Егор

Стою и как дебил пялюсь в окно этой маленькой злючки. Спрашивается, какого хрена полез на чужой балкон? Ну и что, что не открывала? Может занята была? Или выходила куда-нибудь.

Нет же! Накрутил себя и побежал искать обходные пути в её спальню, чтобы спасти бедную барышню, рухнувшую в обморок в душе после солнечного удара. Моё воображение нарисовало именно такую картину.

Ну точно дебил!

Она просто на просто собралась хомячить перед ноутом. Ну увидел, что всё с ней в порядке, разворачивайся и вали! В принципе, я так и собирался сделать, но Амалия решила убить меня на месте и скинула халатик.

Охренеть!

Я так и прирос ногами к полу не в силах даже с места сдвинуться. Стою и пялюсь на тоненькую фигурку девушки, как озабоченный пацан, какой-то. Хотя в нужных местах у неё всё есть. Усмехнулся про себя.

Ну что я, женщин голых не видел, что ли?

Она крутится перед зеркалом, медленно водит своим руками, смазанными кремом, по телу. В брюках моментально произошло восстание. У меня просто аномально острая реакция на эту злючку!

Так, нужно срочно идти в наступление. Сил уже нет держаться. А вдруг не пошлёт? Но не с балкона же к ней врываться, так точно спугну.

С большим трудом оторвался от такого прекрасного зрелища и вернулся на свой балкон тем же путём, что и пришёл.

Перемахнул через невысокую стеклянную перегородку, отделяющую балкон Амалии от балкона, совмещающего мою комнату и соседнюю. Предположительно детскую.

Молниеносно переместился под дверь обгоревшей фурии. Стучу.

— Кто там? — Не довольна.

В смысле кто? Кто-то ещё есть в доме?

— Медицинская помощь. — Впечатлившись картиной, честно подсмотренной в окно, мечтательно произношу: — Крем принёс от ожогов, а в сочетании с моими умелыми руками ты не только вылечишься, но и удовольствие получишь.

Тишина. Размышляет.

То есть у меня всё-таки есть шансы?

Сердце бешено бьётся о грудную клетку. Как мальчишка, ей-богу!

— Спасибо! Уже справилась сама.

Да видел я, как ты справлялась. До сих пор отойти не могу.

— С кремом? Или с удовольствием? — Не могу никак остановиться.

— Со всем. — Ехидно ответила. — Кстати, в холодильнике можешь взять еду, она свежая из ресторана. — А вот это уже интересно! Начинает обо мне беспокоиться. Значит, не всё так печально.

— Ну, если что, ты знаешь, где меня найти.

Нехотя перебираю ногами в сторону своей комнаты. Не выгорело. Хотя, чего я ждал? Конечно, я вижу, как она плывёт при мне, но она не так уж проста. А учитывая, как сильно она сегодня обгорела, то мои шансы изначально равнялись нулю. Наверняка хреново себя чувствует, ожоги действительно выглядели серьёзными. Представляю, как у неё сейчас всё горит.

А в голове сразу возникает картинка, как Амалия крутится перед зеркалом, обмазываясь кремом.

Встряхнулся, отбрасывая навязчивые мысли.

Нужно отвлечься.

Спустился вниз, поужинал или пообедал — по времени непонятно. Уже давно не обед, но и для ужина рано. После чего сходил в машину за ноутбуком, устроился на балконе и окунулся в рабочий процесс. Освободился, когда уже стемнело. Амалия так и не выходила, свет не зажигала. Может уснула? А вдруг ей плохо?

Стоп! Мы это уже проходили. Всё с ней в порядке.

Решил пойти опять окунуться в бассейне. Жалко, что воду в нём подогревают, мне бы не мешало немного остыть. Проходя мимо спальни Амалии, прислушиваюсь. Тишина. Скорее всего и правда спит.

Плавая, изредка поглядывал на окна спальни Амалии. Хорошо, что они сюда выходят. Свет так и не загорался.

Вышел из бассейна, хорошенько обтёрся полотенцем, натянул брюки и направился в спальню, собираясь обмыться после хлорированной воды.

Подходя к двери Амалии, я услышал какие-то странные звуки, похожие на всхлипывания и стоны. Сначала опешил. Потом до меня дошло. Ей плохо.

Дёрнув ручку понял, что дверь всё ещё заперта. Сначала хотел выбить её, но потом передумал. Вдруг я ошибся, а своим фееричным появлением только напугаю.

Быстро забежал в свою комнату и уже знакомым маршрутом забрался на балкон Амалии. Осторожно заглядываю в окно. Девушка полулежит, свернувшись клубком на кресле.

Потянул руку к ручке балкона. В голове пронеслась мысль, вдруг и здесь заперто и придётся выбить стекло? Но, к счастью, дверь оказалась не запертой. Кондиционер работает на всю катушку, в спальне, как в мавзолее. Выключил кондиционер и открыл дверь на балкон. Так быстрее нагреется комната.

Подошёл к креслу. Амалия медленно мотает головой, бормочет что-то невнятное. Дотронулся ладонью до её лба. Горячий. И сжалась вся, будто замёрзла. Видимо жар начался. Нужно её укрыть, но сначала перенести в кровать.

Девушка тихонько застонала. Мучается, бедняжка.

Подхватил её на руки, лёгкая, как пушинка. Её руки обхватили мою шею. Пусть, конечно, и неосознанно, но всё равно приятно.

Аккуратно положил на кровать. Укрыл девушку простынёй, которая лежала на кровати аккуратно сложенная. И тут она жалобно всхлипнула, а потом так застонала, что у меня не осталось и сомнения — ей снится очень горячий сон. И температура тут вовсе не при чём.

Мои губы сами растянулись в мечтательной улыбке. Интересно, кто ей снится? Я или герой той мылодрамы, которую она включала на ноутбуке?

Амалия слабо потянула ко мне руку. Я замер в нерешительности. Проснулась? Или всё ещё спит? Глаза вроде бы закрыты. Рука девушки медленно опустилась на часто вздымающуюся грудь, едва прикрытую лёгкой тканью коротенького платья.

Значит всё-таки спит.

Я взял её вторую руку и поднёс к своим губам, оставил лёгкий, мимолётный поцелуй и положил обратно. Убрал с лица прядь волос, кончиками пальцев очерчивая овал лица девушки, любуясь её экзотической красотой.

Тёмные брови, чуть раскосые глаза, видимо в роду есть кто-то с востока, немного пухленькие губки, особенно нижняя. И всё естественное, ни грамма тюнинга, в наше время — это редкость.

Она мне в душу запала после первой же встречи, и я никак не мог выкинуть её из головы, как бы не пытался.

Интересно, когда она узнает правду, захочет ли со мной и дальше общаться? Или пошлёт в пешее эротическое путешествие? Сейчас она, не смотря на видимое недовольство и попытки отстраниться, всё-таки не против общения. Иначе вела бы себя более категорично.

А вот когда всё узнает, как поступит?

Легонько прижался губами к её лбу. Слегка влажный. Потеть начала, значит температура скоро спадёт.

За спиной что-то зажужжало. Обернулся. На экране мобильника улыбающаяся наглая морда. Красивая морда, на сколько я вообще могу судить о мужской красоте. Внизу красуется имя: «Макс».

Не понял! Какой, на хрен, Макс?

И что этому «Максу» потребовалось от Амалии? Взглянул на время — половина двенадцатого. Ещё и в такое позднее время.

Мобильник жужжал не замолкая. Потом посыпалось несколько сообщений. И снова звонки. Я уже хотел выключить телефон, но тут заворочалась Амалия, вот-вот проснётся. А я в её комнате. Как я буду это объяснять?

Нужно уходить. Лучше приду чуть позже. Уже обычным способом.

Несколько секунд и я уже в своей спальне. Мне бы не мешало сполоснуться в душе и переодеться в сухое. Так и поступил.

После душа надел спортивки и, немного поколебавшись, надел футболку. Летом я не люблю носить футболки, по крайней мере дома. Но сейчас не хочу лишний раз смущать маленькую фурию. Я всё-таки рассчитываю на обстоятельный разговор, может удастся разузнать, кто такой «Макс»?

Вышел из спальни и подошёл к двери Амалии. Занёс кулак, не решаясь постучать. Прислушался, тихо. Всё ещё спит?

Когда всё же решился, едва мои костяшки коснулись двери, как та медленно подалась внутрь, открываясь.

А в спальне — пусто…