Дорогой мой слушатель!

Думаю, ты хотел бы узнать, как дальше себя повел Клайд. Верно?

Безусловно, спустя несколько часов после нашего возвращения из города он позвонил мне пару раз, но я сбросила все звонки, написав лишь: «Оставь меня в покое и не вздумай приходить».

Перекинувшись несколькими сообщениями с Уильямом и узнав, что ему от лечения уже чуть лучше, я со спокойной душой села дочитывать четвертую книгу доктора Кродли под названием «Вечор». Тереза была права: книга читалась легче и быстрее, все также притягивая своим магнетизмом и смелостью реплик персонажей, особенно прекрасного инквизитора.

К вечеру я решила немного прогуляться, подышать свежим воздухом и настроиться на завтрашний отъезд обратно в город и нелегкие рабочие будни. Выглянув на дорогу и не заметив Клайда, я быстро прошла вдоль зарослей ивняка и забралась на мостик. Да-да, тот самый мостик, с которого началась моя сумасшедшая неделя в родительском доме. Ну что ж, этим местом мы и закончим наш маленький отпуск.

Солнце еще не скрылось за горизонтом, прокрадываясь своими оранжевыми лучами сквозь деревья и кусты. На воде также отражались отблески уходящего светила, переливаясь на легкой ряби от теплого южного ветерка. Периодически в реке слышались всплески то одной рыбки, то другой, что только успокаивало мои расшатавшиеся нервы. Просидев достаточно долго, я решила двинуться в обратный путь, так как еще планировала начать последнюю книгу «Сумрак», чтобы к понедельнику быть полностью готовой к работе.

Поднявшись на ноги, я повернулась к спуску, боковым зрением увидев тень. Ну, нет!

Конечно, да! Под кустом у выхода с мостика молча сидел Клайд, внимательно за мной наблюдая.

Я резко двинулась в обратном направлении, просчитывая, как можно добраться домой с другой стороны, но мой бывший друг встал в полный рост и поднял руки в знак примирения:

— Бекки, не убегай! Пожалуйста. Дай мне все объяснить, — он обращался ко мне, не сдвинувшись с места.

— Я тебе сказала оставить меня в покое!

— Просто послушай меня, я не приближусь. Не бойся.

— Я не боюсь тебя, Клайд, — я остановилась, скрестив руки на груди.

Он заметил, что победил в этой маленькой стычке, и продолжил:

— Просто выслушай меня, а потом решай сама. И сначала: прости меня, пожалуйста! Я не хотел добиваться тебя силой и больше так делать не буду, раз ты против.

— Ты же сказал, что никогда не проигрываешь, — не удержалась от колкости я.

— Я также сказал, что нужно уметь проигрывать, а также то, что если мы не станем парой, то останемся лучшими друзьями, Бонни. Помнишь?

Я кивнула ему в знак согласия. Он глубоко вдохнул и выдохнул, нерешительно раскачиваясь на месте, продолжив свой монолог:

— Бонни, я предлагаю тебе остаться лучшими друзьями, раз ты не хочешь большего. Я дошел до крайнего шага сегодня утром, после которого не буду больше пытаться. Я тебе не нужен, и это очевидно. Прости мою прямоту, но и Уилла я с тобой не вижу. Не сердись, пожалуйста! Я считаю его отличным парнем, моим другом и хочу с ним общаться дальше, но понимаю, что поступил неверно и когда-нибудь ему об этом расскажу сам, если ты меня не опередишь. Прошу, не говори ничего ему, для меня это важно. Уилл тебя любит так, как может любить. Не сомневайся в нем. Но… он слишком много думает и медлит, если ты понимаешь, о чем я. Вижу твое возмущение, но выслушай! Тебе нужен другой человек, более решительный и смелый, способный наплевать на законы, приличия и идти вперед. Уилл не такой. Он никогда не пойдет против системы ради тебя и ради любого другого дорогого ему человека. Он осторожен в своих чувствах и не хочет больше совершать ошибки, как это получилось в юности. Думаю, для тебя не секрет, что он сразу после школы женился, но брак юнцов не прошел испытания реальной жизнью. Теперь он боится сделать неверный шаг.

Обидно, но я ничего не знала о подробностях прошлого брака Уильяма, ограничиваясь лишь его статусом разведенного.

Тем временем Клайд продолжил, внимательно следя за моей реакцией:

— Зная тебя, твой живой характер, вздорность, дурость и озорство, я и подумал, что такой красавчик как я тебе подойдет, и ты способна будешь меня полюбить по-настоящему. Однако я ошибся в тебе. Ты сложнее, ты упрямее, и ты не знаешь, что хочешь от жизни и кого ждешь рядом. Думаю, ты просто не испытывала сильные эмоции после своей юношеской любви. Ты себя заморозила, а я не смог отогреть.

— Но Уилл мне нравится, ты не прав, — нерешительно перебила его я.

— Да точно, — Клайд снова скривился в своей фирменной улыбке, — как друг, не более. Неужели я не видел, как ты с ним осторожно себя вела и очень неумело. Ты явно не понимала, почему он ничего не предпринимает, оставаясь с тобой наедине. Верно? Я все это замечал. Он стеснялся, ты стеснялась. А помнишь, сколько мне потребовалось времени, чтобы тебя обезоружить? Минута от машины до поцелуя, моя любимая Бонни. Минуты было достаточно, чтобы показать тебе свои желания. Сколько Уиллу давалось часов и суток на это? Можешь не отвечать. Завтра ты уедешь, а через пару недель и я. Скоро у меня начинаются сборы, потом Кубок мира. Я надеюсь на твою поддержку, Бонни.

— Конечно, Клайд, можешь не сомневаться. Я всегда буду тебя поддерживать, и спасибо за правду.

Он протянул ко мне руки в знак примирения, и я пошла ему навстречу. Наконец наша вражда закончилась, и мы снова обнялись по-дружески (очень на это надеюсь).

Медленно мы вернулись к моему дому, каждый размышляя о своем. У калитки Клайд нежно сжал мои руки и хотел что-то произнести, но меня вдруг озарила мысль:

— Слушай, Клайд, ты случайно не знаешь некую Либби?

— Первый раз слышу о такой, а что?

Я рассказала ему историю с преследованием в сети и обретением статуса крысы, отчего он призадумался, но так и не нашел объяснения подобному выпаду в мою сторону.

— Это очевидно ревнивая девушка, — логично подытожил Клайд, — но вряд ли я являюсь причиной вашего столкновения. Как минимум, мне она ничего не писала.

— Странно все же, меня это начинает беспокоить. Более того, после вчерашнего фото тебя и Уилла она ничего не прокомментировала, ведь на нем не было меня, ее раздражающего фактора.

— Согласен, что история нездоровая. Будь начеку, особенно после прошлого преследования. Ты становишься настоящей жертвой кибербуллинга, Бонни.

— И не говори. Думаешь, истории не связаны между собой?

— Ты подозреваешь, что тот Стивен продолжает тебя изводить даже после выданного запрета?

— Кто знает…

— Я не видел этого парня, но если правильно понял, что на него бросались многие красотки, то скорее его бывшая пассия тебя ненавидит.

— Но я же не с ним.

— Да какая разница, если и она не с ним. В этом деле главное — найти виноватого или жертву. Все просто.

— Ты прав, все очень просто.

Клайд по-дружески (и ни миллиметром ближе) притянул меня к себе и нежно обнял.

— Все у нас будет отлично, Бонни. Не сомневайся.

— Очень на это надеюсь, Клайд.

Без официального прощания мой новый старый друг пошел в сторону калитки, оставляя меня со своими мыслями и планами на вечер. Они были невелики: постараться прочитать «Сумрак» хотя бы до середины.

Заходя в дом, я услышала оклик друга:

— Забыл сказать, Бонни: если когда-нибудь ты почувствуешь что-то к парню, такому же красивому и бесподобному как я (но чуть хуже меня, конечно же), не доводи его до крайнего шага. Если рубеж будет пройден, то в этой ситуации останутся уже два разбитых сердца, одно из которых — твое.

Послав мне воздушный поцелуй, Клайд скрылся за поворотом, хлопнув калиткой.

Почему он сказал об «этой ситуации» и «уже двух разбитых сердцах»? Неужели его сердце разбито, и во всем виновата я?

Дыши и успокойся, Бекки! Как бы больно не было в сложившейся ситуации нам с Клайдом, в первую очередь нельзя себя обманывать: если чувств с моей стороны нет, то и не стоит мучить другого человека.

Насильно отбросив терзающие меня мысли, я спокойно зашла в дом и провела остаток дня за чтением о похождениях одновременно прекрасного и жуткого инквизитора.

Утром следующего дня я встретила своих родителей на вокзале, мило проведя с ними семейные часы за рассказами об отпуске, прелестях шведского стола и всех бонусах под магической фразой «все включено». Очень рада, что хоть кто-то провел эту неделю в райской неге и блаженстве!

После обеда я отправилась в город, в свою любимую квартирку, чтобы остаток дня воскресенья дочитать всю серию доктора Томаса Кродли и немного пообщаться с Уильямом.