Я резко подаюсь назад.

— Нет-нет, вы ошиблись.

Ага, ошиблись. Как и бэйдж с моим именем на белой блузке униформы.

— Марго, — голос Александра скатывается в до дрожи знакомый, пугающий низкий рык. — Ты? Здесь?

Он начинает подниматься, а меня охватывает паника.

Нет! Только не это!

Я едва смогла сбежать от него почти пять лет назад. Столько времени пряталась от мужчины, который считал меня своей игрушкой! Разорвала все прежние контакты, полностью оставила позади свою жизнь. Лишь бы не встреться с Сабуровым снова.

А если он узнает, что я утаила от него сына, то мне даже страшно представить его реакцию.

— Марго, я сказал стоять на месте, — Александр опускает подбородок и тут же коротко приказывает своим охранникам.

— Остановите её.

— Алекс, да брось, — сидящий рядом мужчина с длинной окладистой черной бородой, морщится. — Обычная бабенка. К чему на нее вообще внимание обращать. У нас есть куда более важная тема.

— Марго — моя невеста. Бывшая, — цедит Сабуров. — И выбирай выражения. Бабенки это может у тебя. У меня — женщина, которую я выбрал и которая мне принадлежит.

Столько времени прошло, а я слышу те же фразы.

— Я первый раз вас вижу, — продолжаю играть роль до последнего. — Я не понимаю о чем вы говорите!

— Ничего, поймёшь, — хмыкает Сабуров. — Поймёшь. И вспомнишь. Олег, проводи её в машину. Пусть ждёт там.

— Идем, — охранник бесцеремонно хватает меня за руку чуть выше локтя и тащит меня к выходу.

— Я буду кричать. Прекратите!

Я выкручиваюсь, упираюсь двумя ногами в пол, но туфли на обязательных для униформы каблуках, предательски скользят по гладкой плитке.

Но мой крик тонет в грохочущей музыке, да и я особо не уверена, что мне бы помогли даже если б услышали.

Сабуров слишком влиятельный и если теперь он заключает сделки даже на юге, то его власть за последние годы расширилась ещё больше.

Чем ближе я оказываюсь к двери, тем сильнее тело охватывает отчаяние.

Он ведь заберет меня обратно и что дальше — запрет у себя как и раньше? Или вообще прикончит? И что будет с Тёмой? О нём я не признаюсь даже под пытками.

— Пожалуйста, — перехожу я на мольбу и вскидываю взгляд на охранника. — Отпустите. Прошу.

Но тот даже мускулом не ведет, будто не человека тащит на расправу, а чемодан с вещами.

Еще несколько метров до выхода и всё. Спасения не будет.

Еще шаг и бах!!!.

По ушам бьет глухой хлопок, а помещение быстро заполняется едким дымом.

— Всем лежать! Работает альфа!

Прежде, чем я понимаю хоть что-то — оказываюсь прижатой к полу.

Рядом рычит от бессилия охранник.

Топот ног, еще один хлопок, вскрик, а после я слышу голоса идущие из вип зала:

— Какого хрена?! Вы хоть понимаете кто мы такие? Да вас закопают!

Крики и угрозы приближаются.

Мимо судя по всему проводят того, кто называл меня “бабенка”, потом ведут охранников, еще четверых мужчин и приподняв голову я вижу Сабурова, которого выводят последним.

Он единственный кто не истерит, а держит себя спокойно, даже со скрученными за спиной руками.

Даже успевает бросить на меня пронизывающий взгляд, который не сулит ничего хорошего.

— Омут, персонал на тебе, — коротко говорит тот кто выводит Сабурова.

— Понял, — раздается у меня над головой.

Я поднимаю голову. Взгляд сначала скользит по черной форме, бронежилету с надписями: “фсб” и “альфа”.

А после я встречаюсь с насыщенно-карими, будто янтарь глазами, смотрящими на меня сквозь прорези в балаклаве.

— Встать, — коротко приказывает он и меня тут же вздергивают на ноги, будто ничего не весящую куклу.