В душ мы идем вместе, где под тугими теплыми струями воды, Кирилл снова возбуждается и берет меня ещё раз.

Совершенно измученная и счастливая, с чуть подрагивающими ногами, я после всего просто падаю ему на плечо, с улыбкой спрашивая:

— Мы до кроватей хоть дойдем сегодня?

— Дойдем, — ухмыляется Кирилл. — Но я не знаю насколько быстро. Возможно по дороге я я захочу тебя ещё пару раз.

— Хочешь, чтоб я вообще не смогла ходить следующие сутки? — Я вяло улыбаюсь.

— Ничего, маленькая, тебе давно пора расслабиться и отдохнуть, — Кирилл медленно проводит пальцами вдоль моего позвоночника, оставляя приятные теплые мурашки. — Ты вся нервная, дерганая, вечно в напряжении. Говорю ведь, уже можно расслабиться. Я рядом.

Всхлипнув, я обвиваю руками шею Кирилла и утыкаюсь ему лицом в грудь.

— Не могу. Я не знаю как это — быть в безопасности, знать что есть тот, кто защитит. Я привыкла быть всегда начеку, понимаешь?

Это ведь сейчас ты рядом, а что будет потом? Сам говорил, что скоро уедешь. Ты ведь из Москвы.

Я медленно поднимаю голову и вглядываюсь Кириллу в глаза.

Если честно, сейчас мне больше всего на свете хочется услышать такие простые, но самые лучшие слова: “Мы поедем вместе. Я вас не брошу”.

Потому что да, я чертовски устала постоянно вздрагивать оглядываться, в прямом смысле бороться за выживание.

И кажется, что впервые я нашла человека, который действительно может защитить. За спиной которого можно спрятаться и почувствовать себя тем, кем являюсь — беззащитной, изможденной женщиной, которой просто хочется спокойно жить и получать тепло, а не только отдавать его.

Вот только, жизнь как и прежде отказывается выполнять мои хотелки.

Потому что Кирилл снова поглаживая меня, спокойно говорит:

— Ну и что, что уеду. Вы ведь будете уже под государственной защитой.

Я медленно отстраняюсь.

— Да, ты прав.

— Тогда почему голос так резко изменился? — Кирилл на удивление улавливает моё настроение.

— Не обращайте внимания, — я равнодушно отмахиваюсь. — Это наши женские загоны. Спасибо за всё, что делаешь и сделал.

Я вылезаю из ванной, но Кирилл тут же выходит следом и разворачивает меня к себе:

— Марго, в чем дело? Чем тебя мой ответ не устроил? Ты хотела услышать что-то другое?

— Говорю же, не бери в голову, — я закутываюсь в полотенце, делаю шаг к двери, но вдруг не выдерживаю и разворачиваюсь.

— Хотя, знаешь, да. Пусть это звучит глупо, но я считаю, что после твоих же слов о том, что ты рядом и мне теперь нечего бояться, я ожидала услышать, что ты возьмешь нас с собой.

Кирилл хмурится.

— Ты хочешь, чтоб я взял вас с собой? Серьезно? Марго, не обижайся, но ты вообще о чем? Я тебя меньше недели знаю и ты хочешь, чтоб после первого же секса я перевез вас к себе? Может мне ещё и жениться на тебе нужно? Я и так делаю гораздо больше, чем должен, потому что ты меня зацепила. Но давай ты уж как-то умеришь свои аппетиты, лады?

Как же мне хочется закричать от обиды. Отвесить пощечину, обозвать козлом.

Но я понимаю, что не могу.

Мы с Тёмой полностью зависим от Кирилла и самое отвратное, я понимаю что по сути и Кирилл-то со своей стороны прав

Он ничем нам не обязан, а секс — это считай плата за всё, что он для нас делает.

Вот только, почему же так больно?