— Если боитесь встречаться с Айлой, можно подгадать момент, когда она будет осматривать принца. Тогда генерал придёт к вам один, — продолжила Фрея.
— О! Так будет лучше! А что делать с раздеванием? У меня мелькнула мысль — втянуть его в репетицию.
Я вкратце описала свой план, но Фрея не впечатлилась.
— Слишком рискованно. Вы можете вызвать ревность у генерала.
— В каком смысле? — удивилась.
— Если он будет играть роль моряка на репетиции, то кто потом исполнит роль в оригинале?
— Никто! Эту сцену мы позже уберем, оставив только арию Владычицы. Но я скажу, что хочу глубже вжиться в роль, поэтому нужно отрепетировать фрагмент побольше…
— Лучше попросите его позировать для портрета, — предложила Фрея. — Любому будет приятно услышать, что его внешность и харизма вдохновляют творца.
— Я не умею рисовать! И я вовсе не творец, а криворучка!
— Это не имеет значения. Вы можете рисовать в стиле… абстракционизма или, например, магореализма.
Представив портрет обнаженного дракона в стиле цветных пятен и замысловатых деталей, я тяжко вздохнула.
— Это тоже нужно уметь, не каждое пятно — картина.
— Вы можете не показывать промежуточный вариант, а после соврёте, что в мастерской случился потоп, или вы случайно уронили свечу и все полотна сгорели.
Ну, это уже ближе к реальности!
— Самое главное, пока набросок будете делать, держитесь уверенно.
— Угу, и мастерскую купить не забудь, — подсказал дух.
— А она у нас есть, между прочим! Мамина! — огрызнулась я. — Мы просто одолжим её ненадолго, мама не откажет!
Учитывая, что Лорена ди Айрен — известная художница, моя просьба будет выглядеть вполне естественно.
Осталось придумать, как заманить Рагнара в мастерскую и убедить раздеться.
Впрочем… я вдруг вспомнила, как мама писала мой портрет. Она любила игру со светом и очень яркие, сочные блики на коже, позволяющие подчеркнуть её живость.
Чтобы лучше уловить мерцание, она наносила на кожу модели специальное масло. Совсем чуть-чуть и только на определенные участки, но кто мне мешает “случайно” пролить на грудь Рагнара весь флакон?