Голбец (или «голубец», «голбчик», «гобец») в традиционной русской избе — это сооружение, тесно связанное с печью. Первоначально так называли дощатую пристройку или невысокую перегородку у боковой стенки печи, которая скрывала и ограждала люк, ведущий в подполье. По сути, голбец служил своеобразным ходом в нижний, хозяйственный ярус дома или подпол.

За дверцей голбца или под люком в полу начиналось само подполье-кладовая, где зимой хранились запасы овощей. Оно обогревалось теплом от печи, поэтому припасы не промерзали. Если такое подполье было глубоким, в него спускались по ступенькам. Пол там чаще был земляным, но иногда делали и деревянный настил. Под кладовкой мог находиться еще один более глубокий погреб — отдельная яма с собственным люком. В Зауралье такое хранилище называли «яма в голбце».

На верхней части голбца устраивали полати — теплую и удобную лежанку для сна. Бывало же, что голбец представлял собой просто перегородку, которая отгораживала спуск в подпол от жилой комнаты. Но в любом случае голбец был буквальным «входом» в нижний, подземный ярус дома.

А вот в севернорусской, сибирской и уральской традиционной архитектуре это не просто люк в подпол. Это своеобразная сакральная граница — рубеж между миром живых и потусторонним миром. С ним связано множество запретов, поверий и обрядов.

В народных представлениях голбец — это некая граница между своим, обжитым пространством избы и чужим, потенциально опасным миром. Например, именно там, в подполье, обитал дух — хозяин жилища домовой. Поэтому в Поморье существовал обычай «задабривать» его, оставляя у голбца миску с едой. А еще голбец — это вход в избу для нечистой силы. В подполе, помимо доброго домового, могли прятаться кикимора и другая нечисть, поэтому нельзя было оставить открытым люк на ночь.

Кстати, если помните советский мультфильм про домовенка Кузю, то авторы первоначально поселили своего героя довольно близко к его «реальному» месту обитания. В своей деревенской избе, которую потом снесли, Кузя вместе с домовятами Афонькой, Адонькой, Сюром и Вуколочкой жил под печкой — не исключено, что подразумевалось именно подполье. Более того, сам домовенок даже однажды подчеркивает: «Дом — это когда есть печка!» А раз есть печка — должен быть и голбец.

Однако жилище для домового — не единственная примечательность голбца. Кроме всего прочего, он воспринимался и как символический вход в мир мертвых, место связи с предками. Более того, у самого слова «голбец» есть еще одно значение — точно так же назывался могильный памятник, выполненный в виде избушки. Так-то.

Вернемся же к нашему голбцу, что находится в доме. С этим, как мы уже выяснили, сакральным местом было связано немало обрядов. Так, в Поморье при переезде в новый дом существовал ритуал «перевоза домового». Хозяин должен был открыть голбец в старой избе и уговорить духа перебраться в новый дом, например обещая ему «теплое местечко» под печью. Затем он как бы «переносил» домового в горшке с углями или в лаптях, а в новой избе снова открывал голбец, «выпуская» домового на новое место. В сибирских старожильческих традициях в голбце гадали на Святки. Даль же, например, пишет, что, войдя в избу к невесте, требовалось обязательно взяться рукой за голбец.

Строго регламентировалось и поведение людей рядом с люком в подпол. Беременные избегали подходить к голбцу, чтобы не навлечь порчу на ребенка. Запрещалось свистеть около голбца — «вызовешь нечистую силу». Нельзя спать, свесив конечности с полатей на голбец, — «домовой задушит». В ночь на Ивана Купалу этот проход в иной мир дополнительно защищали — окуривали ладаном или перекрывали метлой. В это время границы между мирами истончались, и кто его знает, что там может вылезти потустороннего.