Нея

День, который вчера нам выделили для отдыха, закончился, а следующий день начался в пять утра. Просыпаюсь под одновременный стук в дверь и мелодию телефона. Не знаю, кому отвечать, решаю сначала открыть дверь.

— Может хватить отдыхать, я тебе не за это плачу! — вместо приветствия прилетает грубое от Леры. Ее недовольное без грамма косметики лицо и поджатые губы уничтожают внешнюю привлекательность. Она не кажется такой красивой, как при первых встречах. А может, я просто придираюсь? Убеждая себя, что она не подходит Вахиду. Ему подхожу я. Жаль, что он этого не понимает. Или просто не нуждается в моей любви.

За спиной Леры Аня закатывает глаза и проводит ребром ладони по шее. Видимо, успела ее достать, а ведь день еще толком не начался.

— Дай мне десять минут, — прошу я, зачесывая пальцами волосы назад.

— Через полчаса жду тебя в спортзале, — заявляет властно. — И не опаздывай, — прежде чем уйти, смиряет мой внешний вид пренебрежительным взглядом.

«Ну и ладно, подумаешь, какая цаца!»

— Аня за мной, — не дав нам перекинуться парой фразой, командует своей помощницей, словно дрессированной собакой.

Умывшись, почистив зубы, надеваю широкие джинсы белый топ. Поверх топа рубашку в клетку. В отеле тепло, не замерзну. Обвесив себя аппаратурой, спускаюсь в спортзал, где Лера занимается йогой. Глаза закрыты. Сидит в какой-то асане, медитирует под тихую музыку. Притихшая Аня, словно мышка, забилась в угол и дышит через раз.

Работодатель всегда прав? Если хочешь сохранить место нужно прогибаться? Меня бесит отношение Валерии к Ане. Хочется напомнить, что крепостное право в России император Александр II отменил еще в далеком тысяча восемьсот шестьдесят первом году.

— Что мы снимаем? — громко спрашиваю заказчицу, прерывая ее медитацию. Мне не до реверансов. Сказала быть через полчаса, я пришла вовремя.

— Пришла, — констатирует она, делая глубокий вдох. — Выбирай самые выигрышные ракурсы, я хочу, чтобы у мужчин текли слюнки, когда они увидят меня в этих позах. Секс в каждом кадре, — командует Валерия.

Вахид нормально относится к тому, что его девушка выставляет себя на обозрение мужчинам? Всем мужчинам, готовым на нее смотреть, оценивать. Неужели не ревнует невесту? Никогда бы не подумала, что он настолько либерален.

С каким-то разочарованием я выполняю свою работу. Как Валерия и хотела, уделяю внимание самым сексуальным частям ее тела, под правильным ракурсом это смотрится вызывающе, но не пошло. Я все-таки профессионал. Ревность не позволят испортить мне снимки. Никогда не стану вести себя мелочно. На первом месте качество и эстетика.

Последние кадры отщелкиваем на фоне восхода. Удаляясь в номер, обрабатываю снимки и отправляю на почту Лере и Ане.

От последней тут же приходит сообщение:

«Нужно будет отснять ее за завтраком. Сегодня у нас ни одной свободной минуты» — лепит грустный смайлик в конце.

Аня не обманула. После завтрака, фотосессия на фоне гор, затем на горнолыжном спуске в полной экипировке. Обед пропускаю, потому что нужно обработать кучу снимков. Глаза собираются в кучу от долгого сидения за монитором. Хлопнув крышкой ноутбука падаю на кровать. Опустив веки, даю глазам отдохнуть.

Стук в дверь прерывает мой отдых, тихо зарычав, иду открывать.

«Ни минуты покоя… Что же это такое?..»

За дверью стоит официант с тележкой. Спорить и отказываться от заботы Вахида нет смысла. Да и Лере необязательно видеть, что ее жених беспокоится обо мне.

Молча отступив в сторону, пропускаю официанта. Зачем все это? Я и так полностью в нем влюбилась дальше некуда.

— Спасибо, — благодарю парня. Оставив тележку, он уходит, отказавшись от чаевых. Мне это кажется странным, но возможно в отели такие правила?

Подойдя к столику, беру записку.

«Ты пропустила завтрак и обед» — лаконично напоминает?

Меня удивляет, откуда он обо всем знает? Следит за мной? Сегодня я его даже мельком не видела.

Поев, оставляю тележку в коридоре, откатив ее от двери своего номера. И возвращаюсь к работе.

Вечером Аня предупреждает, что ужинать Лера и Вахид отправляются в ресторан. Для меня выбрана почетная миссия — сделать для них несколько совместных снимков.

Иду на эту съемку, как на эшафот. Видеть их вместе невыносимо. Я буду гореть от ревности. При этом нужно держать лицо и угождать заказчику…

Спускаюсь в ресторан. Меня встречает Аня и провожает к дальнему столику у окна. Откуда-то присутствует уверенность, что столик выбирал Вахид. Лера бы предпочла сидеть в центре зала, чтобы ловить на себе восхищенные взгляды. Приближаюсь к парочке на ватных ногах. На красиво оформленном столе горят свечи, с краю в вазе стоит букет свежих цветов.

Романтика…

— Добрый вечер, — давя в себе ревность, здороваясь ни к кому конкретно не обращаясь.

— Добрый вечер, — я чувствую, что он смотрит на меня. Я стараюсь не встречаться с ним взглядом. — Мое лицо не должно попасть в кадр, — твердо произносит Вахид.

Встречаюсь с ним взглядами. Он выглядит холодным и равнодушным, но я откуда-то знаю, что раздражен.

— Сфотографируем наши руки, — пряча обиду, произносит Лера.

Видимо он замечает ее обиду, которую она плохо прячет. Вопросительно выгибает бровь и в этом молчаливом жесте так много слов, что Валерия тушуется.

— Вахид, я знаю правила, я не собиралась твои снимки постить, но для себя…

— Нет, — жестко обрывает невесту.

А у меня челюсть выпадает. Мне он позволил оставить свои фотографии еще и такие пикантные, а невесте говорит: нет…