Теория без практики была мертва. Алик знал это как никто другой. Можно было сколько угодно изучать схемы отмывания денег по учебникам, но настоящие знания приходили только тогда, когда ты погружался в темные воды офшоров с головой.

Сейчас его офшорами были книги, разложенные на столе, а темными водами — необходимость применить прочитанное. Операция «Джентльмен» требовала не только ментальной, но и физической трансформации. Он понимал, что его малиновый пиджак и джинсы с заниженной талией — это такой же кричащий сигнал «павиана», как и его манеры. Чтобы слушать и говорить о погоде, нужно выглядеть соответствующим образом.

Он стоял перед своим гардеробом, распахнутым настежь, и чувствовал себя так, будто проводил инвентаризацию на складе контрафактного товара. Было много дорогого, броского, откровенно вульгарного. Бархатные костюмы кислотных цветов, рубашки с пайетками, кожаные пальто с шипами, джинсы, расшитые узорами под змеиную кожу. Все это было его бронёй, его униформой, которая кричала о его статусе, его деньгах и его полном пренебрежении к мнению окружающих.

Теперь эта униформа казалась ему постыдной. Как детские каракули на полях серьезного контракта.

— Гриша! — крикнул он.

Гриша появился на пороге, с опаской глядя на разгром в гардеробной.

— Шеф? Опять того тренера искать?

— Нет. Искать… стилиста. Или как там его. Модника. Который одевает людей. Нормально. — Алик с отвращением отшвырнул ногой пару кроссовок с массивными золотыми пряжками.

Через час в кабинете над автомойкой стоял тот самый молодой человек, который когда-то продал Алику малиновый бархатный пиджак. Звали его Артем, и он был похож на трепетную ламу — высокий, худой, с большими испуганными глазами и идеально уложенными волосами.

— Альберт, дорогой! — защебетал он, озираясь по сторонам с видом человека, случайно попавшего в логово маньяка. — Какая честь! Новый образ? Хотите что-то свежее? У меня как раз поступили потрясающие кожаные штаны с принтом «леопард»! Или, может, пиджак из кожи ската? Очень эксклюзивно!

Алик мрачно указал на груду книг на столе.

— Видишь? Джентльмен. Мне нужно выглядеть как джентльмен.

Артем посмотрел на книги, потом на Алика, потом на его гардероб, и его лицо вытянулось.

— Джент… льмен? — переспросил он, как будто Алик попросил его о полете на Луну. — Альберт, милый, но это же… скучно. Вы же человек-праздник! Вам нужен гламур, шик!

— Мне нужно, — Алик подошел к нему вплотную, и его тень снова накрыла жертву, — чтобы ты сделал из меня скучного джентльмена. Понял? Без праздника. Без гламура. Строго. Солидно. Как… — он замялся, вспоминая образы из книг, — как английский лорд. Или банкир.

Артем сглотнул, поняв, что речь идет о его выживании.

— Понял. Строго. Солидно. Лорд-банкир. Без леопарда. — Он с тоской посмотрел на свои творения в гардеробе. — Ну что ж… Поехали в бутики.

Последующие четыре часа стали для Алика новым видом пытки. Он стоял в примерочных самых пафосных бутиков Москвы, пока Артем навешивал на него вещи, которые казались Алику похоронными саванами.

— Это Hugo Boss, классика! — восхищенно говорил Артем, застегивая на Алике пиджак цвета мокрого асфальта.

Алик смотрел на себя в зеркало. Да, пиджак был строгим. Но на его мощных плечах и широкой груди он сидел как на броневике. Он подчеркивал его силу, но делал это как-то угрожающе. Он выглядел не как банкир, а как киллер, которого банкир нанял для особо важного задания.

— Нет, — мрачно сказал Алик. — Давай другого.

Перебрав с десяток брендов, они нашли-таки костюм, который устроил Алика — темно-синий, из супердорогой ткани, которая на ощупь была мягче лепестка розы. Рубашка — белая, без намека на узор. Галстук — темно-бордовый, шелковый.

Алик стоял перед зеркалом в полный рост и критически себя разглядывал. Да, это был джентльмен. Но что-то было не так. Костюм был безупречен, но сидел он в нем неестественно, как медведь, которого нарядили в смирительную рубашку. Он был слишком новым, слишком идеальным, слишком дорогим. Он не скрывал его сущность, а лишь подчеркивал ее, облачая в другую, чужеродную форму.

— Идеально! — захлопал в ладоши Артем. — Вы выглядите как… как…

— Как телохранитель на свадьбе олигарха, — мрачно закончил за него Алик.

— Ну… да! — обрадовался Артем, не поняв сарказма. — Очень солидно! Очень по-богатому!

Алик вздохнул. Лучшего он, видимо, был не достоин. Он расплатился, не глядя на чек, и вышел из бутика в новом обличье.

На следующий день он снова отправился к ее офису. На сей раз он не прятался в кофейне, а стоял в отдалении, пытаясь выглядеть непринужденно. Его новый костюм буквально кричал о своей стоимости, привлекая взгляды прохожих. Он чувствовал себя глупо и жарко, хотя на улице была прохлада.

И вот она вышла. Елена, как всегда, была погружена в мысли, листая документы в папке. Она уже прошла несколько метров, прежде чем заметила его. Она замедлила шаг, ее взгляд скользнул по его новой форме, и на ее лице появилось… ничего. Ни удивления, ни насмешки. Просто легкая усталость.

Алик, вспомнив свой план, сделал шаг навстречу.

— Елена Сергеевна, добрый день.

Она остановилась, закрыв папку.

— Альберт, — кивнула она. Ее взгляд снова оценивающе пробежался по костюму. — Я вижу, вы сменили имидж. Похороны мафиози или маскарад «Кто хочет стать банкиром»?

Алик почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Она снова видела его насквозь.

— Я… подумал, что нужно соответствовать, — пробормотал он, забыв все заученные фразы о погоде.

— Соответствовать чему? — искренне удивилась она. — Окружающей обстановке? Так вокруг офисные центры, а не съемки «Крестного отца». Или, может, вы решили соответствовать мне? — она улыбнулась своей леденящей улыбкой. — Тогда вы промахнулись. Я ношу костюмы, чтобы на меня обращали внимание на судебных заседаниях, а не чтобы пугать клиентов у входа в офис. Вы же выглядите так, будто пришли кого-то… ну, вы знаете.

Она сделала легкий, едва уловимый жест рукой, имитируя удар.

— Я просто хотел выглядеть… нормально, — сдался он, понимая, что проиграл еще до начала битвы.

— Нормально — это когда человеку удобно в его одежде, — заметила она. — Вам удобно? Вы не выглядите так, будто вам удобно. Вы выглядите так, будто вас заковали в броню из чужих ожиданий. И, если честно, ваш малиновый пиджак хоть и был вопиюще безвкусен, но хоть как-то вам шел. Он был вашим. А это… — она махнула рукой в его сторону, — это просто маскарад. Дорогой, но маскарад.

Она посмотрела на него с легким любопытством.

— Вы что, правда думаете, что дело в пиджаке? Что стоит сменить гардероб, и я упаду в ваши объятия?

Он молчал. Да, он именно так и думал.

— Милый вы мой, — в ее голосе вдруг прозвучала неожиданная нота почти что жалости. — Если бы все было так просто… Носите то, в чем вам комфортно. А лучше всего — перестаньте пытаться произвести впечатление и начните, наконец, быть собой. Как бы ужасно это ни звучало.

Она повернулась и пошла своей дорогой, оставив его стоять в его дорогущем, неудобном, чужом костюме, который вдруг стал казаться ему самым большим идиотским приобретением в жизни.

Он смотрел ей вслед и понимал, что она снова права. Он снова пытался надеть маску. Сначала маску пикапера, потом маску начитанного психолога, теперь маску джентльмена. И все эти маски она срывала с него одним точным движением, как пластырь.

Он медленно побрел к своей машине. Гриша, увидев его новое облачение, вытаращил глаза.

— Шеф, вы… это… на собеседование?

Алик молча сел на пассажирское сиденье, с трудом сгибаясь в новом пиджаке.

— Домой, — хрипло сказал он. — И по дороге заехать в «Хромого коня».

— Зачем, шеф? — удивился Гриша.

— Выбросить этот дурацкий костюм, — мрачно ответил Алик. — И достать мой малиновый пиджак. Он хоть честный.