Дармин успел раскаяться в том, что выбрал именно такой путь общения. Потому что он собрал на себя, казалось, весь пепел с площадки. Хараш подмёл им каждый угол. Но и плюсы в этом тоже были: воин пусть и скупо, но всё-таки поделился обстановкой во внешнем мире, подтверждая слова Йорала, только количество упавших городов стало больше — сорок три. И ко всему прочему Дармин вдруг обнаружил, что его личный магический потенциал существенно расширился. Мужчина давно уже не тренировался сам, считая, что достиг своего предела. Но сейчас он ощущал над своим уровнем не потолок, а пустоту, говорящую, что ему есть, куда расти. Поэтому договорился о том, что изредка, но будет проводить тренировки с Харашем в том же стиле: странная физическая магия тёмных воинов против чистой человеческой стихийной.

Такие выносы пленника на воздух стали ежедневными. Дармин настолько изголодался по разумному общению, что уже без просьб Йорала тащил его на хребте на свой пригорок, не особенно при этом напрягаясь: аллар не особо прибавлял в весе. Перед Растом мужчина отчитался, что от пленника нет никакой пользы, в глубине сущности боясь, что тот прикажет убить аллара. Но нет, Расту просто не было до него никакого дела, так что его оставили на попечение единственного человека в войске.

Сначала Дармин ещё внимательно следил за камнями паразитами, пытаясь понять, использует ли Йорал магию, но те молчали, будучи полностью пустыми. Решившись спросить напрямую, получил ответ, что в этом месте любой портал будет нестабильным, кроме тех, что завязаны на человеке, как на якоре, а потому в этой магии не было никакого смысла.

— Куда тут прыгать? Я понятия не имею, где нахожусь, а до портала в вышине не смогу дотянуться, слишком он далеко. И высоко… — лицо некогда летающего аллара скривила короткая гримаса. — Да и это было бы просто невежливо, — закончил Йорал свой ответ.

Дармин хмыкнул, качнул головой, не понимая, почему аллар всё ещё держится за крохи своего воспитания, общаясь столь витиевато и соблюдая ту самую пресловутую вежливость. Но, видимо, это было частью его сущности.

Постепенно Дармин стал открывать всё больше кристальных проекций лагеря перед пленником. Тот с живым любопытством наблюдал за происходящим среди тёмных воинов. Иногда задавал вопросы общего порядка. И стал свидетелем двух срывов, когда одичали сразу две женские особи тёмных одна за другой. Раст уже никого не пытался уговаривать, он просто убивал всякого, кто терял над собой контроль. Остальные не вмешивались, отдавая право единолично принимать решение главе войска.

— И никакой жалости, тварь ты бесчувственная, — пробормотал Дармин, смотря, как в кратере появляются две новые могилы. — Чтоб тебя зорги драли…

— Да, подобная жестокость не выглядит последней необходимостью, — задумчиво проговорил сидящий тут же аллар, особого впечатления на него произошедшее не произвело, но в глазах как будто что-то мелькнуло.

Дармин мысленно выругался, забыв на мгновение, что вообще-то теперь тут не один и надо бы быть поосторожнее со словами. Но искреннее сетование Йорала было для него даже приятно.

— Ты, наверное, думаешь, что их всех надо будет убить, как только они закончат то, для чего превратились в «это», — вдруг спросил Дармин. — А то и раньше.

Слишком измучил его взваленный отцом груз, чтобы не попытаться получить стороннее мнение. Хотя, конечно, он спрашивал у врага, и ответ был очевиден, но мужчине необходимо было его услышать, к тому же Йорал зарекомендовал себя как вполне вменяемый собеседник.

Аллар какое-то время смотрел вниз в кратер, откуда выходили воины, отвечающие за копание могил, только что там стало на две больше.

— Однако, они сохранили какое-то понятие о ритуалах. Заметь, можно было просто сбросить тела в кратер и не занимать время, но нет, копают ямы, придают тела земле, — задумчиво проговорил Йорал. А вдруг пожал плечами. — Так что нет, я не считаю, что их надо убивать. Не спорю, эти существа обладают чудовищной силой и, как следствие, опасностью. Но они не стремятся причинять боль ради боли, они лишь выполняют поставленную задачу максимально расчётливым способом. Они не издеваются над противниками, не грабят население, не унижают, не добивают раненных, если это не обусловлено целью. Тот, кого они называют Растом, он ведь не мучает воинов, которые вышли из-под контроля, он не садист. Его действия направлены на то, чтобы как можно скорее устранить проблему. Тяжёлое решение, но Раст сделал это сам, никому не поручая убийство соратника. Полагаю, что это не первое такое представление, и в предыдущих случаях была такая же картина.

Дармин на мгновение прикрыл глаза, чувствуя, как становится легче дышать. Пусть хоть немного, но слова Йорала были бальзамом на его израненную сущность. Не убивать, можно не убивать… Он — не трус, неспособный выполнить последнюю волю отца, просто действительно их необязательно уничтожать. Должен быть другой выход.

— Раст всегда так делал, — прошептал мужчина еле слышно. — Брал всю ответственность на себя, принимал те решения, на которые остальные не могли найти сил. И всё молча нёс на себе.

Аллар с каким-то странным выражением лица посмотрел на Дармина. Спросил осторожно:

— Ты знал их? До того, как они стали… такими?

— Слишком хорошо, — проговорил Дармин в ответ. И в одно мгновение плюнул на секретность: даже если его голову вскроют, то у него слишком мало информации о том ритуале, что провели остальные. — Раст — мой отец, Хараш — брат, а Аргета — мать. Вся моя семья там, внизу. И одновременно её больше нигде нет.

Йорал тихо охнул, в его глазах засветилось сочувствие.

— А ты?.. — начал было он.

— А я не получился, — резко оборвал Дармин, показывая, что не намерен обсуждать эту тему дальше.

Аллар понятливо кивнул и не стал задавать лишних вопросов.