Платформа замерла на уровне тридцатого этажа. Здесь нас ждал спасённый мной глазастик. Полутораметровое четырёхрукое пушистое существо.

— Ар-р-рктур-р-р-р!!! — пушистое недоразумение крепко меня обняло, затем пожало руку двумя своими и принялось прыгать на когтистых ногах. — Какое счастье, что мой спаситель тоже жив и здоров! Теперь ближайшие три дня я буду пить за твоё здоровье. Хотя я и до этого за него часто пил. Так что получается, это всё благодаря мне и моей магии.

Дмитрий хлопнул меня по плечу и растянулся в улыбке. Теперь я мог лицезреть его лично, а не на проекторе Сайны.

— Смотрю, тебя устраивает новая жизнь.

— Очень! Я могу нормально есть, пить и размножаться. Вспоминаю, что был когда-то человеком. Человеческие удовольствия… Быть человеком — круто. Быть чихаром — тоже неплохо. Быть ингибитором хаоса — так себе. Так что и спустя тысячу дней я говорю тебе спасибо за это.

— Тебе тоже найдём однажды способ вылечиться, — пообещал я.

В его структуре было странное существо, ингибитор, которое не водилось в этом секторе. Даже Серая понятия не имела, что это такое. Это была вообще неизвестная здесь цепь, о которой никто ничего не знал, даже Странник.

Ингибитор не позволял перейти ему в другую форму. Сколько бы он ни пытался вернуть человеческий вид или какой-либо ещё, он оставался монстром. Свойство постоянно возвращало его в истинную форму — глазастого пятирукого урода. Эта структура была одной из доминирующих, так что избавиться от неё было невозможно.

Благодаря коррекции, он получил расу чихар — какая-то гуманоидная, искажённая хаосом зверушка. Но проблема никуда не девалась, он не мог менять свой внешний вид. Просто теперь пребывал в облике четырёхрукого двуногого рогатого существа, напоминавшего одновременно лису, хорька, и которое было слегка антропоморфным, на границе между животным и человеком.

Но тут выбор был ограничен. Только эти существа обладали такой тесной связью с хаосом и готовностью развивать любые источники магии. В плане сухих цифр чихар был лучшим вариантом. Да и всё же лучше, чем тем глазастиком.

— Да мне и так нормально. Хотя было бы круто просто быть оборотнем. Но моя структура этого не позволит. Я тут уже изучал свои данные. И где я только в прошлой жизни эту цепь нашёл? В общем, я это, четыре руки это здорово. Не знаю, как я раньше обходился всего двумя.

— У тебя и пять было.

— Не, это другое. Там каждая лапа за своё отвечает. Очень сложное тело, я так его в совершенстве и не освоил. Чихары — топ. И работа — халява. Познаю все радости жизни. Только иногда проход открываю. Сюда, знаешь, не часто заходят. То есть заходят часто, но ниже никому не надо. Что там интересного, ниже? Только архитопы, да и те не часто. Два рейда там уже сгинуло, совсем. Это серьёзная цифра. Тумор говорит, на верхних всего один так, что б с концами. Хотя, они ж там далеко от Лифта не отходят, а у меня тут так, билет, можно сказать, в один конец. Вот и вся наука. Наверное, я что-то типа привратника, получается…

В это сложно поверить, но на самом деле это существо было сильнейшим магом сектора. Могущество Дмитрия как мага превосходило даже Наги и Мерлина. Об этом в коротком отпуске мне успела рассказать Тия. Пока глазастик блуждал по Стене, он насобирал немыслимое количество навыков, большинство из которых успел забыть.

Это тоже было свойством ингибитора хаоса, возвращающее его к осознанности и психическому состоянию глазастика. Сейчас это свойство тоже сохранялось.

— Спасибо, что подвезли, и спасибо за компанию, — подал голос Джек. Его группа приехала на конечную, дальше наши пути расходились, и он отправлялся за людьми, которые хотели переселиться к семнадцатым, под власть корректора Августа.

— И вам удачи. Повезло тем, кого вы заберёте.

— Да, ты прав, — коротко кивнул лидер группы, и мимо прошли его зловещие спутники.

Для Джека эти слова были новой вершиной теплоты и дружелюбия в наших отношениях.

— Ну что, открывай, наверное. Знаешь, что там сейчас внизу?

— Конечно же нет! — жизнерадостно объявил Дмитрий и широко улыбнулся. Почесал чёрный рог верхней левой рукой за правым свисающим вниз собачьим ухом.

— Система! Корректор и Модератор в одном лице, великолепный Дмитрий, повелевает остановить безобразия несуществующей земли! — пафосно произнёс он, затем рассмеялся, а Стена принялась исполнять его великую волю.

Бесконечная каша под нами стала замедляться. Стены и предметы превращались в другие стены с другими предметами. Вечный нескончаемый пересбор затих, и перед нами предстал итог.

Нас встретило помещение, стилизованное под цирк. Скорее всего, клоуны тоже где-то рядом. Не колодец, что плохо. Вечный пересбор захватывает два этажа, а область остановки очень ограничена, потому колодец придётся делать самим, пробивая пол.

Первая мысль — нужна линза и Альма с Селеной. Вторая, более разумная, напомнила, что для этих целей у нас есть Мерлин.

Мерлин тоже тратить ману не стал и сбросил вниз заранее заготовленные синие камни, аналог его способностей, заключённых в материю.

Алые стены, завешанные тканями шатра, отразили синие отблески. Разделявшая локацию тридцать первого и второго подкосилась, пол по окружности начал плавиться и проседать вниз.

— Будьте готовы, что на нас что-нибудь бросится, — предупредил я.

Крупная платформа на которой мы стояли, медленно тронулась с места.

Тия взяла меня за руку.

— Началось, — сказала она со вздохом. — Я до сих пор не могу насытиться твоим возвращением, будто ты только вернулся, и вот мы уже тут. Хотя, наверное, рядом с тобой и можно быть только в дороге… Но я…

— Где-то рядом сильные духи природы, — прервала её Селена. — Сильно искажённые… не хаосом, чем-то тяжёлым.

— Я слышу их смех, — произнесла вдруг Эстель. — Они смеются зло. Внутри…

— Где?

— Тридцать первый. Остались от пересбора.

— Круговая оборона! — приказал я, и мой приказ повторили Амория, Хитоми и Сетта. В каждой группе была своя Тия для идеального сообщения. Связь между частицами одного существа нарушить было очень сложно, потому тела Тии идеально подходили для передачи информации.

Затем смех услышали уже все. Он раздался у нас в головах. В голову начали лезть мерзкие образы жестокости по отношению к своим людям и их убийств.

Вспыхнули прожекторы Сайны, освещая всё вокруг. Вперёд полетели разведывательные дроны. Мерлин осветил локацию магией, практически не оставив теней у разлома.

Стражи не показывались, но если Эстель утверждает, что они есть, значит это так.

Они прятались среди тряпок. Но так искусно, что никто кроме Эстель не заметил. Стражи локации с шатром клоунами не были. Разве что белые двойные колпаки на голове, как у арлекина, существа имели. А вот белые маски, заменявшие им лица были не очень — искажённая зубастая пасть и горящие глаза.

Они набросились на нас одновременно, обнажая на ходу серпы. И стрелки Лифы среагировали молниеносно, открыв огонь.

Ближайшего ко мне врага подстрелила сама Лифа, метко снося ему полголовы и колпак. Но это противнику совершенно не помешало. Только дёрнулся на миг, и всё.

Смех раздавался в голове, но как-то отдалённо. А мысли о том, чтобы навредить товарищам так и оставались лишь мыслями. Ментальная атака не сработала, и они перешли в наступление физически, как последний аргумент.

Я смотрел по сторонам, оценивал всё с точки зрения мудрости природы и уже понимал, что этот противник на наши свежие силы — разминка, не более.

Тумор продолжил нас спускать — Лифт пустил корень вниз, чтобы удобно доставить нас на тридцать третий. Дальше мы пойдём уже сами. Вход простоит ограниченное время.

На тридцать втором застыла ещё более интересная локация.

Большая белая комната была покрыта растущими травами. Из пола в потолок росли стволы берёз, местами в болотных лужах, стоявших на белой плитке…

— Ты что-то говорила про духов природы? — спросил я у Селены.

— Я бы сказала, что это полудница. Но какая-то неправильная. Как и эта комната.

— На нормальный лес сил не хватило, — хмыкнул я. — Вот и видно куски каркаса локации.

Но это оказалось не совсем так.

— Это системная полудница, — сообщила Белая.

Она кивнула на гуманоидный силуэт из прозрачного материала. Я не сразу заметил, но таких статуй здесь было немало.

Никто на нас не нападал, пока мы ехали вниз, и никто не двинулся, когда платформа остановилась у самой земли. Я предпочёл бы, чтобы враг уже себя обнаружил…

Эта локация не давала мне покоя. Системная — значит фрактальное существо. С системной стихией. В двадцать втором эта цепь, хвала Строителям, не активна.

— Какие у них цепи?

— Стандартная полудница — хищный полевой дух. Похожа на красивую девушку из берёзы.

— Такую? — спросил Мерлин, указывая на появившееся над стеклянными силуэтами… нечто.

Подвижные корни переходили в ноги с берёзовой корой, затем… начиналась хтонь. Три чёрных глаза с жёлтой радужкой располагались вертикально один под другим на теле. Ещё один — на голове, которую венчали древесные рога. А ещё три пары рук, лишь средние из которых были нормальными, а верхние и нижние заканчивались пеньками, и вторая половина руки от локтя находилась в левитации рядом с монстром.

Над головой и двумя верхними руками вспыхнули огненные глаза с рыжими спиральными вихрями пламени, и существа ударили отборной гибридной магией хаоса с огнём и хаоса с природой.

Системная магия проявлялась в барьере неуязвимости, вроде того, что был у Рейна. Это мы поняли, когда стрелки Лифы не смогли пробить его. А монстры, которых было четыре — по одному с каждой стороны, пошли на сближение.

На ходу они распустили вокруг себя облако светящихся лепестков, деревянные рога зацвели и покрылись множеством белых бутонов.

Мерлин и остальные маги подняли барьеры. Но держались те очень плохо, почти сразу же начав гаснуть один за другим.

— Если их природа родственна нам, то почему мы не можем их просто подчинить?

Селена пожала плечами.

— Пробуй. Я уже обращалась к ним. Эти существа невменяемы.

И я попробовал — обратился волей хуорна к одной из них и ощутил тишину. Растительная эмпатия не работала.

— Всю нормальную растительность я знаю. Эта не нормальная, — добавила она. — Ею управляют не растительные принципы.

На системных существ они тоже не походили. Больше на порождений хаоса. Вся эта глазастость и рукастость… Потому и сдохли барьеры — хаос универсальная стихия, наносящая урон почти чему угодно.

С запозданием включился алый свет. Магия погасла, и четыре системные полудницы бросились в ближний бой. Горящие глаза хаоса померкли, и дальнобойных атак у врага не осталось.

Но системные щиты всё равно прикрывали их, поэтому попасть оказалось той ещё задачей.

Всё, что попадало в поле зрения полудницы, автоматически перекрывалось щитом, потому если тебя видят — ранить монстра становится невозможно.

Лучше всего бы ими закусил лангольер, но он в этой локации будет едва помещаться.

Значит, придётся идти другим путём и атаковать так, чтобы нас не видели.

Свои наблюдения с мудростью природы я передал Тие, а та отдала приказы в боевых группах. Рейд перешёл в наступление.

Из-за рядов стрелков появились фигуры Рейна, Аселлы, Райшина с дредами его нового тела. С другой системной полудницей встретились Дора и Нэсса под командованием Сетты. Позади тоже доносились звуки битвы.

Тактика строилась на том, чтобы обходить существо с разных сторон и атаковать глаза, чтобы снизить обзор и в конечном итоге ударить в спину, где полудница не ставила щит.

В ближнем бою дело пошло живее. Могучий монстр, казавшийся сильным препятствием, вблизи атаковал растущими мгновенно из сгустков болота посреди белых плит побегами.

На этом противостояние было завершено. Это можно уже считать удачной прогулкой. Ещё и поизучать будет интересно. Открыв вход в убежище, я дал команду занести нам в изолятор их тела, а не просто собрать фрагменты.

— С лангольером справились, а эти явно попроще будут, — сказал я скептично настроенной Селене.

Время в запасе ещё было. Скоро связь с тридцатым и Лифтом оборвётся, и мы останемся один на один со Стеной.

Рейн и Райшин подняли и поволокли первое тело. Вскоре к ним подбежал Лис и Ильгор, помогать.

— Тяжёлый, зараза, — поджаловался практик.

Я посмотрел на замершие жёлтые глаза. На лбу, три от груди до живота, и ещё по одному на бёдрах. Ноги переходили во множество подвижных корней, потому они фактически перемещались, не передвигая ног.

— Готовьте камни, будем пробиваться ниже. Здесь пробьём камнями, дальше будем по старинке.

Из убежища Кот и его люди выносили деревянные ящики с творчеством Мерлина. Да, он явно без дела не сидел и хорошо запасся.

— А вдруг я всё таки решу взорвать к чертям эту Стену? — с улыбкой спросил Мерлин, глядя на меня.

— Время подходит к концу. Скоро пересбор отсечёт меня от вас, — послышался голос Тумора со стороны спустившегося вниз корня с платформами.

— Успеешь нас спустить на следующий?

— Да, но дальше уже без меня, — сказал старик.

На платформе под прикрытием защитных полей Лифта, воевать конечно удобней…

Быстрый обыск локации не дал ничего интересного. Зал со стволами берёз так и остался странной локацией, видимо отсечённой при поднятии локации наверх.

— Они не показали всего, что могут, — сказала Белая. — Но всё что завязано на магии природы они против тебя обратить не смогли.

— Угу, я сбивала им контроль. Мой намного сильнее. Я всё таки много тысяч дней медитировала, — похвалсталась Селена.

— Они ценные?

— Обычные — да. Артефакторы их очень ценят. А здесь ещё и хаос вмешался, и системаная магия. Как фрагмент не скажу.

— С хаосом нужно быть осторожным, — предупредил Рейн. — Он может сильно поменять личность.

— Это да, но всё же лучше, чем мёртвая магия.

После короткой паузы, заложили синие камни Мерлина, и он активировал залодженную в них силу. Последовала цепная реакция, и по кругу образовалась крупная дыра — часть пола оплавилась и потекла вниз, забрав остальное.

Вниз уставились прожекторы и увидели красивую фентезийную локацию рынка в живописном пещерном укрытии.

— Тишина, — произнесла Эстель.

Тия развела руками:

— Я не чувствую там жизни.

— Я послала дрон, но его вырубило, — сообщила Сайна. — Так что там точно что-то есть.

Селена знала, что мы делаем в таких случаях, потому сразу подошла ко мне и закрыла глаза.

Я встал спиной к ней и сделал то же самое. Переключился на эмпатию растений и выпустил облако грибных спор и лишайника, а она добавила свои листья и направила сильным потоком ветра всё это облако вниз.

Вскоре картина стала яснее. Здесь было не фентези, а технофентези, и видимо были некие глушилки. Неужели новая культура?

— Дома Мельхиора. Теократическая империя тари. Космическая версия наших артефакторов, — сообщила Белая.

Я присмотрелся. Пещера? Скорее сложная металлическая конструкция, которая немного её напоминает из-за зелёной поросли на стенах.

— С ними уже сталкивались?

— Да, несколько раз. Одна из трёх культур, которые здесь встречались, — сказала Белая. — Если это они, а не что-то похожее.

— Так, Арк, фиксирую аномалии в воздухе. Здесь сильные радио помехи. И химический склад необычен. Много кислорода и есть что-то ещё. Феромоны, галлюциноген, ещё что-то непонятное.

— Наркотики?

— М-м, — подумала Сайна. — Нет, скорее, естественное свойство чего-то здесь. Растения?

— Нет, с ними я сразу связался. Просто неприхотливые кусты, питающиеся ржавчиной. Интересное решение как сохранять металлические поверхности.

Первыми отправили несколько некродендроидов и Вереск. Им на неизвестные вещества было плевать. Мы же за это время снарядились для агрессивной среды и приготовились к спуску сами.

Едва ноги Аси коснулись земли, как по всему рынку вспыхнул свет. Простые электрические лампочки, развешенные по всему рынку. Сам он — ряды крытых ларьков, на которых продавалась… всё подряд. Вещи, предметы быта, неизвестные устройства.

У последних Сайна остановилась и ненадолго залипла.

— Интересно, что народ фэнтезийных артефакторов наделал в космоопере, — задумалась она. — Здесь дискеты продают… а это что? — она подняла к свету картонную карту с числами, часть из которых были аккуратно вырезаны, делая картонку дырявой. — Хотя может, они не так сильно и продвинулись?

— Потому что это не тари. Это просто их база, — мрачно сказала Тия.

Я посмотрел на неё. Вокруг девушки кружился рой янтарных светлячков. Она тоже исследовала локацию по своему, через «долину голосов» считывая память локации.

— В памяти локации очень много насилия. Здесь произошло что-то… Скорее, это пиратская база или вымерший город.